Текст книги "Одарённые (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Грэй

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 25 страниц)

Довольный собой, Дарст вытер проступивший на лбу трудовой пот. Столь проникновенные речи с возрастом давались ему не так уж и просто.

– И это далеко не всё, на что способны повелители стихий. Им подвластно и многое другое. Да пребудет с ними Ярис! – закончил он ритуальным напутствием.

– Да пребудет с ними Ярис! – отозвался класс стройным хором.

Задумавшийся о чём-то своём Арон не успел произнести эти слова вместе со всеми, и внимательный Дарст это заметил. Его губы поджались в явном неодобрении, на скулах заиграли желваки, а взгляд стал хмурым и колючим.

– Кто ещё скажет, каким образом удалось объединить страны в империю? Арон, может, ты?

– Перебить всех непокорных и перевешать возможных мятежников, – не подумав, ответил мальчик, позабыв подняться с места.

На класс мгновенно опустилась тишина. Все дети смотрели на Арона в немом изумлении, а стремительно багровеющий Дарст стал похож на помидор. Пальцы с такой силой сжали прут, что, казалось, он сейчас с треском переломится пополам.

– Ты что себе позволяешь, мелкий засранец?! – не в силах удержать себя в руках, процедил учитель сквозь стиснутые зубы. – Да за такие слова тебя не только высечь нужно, а вообще из приюта выгнать, забери тебя амари! А ну пошёл вон из класса!

Всё больше распаляясь, учитель перешёл на крик, который уже напоминал недовольный поросячий визг.

– Я сообщу о твоих словах начальнику приюта, а после ужина, можешь не сомневаться, тебя ждёт хорошая порка!

Резко погрустневший Арон медленно встал и направился к двери, но в этот самый миг повисшее молчание внезапно нарушил немного неуверенный голос Марка:

– Уважаемый Дарст, разрешите высказать своё мнение, – обратился он.

– Чего тебе?

– Н-но ведь так, по сути, всё и было, – заикаясь от волнения, попытался защитить друга Марк. Он встал, неловко переминаясь с ноги на ногу, но не отступил. – Физарские воины не щадили людей, отказавшихся сдаваться и принимать новый порядок, а также тех, кто в будущем мог поднять мятеж против зарождающегося государства.

Новичок, уловив на себе недобрый взгляд учителя, стушевался и поспешно добавил:

– Разумеется, всё это делалось исключительно во благо и для процветания грядущей империи, но это же правда!

– И ты туда же? – уже во весь голос вскричал учитель. – Не тебе, мальчишка, рассуждать, что было сделано во благо империи, что правда, а что нет! Пошёл вон отсюда вместе со своим дружком! Не видать вам достойного места в жизни, помяните моё слово! Вон! Вон отсюда!

Испугавшись не на шутку разгневанного Дарста, друзья поспешно выбежали из класса. Марк быстро захлопнул за ними дверь и, привалившись к ней спиной, громко выдохнул.

– Фу-ух! Что же теперь будет-то? – немного отдышавшись, вслух подумал он.

– Как это «что будет»? – ухмыльнулся Арон.

Сейчас он напоминал Марку беззаботного соседского мальчишку-пастуха из его прошлого, который уже привык постоянно получать нагоняй за вечные проделки от пожилой хозяйки четырёх коров, которых тот выгуливал.

– Получим розгами вечером. Э́ка не́видаль! В первый раз, что ли? – Парнишка явно храбрился, хотя в его изумрудных глазах промелькнула тревога. – Спасибо, что вступился за меня, друг! Хотя я так и не понял, зачем ты вообще полез? Все же знают, что Дарст терпеть не может, когда с ним спорят. Даже если говорить разумные вещи и приводить логичные аргументы!

– Так я же недавно здесь. Откуда мне было знать?

– И то верно. – Арон смутился. – Ладно, чего уж теперь. Пойдём? Тут до обеда торчать никакого смысла нет.

Ребята неспешно направились к лестнице. Марк молча сопел, явно не понимая, как оказался в столь плачевной ситуации, а Арон небрежно запихнул руки в карманы и продолжил:

– Когда меня за споры с наставником выгоняют из класса, – парнишка саркастично ухмыльнулся, – я чаще всего иду в библиотеку нашего приюта. Там, конечно, книг не так уж и много, но почитать есть что. Мне особенно нравится читать про историю Физарской империи и про легионы!

У парнишки даже глаза загорелись.

– Если хочешь, мы можем сейчас туда пойти. Хочешь? – увлечённо предложил Арон.

Марк, судя по всему, после пережитого испуга и перед угрозой наказания был не очень настроен на чтение. В его скупых движениях читалось желание сменить обстановку и оказаться где-нибудь подальше от приюта.

– А может, вернёмся на ту полянку? Под раскидистым дубом? – предложил он. – И погода сегодня хорошая!

Вспомнив о приближающемся сезоне дождей, новичок погрустнел ещё больше.

– Без проблем! Пойдём на улицу, – согласился Арон театрально весёлым голосом, – но потом обязательно заглянем в библиотеку!

Марк кивнул, и ребята поспешили покинуть холодные стены приюта, который уже порядком надоел Арону и произвёл не лучшее впечатление на новичка.

– Ох и зараза этот Дарст! – снова подал голос Арон, когда мальчишки уже спустились на первый этаж, миновав по пути скрипучую лестницу.

– «Не видать вам достойного места в жизни!» – изобразил он учителя писклявым голосом, насмешливо скривившись.

Марк невесело улыбнулся этой незатейливой пародии.

– Ещё увидим, кто какое место займёт! Я вот в армию вступить хочу! В третий легион, к Железным волкам. Или в четвёртый воздушный – к Имперским соколам! Всегда хотел полетать на шаре. Это же так прекрасно – летать! – мечтательно проговорил Арон.

Парнишка даже на миг замер и прикрыл глаза.

– Или лучше в шестой воздушный легион Ночных воронов. Бравые ребята! Дают жару своими ночными вылетами и степнякам, и сургам. Вот это жизнь! А потом дослужусь до первого легиона. До самой Гордости Физарии! Заявлюсь в этот приют весь такой красивый, в красном плаще да в орденах. Посмотрит тогда на меня этот мерзкий Дарст!

Парни рассмеялись. Арон, пружинистой походкой шагая вперёд и привычным движением взъерошив волосы, спросил друга:

– А ты кем мечтаешь стать?

– Не знаю, – ответил Марк, затем, чуть подумав, добавил: – Наверное, океаноходцем, как родители.

– Тогда тебе во флот! – охотно поддержал интересную для себя тему Арон. – Их у империи целых четыре. Выбирай любой! Я бы посоветовал верхний восточный. Называется «Повелители вод». Не Ночные во́роны, конечно, но тоже сойдёт. Бравые рубаки! Они, кстати, рядом квартируются. В Ки́рсте. На стыке границ империи, Барсарской степи и Сурга́ра. Будем в одном городе базироваться. А в увольнительных сможем встречаться в лучших трактирах и рассказывать друг другу, кто сколько степняков завалил! Или даже сургов! Здорово же, а?

Но его собеседник не перенял у Арона беззаботного настроя. Наморщив лоб и недобро прищурившись, словно вспоминая что-то очень болезненное, он остановился и негромко произнёс:

– Верные слову.

– Чего? – не понял будущий вояка.

– Верные слову, – серьёзным голосом повторил Марк. – Легион нижнего западного флота. Тот, что в Тантире.

– Ого! Так ты тоже разбираешься в легионах? – удивился Арон.

– Я жил там неподалёку. Но всё же ближе к Арвеге. А родители плавали из Старого Тантира через океан Надежд в Новый Тантир. Однажды они видели, как Верные слову сражались с каким-то океанским монстром! Кракеном, наверное, а может, левиафаном. Мне отец рассказывал. Втайне от мамы, конечно. Она всё боялась, что мне кошмары будут сниться.

Марк грустно улыбнулся, а затем вновь сделался серьёзным.

– Если уж и вступать в легион, то в этот. Океанских тварей валить! Чтобы другие дети всё же смогли дождаться своих родителей из плавания…

Глава 2. Под знаком Яриса

Друзья сидели на излюбленном месте Арона: на мягкой траве в тени высоченного дерева, росшего здесь ещё до объединения стран в империю. Его могучая раскидистая крона накрывала половину приюта, словно хранитель заботливо берёг маленьких постояльцев, которым и без того не повезло в жизни. Время близилось к полудню, но до обеда было ещё далеко.

В окрестностях приюта было безлюдно: все его жители и работники были на занятиях или выполняли свои обязанности.

Лишь сторож безмятежно дремал у себя в сторожке, сморённый палящим солнцем и жарой. Пожилой мужчина с пышными, идеально расчёсанными длинными седыми усами и лысой макушкой раньше был городским стражником Арвеги, хотя по выслуге лет уже давно мог уйти на заслуженный отдых.

– Не понимаю, – не унимался Марк. – Как можно быть таким вредным и самоуверенным?

– Ты всё ещё про Дарста вспоминаешь? – спросил Арон, пожёвывая кончик сорванной длинной травинки. – Да наплюй ты на него! Уже на следующей седмице нас отправят к кому-нибудь в подмастерья, где не будет работников приюта. Жду не дождусь этого дня. Хочу наконец свалить отсюда!

– Но ведь после обучения ремеслу всё равно нужно будет возвращаться в приют, – урезонил друга Марк, мельком взглянув в его ярко-зелёные глаза, в которых играли пробившиеся сквозь крону лучики припекающего солнца.

– Знаю. Но хоть какое-то разнообразие. А ты много где бывал, да? – проявил любопытство Арон.

Он даже поменял позу, развернувшись к собеседнику и привалившись на траву, чтобы видеть лицо Марка.

Тот пожал худыми плечами, на которых одежда, выданная приютским кладовщиком, висела мешком:

– Не особо. В Арвеге, да в Тантире.

– В Новом Тантире? – изумлённо перебил его друг.

– Нет, конечно, – парень усмехнулся, и в этом смешке можно было различить нотки глубокой печали. – До Нового Тантира плыть больше трёх дней через опасный океан Надежд, в котором полно чудовищ. Родители меня с собой на торги не брали. Когда они уплывали, я у наших соседей жил. У них в семье трое детей. Средний сын, с которым я общался больше других, всего на полгода меня старше. Эх-х-х… Хотел бы я у них остаться, да не сложилось.

– Почему? – участливо поинтересовался собеседник.

– Семья живёт небогато. Своих детей бы прокормить. Куда им ещё четвёртого-то? В то время, когда я у них гостил, мои родители помогали им едой. Да и серебрушку иногда отец втихаря подкидывал, я видел. А теперь… – Марк, понурив плечи, вздохнул.

Было видно, что парень переживает за людей, которые относились к нему с добротой и теплом. Серые глаза словно подёрнулись дымкой тревоги.

– Не знаю, каково им будет.

– А почему небогато-то? – удивился Арон, смахнув капризную чёлку. – Дарст рассказывал, что империя процветает. И всем в ней живётся хорошо и сытно. Особенно крестьянам в деревнях. Скотину разводят, урожаи собирают. У них-то всегда есть чем подкрепиться и что продать!

– Думаешь, всё, что говорят на уроках работники приюта, подчиняющиеся Духовенству, – это чистая правда?

Марк, лежавший на животе на мягкой зелёной траве, взглянул на друга с лёгкой укоризной и снова невесело ухмыльнулся.

– А разве нет? – Арон удивлённо округлил и без того большие глаза, окаймлённые длинными светлыми ресницами.

– Ну-у, а разве бывает так, чтоб все люди были счастливы, довольны своей жизнью и жили богато? Посуди сам: богатых не бывает без бедных, а бедных – без богатых. Когда ты тратишь деньги и становишься беднее, они никуда не исчезают, а позволяют богатеть другим.

Арон нахмурился.

– Но когда я плачу́, скажем, за булку, я становлюсь беднее на медяк, но зато у меня появляется выпечка. А тот, кто продаст мне эту булку, останется без еды, хоть и с моей монетой. Всё честно, – произнёс он, задумчиво перебирая рукой зелёную траву.

– Вот только булку ты со временем съешь, и у тебя не останется ни монеты, ни еды. А торговец вскоре продаст ещё одну и будет уже с двумя медяками. На эти деньги он купит себе меру муки и сделает из неё уже шесть новых булок. Понимаешь?

– Логично, – кивнул собеседник. – Так что случилось с той семьёй, у кого ты жил, когда родители уплывали в Новый Тантир?

– Скотина пала. Да и не только у них, но и почти у всей деревни. Прям в амбаре, за одну ночь, представляешь? Вечером всё как обычно было, а наутро заходят хозяева к животным, а те все мёртвые!

Арон затаил дыхание. Мурашки пробежали по коже. Казалось, он весь как-то подобрался и насторожился.

– Говорят, волшба запретная в округе творилась, – продолжил свой рассказ Марк.

Ему было неприятно вспоминать произошедшее с родным посёлком, поэтому его голос стал тише, и оттого слова зазвучали ещё более таинственно и устрашающе:

– Стражи порядка приезжали во главе с достопочтенным магом. Только вот не нашли никого. Даже за Инквизиторами посылали, но те не явились почему-то. Хотя если бы и нашли виновных, скотину-то уже не вернуть, а жить деревенским как-то нужно.

– Неужели империя никак не помогла бы пострадавшим от запретной волшбы? – удивился Арон, неотрывно смотря на собеседника, который с каждой секундой становился всё мрачнее.

Поднявшийся ветер трепал и без того спутанные чёрные волосы Марка, не принося должной прохлады.

– Помогла? Ага, как же! Наоборот, через шесть седмиц приехали сборщики за положенным налогом за сезон. Можешь – не можешь, а плати! Пришлось отдавать отложенное. А тех, у кого сбережения кончились, отправили на рудники. Отрабатывать.

Вдруг стало как-то душно и жарко. Яркие лучи полуденного солнца пробивались даже сквозь густую древесную листву.

– Несправедливо как-то, – буркнул Арон.

– В мире много несправедливого. Отец мне говорил, что подобные случаи встречаются нередко. И, можешь мне поверить, далеко не все люди довольны сложившимся укладом. В империи не всё так радужно, как здесь вам рассказывают.

– Нам рассказывают, – поправил друга Арон, сделав акцент на первом слове. – Ты теперь тоже приютский. И если хочешь, чтобы тебе спокойно тут жилось, лучше не умничай перед работниками приюта и не рассказывай им всего, что знаешь и думаешь. А то будешь, вон, как я, постоянно розгами получать за споры с воспитателями и наставниками. Не любят тут размышляющих…

– Это я уже понял, – угрюмо буркнул Марк.

* * *

До ребят донёсся нарастающий стук копыт. Обернувшись на звук, они увидели, как в раскрытые ворота въехала роскошная карета, запряжённая четвёркой ухоженных, красивых, белых лошадей.

Кучер в торжественном светлом кафтане и белой рубахе с накрахмаленным воротником выглядел крайне серьёзным и взволнованным. Только когда лошади остановились у входа в приют, он с явным облегчением выдохнул и устало вытер со лба проступивший пот.

Карету сопровождали двое всадников в форме городской стражи. Поверх тёмно-серых мундиров они носили стальные кирасы, отражающие попадавшие на них солнечные блики. На голове у каждого был шлем обычной круглой формы, на поясах висели мечи в ножнах, а за спинами, на манер заплечных сумок, находились круглые окованные щиты.

Когда процессия остановилась, всадники спешились и передали поводья мигом очнувшемуся от сладкой дрёмы охраннику приюта.

Едва заслышав приближающийся цокот копыт, тот резко вскочил со своего деревянного табурета, сперва схватился за сучковатую дубинку, служившую ему оружием, а затем стремительно побледнел от накатившего волнения.

Стражники распахнули дверь кареты и, вытянувшись по струнке, замерли по обе стороны от неё.

Из кареты вышел мужчина в чёрной рясе. Был он немного худощав, высок и обладал достаточно приятной внешностью и спокойным, внимательным взглядом, какой мог иметь только очень уверенный в себе человек. Кожа на его лице была смуглой, что сразу выдавало в приезжем господине уроженца южных городов империи Валистарда или Сунара. У него был большой нос с горбинкой, а длинные чёрные волосы доходили до плеч. Тёмные глаза обрамляли длинные ресницы и густые брови.

Застывшим от неожиданности мальчишкам сразу в глаза бросался висевший на широкой серебряной цепи поверх чёрной рясы, сверкающий под лучами солнца знак Яриса – ромб, по углам которого располагались инкрустированные драгоценными камнями четыре объёмных символа стихий. Сверху находилась сероватая закрученная спираль воздуха, слева – три языка красного пламени, справа отливала синевой капля воды, а снизу – тёмно-коричневый камень. В центре символа Яриса красовался прозрачный огранённый илини́т внушительного размера.

– Маг! – выдохнул изумлённый Марк.

– Не просто маг, а один из Духовенства! – подал голос Арон, даже привстав со своего места. – Видишь, ряса чёрная. Более того, это, скорее всего, Проверяющий! Даже… – тут его глаза расширились. – Не просто Проверяющий! Это Ищущий! Смотри, какой большой илинит в его ромбе. Этот драгоценный камень способен отслеживать магию и запретную волшбу!

Появившийся маг небрежно огляделся. Окинув мимолётным цепким взглядом здание приюта, он брезгливо поморщился и одёрнул подол своей рясы. Затем неспешно направился к зданию, давая время своим охранникам быстро обступить его с двух сторон.

Когда новоприбывшие почти подошли к дверям приюта, один из стражей распахнул входную дверь и довольно шустро пробежался глазами по скудно обставленной зале первого этажа.

Не найдя ничего подозрительного, он юркнул внутрь. Следом вошли маг и второй стражник.

– Эй, Арон! И ты, паря, новенький, не помню, как там тебя! – окликнул скрипучим голосом застывших под деревом ребят охранник приюта, который спешно хлопотал у коновязи. – Вы чего здесь развалились? Где должны сейчас находиться?

– На занятиях средней школьной группы, – растерянно ответил Арон. – Но наставник Дарст нас выгнал.

– Вы что, не видите, что ли, кто к нам пожаловать изволили? Сам господин досточтимый маг! А ну, быстро в класс! Заодно и Дарста вашего предупредите: вдруг к вам в класс зайти изволят.

Друзья поспешно вскочили и быстро побежали к приюту.

* * *

Добежав до класса, мальчишки без стука ввалились внутрь, точно подгоняемые какой-то неведомой силой.

– Вы что? – удивлённо воззрился на них учитель. Казалось, его и без того узкое лицо вытянулось, став похожим на каплю.

А вот надменность с него так и не слетела. Прут в руках дрогнул, словно желая пройтись по спинам нарушителей спокойствия.

– Последнего ума лишились? Или совсем страх потеря́…

– Там, это… Господин маг приехал! – перебивая наставника, выкрикнул Арон, немного отдышавшись и поправляя растрепавшиеся во время стремительного забега волосы, лезущие в глаза. – Проверяющий. А может, даже и сам Ищущий!

По классу пронеслись удивлённые вздохи и шёпот, а лицо Дарста побледнело. Арон втайне обрадовался, что ему всё-таки удалось на миг сбить спесь с вредного учителя.

Слегка неуверенной походкой Дарст приблизился к окну и медленно, с опаской выглянул на улицу.

– Сели на свои места. Живо! – спустя несколько секунд прошипел он, одним косым взглядом заставив Арона и Марка юркнуть за свои парты. – Тишина в классе! – прикрикнул учитель, оглядев застывших детей и отходя от окна. – Если и впрямь Ищущий, то точно к нам пожалует. Возможно, как раз из-за вас он и приехал.

Последнюю фразу Дарст проговорил еле слышно, себе под крючковатый нос. Затем, погрузившись в размышления, он несколько ударов сердца молчал.

– Когда к нам зайдут, не забудьте поприветствовать вошедших, как подобает их статусу. Вам ясно? – произнёс наставник, наконец выйдя из раздумий и поспешно пряча прут в ящик рабочего стола.

Детвора возбуждённо закивала, а Дарст принялся лихорадочно приглаживать свои и без того зализанные чёрные волосы.

– Итак, продолжаем. Ольса, – обратился учитель к сидящей за первым столом рыжей девочке. – Ты хотела нам рассказать, почему мы почитаем Яриса и следуем его заветам. Мы тебя слушаем.

Ольса начала вставать из-за стола, как вдруг дверь класса без стука открылась, и в кабинет вошли четверо: двое городских стражников, начальник приюта и человек в чёрной рясе с ромбом Яриса на груди.

Дети поспешно встали со своих мест.

– Здравствуйте, господин Кисар! – хором поприветствовали они начальника приюта.

– Здравствуйте, здравствуйте. Садитесь, – дружелюбно махнул рукой взрослый полноватый невысокий мужчина в дорогой коричневой кожаной куртке, удобных на вид таких же коричневых штанах и изящных щегольских сапожках из побелённой мягкой кожи.

– Господин Кисар! Как приятно, что вы зашли на наше скромное занятие, – подобострастно склонился в поклоне преподаватель.

– Я не так уж и редко посещаю своих воспитанников, Дарст, – важно проговорил начальник, суетливо поправив воротник своей куртки, и украдкой от второго мага одарил учителя таким сердитым взглядом, что тот побледнел.

– Конечно, конечно! И каждый раз прикоснуться к мудрости вашего магичества для нас – сродни празднику! – стараясь загладить оговорку неприкрытой лестью, залепетал наставник.

– Сейчас речь не об этом, – перебил учителя Кисар, поворачиваясь к детям и обводя их внимательным, немного взволнованным взглядом. – Итак, класс, позвольте представить вам нашего гостя. Это достопочтенный маг по имени Сара́х. Состоящий в Духовенстве служитель могучего Яриса. Прибыл к нам из самой столицы империи. Для чего? А это поведает вам уже он сам. Прошу вас, Сарах, – произнеся эти слова, начальник приюта отступил назад и с небольшим поклоном сделал гостю приглашающий жест, указав рукой сначала на него, потом на детей.

Сарах вышел вперёд и какое-то время молчал, медленно и вдумчиво оглядывая съёжившихся под его пристальным взглядом учеников, словно тоже позволяя маленьким обитателям приюта себя рассмотреть.

Но через мгновение мага словно подменили. На его лице появилась доброжелательная улыбка, а движения и мимика стали непринуждёнными, будто Сарах захотел войти к детям в доверие и немного разрядить сложившуюся обстановку.

– Благодарю, Кисар.

Голос прибывшего мага был приятным и располагал к своему обладателю.

– Дорогие дети, я рад поприветствовать вас от лица всего Духовенства. Ведь каждый из вас в будущем, несомненно, займёт достойное место в нашей с вами великой империи! – с улыбкой проговорил он, непоколебимый в своих словах. – Кстати, уважаемый учитель… Дарст, верно? – повернулся маг к преподавателю.

– Д-да, да! – старательно закивал головой наставник, вытягиваясь по струнке.

– Скажите, пожалуйста, какая сейчас у вас тема урока?

– Э-э-э, Великая объединительная война и создание великой Физарской империи, – от волнения Дарст даже не заметил, как повторился. Его до этого дребезжащий голос, не один год вводивший в страх многих приёмных детей, перешёл на заискивающий тон.

– Замечательно! – усмехнулся Сарах, и на его лице на краткий миг промелькнуло явственное отвращение к подхалиму.

Опытному магу из Духовенства хватило времени, чтобы сложить в своей голове психологический портрет наставника приюта.

– Да, империя Физар действительно великая. Да пребудет с ней Ярис!

– Да пребудет с ней Ярис! – хором повторили все присутствующие.

– Молодцы, дети, – похвалил ребят маг. Стоял он при этом горделиво, с ровной спиной и расставленными на ширину плеч ногами, заложив обе руки за спину.

Эта поза придавала ему значимости и веса в глазах людей, присутствующих в классе.

– Вижу, вы хорошо знакомы с традициями и чтите могучего Яриса. Это похвально, да-а-а… Ведь Ярис – воистину могуч! Именно Он создал нашу империю и был сильнейшим из магов! Повелителем всех четырёх стихий! Ни до Него, ни после никому ещё не удавалось объединить в себе даже два магических Дара, а Он сумел подчинить своей воле мощь сразу всех четырёх первоэлементов! Это дало Ему поистине великое могущество. Ведь, как известно, обычный маг способен распоряжаться силами лишь одной стихии.

По классу пронёсся восторженный шёпот, а Сарах продолжил говорить хорошо поставленным, уверенным и таинственным голосом, завораживая своих маленьких слушателей:

– Во времена Великой объединительной войны, в пылу сражения под Валистардом, Ярис в одиночку стёр с лица земли половину вражеской армии! Он обрушил на врагов огненный вихрь, а землю под ногами непокорных заставил разверзнуться. После этого дерзнувших противиться Его воле бедолаг стали заливать подземные источники, пробившиеся на свет по Его повелению. Спустя лишь несколько минут почти всё враждебное воинство очутилось в новосотворённом болоте. Солдаты противника полностью утратили возможность сражаться и мечтали лишь о спасении своих жизней. После этой битвы сие деяние Яриса назвали «Гибельным болотом». Оно всё ещё находится там как напоминание и предупреждение, что случится с теми, кто дерзнёт пойти против империи и её Бога.

Произнося эту великолепно отрепетированную речь, Ищущий поочерёдно заглядывал детям в глаза, внимательно наблюдая за их реакцией.

– А во время осады Бреара именно Ярис смог сокрушить стену города, – продолжил маг, начиная неспешное движение вдоль ученических столов. – До того дня Бреар считался полностью неприступным! Даже валистардская армия за долгие годы бесчисленных войн так и не смогла его покорить. И орды восточных кочевников, совершая набеги, раз за разом разбивались о его стены, будто волна о могучий утёс. И неизбежно отступали, заплатив кровавую цену за свою дерзость. Но армию Физарии было не запугать крепкими стенами. Ведь воины знали, что их ведёт могучий маг!

Сарах сделал несколько неторопливых шагов вдоль рядов, позволяя детям представить эту картину. В классе стояла такая тишина, что было слышно лишь стрекот кузнечиков за открытым окном.

– Подойдя к Бреару, физарцы выстроились в боевые порядки и стали ждать приказа. Вперёд вышел Ярис со своей свитой и телохранителями. Те должны были прикрывать господина от вражеских стрел и метательного оружия, пока Ярис будет творить чародейство. Сконцентрировавшись, будущий первый император начал атаковать выбранный Им участок стены всеми четырьмя стихиями по очереди. Первым в стену полетел огромный огнешар. Следом, со свистом рассекая воздух, устремилось множество водяных стрел. Затем взмыли ввысь вывороченные из земли огромные валуны, направляемые воздушными потоками, и с грохотом обрушились на верхушки укреплений. А земля в основании стены, повинуясь воле мага, пошла глубочайшими трещинами, уменьшая тем самым прочность находящейся на ней конструкции. Стена не выдержала и дрогнула. А её защитники, кому не посчастливилось в этот момент находиться в обороне, не устояли на ногах, и многие сорвались вниз с дикими криками!

Ученики оживились:

– Здорово!

– Действительно – великий маг!

– А что было дальше?

– А дальше было непросто, но Ярис справился! – улыбнулся Сарах. Он горделиво вскинул голову, будто сам совершил это великое чародейство. – Спустя час непрерывного, планомерного воздействия в могучей стене образовалась брешь. Физарцы сразу же получили приказ к атаке. Воодушевлённые увиденным подвигом, воины возликовали и ринулись в образовавшуюся прореху. В тот день вместе с частью городской стены рухнул и миф о неприступности Бреара. Его защитники пали духом, и столица некогда могучего государства была захвачена в кратчайшие сроки.

Выдерживая драматическую паузу, Сарах прохаживался по классу, пристально наблюдая за детьми.

Те, затаив дыхание, заворожённо слушали мага из Духовенства и глядели на него во все глаза. Даже Арон, который после недавнего разговора с Марком пообещал самому себе проще реагировать на наставления, которые дают в приюте, и не принимать все слова на веру, поддался всеобщему восторгу.

– Не щадил Ярис и залирских некромантов, демонологов и прочих тёмных колдунов, чьи ковены расползлись по всей Залирии и окрестностям Тантира, – продолжил гость. – Более того, поговаривают, что Верховный совет, правящий тогда в Залирии, сам целиком состоял из проклятых колдунов. Много горя познали в те времена обычные люди: мор, болезни и голод были наименьшими из их проблем и страхов. А вот что действительно пугало, так это вероятность угодить под жертвенный нож чёрного колдуна и умереть в жестоких муках, присущих мерзкому ритуалу! Ярис со стихийными магами и Его войском без жалости, не считаясь с потерями, уничтожали злобных колдунов, упокаивали жадных до крови мертвяков и истребляли призванных демонов.

На этих словах Ольса, сидящая за первым столом, громко ойкнула и зажмурилась. Услышав вскрик, Сарах посмотрел на девочку. Затем перевёл взгляд на символ веры, висевший на груди, и, отчего-то недовольно поморщившись, продолжил:

– Сражался Ярис и с сургами на севере. Как известно, до Великой объединительной войны те обитали не только у себя в горах, в Сургаре, но и на землях южнее: между Зали́рией и Бреа́ром, над самой Физарией. Называлось их мерзкое государство Урсург. Обрушив на нелюдь мощь всех четырёх стихий и ярость своих воинов, Ярис уничтожил многих. А выживших прогнал на север, в горы Сургара к сородичам. С той поры границы наших земель простираются до самых гор!

Учитель Дарст, скромно стоящий подле своего стола, завистливо покачал головой. Ему было не под силу столь крепко и виртуозно завладеть вниманием всего класса.

– Военные подвиги могучего Яриса можно перечислять очень и очень долго, – тем временем продолжал свой рассказ Сарах. – И вы, несомненно, ещё услышите многие из них. Но Ярис славится не только своими свершениями на поле боя! Одержав победу в Великой объединительной войне, Он объединил все шесть государств в великую империю Физар и был по праву провозглашён первым физарским императором. Правил Он честно и справедливо и в первую же седмицу издал три основных указа, наиболее почитаемых всеми до сего дня и навеки. Ныне они известны нам как «Три заповеди Яриса». Кто скажет, о чём Первая заповедь?

Как и всегда, первая взметнувшаяся рука принадлежала рыжеволосой Ольсе. Ищущий благосклонно кивнул.

– О разрешённом волшебстве и о запретной волшбе, – несмело произнесла девочка.

– Верно! – Сарах улыбнулся. – Первая заповедь гласит: «Только магия четырёх стихий законна и допущена к использованию в империи Физар и в остальном мире. Всё прочее есть опасная, вредоносная и впредь незаконная тёмная волшба, именуемая запретной. А люди и нелюди, запретную волшбу творящие, колдунами и ведьмами прозываемые, подлежат суду и истреблению. Жестокому и публичному, через сожжение, коли вина их будет доказана». О чём следующая заповедь?

Будто ожидая этого вопроса, руку поднял Морис и, получив разрешение говорить, быстро скороговоркой произнёс:

– Вторая заповедь – о мерзкой нелюди! Сургах и амари!

– Правильно, – кивнул Ищущий. Его лицо изменилось: стало более загадочным и в то же время немного пугающим. – И звучит она так: «Только люди имеют право жить и находиться на территории империи Физар. А сурги, с гор спустившиеся, и амари, из лесов вышедшие людям на погибель, подлежат немедленной казни без расследования и какого-либо суда. Как враги рода людского». Про кого же Третья заповедь?

– Про магов империи! – выкрикнул кто-то с задних парт, не поднимая руки.

– Точно! – Сарах даже не обратил внимания на дерзость. – Третья заповедь – о повелителях стихий. «Маги стихийные, честные первоэлементы – огонь, воду, землю и воздух – призывающие. В помощь себе и добрым людям, а также на погибель врагам отныне и впредь есть опора трона и защитники империи Физар. Славьте их и уважайте за силу и могущество. И будут они к вам добры и справедливы».