Текст книги "Одарённые (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Грэй

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 25 страниц)

Стол располагался в роскошно обставленном, уютном, небольшом зале с двумя каминами. В них даже сейчас, в тёплый вечер первой седмицы сезона дождей, уютно потрескивал огонь.

Широкие ставни окон были распахнуты, и лёгкий ветерок выдувал из зала Имперского совета излишки тепла, сохраняя комфортную температуру.

– Покушение, ваша милость. – Мастер Авриан, первый советник Императора, удобно сидящий по правую руку от трона своего повелителя, опёрся рукой о подлокотник уютного бархатного кресла, задумчиво потирая наморщенный лоб.

– И, надо сказать, неплохо спланированное и тщательно продуманное. Не просто же так этот сург затребовал себе именно топор. Насколько я знаю, его сородичи прекрасно умеют обращаться и с мечами.

– Не все кланы, Мастер-наставник, – поморщился Дэитар, сидевший напротив и чуть правее от первого советника на консервативном, по-армейски простом, но добротном деревянном стуле с высокой спинкой. – Некоторые действительно предпочитают топоры.

Мастер войны всё ещё чувствовал угрызения совести, вызванные его оплошностью. Ведь именно он позволил сургу взять этот злосчастный топор.

– Что, кстати, известно по этому оружию? – спросил Император, не отреагировав на оправдания Дэитара. – Вам удалось выяснить, почему его оказалось так сложно остановить?

– Да, владыка. В ходе длительных изысканий и опытов, проведённых над осколком, извлечённым из моего тела, можно смело утверждать, что камень был искусно зачарован.

Мастер-инквизитор, третий советник Императора, устало повёл правым плечом, и его губы на краткий миг исказились от гримасы боли.

Высокий, крепко сложенный мужчина с золотистыми волнистыми волосами до могучих плеч, ширина которых не уступала ширине плеч Мастера войны Дэитара, сейчас сидел ссутулившись, словно раненый медведь.

В отличие от роскошно одетых Мастеров, собравшихся сейчас в зале Совета, главный Инквизитор империи присутствовал на государственном совете в простой льняной рубахе, туго перевязанной белоснежной тканью в районе груди, а его правая рука висела в повязке, плотно примотанная к телу.

– Ластран! Я же велел тебе отлёживаться до полного выздоровления! – вскрикнул заметивший это Зилат. – Не хватало нам ещё потерять одного из моих Мастеров и имперских советников! И так народ встревожен.

– Присутствовать на заседаниях Имперского совета – это моя священная обязанность как вашего третьего советника и Мастера-инквизитора, Владыка. И совместимое с жизнью ранение не может освободить меня от этого.

Ластран поудобнее расположился в своём кресле – чуть более консервативном, чем у Мастера-наставника, но от этого не менее удобном, – и продолжил:

– Итак, как я уже сказал, камень был искусно зачарован.

– И какого же рода эти чары? – вкрадчивым голосом поинтересовался Ферт.

Его деревянный стул с высокими подлокотниками, почти полностью покрытый тонкой затейливой резьбой, стоял чуть в отдалении от других советников и дальше всех от императорского трона.

Официально этот трон не был главным троном империи. Тот располагался в нижних покоях дворца, в основной приёмной. Излишне роскошной и помпезной. Созданной лишь для того, чтобы вызывать восторг и трепет у подданных Императора.

Этот же трон был его сильно уменьшенной копией. Он также сохранял цветовую гамму повелителей империи Физар: искусная золотая отделка снаружи и огненно-красный бархат внутри.

Мало кто знал, что на самом деле именно на этом «карликовом троне», как его в шутку называли все без исключения императоры Физарской империи начиная с Великого Яриса, и именно в этом самом небольшом по меркам Нового дворца зале и вершилась история всей империи.

Присутствующие на Имперском совете Мастера перевели взгляды на шестого советника Императора.

– Хороший вопрос, Мастер Теней, – прореагировал Император. – Итак, Ластран, раз уж ты самым наглым образом отказываешься исполнять мою волю – заслуженно отдохнуть и отлежаться денёк, будь так добр – поделись с нами тем, что удалось выяснить твоим Инквизиторам.

Находясь наедине со своими советниками, Император мог позволить себе некоторые вольности в общении. К примеру, отбросить давно надоевшие условности, лишь отнимающие драгоценное время, и говорить прямо. По существу.

Его Мастерам, в свою очередь, дозволялось открыто противоречить и спорить со своим Императором, но только здесь. В зале Совета. Без страха уронить чью-либо честь и авторитет перед подданными. Так сказать, без лишних ушей и глаз придворных и охранников, услужливо ожидающих своего повелителя за плотно запертыми дверями комнаты.

– Смею сказать, Владыка, что над осколком работали не только мои Инквизиторы, но и умельцы-исследователи из числа аналитиков Семинарии Авриана. И именно благодаря им…

– Ближе к делу, Мастер-инквизитор! – перебил своего советника Император. – Сейчас нам важны факты, а не кто и как их добыл.

– Слушаюсь, Владыка. Итак, камень был зачарован на прочность, но не так, как это делают стихийные маги земли.

– Поясни, – приказал Зилат, хмуря брови.

– Наши умельцы способны зачаровать камень на многовековую прочность, Владыка, но при этом не сильно упрочнив его структуру.

Несмотря на недавнее серьёзное ранение, голос Мастера-инквизитора звучал твёрдо и уверенно, словно гром.

– Разумеется, камень станет прочнее, но ненамного. Фундамент или крепость, построенная из зачарованных камней, простоит намного дольше обычной, и разрушить её будет куда сложнее. Но, естественно, это возможно. При должном воздействии, например магическом, крепость удастся сокрушить. Проще говоря, наши маги-строители способны зачаровать камень лишь на долговечность, продлевая тем самым срок службы строений. Некоторые постройки, такие как старый дворец, возведённый ещё до Великой объединительной войны, стоят в Физарии и по сей день.

– И снести его – весьма непростая задача.

Дополнил мысль Ластрана немного скрипучим старческим голосом второй советник Императора, Мастер-первосвященник Церкви Яриса Тарвин.

– Хотя уже давно пора. В Физарии нынче огромная нехватка места для жилого пространства. Народ селится, строит рынки и таверны уже за пределами крепостных стен нашей столицы. А на освобождённом от старого дворца месте можно построить шикарные резиденции для знати, богачей и высокопоставленных чиновников Духовенства.

– Ну ты, конечно, нашёл время, Тарвин! – Авриан широко улыбнулся в аккуратную недлинную седую бороду. – У нас тут, вообще-то, покушение на самого Императора, а ты всё о резиденциях для своих чиновников думаешь, аргументируя это тем, что негде селиться простому люду.

– Ну так, если члены Духовенства переедут, их старые дома можно будет заселить людьми, – попытался парировать первосвященник.

– Ага! – рассмеялся Мастер-наставник. – Так они их и отдадут. Прям за просто так!

– Довольно! – Император остановился возле стола, наконец прервав монотонную ходьбу по залу, и хлопнул обеими ладонями по гладкой поверхности столешницы, опершись об неё руками. – Тарвин, сейчас действительно не время. Ластран, продолжай.

– Да, повелитель. – Мастер-инквизитор смерил перебившего его повествование первосвященника отстранённо-презрительным взглядом и продолжил:

– Так вот, на топоре сурга эффект от чар был полностью противоположный. На каменную головку топора защита действовала всего лишь несколько ударов сердца. Затем она сама собой истаяла, исчерпав запас отведённого ей времени. Но пока работала, она была практически абсолютной.

Главный Инквизитор обвёл присутствующих серьёзным взглядом.

– С подобным, признаться, нам сталкиваться ещё не приходилось. На несколько секунд камень стал неразрушимым. А главное – невосприимчивым к стихийной магии!

Некоторое время Император и его советники молча осмысливали услышанное.

– Прошу прощения, Мастер-инквизитор, но позвольте задать вопрос, – снова подал голос Мастер Теней. – Вы только что сказали, что чары прочности, наложенные на камень, действовали лишь несколько ударов сердца. Я прав?

– Да. – Ластран бросил на Ферта косой взгляд одних лишь глаз, не меняя положения головы.

– Тогда, опять же, позвольте спросить: как именно защита появилась на камне нелюди, если её эффект столь недолговечен? Вы хотите сказать, что этот белошкурый зачаровал его перед броском?

– Но это же невозможно! – подал голос Дэитар. – Тот сург был оборотнем… Как оказалось, – продолжил он говорить после секундной паузы.

– Оборотни не умеют работать с камнем и другими элементами магии земли. А два Дара одновременно – это просто немыслимо.

– Вы правы, Мастер войны, – взял слово Авриан. – Два Дара – действительно невиданное в нашем мире явление. Впрочем, и сейчас не такой случай. Ведь чары неразрушимости накладывал не он.

– А кто тогда? – спросила доселе молчавшая Калира, пятый советник Императора.

– А вот это хороший вопрос, уважаемая Мастер порядка, – благосклонно произнёс первый советник. – Вот только сейчас это не столь важно.

– В смысле, не столь важно? – воскликнул Тарвин.

– В данный момент гораздо важнее понять: когда накладывались эти чары? Как удалось добиться отложенного эффекта действия и что послужило активатором?

– Отложенный эффект? – уточнил Зилат.

– Да, мой Император, и нам удалось выяснить, что его активировало.

Авриан выдержал немного театральную паузу, затем продолжил:

– Стихийная магия.

– Поясните, Мастер-наставник. Что вы имеете в виду? – Калира крайне заинтересовалась произошедшим.

Подобных случаев отложенного эффекта зачарованных артефактов, активируемых и применяемых в нужный момент, ещё не встречалось в империи Физар.

– Я имею в виду, Мастер порядка, что чары сработали в тот момент, когда на топор обрушились заклинания доблестной стражи. Не примени они к топору боевой стихийной магии, топор бы просто отскочил от нагрудника нашего Императора или, в нашем случае, от господина Мастера-инквизитора.

– То есть… «просто отскочил»? – громко высказался Ферт. – Вы не забыли, уважаемый Мастер-наставник, что топор летел в самого Императора. Да и сила, с которой его метнул тот белошкурый в момент трансформации в звериный облик, была эм… – он на миг запнулся, – просто чудовищной!

– Соглашусь в этот раз с Мастером Теней, – нехотя произнёс Ластран. – Мои Инквизиторы действовали строго по уставу. Устранять любую угрозу царственной персоне – их священный долг!

– Да никто не обвиняет твоих Инквизиторов, Ластран! Естественно, они действовали по уставу. – Авриан недовольно нахмурился. – Никто же не знал, что на топоре были отложенные чары. Я просто рассуждаю гипотетически.

– Тебе бы только гипотезы строить. У нас тут, между прочим, покушение на самого Императора! – вернул шпильку Мастеру-наставнику первосвященник. – И вообще, почему этого сурга не проверили на наличие запрещённого Дара, а? Прежде чем волочь его в столицу империи. Да ещё на такой важный праздник, на котором, между прочим, присутствовала царственная персона!

– И это, кстати, хороший вопрос. – Зилат наконец-то оттолкнулся руками от стола и опустился на трон, откинувшись на его бархатную спинку и положив ногу на ногу. – Что скажешь, Дэитар?

– Так проверяли, ваша милость! – Мастер войны нахмурился ещё больше. – Дар ведь заметен лишь во время использования. Приставленный к нелюди Проверяющий всю дорогу от самого Седата глаз с него не спускал! И с илинита!

Дэитар постучал костяшками пальцев по столу.

– Да и кто бы мог подумать, что оборотень в одиночку совершит вылазку в наши земли? У сургов маги – такая же редкость, как и среди людей. Их берегут, а не отправляют на самоубийственные авантюрные задания. Да и патрулю Стальных панцирей, пускай даже и с магом во главе, так просто оборотня не изловить. Даже полсотни бойцов для матёрого оборотня – ещё не приговор. Шансы порешить их у него вполне имеются. По крайней мере, сдаваться без боя он бы точно не стал. Вот и не распознали запретный Дар, потому что тот сург даже в момент схватки и пленения его не использовал.

– А это, в свою очередь, может означать, что сург сам хотел, чтобы его пленили, – высказалась Калира. – Вот только зачем ему это? Чтобы добраться до кого-нибудь высокопоставленного?

– Тоже не сходится, – раздражённо ответил Дэитар, – согласно Второй заповеди Яриса, Стальные панцири обязаны были уничтожить нелюдь на месте. «Без суда и расследования». От быстрой расправы его уберегло только то, что командующим магом было принято решение допросить сурга с целью выведать, как именно ему удалось незамеченным миновать посты седьмого легиона.

– Ну, теперь понятно, как удалось, – еле слышно пробормотала Мастер порядка.

– Да, соглашусь с вами, Калира. Оборотню это сделать действительно проще, чем обычному сургу. И от илинитов на линии фронта пользы немного. Постоянно практически светятся. Во время боёв – так уж точно. Вот белошкурый в звериной ипостаси и проскочил.

– И что? – спросил Мастер Теней. – Почему нелюдь не уничтожили после допроса?

– Так мы же и приказали не уничтожать, – грустно буркнул Дэитар. – Как узнали, что сург живьём взят, распорядились привезти его невредимым в Физарию для публичной казни на праздничной церемонии. Я лично поручил доставить гонца одной из лучших команд Небесных странников из числа ветеранов моего легиона. Еле успели, кстати. Повезло, что допрос длился долго. Сург так ничего дельного и не рассказал.

– А вообще, чья была эта гениальная идея – устроить на праздновании в Семинарии кровавый поединок с нелюдью? – подал голос Мастер-первосвященник.

– Моя, – произнёс Ластран.

Все повернули головы на Мастера-инквизитора.

– Вы что, думаете, что это я всё спланировал? – от негодования в голосе Инквизитора послышались вкрадчивые стальные нотки. – Измыслил покуситься на Императора, а потом сам же его и защитил, чуть не расставшись с собственной жизнью? Вы серьёзно?

– Да, не стыкуется, – негромко сказал Авриан, поглаживая подбородок. – А кто ещё знал о вашей идее привезти сурга в столицу на празднование?

– Я, – властно произнёс Император. – Мы обсуждали с Мастером-инквизитором идею о поединке и прилюдной казни нелюди, если такая попадётся живьём, дабы напомнить людям, от кого и от чего мы, маги, их защищаем.

– А после того как владыка дал добро на проведение такой акции в будущем, я поделился этим лишь с несколькими Инквизиторами. Из тех, кому положено знать о подобном. Костяк моего ведомства. Эти бы не предали, я ручаюсь! – добавил Ластран.

Затем он немного помолчал и, собравшись с мыслями, продолжил:

– Честно говоря, я вообще считаю произошедшее крайне неудачным для нас, но совершенно случайным стечением обстоятельств. Посудите сами, господа участники Имперского совета. Что мы имеем? Сург явно преследовал какую-то собственную цель в империи. Либо разведку, либо покушение на кого-то из командного состава приграничных легионов. Глубже в империю ему просто так не пробраться, да и глупо на это надеяться. Находясь в чужой для него местности на нашей территории, он попался на глаза посту охраны, который сопровождали маги. Разумно предположив, что схватка будет для него непростой и что даже в случае его трансформации в оборотня и расправы над воинами и магами о его присутствии узнает весь легион, сург не стал применять магию в надежде, что дольше проживёт. Вот особо и не сопротивлялся при задержании. А то, что он топор свой затребовал в поединке, – это чистой воды импровизация. Он либо знал, что маги чаще предпочитают мечи, либо успел уже на арене Семинарии внимательно рассмотреть собравшихся, пока с него снимали цепи. Всё же на его глазах происходило. Вот и попробовал на авось вновь заполучить свой зачарованный топор.

– А я, как дурак, ему это позволил, – досадливо произнёс Мастер войны, прижимая правую ладонь ко лбу.

– А я всегда тебе говорил, Дэитар, что излишнее боевое благородство к врагу ни к чему хорошему не приведёт! – раздражённо произнёс Император. – Тем более по отношению к мерзкой нелюди.

– Да и вообще, – продолжил Ластран, – в самом начале поединка с Мастером войны сург бился вполне самоотверженно, явно желая победить. Пускай и ценой собственной жизни. Лишь получив ранение, он осознал, что ему не выиграть, даже перекинувшись. Увидев оборотня, даже Дэитар бы прекратил благородный поединок на честной стали и долбанул бы нормально – магией. Уж извините за прямоту, коллега. А против опытного боевого воздушника клыки и когти бесполезны. Оборотень бы даже приблизиться к Дэитару не сумел.

Ластран позволил себе слегка улыбнуться.

– Так вот, сург осознал ситуацию и понял, что шансов у него нет. И всё, что ему оставалось, – это постараться с честью и по возможности с пользой для его народа умереть. В попытке исполнить какую-нибудь благородную цель. Вот он и применил всё, что у него было: несокрушимый топор и оборотническую силу – для одной-единственной, без сомнения, подлой, внезапной и оттого весьма эффективной атаки на самого Императора. Куда уж благороднее для сурга!

Присутствующие многозначительно задумались.

– Ну не знаю, – нарушил молчание Авриан, – как-то слишком много совпадений. Всё как у менестреля в балладе – прямо по нотам.

– А я склонен согласиться с Мастером-инквизитором, – произнёс Ферт. – Вряд ли кому-то под силу такое спланировать. Слишком много слабых моментов, в которых план мог в одночасье развалиться. Как карточный домик. А ресурсов вложено немерено: и оборотень – сильная боевая единица, сравнимая с полусотней легионеров, и этот зачарованный топор… Нет, я бы на такое не поставил.

Тут первый советник Императора развернул корпус к говорившему Ферту. Для этого ему пришлось даже чуть привстать с глубокого кресла, опершись ладонями о подлокотники.

– А вот вам самому, уважаемый Мастер Теней? Скажите, лично вам под силу было бы провернуть подобное?

Ферт смутился.

– Ну, разумеется, нет, – одёрнув плечами и поправляя складки своего роскошного бархатного чёрного кафтана, ответил тот. – Для такого нужно быть посвящённым в личные беседы Императора и Мастера-инквизитора. Кроме того, необходимо договориться непосредственно с исполнителем. В нашем случае – это сург. А, как известно, Тени не ведут никаких дел с нелюдью. Согласно Второй заповеди Великого Яриса.

Ферт даже наставительно приподнял указательный палец правой руки.

– Ни сургов, ни амари я, к счастью, Ярис миловал, ни разу в своей жизни вживую не встречал. Это был первый виденный мною сург. Даю слово. Вот уж поистине захватывающее зрелище придумали Император и Мастер-инквизитор, чтобы напомнить гражданам империи, кто их защищает. Этот день точно запомнится надолго простому люду!

– Да уж, надолго! – Император аж поморщился от досады. – В любом случае оставлять такое без ответа никак нельзя. Будь то спланированная акция или спонтанная инициатива одного сурга. За такое должны ответить они все!

– Всецело поддерживаю, мой Император! – заискивающе произнёс Ферт. – Если оставить всё без достойного и справедливого ответа, нелюдь может взаправду попробовать спланировать покушение. Да и люди начнут шептаться. Ведь новость о случившемся уже разлетелась по всей империи.

– Именно поэтому я повелеваю моим советникам и командному составу северных легионов империи Физар в кратчайшие сроки составить план очистительного военного похода в земли сургов!

Император встал с трона и поднял кулак правой руки, окутанный мгновенно вспыхнувшим пламенем.

– Повиновение империи! – практически стройным хором произнесли советники, вставая со своих мест и прикладывая правую ладонь к груди.

– Ибо пусть все знают, что покушение на правящую персону не останется без ответа и будет иметь страшные последствия!

Зилат многозначительно оглядел присутствующих тяжёлым взглядом. Его кулак продолжал пылать.

– Поход – очистительно-карательный. Не нужно захватывать территории. Империи без надобности бесплодные снежные горы с постоянной вьюгой. Да и оборонять их непросто будет, когда сурги попробуют отбить свои владения обратно. Всё, что требуется от наших воинов, – вторгнуться вглубь вражеской территории и уничтожить столько сургов, сколько возможно. Без долгих поисков и выслеживаний. Если успеют сбежать – не преследовать. Да, и было бы неплохо разорить и сжечь пару их ближайших поселений. А на пепелище оставить какое-нибудь послание.

– Какого рода, повелитель? – поинтересовался воодушевлённый Дэитар. Возможность реабилитироваться и отомстить грела ему сердце.

– Не знаю. Придумайте! – отмахнулся Император. – Обратитесь к Ночным воронам. Они должны располагать примерными сведениями о том, где у сургов поселения. Воздушная разведка – дело полезное. Жаль, из-за постоянных бурь и Снежных колдуний не получается летать на шарах вглубь их владений.

– Слушаюсь! – отрапортовал Мастер войны, вновь прижимая ладонь к середине груди.

– На этом всё на сегодня, господа. Объявляю этот Имперский совет закрытым! – подытожил Зилат торжественной, положенной по уставу традиционной фразой. Пламя на его руке потухло.

Один за другим Мастера стали покидать зал.

– Мастер Ферт, Мастер Авриан, задержитесь, – негромко произнёс Император.

Дождавшись ухода остальных советников, Зилат обратился к Ферту:

– Пошли своих Теней в города и сёла империи, только пусть в этот раз они не собирают информацию, а наоборот, распространяют её. Мол, Император в бешенстве, он это без ответа не оставит. Вот, уже скоро новый карательно-очистительный поход будет, и всё такое. Пускай простой люд об этом узнает с позиции силы, а не слабости. Ты меня понял?

– Безусловно, Повелитель! Будет исполнено в точности!

Ферт подобострастно склонил свою лысую голову в низком поклоне и быстро вышел из зала Имперского совета.

Убедившись, что удаляющиеся шаги стихли, первый советник приблизился к Императору:

– Повелитель, а как же ваша затея отправить Теней на восток, к кочевникам барсарам?

– Успеется, Авриан. – Зилат устало опустился на свой трон, практически утопая спиной в мягком багровом бархате и придерживаясь за подлокотники. – Сейчас, сам понимаешь, это куда важнее. А степь… Степь никуда не денется.

Император поморщился.

– Кроме того, тут у меня возникла ещё одна идея. Если растёт количество Теней, то нужно усиливать наших стихийных магов. Всяко пригодится. И взяться за это я планирую основательно. С самых ранних лет обучения. Так что давай-ка обсудим с тобой новую ученическую реформу. Я хочу серьёзно усложнить процесс обучения в Семинарии, дабы её выпускники вне зависимости от факультетов и профессий имели знания и опыт в боевой магии. Но сперва расскажи мне более подробно про тот зачарованный топор. Что ещё узнали твои аналитики? Ведь на совете вы с Ластраном наверняка рассказали не всё. Я прав?

Осознав, что разговор предстоит долгий, Авриан прошёлся к неприметному комоду у дальней от каминов стены, извлёк оттуда искусно выполненный графин с рубиновой жидкостью и пару изысканных кубков ему под стать. Вернувшись к столу, Мастер-наставник без лишней спешки разлил приятно пахнущий напиток по кубкам и протянул один Зилату.

– Разумеется, ваша милость.