Текст книги "Одарённые (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Грэй

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 25 страниц)

Глава 16. За верность и трудолюбие

Сегодня на улице, как назло, была отвратительная погода. Солнце лишь изредка проглядывало сквозь затянувшие небо тучи. От этого складывалось впечатление, что столица Физарской империи – славный город Физария – пребывала в сумраке. Начинало казаться, что уже скоро ночь, хотя скрытое пеленой солнце ещё даже не достигло зенита.

Сезон дождей неспешно, но напористо входил в свои права, постепенно вытесняя надоевший многим жителям столицы сезон огня.

Так уж повелось, что в империи людей, где безраздельно властвовали стихийные маги, времена года стали именоваться по проявлениям четырёх стихий. Старые же названия – «зима», «весна», «лето» и «осень» – ещё держались в простонародье, а в соседнем Новом Тантире по-прежнему оставались основными.

Сезон ветров, по-старому именуемый «зимой», получил своё название, как нетрудно догадаться, из-за порывистого ветра. Снег в Физарской империи выпадал нечасто, и его, как правило, было немного. В основном такое случалось лишь в северных городах – Сурдине и Бреаре, находившихся на границе с Сургаром – горным королевством сургов. А уж там-то снега навалом круглый год, что и делало Снежных колдуний такими сложными и грозными противниками. А вот в остальных городах империи «зимой» властвовали сильные ветры, что, в свою очередь, усиливали магов, имеющих Дар воздушной стихии.

Следом шёл сезон земли́, или, по-старому, «весна». Отступали холода, наступало время посевов. В этот период земля была уже не такой холодной, как в сезон ветров, не такой сухой, как в сезон огня, и не такой размокшей, как в сезон дождей. Она становилась рыхлой и податливой, а значит, её было проще контролировать. Магам земли становилось намного проще творить такие заклинания, как земляной провал, при котором пласты земли раздвигались под ногами.

Дальше наступал сезон огня. Он же, по-старому, «лето». Здесь тоже ничего сложного. Этот период был самым жарким в году. Солнце палило нещадно, особенно в районах юга Бреара, Физарии и Залирии, словно одним махом хотело испечь всю твердь. А про барсарские пустыни и степи – нечего и говорить. Там всегда жара. А когда жарко и сухо – творить заклинания огненной стихии гораздо проще и быстрее.

Ну и последний – сезон дождей, по-старому «осень». Получил он своё название из-за обильных осадков этого периода. Именно в сезон дождей, когда влага в немалом количестве находится не только в водоёмах, но и повсюду в воздухе, маги водной стихии получают ощутимое усиление. Оно и понятно. Вода – их оплот. И чем её вокруг больше, тем для них лучше.

Вот и сегодня её было предостаточно. К затянутому тучами небу добавлялся ещё и мерзкий моросящий дождик. Начался он ещё ночью, шёл уже добрую четверть суток и никак не желал прекращаться.

«Да пролейся ты уже нормальным ливнем и успокойся наконец!» – думал учитель истории по дороге в Семинарию. Он и так был не в восторге от новой работы, а сейчас ещё и такая мерзкая погода.

Уже немолодой мужчина с бронзовой от загара кожей, облачённый в традиционную чёрную рясу служителя Духовенства, пытался спрятаться от моросящего дождя.

Небольшую заплечную сумку он держал над начавшей лысеть макушкой, пытаясь прикрыть жиденькие светлые волосы, выгоревшие на солнце, но помогало это из рук вон плохо. Упрямые капли всё равно находили лазейки, то и дело затекая за шиворот или попадая в глаза.

До этого учебного года Лами́н, так звали учителя, работал в одном из самых известных и уважаемых учебных заведений Валистарда. Он очень любил свою работу, но больше обожал и ценил своё рабочее место. Валистардская Академия, где он преподавал уже больше пятнадцати лет, считалась самым престижным учебным заведением во всей империи Физар.

После Семинарии, конечно.

Но штука в том, что в Семинарии учились лишь маги. А вот среди обычных людей Валистардская Академия была в огромном почёте. Каждый из её выпускников легко мог найти себе хорошую работу в любом городе империи.

А наставников там очень уважали и ценили. Студенты, завидев учителя, были обязаны вставать и здороваться. Даже если наставник просто шёл по коридору Академии. На занятиях царили отменная дисциплина и послушание. Учащиеся очень ценили свои места, ведь желающих было очень и очень много.

Отстающих учеников отчисляли без всякой жалости, а про смутьянов и хулиганов нечего было и говорить. Малейшая провинность, а тем более жалоба кого-то из учителей могла закончиться моментальным отчислением.

Вполне себе естественно, что в таких жёстких условиях учащиеся старались всячески задабривать своих наставников. Вот Ламин и наслаждался жизнью.

К пятому десятку он так и не обзавёлся семьёй. Сначала была изнурительная учёба, между прочим, в той же самой Академии. Именно в этот период Ламин, наблюдая бесконечный поток раболепия перед наставниками, решил, что хочет такого же отношения и к себе. Вот и поставил себе цель: устроиться сюда работать учителем.

Шёл он к вожделенной должности долго.

После выпуска с отличием была не очень приятная практика в окрестных школах. В Валистардскую Академию не брали наставников без опыта работы и хороших рекомендаций.

Затем пришлось повышать наставническое мастерство. Поездки в различные важные для истории места́ и кропотливая работа над собственным трактатом по новой истории империи.

В конце концов старания окупились, и Ламин удостоился-таки чести стать учителем истории в Валистардской Академии.

Он довольно быстро обрёл уважение среди коллег, так как трактат по новой истории, вышедший из-под пера Ламина, был высоко оценён, переписан во множестве экземпляров и стал новым учебным пособием по всей империи.

Слава, успех, уважение коллег и учеников – вот чего добился Ламин. И началась для него райская жизнь. Академия выделила ему большой дом в курортной зоне, совсем рядом с океаном Тайн. Ведь Валистард славился не только своей Академией, но и потрясающими пляжами, побывать хоть раз на которых было мечтой многих жителей империи.

Помимо дома, Ламин получал от Академии и весьма неплохое жалование. Но так ему казалось лишь поначалу. Проведший всю жизнь в бесконечной учёбе и постоянных трудах, учитель с головой окунулся в почти беззаботную кутёжную жизнь лучшего имперского курорта.

Естественно, это требовало средств. На многочисленные загулы, устраиваемые Ламином каждый выходной, не хватало жалования даже учителя Валистардской Академии.

Пользуясь готовностью учеников всячески задабривать преподавателей, Ламин начал принимать от них подарки. Разумеется, исключительно в благодарность от всего сердца за столь интересные и познавательные уроки!

Со временем цена таких подарков стала увеличиваться, а добрый учитель нет-нет да и писал хвалебную записку в деканат. За помощь в проведении занятия, например.

Позднее подарки сменила звонкая монета. Естественно, «на нужды учебного процесса!» Ну, там, учебники обновить, пергамент закупить, свозить группу учеников на экскурсию в значимый для истории город.

Поводов находилось много, а ученики Академии и их родители, как правило, далеко не бедствовали. Учёба там стоила очень дорого, а бесплатных мест, оплачиваемых императорской казной, было немного. Ведь желающих там учиться всегда было действительно множество.

Свою роль сыграло ещё и то, что Академия находилась на юге Валистарда, в его курортной части. Богатые и влиятельные люди со всей империи мечтали, чтобы их отпрыски окончили престижную Академию. Раз уж им не посчастливилось получить от Великого Яриса Дар стихийной магии и окончить Семинарию.

А многие из этих самых отпрысков мечтали здорово покутить на самом расхваленном курорте империи. В итоге даже те, кому учёба была до сурговой горы, всё равно тряслись за своё место среди учащихся.

Ламин для таких студентов, особенно старших курсов, был просто находкой! Доходило до того, что он устраивал некоторым ученикам дополнительные выходные. Разумеется, за хорошие деньги. Для этого всего-то и нужно было отпросить ученика в деканате на пару дней. Для поездки, скажем, в соседний Бреар.

«Понимаете, ему так понравилась история о подвиге Великого Яриса! О том, как наш Бог пробил в знаменитой Бреарской стене гигантскую брешь!»

Ламин прекрасно знал, что ту часть стены из-за её расположения так и не восстановили. Она находилась на границе с Валистардом, а не с барсарской степью, и теперь, во времена объединённой империи, надобности в ней не было.

«Так вот, этот усердный мальчик просто мечтает увидеть то священное место собственными глазами! И, разумеется, он напишет об этом подробный доклад, который, несомненно, украсит наш библиотечный отдел, посвящённый подвигам Великого Яриса!»

Разумеется, тот усердный мальчик ничего не писал. Он вообще не ездил в Бреар, а в лучшем случае отправлялся в увеселительное плавание на роскошной каравелле вдоль берегов Валистарда. Вместе с подружкой из числа черноволосых смуглых валистардских красавиц. Ну или устраивал двухдневный загул по местным кабакам и трактирам.

А два дня спустя уставший, но донельзя довольный студент с гордым видом приносил в деканат стопку свежих листов пергамента с подробным рассказом о Великом Деянии Яриса. Для Ламина, написавшего целый учебник по новой истории, накатать такую работку за один-единственный вечер – пустяк! Лишь бы монеты звенели…

Вот и сложилось так, что реальные доходы учителя, всегда одетого с иголочки по последней моде Валистарда, в несколько раз превышали его официальное жалование.

Со временем курортный кутёж Ламину приелся. Начинал сказываться возраст, и учитель стал ценить долгий здоровый сон и простой уют домашнего очага.

Модные щегольские широкие шаровары, кандисы – длинные кафтаны с широкими рукавами и большими заострёнными плечами, высокие парчовые пояса и неудобные ботинки с длинными заострёнными носами сменились на уютные домашние шёлковые халаты и мягкие тапочки.

Также он нанял себе расторопную молодую уборщицу и кухарку в одном лице, которая поддерживала порядок в доме и баловала учителя вкусной едой. А иногда, за отдельное вознаграждение, и согревала постель.

Ещё Ламин завёл себе двух больших собак редкой в тех краях Тантирской породы. Мощные, быстрые псы с короткой шерстью, вытянутой мордой и длинными лапами. Собаки этой породы считались лучшими охотничьими псами во всей Физарской империи. В Тантирских лесах, полных дичи, им не было равных в поиске и загоне зверья.

Не то чтобы Ламин любил охоту – он даже ни разу в ней не участвовал. Скорее, уже взрослому мужчине захотелось какой-то экзотики, а мысль вырастить из крохотных щенков двух массивных, опасных и сильных охотничьих псов и завоевать их привязанность показалась ему отличной.

В этом учитель не прогадал. Лишённый радости отцовства, он подарил щенятам всю свою нерастраченную за долгие годы любовь. Те отвечали ему взаимностью и через несколько лет выросли в безгранично преданных и любящих своего хозяина псов.

Обретя какую-никакую, а всё же семью в лице служанки и двух верных собак, Ламин немного успокоился и даже поумерил свои амбиции.

И очень вовремя. Ведь на трон взошёл новый Император Зилат.

Как обычно и бывает при смене власти, наступило время перемен.

Для Ламина всё началось с многочисленных проверок в Валистардской Академии. Служители Духовенства буквально заполонили её кабинеты. Проверялось всё – от отчётности о доходах до содержимого учебных программ. Даже на уроках присутствовали Проверяющие маги.

Пришлось подзатянуть поясок и перестать брать деньги и подарки.

Значительно изменилась программа обучения. Всем учителям приказали без всяких пререканий и споров изменить даже саму манеру преподавания. Теперь основной упор делался на религию, прославление магов, патриотизм и разжигание ненависти к нелюдям.

Разумеется, это и так всегда было в Физарской империи. Ещё со времён окончания Великой объединительной войны. Маги всегда насаждали простым людям свои порядки, правила, законы и даже заповеди.

Но то, как правило, было в обычных школах и подконтрольных Духовенству заведениях. Теперь же это затронуло и высшие учебные заведения империи, в которых готовили будущих управленцев, государственных деятелей и чиновников не из числа магов. Элиту и высший свет империи. До уровня людей, обладающих Даром стихийной магии, им, конечно, никогда не подняться по социальной лестнице, но не все же руководящие посты занимают повелители стихий! Их просто столько нет.

Магов в империи мало, да и их особые навыки очень нужны в других отраслях. Например, в военном деле, охране порядка, строительстве, да и в получении урожаев и продовольствия.

В то время перемены затронули не только высшие учебные заведения империи, но и почти все основные отрасли.

Многие в империи заметили, что новый Император разительно отличается от своего предшественника. В отличие от своего отца Ярзона, ценившего мир и размеренную, спокойную жизнь, Зилат жаждал подвигов и свершений.

Ламин как учитель истории всегда живо интересовался происходящим в империи. Он любил размышлять и анализировать. Как человек образованный и прекрасно знающий историю, Ламин отчётливо видел в действиях молодого Императора огромное, всепоглощающее желание – во что бы то ни стало прославиться и навеки вписать своё имя в историю.

«Будто неуютно новому Императору в тени своего Великого предка – Яриса. Хочется пареньку славы не меньшей, а то и большей! От таких императоров чего угодно можно ждать. Ох и непростые грядут времена…» – думал Ламин, сидя в любимом кресле одним уютным тёплым вечером в сезон огня.

Помимо всего прочего, с приходом к власти нового Императора померкла и слава Ламина как создателя учебника по новой истории.

Духовенство, запустившее цепкую лапу в сферу высшего образования, забраковало множество старых учебных пособий. Вместо них Знающие маги выпустили новые учебники, одобренные Духовенством и лично Императором, и бесплатно, то бишь за казённый счёт, разослали их во все учебные заведения империи.

Ламин воспринял это на свой счёт. В его голове зародилась паническая мысль, что лично Императору Зилату не понравился созданный Ламином труд. Что учитель недостаточно усердно восхвалял его предка – Могучего Яриса и что за это Зилат в своей обиде может сделать с Ламином всё что угодно. Вплоть до самого страшного: прикажет высочайшим своим указом уволить Ламина с должности учителя Валистардской Академии!

Этого бы он не пережил. Ламин слишком долго шёл к своей цели и слишком привык к хорошей жизни.

Во избежание увольнения из Академии Ламин полностью перестал принимать деньги и даже подарки от учеников. Более того, он стал самым рьяным последователем Великого и Могучего Яриса, а также верным сторонником и единомышленником Зилата среди учителей Валистардской Академии.

Хотя, конечно же, Ламин никогда не был набожным человеком, особо не любил магов, а нового Императора попросту боялся. Но это не мешало ему на всех уроках, на которых присутствовали Проверяющие, во весь голос проникновенно прославлять Яриса, а на всех учительских собраниях, на которых Духовенство заставляло учителей менять направление обучения в нужную для Императора и магов сторону, усердно поддакивать и бурно со всем соглашаться, дескать: «Да! Совершенно верно! Давно пора молодое поколение правильно воспитывать! Молодец Император, слава ему и всем магам!»

И со временем такая оборонительная позиция, выбранная исключительно ради сохранения своего учительского кресла в любимой Академии, принесла успех.

Представители Духовенства, Проверяющие и Знающие маги начали его хвалить, всячески поощрять и даже ставить в пример другим учителям-консерваторам, не очень охотно принимающим новый уклад.

Более того, Ламина даже назначили на должность декана исторического факультета Академии! Теперь в его обязанности входило не только обучать студентов и читать им лекции. Ламину поручили курировать действия других учителей истории, корректировать учебную программу, а также входить в состав комиссий на всех выпускных экзаменах и решать, достоин ли студент носить звание выпускника Валистардской Академии.

Ламину как декану подняли жалование. Пускай и ненамного, но теперь можно было обходиться и без подарков и взяток от студентов. Благо теперь так много денег, как в первые годы преподавания в Академии, ему уже не требовалось.

Ещё и в новый дом предложили переехать. Попросторнее, со слугами и поближе к океану. Но тут Ламин отказался. Привык он за столько лет к своему жилищу, да и служаночку менять не хотелось. Вдруг новые служанки окажутся некрасивыми или не такими сговорчивыми.

Став деканом, Ламин даже обрадовался, что выбрал верную линию поведения. Улучшившиеся условия жизни и работы, возросшее уважение учеников, а главное – пост декана Академии! Об этом паренёк из небогатой семьи, проучившийся в Академии исключительно за казённый счёт благодаря своему стремлению, уму и высоким оценкам, не мог даже и мечтать! Ведь обычно руководящие посты в Академии занимали маги, и на тот момент Ламин был единственным деканом без Дара.

Всё в его жизни наладилось. Он достиг максимально возможного положения для простого человека, не обладающего Даром стихийной магии. Иногда Ламин позволял себе думать, что в какой-то степени на социальной лестнице он даже сравнялся с самими магами!

Ламин был счастлив. Он убедил себя в том, что поступил правильно, наступив на горло собственной гордости, жизненным ценностям и убеждениям, и рьяно, со страстью и усердием восхвалял и Яриса, и магов, и нового Императора.

Но спустя каких-то пару лет безграничного счастья Ламин наконец понял, что он перестарался.

Сильно перестарался. Очень сильно…

Настолько сильно, что в один прекрасный вечер, во время «летних» каникул, как говорят в Новом Тантире, а именно: на третий день первой седмицы третьего цикла сезона огня Ламин получил заказным курьерским письмом очередное повышение.

На этот раз в письме значилось:

Ламину, декану исторического факультета Валистардской Академии, автору учебного пособия по новой истории империи, отмеченному Духовенством за верность и трудолюбие, по распоряжению первого советника Императора, Мастера-наставника, ректора Семинарии, достопочтенного Авриана торжественно вручается приказ о зачислении господина Ламина в состав наставников Семинарии на должность учителя истории.

Вам вменяется в обязанность оставить ваш дом и не позднее первого дня второй седмицы третьего цикла сезона огня явиться в порт Небесных странников города Физарии, где надлежит доложиться дежурному магу о прибытии и ждать дальнейших указаний.

Примечание I

В этом письме вы найдёте послание Духовенства для управляющего портом Небесных странников города Валистарда. Проследуйте с ним в городской порт и обратитесь к страже с просьбой передать его управляющему. Послание содержит распоряжение о вашей переправе воздушным путём из Валистарда в Физарию.

Примечание II

К этому письму прилагается перечень личных вещей, которые вам дозволено взять с собой на территорию Семинарии. Вещи, не входящие в этот перечень, не будут допущены к перевозке. Их надлежит оставить в порту до вашего возвращения.

По прибытии в Семинарию вы будете обеспечены жильём и всем необходимым для работы имуществом. Вам также полагается жалование в размере удвоенного вашего нынешнего оклада.

Примечание III

Вам запрещается брать с собой родственников или иных сопровождающих лиц. В порт Небесных странников города Валистарда будете допущены только вы. Ваши ближайшие родственники, если таковые имеются, будут также получать жалование на время вашей работы в Семинарии в размере четверти вашего нынешнего оклада на человека.

Вам запрещается брать с собой домашних животных, птиц, комнатные растения, еду и воду. В случае необходимости Небесные странники, осуществляющие вашу перевозку, обеспечат вас всем необходимым.

Дочитав письмо, Ламин осознал, что его размеренной жизни с любимыми собаками, сговорчивой служаночкой и уютным домом в курортной зоне Валистарда пришёл конец.

Нарушение приказа первого советника Императора – Мастера-наставника Авриана – равносильно измене империи. Со всеми вытекающими из этого последствиями.

Равно как и чистосердечное признание Ламина в том, что его чрезмерное почитание Великого Яриса, уважение к магам и покорность Императору – не что иное, как фарс, сыгранный Ламином лишь для того, чтобы остаться на столь любимой им должности, которую всё равно отняла у него империя.