Текст книги "В угасающих сумерках (ЛП)"
Автор книги: Кэтрин Коулс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 25 страниц)
11
Кол
– Быстро, сфоткайте меня кто-нибудь для анкеты, – распорядился Маверик, поднимая балку выше посреди квартиры над гаражом. – Я выгляжу чертовски накачанным.
Уайлдер фыркнул.
– Это для твоего приложения для отчаявшихся?
Мав свирепо посмотрел на нашего старшего брата.
– Грубо. Там полно людей, которые ищут серьезные отношения.
Декс хмыкнул.
– Приложение называется «Семь минут в раю».
Мав лишь пожал плечами.
– Семь минут до вечности. А теперь сфотографируйте меня наконец.
– Сделаю, лишь бы ты заткнулся и мы смогли продолжить работу.
Я сделал снимок и убрал телефон обратно в карман.
– Пусть кто-нибудь другой, – взмолился Маверик. – Кол отвратительно обращается с техникой. Наверняка отрезал мне голову или выбрал ракурс, где у меня пять подбородков. С его вечной возней можно подумать, что он древний старик.
Я свирепо посмотрел на Мава.
– Пусть я всего лишь второй по старшинству, но все равно могу надрать тебе задницу.
Уайлдер в нескольких местах прижал к балке гвоздезабивной пистолет.
– Помните, как Кол потерял блокнот с паролями?
Декс картинно содрогнулся.
– Кто вообще записывает пароли в блокнот?
– Кол больше не записывает, – рассмеялся Мав.
– Я тебя до сих пор не простил, – отрезал я Дексу.
– Эй, тебе нужно было усвоить урок, – начал оправдываться он. – Это ни хрена не безопасно.
– О, урок я усвоил. Теперь храню их в сейфе, – сообщил я.
У Декса отвисла челюсть.
– Ты купил сейф, чтобы прятать там пароли, вместо того чтобы пользоваться программой, которую я тебе купил?
Я пожал плечами.
– Моя система работает.
– Папа! – крикнула Скайлар, тяжело топая по лестнице.
– Я здесь, маленькая принцесса! – отозвался я.
Она появилась во всем великолепии своей бесстрашной принцессы. На ней были блестящие ярко-розовые колготки с грязью на коленях, армейские ботинки и толстовка с надписью «Это не я». Спереди к ней был пристегнут игрушечный бластер, а за спиной красовались крылья феи. Скайлар как она есть.
– Можно нам с Оуэном устроить родео на альпаках? – как ни в чем не бывало спросила она, когда за ее спиной появился лучший друг.
Я вскинул бровь.
– И что включает в себя родео на альпаках?
Скай слегка пожала плечами, отчего крылья феи затрепетали.
– Мы могли бы на них ездить и стрелять по мишеням.
– И сражаться на копьях, как в Средневековье, – добавил Оуэн.
– Звучит отпадно, – крикнул Мав. – Я участвую.
Я свирепо на него посмотрел.
– Ты не участвуешь. Никто не участвует. Все это звучит крайне опасно. К тому же на альпаках нельзя ездить.
Скайлар нахмурилась.
– Но я им нравлюсь. Они почти никогда в меня не плюются.
– А мне нравится, когда они плюются, – ухмыльнулся Оуэн.
Я сжал переносицу, пытаясь придумать довод, который поможет выиграть эту битву. Потом опустил руку.
– Для альпак это вредно. Их спины не приспособлены выдерживать вес человека.
– Им будет больно? – сразу встревожилась Скай.
– Будет.
– Тогда нельзя, – быстро сказала она.
– Не-а, братан, нельзя, – проворчал Оуэн.
Но тут его лицо озарилось.
– А на лошадях?
На ранчо у нас было всего шесть лошадей. Совсем не то, что у семьи Астер по соседству. У них были не только коровы, но и конный завод.
– О, – сказал Декс. – Ты не умеешь ездить верхом.
– Могу научиться, – парировал Оуэн.
Декс покачал головой.
– Не за один день. Хочешь научиться? Я попрошу Астер давать тебе уроки. Она лучшая.
В глазах Маверика вспыхнуло озорство.
– Я могу возить его на занятия.
– Мав, – предостерег Декс.
– Что? Ледяная королева не сможет возражать, если я буду привозить на занятия своего будущего племянника, – заявил Маверик.
– Нет, зато она может прострелить тебе яйца, – заметил Уайлдер.
Я понятия не имел, что произошло между Мавом и Астер. Годами они были не разлей вода. После всего случившегося лишь ей удавалось до него достучаться. Но к концу старшей школы что-то изменилось. В одно мгновение они превратились из лучших друзей во врагов.
Скайлар нахмурилась.
– А зачем дяде Маву приносить яйца на уроки верховой езды?
Я свирепо посмотрел на Уайлдера.
– Спасибо тебе большое.
– Эй, я не ругался, – возразил Уайлдер.
Скайлар ухмыльнулась, показав еще один шатающийся зуб.
– Моя банка для штрафов за ругань уже почти полная. Скоро куплю новый мощный бластер.
– Прекрасный пример вы подаете моей дочери, – проворчал я.
– Эй, – оскорбился Маверик. – Я подаю отличный пример.
Декс лишь уставился на нашего младшего брата.
– Ты худший пример за всю историю плохих примеров.
– Дядя Мав лучший, – вмешалась Скай. – Он научил меня прыгать с сеновала.
В комнате воцарилась тишина.
– Маверик, – прорычал я.
В комнату ворвался дядя Уэйлон, тяжело дыша.
– Эти сорванцы чертовски быстрые.
Скайлар хихикнула.
– Прости, дедушка Уэй-Уэй.
– Как насчет пойти поискать снежного человека? – предложил он Скайлар и Оуэну.
– Круто, – пробормотал Оуэн. – Погнали.
– Да! – обрадовалась Скай.
– Никакого оружия, – приказал я.
Дядя Уэйлон оскорбленно вскинул брови.
– Я бы никогда не причинил вреда снежному человеку.
– Разумеется, – пробормотал Уайлдер.
Декс с трудом сдержал смех.
– Развлекайтесь, безумные детишки.
Когда они один за другим вышли из комнаты, я снова повернулся к братьям.
– Давайте. Осталась только чистовая отделка.
Но она могла оказаться обманчиво долгой. Здесь важно было все сделать правильно, а значит, работа могла затянуться навечно.
– Думаю, максимум за день-два управимся.
Декс долго смотрел на меня.
– Ага, если будем работать круглосуточно.
Взгляд Уайлдера изменился, став внимательным и изучающим.
– А к чему вообще такая спешка?
Я переступил с ноги на ногу. Все равно рано или поздно придется раскрыть карты.
– Нова переедет сюда.
Все моментально затихли.
Первым молчание нарушил Мав.
– Серьезно?
Я коротко кивнул.
– Да. Ей нужно собственное пространство.
– Под твоей крышей? – с вызовом спросил Уайлдер.
Его слова невольно заставили меня напрячься. Будто он намекал, что я делаю что-то неправильное.
– У тебя с этим проблемы?
– У меня нет, но у Ориона могут быть.
Я стиснул коренные зубы. Наш средний брат не хотел видеть на земле ранчо никого, кроме семьи. Понадобилось несколько совместных ужинов и победа Брей над ним в соревновании по поеданию острого соуса, чтобы он к ней немного оттаял. Но Нову он избегал совсем. Каждый раз, когда она приходила на ужин, он исчезал.
Маверик ухмыльнулся и поднял телефон.
– Не волнуйся. Я уже написал ему.
– Ты чертов провокатор, – прорычал я.
Мав лишь пожал плечами.
– Расслабься. Ты все равно рано или поздно должен с ним разобраться. А так он хотя бы выберется из своей берлоги.
Дом Ориона трудно было назвать берлогой. Он был огромным, что казалось нелепым для человека, который никого из нас туда не впускал. Но после того случая с отцом Орион не выносил ощущения, будто его загнали в рамки.
– Мне нужно было подготовиться, – огрызнулся я.
– К ярости Риона в этом вопросе тебя ничто не подготовит, – заметил Уайлдер. – Ты же знаешь.
И он был прав.
Вдалеке послышался шум двигателя, и я сразу понял, что это наш брат. Еще через несколько секунд хлопнула дверь. От ярости, вложенной в этот звук, я поморщился. А затем на лестнице загрохотали тяжелые шаги.
Орион заполнил собой весь дверной проем. Он был на несколько сантиметров выше нас, шире в плечах, а вся его фигура выглядела чуть более угрожающе. И темно-ореховый взгляд, которым он меня пронзил, ясно говорил: он недоволен.
Он резким движением свел указательный и средний пальцы с большим. Я знал, что на языке жестов это означало «нет». И, разумеется, этим Орион и ограничился.
После того как он убил нашего отца, речь исчезала из его жизни постепенно. Сначала он писал, потом выучил язык жестов. Но со временем общался все меньше. А когда все же вступал в разговор, выражался как можно короче.
Я заговорил и одновременно начал показывать жестами. Эта привычка появилась у меня, чтобы Орион никогда не чувствовал себя чужим.
– Ты не можешь просто сказать «нет».
– Нет.
Орион снова повторил жест.
– У нас тут не самодержавие, – возразил я.
Его руки задвигались быстрее.
– Я не позволю чужаку жить на этой земле. Здесь живет только семья.
– Она не чужая, – возразил я.
Но Ориона этим было не убедить. Мы все знали правду: предать может любой. Поэтому, по мнению Ориона, чем меньше людей он впускает в свою жизнь, тем лучше.
Под его яростным взглядом я решил зайти с другой стороны.
– Ей это нужно.
В моем голосе прозвучала почти мольба.
– Она сказала, что ей нечем дышать. Ей нужно безопасное место, где она сможет понемногу расправить крылья. К квартире в городе она пока не готова. Там слишком много возможных потрясений.
Стоящий рядом Декс напрягся. Не от удивления, а от беспокойства. Но ничего не сказал.
На лице Ориона промелькнуло сомнение, однако он лишь покачал головой.
– Прости. Нет.
– Она призналась, что ей страшно.
Меня кольнуло чувство вины за то, что я выдал сказанное Новой по секрету. Но мне было необходимо, чтобы он увидел. Понял.
Орион провел ладонью по лицу, но теперь молчал.
– Пожалуйста, Рион. Ей это необходимо. И, кажется, мне тоже. Мне нужно знать, что она в безопасности и идет на поправку. То, что я увидел, когда нашел ее… до сих пор меня преследует.
Он замер и встретился со мной взглядом.
– Она всегда держится минимум в ста восьмидесяти метрах от моего дома.
– Она сможет.
Орион резко кивнул.
– Ладно.
Меня охватило облегчение.
– Спасибо.
Я поморщился и обвел комнату взглядом.
– Можешь пока никому не рассказывать подробности? Сказать, что Нова живет на ранчо, можно. Но не то, что над моим гаражом. Учитывая, что я веду ее дело, ситуация неоднозначная.
«Неоднозначная» – это еще мягко сказано. Если Шерри узнает, она отстранит меня от дела так быстро, что голова кругом пойдет. И это если она вообще не отстранит меня от службы.
Мав уставился на меня с открытым ртом.
– С каких пор ты вообще связываешься с такими сомнительными делами?
Я прямо встретил его взгляд.
– С тех пор, как это помогает поступить правильно.
– Справедливо, – пробормотал он.
Я перевел взгляд на Декса.
– Пока не говори Брей. Нова хочет сама с ней поговорить.
Он долго изучал меня.
– Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь.
Черт. Я тоже на это надеялся.
12
Нова
Ветер закружился вокруг меня, на этот раз более колючий, чем обычно. Хорошо, что я надела толстовку. Но черт, как же здесь красиво. Такая красота напоминала, сколько всего мне еще предстоит пережить.
Солнце заставляло темную зелень леса сиять, напоминая глаза Кола – смесь зеленого и золотого. Стоя на краю крутого спуска, я сильнее сжала руль. Двое велосипедистов мчались по трассе, похожей на американские горки среди дикого леса. Парень в ярко-оранжевой футболке налетел на какой-то бугор и взмыл в воздух.
Я хотела этого. Мне это было необходимо.
В памяти вспыхнула статья.
Нова Монро ищет утешения среди других жертв.
Мои фотографии красовались в каком-то дурацком блоге и на сайте газеты из Реддинга.
Внутри меня гудела энергия, но ничего хорошего в ней не было. От нее хотелось содрать с себя кожу. Сразу после статьи я прыгнула со скалы, но это не помогло.
Мое лицо – все еще слишком бледное. Щеки – все еще немного впалые. Глаза – до сих пор полны призраков прошлого.
Словно фотография Риз Гатлин показывала правду, а я сама жила во лжи. Поэтому привычный прыжок со скалы не подействовал. Я не почувствовала облегчения. Не обрела уверенности, что жива и все еще дышу.
Мне требовалось нечто большее.
Второй велосипедист в футболке с языками пламени пронесся по участку, где его велосипед почти лег набок. Понятия не имею, как он не рухнул головой вперед.
Наверное, это ошибка. Глупость. Но я была в отчаянии. Если не найду выхода этой энергии, то вряд ли дотяну до вечера, не сломавшись.
– Сверхновая?
Услышав свое прозвище, я вздрогнула и развернулась на велосипеде. Для горных трасс он еще годился, но лучшие дни остались далеко позади. Увидев Маверика, я удивленно замерла. Он был экипирован с ног до головы и походил на велосипедиста-ниндзя.
Черная облегающая одежда подчеркивала его фигуру. Перчатки украшали черепа, а солнцезащитные очки с металлически-оранжевыми линзами закрывали половину лица.
Он приподнял очки и внимательно оглядел меня, словно проверяя, не обознался ли.
– Что ты здесь делаешь?
Мои плечи тут же напряглись, будто на меня собирались пожаловаться учителю.
– Хочу попробовать горный велосипед.
Мав слегка приоткрыл рот.
– Хочешь попробовать горный велосипед, – повторил он.
– Да. А что в этом такого? – огрызнулась я.
– Ничего, черт возьми. Но ты стоишь на вершине сложной трассы, которая гарантированно сбросит тебя на задницу.
Я упрямо вскинула подбородок, но краем глаза увидела, как велосипедист проходит жуткую полосу препятствий. Вся моя решимость испарилась, оставив лишь бессилие и тревожную энергию. Она заставляла мышцы дергаться и отчаянно требовала выхода.
– Мне что-то нужно.
Маверик нахмурился.
– Что ты имеешь в виду?
Меня накрыло головокружение – тревога усиливалась.
– Мне нужно дышать, – прохрипела я.
Маву хватило секунды, чтобы все понять.
– За мной, – отрывисто бросил он.
Он уже нажал на педаль и поехал к парковке, а я последовала за ним. Но, не доезжая до нее, он резко свернул налево, между деревьев, на другую тропу. Остановился прямо перед началом новой трассы.
Сначала я ее не заметила – она скрывалась за деревьями. Трасса напоминала одну из тех жутких водных горок, где тебя швыряет отвесно вниз, а потом выплевывает наружу.
– Она называется «Рогатка», – сообщил Мав.
– И чем она лучше той? – с трудом выдавила я.
Мышцы горла все еще были напряжены.
– Здесь прямой спуск, а внизу длинный ровный участок, где можно затормозить. Ты получишь необходимую дозу адреналина, но это намного безопаснее «Полосы препятствий». Здесь почти не нужно маневрировать.
Я медленно кивнула, поправляя шлем.
– Что мне делать?
– Согни колени и локти, чтобы переносить вес вперед или назад. Но в основном держись по центру велосипеда. Ни в коем случае резко не тормози. Перелетишь через руль. Слегка нажимай на тормоза, чтобы сбавить скорость. Внизу не спеши. Я поеду за тобой.
Я снова и снова повторяла в голове инструкции Маверика. Согнуть колени. Согнуть локти. Держать вес по центру. Слегка нажимать на тормоза.
Наверняка Мав ждал, что я задам еще вопросы или спрошу, можно ли начинать. Но я не стала. Тревога слишком сильно подгоняла меня. Поэтому я просто оттолкнулась.
Трех оборотов педалей хватило, чтобы я перевалила через вершину холма. На мгновение зависла там, будто мое тело ничего не весило.
А потом полетела.
Ветер хлестал меня, пока я парила над седлом. Это было одновременно жестокой пощечиной и беспощадным пробуждением.
И именно это мне требовалось.
Ветер и потрясение выбили воздух из моих легких. Заставили дышать. Но главное – я чувствовала, как бьется сердце. Как стремительно пульсирует кровь.
И все это привело меня к одной простой истине.
Я была жива.
Я вцепилась в это ощущение изо всех сил. И вдруг снова услышала в голове голос Кола.
– Ты жива. Ты дышишь.
Я прокручивала эти слова снова и снова, пока неслась вниз по склону. В этом были красота, сила и жизнь во всей ее полноте.
Добравшись до конца спуска, велосипед стремительно вылетел на дорожку. Теперь я прекрасно понимала, почему трассу назвали «Рогаткой». Но вскоре скорость начала падать. Я слегка нажимала на тормоза, как учил Маверик, пока не остановилась.
И я все еще дышала.
Я отвела велосипед в сторону и наблюдала, как Мав спускается гораздо увереннее меня. Он резко затормозил, подняв облако пыли, и широко улыбнулся.
– Ну как ощущения?
– Потрясающе, – честно ответила я.
– Еще бы. Ничто так не помогает начать день, как хороший выброс адреналина.
Несколько секунд я внимательно изучала младшего из братьев Арчер.
– Откуда ты знал?
Его темные брови сошлись на переносице.
– О чем ты?
– Ты знал, что это поможет. Откуда? Большинство считает это странным.
Ладно, не совсем большинство. Странным это считала Брей. По крайней мере, судя по тем крохам, которые ей были известны.
– Или нездоровым.
Мав пожал плечами и снова приподнял очки.
– По-моему, это чертовски полезнее, чем глушить чувства наркотиками, алкоголем, сексом или миллионом других способов.
Тут он был прав.
– Иногда мир становится слишком громким, – тихо произнес Мав. – Это помогает. И напоминает, что я все еще здесь.
Я поджала губы – не от раздражения, а от понимания. Нас обоих подобное манило по одной и той же причине. И я была благодарна, что нашелся человек, который не считал меня ненормальной.
– Нова? – позвал кто-то.
Я обернулась и увидела женщину, приближавшуюся к трассе верхом. Я ее знала. Светлые волосы Астер были собраны в низкий пучок, а широкополая ковбойская шляпа закрывала лицо от солнца.
– Привет! – отозвалась я, не скрывая удивления.
Она лучезарно улыбнулась.
– Я узнала тебя по волосам.
Мои длинные, почти черные волосы были заплетены в косу до середины спины.
– Они меня выдают.
Я слезла с велосипеда, прислонила его к дереву и подошла к Астер и ее лошади.
– А кто это у нас такая красавица?
– Это Дейзи. Она обожает смотреть на велосипедистов.
Лошадь была прекрасна – вся покрыта крупными коричневыми и белыми пятнами.
– Можно с ней поздороваться? – спросила я.
– Она будет рада, – улыбнулась Астер.
– А со мной, Ледяная королева? – вмешался Мав. – Мне привет не полагается?
– Не заметила тебя, Сатана. Наверное, потому что ты в привычной среде – в грязи, – парировала Астер.
Губы Маверика дрогнули.
– Да брось. Иногда приятно немного испачкаться. Живи хоть немного.
Бледно-голубые глаза Астер сузились.
– У нас разные представления о веселье.
Я переводила взгляд с одного на другую. Хотела погладить Дейзи по щеке, но передумала. Я никогда не видела, чтобы кто-то из них так воинственно вел себя с другими.
В глазах Маверика мелькнуло замешательство, но он быстро его скрыл.
– Очень жаль. Иногда тебе было бы полезно вытащить палку из задницы.
Астер несколько секунд смотрела на него, разинув рот, а потом резко его закрыла и повернулась ко мне.
– Напиши мне, если захочешь покататься верхом. Лошадям всегда полезно размяться.
– Я никогда не ездила верхом, – призналась я.
Детство на побережье Род-Айленда с родителями, которых больше волновали деньги на выпивку, чем на еду, не особенно располагало к урокам верховой езды.
– Не проблема, – заверила меня Астер. – У нас достаточно спокойных лошадей, на которых хорошо учиться.
Я посмотрела на лошадь, и меня окутало умиротворение.
– Я бы с удовольствием.
– Отлично. Мне пора возвращаться на ранчо, но мы все устроим.
Астер бросила взгляд на Мава, вновь отгородившись привычной броней.
– Сатана.
– Ледяная королева, – отрезал он.
Господи.
Астер развернула лошадь, пустила ее быстрым шагом и скрылась в лесу.
Я повернулась к Маверику.
– Что между вами произошло?
Мав пожал плечами и одарил меня улыбкой, такой же ненастоящей, как оранжевый сыр из баллончика.
– Некоторые просто ненавидят меня за то, что я чертовски привлекательный.
Я долго смотрела на него. И на кратчайшее мгновение мне почудилась печаль в его темно-ореховых глазах.
– Ну что, Сверхнова? Хочешь получить первый настоящий урок езды по горным трассам? – спросил он.
Я понимала, что он хочет сменить тему, но позволила ему. Потому что знала, каково это – хранить вещи, о которых не хочется говорить.
– Показывай, что к чему, король трасс.
– Вот это я называю должным уважением.
Я рассмеялась, и смех больше напоминал фырканье.
– Тебе нужна помощь.
Он игриво вскинул брови.
– Ролевая игра с медсестрой меня бы заинтересовала.
– Я говорю о помощи, которая поумерит твое самомнение.
Мав отмахнулся.
– Не-а, я и так совершенство.
Я лишь покачала головой и последовала за ним к серпантину, ведущему обратно вверх по склону.
Следующие два часа мы изучали основы и тренировались на трассах для начинающих. Я даже спустилась по синей трассе, которая считалась более сложной. Но Мав настоял, что перед черной мне нужно еще немного потренироваться.
К тому времени, как мы докатили велосипеды до парковки, у меня болело все тело. Наверное, я немного перестаралась. Но усталые мышцы были куда приятнее тревожно подергивающихся.
– Спасибо, – сказала я, покосившись на Маверика. – Наверняка ты приехал покататься по трассе с двумя черными ромбами. А вместо этого весь день провел на велосипедном аналоге детской горки.
– Я не против, – заверил он. – Честно говоря, иногда полезно возвращаться к основам. И я рад, что смог помочь.
Он открыл рот, собираясь что-то добавить, но остановился. Затем снова заговорил.
– Я знаю, что ты прошла через ад. И мне приятно понимать, что я могу хоть немного облегчить тебе жизнь.
Обычно я ненавидела, когда кто-то затрагивал эту тему. Особенно сейчас. Но здесь его слова раздражали не так сильно. Потому что Мав говорил о собственных чувствах. И я его понимала. То, что случилось со мной и многими другими, оставило след на всем городе – на людях, знавших жертв и убийцу.
– Тогда я рада. И позволю тебе дать мне еще несколько смертельно опасных уроков.
Мав громко рассмеялся.
– Только Брей не говори. Эта маленькая оторва меня пугает.
Уголок моих губ приподнялся. И правильно делала.
Приближаясь к внедорожнику Брей, который она одолжила мне на день, я замедлила шаг. Под стеклоочистителем лежал длинный конверт. Имени на нем не было. Осмотрев еще пять машин на парковке, я заметила, что ни на одной не было такого конверта.
Прежде чем тревога успела снова завладеть мной, я схватила его и открыла. Конверт не был заклеен, но внутри лежала целая кипа бумаг. Газетные вырезки и распечатки из блогов.
Я начала их перебирать, и с каждой новой страницей злость росла.
Нова Монро пропала девять месяцев назад.
Женщина исчезла во время похода с другом. У полиции нет ответов.
От следующего заголовка у меня скрутило живот.
Дом ужасов обнаружен в горах Северной Калифорнии. Женщину держали на цепи.
Перед глазами что-то промелькнуло. Воспоминание или воображение – я не знала. Я изо всех сил дергала цепь, прикованную к стене. Пальцы сводило судорогой, один ноготь треснул посередине, но мне было все равно. Я должна выбраться. Сбежать. Затем раздался низкий смех. Из динамика?
– Тебе никогда не сбежать. Теперь ты принадлежишь мне.
Я заморгала, прогоняя обрывочные картины и эхо голоса. Но руки дрожали, пока я продолжала перебирать статьи и распечатки. Все они были о моем деле, других пропавших и Трэвисе.
И наконец, обычный белый лист с напечатанными заглавными буквами.
НИКОГДА НЕ ЗАБЫВАЙ.
– Сверх… Какого хрена? – прорычал Мав, заглянув мне через плечо.
Я попыталась засунуть статьи обратно в конверт, но не смогла. Тогда собрала их в стопку и постаралась снова разозлиться. Потому что точно знала, кто это сделал.
– Ничего страшного.
– Это вовсе не ничего, – возразил он.
– Это тот чертов журналист. Думает, я ему что-то должна, потому что он написал несколько статей и употребляет слово «следовательно».
Маверик долго смотрел на меня, не проявляя ни капли веселья в ответ на мою попытку пошутить.
– Скорее всего, ты права. Но давай я на всякий случай упакую все это в пакет.
Я нахмурилась.
– В пакет?
Он нажал на брелок, отпирая внедорожник на другом конце парковки.
– В пакет для улик. Если произойдет еще что-нибудь странное, это останется у нас. Даже если это действительно он, стоит сохранять доказательства. Вдруг ты захочешь добиться запрета на приближение.
Я нахмуренно посмотрела на него.
– Откуда у тебя пакеты для улик?
Мав отвел взгляд в сторону, а затем снова посмотрел на меня.
– Ну, расследования поджогов и все такое.
– А. Да, конечно.
Мне все равно не хотелось хранить эти бумаги. Да и вполне логично, что у Мава были принадлежности для сбора улик. Он работал и пожарным-парашютистом, и пожарным-парамедиком в пожарной части Старлайт-Гроув.
Он подбежал к своей машине, а затем вернулся, держа раскрытый пакет. В верхней части крупными черными буквами было напечатано «УЛИКА».
– Клади все сюда.
Я опустила внутрь конверт и стопку вырезок.
– Сделай одолжение и не рассказывай об этом Брей. И Дексу тоже. Он передаст ей, а она запаникует. Я просто не могу…
Маверик сочувственно улыбнулся.
– Не расскажу. Я понимаю. Только ты тоже сделай мне одолжение: будь особенно осторожна.
– Конечно.
Но это был всего лишь напыщенный журналист. Или чей-то больной розыгрыш.
Так и должно было быть.
