Текст книги "В угасающих сумерках (ЛП)"
Автор книги: Кэтрин Коулс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 25 страниц)
24
Кол
С Новой что-то было не так. Я не понимал, случилось ли что-то за те пять минут, пока она ходила за толстовкой, или я упустил это раньше. Возможно, дело в пропавшей женщине. Такое точно могло выбить из колеи. Но что-то на задворках сознания упорно твердило: причина не в этом.
– Спасибо огромное за потрясающий завтрак, Скай, – сказала Нова с улыбкой, которая казалась искренней, но ею не была.
Скайлар покружилась на месте, а потом поклонилась.
– Всегда к вашим услугам, миледи.
Нова перевела взгляд на меня.
– Я только быстро приму душ и переоденусь. Ты точно не против подбросить меня к машине?
– Конечно, – ответил я, нахмурившись.
– Я уберу посуду, папочка! – Скайлар поспешила схватить тарелку со стола.
В последнее время помощь с едой и уборкой после нее стала ее любимым занятием.
– Тебе необязательно, – тихо сказала Нова. – Брей может меня подвезти.
Я нахмурился сильнее.
– Ты не хочешь, чтобы я тебя отвез?
– Ты весь такой хмурый.
Она подняла руку и большим пальцем провела по месту, где у меня уже собиралась складка между бровей.
– Мне не нравится, когда ты улыбаешься ненастоящей улыбкой.
Глаза Новы расширились, и она опустила руку. Мне тут же стало не хватать ее прикосновения, этой точки соприкосновения, тепла. Теперь нахмурилась уже Нова.
– Как ты всегда понимаешь?
Я пожал плечами, хотя знал правду. Потому что изучил Нову Монро. Все ее улыбки и хмурые взгляды. Все признаки, по которым можно было понять ее состояние, и все способы его скрыть. Каждую маску, которую она надевала, чтобы встретить новый день.
Но прекраснее всего Нова была тогда, когда оставалась собой. Ради этих мгновений я и жил.
Она вздохнула, достала телефон и показала мне статью того ублюдка Риза. Из меня хлынул поток ругательств, и Нова усмехнулась.
– По-моему, это уже тянет на штраф в банку за мат.
– Только если Скай услышала, – парировал я.
Я снова посмотрел на Нову.
– Мне так жаль.
Она уставилась на экран.
– Такое чувство, будто меня раздели догола перед всем миром.
За это мне захотелось убить репортера. Лишить выбора и права распоряжаться собой человека, у которого все это уже отняли самым чудовищным образом? Ниже падать было некуда.
– Я попрошу Декса заняться этим. Посмотрим, что он сможет сделать, – процедил я.
– Необязательно. Это не первая статья. И не последняя.
Я протянул руку, взял ее ладонь и сжал.
– Ты справишься.
Серые глаза блеснули серебром.
– Еще как справлюсь. И найду кого-нибудь, кто наложит на Риза Гэтлина проклятие, чтобы у него до конца жизни член не вставал.
Я резко рассмеялся. Меньше всего ожидал от себя смеха, когда так злился.
– Тоже способ справиться.
Нова постоянно меня удивляла. Тем, как переживала удары. Тем, как каждый чертов раз поднималась после нокаута. Все в ней околдовывало меня. Именно поэтому я и отпустил ее руку.
– Мне лучше пойти в душ, – произнесла Нова чуть охрипшим голосом.
– Да.
Мой голос звучал так, будто горло ободрали наждачкой. Пока она шла к своей квартире, я все еще чувствовал ее ладонь в своей. Кожу покалывало и жгло, словно она отказывалась забывать.
– Вся посуда уже в машине, – сказала Скайлар и с прыжком приземлилась передо мной. – Я очень хорошо все сполоснула.
Я посмотрел на свою девочку. Сегодня на ней были розовые камуфляжные штаны и толстовка с надписью: «Сегодня я милашка. Возможно, позже устрою небольшой хаос». Это точно подарил Мав.
Подхватив Скай на руки, я крепко ее обнял.
– Ты ведь знаешь, что ты самая потрясающая помощница на свете?
– Ну конечно, папочка.
Я усмехнулся.
– Рад, что ты уверена в собственной потрясающести.
Она посмотрела на меня сверху вниз. Ее каре-зеленые глаза были почти такими же, как мои.
– Можно задать тебе вопрос?
Я тут же напрягся. За эти годы неловких вопросов хватало. Самые запоминающиеся:
«Почему у меня нет пениса?»
«Откуда берутся дети?»
«Что значит „мудак“?»
Последнее было виной Мава.
Я посадил Скайлар на наше место для разговоров на кухонной стойке. Так она оказывалась ближе к уровню моих глаз, а нам не приходилось садиться на диван и превращать беседу во что-то официальное.
– Выкладывай, Маленькая Принцесса.
Я очень надеялся, что для разговора о сексе еще слишком рано. Объяснять, откуда берутся дети, и так было непросто. На тумбочке у меня лежала книга о половом созревании у девочек, чтобы подготовиться к разговору, но восемь лет казались слишком ранним возрастом для вопросов о месячных.
Скайлар посмотрела на меня.
– Что случилось с руками Новы?
Я напрягся уже по другой причине. Неудивительно, что Скай заметила. Дети были слишком наблюдательными и замечали отличия, потому что хотели их понять. Но я совершенно не представлял, как объяснить такое восьмилетнему ребенку.
– Ей не нравятся эти следы, – тихо сказала Скай. – Она все время тянет рукава и проверяет, чтобы их не было видно.
Внутри все скрутило, потому что Скайлар была права.
– Иногда тяжело жить с тем, что отличает нас от других.
Скай кивнула.
– Оуэн не любил свои очки, потому что мало кто из детей их носит. А теперь обожает, потому что дядя Декс подобрал ему идеальную пару.
Я невольно улыбнулся.
– Иногда нужно время, чтобы это понять. Но то, что отличает нас от других, одновременно делает нас сильнее. Хотя порой мы не видим, что именно эти различия делают нас красивыми.
Она надолго замолчала, словно обдумывала мои слова. В этот момент Скай казалась намного старше, и от этого внутри болезненно сжалось.
– Оуэн сказал, что она надолго исчезла. Это как… как было с моей мамой?
Все мышцы внутри свело так сильно, что я удивился, как не затрещали кости. Скайлар почти никогда больше не спрашивала о матери. Вопросы возникали, когда она пошла в школу, перед Днем матери или во время заданий о семье. Но за последний год я не мог вспомнить ни одного случая, когда она упоминала Кендру.
Я всегда старался говорить честно, но при этом защищать ее. Однако попытки смягчить боль от того, что мать ушла, напоминали прогулку по минному полю.
– После слов Оуэна у тебя появились вопросы о маме? – мягко спросил я.
Скайлар пожала плечами, а я знал, что это означает «да».
Я взял ладошки дочери в свои. Такие крошечные.
– Ты самый замечательный ребенок на свете. Не знаю, чем я заслужил такое счастье – что ты моя дочь.
– Пап-а-а-а.
– Это правда, – сказал я.
Скай прикусила губу, и в ее взгляде мелькнула неуверенность.
– Тогда почему я ей не была нужна?
Господи, в тот момент мне хотелось убить Кендру. Даже понимая, что для всех было лучше, когда она просто ушла. Причиненная ею боль разъедала меня изнутри. Особенно потому, что я боялся: отчасти это моя вина.
– Она не была готова стать мамой, – сказал я Скайлар. – Но знала, что я буду любить тебя. Что мне понравится быть твоим папой. Поэтому она подарила мне лучший подарок в жизни. Тебя.
Скай немного подумала.
– Я и правда довольно потрясающая.
Я рассмеялся и снова подхватил ее на руки.
– Самая потрясающая на свете.
Скайлар прижала ладони к моим щекам, как делала в детстве, и потерла крошечными пальчиками щетину.
– Я что-нибудь сделаю для Сверхновой.
Детские мысли порой совершали поразительные скачки.
– Уверен, ей понравится что угодно. Твоя ваза у нее самая любимая.
Улыбка Скай стала шире.
– Она мне нравится.
– Мне тоже, – признался я.
Только я уже начинал понимать, что слово «нравится» и близко не передавало моих чувств к Нове.
И это было опасно.
* * *
Я хмуро смотрел на дорогу, пока Пит возился с радио. Через тридцать секунд после начала каждой песни он понимал, что она ему не нравится, и переключал станцию. А потом возвращал обратно.
– Выбери одну станцию и не трогай, – отрезал я.
– Какие мы нервные, – огрызнулся Пит. – Вообще-то можно было бы поблагодарить меня за большую часть вчерашних отчетов, пока ты ушел пораньше.
Мои пальцы крепче сжали руль.
– Я не ушел пораньше. Я поехал поговорить с пострадавшей.
Он ощетинился.
– И не взял меня с собой?
Будь моя воля, я бы вообще никуда его не брал. Сегодня он застал меня, когда я собирался встретиться с Роджером и опросить семью Хайди, и избавиться от него не удалось.
– Ты был не нужен, – процедил я.
Пит впился взглядом мне в висок.
– Это была Нова Монро, да?
Чтобы догадаться, не требовалось быть гением. Насколько нам было известно, она оставалась единственной выжившей жертвой Трэвиса. А единственным другим делом на моем столе сейчас была незаконная охота вне сезона на территории национального леса.
– Да.
Больше он от меня ничего не получит.
Пит что-то пробормотал себе под нос, но я лишь прибавил громкость. Музыка Creedence Clearwater Revival заглушала любые попытки завязать разговор, пока я не остановился перед домом родителей Хайди в Кловер-Крик.
Кловер-Крик находился всего в двадцати минутах от Старлайт-Гроув. Городок был немного крупнее, но все равно сохранял дух провинции. Дом словно сошел со страниц учебника об американской мечте: белые стены, черные ставни, опоясывающее крыльцо с качелями и безупречно подстриженный газон. На дереве перед домом висела покрышка.
Заглушив двигатель, я выбрался из пикапа. Пит уже торопился к двери, будто мы участвовали в соревновании. Хотя никакого соревнования не было. Чем дольше он проработает, тем скорее это поймет.
Дверь распахнулась. Роджер нахмурился при виде Пита, но затем кивнул в знак приветствия.
– Пит.
Пит лишь мрачно посмотрел на исполняющего обязанности шерифа.
– Где семья?
Роджер тут же напрягся.
– Тебя пригласили из вежливости. Стоянка находится на земле штата, а полиция штата сейчас завалена делами. Поэтому расследование передали нам. Ты здесь не главный.
– Может, я попрошу Шерри запросить передачу дела нам, – огрызнулся Пит.
– Хватит, – тихо отрезал я, поднимаясь на крыльцо. – Речь не о тебе. Речь о людях, которым сейчас больно. Мы должны проявить уважение и сделать все возможное, чтобы найти их дочь.
Роджер размял шею.
– Ты прав.
На щеке Пита дернулся мускул, но он промолчал и вошел внутрь.
– Прекрасно поговорили, – пробормотал я.
Роджер хлопнул меня по плечу.
– Ты делаешь все возможное.
Я не был в этом уверен. И не понимал, что способно достучаться до Пита. Но с настоящей утратой он еще не сталкивался. В основном его дела касались браконьеров, незаконных плантаций марихуаны и пары расследований поджогов. Однажды произошел несчастный случай со скалолазом. Но сообщать семье о смерти пришлось не ему.
Возможно, общение с этой семьей хоть что-то изменит в Пите.
Стоило войти, как я почувствовал горе. Воздух пропитался им, стал тяжелым и затхлым. Свет был приглушен. То ли хозяева забыли включить часть ламп, то ли не могли вынести яркого света – я не знал.
На диване с мелким цветочным узором сидели мужчина и женщина лет пятидесяти. Женщина так сильно сжимала руку мужа, что кожа на костяшках побелела. Позади них расхаживал мужчина лет двадцати восьми.
Едва я вошел в гостиную, он резко посмотрел на меня. В зеленых глазах полыхала злость.
– Дайте угадаю. Вы пришли задавать самые тупые вопросы на свете, хотя могли бы искать мою сестру.
– Дастин, – предостерегла женщина.
Но в ее голосе не было строгости, лишь дрожь.
– Это специальный агент Арчер и специальный агент Симпсон, – представил нас Роджер. – Они работают следователями в Лесной службе и будут координировать помощь своих сотрудников в поисках.
Я заметил, что он не упомянул, с каким делом мы связываем исчезновение Хайди. Это было разумно. Им и без того хватало кошмаров.
– Это Кэл и Сара Ингрэм, родители Хайди. А это ее брат Дастин, – продолжил Роджер.
Дастин свирепо посмотрел на нас.
– Если вы помогаете в поисках, какого черта вы не там?
Я опустился в одно из кресел с цветочной обивкой напротив дивана. Спинка была невыносимо прямой, но я хотел находиться на одном уровне с родителями, а не возвышаться над ними.
– Я обязательно туда поеду. Но сначала нам нужна информация, чтобы убедиться, что мы ищем в правильных местах.
Вчера мы проследили следы мотовездехода до парковки в нескольких километрах от места похищения. Судя по всему, тот, кто забрал Хайди, довез ее туда на мотовездеходе, а затем пересадил в более крупную машину. Роджер получил записи с дорожных камер, но специалисты еще их просматривали.
Сара еще крепче сжала руку мужа.
– Мы расскажем все, что вам нужно.
Я кивнул.
– В таких делах первым делом мы должны исключить последнего человека, который видел жертву. Поэтому вынужден спросить: между Хайди и Гарретом были проблемы?
Челюсть Кэла напряглась, а при упоминании парня Хайди на щеке дернулся мускул.
– Ей вообще не стоило с ним связываться. Чертов хиппи. Работает только ради снаряжения для походов и бензина, чтобы ездить по национальным паркам. Ничего не откладывает, ничего не планирует. Жизнь проходит мимо него.
– Наша Хайди очень трудолюбивая, – объяснила Сара. – Работает медсестрой в больнице. Они просто друг другу не подходили.
Дастин провел ладонью по лицу.
– Между ними не было серьезных проблем. Иногда ссорились, конечно, но он бы никогда ее не обидел. Он, черт возьми, веган, потому что не хочет, чтобы коровам причиняли вред при дойке.
Я был почти уверен, что среди веганов тоже встречаются убийцы, но понял, что хотел сказать Дастин. И Гаррет не показался мне вероятным подозреваемым. Его отчаяние на месте стоянки выглядело искренним. К тому же мы нашли следы мотовездехода.
– Кто-нибудь еще досаждал Хайди или проявлял нежелательное внимание? – спросил я.
Сара покачала головой.
– Нет. По крайней мере, она нам ничего не рассказывала.
– Хайди бы сказала маме, – тихо произнес Дастин. – Они очень близки.
Я заметил, что все они говорили о Хайди в настоящем времени. Надежда прорывалась в каждом слове.
– Пожалуйста, – голос Сары сорвался. – Найдите нашу дочь. Она… она для нас все.
Она не выдержала и разрыдалась, уткнувшись в плечо мужа. Он обнял ее, а по его щекам беззвучно текли слезы.
Я сжал челюсти, зубы невольно скрипнули. Сколько раз мой отец заставлял семьи проходить через такое? Жить в аду неизвестности, пока не приходила худшая новость: их дочь, сестру или подругу жестоко убил и пытал чудовище.
С трудом сглотнув, я обвел взглядом семью Ингрэмов.
– Мы сделаем все возможное, чтобы найти Хайди. Обещаю.
Я не стал ждать ответа. Они ничего нам не были должны. Просто поднялся и направился к двери. Едва выйдя наружу, я глубоко вдохнул. Воздух был свежим, с запахом хвои. Здесь не было ни горя, ни удушливой затхлости.
– Надо сказать им, что мы считаем это связанным с делом Трэвиса Мура, – недовольно произнес Пит, выходя следом. За ним появился Роджер.
Я резко посмотрел на него. Похоже, ни горе, ни чужая боль Пита тоже не трогали.
– Зачем? – потребовал я. – Чтобы мучить их еще сильнее? Ты видел их там? Они разваливаются на части. Их худшие кошмары становятся явью. И ты хочешь добавить им еще?
Пит покраснел.
– Я просто подумал, что они заслуживают правды.
– Заслуживают, – процедил я. – Но это не правда. Это лишь предположение.
Пит захлопнул рот и опустил взгляд.
Роджер прочистил горло и перекатился с пятки на носок.
– Ливи пытается ускорить экспертизу улик, но ты же знаешь нашу лабораторию.
– Не хватает людей, работы выше крыши, – пробормотал я.
– Еще мягко сказано, – согласился Роджер. – Она нашла волокно, которое, похоже, не совпадает с одеждой Хайди. Зеленое. Не знаю, поможет ли оно, если на нем чудом не окажется ДНК, но она сделает все возможное.
Я кивнул.
Роджер ненадолго замолчал, но я видел, что он хочет сказать что-то еще. Поэтому просто ждал.
Он снова прочистил горло.
– Нам нужно еще раз поговорить с Новой…
– Нет.
Слово вырвалось резко, словно удар хлыста.
– Нужно узнать, не вспомнила ли она что-нибудь новое, – возразил Роджер.
– Нет.
Больше я ничего не мог сказать. Я не собирался снова заставлять ее через это проходить.
– А если это спасет ту женщину? Ту, которая еще может быть жива. Так же, как была жива Нова, – надавил Роджер.
Я уставился на него. Он прекрасно знал, на что давить.
– Пошел ты, – пробормотал я, но без злости.
– Ты знаешь, что мы обязаны это сделать, – тихо сказал он. – Будем только ты и я.
– Я тоже работаю над этим делом, – выплюнул Пит.
Если он думал, что приблизится к Нове хотя бы на километр, то глубоко ошибался. Я встретился с ним взглядом. Он увидел в нем холод и отступил на шаг.
– Ты не задашь Нове ни одного вопроса. Тебя не будет ни на одном опросе. И ты не попытаешься обойти меня и поговорить с ней самостоятельно. Ты не проявил ни капли сочувствия к жертвам и их семьям.
В глазах Пита вспыхнул огонь.
– Что-то ты слишком уж ее защищаешь. Может, Шерри стоит об этом узнать?
Мускул на моей челюсти бешено дернулся.
– Ты ее не видел. Не ты нашел ее почти мертвой, настолько близко к смерти, что она висела в чертовом воздухе. Не ты не давал ей умереть. Не ты дышал за нее, когда она сама не могла. Так что да, я, блядь, ее защищаю. Потому что она не должна пережить в этой жизни больше ни капли боли.
В лице Пита мелькнуло сомнение. На мгновение я подумал, что наконец до него достучался, но он лишь продолжил:
– Похоже, ты слишком лично в это втянулся, Кол. Может, пора передать дело кому-нибудь другому.
Мне потребовалась вся выдержка, чтобы не ударить его. Остановило лишь понимание: за это меня отстранят.
Но если выяснится, насколько близко я подпустил к себе Нову, меня точно уволят.
25
Нова
Я раскатала коврик для йоги, пока утренний свет заливал широкие деревянные доски пола в моей квартире. Пора было попробовать. Проверить, сумею ли я вернуть хотя бы частичку прежней себя.
Глядя на красивый коврик, который подарил мне Кол, я ступила на него. Вдавила ступни в мягкую поверхность и растопырила пальцы, осторожно разминая их. Ощущение было… приятным.
Вытянув позвоночник, я выпрямилась в позе горы. Стояла ровно, чувствуя, как по телу струится энергия. Потянулась макушкой вверх и вдохнула.
Почти сразу меня охватило знакомое беспокойство – желание двигаться. Бежать. Броситься со скалы в ледяную воду. Сделать что угодно, лишь бы ничего не чувствовать.
На меня накатила дурнота, и я перешла в позу собаки мордой вниз. Растяжка ненадолго помогла, но потом перед глазами замелькали обрывки. Воспоминания? Кошмары? Я не знала.
Руки сжимаются на моей шее.
– Тебя никто не ищет, Нова. У тебя есть только я.
Я не могла вдохнуть. Легкие горели.
Я резко вскочила и потрясла руками и ногами.
– Это неправда. Ты жива. Ты дышишь. О тебе не забыли.
От последних слов на глаза навернулись слезы, и я торопливо их смахнула. Телефон звякнул, и я подошла к кровати, где его оставила. Я была благодарна любому поводу отвлечься от пожара, бушевавшего внутри меня.
Кол: Это Скай
Следом она прислала с десяток эмодзи – от крыльев бабочки и тиары до меча. Я невольно улыбнулась.
Кол: Приходи завтракать
Кол: Папа разрешил
Кол: У меня для тебя кое-что есть
Я не удержалась от смешка.
Я: Уже иду.
Нужно было отплатить им за все эти завтраки. Может, приготовить ужин? Раньше я часто готовила, пробовала блюда разных кухонь. Возможно, именно это я смогу вернуть из прежней жизни. Особенно если с йогой ничего не выйдет.
Я быстро свернула коврик, убрала его и направилась к двери. В последнюю секунду остановилась и выругалась. Подошла к шкафу и взяла толстовку, чтобы прикрыть руки.
Натягивая ее через голову, я спустилась по лестнице и вошла в кухню. Она совсем не походила на ту, в которой я выросла. Уютная, со столом на четыре персоны и солонкой с перечницей в виде снежного человека. Весь холодильник был увешан рисунками Скай. И здесь было чисто. Не до стерильности, но уж точно не грязно. Не пахло гниющей едой, как в доме моего детства. Ни насекомых, ни мышей. Я загнала воспоминания поглубже.
– Я слышала, тут подают завтрак.
Кол поднял взгляд от плиты. Его чертовы предплечья снова были на виду, пока он подбрасывал – да, именно подбрасывал – омлет.
– Только скажи, что ты любишь добавлять в омлет.
Скайлар подбежала ко мне, пряча руку за спиной.
– Я кое-что для тебя сделала.
Я присела, чтобы наши глаза оказались на одном уровне.
– Ты меня совсем избаловала, Скай.
Она широко улыбнулась, но потом вдруг заволновалась. Глубоко вдохнула и протянула мне целую охапку браслетов из бусин.
– Я знаю, тебе не нравятся следы на запястьях.
Я резко втянула воздух и с трудом удержалась, чтобы не натянуть рукава ниже.
– Папа говорит, что наши отличия делают нас красивыми, – продолжила Скайлар, а я изо всех сил старалась не смотреть на Кола. – И я считаю, что ты очень красивая. Но пока ты не готова их показывать, я сделала тебе вот это.
Глаза защипало. С момента выписки из больницы я ни разу не плакала, но эта милая девочка могла пробить стены моей железной крепости. Я посмотрела на браслеты из сверкающих бусин всех цветов радуги.
– Скай, – прошептала я.
Она выглядела чертовски неуверенной. Мне хотелось ее обнять, но я пока не доверяла самой себе.
– Это лучший подарок, который мне когда-либо дарили, – хрипло произнесла я.
Карие с зеленцой глаза Скайлар засияли от чистой радости.
– Правда?
– Правда.
Я приподняла один рукав и надела на запястье около шести браслетов. Шрамы они полностью не скрывали, но делали менее заметными. Теперь люди будут смотреть на яркие украшения, а не на мою пятнистую кожу.
– Тебе очень красиво, – подбодрила меня Скай.
Оставшиеся браслеты я надела на левое запястье.
– И они подойдут к любой одежде.
– Поэтому я и выбрала все цвета, – с мудрым видом объяснила Скай.
– Ты самая умная.
– Вчера я получила сто процентов за диктант.
Я рассмеялась и выпрямилась.
– Почему я не удивлена?
Когда я повернулась, мой взгляд встретился со взглядом Кола. Он внимательно изучал мое лицо, явно выискивая признаки тревоги. Будто не был уверен, как я восприму подарок.
Я подошла чуть ближе, играя с огнем, пока меня окутывал запах хвои, кедра и свежего воздуха.
– У тебя потрясающая дочь.
Он немного расслабился.
– Я к ней слегка пристрастен.
Он взглянул на дочь.
– Как думаешь, мне тоже достанутся такие браслеты, маленькая принцесса?
Она просияла.
– Я и тебе сделаю, тоже всех цветов.
Уголки его губ дрогнули.
– Мои любимые.
Теперь, стоя ближе к Колу, я заметила темные круги у него под глазами.
– Все хорошо?
Он вздохнул.
– Поздно лег. Дело.
По мне пробежала дрожь. Мне было стыдно признавать, что я пыталась выбросить пропавшую женщину из головы. Я ненавидела себя за это. Она живой человек. И, возможно, сейчас переживает то же, что пережила я.
– Есть что-нибудь?
Кол покачал головой.
– Роджер хочет еще раз с тобой поговорить.
Меня пронзила тревога, но в ту же секунду пальцы Кола переплелись с моими. Он сжал мою руку.
– Я буду рядом.
Я подавила панику. Если я могла чем-то помочь, то должна была это сделать.
– Хорошо. Когда?
– Может, после твоей смены? – предложил Кол. – Утром Роджер хочет кое-что проверить.
Я кивнула, чувствуя, как меня захлестывает облегчение. Мне не хотелось делать это до работы. Если разговор выбьет меня из колеи, я развалюсь, пока буду обслуживать посетителей. Но так он весь день будет висеть надо мной. И все же это лучше, чем другой вариант.
– Ладно, – начал Кол. – Давай сделаем это здесь. Никаких любопытных глаз и ушей. Если попрошу, Брей заберет Скай на пару часов.
Здесь было безопасно. Потому что Кол сделал это место таким.
– Хорошо.
– Ты сильнее, чем думаешь.
Он в последний раз сжал мою руку и отпустил.
Мне сразу не хватило его прикосновения. Но я уже запомнила это ощущение. Шершавые мозоли на ладони и пальцах Кола. Его историю. Силу и тепло. Чувство защищенности и уверенность, которые он мне дарил. И я унесу все это с собой, даже когда его не будет рядом.
* * *
– Второе свидание, а я уже почти пропала, – мечтательно произнесла Пайпер и впорхнула за стойку, чтобы убрать сумочку. До вечерней смены она пришла рано. Но, возможно, ей просто не терпелось поговорить о новой любви всей своей жизни.
Я сосредоточилась на напитке перед собой. Уайлдер уже позволил мне перейти от пива и газировки к простым коктейлям. Но, учитывая, что сегодня я разбила два стакана и разлила целую кружку пива, это было не лучшее решение.
– Он повез меня на пикник к потрясающему водопаду. На пикник! – взвизгнула она. – Кто сейчас вообще так делает? Обычно все сводится к сериалу и сексу.
Кора обеспокоенно взглянула на Пайпер, но тут же скрыла тревогу.
– Две колы и «Аспен Пейл Эль».
Закончив с водкой и газировкой, я занялась заказом Коры.
– Пригласи его как-нибудь сюда, чтобы мы все могли на него посмотреть, – предложила я.
Пайпер широко мне улыбнулась.
– Он на пару дней уехал на родео, но потом обязательно приведу.
Я быстро взглянула на Кору и поняла, что мы думаем об одном и том же: мы его проверим. А если он окажется мутным типом, у меня есть очаровательные татуировки с сердитыми котами на костяшках. Ими я напугаю его до усрачки.
Пайпер посмотрела на нас обеих.
– Даже не думайте. Никаких угроз.
К нам подошел Эйдан, усмехнулся, обхватил ее за шею и принялся взъерошивать ей волосы костяшками пальцев.
– Какой прок от почетных старших братьев и сестер, если нам нельзя угрожать твоим парням?
Пайпер вывернулась из его рук.
– Ты ужасен.
– Кажется, ты хотела сказать: «Ты лучший», – пропел Эйдан.
Я рассмеялась и поставила последний напиток на поднос Коры.
– Прошу, мадам.
Она в ответ изобразила реверанс.
– Благодарю, мадам.
Она направилась к столику, а я заметила приближающихся к бару Астер и Холли. Астер просияла.
– Мы слышали, в городе появился новый бармен.
– Это громко сказано. Мне разрешают подавать только пиво, вино и простые коктейли. И порции крепкого я пока отмеряю.
– Все с чего-то начинают, – крикнул Уайлдер с другого конца стойки.
– Он прав, – согласилась Астер, усаживаясь на стул и заправляя прядь волос за ухо.
Холли села рядом, но выглядела немного растерянной. Будто никогда прежде не сидела у барной стойки. От ее озадаченного выражения мне с трудом удалось сдержать смешок.
– Что вам принести?
– Мне «Арнольд Палмер» и корзинку бататовой картошки. А тебе, Холлс? – спросила Астер.
– Ой.
Холли посмотрела на пивное меню и сморщила нос.
– Можно газированную воду с лаймом?
– Вам повезло. С этим я точно справлюсь.
Я отправила заказ на картошку Фи на кухню и быстро приготовила девушкам напитки.
Когда я придвинула стаканы к ним, Холли наклонилась ближе и понизила голос.
– Ты держишься? После исчезновения той туристки и всего остального?
Губы Астер сжались в тонкую линию, и я сразу поняла: она надеялась провести операцию «Проверить Нову» чуть менее заметно. Я постаралась подавить вспышку раздражения из-за вопроса Холли и увидеть за ним то, чем он и был: заботу.
– Со мной все хорошо. Правда.
Даже несмотря на то, что Риз написала для реддингской газеты статью с вопросом, не поселилось ли новое чудовище в лесах Старлайт-Гроув.
Холли поджала губы.
– С нами можешь говорить честно.
– Или, – вмешалась Астер, – можешь вообще об этом не говорить.
– Надеюсь, ее найдут, – сказала я, протирая стойку.
– Если что-нибудь понадобится, только скажи, – произнесла Астер. – Даже если это просто вечер с совершенно неправдоподобными романтическими комедиями и горами сладостей.
– Вот на это я согласна, – улыбнулась я.
В Астер было что-то, что меня успокаивало. Может, этому ее научили на психотерапевта. А может, все дело в том, как прекрасно она ладила с животными. Что бы это ни было, рядом с ней становилось легче.
– Твоя смена закончилась, – крикнул Уайлдер с другого конца стойки.
Я подняла голову и поняла, что уже четверть пятого. Брей ушла час назад, чтобы забрать Оуэна и Скай. Теперь между мной и разговором с Роджером и Колом ничего не оставалось.
– Спасибо, – пробормотала я, доставая сумку из шкафчика. – Увидимся завтра.
Я посмотрела на Холли и Астер.
– В следующий раз закажите настоящие напитки. Дайте мне задание посложнее.
Астер рассмеялась.
– Задание принято.
Улыбка Холли вышла напряженной.
– Береги себя, хорошо?
– Обязательно.
Перекинув сумочку через плечо, я направилась на стоянку.
За последние несколько дней заметно похолодало, и мне не хватало толстовки. Но благодаря Скай сегодня я впервые после возвращения надела одежду с короткими рукавами. И господи, это было похоже на возвращение маленькой частички свободы.
Я пересекла стоянку и подошла к своему темно-зеленому «Субару». Я уже собиралась сесть в машину, когда что-то заставило меня остановиться. На солнце блеснул металл.
Нахмурившись, я обошла машину, чтобы увидеть лобовое стекло.
Все внутри меня застыло.
На стекле лежала серебряная цепочка с бирюзовым камнем. Только камень покрывала запекшаяся корка, похожая на кровь. Под цепочкой лежала записка.
Сердце бешено заколотилось о ребра, в ушах загрохотала кровь. Угловатые черные буквы. Каждая будто выведена со злобой.
ЭТО ЕЩЕ НЕ КОНЕЦ.
