Текст книги "Дым и перья в академии Эгморра. Забытое зло (СИ)"

Автор книги: Кира Лин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 28 страниц)

Глава 51

Мрак застилал глаза. Было настолько темно, что я не увидела собственную руку, когда поднесла её к лицу. По плечам скользнул колючий холод, и я невольно вздрогнула.

Среди тьмы прорисовывались очертания длинного тоннеля – бледные голые стены, высокий потолок. Вдалеке забрезжил тусклый свет, но чёрный туман стелился по полу, вытесняя его.

Я сидела и смотрела, как он тает, и страх бился горячей жилкой на горле.

«Это всего лишь сон», – мысленно твердила себе, сжимая в ладони кулон, и почему-то помогало.

Чёрная пантера ластилась к ногам, повиливая длинным хвостом, глянцевая шерсть поблёскивала с каждым её гибким движением. Она прижалась боком к моему бедру и легла на пол, опустила голову мне на колени.

Я посмотрела в её пустые глаза и ощутила прилив спокойствия. Хотелось коснуться кошки, погладить, я протянула руку, но тут же одёрнула себя. Не поздно ли задумываться о спасении своей души?

Тьма жила внутри меня, мы слились воедино, когда пришлось принять силу кулона. Неужели моя исключительность в тёмной магии?

Да, я ощущала её в мёртвых домах, слышала на расстоянии и отличала от прочих чар. Не она ли даровала мне способность видеть то, что другие не видели?

Логично, кто бы мог подумать…. Вот только одна загвоздка: я умела всё это и до появления кулона.

Я беззвучно вздохнула и прислонилась головой к стене. Кошка повела ушами, прислушиваясь, её фантомное тело напряглось, под шкурой задвигались мышцы. Я невольно проследила за её взглядом и втянула затхлый воздух.

Несло гарью, едва уловимо среди сырости и запаха пыльного камня. Отголосок ночного кошмара – моего кошмара.

Зло запугивало нас, используя единственное своё оружие – страх. Я и пантера переглянулись. Она помогла мне попасть сюда, провела сквозь задворки реальности в свой неземной, вывернутый наизнанку мир. И я улыбнулась ей, испытав чувство благодарности.

Можно сколько угодно отрицать тот факт, что я принадлежу тёмной стороне, винить во всех бедах кулон. Я убила Мэриона и не понесла наказание. Убила и осталась собой вопреки правилам Эгморра и законам магов.

Со мной что-то не так, это же очевидно. Связана ли с этим побрякушка Линетт? Вероятно, она как-то повлияла на мою сущность, и теперь я не принадлежала к светлым магам. Я и сама себя уже не считала таковой после содеянного.

Быть тёмной – не значит являться чем-то злым, быть монстром.

«Тешь себя этой мыслью», – язвительно хмыкнул внутренний голос.

Я вздохнула. Пантера издала звук, похожий на кошачье мурлыканье, и толкнула меня влажным носом. Где-то в глубине души ворочался червь сомнения, но без неё поймать призрачную тварь не получится, хватит ждать чуда.

Тьма указала путь, а я последовала ему. Так чего же медлю?

Пантера поднялась и села рядом, ожидая приказа. Зло ощутило наше присутствие и заволновалось, плотный туман заполнял узкое пространство тоннеля. Становилось темно, как в пещере.

Я встала и оглядела себя. Снова чёрное платье, но на этот раз с длинными рукавами, закрывающими кисти рук. Ткань мягкая и струящаяся, похожа на вельвет, но нежнее на ощупь, а подол оформлен изящным кружевом.

В глубоком треугольном вырезе поблескивал кулон. Я слышала свой пульс, в ушах шумела кровь, но нет, то был не страх – волнение и непередаваемый трепет от осмысления собственных возможностей.

Он и подтолкнул меня навстречу неизвестному злу. А Зло уже ждало нас – в конце тоннеля чёрный дым клубился, обретая форму.

Тяжёлый шлейф тянулся ажурным веером, длинные волосы слегка развивались, будто на ветру. Я брела, опустив руки, и глядела на приближающийся образ, окутанный чёрно-синим дымом.

По стенам полз такой же чёрно-синий туман, взбирался вверх, застилая всё вокруг. Ещё немного, и он заполонит тоннель. Я напрягала глаза, всматриваясь в него, выхватывая прорисовывающиеся очертания фигуры, на этот раз женской.

Она стояла с опущенной головой, прямые волосы свесились вперёд и доходили до локтей. На ней было длинное платье, закрывающее стопы, и шаль, которую она придерживала, перебирая пальцами фантомную ткань.

Лицо оставалось в тени, и я двигалась, щурясь, пока не подошла слишком близко. Нас разделяло несколько метров клубящегося дыма – я застыла и беззвучно ахнула.

Призрак шевельнулся, поднял голову, и меня омыло волной зла, хлынувшей от него. Я устояла, силясь не моргнуть, уголком сознания уже понимая, кто передо мной. Линетт.

Внезапно стало нечем дышать. Страх сдавил грудь, стянул мышцы живота в тугой узел. Тень соскользнула с её лица, аквамариновые глаза наставницы пылали чёрным пламенем. Я поймала себя на том, что качаю головой, не веря увиденному.

Она была прекрасна, холодна и мерцала, словно скульптура, высеченная из лунного камня. Зло, которое мы искали, питалось страхами, но я никогда не боялась Линетт.

В чём же смысл этого перевоплощения?

В голове прогремел детский крик раскатом грома, задрожали стены тоннеля, от неожиданности я согнулась и заткнула уши ладонями. В памяти мелькнуло лицо Линетт, искажённое ненавистью, и глаза, полные свирепости.

И тьмы.

Крик перешёл в хныканье, прерываемое отчаянным визгом. Руки наставницы тянулись ко мне, а я отталкивала их и царапалась об её длинные ногти. От Линетт исходила угроза, объятия сулили нескончаемые муки.

Я попыталась прислушаться к детскому плачу, но он прекратился так же быстро, как и появился. Оглушённая, я часто задышала и выпрямилась. Это же был мой крик?

Но я не знала Линетт в раннем возрасте….

Призрак запрокинул голову и рассмеялся, от звука его потустороннего голоса по рукам поползли мурашки. Я не сдвинулась с места, не отвела глаз – стояла и ждала, когда он соизволит объясниться.

Он же любил игры с разумом, мог с упоением истязать рассудок жертвы, но мой запас терпения не вечен. Словно услыхав эти мысли, призрак замер, зловещий хохот разлетелся осколками во мраке. Дым сгустился, вытесняя свет, и мы оказались стоящими в лужице синего сияния, а вокруг нас расплескалась непроглядная тьма.

– Ты прикрываешься чужими масками, – мой голос прозвенел холодом в дрожащей тишине. – Яви своё истинное лицо.

– Моё истинное лицо – ужас, каким бы он ни был, любая его ипостась. Тот ужас, что невозможно забыть, – прозвучал голос призрака из уст Линетт. – Воспоминания спрятали от тебя в дальнем ящике сознания. Ты не можешь дотянуться до него, потому что не знаешь, где искать. А в моей власти коснуться любой твоей тайны, каждого твоего ночного кошмара и сделать так, чтобы ты вечно жила с ними.

– Кто ты? Как твоё имя?

Она качнула головой, совсем как настоящая Линетт, и протянула руку, лёгким жестом указала мне за спину. Я дрогнула, в первое мгновение намереваясь обернуться, но остановила себя.

В голове пронёсся пронзительный крик, сменившись тихими рыданиями, и невыносимо защемило под рёбрами. Ладонь инстинктивно коснулась груди, пальцы провели по огранке кулона.

Призрак разбудил боль, таящуюся глубоко в сердце, давно похороненную, но не забытую. Я стояла в оглушительной тишине, прислушиваясь к ней, надеясь вновь уловить эхо криков.

Ни звука, только тонкий далёкий звон в ушах, похожий на оловянные колокольчики. Я повернулась, как в замедленной съёмке, и увидела лежащее на боку тело женщины.

Первой мыслью было подбежать, но пульс заколотился так, что больно было дышать, не то, что с места сдвинуться. Чёрные волосы рассыпались по каменному полу, закрывая лицо – от одного их вида у меня закололо кончики пальцев.

Они помнили, как перебирали их, заплетали в них цветы флуций. Длинное атласное платье повторяло плавные линии точёной фигуры, собираясь блестящими складками в сгибах подогнутых коленей.

Руки лежали у груди, на запястьях сверкали браслеты с подвесками. Парящая птица, кошка и дракон в россыпи жёлтых камней – боль кольнула в сердце раскалённым кинжалом, и с моих губ слетел придушенный стон.

Я знала, что увижу, если обойду тело. Маму убил рагмарр и забрал кулон, в день её смерти я находилась в Академии и примчалась, как только сообщили из жандармерии.

До сих пор помню её сложенные бледные руки, пустые глаза, утратившие искру, что даровала жизнь. Аромат её духов с ноткой сирени смешался с запахом гари, повисшим в воздухе, пропитавшим стены, каждую вещь в доме.

Я зажмурилась и тряхнула головой, но когда открыла глаза, мираж не исчез. Напротив, он дополнился новыми деталями.

Вокруг тела взметнулось чёрное пламя, в завесе дыма мелькнули очертания дома. Его пожирал огонь, из которого донёсся другой крик – мужской. Вспышка памяти, и я стою на пепелище и смотрю на обугленные останки дома, а в голове стучат молоточки, забивая последний хриплый стон отца.

Виновных жандармерия так и не нашла, а фамильяры…. Искали ли они?

У меня подкосились ноги, тоннель поплыл, закружился, нестерпимо несло гарью. Я хотела закрыть лицо ладонями, но они оказались чёрными от сажи. Я уставилась на них, а глаза заполняли слёзы.

Гибель родителей запечатлелась в сознании, и сколько бы лет ни прошло, такое не забывается. Зло нащупало мои болевые точки и безжалостно надавило на них.

Но я пришла не для того, чтобы сдаться. Я должна стать сильной, верно?

Поведя плечами, я выпрямилась и медленно повернулась к призраку.

– Ты перебираешь мысли, точно вещи в сундуке, и швыряешь мне под ноги, рассчитывая сломить, – я слышала собственные слова и ничего не чувствовала.

Была пустой, как гулкая раковина на песке. Пантера потёрлась о ноги, обошла вокруг, извиваясь, скользя хвостом по ткани платья. Она защищала меня от потрясения, избавляла от нахлынувших страданий и ненужных эмоций.

Они мешали, отвлекали от истинной причины того, зачем мы сюда явились.

– Тебе удалось растрогать меня, но не удивить и, тем более, напугать. Оставь ярмарочные фокусы, прибереги их для других. Меня не так просто сбить с толку.

Призрак вскинул голову, блеснули чёрные глаза и вперились в моё лицо. Мгновение мы смотрели друг на друга, и время остановилось. Я ожидала, что он вновь ударит силой, раз не удалось втоптать в землю воспоминаниями.

Но он обратился в чёрный вихрь и взлетел к потолку, с визгом пронёсся над головой, унося с собой всю клубящуюся черноту. Я пригнулась, когда дым рванул следом, хлеща по рукам, обжигая кожу.

Миг, и стало так тихо, что в ушах зазвенело. Я выпрямилась и обернулась, чтобы посмотреть, куда умчалось Зло. Тоннель был пуст, а впереди поблёскивал голубой свет, и что-то там темнело, возвышалось над полом.

И я знала, что именно – сны с участием Зла сводились к одному месту в склепе. Оно что-то значило для него, так что, хочу того или нет, а я вынуждена побывать там опять.

Я пошла на свет, шлейф струился по полу густой глянцевой массой. Чувствуя, что позади меня мрак затягивает тоннель, вышла к каменному разлому и обогнула его.

Бесформенные глыбы острыми углами торчали вверх, будто кто-то выломал пол изнутри, выбираясь в мир живых. Я ступала, а по полу стелился синий туман, из него вырастали цветы и распускались пышными бутонами.

Камни вздрогнули и задвигались, собираясь в памятник. Он возвышался над могилой, обнесённой низкой кольчатой оградой, к ней вела извилистая тропа. Она терялась среди призрачных цветов и травы, колышущейся на фантомном ветру.

Но я заметила её и направилась к надгробию, с каждым моим шагом растения увядали и обращались в прах. Остановившись, я склонила голову набок и пригляделась к камню.

Истёртые буквы в пыли – придвинувшись ближе, смахнула её ладонью. Надпись сильно размыло временем, но и буквы казались мне незнакомыми. Давно забытый язык, бесследно исчезнувший из истории.

Призрак, преследующий Райана, был погребён здесь столетия или даже тысячелетия назад. Это могила, из которой он вылез, пробудившись.

Надгробие вздрогнуло и раскололось, земля на могиле зашевелилась, провалилась, я отпрянула от образовавшегося разлома. Из него повеяло холодом, пахнуло злом. Оно приближалось.

Чёрный туман уже поднимался по стенам, заполняя помещение. Я обернулась, высматривая выход в тоннель, но вместо него увидела большое старинное зеркало.

Его блестящая гладь всколыхнулась, словно с той стороны кто-то пытался выбраться. Сначала вытянулась рука, потом появилось лицо, залитое чёрным пламенем.

Я попятилась, но он уже вышагивал из зеркала, стряхивая с себя чёрную пыль.

Запах гари ударил в лицо, я проглотила его и закашлялась. Знакомый такой вкус... До мурашек знакомый.

Призрак остановился, оглядывая себя, изучая одежду, сотканную из тумана. Я наблюдала его очередное перевоплощение, а кулон теплел, озаряясь силой. Передо мной был образ Тома Шермана – похоже, Злу он пришёлся по вкусу.

Ну, разумеется, он же такой безупречный. Воплощение истинной тьмы и зла в лице рагмарра выглядело впечатляюще и убедительно, но этого оказалось недостаточно для того, чтобы заставить меня бояться.

Сейчас, стоя перед ним, я ничего не чувствовала, только приятную бездушность, дарованную тьмой. Том отвлёкся от лицезрения собственного великолепия и исподлобья посмотрел на меня с коронной ледяной ухмылкой.

Я вскинула бровь и даже не моргнула. Игра затягивалась, а я пришла за ответами. Но, похоже, поспать мне сегодня не удастся.

– Странно снова встретиться здесь. Не находишь, куколка?

– Не морочь мне голову. Я знаю, что ты не настоящий.

– Я могу стать, кем пожелаю, – ответило Зло, глядящее на меня из глаз Тома. Его голос был пуст, как эхо в высохшем колодце. – Или тем, кого ты боишься больше всего на свете.

Кивнув, я поняла, что улыбаюсь, и не самым приятным образом. Смотрела в лицо призраку и видела бестелесную материю, принявшую красивую форму.

– Чего боюсь я – мы уже выяснили. А чего боишься ты? Вернуться обратно в могилу?

Зло глядело на меня, а вокруг его прозрачного тела оборачивался чёрно-синий туман, будто невероятный монстр, который посмотрел на меня его глазами.

Пантера застыла, ожидая команды, но я провела рукой по её морде, ласково потрепала за ухом. Сила подобно медленному чёрному ветру исходила от нас импульсами, и я ощущала себя не менее пугающей, но только из плоти и крови.

Ухмылка с лица Тома сползла. Он окинул меня взглядом с ног до головы – мимолетное движение глаз – и разом увидел всю картинку целиком. Я тоже умею впечатлять.

– Ничто не заставит меня вернуться обратно. Ты сильная, но, всё же, я сильнее, – изрёк бесцветным голосом он, надвигаясь на меня. – Ты вторглась в мой мир, но я изгоню тебя обратно и займу место среди достойных моего величия.

– Ты мне льстишь, – я выдала ему сияющую улыбку, и кулон вспыхнул белым пламенем, озарив зал. – Я всего лишь маленькая ведьма. Ведьма, приручившая тьму.

Я переместилась к нему, и от скорости движения перехватило дух. Избегая смотреть призраку в глаза, стояла, испепеляя его фантомное тело силой.

Том плавился, с лица стекала краска, из-под неё проглядывали тонкие кости скул, резко очерченные черты. Чёрные волнистые волосы до плеч, заострённый нос, и пылающие глаза без белков.

Бледные губы изогнулись в оскале, обнажив клыки, с которых капала кровь.

– Тебе не одолеть меня!

– Ты всего лишь вампир, покинувший мир живых тысячелетия назад. Призрак, сгусток тьмы, а я повелеваю тьмой, – прогремел мой голос. – Тебе никуда от меня не деться. Зачем ты терроризируешь этот дом, его жильцов?

Зло склонилось, чтобы видеть мои глаза, но я упрямо смотрела ему в лоб. Он мог захватить сознание, а мне оно самой ещё пригодится.

– Их страхи и сомнения…. – Том закатил с наслаждением глаза, – пахнут слаще цветов, желаннее крови. Эти вампиры несчастны, каждый по-своему, и я не смог удержаться. Мучительно долго я испытывал голод, поэтому и забрался в их головы, как бездомный в булочную, почуяв аромат свежей горячей пищи.

– Почему Райан? – спросила я, и от меня рванул порыв силы, ударил в призрака. Он пошатнулся, попятился, зарычав сквозь стиснутые зубы. – Ты мог вселиться в любого из вампиров и не выдать себя!

– Он оказался ближе других, – он пытался перекричать гул моей силы, но она обжигала.

Том выставил ладонь, загородив лицо, и она начала плавиться. Синяя субстанция капала на пол и испарялась.

– Ближе к кому? – у меня дрогнул голос, замерло сердце, и сила стихла, вернулась ко мне и окутала чёрным ветром.

Призрак опустил руку, вернее, то, от неё осталось, и ухмыльнулся. Я чуть не попалась в ловушку его глаз, но вовремя опомнилась и уставилась в прозрачную грудь.

– Ты посмотришь на меня, – уверенно сказал он и двинулся ко мне.

Мы снова стояли лицом к лицу, а по спине скользил неприятный холодок.

– Нет, – твёрдо сказала я.

– Тогда ты не увидишь, как я пью твою кровь.

Его слова резанули по живому – то, как он произнёс их, с особым холодом и уверенностью, в которую даже я почти поверила и подняла голову.

Чёрное пламя глаз разлилось по красивому лицу и рвануло в меня. Не успев выдохнуть, я рухнула назад и провалилась во мрак, поплыла, раскинув руки.

И он поглотил моё тело, окутав зловещей тишиной. Вот, что бывает, когда умираешь – пустота.

Несло кровью, её солоноватый вкус ощущался на губах и во рту. В горле клокотало, будто я захлёбывалась ею. Я резко села на кровати, влажные от пота пряди волос облепили лицо.

Сон, к ехиднам, просто сон! Но почему запах крови остался? И что это за звук?

Я повернула голову и посмотрела туда, где должна была спать Вивиан.

Вивиан… Она не спала.

Глава 52

Мгновение я просто смотрела, не в силах пошевелиться. Думала, что сон продолжается, но слишком реалистично выкатывались из орбит глаза ведьмы.

Она выгибала спину и тянулась трясущимися скрюченными пальцами к горлу, из которого вытекала ручейками кровь. В нос ударил металлический запах, в голове тут же прояснилось, будто меня окатили ледяной водой.

Вернулись звуки, заиграли краски, и после чёрно-синей мглы они ослепляли. Бурые пятна влажно темнели на белой постели, я не сразу осознала, что передо мной.

Откинув одеяло, поднялась на колени и нависла над Вивиан. Всхлипнув в попытке вдохнуть, ведьма посмотрела на меня и попыталась что-то сказать, зашевелила потрескавшимися губами, но в горле заклокотала кровь.

Я застыла в ужасе, силясь думать, и время застыло вместе со мной. Подползая к ней, осторожно коснулась окровавленной ночной сорочки, пропитавшихся кровью кружев. На изящной шее чернела рваная рана, словно кто-то терзал её мощными челюстями, пытаясь добраться до плоти, вгрызться в горячую жилу и лакать.

У меня в глазах потемнело, желудок скрутило спазмом, заставившим согнуться и резко выдохнуть. Вивиан попыталась сесть, впилась ледяными пальцами в мои запястья, подтягиваясь, но из раны выплеснулась кровь густым фонтаном.

– Не двигайся, – прошептала я, едва не прикусив от страха язык.

Ведьма покорно опустила голову на подушку, и её глаза наполнились слезами. Мага нельзя убить укусом, даже таким обширным и глубоким – у нас регенерация быстрее, чем у людей.

Клетки восстанавливались, но заживление протекало медленнее обычного, однако, благодаря этому целительница всё ещё была жива. Тот, кто разорвал Вивиан глотку, не был ни магом, ни рагмарром.

Его возможности не укладывались в рамки традиционной магии и вообще понимание колдовской силы, я уже успела в этом убедиться. Нечто иное, потустороннее. Призрак не может причинить такой вред, на ум приходили мысли о демонах, но и в этом случае всё выглядело странно…

Скомкав край одеяла, я приложила его к шее ведьмы. Оно быстро пропиталось и стало влажным, я только успевала переворачивать углы, наматывать на руку ткань пододеяльника. Вивиан угасала, кожа серела и утончалась, глаза западали в череп.

Так действует яд, но её же не отравили?!

– Он укусил тебя? Только не говори – подай знак.

Вивиан судорожно дёрнула головой, на кивок не было похоже, но я знала, что это был он. Я смотрела на неё, упрямо таращилась на рану, потому что слёзы подступали. Меня охватывало отчаяние.

Она не должна видеть, как я плачу. Нет, я не могла позволить умереть Вивиан! Сжав край одеяла, я стиснула зубы, чтобы сдержать судорожный вздох, предшествующий рыданиям, проглотила слёзы и промокнула кровь на её шее.

– Где охрана? – в пустоту спальни бормотала я, не в силах кричать.

Раскачиваясь на месте, опустила голову на грудь Вивиан, вдыхая запах её крови и аромат весенних цветов на коже. От целительницы всегда пахло лесом и зеленью, чистый прекрасный запах.… Так грубо испорченный духом приближающейся смерти.

Казалось, я слышу, как тьма ползёт по стенам, завывают загробные сквозняки. Чёрная морда торчала из вентиляционного окошка – пантера принюхивалась, почуяв пир. Медленно повернув голову, я сверкнула на неё свирепым взглядом.

Увидев меня, она рыкнула и боязливо уползла в темноту. Я беспомощно склонилась над неподвижной ведьмой, будто пытаясь удержать утекающее из тела тепло жизни. Закрыла её собой от надвигающейся пустоты.

Пусть забирает нас обеих, я не отпущу Вивиан!

Что-то померещилось справа. Какое-то неуловимое движение. Тень пошевелилась в густых потёмках спальни, и руки сработали быстрее разума.

На прикроватной тумбе лежал пистолет, подаренный Кирой, я нащупала его и сжала тяжёлую рукоять. Я ещё смотрела на Вивиан, когда навела его на призрака. А когда повернула голову, чтобы прицелиться, палец спустил курок – пуля оглушительной вспышкой влетела в стену.

В то самое место, где миг назад мне померещилась тень. Я внезапно очнулась от шока и смогла разом увидеть всю картинку. Чёрная дыра в стене, грохот от выстрела повис в воздухе монотонным звоном, резкий запах крови и пороха.

Я не чувствовала своих движений, не слышала мыслей, когда поднималась с кровати с пистолетом, зажатым в ладони. Тень испарилась, оставив на обоях чёрные следы, похожие на мазки краски.

И чем дольше я смотрела, тем быстрее они высыхали и сливались с узором обоев. рубашка прилипла к груди, неприятно холодила кожу. Я опустила потерянный взгляд, небрежно проведя по ткани пальцами. Влажная и липкая.

Я была по пояс в крови Вивиан, на белых пижамных штанах остались отпечатки моих окровавленных ладоней. Почему пистолет? Я уставилась на оружие в своей руке. На магию не хватило времени.

Медленно повернулась к кровати, и движение вышло заторможенным. Секунды то тянулись, то стремительно проносилось мимо размазанными белыми полосами.

Медные волосы Вивиан небрежным веером рассыпались по подушке вокруг головы. Бледные ослабшие руки тянулись к шее, а глаза вращались и закатывались, чтобы увидеть меня.

Багровое пятно глянцем растекалось по простыни в свете луны. Из последних сил ведьма цеплялась за жизнь, а я ничего не могла сделать.

Слева вылетела дверь, и замелькали силуэты. Пробежали двое вампиров в плащах, взметнулась плотная ткань, обдав меня дуновением холодка. Они окружили Вивиан.

Я успела подумать, как же здесь воняет кровью.… Сбежались, хищники.

– Эшли!?

Меня с силой тряхнули за плечи. Я забегала ошалелым взглядом по тёмному помещению, но никого не нашла. Чьи-то твёрдые пальцы впились в кожу, невыносимо больно и резко, и я вскрикнула.

Внезапно перед глазами соткалось из расползающихся бликов лицо Джозефа, вернулись некоторые звуки, гулкие и прерывистые. Нестерпимо заныли плечи.

Время потекло своим чередом, комната приобрела чёткие границы, очертились углы предметов. Сколько времени он меня трясёт?

– Ты слышишь меня? – как сквозь вату, послышался голос вампира.

Я только сейчас осознала, что смотрю ему прямо в глаза, и в голове, будто кто-то шарит руками. Он читал мысли, быстро и грубо, не церемонясь и не осторожничая.

– Вивиан, – во рту пересохло, я едва могла ворочать языком.

Чувствуя, что повисаю в руках Джозефа, продолжала сжимать пистолет до дрожи в пальцах. Колени подгибались, но я упрямо стояла на ногах, хотя тело обмякло, на голову словно накинули одеяло – свет мерк, звуки стихали и удалялись.

– Несите её в мою комнату, – донёсся другой голос, женский.

Я тряхнула головой, с трудом, едва владея собственным телом. В дверях стояла Селена в нежно-голубой атласной ночной сорочке. Её глаза горели магией, напряжённое лицо походило на холодную каменную маску.

Держа в руке стеклянный пузырёк, мерцающий голубым светом, по форме напоминающий каплю, она озаряла им комнату. Сосуд с магией, отпугивающий злые силы.

Двое вампиров-охранников бережно подхватили тело Вивиан и понесли прочь из спальни. Селена позволила им выйти и, прежде, чем исчезнуть во мраке коридора, бросила на меня пронзительный взгляд, который я не успела понять.

– С ней всё будет хорошо, она в руках Селены, – чётко выговаривая слова, сказал Джозеф, разворачивая меня к себе лицом. – Отдай мне пистолет, Эшли. Прошу тебя.

– Я промахнулась, – хрипло пробормотала я, протягивая ему пушку. – Но пуля всё равно не взяла бы его.

– Знаю, – успокаивающе произнёс Джозеф.

Он смотрел прямо в глаза, внушаемое им спокойствие разливалось глубоко внутри. Тело стало ватным, мышцы расслабились, и я выронила пистолет. Джозеф убрал одну руку с моего плеча и поймал его, не отводя взгляда, будто боялся потерять меня из виду.

Я глядела на его лицо, изучала лучистые морщинки в уголках век, форму бровей, которые он хмурил. Джозеф выглядел, почти как человек, без свойственной ему бездушности и надменности.

В обычно холодных серых глазах читалась тревожность, пульс его грохотал у меня в голове. Хотелось поблагодарить его за искренность, но слова застряли в горле вместе с вдохом.

– Что теперь будет с ней? – я пыталась сдержать назревающие рыдания. Одна предательская слезинка скатилась по щеке, я смахнула её тыльной стороной ладони, размазывая кровь Вивиан по лицу. – Он укусил её, отравил кровь своим ядом.

– Селена сделает всё возможное, чтобы спасти твою подругу, – уверил вампир, но сомнения не сумел развеять.

Я видела её рану, видела, сколько вытекло крови, и не верила в чудесное исцеление. Если она сама не сумела восстановиться…. Никакая магия не способна излечить такое!

Меня затрясло в руках Джозефа – начиналась истерика, воздуха не хватало в комнате, чтобы надышаться.

– Где были охранники? – заикаясь, прокричала я и попыталась вырваться. – Почему не ощутили его? Они должны были услышать её крик и почуять запах свежей крови!

– Ваша спальня зачарована, и за дверью не слышны ни звуки, ни запахи, – снова встряхнув меня, терпеливо проговорил Джозеф. Внезапно захотелось уткнуться лицом в его грудь и разреветься. От него веяло теплом и покоем, которого сейчас так не хватало. – Но ни это главное. Всё произошло меньше, чем за несколько секунд. Знаю, для тебя время тянулось, Эшли, но в реальности между нападением и тем, как мы ворвались в спальню, минуло мгновение. Охранники даже выстрела не слышали!

– Тогда как они узнали, что нужно войти? Я не понимаю, Джозеф!

– Заклятие накладывала Селена, и она почувствовала, что её магия пошатнулась, кто-то прорвал её, как пузырь.

– Это был он, – стуча зубами, пробормотала я и вцепилась пальцами в его бицепсы. Джозеф почувствовал, что я замерзаю, и прижал к себе, обвив руками. Странно, но так стало уютнее.

– Ты видела его лицо во сне?

– Он прячется под масками. Почему-то ко мне он является в облике рагмарра, – я не стала уточнять, какого именно. Вампирам не обязательно знать о моих слабостях. – В какой-то момент мне удалось её сорвать. Видимо, за это поплатилась Вивиан….

– Она должна была рассмотреть его, – отметил Джозеф, и я мысленно согласилась с ним. – Камеры Адама за миг до нападения отключились, все разом. Мы не сможем отследить его перемещения.

– Его невозможно отследить по камерам, – потускневшим голосом сказала я, убаюканная в объятиях вампира. – Он нематериален, но готов на всё, чтобы это исправить.

– Укусил он вполне материально.

– Его могущество потрясает. Он вытолкнул меня из своего мира, хотя я, в отличие от него, из плоти и крови.

– Ты пошла к нему по собственной воле? – удивлённый тон Джозефа заставил меня запрокинуть голову и посмотреть ему в лицо.

Он сурово хмурился, но и шокирован был не меньше. Полагаю, он и представить не мог, что такое возможно.

– Я должна была что-то предпринять. Мне не давал покоя Коул, и я решилась. Теперь ещё Вивиан….

– Он настолько силен, что без телесной оболочки сумел напасть?

– Эта тварь на много способна, но ему нужно питаться. Когда-то он был простым кровососом.

– Кровь? – Джозеф отстранился, чтобы видеть моё лицо.

– Отныне его пища – страхи, глубоко спрятанные личные кошмары, – я отодвинулась, выпутывая руки. – Мне надо к Вивиан.

Твёрдое на ощупь тело под моими ладонями стояло намертво, чтобы оттолкнуть его пришлось бы применить всю свою силу, собрать в кулак и швырнуть в вампира.

Он мог стиснуть меня, мог удержать, и я бы не шелохнулась без его дозволения. Но Джозеф позволил отодвинуть себя, ровно настолько, чтобы я не успела убежать.

– Не думаю, что тебе следует….

– Он должен был меня укусить, а не её!

– В тебе говорит тревога и жажда справедливости, но это ничего не изменит. Он ранил Вивиан, а не тебя, Эшли. Если бы он хотел твоей крови, то взял бы её.

– Нет! Он сказал, что будет пить мою кровь! – я смотрела в его серые глаза, тонула в них, беззвучно вопя о помощи.

Джозеф провёл ладонью по моим волосам, и меня окатило волной спокойствия. Он обладал способностью внушать умиротворение, «выключать» эмоции. По всей видимости, у меня был сильный шок, раз с первой попытки у него не получилось.

Сейчас с каждым его прикосновением, тихим неторопливым словом я чувствовала, как, капля за каплей, возвращается самообладание.

– Он не смог пробиться сквозь твои щиты и напал на Вивиан, это тебя беспокоит? – он говорил ровным голосом без интонации.

Выражение лица оставалось слегка напряжённым, отчасти изумлённым. Наверно, моё состояние вызывало у него опасения, а, может, Джозеф был шокирован не меньше моего, но мастерски скрывал это.

Я поджала губы, мотнула головой, рассыпая волосы по плечам. Руки повисли, сил отпихивать вампира не осталось. Он с теплом посмотрел на меня, и выглядело это довольно странно.

Я не представляла Джозефа приветливым и нежным, для его внешности подходила строгая холодность. Но я оценила жест и немного оттаяла.

– Вероятно. Да, меня это тревожит, – прошептала я, перестав вырываться. – Ему ничего не оставалось.

– Ты отлично все понимаешь, Эшли. Поэтому не кори себя.

– Буду, – упрямо сказала я. – И теперь я не усну.

– Мы должны что-то делать, – выпуская меня из рук, сказал Джозеф.

Убедившись, что я вполне способна стоять без его поддержки и чуткого присмотра, прошёлся до кровати и остановился. Он повернул голову и уставился на лужу крови на подушке. Холодок скользнул по спине, и я непроизвольно сжала кулаки.

– Здесь много крови, – глухо прозвучал голос вампира, отдался мурашками на коже. Я медленно обернулась.

– Только не говори, – начала я и прикусила язык.