Текст книги "Ковбой без обязательств (ЛП)"

Автор книги: Холли Рене

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц)

Глава 16. БЛЭР

Колокольчик звякнул, когда я протиснулась внутрь. Воздух был густым от ванили и жженого сахара, но даже он не смог заглушить тишину, внезапно накрывшую зал. Я прижала к себе ящик с клубникой, его шершавые края впились в кожу, и заставила себя идти вперед под тяжестью чужих взглядов.

Я давно не жила в маленьком городке Уиллоу Гроув, но в одном я была уверена.

Люди здесь всегда суют нос не в свое дело.

Пекарня Мэгги, Darlin’ Delights, была набита до отказа знакомыми лицами за каждым столиком. Я раздавала вежливые улыбки, пробираясь к витрине с пирогами, но они исчезли, как только я увидела Челси Лиланд. Бывшая королева бочковой езды, на класс старше меня, и та самая девушка, которая превратила мой второй курс в ад.

Именно она позаботилась о том, чтобы вся школа узнала мой «грязный секрет»: будто я не могла выбрать между братьями Кэллоуэй. Слова «трахается с братьями» тянулись за мной по коридорам до конца года.

Но Челси ошибалась. Мое сердце принадлежало одному брату, а не двум. И ее бесило, что парень, которого я любила, был тем самым, которого хотела она. Золотым мальчиком, чья улыбка заставляла каждую девушку в Уиллоу-Гроув спотыкаться на ровном месте.

Я была не единственной, кто любил Кольта. Просто он делал это слишком легко.

Челси сидела с подругами, ее медово-блондинистый хвост раскачивался, пока она смеялась. В ту же секунду, как она меня заметила, улыбка исказилась, и она поднялась. Она пересекла зал за считаные секунды, едва не сбив с ног малыша по дороге.

– Ну надо же, – промурлыкала она, оглядывая меня с ног до головы. – Да это же мисс Клубничка собственной персоной.

Я поставила ящик на прилавок, дерево затрещало, и Челси придвинулась ближе.

– Привет, Челси, – выдавила я, стиснув челюсть. Пальцы сжались на краю ящика. – Как дела?

– Отлично. – Она сделала глоток айс-кофе, оставив на соломинке идеальный красный след помады. Лед в стакане звякнул, когда она покрутила его в руке, не отводя от меня взгляда. – Вернулась после развода. Папе нужна помощь с лошадьми.

Слово «развод» она произнесла так, будто это был знак отличия.

– Слышала, ты снова у Джун. – Она внимательно следила за моей реакцией. – Я не думала, что ты вообще сюда вернешься.

– Ну да. – Я пожала плечами и наконец повернулась к ней лицом. – Это не входило в планы.

Взгляд Челси медленно скользнул по мне, задерживаясь на грязных джинсах и поношенной футболке, которая была мне почти мала.

– Знаешь, – сказала она тише. – Я видела тебя по телевизору в прошлом году. Помолвка в Роли? Жена моего кузена работает там в одной компании, мы как раз обсуждали, как тебе повезло заполучить того инвестора. Что случилось? Вы все еще помолвлены?

Я сглотнула, отгоняя воспоминания о том, что именно случилось. Те фотографии до сих пор лежали у меня на компьютере, на всякий случай.

– Мы с Грантом все отменили. Не сложилось.

Брови Челси взлетели вверх, а глаза округлились от, кажется, искреннего удивления.

– Я слышала, он был большим человеком. Не верится, что ты от этого отказалась, – сказала она слишком громко, так что вся пекарня притихла. – Значит, ты тут надолго? Или снова уедешь?

– Сейчас я помогаю Джун на ферме. – Я скрестила руки и оглянулась за стойку. Где, черт возьми, Мэгги? Палец нашел звонок, и я нажала на него сильнее, чем нужно. – Мы будем продавать ее джемы.

– Джемы? – Челси фыркнула, и я напряглась. – А я-то думала, ты вернулась из-за Кольта. Ну, теперь, когда он свободен. – В ее голосе сочилась притворная забота. – Или вы уже… – Она сделала неопределенный жест пальцами. Он мог означать что угодно, но ее взгляд говорил все.

Горло сжалось, но я выдержала ее взгляд, не давая ей желаемого.

– Знаешь что? Пожалуй, ты единственный человек в этом городе, кого моя личная жизнь волнует больше, чем меня, Челси.

Она усмехнулась, наклонив голову, как хищник, оценивающий добычу.

– О, меня она совсем не волнует. – Ее взгляд пробежался от моих грязных ботинок к растрепанным волосам, отмечая каждый изъян. – А вот Кольт… он вроде собирался сводить меня в новое место в Белмонте на выходных, но я уже несколько дней от него ни слуху ни духу. Я подумала, он занят ранчо, но…

Я прикусила щеку изнутри. На один яркий миг мне представилось, как я хватаю ее за хвост и дергаю, пока эти идеальные светлые пряди не останутся у меня в кулаке. Челси не знала ничего, ни черта не знала обо мне и Кольте. И все же стояла здесь, произнося его имя так, будто оно ей принадлежало.

Она не знала, что я сплю под его крышей. Не знала, как три ночи назад его пальцы скользили по моей шее в его коридоре, пока я не оттолкнула его и не сказала, что этого больше не будет. Она не знала и того, что я научилась прислушиваться к рокоту его двигателя каждое утро, прячась в комнате, пока колеса не захрустят по гравию. Это стало моим ежедневным ритуалом самоотречения, и бешеный пульс выдавал меня с каждой тянущейся секундой.

Но, надо отдать мне должное, это сработало. Мы почти не разговаривали, если рядом не было Руби.

– Вы что, трахаетесь? – она сморщила нос, будто сама мысль вызывала у нее отвращение, и я дернулась от ее вопроса. – Мне он не интересен, если…

– Если что? – спросила я, и собственнический жар стиснул горло. – Если он трахается со мной?

Я внимательно смотрела на нее, отслеживая реакцию на каждое слово, понимая, что должна остановиться, но уже не могла сдержать поток.

– Даже если сейчас он со мной не трахается, – я шагнула ближе и понизила голос, словно делилась секретом, – у меня он был так, как тебе и не снилось, Челси.

Я чуть отстранилась, чтобы увидеть, как расширяются ее глаза.

– На теле Кольта Кэллоуэя нет ни одного места, которое бы уже не знало моего прикосновения.

Рот Челси приоткрылся, потом резко захлопнулся. Губы вытянулись в тонкую алую линию. Ноздри раздулись, и ее отрепетированное стервозное самообладание мигнуло и погасло, как неоновая вывеска на последнем издыхании.

Она вздрогнула, когда за стойкой распахнулась дверь, а я отступила на шаг, не веря, что только что сказала. Из подсобки вышла Мэгги. Пряди волос выбились из зажима, на боку носа белело пятнышко муки. На ней был розовый фартук с вишнями и надписью Darlin’ Delights.

– Челси, детка, – сказала Мэгги, вытирая руки о фартук. – Дай женщине вздохнуть. Еще даже половины девятого нет, а ты уже лезешь к ней с расспросами, каких мужчин она собирается вычеркнуть из твоего списка.

Челси резко обернулась к ней, лицо перекосилось, но Мэгги просто уперла руки в бока и выдержала ее взгляд.

– Я всего лишь приветствовала ее дома, – солгала Челси.

Мэгги фыркнула и потянулась к ящику с клубникой. Она взяла одну ягоду сверху, покрутила между пальцами и одобрительно кивнула.

– Они потрясающие, Блэр.

Я выдохнула, напряжение ушло из плеч, стоило Мэгги появиться рядом.

– Собрала сегодня утром. В багажнике еще джемы Джун. Ты с ума сойдешь, когда увидишь упаковку.

Глаза Мэгги загорелись, когда она приняла ящик.

– Идеально вовремя. Я как раз подготовила для них особый уголок, рядом с круассанами.

Она подмигнула мне, а потом повернулась к Челси с медовой улыбкой.

– Некоторые люди просто должны быть вместе, правда? – Ее взгляд многозначительно скользнул ко мне, а потом к двери. – Всегда так было.

Я обернулась на звон колокольчика и увидела, как Кольт входит в пекарню.

– Доброе утро, Кольт, – окликнул кто-то из зала, и я увидела, как Челси напряглась ровно в тот же миг, когда мое собственное тело предательски отозвалось вспышкой осознания.

Он, должно быть, заехал прямо после школы. Я ведь так тщательно рассчитала побег этим утром, выскользнув из дома, пока его грузовик еще стоял с заведенным двигателем.

Ковбойская шляпа была надвинута низко, но она не могла скрыть резкую линию челюсти и форму рта, которую я выучила наизусть много лет назад. А эти усы… господи, эти усы должны быть запрещены законом.

Сердце заколотилось о ребра, прежде чем мозг успел напомнить ему о приличиях. Со всех сторон ему желали доброго утра, скрипели стулья, и с полдюжины мужчин поднялись пожать ему руку.

Золотой мальчик Уиллоу Гроув – от и до.

Он так органично вписывался в это место, а я уже не знала, где мое.

Белая футболка обтягивала плечи, ставшие шире за годы работы на ранчо, а выцветшие джинсы плотно сидели на бедрах. Один большой палец небрежно зацепился за карман, пока он смеялся над тем, что говорил мистер Чемберс из магазина кормов.

Кольт обвел взглядом зал, ни на ком не задерживаясь, пока не наткнулся на меня. Его манера изменилась мгновенно. Легкость испарилась, когда его глаза медленно прошлись от моего лица к ботинкам, задерживаясь там, где от каждого прикосновения взгляда во мне разгорался жар. Один уголок его рта приподнялся, когда он что-то пробормотал мистеру Чемберсу, не отрывая от меня глаз. Потом он снял шляпу, провел пальцами по волосам и направился к нам, сокращая расстояние шаг за шагом.

Он подошел прямо к стойке, даже не взглянув на Челси, и кивнул Мэгги.

– Доброе утро, Мэгс.

Голос оказался мягче, чем я ожидала, почти теплым. Но смотрел он не на нее. Он смотрел на меня так, будто я была задачей, которую он пытался решить.

– Доброе утро, Кольт. – Мэгги открыла кассу, ящик звякнул, когда она перебирала купюры. – Опять что-то для Руби или сегодня взрослые дела?

– Взрослые, – сказал он, не сводя с меня глаз. – Хотя, пожалуй, ей тоже стоит что-нибудь взять. Мне один завтрак-сэндвич, а для Руби – несколько лимонных пирожных.

– Конечно.

Кольт оперся ладонями о стойку, широко расставив пальцы. Он был так близко, что я различала щетину на его челюсти.

– Блэр, не знал, что ты сегодня развозишь заказы, – сказал он. Тон был непринужденным, но в нем сквозил вызов.

Я лишь пожала плечами, хотя они были слишком напряжены, а лицо – слишком горячим.

– Ты не спрашивал.

Он улыбнулся и провел языком по нижней губе.

– Справедливо, – бросил он. – Наверное, мог бы спросить утром, но… – Он чуть наклонил голову, позволяя паузе растянуться. – Похоже, ты меня избегаешь.

Челси прочистила горло, привлекая его внимание. Его брови слегка приподнялись, будто он только сейчас заметил ее присутствие.

– Как забавно, – сказала она с натянутой улыбкой. – Блэр как раз рассказывала, что вы двое не… – Она замялась, переводя взгляд с него на меня.

– Не что? – голос Кольта стал жестким.

– Не вместе. – Смех Челси звучал отрепетированно. – Просто уточняю перед нашим свиданием в субботу.

Слово «свидание» пустило по позвоночнику ледяную струйку. Холод растекся дальше, к пальцам, которые немели, сжатые в кулаки.

Часть меня хотела верить, что Кольт никогда не пойдет с ней на свидание. Но была и другая часть – та, что почти его больше не знала. И именно она была так чертовски зла, что мне хотелось ударить и Челси, и его прямо в лицо.

– Ну, это было бы довольно скандально, если бы между вами что-то происходило, учитывая, что всего пару недель назад я видела новости о ее свадьбе. – Ее губы изогнулись с довольством, когда плечи Кольта напряглись, а челюсть сжалась. – Но она… – Челси снова посмотрела на меня. – Ты с ним живешь?

Я уже собиралась ответить, когда Кольт сдвинулся рядом, его пальцы забарабанили по стойке.

– Не знал, что у нас есть планы, – сказал он, и в его голосе была резкость, от которой улыбка Челси дрогнула.

– Ну, Мия и Руби уже давно просят встретиться, а я пообещала Руби, что мы устроим это в выходные. – Она улыбнулась ему и положила ладонь ему на грудь. – Мы говорили об этом на прошлой неделе, Кольт.

Я смотрела, как ее пальцы сминают ткань его футболки, и что-то собственническое туго сжалось у меня в животе. Руки дернулись по бокам, пока я боролась с желанием отцепить каждый ее палец по одному.

Может, это не было свидание. А может, и было. Мне хотелось верить, что Кольт не стал бы. Но, с другой стороны, почему нет? Меня не было слишком долго, и он мне ничего не должен. Тогда почему мне казалось, что я не могу вдохнуть?

Я чувствовала себя обнаженной и уязвимой. И вдруг я захотела Кольта так сильно, что внутри осталась пустота. Я знала, что не имею права на эту ревность, но какая-то часть меня, все еще укорененная в этой земле, в воспоминаниях о нашей дружбе до того, как она стала чем-то большим, хотела закричать ей, что он был моим первым.

Но правда заключалась в том, что он не был моим вовсе.

Он принадлежал этому городу. Он принадлежал Руби. Но каждая клетка во мне кричала, что он не принадлежит Челси чертовой Лиланд.

Я заставила себя отвести взгляд от ее собственнической руки и нашла глазами Мэгги.

– Я заеду позже с джемами, хорошо? – слова застряли в горле, прозвучали тонко и дрожащe. – Не могу поверить, что я их забыла.

Брови Мэгги чуть приподнялись, прежде чем она перевела взгляд с меня на Кольта. Уголки ее губ сжались.

– Конечно, – сказала она, протягивая Кольту бумажный пакет и пробивая покупку, но смотрела все еще на меня. – И давай сегодня еще поужинаем вместе.

– Свидание, – ответила я, вложив в это мелочное, безрассудное слово столько смысла, что губы Мэгги дрогнули, сдерживая смех.

Кольт повернулся ко мне, его рука зависла в воздухе, будто он собирался коснуться моего локтя. Я увидела это. Увидела, как он приоткрыл рот, чтобы сказать мое имя. Но я бы не выдержала. Поэтому я резко развернулась, едва не врезавшись в человека за нами в очереди, и пошла дальше, заставляя себя не оглядываться.

Колокольчик над дверью звякнул, когда я вышла, и я услышала, как Кольт зовет меня по имени. Но я не остановилась. Я прошла мимо банка, мимо хозяйственного магазина, отчаянно стремясь добраться до машины.

По дороге на парковку я чуть не споткнулась дважды. Ключи выскользнули из дрожащих пальцев, прежде чем я открыла дверь. Женщина в зеркале заднего вида выглядела незнакомкой: расширенные зрачки, пылающие щеки. Я ткнула пальцем в зажигание, потом сжала руль, заставляя сердце замедлиться.

Я обещала себе, что Кольт больше никогда не будет так на меня влиять. И вот я здесь, злюсь на него за разговоры с женщиной, которая когда-то превратила мою жизнь в ад. Она была жестока со мной, а теперь устраивает игровые встречи с Руби.

С моей Руби.

Разумом я понимала, что давно должна была все это пережить. Не только то, как Челси обращалась со мной в школе, но и Кольта – всего его, его отсутствие, его дочь, решения, которые он принимал, пока меня здесь не было. Но логика не могла усмирить ревность, которая вцепилась мне в ребра.

Ее рука задержалась на его груди, распластанная так, будто была там уже тысячу раз, словно она имела право прикасаться к нему средь бела дня.

Он с ней спал?

Я зажмурилась, прогоняя образ.

Я только выехала на дорогу, когда телефон завибрировал у меня на бедре. Я неловко потянулась за ним, сердце подпрыгнуло от нелепой надежды, что это Кольт. Но экран осветило лицо Гранта. Я почти сбросила вызов, когда заметила движение. Кольт стоял у входа в пекарню, челюсть напряжена, пока Челси тыкала пальцем ему в грудь. Он отвел от нее взгляд и через лобовое стекло, через расстояние между нами, мне показалось, что наши глаза встретились.

Телефон снова завибрировал, настойчиво. На этот раз я ответила:

– Алло.

– Блэр. – Грант произнес мое имя с таким облегчением, что в животе скрутило от вины, и я отвернулась от Кольта.

Глава 17. КОЛЬТ

У Руби весь подбородок был в зубной пасте. Она ловила мой взгляд в зеркале, морщила нос, корчила рожицы и улыбалась, зажав во рту щетку.

Она сплюнула, устроив настоящий беспорядок, потом прополоскала рот и повернулась ко мне.

– Папа, а когда Блэр вернется домой?

Я оперся о дверной косяк, скрестив руки, стараясь не выдать тревогу, скручивавшуюся внутри.

– Скоро. Кажется, она пошла ужинать с мисс Мэгги.

– Мне не нравится, когда ее нет, – голос Руби стал тише, и эти слова ударили прямо в грудь.

Мне едва хватало сил смотреть на нее, пока я тянулся за полотенцем и аккуратно вытирал подбородок. В голове металось все сразу – что сказать и во что я хотел бы верить.

Я промокнул пятнышко пасты у ее губ, выигрывая несколько секунд, пока руки предательски дрожали. Я уже собирался предупредить ее, что Блэр – это временно, что люди всегда уходят. Но стоило встретиться с этими доверчивыми глазами, как слова застряли где-то между грудью и языком.

– Мне тоже, – сказал я, и голос сорвался.

Я натянул улыбку, больше похожую на гримасу, разглядывая ее лицо, разрываясь между желанием уберечь ее от разочарования и необходимостью подготовить к нему. Я убрал прядь волос с ее лба, потом взъерошил влажные волосы и задержал руку чуть дольше.

Подхватив ее на руки, я отнес Руби в спальню и с шумом плюхнулся вместе с ней на матрас. Игрушки разлетелись, а Руби захохотала. Она обвила мне шею руками, крепко сжала, а потом рухнула спиной на свою гору из единорогов, котов, одного потрепанного синего плюшевого пса и свитшота Дьюка Блэр, спрятанного под подушкой.

– Спать, малышка.

Я откинул одеяло, но она спрыгнула с кровати и шмыгнула к книжной полке.

Ее крошечный палец скользил по корешкам, пока она выбирала книгу на ночь. Я смотрел на нее с улыбкой, хотя чувствовал, как в висках пульсирует кровь.

До Блэр дом никогда не казался таким пустым – за все годы, что мы жили здесь вдвоем с Руби. Теперь ее отсутствие звенело в каждой комнате, потому что я впустил ее в наши привычки. Наперекор каждому инстинкту, кричащему об осторожности, я встроил ее в хрупкий ритм нашей жизни. И теперь, когда ее не было всего один вечер, тишина оглушала.

Я проверил телефон. Никаких уведомлений. Нужно было убрать его, но палец все равно нашел имя Блэр. Я набрал сообщение, замер, потом стер. Палец завис над экраном, разрываясь между тягой к ней и гордостью, но я все же нажал «отправить».

Кольт: Ты в порядке?

Руби вытащила с полки книгу и снова залезла в кровать, прижимая к груди «Там, где живут чудовища».

– Классика, – сказал я, когда она юркнула под одеяло, и взял книгу.

Я только устроился, как телефон завибрировал у меня на груди. Я резко схватил его и уставился на экран.

Блэр: Да.

И все. Одно слово.

Я мрачно смотрел на экран, пока Руби рядом не начала нетерпеливо болтать ногами. Тогда я отложил телефон и открыл книгу. Я читал, прижимая ее голову к груди. Мы были примерно на середине, когда ее сонные глаза поднялись ко мне.

– Блэр на нас злится?

Она смотрела так серьезно, как я не привык видеть у своей маленькой девочки. Я вспомнил последние дни ее мамы и ту растерянность, что месяцами держалась в глазах Руби. Она была совсем маленькой, но Бекка все равно оставалась ее мамой. Это был взгляд, который я никогда не хотел видеть на ее лице снова.

Я стиснул челюсти.

– Конечно нет, малыш. Она просто проводит время с подругой.

– Я ее подруга.

Руби сморщила нос, и черт, как же мне хотелось защитить ее от всего мира. Спрятать от боли, если Блэр снова решит уйти, хотя часть меня знала, что я боюсь не меньше за себя.

– Это правда. Просто Мэгги – ее скучная подруга, и иногда взрослым нужно немного поговорить о скучных вещах.

Руби кивнула так, будто все это имело полный смысл, и глаза снова налились сном.

– Ты попросишь ее заплести мне косички перед школой?

– Попрошу, – прошептал я.

Я еще какое-то время лежал так, слушая ее неглубокое дыхание и редкое тихое посапывание.

Я отложил книгу, стараясь не потревожить ее расслабленную хватку на моей руке, и потянулся выключить лампу. Комнату накрыла темнота, кроме лунного света, пробивавшегося сквозь щель в шторах и ложившегося бледным пятном на ее щеку.

В доме стояла тишина, и я остался наедине с мыслями и тревогой, от которой не удавалось избавиться. Я снова взял телефон, экран осветил лицо. Палец зависал, пока я набирал с десяток разных сообщений и стирал каждое.

Перед глазами снова и снова вставало лицо Блэр в пекарне этим утром. Ее карие глаза расширились, когда она увидела меня, настолько, что я успел разглядеть золотистые искры в радужке, прежде чем взгляд потемнел от боли. Она выскочила наружу, едва Челси прижалась ко мне и спросила про нашу игровую встречу, и даже не обернулась, когда я окликнул ее по имени.

У меня не было свидания с Челси Лиланд. Черт. От одной мысли об этом скрутило желудок. Да, она симпатичная, но каждый раз, когда она мне улыбалась, я слышал только, как ее голос отражается от металлических шкафчиков, а то ядовитое прозвище для Блэр расползается по коридорам, как зараза.

«Трахается с братьями».

От этого воспоминания у меня до сих пор скрежетали зубы. Тогда мне хотелось встать перед Блэр, прикрыть ее собой от этих шепотов. И если быть честным, какая-то иррациональная, собственническая часть меня не выносила, когда ее имя связывали с кем-то, кроме меня. Ни тогда, ни сейчас.

Даже если это был мой брат.

Но Миа, дочь Челси, и Руби были в школе неразлучны, и я не мог лишить дочь этой дружбы только потому, что рука Челси слишком долго задерживалась у меня на плече, когда мы разговаривали.

Я не сделал ничего плохого. Так почему же чувствовал себя таким виноватым?

Я уронил телефон себе на грудь, надеясь, что его вес удержит меня и не даст натворить глупостей. Руби заворочалась во сне, перевернулась и что-то пробормотала. Я убрал волосы с ее лба, желая, чтобы ее мир оставался простым и не тронутым всем тем взрослым дерьмом, которое не давало мне спать по ночам.

Тишина давила, пока палец снова не потянулся к экрану. Я листал чат вверх и вниз, пытаясь найти что-то менее жалкое, но ничего не находилось.

Кольт: Руби спрашивала про тебя. Она скучает.

Я нажал «отправить», понимая, что прячусь за дочерью, но Блэр ответила почти сразу.

Блэр: Скажи ей, что мы увидимся перед школой утром.

Я посмотрел на спящую Руби, на то, как в полумраке поднимается и опускается ее грудь, потом снова на экран.

Кольт: Тебе привезли партию этикеток. Они классные.

Кольт: Но что, черт возьми, такое Клубника на коне?

Я открыл коробку днем, не зная, что она ее, и не смог сдержать смех, увидев нежную пастельную этикетку с красными клубничками в ковбойских шляпах.

Блэр: Ковбойская коллекция Джемов Джун. 🍓🤠

Блэр: Клубника на коне, Ягодная «Родео-красотка», Родео-малина, Вишня-ковбой и Вперед, виноград.

Я фыркнул, читая этот список. Это была та самая девушка, которая когда-то включила дымовую сигнализацию, варя макароны из коробки, стоя на стуле, размахивая полотенцем и ругаясь, как матрос. Но когда Блэр во что-то верила, в ее глазах появлялся такой взгляд, будто она видела самую суть.

Я осторожно выбрался из кровати Руби, сжимая телефон в руке. Перед тем как тихо закрыть дверь, я еще раз посмотрел на свою девочку.

Кольт: Ты это сейчас придумала?

Блэр: Нет! У нас уже есть предзаказы!

Блэр: И еще. Джун сказала, что вы будете моделями для нашего маркетинга.

Блэр: Готовься, ковбой.

Странный укол нервов пробежал по мне. Я не знал, дразнит ли она меня, но сама мысль о том, что она вообще думает о моем теле, заставила пульс участиться.

Кольт: Мне почти тридцать. Не уверен, что кому-то хочется на это смотреть.

Пузырьки с набором текста появились на экране, и, черт, как же было приятно вот так с ней переписываться.

Блэр: О да. Конечно, никто не хочет видеть одинокого папу-ковбоя с прессом. 🙄

Кольт: Откуда ты знаешь, что у меня есть пресс?

Блэр: Не знаю. Я давно не видела тебя голым. Было бы печально, если бы он пропал.

Ее слова застали меня врасплох. По телу разлилось тепло, я сместил вес и прислонился к столешнице. Я сглотнул, внезапно остро ощущая каждую складку джинсов на коже.

Блэр: Может, мне спросить того ковбоя, которого я встретила в The Dusty Spur? Как его звали?

Кровь вскипела, сметая остатки здравого смысла. Она меня подначивала, и, черт возьми, у нее получалось.

Кольт: Этого не будет.

Блэр: Это не тебе решать.

Следующее сообщение пришло так быстро, что я не успел ответить на предыдущее.

Блэр: Хотя мне, наверное, стоит увидеть его голым тоже. Какой я буду бизнесвумен без контроля качества.

Мне хотелось сорваться и поехать прямо в город, закинуть ее себе на плечо и унести домой. Вместо этого я стиснул челюсти и отправил еще одно сообщение.

Кольт: Блэр Уилма Монро, не играй со мной.

Блэр: Кольт Оливер Кэллоуэй, не указывай мне.

Я покрутил шеей, пытаясь снять напряжение, скрутившееся внутри. Попытка была тщетной – голод по ней и по этому рту, который точно знал, как нажимать на все мои кнопки, никуда не делся.

Кольт: Ты скоро будешь дома?

Блэр: Почему? Ты по мне скучаешь?

Сердце подпрыгнуло к горлу, всплеск надежды, который я тут же попытался задушить. Господи, она ведь должна была знать, что да. Но прежде чем я решил, отвечать честно или сыграть осторожно, пришло следующее сообщение, словно она пожалела, что вообще дала мне эту возможность.

Блэр: Я ужинаю с Мэгги. Скоро буду.

Я прошелся по гостиной, свободной рукой запуская пальцы в волосы.

Кольт: Передай Мэгги привет.

Кольт: И да, я всегда по тебе скучаю.

Я уставился на отправленные слова. Пульс колотился так сильно, что я чувствовал его в кончиках пальцев. Эти слова жгли экран, как признание, вырвавшееся из меня и не подлежащее отмене.

Три точки появились, исчезли и снова появились. Мне казалось, что я не могу дышать, пока ждал ее ответа.

Блэр: Если тебе нужна компания, надо было сводить Челси на ужин.

– Блять, – выругался я вполголоса, поворачиваясь к окну, за которым лунный свет разливался по озеру.