Текст книги "Магазин волшебных питомцев. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Гриша Гремлинов

Соавторы: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 36 страниц)

Едва угощение кончилось, как макака замерла, вытянувшись в струнку.

Её латунная шёрстка вдруг начала наливаться внутренним светом, словно кто‑то прошёлся по ней невидимой полировочной пастой. Грязь и колтуны исчезали, уступая место металлическому блеску. Но главное происходило не с шерстью.

Хвост Маруси, который она инстинктивно поджимала, вдруг распрямился. Корочка на ранке от укуса варана с тихим треском осыпалась сухой пылью, а под ней оказалась абсолютно здоровая, розовая кожа, которая тут же покрылась свежим пушком.

Маруся подняла ладошки и удивлённо уставилась на них. Подушечки её лап испускали мягкое янтарное свечение.

Латунная макака эволюционировала!

Новый статус: Лекарская макака (Ранг D, Уровень 5).

Навыки: «Янтарное касание».   Ваш питомец теперь способен лечить мелкие травмы и снимать усталость простым прикосновением.

Получено опыта: 50

Едва я успел дочитать, как интерфейс мигнул и выдал ещё одно сообщение, от которого я едва не рассмеялся в голос.

Бонус от Системы: Ваш питомец полностью избавлен от гельминтов! Все глисты и их яйца на территории магазина уничтожены. Внутренняя мана‑очистка прошла успешно. Паразиты покинули чат. Это подарок. Не для вас, а потому что лекарю негоже быть заразным. Можете больше не мыть руки после каждого контакта с обезьяной.

– Глисты капут! – радостно проорал Архимед, хлопая крыльями. – Чистые руки – залог здоровья! Санстанция одобряет!

Маруся спрыгнула со стола и обхватила мою ногу светящимися лапками. Сквозь плотную ткань джинсов я мгновенно почувствовал приятное, разливающееся по мышцам тепло. Остатки боли в бедре, раненом и заживлённом несколько дней назад, прошли.

Я наклонился и потрепал её по блестящей макушке.

– Умница. Теперь ты у нас полевой медик.

Следующие полчаса ушли на сбор образцов шерсти всех кроликов и мышей в лавке. Дольше всего пришлось возиться с Крылатым кроликом. Ощипывать перья не хотелось, так что я запер малыша в клетке, накормил и дождался, пока выпадет несколько пушинок. Начал собирать…

И в этот самый момент над входной дверью мелодично звякнул колокольчик.

Тилинь‑тилинь!

– Клиенты! – встрепенулся какаду. – Кошельки на стол! Время делать бабки!

Я быстро сполоснул руки под краном, вытер их бумажным полотенцем и шагнул из процедурной в торговый зал. Ожидал увидеть стайку хихикающих студенток из МГАМИ, которых должна была прислать Алиса. Но вместо молодёжи у моего скромного прилавка стояла целая делегация.

Четыре элегантных женщины в возрасте. Из тех, что не ездят на метро и чьи визиты к косметологу стоят больше, чем коммуналка моего магазина за год. Апрельская Москва ещё дышала холодом, поэтому дамы были одеты по сезону, но с безупречным шиком: кашемировые пальто песочных и винных оттенков, шёлковые платки от известных домов моды, изящные кожаные перчатки. Воздух в магазине мгновенно пропитался смесью дорогих духов, в которых угадывались ноты мускуса, белого чая, бергамота и шафрана.

В центре группы стояла моя недавняя клиентка – Елена Борисовна Хмельникова. На сгибе её локтя уютно устроился Миражный кролорог.

– Добрый день, – Елена Борисовна просияла, увидев меня. – А мы к вам! И не с пустыми руками, а с благодарностью!

Женщина сделала шаг вперёд. Белый кролик Пушок повёл длинными ушами и посмотрел на меня рубиновыми глазками. Витой рог во лбу зверька больше не пульсировал болезненным светом.

Кролик дёрнул носом, и с кончика его рога сорвалась стайка иллюзорных бабочек с сапфировыми крыльями. Они запорхали по торговому залу, оставляя за собой тающий шлейф из золотистых звёздочек, и растворились под потолком, вызвав восхищённый вздох у спутниц Елены.

– Мазь сработала просто чудесно! – продолжила Хмельникова, поглаживая питомца. – Никаких больше жутких мертвецов и кошмаров. Пушок всю прошлую ночь показывал нам цветущие луга и водопады. Мой муж даже просил передать вам отдельное спасибо, он впервые за месяц нормально выспался!

– Рад помочь, Елена Борисовна, – я вежливо кивнул, опираясь руками о прилавок. Спину я держал прямо, включив режим профессионала на максимум. – Правильный диагноз – половина лечения. А энергетические клещи не терпят экстракта горечавки.

– Я же говорила вам, девочки! – Елена обернулась к своим подругам. – Денис – настоящий гений. Весь в матушку.

Дамы с любопытством осматривались. Одна из них, высокая брюнетка в тёмно‑бордовом тренче, поправила на переносице строгие очки с едва заметными защитными рунами и посмотрела на меня оценивающе. Другие не отставали. На их лицах читался лёгкий скепсис. Не удивительно, интерьер «Лапы и Когтя» с облупившейся краской и пустыми аквариумами явно не дотягивал до уровня элитных салонов, к которым они привыкли.

Но я знаю, как работать с такой публикой.

В этот момент из подсобки выкатились играющие Коша и Лис, а Архимед шумно приземлился на кассу и выдал:

– Красотки пришли! Фи‑фьють!

Дамы заулыбались, лёд тронулся. Я обвёл их взглядом, выдержал театральную паузу. Лучезарно улыбнулся и негромко, но очень уверенно произнёс:

– Дамы, вы зашли как нельзя вовремя. У меня есть для вас настоящий эксклюзив…

Глава 14
Эксклюзив

Договорить мне не дали.

– Ой, котик! – взвизгнула миниатюрная дама с платиновым каре и бриллиантовыми серёжками. – Посмотрите, какой котик!

Коша и Лис промчались по торговому залу единым вихрем. Мантикорёнок гнался за фенеком, прижимая бурые крылья к бокам и выбрасывая вперёд лапы с азартом котёнка, впервые увидевшего солнечный зайчик. Суставчатый хвост мотался из стороны в сторону. Лис петлял между женскими сапожками.

Посетительницы ахнули.

– Это что, мантикора⁈ – уточнила брюнетка в бордовом тренче. – Настоящая⁈

– А этот ушастенький! – воскликнула полноватая блондинка в жемчужном ожерелье и приложила руку к груди. – Что за ушки! Боже, какая прелесть!

Платиновая сняла перчатку и присела на корточки.

– Кис‑кис‑кис! Иди сюда, маленький! И ты тоже!

Коша в этот момент наконец осознал, что в его зале присутствуют четыре незнакомых крупных объекта. Янтарные глаза расширились. Громкие голоса, ароматы духов. По всем каналам восприятия полетело: «Опасность!» Мантикор развернулся, хвост‑жало встал дугой, послышалось угрожающее шипение, а в следующую секунду рыжий котёнок метнулся обратно в подсобку.

Лис не отстал. Уши дёрнулись к незнакомкам и тут же припали к голове. Фенек рванул за товарищем. Коготки быстро процокали по линолеуму, только песочный хвост мелькнул в дверном проёме.

– Ой… – разочарованно выдохнула блондинка с жемчугами.

– Убежали, – платиновая дама выпрямилась, скрывая досаду за улыбкой.

– Мантикора – не игрушка, Нина, – заметила брюнетка.

Потом она обвела магазин неприятным взглядом и повернулась к Елене.

– Леночка, ты говорила, что здесь качественно.

– Говорила и повторю, – кивнула та. – Денис – профессионал, как его родители. Мой Пушок до визита к нему сходил с ума и генерировал кошмары. Сейчас – посылает звёздочки и бабочек. Сами видели.

Я активировал «Поверхностную оценку» на брюнетку в бордовом.

Ирина Павловна Стрельцова (Ранг C, Уровень 12). Адвокат. Скептичный детектор недостатков, который прямо сейчас считает вашу лавку шарашкиной конторой, а вас – обаятельным мошенником.

Дамы смотрели на пустой зал, как дети, у которых отобрали мороженое.

– А можно их позвать обратно? – не теряла надежды Нина. – Я только погладить!

Полноватая дама в это время переключала внимание на попугая и потянулась потрогать. Какаду вспорхнул и перелетел мне на плечо.

– Контактный зоопарк закрыт! – объявил Архимед. – Только глазками!

Ирина поправила очки и посмотрела на меня в упор. В её взгляде читалось: «Ну и? Ради этого мы ехали через полгорода?»

– Не расстраивайтесь, – я мягко улыбнулся. – Мои хищники немного стесняются чужих. Зато у меня для вас есть кое‑что совершенно иное.

Я сделал паузу. Опёрся правой рукой о прилавок – той, на которой сидел массивный перстень с тёмным камнем. Повернул руку так, чтобы он оказался на виду. Прикоснулся левой рукой и одновременно активировал Питомник.

Вспышка белого света полыхнула между моих ладоней. Свечение опало, и на потёртой столешнице соткался кролик.

Белая шерсть играла перламутровым отливом. Яркие синие глаза – пронзительные, как два осколка летнего неба. Они распахнулись и с величественным спокойствием оглядели присутствующих. Кролик сидел на задних лапах, чуть приподняв передние, будто позируя для портрета. На его спине лежали птичьи крылья с мягким пухом у основания и длинными маховыми перьями.

Этого зверя я совсем недавно вытащил из клетки и спрятал, чтобы спокойно вычистить её. Ингредиенты для передачи его мутации у меня уже есть, так что ничто не мешает немного подзаработать.

В торговом зале стало абсолютно тихо.

– О… боже… мой, – прошептала Нина. – Тань… Тань, ты видишь? – она машинально схватила под локоть полноватую с жемчугом. – У него крылья!

– Это же потрясающе… – Татьяна сразу шагнула ближе, наклонилась и протянула к кролику пухлую ладонь. – Можно… потрогать?

Я кивнул и включил сканирование.

Татьяна Михайловна Воронцова (Ранг D, Уровень 8). Сентиментальная дама, страдающая от хронической мана‑мигрени и острой нехватки пушистого уюта.

Женщина коснулась кончиками пальцев перламутровой шёрстки. У неё вырвался тихий стон. Кролик повёл носом. Бока чуть раздулись – вдох‑выдох, частый и спокойный ритм, без признаков стресса. Он даже ткнулся мордочкой в её пальцы.

– Какой он мягкий… – пискнула Татьяна.

Нина молча подошла с другой стороны и погладила кролика по загривку. Тонкие пальцы с маникюром утонули в искрящемся мехе.

Нина Андреевна Черемисина (Ранг D, Уровень 5). Азартная элитная сорока с синдромом коллекционера, мгновенно забывающая о лимитах по кредитке при виде эксклюзивных милашеств.

– И тёплый, – произнесла она. – Господи, какое чудо!

– Шёрстка – шёлк! Летает‑порхает! – принялся нахваливать Архимед. – Покупай! Не скупись!

– А я говорила, что здесь интересно, – шепнула Елена, обнимая своего Пушка крепче и тоже начав его гладить за компанию.

Ирина‑адвокат стояла чуть поодаль. Скрестив руки. Очки блестели. Но я видел, как дрогнул уголок её губ.

– Позвольте, – она решительно отстранила подруг и склонилась к зверьку. Профессиональный, цепкий взгляд. Провела пальцем по кромке сложенного крыла. – Настоящие перья… Крылья живые, не артефактные.

– Хочу! – выпалила платиновая. – Сколько?

– Погоди, Нина, – брюнетка выпрямилась. – Дай хоть посмотреть нормально.

– Ира, ты смотришь уже полминуты!

Вокруг моего прилавка будто включилось магнитное поле. Все четверо стояли полукругом, и каждая тянулась потрогать. Я ждал.

– Порода? – спросила Ира по‑деловому.

– Крылатый кролик, – ответил я. – Ранг С.

Сработало, как контрольный выстрел. Ира отдёрнула руку, будто прикоснулась к раскалённой сковородке. Нина задержала дыхание, потом нервно оправила стрижку. Золотые браслеты на её руке звякнули. Таня начала теребить жемчужины своего ожерелья.

Они не дуры, все из высшего света и понимают, что зверушки такого ранга продаются на аукционах Гильдии за бешеные деньги. Их возят в бронированных машинах. Их страхуют. Это не домашний любимец, а живой, пушистый, подёргивающий носиком статус.

– С‑ранг? Кролик? – Ирина подняла на меня глаза. – Вы уверены?

– Абсолютно. Если нет, я готов вернуть деньги.

– Значит, эти… – она кивнула на крылья.

– Полностью функциональны.

Я отправил кролику мягкий импульс. Ушастый встрепенулся, расправил крылья. Размах оказался впечатляющим – больше метра. Кролик оттолкнулся задними лапами и подпрыгнул, одновременно взмахнув ангельскими опахалами.

Ахнули все. Даже скептичная брюнетка.

Белые перья поймали свет потолочных ламп, и по ним прокатилась перламутровая волна, как по поверхности мыльного пузыря. Зверёк завис над прилавком, неторопливо работая крыльями. Пух посыпался вниз, кружась, как снежинки. Одна невесомая пушинка опустилась на рукав Нине. Женщина подхватила её и поднесла к глазам – пёрышко мерцало.

Елена с восторгом проследила глазами за летуном, её собственный кролик‑единорог завистливо проводил собрата взглядом. Архимед не удержался и торжественно объявил:

– Пилот! Полёт нормальный! Кар‑р‑р!

Какаду вздыбил жёлтый хохолок во всю ширь и захлопал крыльями, изображая аплодисменты.

Следующие десять секунд были самыми тихими в истории моего магазина. Четыре женщины смотрели вверх с открытыми ртами. Слышалось только шёлковое шуршание перьев и отдалённый гул автомобилей с улицы.

Пушистик набрал высоту, уверенно работая новыми конечностями, и никому не пришло в голову, что это его первый настоящий полёт. Кролик неторопливо проплыл над головами дам, продолжая осыпать их пушинками.

– Авиакомпания «Лапа и Коготь»! – гаркнул Архимед. – Регистрация на рейс! Мест нет!

Ирина сняла с переносицы рунные очки. Она смотрела на летучего кролика не с оценкой. Не с профессиональным скепсисом. А с абсолютно детским, незащищённым удивлением. Я видел, как с её лица слетели все маски юриста, светской дамы, хозяйки положения – и из‑под них выглянула маленькая девочка, которая когда‑то мечтала о крылатом пони… ну или зайце.

Я не сдержал улыбки.

Кролик сделал плавный вираж у дальней стены, элегантно обогнул полку с кормами и пошёл на снижение. Я подставил руки. Зверёк ещё не умел толком приземляться, так что с благодарностью рухнул в мои объятия, сложил крылья и потёрся мордочкой о мой большой палец. Я машинально почесал его за ухом, он прижал уши к спине и прищурился.

– Уникальная мутация, – сообщил я. – Единственный экземпляр. Навыки: «Короткий полёт» и «Воздушный щит» – при угрозе способен создать небольшой воздушный барьер. Тихий, некапризный, почти не линяет. Ест Премиум‑сено и стандартные магические зерносмеси.

Информация была нужна для Ирины – я видел, как она переключается обратно в деловой режим, мозг уже обрабатывает данные.

Но первой очнулась Нина. Платиновая блондинка повернулась ко мне. В её карих глазах полыхнул азарт коллекционера, увидевшего вещь, которую необходимо немедленно перехватить у конкурентов.

– Сколько? – потребовала она.

– Сто тысяч, – мгновенно ответила за меня Таня. – Я забираю!

– Нет, я забираю! – перебила Нина. – Сто пятьдесят!

– Двухсот достаточно? – полноватая дёрнула молнию сумочки.

– Я даю двести двадцать! – вошла во вкус платиновая. – Мне очень надо, серьёзно!

– Нина, у тебя и так зверья полно! – возмутилась Таня.

– И что? Я и этого хочу! – она немедленно достала карточку.

– Двести двадцать? – Ирина повернула голову к подругам. – За кролика С‑ранга? Таких зверей на «ПитомЭкспо» выставляют за пятьсот.

Спасибо, Ирина Павловна. Вы сделали мою работу за меня.

– Двести пятьдесят, – Таня поджала губы.

– Триста! – Нина даже не моргнула. – Денис, триста тысяч. Я плачу прямо сейчас!

– О‑о‑о, торги! – Архимед затанцевал на плече, перебирая лапами. – Прод‑дано! Кто больше? Р‑р‑раз! Два‑а!

– Помолчи, Архимед, – я обернулся к какаду, но всё же ухмыльнулся.

Кролик на моих руках тем временем умылся передней лапкой, демонстрируя космическое равнодушие к суетным делам человеков. Шёрстка переливалась отражённым светом, и тот бликовал на витринах.

Я посмотрел на Ирину. Она стояла неподвижно, но я видел напряжённые плечи, чуть побелевшие костяшки пальцев, стиснувших ремешок сумки. Деловая леди влюбилась. И молчала только потому, что не привыкла проигрывать в торгах.

– Ирина, – я обратился к ней напрямую. – Вы ведь хотели его с того момента, как он взлетел. Я прав?

Кролик подёргивал фуфырочкой и смотрел на неё огромными сапфирами глаз. Женщина нацепила очки обратно и глянула на меня сквозь рунические стёкла. Шли секунды. Остальные дамы волновались. Я заметил, как по скуле Нины стекла капля пота, хотя здесь не жарко.

– Триста, – произнесла Ира. Голос не дрогнул.

На настоящем аукционе я бы выжал за этого кролика пятьсот тысяч, как она и сказала. Минимум. С‑ранг, крылья – коллекционеры продали бы почки. Но аукцион – это свет, камеры, документация. А мне сейчас нельзя ни светиться, ни наглеть. Зато прикормить четырёх богатых дам, которые приведут ещё двадцать таких же – бесценно. Долгосрочные инвестиции.

– Триста тысяч, – кивнул я. – Забирайте.

Нина печально вздохнула, но приняла поражение достойно. Таня похлопала её по плечу.

– Ир‑р‑рина! – заорал Архимед. – Одобр‑р‑рено!

Брюнетка подошла к прилавку. Вытянула руки. Кролик повёл ушами, принюхался к её пальцам. Я осторожно передал его. Женщина бережно прижала живое облако к груди. Крылья зверька чуть раскрылись, махнув по кашемировому рукаву.

Он обнюхал её тренч и решил, что всё в порядке. Вместо того чтобы забиться или дёрнуться, просто сложил крылья. Белый пух шевелился от дыхания новой хозяйки. Ирина уткнулась подбородком в пушистую макушку и улыбнулась.

Улыбка, похоже, была для неё делом непривычным. Неровная, немного растерянная, как будто мышцы забыли, как это делается. Елена Борисовна поймала мой взгляд и едва заметно подмигнула. Я ей ответил лёгким кивком. Приводящая свою работу выполнила безупречно.

– Ирка, – произнесла Татьяна. – Тебе идёт улыбаться.

– Не начинай, – оборвала Ирина и тут же стёрла всё лишнее с лица.

– Касса! – объявил Архимед, наклонив голову набок. – Триста тыщ! Попке на семечки!

– Погоди, приятель, – я остановил попугая.

Рано переходить к оплате. У меня ещё нет маскировки для таких переводов. Но уже есть план, так что продолжаем.

– Ну‑с, – я хлопнул ладонями. – Раз пошла такая масть…

Нина и Таня уставились на меня с одинаковым выражением голодных лисиц.

– У вас есть ещё? – Нина подалась вперёд.

– Есть ли у меня ещё? – я положил руку на прилавок. Перстень снова блеснул. – Вопрос в том, готовы ли вы?

Мысленный клик. Питомник полыхнул, высвобождая второй слот. Белое свечение на этот раз угасло, плавно перейдя в золотистое. Тёплое, как августовский закат. Оно разлилось по прилавку мёдом, и из этого жидкого золота проступил силуэт.

Янтарный кролик посмотрел на мир с ленивым достоинством вельможи, которого разбудили к завтраку. Густая рыжая шерсть с глубоким янтарным отливом мерцала, будто каждый волосок был стеклянной трубочкой, наполненной расплавленной медью. В тусклом свете торгового зала зверёк сиял, как маленькое солнце.

Первой исходящее тепло почувствовала Таня. Она стояла ближе всех.

– Ой… – женщина приложила руку к виску. – Ой, девочки…

– Что такое? – встревожилась Елена.

– У меня… только что… – Таня опустила ладонь и посмотрела на кролика расширенными глазами. – У меня прошла голова. Совсем.

Она шагнула к прилавку, не отводя взгляда от зверька. Осторожно протянула обе руки, будто к святыне. Кролик позволил себя взять. Его уши развернулись в стороны, свечение усилилось. Мягкая золотистая волна окатила Татьяну до макушки.

Женщина закрыла глаза. Жемчужное ожерелье мерно поднималось и опускалось на её выдающейся груди. Тишина длилась секунд пять. Потом она протяжно выдохнула, будто дышала по‑настоящему впервые за долгое время.

– Господи… Это чудо.

– Целительное тепло, – я произнёс негромко, но так, чтобы слышали все. – Его аура снимает усталость, боль, спазмы мана‑каналов. Ранг D, но потенциал развития высокий. Рекомендуется людям с хроническими головными болями и напряжением.

– У Тани мигрени, – подтвердила Елена. – Страшные, по три дня лежит. Витенька не может помочь, хотя сам целитель.

– Сапожник без сапог, – подтвердила Ирина.

– Сколько? – Таня даже не открыла глаз. – Называйте.

– Я тоже хочу! – Нина попыталась дотянуться до кролика. – Таня, дай подержать!

– Нет, мой, – Таня прижала зверька крепче.

Ирина, баюкая своего Крылатого на сгибе локтя, наблюдала с выражением человека, которому достался лучший лот, и он это знает. Я честно сомневался, ведь у неё просто декоративка, а это – настоящий профи. И его магия стоит дороже, пусть ранг и ниже.

– Триста? – предложила Нина.

– Триста пятьдесят, – ответила Таня, открыв глаза. – Денис, триста пятьдесят тысяч. Только не отдавайте Нине. Мне он нужнее. Правда нужнее!

Нина открыла рот, чтобы перебить. Но посмотрела на подругу. На её расслабленное лицо, на то, как разгладились морщинки вокруг глаз, на то, как ровно и спокойно она дышит. И закрыла рот.

– Ладно, – Нина поправила платиновую чёлку. – Ладно, забирай. Но мне тогда тоже что‑нибудь!

Глаза женщины горели решимостью потратить деньги. Я сделал вид, что обдумываю. Триста пятьдесят тысяч. Мог бы попробовать выжать больше, но не стану, как и с первым.

– Триста пятьдесят. Идёт.

Таня притиснула Янтарного кролика к щеке. Ушастик, расплющенный о женское лицо, невозмутимо шевелил носом, а целебное свечение угасало и разгоралось в такт биению его сердца.

– Назову его Лучик, – объявила Таня. – Нет. Солнышко. Нет, Лучик. Да, Лучик.

– Прр‑родано! – Архимед чувствительно стукнул когтем по моей ключице. – Следующий лот! Мышки! Кр‑р‑расавицы!

Я посмотрел на какаду. Попугай работает на чистом актёрском таланте. Почти заслужил процент с продаж в виде орехов.

– Мышки? – Нина повернулась к птице. – У вас есть мышки?

– Есть, вон там. Разве не заметили?

Обогнул прилавок и подошёл к стеллажу, на котором стояли террариумы с мышами. Пришлось рассадить их, чтоб не мешали друг другу такими особенностями, как электрические разряды.

– Коллекционная серия, – сказал я. – Волшебные, эволюционировавшие. Е‑ранг, каждая со способностью. Четыре типа.

Маленькие существа уже давно проснулись от шума и суетились за стёклами. Я указал на первый отсек.

– Здесь у нас Лунные мыши.

Один из серебристых зверьков со светящейся шёрсткой сидел на горке опилок и умывался. Остальные искали, чем поживиться. Нина припала к стеклу.

– Они… светятся?

– Постоянно. Живой ночник. Идеальны для спальни, подходят как для взрослых, так и для детей.

– А вот эти? – Нина перешла ко второму отсеку. – Ой! Почему они… искрят?

Между усиками мыши проскочила крошечная молния. Зверёк дёрнул носиком и пошуршал по дну, оставляя за собой мерцающий статический след.

– Искровые. Генерируют микроразряды. Абсолютно безопасные для человека, но не заводите, если живёте в газовом доме.

– А те, коричневые?

– Корневые. Зачатки магии земли. Самые спокойные.

Женщина постучала пальцем в стекло. Ближайшая к ней мышь перевела взгляд и отвернулась обратно. Выглядела она степенно, как маленький профессор.

Я указал на последний отсек, где палевые мышки с тёмными глазками сидели в облачке прохладного тумана. По стенкам террариума стекал конденсат.

– И Туманные. Выпускают невесомую освежающую дымку из особых желёз на теле. Много пьют, проверяйте, чтобы поилка всегда была наполнена. Скоро лето, в жаркую погоду пригодится, между прочим.

– Хочу‑хочу! – Нина выпрямилась и зыркнула на подруг. В голосе зазвенел тот особый металл, что появляется у коллекционеров, потерявших и кролика, и второго кролика, но решивших компенсировать это количеством. – Всех. По две каждого вида.

– По двадцать тысяч штука, – уточнил я.

– Сто шестьдесят, – она мгновенно перемножила и полезла в сумку за телефоном. – Отлично. Это я беру. Никто ведь не собирается перебить?

Подруги замотали головами, наглаживая свои покупки.

– Нина, восемь мышей? – Ирина приподняла бровь. – Ты же не…

– Аркадий собирает чучела и монеты, – отрезала Нина, видимо, говоря про мужа. – А я буду собирать мышей. Живых и волшебных. Это в сто раз интереснее.

– Жена‑коллекционер‑р‑р! – одобрил Архимед. – Гурман! Знаток!

Пока я отлавливал мышей, Архимед переместился на плечо Елене и бубнил ей на ухо: «Хорошая хозяйка! Умная!» – чем растопил её сердце окончательно.

Восемь мышей расселились по двум маленьким переноскам. Лунная пара светилась серебром, Искровые потрескивали, Корневые флегматично жевали кусочки моркови, а Туманные окутали переноску зыбкой пеленой, от которой Нина пришла в такой восторг, что едва не уронила зверят.

Теперь моя любимая часть – доппродажа.

– Дамы, позвольте, я подберу вашим новым питомцам стартовые наборы по уходу. Такие существа требуют особого рациона. Обычный корм ослабит потенциал, магические навыки начнут деградировать. Я бы рекомендовал профессиональную линейку.

Развернулся к стеллажу, где аккуратными яркими рядами стояли шуваловские пакеты и коробки. Элитные корма. Красивые упаковки с тиснёными эмблемами, золотистые пробки на флаконах витаминов. Девяносто процентов покупателей не разбираются в составе, они покупают ощущение заботы.

– Ирина, – я снял с полки мешок «ВитаФауны Голд», – Крылатому кролику нужно усиленное питание для летающих видов. Протеин, магокальций, полиненасыщенные мана‑кислоты. Без этого перья не наберут жёсткости и полёт так и останется коротким.

Поставил на прилавок корм, к нему добавил бутылку витаминного сиропа «Перо Зари» и мешок элитного сена.

– Вот базовый набор на первую неделю. И не забывайте про свежие овощи.

Ирина посмотрела на товары и на кролика, мирно дремавшего в её объятиях. Кивнула без раздумий.

– Конечно.

– Татьяна, для вашего Лучика нужно несколько другое. Акцент на поддержание целительной ауры. Травяные гранулы, экстракты и зелья, полезно также приобрести ошейник с кристаллом, прочищающим каналы…

– Берём. Всё, что скажете, – Таня даже не дала мне договорить.

– Нина Аркадьевна, мыши неприхотливы, но мана‑обогащённый корм удвоит их свечение и активность. Одна коробка вот этих добавок на два месяца. Вам нужно четыре – по коробке на пару.

– Четыре. Давайте.

Дамы внимательно слушали. Ни одна из них не спросила про документы на зверей. Это не входило в картину мира ни одной из них, кроме Ирины. Но и та оказалась слишком счастлива со своим пушистиком, чтобы задуматься о лишнем. Елена Борисовна привела их лично и поручилась – этого достаточно. Они покупали не товар, а доверие. И список на отпечатке чека – последнее, на что они станут смотреть.

Да, у меня у самого есть чеки с рынка за этих зверей. Но нет подтверждения об их эволюции от Госкомранга, нет ветпаспортов. Для немагических зверей действует упрощённая система оборота, а вот с волшебными сложнее.

Каждой клиентке я подобрал индивидуальный набор кормов и сопутствующих товаров. Сено, травяные гранулы и палочки, сбалансированные смеси на основе люцерны, сушёные фрукты и овощи в вакуумных упаковках. «Грызуны Селект». «Заливные Луга Премиум». Минеральные камни для мышей. Подстилка, овсяные хлопья, витамины, поилки с фильтрацией, контейнеры для перевозки, силиконовый коврик для кормления, щётка для вычёсывания подшёрстка у кроликов, краткая памятка по уходу, которую я написал от руки для каждой покупательницы лично.

– Ручная р‑работа! – громогласно прокомментировал Архимед.

Я пробивал каждую позицию отдельно, аккуратно и методично, как будто вёл бухгалтерию маленького, но уважающего себя предприятия. Никто не замечал, что для каждой позиции я вручную вбиваю новую цену. Терминал «Сребробанка» мигал зелёным. Карты прикладывались. Суммы капали. Каждый платёж – абсолютно легальная транзакция: корма, аксессуары, услуги. А вот зверей я не пробивал.

Кролики и мыши шли как «бесплатный подарок». Все довольны, все улыбаются, никто ничего не спрашивает. Серая схема? Безусловно. Временная и ненадёжная, но пока так.

Последний платёж прошёл.

– Банк доволен! – объявил Архимед, хлопнув крыльями. – Птичка тоже!

Я подсчитал в уме. Итоговая сумма плавала где‑то в районе миллиона. Точный подсчёт отложу на вечер, когда закрою кассу. Но порядок цифр таков, что я с трудом удержал лицо. Мой долг перед Гильдией Торговцев составляет полтора миллиона рублей. Один визит четырёх женщин – и больше половины долга покрыто. Но с его оплатой торопиться не буду.

Ирина уложила Крылатого кролика в специальную мягкую переноску, которую я достал из‑под прилавка. Зверёк быстро устроился, подвернув крылья.

Таня не стала пользоваться переноской. Лучик сидел у неё на руках, прижавшись к жемчужному ожерелью, и мерно лучился. Мигрень, судя по блаженному лицу хозяйки, осталась в прошлом.

Нина, нагруженная переносками с мышами и пакетами корма, выглядела как женщина, выигравшая главный приз на ярмарке. Растрёпанная, счастливая и абсолютно довольная собой.

– Девочки, нам пора, – Ирина застегнула переноску. – У меня через полчаса встреча с аудитором.

– Денис, спасибо огромное! – Таня одарила меня белозубой улыбкой. – Я обязательно вернусь. И всем расскажу!

– Ещё бы! – подхватила Нина. – Денис, если появятся ещё интересные мыши – звоните первой мне. Я серьёзно, вот мой телефон. У меня уже есть план террариума на всю гостиную.

– Непременно, Нина Андреевна.

Ирина задержалась у двери. Повернулась, сжимая ручку переноски.

– Я недооценила это место, – она посмотрела мне в глаза. – Скажите, у вас есть визитки?

Визиток у меня не было. Но стопка самодельных карточек с номером телефона и адресом «Лапы и Когтя» лежала у кассы.

– Разумеется, – я протянул ей сразу несколько.

Ирина взяла карточки и кивнула. Спрятала в кошелёк и ушла.

– Леночка, ты идёшь? – окликнула Татьяна.

Елена Борисовна стояла у прилавка. Она не двинулась к двери.

– Идите, девочки! – крикнула она в ответ. – Я минутку задержусь!

Входная дверь прикрылась.

Мы остались вдвоём. Ну, если не считать Пушка, уснувшего на её руке, и Архимеда, который нахохлился и тактично перебирал пёрышки, делая вид, что его здесь нет.

Елена Борисовна улыбнулась очень мягко, но в глазах горел знакомый огонёк.

– Денис, – она погладила спящего кролорога. – Вы ведь не всё показали.

– Не всё, – согласился я.

– Есть что‑то… только для меня? Что‑то особое?

Я посмотрел на Пушка. Белая шёрстка, длинные уши, витой рог. Магия иллюзий. Редкая, ценная, невероятно перспективная ветка, которая мне несомненно пригодится. Но вслух сказал другое.

– Есть вариант получше. У меня сохранился мамин рецепт, – я понизил голос, будто делился секретом. – Авторская формула. Она позволяет… совершенствовать питомцев. Раскрывать потенциал. Усиливать навыки или добавлять новые. От других зверей.

Елена перестала наглаживать Пушка, рука замерла.

– Правда?

– Да, но процедура требует времени. Оставьте Пушка на ночь. Завтра к обеду заберёте – и не узнаете его.

– На ночь? – она посмотрела на спящего зверька, будто мать, которую просят оставить ребёнка в незнакомом садике.

– Здесь есть процедурная, отличные условия, я прослежу лично. Пушок будет в полной безопасности.

Елена колебалась, но всё же кивнула.

– Хорошо, я вам доверяю. Но есть одно пожелание.

– Слушаю.

– Крылья, – она мечтательно улыбнулась. – Как у того кролика, которого купила Ирочка. Можно?

Я вернул улыбку. Конечно. Что может быть лучше эксклюзива? Только то, что есть у подруги, но лучше и с персональной гравировкой.

– Можно, – ответил я. – Не обещаю точной копии, но гарантирую, что результат вас поразит.

– Денис, – Елена наклонилась ко мне через прилавок. – Вы как ваша мама. Марина всегда знала, чего хотят её клиенты, даже если они не знали сами.