Текст книги "Секреты Алкроуз (ЛП)"

Автор книги: К. М. Моронова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 25 страниц)

ТАЙНЫ АЛКРОУЗ

Академия Алкроуз

Книга 2

К.М. Моронова

Copyright © 2024 K. M. Moronova LLC Обложка: K. M. Moronova LLC Верстка: K. M. Moronova LLC Иллюстрации в тексте: K. M. Moronova LLC Стоковые изображения лицензированы через Canva

Все права защищены. Никакая часть этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме или какими-либо электронными или механическими средствами, включая системы хранения и поиска информации, без письменного разрешения автора, за исключением использования кратких цитат в рецензиях.

Данное произведение является художественным вымыслом. Имена, персонажи, места действия и описываемые события являются плодом воображения автора или используются гипотетически. Любое сходство с реальными событиями, местами или лицами, живыми или умершими, чисто случайно.

Важно

Перед вами любительский некоммерческий перевод, подготовленный исключительно для ознакомительного чтения.

Все права на оригинальное произведение принадлежат его правообладателю. Мы не претендуем на авторство книги и не получаем никакой финансовой выгоды от публикации этого перевода.

Полное или частичное копирование и распространение перевода без указания Telegram-канала «Адские строчки» запрещено.

Русифицированная обложка является частью оформления данного издания и не может использоваться на сторонних ресурсах.

Если вы представляете интересы правообладателя и считаете, что данный материал нарушает ваши права, свяжитесь с нами. После проверки обращения перевод будет удалён.

Перевод: Omgitshit

Для Telegram-канала: «Адские строчки»

Обложка: Omgitshit

Оформление и иллюстрации: Omgitshit

Редактирование: leSiikKo

Вычитка: Лена

Спасибо, что открыли эту книгу вместе с нами.

Этот перевод появился благодаря многим часам работы, обсуждений и искреннему желанию познакомить вас с этой историей. Мы очень надеемся, что вы получите от неё столько же эмоций, сколько получили мы, работая над переводом.

Всё, что ждёт вас дальше – художественный вымысел.

Герои этой книги совершают поступки, которые мы не оправдываем и не считаем нормой. Их решения, отношения и выборы остаются частью вымышленного мира и не должны становиться ориентиром в реальной жизни.

Если вам захочется обсудить героев, поделиться своими теориями или просто рассказать о своих впечатлениях – будем рады видеть вас в Telegram-канале «Адские строчки».

Именно там мы публикуем всё, что обычно остаётся за пределами страниц.

Каждый комментарий, отзыв, реакция и репост помогают каналу развиваться и становятся лучшей поддержкой для нашей команды.

Спасибо, что доверили нам провести вас через эту историю.

Приятного чтения.

Предупреждение о контенте

Эта книга относится к жанру дарк-фэнтези и темного романтического романа для взрослых. Некоторые темы могут стать триггером для читателей. Сюда входят: явные описания войны (если вы остро реагируете на военную тему в любом виде, я настоятельно рекомендую отказаться от чтения этой книги), физическое насилие, смерть детей, убийства, персонажи с серой моралью, детские травмы и психологические травмы, полученные на войне.

Откровенный контент: Война, смерть, секс, жестокость и расчлененка.

Playlist

Surrender – IAMX

Casualty – Hidden Citizens

Nocturnal – Elle Vee

Scared of the Dark – Lil Wayne

Love no more – Cody Loaves

2WEI – What a wonderful world

Breathe – Fleurie

Never forget you – Zara Larsson

What could have been – Arcane

Middle of the night – Loveless cover (Ellen Duhe)

Слушать тут: https://t.me/hell_lines/538

Для тех, кто любит ходить по грани во Тьме

1

ТЕРРА

Воздух в Академии Алкроуз буквально пропитан силой – аж волоски на затылке встают дыбом.

Я пристально смотрю на своего дорогого брата. После всего, через что мне пришлось пройти, чтобы добраться сюда, почему я не чувствую облегчения при виде него? Это предательство собственных эмоций сбивает меня с толку.

Никто из нас не спешит заговаривать. Эдгар стоит – чопорный, подтянутый, в черной фернестийской тактической экипировке и с белым плащом, застегнутым на шее, в центре которого красуется эмблема в виде яркого полумесяца. Его глаза светятся бирюзовыми линиями, прорезающими привычную зелень радужки, словно треснувшее стекло – расколотые и разбитые. Из-за темных кругов под глазами он кажется еще бледнее, чем я помню.

– Эдгар…

Я произнесла его имя приглушенно, невольно выдавая свои растерянность и скорбь. Он выглядит намного старше, хотя прошел всего какой-то месяц. Тошно от того, как сильно все может измениться, когда всю твою жизнь с корнем вырывают у тебя из-под ног.

Его взгляд – обвиняющий, враждебный, сочащийся ненавистью. Тяжелое, жуткое предчувствие проникает мне в самые кости, когда воздух между нами вспыхивает темной энергией. В его глазах мелькает столько ярости и хаоса.

Моя собственная Тень отвергает присутствие его Тени; они отталкивают друг друга, словно разноименные полюса магнитов, но это напряжение ощущается гораздо весомее.

Амсер содрогается у меня под кожей.

Мы с Эдгаром – хищники, вторгшиеся на чужую территорию. Мы буравим друг друга взглядами в ужасном, гнетущем молчании, пока брат холодно не отворачивается. Его светло-каштановые волосы все еще слегка вьются на концах, придавая ему невинный вид мальчишки, но в его походке появилась новая, жесткая решимость, а кулаки по бокам сжаты так крепко, словно он сдерживает миллион слов, которые отказывается произносить.

Что, по его мнению, я натворила?

Мои пальцы сжимаются в кулаки от этого отвержения, но там мои эмоции и застревают. Я не позволяю им проникнуть глубже. Моя Тень надежно охраняет сердце. Удобный способ уйти от реальности.

В конце концов, именно это у меня получается лучше всего – бегать от всякого дерьма.

Я оглядываюсь на портал, из которого мы вышли всего мгновение назад, мерцающий, словно черные алмазы. Элиас выходит последним. За его спиной портал сжимается и растворяется в темноте. Я нерешительно улыбаюсь ему, любуясь тем, как его холодные, безжалостные глаза остаются равнодушными ко всему миру, кроме меня. Стоит ему заметить мою улыбку, как его черты лица на миг смягчаются.

Мне спокойно оттого, что он здесь, со мной. Мы вместе пережили весь тот кошмар в Баркове. Хотя, если честно, именно из-за него там все и полетело к чертям – он стал маяком для Бездны. Где-то глубоко внутри меня, под ледяной вуалью, надрывается криком чей-то голос. Моя Тень, Амсер, заглушает его, но я все еще слышу слабый шепот собственной совести.

Он убил всех. Он виноват в этом. Он – ассасин Фернестии.

Я моргаю, чтобы прочистить голову, и позволяю этому голосу сорваться в бездну.

Так лучше. Мне так лучше.

Артур ностальгически улыбается, глядя снизу вверх на балкон.

– Давненько же я здесь не был. – Его слова взлетают к невероятно высоким потолкам вестибюля, куда сквозь огромные окна просачиваются редкие лучи солнца. Каменные стены безупречны: на серой кладке едва ли найдется хоть одна трещина. Зеркальный мраморный пол так и сияет. С обеих сторон вестибюля расходятся изогнутые лестницы, соединяющиеся по центру на балконе второго этажа. В коридорах наверху залегли густые тени, разжигая мое любопытство. Интересно, какие тайны этот замок прячет в своих стенах?

Это замок, охренительно шикарный замок. Академия Алкроуз. Загадочное и зловещее название наконец-то обрело реальный облик. В моих мыслях она рисовалась черным пятном на карте, несущим лишь смерть и болезни. Местом, где умирают. Но вживую она оказалась совсем другой.

– В чем именно заключается предназначение Алкроуза? – тихо бормочу я, рассеянно осматривая пространство вокруг.

Рейн тоже оглядывается во все глаза. Он все еще с ног до головы покрыт кровью после той схватки в Баркове. Его черные волосы, мокрые и прилипшие к голове, зачесаны назад. Зато голубые глаза ярко выделяются на этом фоне, а вокруг зрачков бирюзовым светом все еще сияют полумесяцы Новы.

Он кажется другим. Не знаю, дело ли в его новой Тени, или во всем и всех, кого он потерял в городе. А может, и в том, и в другом. Похоже, я совсем плохо его знаю – мы ведь знакомы всего чуть больше недели. Но в его поведении, в самой его ауре произошла отчетливая перемена.

Я вспоминаю, как всего минут десять назад он прижал меня в пролете лестницы. Предназначение… Насколько я знаю, за одно лишь мгновение в собственной голове он мог прожить тысячу жизней. Его усталый вид и поникшие плечи вызывают лишь одно желание: обнять его и расспросить о прошлом, о людях и судьбах, которые он повстречал на своем пути.

Элиас расправляет спину и с хрустом разминает шею. Он идет впереди нас, пафосно указывая на замок:

– Это школа для тех, кто проклят Тенями. Здесь мы перемалываем вашу гребаную душу в порошок, добавляем крови, замешиваем это месиво как глину, а потом лепим из вас то, что, блядь, угодно директору. Бессердечные будут процветать.

Последнюю фразу он чеканит с явным сарказмом.

Артур кладет руку на плечо Элиасу:

– Давай пока не будем вываливать на них всю эту мрачную мантру целиком.

Серые глаза Элиаса стекленеют, когда он смотрит на нас, полностью игнорируя Артура:

– А те, у кого есть сердце – сдохнут.

Я прищуриваюсь и обмениваюсь обеспокоенным взглядом с Рейном. Он сжимает губы, на его скулах ходят желваки, но он упорно молчит.

– Рад, что меня так внимательно слушают, – с легкой усмешкой произносит Артур. Похоже, его хрен выведешь из себя. Терпение и понимание для него – дело житейское. – В общем, Терра, ты уж извини пока Эдгара. Его восстановили только прошлой ночью, и… ну, боюсь, он не слишком хорошо это переносит.

Восстановили? Что они с ним сделали?

Артур считывает выражение моего лица и поясняет:

– Он потерял память. Я вернул её ему, и сейчас ему тяжело все это переварить. – Он тут же переводит взгляд на Элиаса, не давая мне возможности расспросить подробнее. – Я провожу их до Дома Нова.

Белый плащ на плечах Артура безупречно чист – ни пятнышка. Его красивые волосы цвета воронова крыла кажутся мягкими, и от этого его серые глаза выглядят еще более пугающими и притягательными.

Элиас кивает ему и снова переводит взгляд на меня; в его глазах читается желание и еще что-то, чего я не могу разобрать.

– Вам выделят отдельные комнаты. Артур присмотрит за вами, пока я не вернусь вечером, – сухо роняет он.

После всего времени, что мы провели в пути, и после всех тех людей, которых он так хладнокровно убил ради меня, мне странно снова с ним расставаться. Мы ведь только-только воссоединились. Я сдвигаю брови, но держу язык за зубами. Рядом с Элиасом я четко усвоила одно: либо будет по его указке, либо никак.

– Меня это устраивает, – отвечаю я, переплетая свои пальцы с пальцами Рейна и улыбаясь. Губы Артура подергиваются в усмешке от моей реплики, а вот Элиас тяжело и затяжно выдыхает.

– Ты невыносима, – рокочет он сквозь зубы. – Артур, оставляю их на тебя. Мне нужно поговорить с Эмерай.

Он пихает руки в карманы своих черных военных брюк и поднимается по изогнутой лестнице. Я подавляю желание обернуться ему вслед.

Артур улыбается и машет рукой, приглашая нас следовать за ним:

– Вы уж извините Элиаса, он всегда был довольно высокомерен.

Мы идем за ним по коридору под балконом.

– Он и правда Ассасин Фернестии? – спрашивает Рейн, когда мы выходим с другой стороны и упираемся в очередной массивный лестничный пролет. Эти каменные ступени идут прямо, они гораздо шире тех изогнутых в вестибюле и обращены к внешней стене замка.

Мы поднимаемся на второй этаж и оказываемся в великолепном зале с высокими потолками, который тянется до противоположного крыла замка. На колоннах, обрамляющих стрельчатые окна, висят темно-бордовые знамена. Окна пропускают мягкий рассеянный свет, в котором мы с Рейном выглядим как гнусные детоубийцы и мясники.

Я смотрю на потемневшую кровь на своих ладонях. Сколько чужих жизней намертво въелось в мою кожу? Хрен сосчитаешь. Артур же на наш омерзительный вид вообще не обращает внимания. Мы останавливаемся перед двумя массивными дверями, и Артур поворачивается к Рейну.

– Да, это он. И вам обоим лучше хорошенько это запомнить. Элиас – правая рука доктора Сейна и любимое оружие директора. В нем уже почти не осталось ничего человеческого. Я бы настоятельно советовал не злить его. – На последних словах он многозначительно смотрит на меня. – Какую бы мягкость он ни проявлял к тебе до сих пор, скорее всего, на этом всё. У этого человека нет сердца.

Нет сердца. Это не может быть правдой. Между нами есть связь – та, что уходит гораздо глубже, чем просто резонанс наших Теней, как бы сильно я это ни презирала.

– Он постоянно находится здесь, в Алкроузе? – осмеливаюсь спросить я. Я и сама не знаю, чего хочу больше: чтобы он оставался тут или чтобы убрался подальше и забыл обо мне навсегда.

– Конечно. Время от времени он отправляется на задания, как и в случае с этой операцией, но вообще он инструктор боевого класса разрушения. У вас будут занятия с ним каждую неделю.

Рейн в ответ на это лишь тяжело стонет, а вот Амсер в моей груди довольно отзывается теплом. Боги… Я не могу отрицать и того облегчения, что разливается в моем собственном сердце.

– Полагаю, остальные Дома сейчас на улице, так что самое время показать вам здесь всё. Вы оба будете под моим руководством. Другие Дома стоят ниже нашего статуса Нова, но вам не запрещено с ними общаться. Терра, тебя наверняка порадует, что Эдгар тоже состоит в нашем Доме Теней, – произносит он все с той же мягкой усмешкой. Я уже начинаю думать, что у Артура просто нет другого выражения лица, кроме этого безмятежно-мрачного.

– Что? Правда? – выпаливаю я. Надеюсь, это значит, что уже сегодня вечером я смогу поговорить с ним и выяснить, почему он так на меня зол. Он – единственный близкий человек, который остался у меня в этом жестоком мире, и мы не можем все так оставить. Особенно когда единственное, чего мне хочется – это обнять его и часами говорить обо всем, что случилось.

Артур ведет нас по коридорам – настоящему лабиринту из мраморных полов и серых каменных стен, – попутно объясняя устройство различных подразделений. Космос, Экко, Полярис, Таури и Дварс располагаются на первом и втором этажах главной башни. Просторные гостиные Домов снабжены аккуратными табличками, а над дверями красуются их эмблемы.

– Как я уже говорил, вы двое состоите в высшем Доме Теней, – продолжает Артур, то и дело бросая на меня долгие, неуютные взгляды. Не то чтобы это меня пугало. Возможно. Но Артур настолько чертовски хорош и кажется таким родным, что к нему тянет на каком-то животном уровне. От него веет тем самым теплом, которое тебе уже было знакомо когда-то. – Терра, ты – Нова. Рейн – Солас. Обычно Соласы остаются в Доме Космоса, но Рейн уже осквернен твоей Тенью, так что он тоже будет в Доме Нова.

– Стоп, что значит «осквернен»?

Рейн останавливается и бросает взгляд в одно из стрельчатых окон, смотря вниз на двор перед Алкроузом. Сотни людей стоят широким неровным кругом прямо на снегу, а несколько человек в самом центре… дерутся. Снег на площадке в центре круга испещрен свежими, яркими брызгами крови.

Артур заводит руки за спину и смотрит вниз из соседнего окна. Его серые глаза кажутся безжизненными и уставшими.

– Я мог бы изложить вам длинную научную версию, но скажу проще. Нова – это элита среди Теней, боги среди богов. Если оказаться рядом с кем-то из них в момент неконтролируемой истерики или преднамеренной злобы, желающей оставить на тебе след, ты будешь осквернен. Проклят.

У меня внутри все леденеет.

– Проклят в каком смысле? – спрашиваю я, затаив дыхание.

Рейн не смотрит на меня, но его челюсть напряжена так, что ходят желваки. Его Тень – это сама судьба, всеведущая. Стоит ли удивляться, если прямо сейчас она нашептывает ему всякие жуткие вещи?

– Оскверненные долго не живут. Их силы на короткое время возрастают, подпитываясь от их половинки-Новы, но осквернение – это смертный приговор, после которого еще никто не выживал.

Кровь отливает от моего лица, а желудок скручивает от ужаса.

Рейн отворачивается и стискивает зубы:

– Ты ведь по собственному опыту судишь, да? – Его голубые глаза уже начинают блекнуть, приобретая серо-синий оттенок, а полумесяц на их фоне горит ядовито-зеленым. След моего осквернения, – понимаю я.

Артур не отвечает, да в этом и нет нужды. Затаившаяся в его глазах боль красноречивее любых слов. Его челюсть напряжена, а мягкая усмешка сменилась тоскливой, заторможенной гримасой.

– Элиас кого-то осквернил? – спрашиваю я, чувствуя, как подавленные эмоции пытаются скрутиться тугой спиралью у меня в груди.

При этом вопросе желваки Артура каменеют:

– Да. И с тех пор он научился держать себя в руках, чтобы это больше не повторилось. Это главная причина, по которой мы держим Нова отдельно от остальных. У нас просто не останется сильных Теней для наблюдений и лепки из них властолюбивых тварей, если мы позволим вам осквернять всех подряд по чистой случайности. – Он склоняет голову набок, и его длинные угольно-черные волосы ложатся чуть выше плеч. – Не переживай. Элиас научит Нова, как не допустить новых осквернений.

Рейн долго смотрит на меня, а потом просто пожимает плечами, откинув голову. И этот жест мгновенно приводит меня в чувство.

– Просто часть моей истории, – отрешенно бормочет он, словно ему плевать, что его приговорили к смерти.

Тень внутри меня надрывается от крика. Мне хочется впустить её, но я знаю, что она принесет с собой только боль. Она рыдает, свернувшись калачиком в таких глубинах, из которых я, возможно, никогда больше её не вытащу. Я ничего не чувствую. Я не хочу этого чувствовать.

Эту вину.

– Ну ладно, давайте я отведу вас двоих в гостиную Дома, чтобы вы могли передохнуть перед сегодняшним вечерним банкетом, – произносит Артур, возобновляя свой размеренный шаг по коридору.

Мы идем, кажется, целую вечность. Запоминать этот замок будет той еще занозой в заднице. На четвертом этаже мы подходим к большим черным двустворчатым дверям, ведущим наружу. Они открываются на великолепный каменный мост, чьи опоры уходят далеко вниз, к замерзшему озеру. Сооружение впечатляет – мост шириной с оборонительные стены Баркова, а вид отсюда открывается еще более невероятный.

Я не ожидала, что замок будут окружать такие чудесные пейзажи. Крутые горы, граничащие с нами, увенчаны белоснежными пиками. Туман укутывает их, словно одеяло, из-за облаков едва виднеются верхушки сосен. Озеро внизу – вот главный виновник того, что воздух, наполняющий мои легкие, кажется таким густым. Свежие, холодные вдохи превращаются в облачка пара в зимнем небе. На моих губах появляется улыбка.

Какое красивое, спящее место, спрятанное от мира, словно затаившаяся смертоносная тварь.

Мы втроем пересекаем мост, направляясь к другой огромной части замка. Я оглядываюсь на толпу людей, стоящих перед главными воротами. Рейн тоже не сводит с них глаз. Все они обступили двоих бойцов.

– Что они там делают внизу? – Я нерешительно перевожу взгляд на Артура. Он идет медленным, размеренным шагом, засунув руки в карманы своей темной военной куртки.

– М-м? А, они участвуют в Отборочном испытании. Мы не можем принимать слишком много студентов одновременно. Это ужасно, но что в этой войне не было ужасным? Большинство из них все равно из Домов Таури или Дварс. Многие даже не добираются до дверей Алкроуза – их либо пускают в расход, либо отправляют на передовую в качестве пушечного мяса. – Каждое слово дается ему тяжело. Он ненавидит то, что творит Фернестия, так же сильно, как и мы.

– Так почему сразу не отправить их на фронт? Зачем устраивать всё… это? – холодно спрашивает Рейн.

Артур понимающе кивает:

– Разве ты отправишь потенциальные подопытные образцы на фронт, сначала их не протестировав? Здесь все под строгим наблюдением и протоколируется. К тому же нам не нужны бродячие псы, создающие проблемы на передовой. Если бы тебя туда отправили, ты бы наверняка дезертировал, верно? А это значит, что за приличным числом солдат пришлось бы постоянно присматривать. Цель всего этого предельно проста – власть и истребление всех Безтенных. Доктор Сейн очень щепетилен в своем видении Фернестии: идеальный мир, состоящий только из сильных личностей, в которых он видит смысл, – спокойно бормочет Артур. Он поворачивает голову к Рейну: – Это отвечает на твой вопрос? – спрашивает он вполне доброжелательно.

Я вклиниваюсь в разговор прежде, чем Рейн успевает ответить:

– Зачем же ты сам во всем этом участвуешь, если явно не одобряешь?

Плечи Артура напрягаются:

– С чего ты это взяла? – Он меняется в лице, но его серые глаза по-прежнему ничего не выражают. – Наверное, я просто устал, вот и всё. Боюсь, ты принимаешь мою скуку за неодобрение. – Я скептически хмурюсь, но понимаю, что он ничего не скажет, даже если я начну давить, поэтому снова перевожу взгляд на сотни студентов внизу.

Рейн наблюдает за дракой во дворе и морщится, когда один из студентов сносит другому голову. Фонтан крови отчетливо виден на фоне ослепительно белого снега.

Мой взгляд равнодушно скользит дальше, к следующему крылу замка. Дом Нова – это отдельное, стоящее особняком здание. Он похож на собор, холодный и одинокий перед лицом суровых, пронизывающих ветров. Его украшают роскошные двухэтажные стрельчатые окна, которые, словно зеркала, отражают мир за нашей спиной. Двойные эбеновые двери, сходящиеся в остроконечную арку, бесшумно распахиваются, когда Артур тянет за ручку. Стоит нам переступить порог, как возникает чувство, будто мы прошли сквозь магическую завесу, удерживающую тепло внутри.

Мои глаза округляются, и у Рейна тоже. Заметив наше удивление, Артур ухмыляется:

– Изящный маленький трюк, который мы придумали. Изолирующие завесы – штука довольно сложная, боюсь, вы начнете изучать их только на втором курсе.

Я снова провожу рукой сквозь дверной проем, чтобы ощутить эту странную невидимую завесу. Ощущение такое, словно я погружаю пальцы в воду, но, преодолев сопротивление поверхности, на той стороне обнаруживаю лишь пустоту воздуха.

– И сколько мы должны пробыть в Алкроузе?

– Как и в любой другой академии – четыре года. Каждый год разбит на два семестра, в начале которых мы проводим экзамен.

Рейн неловко переминается с ноги на ногу рядом со мной и спрашивает:

– Наподобие Отбора?

Артур улыбается, но эта улыбка не затрагивает его глаз:

– Да. Именно так. Экзамен первого семестра всегда, как назло, начинается на следующий день после прибытия первокурсников. Ну что, продолжим? – Он поворачивается и широким жестом руки указывает на помещение.

Я вклиниваюсь:

– Почему тогда мы не там, внизу? – Не то чтобы мне этого хотелось, конечно, но кажется несправедливым, что мы его пропускаем, пока остальные… Ну, пока остальные режут друг друга.

– Нова не нуждаются в отборе. Этот экзамен нужен в основном для оценки других студентов, конкретно из Домов Полярис, Экко и Космос, – обыденно поясняет Артур. Рейн рядом со мной тяжело сдвигается, и я вспоминаю, что мы все еще покрыты коркой засохшей крови. Когда никто из нас больше ничего не говорит, Артур возвращается к демонстрации огромного зала.

Здесь всё оформлено в черных тонах: стены, плитка, мебель и портьеры. Единственным источником света служит массивный камин. Свирепое синее пламя яростно лижет воздух. Я никогда не видела столь чарующего огня – кобальтового цвета, явно подпитанного магией. Посреди гостиной стоит огромный журнальный столик, окруженный четырьмя длинными диванами. По углам аккуратно разложены пледы и подушки из эбенового меха.

Такое чувство, будто здесь никогда никто не жил. Всё совершенно нетронутое.

Неужели Элиас все это время жил здесь в полном одиночестве?

– Это гостиная Дома Нова. – Артур снова ловит мой взгляд, и я поспешно отворачиваюсь. Элиас пришел бы в бешенство, узнай он, что мои щеки вспыхнули под этим тяжелым взором. Несправедливо, что Артур настолько сверхъестественно красив и сдержан – он не разбрасывается высокомерными ухмылками, источающими похоть, как это делают Рейн и Элиас. – Здесь мы будем проводить собрания, но вообще это ваш новый дом, так что, пожалуйста, устраивайтесь поудобнее. Студенты из других Домов, скорее всего, тоже будут собираться здесь, чтобы вы все могли познакомиться друг с другом.

Рейн делает шаг вперед и проводит пальцами по спинке черного дивана.

– Ты сам-то живешь здесь, в Доме Нова? – спрашивает он Артура.

Артур кивает:

– Да, мои покои находятся через коридор от комнаты Терры. А мой рабочий кабинет – в восточной башне. – Он кивает головой в сторону восходящей лестницы в правой части гостиной. Еще одна лестница ведет наверх слева, и я предполагаю, что именно там расположены наши комнаты.

Я хмурюсь:

– До сих пор здесь были только ты и Элиас?

От этого места веет холодом. Возможно, дело в темных тонах или в этой пустоте. Одиночество в глазах Артура теперь кажется более понятным, когда я вдыхаю застоявшийся воздух его жилища.

– Да, довольно долгое время. Но сейчас я провожу большую часть дней в За’Афиэле. Там больше смеха, и дети не борются за выживание, в отличие от взрослых здесь. Они даже не знают, где находятся, просто знают, что им хорошо. Я с ужасом жду того дня, когда доктор Сейн одобрит их для дальнейших… исследований.

Рейн цыкает и со злостью скрежещет зубами:

– Как им может быть хорошо? Их семьи вырезали поголовно. И что, блядь, значит «исследований»?

Артур на мгновение опускает голову, а когда снова поднимает взгляд, его лицо выглядит мрачным:

– Я забираю их воспоминания и храню под замком, пока они не будут готовы присоединиться к нам в Алкроузе. За’Афиэль – единственное мирное место, оставшееся на земле. Его залы наполнены смехом и блаженным неведением.

– То есть ты просто целыми днями сидишь один в темном кабинете и слушаешь последние радостные голоса перед тем, как их в итоге уничтожат? – рявкает на него Рейн, но Артур не поддается гневу. Он лишь кивает и плотно сжимает губы.

Я не могу не сочувствовать ему:

– Ты хранишь все их воспоминания? Как это вообще работает?

Артур едва заметно вздыхает и мягко опускает плечи:

– Кто-то может подумать, что благодаря этой силе я прожил множество жизней. Но на самом деле я просто архивариус, который держит при себе жуткие вещи, о которых всем остальным лучше навсегда забыть.

У меня внутри всё замирает.

– Это то, что случилось с Эдгаром? – Он выглядел таким растрепанным и потерянным. Я ни секунды не сомневаюсь, что он уже поговорил со своей Тенью, с Новой; его расколотые глаза выдали это в ту же секунду, как я его увидела.

– Да. Эдгар не слишком хорошо перенес свое восстановление, – бормочет Артур, медленно пряча руки обратно в карманы. – К тому же он осквернил своего друга, что тоже ударит по нему неслабо. Он сейчас в крайне уязвимом состоянии.

– Почему он был так… – Я прижимаю ладонь к груди, чувствуя, как где-то глубоко внутри разгораются слабые толчки боли. Моя Тень мгновенно гасит их, и я снова остаюсь опустошенной. – Почему он так сильно злился на меня?

Артур открывает было рот, но, видимо, передумывает. Он колеблется:

– Уверен, вы двое сами во всем разберетесь.

Рейн смотрит на меня. Его бледность пробивается даже через корку сухой крови.

– Давайте, поднимайтесь наверх. Ваши комнаты в самом конце коридора. Эдгар, возможно, у себя. Мне нужно уладить кое-какие дела, но я зайду за вами обоими, как только закончится Отбор. Постарайтесь пока отдохнуть. – Артур уходит, оставляя нас стоять посреди этой черной, тоскливой гостиной.

Рейн бросает на меня косой взгляд – уставший, но подбадривающий:

– Сходим в душ вместе?

Я медленно киваю:

– Можем мы сначала поговорить с Эдгаром?