Текст книги "В угасающих сумерках (ЛП)"

Автор книги: Кэтрин Коулс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 25 страниц)

48
Нова

– Супернова, можно мы поедим на улице вдвоем? Только ты и я?

Скайлар задала этот вопрос, едва я ступила на последнюю ступеньку. Я замерла. Я что-то натворила? Она нетерпеливо подпрыгивала на носочках. Казалась… взволнованной. Значит, неприятностей не предвидится, верно?

– Я с радостью поем с тобой. – Я заглянула на кухню, где Кол наливал себе кофе. – Но, может, позовем и твоего папу? Вдруг он почувствует себя лишним.

Скай покачала головой.

– Нам нужно девичье время. Он понимает.

Я с трудом сдержала смех. Мудра не по годам.

– Тогда нам понадобятся еще и пледы. На улице холодно.

С тех пор как нашли Хайди Ингрэм, прошла неделя, и за это время заметно похолодало. Неделя миновала и с момента моего прорыва. И я не нарушила данного себе обещания.

Я виделась с новым психотерапевтом почти каждый день. Марли Купер оказалась совсем не такой, как я ожидала. На наши встречи она всегда приходила в джинсах, рабочих ботинках и куртке для верховой езды. И никогда на меня не давила. Она не терпела чепухи, но с лошадьми и со мной была предельно мягкой.

Чудесного исцеления не случилось, но ко мне возвращалось все больше воспоминаний. Не стану врать, вспоминать было больно. Даже разрозненные короткие вспышки причиняли мучительную боль. Но я понимала: только так можно выбраться. Неважно, что после каждого сеанса я оставалась совершенно без сил. Оно того стоило.

– Я их тоже взяла. Ну же-е-е, Супернова. У нас еще есть гранола с мороженым, – подгоняла она.

– Ну, тебе и мороженому я отказать не могу.

Она просияла и бросилась к задней двери. Я пошла следом, но остановилась возле Кола. Он протянул мне чашку кофе и поцеловал в висок.

– Скажи честно, Босс. Меня сейчас накажут? – спросила я.

Он рассмеялся.

– Думаю, она просто хочет побыть с тобой наедине. В последнее время я мешаю ей развернуться.

Я быстро поцеловала его и ухмыльнулась.

– Мне нравится быть любимицей.

– Эй, – возмутился он.

Но я лишь схватила два пледа и поспешила на улицу с кофе. Скайлар уже устроилась на задних ступеньках. Я укутала ее пледом и села рядом. Между нами стояли стаканчики с десертом на завтрак.

– Выглядит восхитительно, – сказала я, беря свой.

– Не волнуйся. Тебе я положила побольше шоколадных капель.

– Я знала, что не зря тебя люблю.

Она хихикнула, а потом умолкла, глядя на волнистые поля. Я не торопила ее, чувствуя, что она хочет о чем-то заговорить. Пока ждала, любовалась открывавшимся перед нами видом. Здесь все было прекрасно: золотистые осенние холмы, альпаки и лошади вдали…

Я могла представить, как наблюдаю отсюда за сменой всех четырех времен года. У каждого будет своя особенная красота.

– Ты ведь правда меня любишь? – тихо спросила Скай.

Я мгновенно повернулась к ней.

– Больше всех на свете. Ты и Оуэн – самые замечательные дети, которых я знаю. Скай, ты добрая и смешная. С тобой каждый день превращается в приключение. Ты замечаешь окружающих и помогаешь им почувствовать себя особенными. В тебе нет ничего, чего бы я не любила.

Она шумно выдохнула.

– Я так и думала.

Внутри у меня все потеплело. И все же что-то не давало покоя.

– Почему тебе понадобилось в этом убедиться?

Скайлар закусила нижнюю губу.

– Мама меня не любила. И я просто хотела убедиться, что, если вы с папой когда-нибудь поженитесь, ты будешь меня любить. Я была уверена, а потом просто… я…

– Маленький голосок заставил тебя усомниться? – мягко спросила я.

Она кивнула.

– Это глупо. Ты ведь постоянно показываешь, что любишь меня.

Господи, как же мне хотелось сделать все правильно. Это был один из тех важных моментов. И я хотела дать Скайлар именно то, что ей нужно. Так, как никогда не делала моя мама.

– Скай, можно я тебе кое-что расскажу?

– Что угодно.

Я глубоко вдохнула, надеясь, что Кол поймет, почему я этим поделилась. И что я поступаю правильно.

– Моя мама меня не любила. По крайней мере, я этого не чувствовала. Она не заботилась обо мне и не была рядом, когда мне это требовалось. И иногда мне тяжело произносить эти слова. Потому что мне страшно.

Глаза Скайлар, такие похожие на глаза Кола, широко распахнулись.

– Тебе бывает страшно? Но ты ведь такая храбрая.

– Храбрость не означает, что тебе никогда не страшно.

Она немного поразмыслила.

– Наверное, ты права. – Она посмотрела мне в глаза. – Мне жаль, что твоя мама тоже оказалась не самой лучшей.

– Знаешь, что я поняла?

– Что?

– Она дала мне столько, сколько могла. И готова поспорить, твоя мама тоже. Более того, она сделала самое лучшее, что только могла. Она отдала тебя папе, который так сильно тебя любит, что я вижу это каждый раз, когда он на тебя смотрит.

Нижняя губа Скай едва заметно задрожала.

– Ты правда это видишь?

У меня разрывалось сердце.

– Правда.

– И как это выглядит?

– Это похоже на миллион искорок, которые окружают вас двоих.

– Мне нравятся искорки, – тихо сказала Скайлар.

– Мне тоже.

Она снова ненадолго замолчала, будто обдумывала что-то еще.

– Знаешь, кажется, я рада, что она ушла.

– Почему? – спросила я, стараясь не выдать ни тени осуждения.

– Потому что она освободила место для тебя.

Мне стоило огромных усилий не расплакаться. Но я сдержала слезы.

– Скай?

– Да?

– Теперь можно тебя обнять?

Она не стала отвечать. Даже словами. Просто бросилась ко мне.

И в этом объятии было все.

* * *

– Знаете, – начала я, подавшись вперед и опершись локтями на консоль внедорожника, – я вполне могу привыкнуть к услугам личного шофера. Забирают от двери и привозят к двери. На бензин тратиться не надо. И можно обниматься с Йети.

Огромный пес тявкнул, словно соглашаясь со мной.

Декс усмехнулся и остановился перед The Boot.

– Всегда рад услужить.

– Думаю, куплю тебе шоферскую фуражку и попрошу Скай украсить ее стразами, – продолжила я, и Брей расхохоталась.

В зеркале заднего вида я поймала угрюмый взгляд. Веселье с лица Декса мигом исчезло.

– Даже не думай.

– Да ладно тебе. Будет очень стильно, – возразила я.

– Ага, Лютик, – подхватила Брей. – Думаю, ты будешь очень мило смотреться в розовых блестках.

– Вы двое вместе опасны, – пробормотал Декс.

Я улыбнулась лучшей подруге. Между нами все шло прекрасно. Мы даже устроили девичник. Выпили несколько бокалов вина и навеселе нарисовали план женского домика между участками Кола и Декса. Но важнее всего было то, что мы снова находили общий ритм.

– Не связывайся с двойной бедой, – сказала Брей, ухмыляясь жениху.

Я невольно улыбнулась.

– Ему еще повезло, что мы не устроили ему то же самое, что Брейди Сильвертону.

– Боюсь спрашивать, – пробормотал Декс.

– Мы спустили ему шины в тот же день, когда пробрались в мужскую раздевалку после футбольной тренировки и украли всю его одежду, – объяснила Брей.

Декс уставился на будущую жену с открытым ртом.

У меня вырвался смех.

– Мы оставили ему футболку с принцессой и плавки. Мы же не чудовища.

Брей больше не могла сдерживаться и расхохоталась.

– Но зато снимали его на фото и видео, пока он ждал техпомощь.

Я провела пальцем под глазом, стирая выступившие от смеха слезы.

– Механик, который приехал, вообще ничего не понял.

– Если честно, мне было жалко именно его, – сказала Брей.

Я кивнула.

– Зато тот придурок больше к нам не лез.

Декс лишь покачал головой.

– Вы обе меня по-настоящему пугаете.

– Вот и хорошо, – сказала я, открывая заднюю дверь, когда увидела выходящего Уайлдера.

У нас сложилась своего рода система. После того как мы отвозили Скайлар в школу, Кол оставлял меня с Дексом и Брей. Они возили меня к психотерапевту, обратно, а потом на работу. Уайлдер всегда встречал нас снаружи. Во время смены я ни разу не выходила из здания. Затем Кол забирал меня и вместе со Скай отвозил домой.

Я ни на секунду не оставалась одна. Не стану врать, это душило. Но дурой я не была. Пока они не найдут этого чудовища, иначе нельзя.

Несмотря на солнце, меня пробрала дрожь. Я не могла перестать гадать, действительно ли это Трэвис. Неужели он по-прежнему вел свою жестокую игру?

Я расправила плечи и улыбнулась, подходя к Уайлдеру. Трэвис или кто бы это ни был, не победит. Ему не удастся отнять мою жизнь, когда у меня и так забрали слишком многое.

– Доброе утро, – поздоровалась я.

Уайлдер несколько секунд внимательно смотрел на меня.

– Ты выглядишь хорошо.

Глядя на старшего из братьев Арчер, я не могла сказать о нем того же. Под глазами залегли темные круги, а сами глаза покраснели. Я нахмурилась.

– Ты в порядке?

Он провел ладонью по лицу.

– Почти не сплю.

Я знала почему. Все братья Арчер работали над этим делом. Собирали кусочки воедино и пытались выяснить, кто, черт возьми, за этим стоит и где он прячется. Кол наконец рассказал мне, чем они занимались втайне. Они помогали пропавшим людям добиться справедливости. И я чертовски им гордилась. Колом и всеми Арчерами.

– Спасибо, – прошептала я. – Для меня это значит больше, чем я могу выразить.

Лицо Уайлдера смягчилось.

– Я хочу помочь. Жаль только, что от меня не так много пользы.

Его взгляд скользнул внутрь и остановился на Коре. Она уже приступила к работе и наполняла солонки. Уайлдер хотел помочь не только мне. Он хотел помочь ей.

– Мы его найдем, – твердо сказала я.

Уайлдер снова посмотрел на меня.

– Найдем.

– Доброе утро, начальник, – поздоровалась Брей, подходя к нашей маленькой компании.

– Доброе. Возьметесь за соусы и приправы? – спросил он.

– Сделаем, – ответила я.

– Только не вздумай им перечить, – крикнул Декс через открытое окно. – Я только что узнал, насколько они безжалостны.

Уайлдер озадаченно посмотрел на него, но мы с Брей лишь рассмеялись и направились в бар. Мы помахали Коре. Она ответила тем же, но тоже выглядела так, словно почти не спала. Нужно было поговорить с ней наедине и выяснить, как она на самом деле.

Я пошла за Брей к кладовой, чтобы взять огромные емкости с кетчупом и горчицей. Она придержала мне дверь, и я вошла, включая верхний свет.

– Как сегодня прошла встреча с Марли? – спросила Брей.

При Дексе она старалась не спрашивать, потому что знала, насколько болезненной была для меня эта тема. Но когда я стала рассказывать больше, ей стало легче задавать вопросы.

– Хорошо, тяжело, изматывающе и обнадеживающе, – честно ответила я.

Уголок рта Брей приподнялся.

– Похоже, ты ничего не упустила.

Я замерла, положив руку на одну из множества полок с припасами для бара и кухни. В животе запорхали тревожные бабочки. Но я напомнила себе: они появились лишь потому, что это важно. А утренний разговор со Скай напомнил мне, что нужно быть храброй.

– Я тебя люблю.

Слова прозвучали едва слышно, но одновременно оглушили, словно взрыв.

У Брей отвисла челюсть.

– Ты никогда не произносишь слово на букву «л».

Я нервно рассмеялась.

– Пытаюсь научиться. Но я всегда это чувствовала. Ты должна это знать. Ты мне сестра во всем, что действительно важно.

На глазах Брей выступили слезы.

– Я так сильно тебя люблю, Супернова. Я восхищаюсь тобой и мне безумно жаль, что тебе пришлось через все это пройти.

– А мне нет.

Это была простая, но сильная истина.

Брей всмотрелась в меня, ничего не понимая.

– Тебе не жаль?..

– Не пойми меня неправильно. Эта боль навсегда останется во мне. Но вся красота, которая пришла после? Жизнь, которой я теперь могу жить? Ты, Оуэн, Арчеры… Кол? – Слезы покатились по моим щекам. – Это все для меня. И это дар, который я чувствую особенно глубоко именно благодаря тому, что пережила.

– Нова, – хрипло выдохнула Брей.

Я шагнула к ней, крепко обняла и не отпускала.

Она расплакалась еще сильнее.

– Ты меня обнимаешь.

– Слишком давно этого не было.

– Да.

Дверь открылась.

– Эй, вы не… Ох, черт. Простите, я…

Мы повернулись, по-прежнему обнимаясь, и увидели Кору, застывшую в дверях.

Я лишь широко улыбнулась ей сквозь слезы.

– Мы обнимаемся, чтобы прогнать все плохое. Присоединишься?

– Я… эм…

– Иди сюда, – подбодрила ее Брей.

Мы протянули к Коре руки. Она с забавной неуверенностью медленно подошла к нам. Стоило ей оказаться рядом, как мы втянули ее в объятия и принялись раскачиваться в каком-то странном танце. От этого мы все рассмеялись.

Кто-то прочистил горло, и мы испуганно отпрянули друг от друга. В дверях стоял Уайлдер. Я ожидала увидеть у него улыбку или хотя бы насмешливый блеск в глазах. Но ничего подобного не было. Его лицо оставалось совершенно непроницаемым.

– Кто-нибудь из вас разговаривал с Пайпер со вчерашнего дня?

В животе разлился холодный ужас.

– Нет.

Мой голос прозвучал будто со стороны. Кора и Брей тоже покачали головами.

Уайлдер побледнел еще сильнее.

– Она опаздывает уже на час и не отвечает на звонки.

49
Кол

В The Boot не было привычного гула посетителей. Не звенела посуда, никто не кричал: «Заказ готов!» Потому что бар снова закрыли для желающих пообедать. Вместо них здесь обосновались несколько полицейских и, вероятно, пробудут еще как минимум час. А когда Уайлдер откроется, все городские сплетницы наверняка повалят в The Boot.

Я встал рядом с Новой, обхватил ее ладонь и сжал.

– Держишься?

Она медленно выдохнула, но ни дрожи, ни надрыва в этом выдохе не было. Словно она пыталась успокоиться.

– Держусь. Просто волнуюсь за Пайпер.

Я тоже волновался. Даже больше. И чертовски боялся за Нову. Потому что кое-что понял. У Хайди Ингрэм были длинные темные волосы и светлая кожа. У Пайпер Ричардсон – длинные темные волосы и светлая кожа. И обе были похожи на Нову.

Кто-то подражал прежнему убийце.

Или пытался заменить ее.

Я почувствовал на себе чужой взгляд. На нас обоих. И инстинктивно повернул голову. Пит угрюмо смотрел на нас с Новой.

Он думал, что у него есть козырь. Что-то, чем можно на меня надавить и добиться отстранения или увольнения. Я не верил, что он действительно решится этим воспользоваться, но он решился. Пошел к Шерри и доложил о нарушении. По его словам, я «трахал свидетельницу». На что Шерри ответила:

– Двое взрослых людей, состоящих в отношениях, обычно занимаются сексом, Пит.

Она сообщила ему, что я уже доложил о наших отношениях и что дело собираются передать другому агенту. На миг он решил, что получит все, чего хотел. Но пришлось смириться с разочарованием, когда он узнал, что в понедельник дело передадут Гретхен Харрисон, возвращающейся из декретного отпуска.

Я был в восторге. Гретхен – чертовски хороший агент и не позволит Питу ни шага лишнего. А пока мне придется терпеть обиженные взгляды этого придурка.

– Кто ему палку в задницу засунул? – спросила Фиона, подходя к нам.

Нова сдержала смешок.

– Он очень не любит Кола.

Фиона вскинула бровь.

– Хотите, я добавлю ему в кофе острого соуса? Я называю это фирменным напитком Арчеров.

Я едва заметно улыбнулся и похлопал ее по плечу.

– Ты хорошая девчонка, Фи.

Она просияла.

– От тебя это высокая похвала. Но, смотрю, эта, – она кивнула на Нову, – вывела тебя из образа сильного молчуна.

Нова улыбнулась мне.

– Видишь, Босс? Я хорошо на тебя влияю.

Я нахмурился, глядя на обеих.

– Не портите мне репутацию.

Фиона рассмеялась, а Нова лишь покачала головой.

Иногда люди не понимают, что в тяжелые времена смех нужен еще сильнее. Кому-то он кажется неуместным. Но на самом деле помогает выпустить напряжение.

Я заметил движение у входа. Роджер быстрым шагом вошел через переднюю дверь.

– Я сейчас вернусь, – сказал я и направился к нему.

Пит тут же сделал то же самое, и мне пришлось сдержать рычание.

Мне не пришлось спрашивать. Роджер сразу заговорил:

– Никаких признаков, что Пайпер вернулась домой прошлой ночью. Она по-прежнему живет с матерью, но та звонка не получала. В кровати никто не спал. Машины тоже нет. Я объявил ее в розыск.

Я кивнул, хотя внутри все скрутило.

– Я просмотрел записи с камер Уайлдера. Они охватывают почти всю парковку. Видно, как она садится в машину и уезжает, но на этом все. Никто там не ошивался. Никто за ней не поехал.

– Блядь, – пробормотал Роджер, проводя рукой по волосам.

Я разделял его чувства. Кроме нового парня, которого сейчас пытались разыскать помощники шерифа, зацепок не было. Казалось, Пайпер вместе с машиной похитили инопланетяне.

– Нужно проверить окрестности тропы в каньоне Три-Крикс, – вмешался Пит. – Возможно, тело уже там.

Во мне снова поднялась злость из-за его кровожадности. Будто он хотел найти труп, а не живую девушку.

– Продолжишь желать ей смерти – у нас с тобой будут проблемы, – прорычал Роджер.

Пит открыл рот, наверняка собираясь сказать что-то, за что получил бы по лицу, но я поднял руку и остановил его.

– Проверить то место – неплохая мысль. Пит, возьми двух полицейских и прочеши окрестности. Сообщи, если заметите что-нибудь подозрительное.

Он подозрительно прищурился.

– Не хочешь еще и идиотом меня назвать?

– Ты не идиот, так что не вижу причин. А вот мудак – точно.

Щеки Пита покраснели.

– Не дождусь, когда тебя, наконец, уволят, – бросил он и зашагал прочь.

– Сегодня точно не тот день, – крикнул я ему вслед.

Роджер несколько секунд молча смотрел на меня.

– Думаешь, она мертва?

– Нет. – Я провел ладонью по щетине. – Кто бы это ни был, Хайди он какое-то время держал в живых. Если найдем Пайпер в ближайшие сорок восемь часов, думаю, она будет жива. Но раз Пит хочет обыскать ту тропу, пусть. Не будет путаться под ногами. А может, и найдет охотничьи угодья этого ублюдка.

Роджер немного помолчал, а потом покачал головой.

– Ты дьявольски коварен. Знаешь?

Я пожал плечами.

– Только с мудаками.

– Идем, – пробормотал Роджер. – Посмотрим, удалось ли кому-нибудь что-то выяснить при опросе. Я попросил магазины сохранить записи с камер за прошлую ночь. Может, где-нибудь попало направление, в котором ехала Пайпер. Или кто-то, кто следовал за ней.

Шанс был мизерный, но никогда не знаешь наверняка. Поэтому мы обошли всех. Поговорили с полицейскими, которые опрашивали владельцев магазинов и местных жителей. Потом я взглянул на брата и встревожился.

Я отошел от полицейского из Старлайт-Гроув, выглядевшего едва старше школьника, и направился к Уайлдеру. Он стоял за барной стойкой, рассеянно глядя в пустоту и вцепившись пальцами в столешницу.

– Эй, – тихо сказал я. – Это не твоя вина.

– Моя сотрудница.

– Я видел, как ты проводил ее до машины. Так же, как Кору и Эйдена.

Уайлдер резко выдохнул.

– Нужно было попросить ее написать, когда доберется домой. Тогда мы узнали бы на двенадцать часов раньше.

– Уай, – тихо произнес я.

– Я сделал недостаточно, – процедил он.

– Это чушь. И говорит в тебе прошлое.

Я знал, что старший брат носит такие же шрамы, как и я. Но его были еще глубже. Он винил себя, что не оказался рядом, когда братьям понадобилась помощь. И вдобавок видел, как все произошло, собственными глазами.

Он вошел в мастерскую отца как раз вовремя, чтобы увидеть, как тот ударил Маверика ножом. Увидеть, как Орион схватил пистолет. Увидеть, как отец упал.

Он видел весь кошмар после приезда скорой и полиции. И именно он не дал Маву умереть.

– Иногда прошлое говорит самую горькую правду, – прошептал Уайлдер.

– А иногда оно нагло лжет. Не позволяй ему победить. Только не сейчас, – процедил я.

Уайлдер проделал огромную работу, чтобы снова взять себя в руки. Он победил зависимость от алкоголя, построил невероятно успешный бизнес и стал наставником в программе, которая помогла ему справиться с болезнью. И лучшего брата невозможно было пожелать.

Но, возможно, за всеми этими достижениями скрывалась другая война. Та, с которой он так и не разобрался до конца.

Рации затрещали, и все в помещении мгновенно насторожились. Роджер поднес свою к уху, и его лицо окаменело. Когда приглушенный голос замолчал, он выпрямился.

– Машину Пайпер нашли. Внутри кровь.

50
Нова

Смена времен года означала, что солнце теперь покидало нас раньше. И сегодня это казалось уместным. Сгущающаяся тьма подбиралась к нам, пока мы с Колом сидели на задней террасе.

Это место стало нашим. Сюда мы приходили, когда нам просто нужно было побыть. Или осмыслить происходящее.

Сегодня нам обоим, вероятно, требовалось немало и того и другого. Но пока опускались сумерки, я держалась за луну, поднимавшуюся вместе с ними. Она была не полной, но даже тонкий серп в небе излучал свет. И надвигающаяся тьма лишь заставляла луну сиять ярче.

Маяк надежды.

Надежды, в которой мы отчаянно нуждались. Надежды для Пайпер. Надежды для всех нас.

Я съездила с Дексом и Брей за детьми, чтобы они переночевали в их домике. Кол тем временем провел остаток дня на смотровой площадке, где нашли машину Пайпер. Было очевидно, что кто-то встретился с ней там, ранил ее и увез. Роджер с командой проверяли нового парня Пайпер, но никто из нас не знал его имени.

Мы все боялись за Пайпер – Эйден, Фиона, Уайлдер, Брей. Но, пожалуй, сильнее всех Кора. Когда я уходила, а The Boot снова открылся для посетителей, она выглядела совсем больной. Я попросила ее зайти после смены, но не была уверена, что она придет. Впрочем, каждый справлялся по-своему, и я не собиралась на нее давить.

Кол был уверен: Пайпер забрал тот же человек, что и Хайди. Только он понятия не имел, кто это.

И это его уничтожало.

Я посмотрела на мужчину рядом и впервые по-настоящему его увидела. Восходящая луна боролась с сумерками, окутывая его светом и тенью, как золото и зелень в его глазах. И то и другое напоминало самого Кола. Он состоял из света и тьмы, и их сочетание было прекрасным.

Я не смогла сдержаться и двинулась к нему. Забралась Колу на колени, пока он сидел на верхней ступеньке, обхватила его талию ногами, а шею – руками. Теперь наши лица оказались совсем близко.

Я убрала волосы с его глаз и всмотрелась в красивые черты.

– Я люблю тебя, – прошептала я.

– Я знаю.

Эта уверенность была подарком. Он не сомневался в моей любви.

– Скажи, что я могу сделать.

Кол выдохнул, и воздух со свистом вырвался сквозь зубы.

– Это я должен утешать тебя.

– С чего ты взял, что не утешаешь?

– Я в этом не силен. Отвык.

Я не сдержалась и рассмеялась. После всего, что произошло сегодня, меньше всего ожидала услышать от себя смех. Но, черт возьми, это было приятно.

Кол сердито посмотрел на меня.

– Прости. – Я снова пропустила его волосы между пальцами. – Но это одна из самых нелепых вещей, которые я когда-либо слышала.

Его взгляд стал еще мрачнее.

– Нехорошо называть людей нелепыми.

– Нелепость сказал ты, – поправила я. – Кол, ты самый заботливый и утешающий человек из всех, кого я знала. Это идет из самой твоей души. Ты даришь это не многим, но даришь тем, кто для тебя важен.

Сердитый взгляд смягчился, уступив место любопытству.

– Я правда даю тебе то, что нужно?

У меня разрывалось сердце. За семнадцатилетнего мальчика, который видел, как рушится его семья. За того, у кого земля ушла из-под ног, когда он узнал, кем на самом деле был его отец. За мужчину, чьи худшие убеждения подтвердились, когда женщина не смогла разглядеть, какие они с дочерью на самом деле.

Жизнь снова и снова доказывала ему, что он недостаточно хорош. Что в нем все неправильно, плохо и ненормально. И меня убивало, что эти сомнения до сих пор жили в нем.

Я посмотрела в темно-ореховые глаза и сняла все свои преграды. Позволила ему увидеть все.

– Кол, ты помог мне жить. И я не о том, что ты просто не дал мне умереть, когда я больше не могла. Ты научил меня снова находить жизнь, не убегать от нее, а жить. Ты подарил мне красоту, радость и семью. Ты позволил показать тебе настоящую меня, когда мне казалось, что внутри меня нет ничего, кроме уродства.

В выражении Кола появилась яростная решимость.

– Ты прекрасна целиком, – хрипло произнес он. – Твоя надежда и твой страх. Твоя радость и твоя боль. Потому что все это – ты.

– Нет ничего утешительнее, чем всем существом знать: тебя любят такой, какая ты есть. Это самый драгоценный подарок в моей жизни.

Кол внимательно всматривался в мое лицо.

– Я люблю тебя.

– Я знаю, – ответила я с улыбкой.

– Перестань воровать мои реплики.

– Они хорошие.

Я легко коснулась губами его губ и выпрямилась. По мышцам пробежала дрожь, но не от тревоги. Это были те же бабочки, которых я почувствовала перед признанием Брей в любви. Предвкушение и немного нервов. Все это означало, что я жива. А раз так, я хотела по-настоящему жить. Не в страхе, а свободно.

– Я хочу кое-что попробовать.

Темные брови Кола вопросительно сошлись.

– Хорошо. Скажешь что?

– Я хочу, чтобы ты меня связал.