Текст книги "Фиктивная жена для герцога-монстра (СИ)"

Автор книги: Элина Амори

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 28 страниц)

Глава 67. Провокация

Сквозь прогнившую местами крышу проникали серебристые лунные лучи, разбавляя тьму. Я сделал несколько шагов. Позади, прикрывая Эйлин плотным строем, шагали рыцари и генерал Рейден с мечом наготове.

Со всех сторон доносилось копошение – тихое, едва слышное, будто враги замерли в ожидании, заманивая нас глубже. Я втянул воздух, принюхиваясь. Пот, сгнившее сено, опилки, овечья шерсть… Люди. Много людей. Но амбар не был настолько велик, чтобы вместить столько, чтобы я не смог с ними справиться. Здесь было что-то другое.

Дверь за нами захлопнулась внезапно, отрезав отступление. И в тот же миг со всех сторон на нас кинулись люди, одетые как разбойники, но движения их были точны и выверены, будто у закаленных рыцарей.

Знакомая тактика, братец Эльдрик.

– Защищайте госпожу! – рявкнул Рейден, и его воины сомкнули вокруг Эйлин щиты.

Я рванулся вперед, обнажив клинок. Меня терзала вина за то, что притащил Эйлин на поле боя, но я просто не знал, как защитить ее иначе – во дворце смерть подстерегала бы в каждом углу.

Мой меч разил без пощады. Я спешил. Чем быстрее я справлюсь здесь, тем скорее найду дядю и тем безопаснее будет Эйлин. Кровь вскипала в жилах, но я себя контролировал– дракон больше не вырывался наружу.

Но и противники сражались с яростью диких зверей. Они, казалось, не чувствовали ни боли, ни усталости. Их, должно быть, что-то одурманивало. Сжечь бы все тут! Но я боялся вызвать огонь – в закрытом старом амбаре он был опасен. Ладно я, пламя мне не вредило, но союзники могли пострадать.

– Брант, осторожнее! – вдруг донесся до меня вскрик Эйлин.

Я резко обернулся. Она стояла за щитами, но ее глаза метались, выискивая угрозу.

И в этот миг я увидел, как в дальнем проеме, ведущем вглубь склада, мелькнула фигура. Человек не бросился в бой, а замахнулся.

Стеклянная склянка описала в воздухе блестящую дугу и разбилась о деревянный пол в двух шагах от меня.

Тут же я почувствовал резкий запах гари, пепла и расплавленной меди. Знакомый запах поля боя из моих мертвых владений. Запах, который выводил дракона из себя в мгновение ока.

Так вот чего они хотели. Вот почему так спокойно нас всех впустили. Чтобы я превратился прямо здесь, на глазах у всех, в обезумевшее чудовище, крушащее и своих, и чужих.

– Схватить его! – крикнул я рыцарям, и двое бросились вдогонку.

Он был мне нужен живым, ведь мог что-то знать.

Позади скрипнула дверь – видно, выскочил на улицу. Рыцари ринулись следом.

Жар хлынул по жилам волной, кости заныли, кожа натянулась. Но не от того, что я терял контроль. Напротив – я призывал магию в тело, сливался с ней, пытаясь взять ровно столько, чтобы не начать трансформацию.

И у меня получилось. Каждый мускул наполнился мощью, жаром, невиданной доселе силой, что таилась во мне и пугала. Замах, удар. Меч с хрустом разрубил тело пополам. Еще одно. Еще.

Моя скорость возросла. Я метался среди врагов, неся смерть, а в груди пылал азарт, смешанный с яростью.

От меня отступатли, бежали, но рыцари перехватывали и добивали. Генерал подошел ко мне и протянул серебристый кинжал с вензелем «Э». Они даже не особо скрывались…

– Как я устал, – тихо сказал Рейден. – От этой грязи, что льется из самых высоких башен. Спасибо, что не побоялись прийти, ваше высочество. Но… как вы устояли? Я чувствовал эту дрянь в воздухе. Она должна была изменить вас, как тогда на балу…

Он многозначительно глянул в сторону Эйлин, все еще стоявшей в кольце стражи. Та поймала мой взгляд и тут же протиснулась сквозь строй, побежала ко мне.

– Брант!

С разбега она обняла меня, уткнувшись лицом в одежду, залитую чужой кровью. Этот порыв, лишенный всякого этикета, но такой наивный и искренний, заставил улыбнуться не только меня, но и генерала.

– Никогда не пойму женщин, – усмехнулся он.

Я прижал Эйлин к себе, ощутив ее частое, взволнованное дыхание и трепещущее сердечко.

– Генерал, простите, – сказал я, не отпуская ее. – Я должен уделить внимание моей супруге.

Эйлин ахнула и отстранилась. Ее щеки залил густой румянец, видимый даже в полумраке.

– Понятное дело, ваше высочество, – кивнул Рейден. – Давайте найдем герцога Киллиана и покинем это гиблое место.

Я кивнул, еще раз взглянув на вензель. Послужит ли это доказательством? Или, как обычно, Верховный с Эльдриком выкрутятся?

Киллиана нашли в том же амбаре – связанный, он лежал и ждал, когда дракон в приступе ярости разорвет его на части.

– Как вы тут оказались? – пробормотал Киллиан, выплевывая кляп и поднимаясь с помощью рыцарей. – Зачем ты пришел?!

– Помочь тебе, дядя.

– Совсем глупым стал, читать разучился? Я написал тебе: это ловушка! Нет, ты пришел... Да еще притащил жену на бойню! Бедная сэйна! Нежный цветок империи посреди кровавого месива. Да ты совсем рехнулся! – кричал он так, что закладывало уши.

– Не ругайте его, господин Вейн, – попросила Эйлин. – Оставаться во дворце мне было опаснее.

– Правильно! Поэтому ты не должен был идти сюда, глупый мальчишка! Как ты умудрился сопротивляться дракону? Тебе просто повезло…

Я хмыкнул.

– Но повезло же, – нарочито легкомысленно сказал я и положил руку ему на плечо. – Хватит брюзжать, идем. А то суну кляп обратно и оставлю тут, раз тебе так нравится валяться связанным.

Киллиан покачал головой, но замолчал. Он переглянулся с Рейденом и подошел к нему. Мы двинулись обратно.

Не успели дойти до дворца, как навстречу уже шагал отряд жрецов. Увидев меня, рыцарей и Киллиана, они замерли в ступоре и стояли так, пока мы не прошли мимо. Могу представить их недоумение. Они ждали застать монстра с поличным, поймать на преступлении и обсудить. Как сказала, императрица – отправить на плаху. А видят нечто совершенно противоположное.

Распорядитель отца встретил нас на ступенях дворца. Похоже, он и правда ждал – тут же проводил в покои, оставив слуг, чтобы нас с Эйлин привели в порядок.

Когда тяжелая дверь закрылась за последним слугой и в комнате остались только мы вдвоем, Эйлин глубоко вздохнула и откинула шторы. На светлеющем небе уже горела полоска зари.

– Какая безумно длинная ночь, – прошептала Эйлин.

Я подошел сзади, обнял ее за талию, прижался лицом к шее. Ее кожа пахла сладковатыми травами, чистотой и чем-то еще – ее личным, сводящим с ума ароматом. Я закрыл глаза, желая раствориться в этом запахе, тепле, нежности.

И услышал вдали гул – смутный, неясный. Топот множества ног по каменной мостовой. Они готовили следующий ход.

Эйлин почувствовала напряжение в моих руках. Обернулась.

– Брант? Что-то не так?

Я посмотрел на нее. На тени под глазами, на едва заметную дрожь в уголках губ. Она достаточно натерпелась сегодня: дорогу, склоки, бойню в амбаре, страх за меня. Ей был нужен не новый ужас. Ей был нужен покой. Хотя бы до утра.

И у нас еще было немного времени.

Я не ответил на ее вопрос. Вместо этого медленно наклонился и прикоснулся губами к ее шее – не страстно, а почти с благоговением. Потом к уголку рта.

– Все так, – солгал я хриплым шепотом. – Пока все хорошо.

Я выпрямился, снова плотно зашторил окна.

Эйлин закрыла глаза, доверчиво прильнув ко мне. А потом прижалась губами к моим в медленном, ласковом поцелуе.

Я вел ее от окна, поглаживая плечи, спину, шею. Медленно, почти церемонно, выстраивая из каждого касания, каждого вздоха хрупкую крепость против того гула, что нарастал за стенами.

Пусть город горит, пусть бегут, пусть плетут интриги, – думал я, целуя каждый ее палец. – У них есть остаток ночи, чтобы придумать следующий ход. А у нас – остаток ночи, чтобы не думать ни о чем.

Я погасил свечу, и только рассвет, бледный и невнятный, струился в щель между шторами, выхватывая из темноты линию плеч Эйлин, блеск ее глаз.

Я уложил ее на кровать, осторожно касаясь трепещущей под ладонями кожи.

– Не медли, – простонала Эйлин, протягивая ко мне руки. – Иди ко мне.

Я сбросил одежду, стащил с нее сорочку, открывая грудь, живот, бедра, ноги…

– Хочу быть с тобой всегда, – проговорил я, опускаясь над ней. – Хочу любить тебя вечно. Я не отпущу тебя, Эйлин-из-другого-мира. Слышишь? Не отпущу.

Она свела брови, хотела сказать что-то, но я не дал – вошел осторожно, но на всю глубину. Она ахнула, выгнулась подо мной. Моя сладкая, славная, любимая…

Я прижимал ее хрупкие запястья к постели, покрывал шею, ключицу, ухо поцелуями, то прикусывая, то посасывая кожу. А она стонала подо мной, дышала часто, металась, прикусывая губу и бормоча что-то неразборчивое.

Я чувствовал, как нарастает напряжение в ее теле, как с каждым движением она все сильнее дрожит от нетерпения. Я ускорился, сжал ее грудь ладонью, нарочно коснувшись пальце напряженного соска.

Эйлин вскрикнула, содрогнулась, обхватила мою шею рукой, сжала меня горячим влажным лоном – и я отпустил себя, позволив наслаждению накрыть с головой.

Я перекатился на бок, притянул Эйлин, обнял. Накинул на нас покрывало.

– Вот бы так и валяться, – пробормотала она сонно.

– Отдыхай, – ответил я, поглаживая ее взмокшую спину.

Стук крови в ушах стихал, и сквозь наше шумное дыхание пробивались звуки суеты за окном. Все еще отдаленные, непонятные. Что-то происходило у главного входа, но что именно я понять не мог.

Глава 68. Оборванка

Эйлин

Я шагала под руку с Брантом по бесконечным коридорам, устланным красным бархатом, среди ослепительной роскоши мраморных статуй и отсветов позолоты на стенах. Но чувствовала себя солдатом-новичком, брошенным на минное поле. Один неверный шаг, неосторожно брошенное слово, взгляд, жест – и мы с Брантом можем распрощаться с жизнью.

Я не знала, что Брант планирует дальше. Утром он не объяснил ничего внятно, кроме того, что надо найти Киллиана. Еще он то и дело выглядывал в окно и подолгу прислушивался.

Ночью задание от императора «продержаться до полуночи» казалась хоть и пугающим, но выполнимым. Теперь мне казалось, что я поспешила с выводами.

Едва мы ступили в банкетный зал, на нас устремились десятки любопытных и враждебных взглядов. От пестроты парчовых платьев и расшитых камзолов у меня зарябило в глазах, а от гомона голосов, смеха и музыки загудело в ушах. Воздух казался густым и тяжелым от запахов духов, воска, еды и вина.

– Подойди к Лориану, – прозвучал в моей голове тихий, но отчетливый голос Эйлин.

Я сказала об этом Бранту. Он наклонился ко мне.

– Зачем тебе Лориан? – спросил он строго.

Я не могла ответить. Вредина Эйлин помалкивала, оставив меня саму выкручиваться. Долго я водила взглядом по собравшейся знати, выискивая знакомое лицо.

Наконец я заметила его у высокого арочного окна. Лориан стоял, облаченный в темно-зеленый бархатный камзол, хмурый и отстраненный, почти угрюмый. Рядом с ним принцесса Лавелина смотрела перед собой отсутствующим взглядом. Неподалеку маячил ее верный рыцарь с красными волосами, не сводящий с госпожи преданных, бдительных глаз.

Мы направились к ним.

– Приветствую, ваше высочество Лориан, – произнесла я, совершив безупречный реверанс. – Ваше высочество Лавелина.

– Приветствую, вас принц, принцесса. – Лавелина ответила нам изящным реверансом.

– О, Эйлин… – Лориан бросил короткий, настороженный взгляд на Бранта и вежливо склонил голову. – Простите. Сэйна Вальмор. Брат. Когда вы прибыли?

– Минувшей ночью.

– Что ж. – Лориан посмотрел на Бранта. – Довелось поговорить с отцом?

Тот молча кивнул.

– Я уже приглашала Его Высочество Лориана к себе в гости завтра. Предлагаю и вам присоединиться, – сказала Лавелина, лучезарно улыбаясь.

Лориан бросил на нее быстрый, изумленный взгляд, но тут же смягчил выражение лица.

– Благодарю за приглашение, – чинно ответил Брант.

– Я никогда не имел ничего против тебя, Брант, – неожиданно тихо сказал Лориан. – И сейчас советую тебе уходить. Не дожидайся речи императора.

– Почему? – мгновенно насторожился Брант.

Лавелина в это время отвлеклась, будто заметив в толпе кого-то важного. Лориан же, похоже, не собирался раскрывать свои секреты, только лучезарно улыбнулся.

– Считай это предчувствием.

– Попроси его носовой платок , – вдруг серьезно проговорила Эйлин у меня в голове.

Я растерянно моргнула, не представляя, как можно просить такую личную вещь у принца. Потом решила попробовать использовать хитрость. Заморгала чаще и прикоснулась пальцем к веку.

– Ах, простите, не могли бы вы одолжить мне платок? Я по глупости забыла свой в комнате. Кажется, что-то попало в глаз.

Все мгновенно засуетились. Брант точно не носил платков, по крайней мере я никогда не видела. И от того, что не может помочь жене, он выглядел раздосадованным.

Лавелина принялась копаться в складках своей пышной юбки в поисках потайного кармана. А Лориану лишь стоило сунуть руку во внутренний карман камзола. Он извлек оттуда белый платочек, отороченный тончайшим ажуром, с вышитой крошечной синей птичкой в уголке.

– Не бери! – резко воскликнула Лавелина. – Скажи, что все прошло !

Я уже потянулась к платку, но вовремя снова заморгала и с наигранной радостью воскликнула:

– О, все в порядке! Благодарю вас, ваше высочество. Похоже, платок не понадобился.

Я заметила, с какой странной нежностью Лориан аккуратно складывал платок, его пальцы на миг задержались на вышитой птичке. Он бросил на меня быстрый, прямой и даже пронзительный взгляд, прежде чем убрал платок обратно.

Брант тут же взял меня под локоть и потянул в сторону, кивнув на прощание брату. По железной хватке его пальцев и напряжению в плече я поняла – разговор с Лорианом ему не понравился.

– Если надумаете погостить у меня, дайте знать, – донесся вслед голос Лавелины.

Эйлин в моей голове молчала, и я не сопротивлялась, когда Брант отводил меня в сторону от окна.

– Вот мерзавец, – сквозь зубы прорычал он, когда мы оказались в относительном уединении у колонны. – Продолжает строить тебе глазки после того, что натворил тогда в оранжерее. Но зачем ты подошла к нему?

Я рассеянно пожала плечами.

– Показалось, что так надо, – неловко проговорила я.

Брант буравил меня внимательным взглядом сквозь прорезь маски. Я несмело улыбнулась. Кажется, он сейчас подозревал меня в чем-то неприличном.

– Ты моя, Эйлин, – низко произнес он, наклонившись к моему уху и крепко сжав мое плечо.

Мне срочно нужно было поговорить с Эйлин. Ясности от встречи с Лорианом не прибавилось, кроме смутного ощущения, что он не желает Бранту зла. А вот проблем возможно, стало больше.

– Ваше высочество! – раздался неподалеку знакомый хрипловатый голос.

Мы обернулись. К нам пробивался сквозь толпу генерал Рейден. Брант отвлекся на него. Конечно, ведь возможно, он знает где Киллиан.

Но пусть они говорят сами, у меня были вопросы к Эйлин. И хотелось как можно быстрее получить на них ответы.

– Я отойду в уборную, – шепнула я Бранту. – Ненадолго.

– Будь осторожна, – так же тихо ответил он, разжимая пальцы на моем плече.

Я нарочно выбрала самый безлюдный коридор и скользнула в него, надеясь не привлечь внимание. В уборной, пахнущей розовым мылом и еловыми шишками, я сначала проверила, чтобы кроме меня никого не было, а затем, заперевшись в дальней кабинке, сжала в ладони синий кулон.

– Что это было? – прошептала я. – Я думала, у тебя есть какой-то важный план, что ты хочешь обсудить с ним что-то полезное!

– Где? – наивно переспросила Эйлин.

– Как где?! Я про принца. Синяя птица? Платок? Что это было?

– Это не имеет…

– Имеет! – тихо оборвала я ее. – Я слепо выполняю твои приказы, рискуя головой! Хоть изволь объяснить, зачем это было нужно! Брант решил, что я подошла к нему флиртовать!

– Ах, Эйлин… – Она снова назвала меня своим именем… я растерянно замерла. – Это правда уже не имеет никакого смысла. Прости. Но я должна была узнать. Этот платок… я подарила ему его когда-то. Он не мог знать, что я буду здесь, но, получается, он носит его с собой.

– Получается, ты… – прошептала я, вспоминая пронзительный взгляд Лориана.

– Значит, по крайней мере, я не была ему совсем безразлична, – выдохнула Эйлин и добавила тихо и печально: – Спасибо, что доверяешь мне. И не сбежала от странной просьбы. Жаль, у меня не было сестры вроде тебя.

Я хотела ответить, что от настоящей меня пользы было бы ничтожно мало, но тут услышала, как скрипнули петли входной двери. Затаив дыхание, я прислушалась. По мраморному полу зазвучали легкие, быстрые шаги, затихшие у раковин.

Я подождала еще немного, затем осторожно приоткрыла дверь и выглянула в щель. У огромного зеркала в золоченой раме поправляла локоны дама в роскошном платье.

Я тихо толкнула дверь и вышла, стараясь привести в порядок складки своего наряда.

Их было трое. Они стояли у раковин, будто зашли случайно. Я узнала их – Эйлин когда-то упоминала этих девушек как своих придворных «подруг», вернее, приятельниц. Лина, Беатрис, Иветта. Свита императрицы. Я внутренне напряглась и поспешила мимо них, даже не подходя к умывальнику.

– Эйлин, дорогая! – пропела Лина, делая изящный шаг навстречу и преграждая мне путь. – Мы так по тебе скучали.

Я инстинктивно отпрянула, наткнувшись спиной на дверь кабинки. Беатрис тем временем ловко обошла меня слева, а Иветта встала между мной и выходом, окончательно отрезая мне путь.

– Мы невероятно рады тебя видеть, – с сладкой, ядовитой улыбкой сказала Беатрис, и ее пальцы с длинными золочеными ногтями потянулись к моему рукаву.

– Спасибо, – пробормотала я, пытаясь проскользнуть в оставшийся просвет.

– Я спешу. Мой супруг ждет.

– О, его высочество принц Брант! – Иветта фальшиво ахнула, прикрыв рот ладонью. – Да, мы видели, с кем ты теперь шагаешь под ручку. Смелый выбор.

Лина не сводила с меня холодного, изучающего взгляда.

– Извини, дорогая, – тихо, почти ласково произнесла она. – Но ты выбрала не ту сторону. За такое обычно убивают. Но… кое-кто хочет насладиться зрелищем твоей казни, так что нам велено лишь напомнить тебе, кто ты есть на самом деле.

Она наклонилась чуть ближе.

– А кто ты, знаешь? Правильно. Оборванка.

Ее рука внезапно вцепилась в складки моей юбки. Я вскрикнула от неожиданности и попыталась вырваться, но Беатрис ловко перехватила мое правое запястье, а Иветта левое.

В руке у Лины что-то блеснуло. Маникюрные ножницы, маленькие, изящные.

– Сдурели?! – вырвалось у меня хрипло.

Ножницы чиркнули по дорогому бархату у плеча. Еще один рывок – и поясная лента провисла. Я дернулась, но ножницы неудачно ткнулись мне в кожу, я тихо вскрикнула и закусила губу. К несчастью, тело Эйлин было слабо, чтобы справиться тремя фрейлинами.

Беатрис и Иветта держали меня, а Лина работала ножницами быстро, методично, без всякого азарта, превращая мое платье в лохмотья.

Я судорожно сжала в кулаке кулон, молясь, чтобы им не пришло в голову отнять его. По крайней мере, они, кажется, не собирались меня убивать – и это в данной ситуации было слабым, но всё-таки утешением.

«Вот же ирония, – мелькнула горькая мысль. – Даже в уборную без сопровождения сходить невозможно». Кричать было бессмысленно – я специально выбрала самый отдаленный коридор, чтобы не попадаться на глаза. Значит, за мной следили. И ждали этого момента.

Лина наконец отстранилась, окидывая меня критическим взглядом. Я стояла, прижавшись к стене, в безобразно обвисших, изрезанных лохмотьях, дрожа от бессильной ярости, которую не смела выпустить наружу, чтобы не сделать ситуацию еще хуже.

– До скорого, Эйлин, – бросила Беатрис, швырнув клочок бархата мне под ноги.

Они вышли, а их смех еще долго резал слух.

Я осталась одна. И даже сквозь злость меня обволакивало липкое, противное чувство унижения. Мерзко. Точно меня раздели догола прилюдно. Эйлин внутри молчала, ошеломленная или переполненная собственной яростью – сейчас это не имело значения.

Действовать надо было сейчас, пока ко мне на огонек не заглянул кто-то еще вроде Эльдрика, например. Вот он бы порадовался моему нынешнему виду!

Надо было срочно вернуться к Бранту. Но как? В этих лохмотьях я была ходячей мишенью для насмешек и поводом для скандала.

Глава 69. Ожидание

Эйлин

Я выглянула из уборной и оглядела пустой коридор. В самом его конце мелькнула фигура в простом сером платье – служанка с пустым подносом.

Я бросилась к ней так стремительно, что та едва не выронила поднос. Увидев мой потрепанный вид, она ахнула и вытаращила на меня испуганные глаза.

– Тише, – прошептала я, хватая ее за локоть и затягивая в сторону уборной. – Мне нужно твое платье, – я уже стягивала с шеи рубиновое колье, – а тебе я дам это.

Она замотала головой, пытаясь вырваться:

– Госпожа, я не могу…

Я сунула колье ей в ладонь.

– Это твое. Или я крикну, что ты его украла, – строго добавила я, стараясь звучать убедительно. – Выбирай.

Она растерянно кивнула и уже сама пошла за мной. Мы поменялись платьями прямо в уборной. Ее грубое полотняное платье пахло мылом и дымом от каминов. Мое изорванное бархатное она скомкала и прижала к груди, глаза бегали по сторонам. Теперь она осталась в одном нижнем платье.

Да, раздеть девушку было не лучшей идеей, но другой в голову мне не пришло. Утешало только то, что я заплатила за возможные насмешки со стороны других слуг.

– Уходи. И забудь, что видела, – сказала я, на самом деле не надеясь избежать сплетен. Но это будет потом. Сейчас нельзя опозориться перед всем двором.

Я вдохнула полной грудью. Надела на голову передник, повязав его как платок, сгорбила плечи и поспешила обратно к бальному залу.

Войдя в зал с бокового входа, я прижалась к прохладной поверхности мраморной колонны. Осторожно выглянула.

Брант стоял неподалеку, беседуя с пожилым мужчиной. Выглядел спокойным, но его взгляд скользил по залу оценивающе, как у хищника. Он был так близко… Всего несколько шагов. Но как подойти к нему в таком наряде? Меня могли узнать, а если нет, то сама идея казалась сомнительной. Прилично ли служанке так вольно прерывать разговор высокопоставленных особ?

Я прислонилась спиной к колонне, поджала губы и поймала презрительные взгляды проходивших мимо дам.

– Бедняжка, тоже хочешь потанцевать? – хихикнули они.

Вот бестолковые. Я мотнула головой, отгоняя раздражение. Не отвлекаться. Я сжала кулон в руке, но Эйлин молчала. Неужели она совсем «ушла в себя» после нашего разговора о Лориане?

Ладно, плевать. Надо думать самой. Что может помочь? Подносы разносят служанки в других нарядах. Посыльные – только мужчины. Точно, у Бранта ведь слух лучше, чем у любого человека. Я снова выглянула из-за колонны и позвала его сначала шепотом:

– Брант.

Он не отреагировал. Я глубоко вздохнула, ощущая, как бешено колотится сердце.

– Брант, – позвала уже вслух, но не настолько громко, чтобы услышали все. – Принц Вальмор, ваше высочество!

Он резко повернулся. Его взгляд метнулся по толпе, на секунду задержался на колонне и нашел меня. Он кивнул собеседнику, извинился и быстро направился ко мне.

Оказавшись в тени, он взял меня за локоть и отступил вместе со мной в один из прилегающих коридоров, на ходу накидывая мне на плечи свой тяжелый парадный плащ.

– Что случилось? Ты цела? – Он встревоженно оглядывал меня. – Эйлин!

– Цела, – выдохнула я и затараторила: – Но кое-что случилось с платьем. Императрица передала «привет». Она уверена в нашей с тобой казни. Они что-то задумали. Ты ничего не узнал у генерала? Куда делся твой дядя?

В его глазах вспыхнула знакомая мне ярость. Он тяжело вздохнул.

– Они следят за нами повсюду… Идем, скорее переоденемся.

Он вывел меня из зала через неприметную дверь для прислуги и повел по узким коридорам, где пахло воском и пылью.

– Откуда ты знаешь, куда идти? – попыталась пошутить я, чтобы разрядить напряжение.

– Я вырос во дворце. Ребенком я старался не попадаться на глаза важным особам.

В нашей комнате я, не стесняясь, сбросила грубое платье служанки и переоделась в одно из принесенных мне утром.

Брант стоял у окна, чуть отодвинув тяжелую штору, и наблюдал за темным двором.

– Генерал Рейден, – начал Брант, – передал, что его люди заметили, как под утро жрецы подозрительно ходили вокруг дворца. Я тоже слышал голоса и шаги.

Он отпустил штору и повернулся ко мне.

– Киллиана нигде нет. Генерал тоже не знает, где он. – Брант вздохнул и подошел ближе. – Больше не отходи от меня. Даже в уборную. В случае необходимости просто скажи мне, и мы вернемся в наши покои.

Я кивнула. Да, больше я не стану бегать по коридорам одна. Хоть «подружки» и дали понять, что пока моя жизнь нужна императрице, рисковать больше не хотелось.

Выйти обратно в зал было все равно что шагнуть в пасть к спящему зверю. Брант шел рядом, придерживая меня за локоть и казался островком в бушующем море.

К нам подходили, с нами заговаривали. Кто-то с искренним интересом, кто-то пытаясь уязвить.

А мы все продолжали искать дядю Бранта. Однако его не было у буфетных столов, ломящихся от дичи и экзотических фруктов. Не было в кольце азартно спорящих офицеров или прогуливающихся по залу взад-вперед стайкам дам.

Я хотела есть и пить. Живот болезненно урчал, во рту пересохло. Но я боялась есть что-либо в этом змеином логове, да и от нервозности горло сжималось, подкатывала тошнота.

Вдруг толпа у главного входа расступилась будто под давлением невидимой силы.

Шла императрица. Ее платье глубокого фиолетового цвета струилось по мрамору, словно живое, а в волосах, уложенных сложной короной, мерцали алмазы. Рядом с ней шел под руку Эльдрик, ее старший сын. На его лице играла тонкая, самоуверенная улыбка.

Они двигались прямо на нас.

– Ваше Величество, – присела я в реверансе. Брант склонил голову. – Ваше Высочество.

– Дорогие мои, – от ласкового голоса императрицы меня бросило в холодную дрожь. – Как я рада видеть вас снова.

Брант молчал, но я почувствовала, как напряглись мышцы на его руке.

– Я вам искренне сочувствую, – продолжила она, явно отвечая мне той же монетой. Как я недавно оскорбила ее у дверей императорской спальни, так теперь она возвращает мне теми же словами. – Вы проиграли.

Эльдрик злорадно усмехнулся, наклонился к императрице чуть ближе

– Матушка, – прошептал он так, что слышали только мы. – Считаю своим долгом лично допросить эту женщину. Уверен, она расскажет больше, чем мы себе можем представить.

– Разумеется, дорогой, но наберись терпения, совсем скоро… – усмехнулась императрица, прикрыв рот резным веером и хитро сощурившись. – Ах, мой болтливый язык.

– Матушка? – К нам подошел Лориан и отвлек их внимание на себя. – Доброго здоровья. Мы не виделись с вами больше месяца. Все ли у вас в порядке?

Взгляд Лориана был холодным и непроницаемым, а за учтивостью фраз скрывалась язвительность.

Императрица глянула на него и натянуто улыбнулась. Я тихо дернула Бранта за рукав, мысленно благодаря Лориана за то, что вмешался. Мы не стали дожидаться, чем закончится это холодное «семейное» приветствие. Но похоже, Лориан не был избалован материнской любовью.

Я попыталась припомнить, что было в оригинальной истории.

– Она не может простить Лориану, что он осмелился замахнуться на трон , – раздался вдруг у меня в голове усталый голос. – Эльдрик всегда был ее любимчиком. На него она делала ставку. Если бы Лориан оставался его тенью, она не сочла бы его предателем.

– Что нам делать? – пробормотала я, обращаясь сама не знаю к кому – к Эйлин или к Бранту.

– Не знаю, – тихо ответил Брант.

– Уходите. Сейчас, – настойчиво произнесла Эйлин. – Конечно, есть шанс, что она блефует и еще ничего не решено. Но я знаю это лисье выражение лица. Да и Эльдрик выглядит слишком спокойным. Если объявят наследником его, первым его указом будет ваш арест. Причину придумают на ходу. Возможно, уже придумали. А так у вас будет несколько часов форы.

– Я боюсь, – шепнула я, невольно прижимаясь к Бранту.

– Я не позволю им убить тебя, Эйлин, – так же тихо ответил он, положив руку мне на плечо.

– Я знаю. Я боюсь за тебя тоже. Что будет с тобой? Куда ты пойдешь, если и правда… – я замолчала, не в силах договорить.

Он обернулся ко мне и приобнял. Его горячая, сильная рука легла на мою спину. И в этот миг я чувствовала себя защищенной от всего на свете.

– Помнишь , отец говорил о драконе в северных землях, – шептал он успокаивающе. – Попробуем полететь туда.

– Неплохой план, – отозвалась я.

А потом услышала приближающиеся уверенные шаги и снова выпрямилась, стараясь придать лицу нейтральное выражение. К нам подошел мужчина в изысканном, но чужого покроя камзоле – темно-синем, с вышитым на груди серебряным фениксом. Его сопровождала четверка чуть менее нарядных мужчин.

– Ваше высочество принц Вальмор, я – герцог Лайдин, посол Андорского королевства, – произнес он, учтиво склонив голову. – Я получил послание от моего короля. Он поручил мне разыскать вас при первой возможности. Наши советники хотели бы обсудить торговые соглашения. И пусть повод для нашей встречи сегодня печален, смею надеяться, что в ближайшие дни вы сможете уделить мне время для беседы.

– Разумеется, герцог Лайдин, – ответил Брант, и в его голосе впервые за вечер прозвучали нотки делового интереса. – Я открыт к сотрудничеству.

И пока Брант говорил с послом, ко мне приблизился слуга с подносом. На нем стоял единственный бокал с темно-багровой жидкостью.

– Для сэйны Вальмор, – пробормотал слуга, избегая встретиться взглядом. – От тайного поклонника.

Тайный поклонник? Я стиснула зубы. До чего же очевидная и глупая пакость. Но представители другого королевства здесь, и по этикету отказаться – грубейшая ошибка. Я взяла бокал, улыбнувшись слуге.

Разумеется, пить это я не собиралась. Но все равно заглянула внутрь и слегка принюхалась. Это было не вино. Жидкость гуще, со слабым, но едким неприятным запахом, похожим на уксус. И она едва заметно пузырилась.

Я вскинула голову, чтобы отдать бокал обратно или позвать того слугу, но его уже и след простыл. Зато я увидела стоявшего в десятке шагов Эльдрика. Он поймал мой взгляд и с задорной, злобной ухмылкой приподнял свой бокал, будто чокаясь со мной.

Я должна была сделать вид, что отпила, и куда-то деть эту гадость, чтобы не привлекать лишнего внимания послов. С первым пунктом я справилась, просто поднеся бокал к губам. Оставалось поставить его на ближайший стол или…

Не успела. Кто-то намеренно или «случайно» резко толкнул меня в спину. Я пошатнулась. Бокал накренился, опрокинулся, и струя темной, шипящей жидкости плюхнулась прямо на синий камзол посла Андоры.

Раздалось резкое шипение. Поднялся едкий дымок. На груди посла ткань мгновенно потемнела, задымилась и начала расплавляться, обнажая кожу, которая покрывалась алыми, быстро чернеющими пятнами. Посол закричал от боли и отпрянул.