Текст книги "Хозяйка дома на холме (СИ)"

Автор книги: Элен Скор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 26 страниц)

Захватив с собой платье горничной, я ждала Пауля у дверей ванны. Он вышел чистенький, в рубахе не по размеру, которая доходила ему до колена и чего парнишка сильно стеснялся. Я отвела глаза, стараясь не смотреть на него, чтобы не смущать ещё больше.

– Вот ваша комната, пока, на первое время. Как только я немного осмотрюсь в доме, подберу для вас что-нибудь поприличнее. Твоя сестра спит, я оставила для неё питьё на столе. Ты тоже ложись в кровать, немного отдохни. Чуть позже мне понадобиться твоя помощь – нам нужно будет купить немного еды, и ты подскажешь мне, где лучше всего это сделать. А теперь я пойду, немного приведу себя в порядок с дороги. Отдыхай.

Пауль прошмыгнул в комнату, тихо, словно тень. Я порадовалась, что сегодня у детей будет крыша над головой, и если постараюсь – то и сытный ужин.

Перетащила последнюю кастрюлю в ванную комнату, подобрала для себя два полотенца и, наконец, сняла с себя всю грязную одежду.

Мыться ковшиком оказалось жутко неудобно. У меня едва хватило воды, чтобы промыть волосы. Как же раньше люди жили без водопровода и горячей воды?

Завернувшись в полотенце, что побольше, второе накрутила на голову в виде тюрбана, промокая волосы. Затем скептически осмотрела униформу горничной, повесив плечики с платьем на дверку шкафа. Прежняя хозяйка одежды была размера на три упитанней меня, да и в груди побогаче.

Ладно, нечего привередничать, другого всё равно пока нет. Я надела платье, буквально утонув в нём. Хорошо ещё, что прежняя владелица была, вероятно, чуть пониже меня, иначе, я бы непременно грохнулась, наступив на длинный подол.

Положение немного исправил передничек. Слегка пожелтевший, он ещё хранил накрахмаленную упругость. Повязав его на талии, я слегка убрала объемы мешковатой одежды.

Так, с этим управились. На улицу в таком конечно не пойдёшь, но для дома сгодиться. Кстати, а где кролик? Он как-то незаметно самоустранился на этапе помывки детей. А ведь мы с ним говорили о чём-то важном. О сокровище, хранившемся где-то в подвале.

Георга я нашла в той самой комнате, где провела ночь. Кролик лежал на диванчике, совсем по-человечески закинув ногу на ногу. Смотрелось очень забавно.

– О, ты переоделась! Правда, лучше не стало! – он приоткрыл один глаз, окидывая меня взглядом.

Я проигнорировала его выпад. Вероятно, он ещё сердиться на меня за то, что я, не посоветовавшись с ним, привела детей в дом.

– Утром ты рассказывал мне о сокровище рода, говорил, что это очень важно. Что я должна делать, чтобы найти его?

Кролик встрепенулся и открыл глаза:

– Наконец-то, а то занимаешься всякой ерундой! Полдня прошло, а ты так и не познакомилась с самым главным сокровищем рода Де Нанди!

– Извини, я просто немного растерялась. Все случилось так неожиданно! – повинилась я.

– Ладно, пошли. Дом давно уже ждёт.

Кролик спрыгнул с дивана, с важным видом направляясь к дверям, а мой взгляд упал на стол. Там, на самом виду, по прежнему стояла шкатулка с документами. Убрать бы её куда. Я дёрнулась было к столу, но кролик меня одёрнул:

– Оставь, потом уберёшь, пошли скорее, итак – вон сколько времени потеряли.

Я дернулась, зацепившись за столешницу, столик качнулся и с него что-то упало. Не глядя, и не останавливаясь, я сунула это в карман передника, догоняя Георга. Сердить кролика не хотелось, а то опять примется ворчать, как старый дед.

Я думала мы снова пойдём в кухню – ведь лаз в подвал был там, но кролик привел меня в комнату, располагавшуюся сразу за гостиной. Она напоминала дамский будуар: лиловые обои, бледно сиреневая обивка мебели, портьеры в тон и обилие разных салфеточек – статуэточек.

Геор, не останавливаясь, направился к изящному камину, отделанному серым камнем, который удивительно гармонировал со всей обстановкой комнаты.

– Положи руку сюда, да нет, выше, вот на этот виноградный лист! – велел он.

Камин действительно обрамляли резные виноградные листья, которые были размером как раз с мою ладонь. Каменный лист, которого я коснулась, был на удивление тёплым.

Неожиданно пол под нами дёрнулся и я пошатнулась. Камин, вместе с частью пола, начал двигаться, поворачиваясь вокруг своей оси. Когда он остановился, я поняла, что мы находимся уже в совершенно другом помещении.

Здесь было темно, и кролик снова начал светиться, немного рассеивая темноту.

– Иди за мной, аккуратнее – здесь ступени.

Мы стали спускаться вниз, я не видела насколько большое это помещение, в котором мы оказались, так как не видела стен. Весь мир сузился до размера пятна призрачного света передо мной.

– Пришли. Открывай сундук! – велел Георг.

На каменном постаменте стоял сундук, оббитый толстыми железными полосами. По железу вилась вязь непонятных мне символов. Замка на сундуке не было, что немного меня удивило – ведь, по словам кролика, здесь храниться сокровище его рода.

Нашего рода, – поправила я себя. Пора привыкать, что моя жизнь в одночасье изменилась и никогда не будет прежней.

Тяжёлая на вид крышка легко поддалась, словно ждала меня. Я заглянула внутрь, ожидая увидеть золото – брильянты. Но вместо этого внутри на тёмной бархатной подушечке лежал обычный чёрный камень.

– Возьми его в руки, познакомься с сердцем дома, дай ему почувствовать себя.

– Ну, хорошо, – я потянулась за камнем, – Здравствуй, дом. Я, Алиса! Рада познакомиться.

Камень оказался гладким на ощупь, словно кусок стекла с неровными краями, вблизи я рассмотрела на нём красные, почти алые прожилки. Он был приятно тёплым и слегка пульсировал, словно живой.

– Это часть сердца первого хозяина «Дома на холме». Он отдал дому частичку своего сердца, зачаровав его, и дом стал живым.

– Откуда ты всё это знаешь? – я аккуратно положила камень назад в сундук. Держать в руках кусочек сердца, пусть хоть и каменного, мне было не по себе.

– Я построил «Дом на холме» – просто, словно самую обыденную вещь, произнёс кролик.

От такой новости я слегка подзависла. Мне требовалось некоторое время на осмысление произошедшего.

– Может, расскажешь? – попросила я его.

– Да, что здесь рассказывать – история давняя. Я построил дом для своей любимой жены Лукреции. Большой красивый дом для моей утренней розы. Мне тогда хотелось подарить ей весь мир, и я подарил ей этот дом. А для того, чтобы любимой было в нем комфортно, зачаровал его, предварительно отдав частицу своего сердца.

Дом так понравился Лукреции, что она решила добавить часть своего сердечка. С тех пор так и повелось, что все вступающие во владение домом наследницы отдают ему частичку себя, – в голосе Георга была такая нежность, он погладил лапкой край сундука, словно лаская.

– Ты до сих пор любишь её? Свою жену?

– Конечно! Ведь она всегда со мной. Отдавая дому часть себя, мы остаёмся жить в его стенах благодаря этому артефакту, чтобы помогать будущим наследника. Настала твоя очередь добавить к сердцу дома часть себя.

Легко сказать – часть себя! Палец что ли отрезать? Нет, я на такое не подписывалась, – тряхнула головой, отгоняя эту мысль. Упрямый локон упал на лицо.

Волосы! Это ведь тоже часть меня! Это же считается? Нужно только побольше, чтобы наверняка.

Я дёрнула за непослушный локон и зашипела от боли. По волоску что ли выдёргивать. Было бы чем отрезать… я похлопала себя по бокам, где у меня обычно были карманы. Карманов не нашлось, зато он был в переднике и там точно что-то лежало.

Нащупала рукой длинный продолговатый предмет. Вытащила, покрутив в руках. Похоже на нож с резной костяной ручкой, только уж очень узкое и тонкое лезвие.

– Что это? – вырвалось у меня.

– Нож, для бумаги, им письма вскрывают, – пояснил Георг.

Раз это нож, то с его помощью можно отрезать прядь волос, – обрадовалась я, да только рано. Нож был не чтобы очень острый, но, в конце концов, я смогла отпилюкать им приличную горсть волос.

Убрав нож снова в карман фартука, я положила волосы в сундук, прямо на камень, добавив:

– Сердце дома, прими частицу меня. Обещаю – я сделаю всё, чтобы привести дом в порядок!

Волосы прямо у меня на глазах стали менять форму, словно вплавляясь в камень, пока полностью не впитались в него, а сам артефакт, вроде бы, стал немного больше.

– Теперь ты стала полноправной хозяйкой – дом принял тебя, он будет тебе помогать.

– Помогать – это хорошо, а как? – я закрыла крышку сундука и шла за кроликом назад, к выходу из подземелья.

– А как дом будет мне помогать? – спросила я, чтобы скоротать дорогу и прояснить ещё один интересующий меня вопрос.

– Будешь делиться с домом своей магией – он будет исполнять твои пожелании, в пределах усадьбы, конечно!

– У меня есть магия? – я чуть не споткнулась о ступеньку, настолько велико было моё изумление.

– Конечно, есть! Ты же из магического рода Де Нанди!

Ноги у меня всё же подкосились и я опустилась на колени.

– Эй! Ты что?– кролик остановился и даже вернулся ко мне.

– Подожди, дай отдышаться. Слишком много на меня сегодня навалилось, мне нужно время, чтобы всё осмыслить.

– Может, не здесь? В кресле, может быть, удобнее? В смысле – осмыслять. Тем более у тебя там дети скоро проснуться, – кролик применил запрещённый приём, напомнив мне о моих обязательствах.

Пришлось собирать волю в кулак, подниматься на ноги и выходить из подземелья на свет.

Вернувшись в комнату, плюхнулась на диванчик, с которым уже немного сроднилась и попыталась немного прийти в себя от только что свалившихся на мою голову новостей.

Кролик забрался в кресло напротив и терпеливо ждал, правда, его терпения хватило совсем не намного, и он, в своей привычной манере, буркнул:

–Ну, давай, спрашивай уже.

Я, аккуратно подбирая слова, уточнила:

– А это точно, ну, что у меня есть магия? Что-то раньше я за собой ничего такого не замечала…

– Точно, точно! Спящая, правда, но есть. Будить её нужно и развивать. Причем и то и другое как можно быстрее. Долго скрывать, что у дома появилась новая хозяйка, нам не удастся, значит, скоро гости пожалуют, чтоб их…

Что-то он о гостях как-то безрадостно. Или он какого-то конкретного гостя имеет? Мне снова нужно чего-то опасаться?

–Какие-то проблемы? – поинтересовалась я, правда вяло, в голове образовалась настоящая каша от того, что произошло со мной за последние сутки. И это ещё не вечер!

Кролик замялся, словно раздумывал – говорить мне или нет. Потом вроде решился:

– В мэрию идти нужно, право собственности регистрировать. Там и твой магический уровень проверять будут и если он у тебя окажется ниже среднего, или вовсе не выявиться, право наследования могут оспорить. Содержать дом в порядке может только маг, уровнем не ниже среднего.

Кролик спрыгнул с кресла, встал на задние лапы, передние заложил за спину, и в таком виде стал вышагивать передо мной туда – обратно. Вид у него был донельзя смешной, но мне было не до смеха, а Георг продолжал:

– Я с таким трудом разыскал тебя. Выдернул сюда в последний день принятия наследства! Ещё бы несколько часов и сердце дома саморазрушилось а с ним и я! А спустя несколько дней дом попросту пустили бы с молотка. Но сейчас у нас есть два-три дня. Всегда можно сказать, что наследница прибыла издалека, устала с дороги, – кролик остановился прямо передо мной, окидывая меня взглядом, затем тяжело вздохнув, спросил:

– Сможешь изобразить изнеженную леди? Мол, дорога была настолько тяжела, что хрупкому иноземному цветку потребовалось время на отдых?

– Попробую… – неуверенно пискнула я.

Георг снова начал маршировать передо мной, что-то бормоча себе под нос, видимо, обдумывая, что нам делать дальше. Хотя у меня был свой план: найти приличную одежду и раздобыть еды.

– Может, я пока пойду, дом посмотрю?

Кролик замер, подняв на меня глаза:

– Что? Ах, да. Иди. И шкатулку захвати. Положишь ей в верхний ящик стола в своём рабочем кабинете. Третий этаж, вторая дверь налево. На третьем этаже хозяйские покои, на втором гостевые комнаты. Библиотека в башне, комната отдыха сразу за гостиной. Иди, а я ещё немного подумаю.

Забрав со стола шкатулку, я вышла в общую гостиную. Примерное расположение комнат на первом этаже я уже знала: помимо гостиной имелось два будуара – тот самый, сиреневый и комната, в которой я провела ночь. Она смотрелась самой обжитой.

Библиотека очень кстати, я загляну туда чуть позже. Что до комнаты отдыха – тратить на неё время мне пока некогда.

Помимо них имелась столовая, кухня и крыло для слуг. А также дамская комната, в которой я успела побывать ещё утром, располагавшаяся ближе к столовой.

Наверх вела лестница с резными перилами и широкими ступенями. Второй этаж я пока проигнорировала. Сомневаюсь, что я найду что-то интересное в комнатах для гостей. Сначала осмотрю хозяйские покои.

Подметая подолом пыль со ступенек я поднялась на верхний этаж. Ходить по лестнице в длинном платье оказалось не так уж и удобно, я несколько раз наступала на край платья, чуть не пересчитав ступени собственным носом. Пришлось пристроить шкатулку подмышкой и приподнимать юбку двумя руками. Очень неудобно с непривычки!

Кабинет оказался там, где указал Георг. Светлая изящная мебель, бежевые обои, лёгкие шторы на узком окне – всё указывало на то, что здесь обитала женщина. Только стол немного выделялся из общей картины – добротный, с широкой столешницей и множеством выдвижных ящичков.

Как и велел кролик, решила положить шкатулку в верхний ящик стола. Стоило только коснуться его, как кончики пальцев уже привычно закололо. Я сообразила, что это как-то связано с магией. Вероятно, на этом ящичке стоит магическая защита, не просто так же Георг велел положить шкатулку именно сюда.

В ящичке лежали стопки бумах, перевязанные голубыми и розовыми ленточками и два бархатных мешочка. В одном из мешочков лежал небольшой ключик и колечко – обычный золотой ободок, украшенный вязью символов, очень похожих на те, что я видела на старом сундуке в подвале.

Поддавшись сиюминутному порыву, решила примерить кольцо, оно село на палец как влитое, по ободку пробежалось голубоватое свечение, словно каждый из символов зажигался в строгой очерёдности. Снова магия! Нужно спросить кролика, для чего оно?

Во втором мешочке лежали вовсе странные предметы: пёрышко, кусочек обгоревшей свечи, прозрачный камешек и монетка с дырочкой. Экспериментировать с ними я поостереглась, сложив всё назад.

Задвинув верхний ящик стола на место, заглянула в остальные. Чего там только не было: стопки бумаг, старые открытки и визитные карточки, булавки, пуговицы и несколько монеток. Последнему я обрадовалась больше всего, положив их в карман передника.

Тратить время на осмотр кабинета я не стала, одежды здесь всё равно нет. Мне нужно найти комнату прежней хозяйки – может там что из одежды осталось.

Следующей комнатой, сразу за кабинетом, оказалась небольшая гостиная, потом шла ванная комната и спальня. Вот только шкафов в ней я не обнаружила, пока не додумалась заглянуть в неприметную дверь, найдя за ней гардеробную с рядами полок, вешалок и манекенов. Только все полки и плечики были девственно пусты.

Пришлось продолжить обход. Напротив спальни находилась детская комната, это я поняла по уменьшенному размеру мебели и ряду фарфоровых кукол, стоявших на полке. Остальные комнаты были почти точной копией покоев хозяйки, и гардеробная здесь тоже была пуста.

Я перешла в другое крыло, с удивлением обнаружив там зеркальное расположение комнат, только выполнены они были в мужских тонах, да и мебель в них больше подходила для мужчины. Осталось только две двери, куда я ещё не заглянула. Они располагались прямо возле лестницы и имели уж очень простенький вид.

Чулан, вернее бельевая. Обе комнаты были битком набиты постельным бельём, полотенцами, одеялами, подушками, пледами и покрывалами. На одной из полок я даже нашла корзинку с тонкими батистовыми носовыми платками. Здесь было всё, кроме одежды.

Глава 7

Отчаявшись найти что-то более пригодное для одежды кроме простыней и одеял, решила перейти на второй этаж. Но здесь картина была ещё безрадостней: на этаже находилось целых семнадцать практически однотипных комнат, отличавшихся только цветом обивки мебели и штор. Две ванные соседствовали с двумя кладовками, под потолок забитыми постельным бельём и всем остальным, что требуется для комфортного проживания гостей.

Во всем доме я не нашла ничего, что бы хоть как-то связывало его со старыми хозяевами. Никаких личных вещей, указывающих на того, кто здесь жил до меня. Словно кто-то специально постарался скрыть даже малейшее напоминание о прежних владельцах.

Дом был настолько обезличен, что напомнил мне…. обычную гостинцу!

Эта мысль занозой засела в моей голове. А что если….

Ведь я всегда мечтала дослужиться до целого администратора или на худой конец – кастелянши, выдающей бельё. А теперь в моём распоряжении целый дом с кучей этого самого белья. И полно комнат, готовых принять своих постояльцев.

Конечно, дом требуется привести в порядок, отмыть, вытряхнуть вездесущую пыль. Где-то подкрасить, где-то подмазать. Нанять персонал.

Мечты, мечты. Для всего этого нужен стартовый капитал, а у меня его вроде как нет, не считая мешочка с несколькими монетами, на вид золотыми, но это не точно. Даже если так – сомневаюсь, что их хватит для открытия гостиницы.

Я отогнала свои мечты в дальний уголок сознания, обещая обязательно вернуться к ним вновь. Для начала нужно узнать, что из себя представляет мир, в который я так удачно попала. Разузнать рыночные цены, конкуренцию, предпочтения местного населения. Да, именно так я и сделаю! А сейчас придётся спуститься на первый этаж и снова пройтись по комнатам для прислуги. Личных вещей я нигде не обнаружила, но униформа для обслуживающего персонала в шкафах имелась. Может мне снова повезёт, и я смогу подобрать платье своего размера.

Шесть комнат и только одна из них была двухместной – та самая, где я поселила Пауля и Софию. Проходя мимо их комнаты, я прислушалась, но за дверью царила полная тишина. Видимо, дети так намыкались и устали, что до сих пор спят.

Проинспектировав оставшиеся комнаты, я выяснила, что две из них, судя по висевшим в шкафах комплектах униформы, принадлежали мужчинам, оставшиеся три занимали девушки, и одна из них была примерно моего роста и комплекции.

В каждом шкафу находилось по два комплекта одежды, как я поняла – повседневная и парадная. Они отличались качеством ткани и у парадного платья имелись кружевные манжеты и воротничок, слегка пожелтевшие от времени.

Проведя более тщательный осмотр, обнаружила во всех женских шкафах совершенно одинаковые шляпки, тёмные, под цвет платья, с крошечными рябыми пёрышками. Ещё по теплому жакету и две пары перчаток – темных и белых. Так же в шкафах стояла обувь – лёгкие кожаные туфельки и что-то вроде калош на деревянной подошве, судя по размеру, эти калоши можно свободно надевать поверх обычной обуви.

Обувью я не прельстилась, предпочитая оставаться в своих привычных балетках, а вот повседневное платье, шляпка и тёмные перчатки перекочевали в мою пустую гардеробную. Пока не обзаведусь чем-то поприличнее и эта одежда сгодиться.

Можно сказать, она сейчас будет очень даже кстати. Ну, кто обратит внимание на девушку, одетую как простая служанка. Да таких десятки снуют по улицам города!

Переодевшись, застегнула многочисленные мелкие пуговки на груди и манжетах, покрутилась перед зеркалом, отмечая, что платье село практически по фигуре. Теперь шляпка. С этим было сложнее. С такими головными уборами я никогда не сталкивалась и понятия не имела, как они крепятся на голове.

К счастью, к шляпке прилагалось две длинные тонкие булавки, больше похожие на холодное оружие, чем на предмет дамского гардероба. Потратив некоторое время, мне все же удалось с их помощью закрепить шляпку на голове.

Перчатки я заткнула за поясок – надену их, когда выйду из дома.

Затем переложила найденные в столе мелкие монетки из кармана фартука в носовой платок и завязав его узелком, спрятала под манжет платья. На одежде не имелось карманов и это показалось мне жутко неудобным, а ничего похожего на сумочку я не обнаружила.

Ладно, это всё мелочи. Теперь мне нужен Пауль. Как я поняла, парнишка отлично разбирается в местных деньгах, он-то мне и подскажет, что мы можем купить на ту мелочь, что я так кстати обнаружила. Что-то мне подсказывало, что не стоит пока светить золотыми монетами – не ровен час отнимут или ещё хуже нас самих обвинят в краже.

Спустившись вниз, решила сначала разыскать кролика, предупредить, что отправляюсь в город за продуктами. Но пушистика нигде не было видно. Странно… куда это он запропал? Ладно, и без него справлюсь!

Стоило мне только приоткрыть дверь в комнату моих найдёнышей, как Пауль сразу поднял голову с подушки, словно и не спал вовсе. Я тихонько, чтобы не разбудить Софию, поманила его к себе.

Когда он юркой мышкой выскользнул за дверь, спросила:

– Отдохнул? Скоро вечер, а в доме ни грамма еды. Нужно отправляться в город, ты мне поможешь?

– Конечно, леди! Сейчас, только переоденусь!

Он нырнул в ванную комнату, где на лавке сиротливо лежали две кучки старых детских обносков. Я сразу же отругала себя, что не удосужилась постирать эти вещи и теперь Паулю приходиться надевать грязную одежду.

– Я готов, леди. Можно идти!

– Подожди, Пауль. Я ведь говорила тебе, что прибыла очень издалека, поэтому не только не знаю города, но ещё и в местных деньгах не разбираюсь. Я здесь взяла немного монет, но не знаю – хватит ли их. Может, посмотришь?

Парнишка с готовностью согласился. Мы пошли на кухню и, усевшись за стол, я развязала узелок, высыпая монетки. Рассортировала их по виду, получив четыре неровные стопки.

– Это грошик, – указал Пауль на самые маленькие монетки, их в кучке было всего две, – на грошик можно купить четвертушку хлеба. А это пять грошей – на целый каравай хватит и ещё останется!

Так, понятно, на хлеб нам точно хватит, потому что этих монеток было три штучки.

– А это полушка, она как десять грошиков считается.

Этих монет в кучке оказалось больше всего, аж целых шесть штук!

На последнюю одинокую монету Пауль посмотрел как на настоящее сокровище:

– Полтина, я такие видел всего два раза, когда торговец при мне за рыбу рассчитывался. Это ведь целых пятьдесят грошей!

Я провела в уме нехитрые расчёты, порадовавшись, что на первые дни нам этих денег точно хватит. Хлеб можно покупать в лавке, а вот готовить лучше дома, а для этого нужно наведаться на рынок.

Про рынок я знаю много, а всё благодаря бабуле, у которой я квартировалась. Обычно по выходным дням она появлялась на пороге моей комнаты со словами:

– Алисочка, голубушка, холодильник совсем опустел, пора отправляться на рынок!

Я ужасно не любила эти дни, отправляться на рынок нужно было рано утром, пока все самые свежие продукты не разобрали. А когда мы добирались до пункта назначения, моя интелегентнейшая Нина Петровна превращалась в настоящую акулу бизнеса, она отчаянно торговалась за каждый пучок редиски, за каждую картофелину, и не дай Бог подсунуть ей залежалый товар: старушка – божий одуванчик превращалась в настоящую фурию. Отчасти виной этому была слишком маленькая пенсия бывшей учительницы литературы, но в большей степени, подозреваю, она так выпускала «пар».

Обычно, после посещения рынка, где я в качестве грубой физической силы таскала за ней полные авоськи, Нина Петровна находилась в прекраснейшем расположении духа, варила свой знаменитый борщ и приглашала меня на тарелочку.

Так что рынком меня не испугаешь! Но это всё завтра, нужно сначала с кроликом посоветоваться. И где он пропадает, когда так нужен?!

А сегодня мы с Паулем прогуляемся до ближайшей булочной и назад. Купим свежего хлеба – будут у нас вечером бутерброды с вареньем.

Я выбрала из кучки пятачок грошей и полушку, спрятав их в перчатку, которую сразу же надела на руку. Остальные монеты снова завязала в узелок, положив его в один из бокалов, стоящих на полке. Снова подниматься из-за этого на третий этаж не хотелось.

– Всё, я готова, можно идти!

– Корзина, леди. Возьмите корзину, – Пауль указал на стопку корзин, сложенных в углу аккуратной кучкой.

Какой же он молодец! Я даже и не подумала, как я понесу покупки домой! А сумки здесь заменяют обычные корзины.

Выбрав небольшую корзинку, я по пути ещё забежала в ванную, захватила небольшое полотенце, постелив его на дно корзинки. Им же потом и покупки прикрыть можно.

Стоило нам выйти из дому, корзину у меня отобрали со словами:

– Леди Алиса, давайте сюда, я сам понесу.

– Да мне не тяжело!

– Нет, так будет лучше, все решат, что я просто помогаю леди с покупками и не обратят на нас внимания, а если я пойду в лавку с пустыми руками – это будет слишком подозрительно смотреться, ещё взашей погонят.

Я снова поразилась его сообразительности. Действительно – кто обратит внимание на служанку из богатого дома, которую, сопровождает мальчик-носильщик! Лучшей маскировки не придумаешь.

Я уже хотела направиться к центральным воротам, когда парнишка предложил другой путь.

– Там, леди Алиса, богатые районы и магазины там очень дорогие. Лучше сюда, по тропинке. Здесь совсем недалеко лавка госпожи Берты, я иногда у неё хлеб покупаю, когда получается грошик заработать.

Сердце снова кольнуло от жалости, судя по всему, заработать грошик ему удавалось не часто.

Пауль шел впереди меня, указывая путь. Тропинка была едва заметна в высокой траве. Вела она к чугунной ограде, густо увитой диким виноградом. Калитку за низко свисающими лозами я углядела не сразу. Открылась она с протяжным скрипом давно не смазанных петель.

Дальше тропка вела между двух плетней, за которыми прятались чьи-то огороды. Затем мы как-то сразу оказались на улице. Два ряда одноэтажных домов разделяла булыжная мостовая, густо усеянная следами жизнедеятельности тягловой силы проезжающих мимо нас повозок. Нужно было внимательно посматривать под ноги, чтобы не наступить в конский навоз.

На нас никто не обращал никакого внимания, все спешили по своим делам, девушка в платье горничной и несущий за ней корзинку оборвыш никого здесь не удивили. Мы совершенно не выделялись из толпы людей, одетых, преимущественно, в тёмные, немаркие одежды.

Я заметила, что большинство женщин, чтобы не испачкать подол платья, слегка приподнимали его руками. На ногах у некоторых я заметила уже знакомые калоши с деревянной подошвой. Теперь-то я поняла для чего они нужны – благодаря им, обувь из тонкой кожи не пачкалась. Мне же ничего не оставалось, как прыгать между пахучими навозными кучками.

Хорошо ещё, что Пауль выручил меня с корзиной и мои руки оставались свободными для того, чтобы придерживать юбку. Не у всех встречных женщин была такая возможность – у многих руки были заняты корзинами и даже мешками.

Я уже поняла, что мы попали в район жителей среднего достатка – дома хоть и небольшие, но выглядели добротно. Да и прохожие не походили на оборванцев. Почти все были заняты делом, даже праздно шатающихся по улице ребятишек я не заметила.

Лавку госпожи Берты заметила издалека – по выступавшей над улицей вывеске, на которой покачивался большой деревянный крендель. А когда мы подошли ближе – то и по аромату свежей выпечки. Желудок сразу же сжался, напомнив, что его нерадивая хозяйка уже давно заморила его голодом.

Судя по тому, как сглотнул слюну Пауль, он испытывал те же чувства. Ничего, ничего, сейчас мы отоваримся и наконец, нормально поедим!

Войдя внутрь я сразу же оценила чистенькую, уютную обстановку. Лавка была совсем небольшая – два прилавка, уставленных корзинами и противнями с выпечкой. Ассортимент был небогатый: круглые караваи, да несколько видов булок, включая те самые крендели, что красовались на вывеске заведения.

– Пауль! Что-то давно тебя не видно! – из-за прилавка вышла миловидная пухленькая блондиночка в белоснежном передничке и нарукавниках.

– Здравствуйте, госпожа Берта! Я вам покупательницу привел! – парнишка отступил вбок, пропуская меня вперёд.

На лице блондинки расцвела приветливая улыбка.

– Здравствуйте, голубушка! Чего пожелаете? Товар у нас свежайший, только что из печи!

Душа желала всё, что было выложено на прилавке, но разум нашептывал, что всего мы пока себе позволить не можем, для начала и вовсе нужно прицениться.

– Вижу, товар отменный! А какова цена?

Хозяйка озвучила стоимость, и я не удержалась, купив помимо двух больших караваев с золотистой корочкой ещё и три кренделя, решив, побаловать себя и детей. Быстро произвели расчёт и покупки перекочевали в нашу корзинку, где я заботливо прикрыла их полотенчиком.

– Приходите ещё, постоянным покупателям скидки! – хозяйка сразу же решила завлечь нового потенциального покупателя.

– Всенепременно! – пообещала я, прощаясь.

Обратно мы добирались чуть ли не бегом, нас подгонял голод и аромат свежего хлеба, доносившийся из корзинки. Закрыв за собой калитку, скрываясь от чужих глаз, так и вовсе прибавили шагу.

Зайдя в дом, сразу же направились на кухню. Огонь в печи уже прогорел, и его следовало разжечь заново, чем я и занялась.

Я чиркала металлом по камню, высекая искру, но огонь зажигаться не желал, пока Пауль не отобрал у меня огниво. Он как-то по особому взял в руки металлическое кресало и быстро-быстро зачиркал им по кремню. Лоскут сразу же задымился от падающих на него искр. Я не стала мешать, понимая, что парнишка управится с этим лучше меня и занялась приготовлением нехитрого ужина.

Для начала набрала в чайник воды, заодно поставив на плиту несколько кастрюль с водой, намериваясь простирнуть детские вещи, а то никакого толку от того, что я их отмыла, если они снова влезут в грязную одёжку.

В печи, разгораясь, весело затрещали поленья. Я приготовила три бокала, положив в них оставшиеся с обеда листочки мяты и смородины. Нашла несколько небольших плошек, наложив в них мед и варенье, решив, что так будет удобнее, чем есть прямо из банки. Один каравай порезала сразу, второй оставила на утро, завершая сервировку нашего нехитрого ужина.

Осталось только дождаться, когда закипит вода в чайнике, да разбудить Софию.

Оставив Пауля присматривать за чайником, отправилась будить девочку. В комнате царил полумрак, малышка спала приоткрыв рот. Нос у неё был забит, это напомнило мне, что девочка больна. Эх, была бы у меня картофелина – отварила бы её прямо в кожуре, завернула в лоскут и приложила бы компрессом на носик. Мама всегда так делала, когда я болела – насморк мигом проходил.

Но картошки у нас нет, во всяком случае я её не нашла, я значит нужно придумать что-то другое, чем можно прогреть малышку. Можно ещё ноги попарить, но только если нет температуры.

Я пощупала лобик, вроде жара нет, значит, будем парить ноги! Но сначала ужин.

– София, просыпайся милая, пора ужинать, – я погладила её по голове, тихонько будя.