Текст книги "Убить Бен Ладена (ЛП)"

Автор книги: Делтон Фьюри

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 25 страниц)

К счастью, наши коллеги из ЦРУ также были не в настроении сидеть сложа руки, и Джордж постоянно подстрекал Али к нападению. Наше немедленное развертывание в горах могло бы побудить бойцов Али к действию или даже пристыдить их, и эта идея постепенно набирала обороты.

Что Али действительно было нужно, даже если он еще не знал или не желал этого, так это наглядный пример. Если совместить лучшие из современных рекламных слоганов Корпуса морской пехоты, здесь требовалось «Несколько хороших парней», чтобы отправиться в горы и доказать, что «Превосходящие умы всегда побеждали превосходящие силы».^[88]

Мы, американские спецназовцы, должны были доказать генералу, что можем действовать в горах, окруженные «Аль-Каидой» днем и ночью, а не проштамповывать свои табели рабочего времени в конце рабочего дня. Мы, конечно, планировали исполнить желание Али, сбросив побольше «огненных шаров» в горную крепость Бен Ладена, смертоносных бомб из чрева бомбардировщиков B-52 и B-1, бомб, падающих с большой высоты и хирургической точностью, чтобы разрушить скрытые пещеры, которые защищали неуловимых террористов. Но нам также нужно было увидеть, куда падали снаряды по отношению к позициям врага и хорошо замаскированным входам в пещеры.

И мы становились все более нетерпеливыми. Мы хотели сделать это поскорее! Как утверждал греческий писатель Еврипид еще в 425 году до нашей эры: «Бог войны ненавидит колеблющихся».

*

После десятичасовой поездки из Баграма через Кабул, а затем на восток в Джелалабад, ребята наконец присоединились к Мэнни на окраине города. Некоторое время спустя Джим благополучно разместил их в большом двухэтажном «безопасном доме» в Джелалабаде, предоставленном добрым генералом Али.

Чтобы раздробить колонну, впереди, на час раньше, выдвинулись снайперы. Когда у их головного пикапа лопнула шина, как раз напротив неспокойного городка Соруби, колонна остановилась, чтобы подождать, пока его отремонтируют, и это привело к тому, что замыкающие машины оказались все еще в центре города. В течение считанных мгновений сотни местных жителей, многие из которых были вооружены автоматами АК-47, высыпали из магазинов и рыночной площади. Все выглядело так, словно кто-то наступил на гигантский муравейник.

Некоторые дети с любопытством полезли под брезент, прикрывающий оборудование в кузове грузовика, а один дерзкий молодой вор просунул руку в открытое окно и схватил GPS-навигатор «Гармин» с приборной панели, а затем бросился обратно в толпу. Даган, один из снайперов «Дельты», вылез с заднего сиденья, вооружившись для самообороны только спрятанным пистолетом «Глок», и начал играть с детьми, чтобы отвлечь их от возни с грузовиком.

Группа вооруженных местных жителей начала раскачивать «Лендровер» британских спецназовцев из SBS, потому что они отказались выходить из него. Когда Даган попытался сдержать толпу, вдруг из ниоткуда вылетел камень и ударил его по затылку. Теперь наш товарищ кипел от ярости. Он запрыгнул обратно в грузовик и велел водителю просто нажать на газ и смываться отсюда, пока все не стало намного хуже.

Теперь, после долгой утомительной поездки, они находились на конспиративной базе, и прежде, чем получить долгожданный отдых, парни потратили некоторое время на мелкое техническое обслуживание пикапов. Дом защищали четыре окружавшие его высокие стены, но на всякий случай, если решат появиться какие-нибудь незваные гости, Джим отвел парней на второй этаж, а проводников-моджахедов оставил на первом.

Нам не терпелось доставить снайперов и бойцов штурмовых групп в здание школы, чтобы мы могли кое-что сделать. Одно было ясно наверняка: наступит утро, и ребята не будут сидеть на школьном дворе с книжками-раскрасками и воздушными шариками. Они приедут голодными и попытаются отхватить кусок пожирнее.

И в отличие от Аллаха, Милосердного и Сострадательного, «Дельта» не планировала проявлять пощаду, милосердие, или сострадание к «Аль-Каиде».

*

В тот день генерала Али ждали несколько посетителей, совет старейшин – местная Шура. Мы заметили их, как только они вышли из своих машин, и постарались убраться с глаз долой. Это была оживленная компания, примерно дюжина старцев с длинными седыми бородами и темной кожей, с глубокими морщинами от десятилетий безжалостного Солнца. Все были одеты в псевдо-официальную одежду – большие ярко-желтые тюрбаны с соответствующие накидки. Ходили слухи об американских солдатах, прибывших в Тора-Бора, чтобы помочь генералу бороться с «Аль-Каидой», и старейшины были обеспокоены этим. Они напомнили Али, что это не истинный мусульманский путь.

Генерал заверил их, что он держит все под контролем. Пока он командовал, американцам были не рады. Это было почти то же самое, что сказать, что нас там еще не было. Но убежденные в его искренности, вероятно, подмигнув и кивнув, старейшины кишлака пообещали Али свою поддержку в устранении Бен Ладена.

Поскольку в этом странном политическом танце каждый сделал то, что от него требовалось, старейшины пообещали активизировать местную версию программы «Наблюдение за окрестностями» ради выявления любых признаков наличия Бен Ладена. Потом они ушли.

*

Джордж, Адам Хан и я встретились с Али в последний раз в его спальных покоях, когда день подходил к концу. Ботинки сняты у двери, а чайные чашки стоят посередине ковра.

Главной темой, представляющей интерес для генерала, было состояние сброса бомбы BLU-82, который несколько раз откладывался и теперь ожидался рано утром следующего дня. Я предположил, что изменение времени бомбардировки явилось безрассудной идеей кого-то, кто очень далек от реалий поля боя. Скорее всего, какой-нибудь штабной офицер просто выполнял свою работу, пытаясь дать лучший совет своему командиру. Но большая бомба заставила нас всех ждать.

*

Джордж ввел генерала в курс дела, Адам Хан скрупулезно перевел, а Али утвердительно кивнул, сказав, что он планировал воспользоваться сбросом бомбы, как только это будет безопасно, атаковав примерно двумястами бойцами. Резерв из еще двухсот бойцов будет находиться поблизости, чтобы придать его действиям некоторую гибкость.

Его танки также развернутся в полную силу, и один из них выдвинется дальше в предгорья, чтобы открыть прямой огонь прямо по долине. Атаку поддержат также несколько минометов с востока. Всегда любезный хозяин, Али настоял, чтобы мы были его гостями в этой специальной поездке на передовую, чтобы понаблюдать за мастерством его бойцов. Все это звучало хорошо, но ужасно нереально.

Заявленный рубеж безопасного удаления для бомбы BLU-82 составлял четыре тысячи метров, что означало, что все дружественные силы должны были находиться от предполагаемой точки удара на таком значительном расстоянии. Если кто-то реально ожидал, что моджахеды своевременно воспользуется результатами взрыва, и атакуют в суровых горах Тора-Бора, то это расстояние должно было сократиться примерно до четырехсот метров! Даже у профессионально подготовленной армии оказались бы связаны руки, если бы она выдвигалась четыре километра в гору под минометным, ракетным и стрелковым огнем в середине дня.

Несмотря на это, мы подавляли свое желание пролиться отрезвляющим дождем на выступление нашего хозяина. По крайней мере, он проявлял определенную инициативу и, наконец, демонстрировал наступательный настрой.

Я вежливо попросил генерала как можно больше информировать нас о том, как далеко его войска продвинулись на юг, чтобы мы могли скорректировать бомбовые удары и убедиться, что наше оружие убивает нужных людей. Как только Адам Хан начал переводить просьбу, спальня генерала озарилась вспышкой, и мы повернулись как раз вовремя, чтобы увидеть впечатляющий удар в горах через окно спальни. Земля под зданием школы затряслась. Улыбка генерала Али стала еще шире!

Джордж похвалил его за его действия на сегодняшний день. После этого комплимента, словно по сигналу, радио ожило возбужденными криками на суровом пушту. Некоторые из его людей заметили вражеские бойцов, спускающиеся с холмов, направлявшихся к небольшому кишлаку, а силы Али находились в засаде. Генерал просиял от гордости, будто отец, у которого родился первенец, и махнул нам рукой, как бы говоря: «Видите, мы здесь делаем правильные вещи».

*

Наша встреча вернулась к оперативным вопросам. Джордж спросил Али, откуда он планирует руководить сражением, как только все пойдет своим чередом. Ответ был, конечно же, уклончивым, и он вернул пас обратно сотруднику ЦРУ.

– Куда бы вы ни пошли, я пойду с вами, – сказал он, указывая на нас с Джорджем.

Генерал был довольно оптимистичен в отношении поиска Бен Ладена. Он сказал, что его люди мотивированы и благодарны Америке за помощь и готовность предоставить ей «специальных коммандос». Его люди были преданы делу до конца и не подведут. С этими словами мы отодвинули наши чашки в центр ковра, неуклюже поднялись на ноги, снова надели ботинки и выскользнули на холодный ночной воздух.

*

После встречи с Али я был готов завалиться спать на пару часов прямо на грязном цементном полу нашего собственного здания, но этому не суждено было случиться.

– Сэр, есть сообщение от командира, которое вы, возможно, захотите прочитать. – Берни, наш связист, сообщил мне эту новость, как только я вошел в дверь нашего углового класса. В комнате было темно, если не считать ярко-зеленых светодиодных дисплеев на ультрасовременном аппарате связи, слабого мерцающего света керосиновой лампы, купленной на месте примерно за пятьдесят центов, и экрана маленького портативного компьютера Toughbook.

Полковник Эшли запрашивал координаты мест, где мы планировали разместить наши снайперские группы и сообщал, в каком районе они планировали наводить бомбардировщики. По его словам, он должен был «накормить зверя».

Я прокомментировал это сообщение Берни:

– Можешь себе представить, какое давление там оказывается, если оно продавило четыре или пять уровней командования, чтобы нам передали нам этот запрос?

И дело было не только в том, что генералы в несколько слоев дышали Эшли в затылок, требуя информацию. Как он объяснил:

– Все, начиная с ПОТУСа, запрашивают подробности.

Все это дошло до Белого дома, потому что ПОТУС – это аббревиатура президента Соединенных Штатов.^[89]

– Берни, вот именно поэтому по эффективности уничтожения террористов мы никогда не сравняется с израильтянами, – сказал я. – У нас слишком много бюрократических уровней и лиц, принимающих решения, которые подавляют инициативу и тратят драгоценное время.

Прежде чем ответить встревоженному начальству, находящемуся выше по служебной иерархии, я кратко проинформировал Айронхеда и Брайана о деталях встречи, когда с гор донеслась очередная вечерняя колыбельная грохочущих бомб, обрушившихся на позиции «Аль-Каиды».

После этого я открыл свой блокнот, вернулся к маленькому ноутбуку и написал тему сообщения: «Ночной разговор у камина с генералом».

– Какого хрена, – съязвил я парням. – Если даже Джордж Даблю Би настолько озаботился задаванием вопросов,^[90] то кто мы такие, чтобы задерживать шоу? – начал писать я.

9

«Косилка маргариток»

*Тора-Бора *

Это имя так знакомо

Оно звучит так близко, так древне, так сложно

Так пещерные комплексы становятся свидетелями конфликта

Между новейшими, самыми высокими, самыми смертоносными современными технологиями

И самой примитивной, отсталой, бессмысленной теологией

*Курдский поэт Камаль Миравдели *

Наконец, долгожданное время сброса бомбы BLU-82 было назначено на ранние утренние часы девятого декабря. Не было смысла сбрасывать большую бомбу ночью, когда боевики «Аль-Каиды» грелись в своих пещерах, а моджахеды проводили свое вечернее отступление, поскольку в темноте они не играли, а пресса не могла быть свидетелем взрыва.

В то утро почти все в нашем расположении встали рано, чтобы посмотреть шоу. Оперативники ЦРУ собрались тесной группой перед невысокой каменной стеной сразу за зданием школы, каждый из них был одет частично в афганскую одежду, частично в стильную одежду от компании North Face. Некоторые гордо стояли, обняв друг друга, некоторые держали в руках свои АК-47. Чтобы сделать фотографию на память, один из оперативников держал небольшой кусочек картона с надписью: «Тора Бора, передовые силы, BLU-82, 9 декабря 2001 года», нацарапанной толстыми черными буквами. ЦРУ ликовало, было уверено в себе и надеялось на поворотный момент в этой битве.

Генерал Али также появился рано утром, одетый в свою белую пижамную одежду, свою фирменную темно-коричневую кожаную куртку и коричневый паколь, чтобы защититься от утреннего холода. Хотя ЦРУ и пообещало отличные результаты от взрыва бомбы и, безусловно, выглядело довольным собой, генерал по-прежнему испытывал определенные опасения. Он схватил портативную радиостанцию и связался со своими передовыми командирами, чтобы убедиться, что все его бойцы отошли на минимальное безопасное расстояние от запланированной цели, расположенной глубоко в горах.

Огромная бомба называлась «косилка маргариток», и ее не сбрасывали со времен войны во Вьетнаме, когда она использовалась в качестве простого способа расчистки джунглей для мгновенного создания посадочной площадки для вертолетов. Естественно, ЦРУ раздуло свои возможности, и, услышав о знаменитой наработке, я также ожидал зрелищного шоу.

Над нами, на фоне ясного голубого неба, высоко над вершинами высотой 14000 футов, появилось маленькое темное пятнышко. С северо-запада курсом на юго-восток в район вошел самолет МС-130 «Комбат Тэлон», на такой большой высоте, что, казалось, он едва двигался. Любой боевик «Аль-Каиды», проснувшийся на рассвете, должно быть, с любопытством посмотрел вверх. Они уже привыкли к четырем белым инверсионным следам, оставляемым бомбардировщиками В-52, летящих на высоте 30000 футов, или к истребителям-бомбардировщикам, пролетавших ниже, но тут было нечто другое. Неуклюжий МС-130 мог выглядеть как грузовой самолет, но в его брюхе было что-то такое, с чем вражеские бойцы никогда ранее не сталкивались.

Как и следовало ожидать, после своей экстраординарной работы за последние пять дней, загруженный наблюдательный пункт с позывным «Виктор Браво Ноль Два» дал добро воздушному судну на сброс своего груза. «Боевой Коготь» освободился от него и резко отвернул от цели на запад, как будто взрыв мог дотянуться и сорвать его с небес.

– Вот она, вон она идет! – крикнул один из оперативников ЦРУ. – Берегись, «Аль-Каида»!

– Не хотелось бы мне сегодня утром стоять на посту рядом с плохими парнями, – прокомментировал другой.

Здесь я хотел бы написать о шоке и благоговении, огненных шарах и сотрясающем горы громе, чтобы описать тот взрыв, который произошел в 06:11 по местному времени. Мы ожидали мощного удара, который сотрясет здания и на мгновение приподнимет нас с ног.

На самом деле, в школе мы почти не ощутили под ногами никакого дрожания. Пуф, – и большая бомба взорвалась. И ради этого мы подорвались так рано? Первые сообщения, поступившие от пилотов, наблюдавших за ударом с высоты, говорили о возможной «неполной детонации». Другими словами, нельзя было сказать, что бомба совсем не взорвалась, однако она и не поразила противника, как заявлялось, с максимальной разрушительной силой.

Но все это не имело значения – генерал Али явно ожидал более яркого выступления. Он понятия не имел, взорвалась ли она должным образом, но ему не потребовалось много времени, чтобы точно выяснить, где она упала.

По радио разносились отчаянные доклады его людей, сообщавших, что бомба упала рядом с ними. Мы все внимательно слушали, как на протяжении нескольких минут безостановочно в эфире раздавались сигналы бедствия. Генерал посмотрел на парней из ЦРУ и взмахнул руками, указывая в сторону гор, продолжая передавать команды своим людям.

Али сказал, что «косилка маргариток» упала на один из хребтов далее к востоку, примерно в пятистах метрах от своей цели и взорвалась рядом с позициями одной из его групп. Мне не нужен был перевод, чтобы понять явное разочарование генерала.

Адам Хан достал свой собственный портативный спутниковый телефон и набрал код быстрого набора, чтобы связаться с Гэри Бернтсеном из ЦРУ в Кабуле. Гэри ответил так быстро, что казалось, будто он ожидал этого звонка.

– Не похоже, чтобы BLU-82 взорвалась, – спокойно сказал Адам Хан. – Генерал от этого в бешенстве и очень зол. Он говорит, она попала не в то место.

Гэри на это не купился и рявкнул в ответ:

– Передай этому сукиному сыну, что бомба попала туда, куда нужно, и взорвалась правильно!

Адам Хан не стал спорить с шефом ЦРУ.

– Ну, это был не ахти какой взрыв, – сказал он и отключил связь.

К счастью, вслед за шоу со сбросом BLU-82 через пару минут последовала пара бомбардировщиков B-52, которые уложили в районе три отдельные цепочки из многочисленных «джидамов». Первая серия умных бомб внешне выглядела как линейный удар по гребню хребта, и генерал Али в полном смятении вновь начал размахивать руками и громко кричать нам, что эти бомбы также попали в места, где скрывались его люди. По-видимому, моджахеды проигнорировал предупреждения отступить на минимальное безопасное расстояние в 4000 метров.

Вторая серия, по-видимому, стала более точным ударом и попала точно в то место, где, по словам Али, и должна была приземлиться BLU-82. Наконец-то было за что радоваться. Генерал и несколько бойцов с ним подпрыгивали от радости, скача вокруг, как дети, наблюдая за многочисленными вспышками массивных красных и оранжевых взрывов, которые сменились затем поднимающимся густым темно-серым шлейфом дыма.

– Да, да, да, – сказал Али, – Вот где «Аль-Каида!» [sic!]

Третий удар B-52 оказался гораздо менее впечатляющим, чем два предыдущих, он был нанесен дальше к западу, хотя и ближе к нам. Временная эйфория Али испарилась, и он еще раз дал нам понять, что ВВС промахнулись. Произведенные быстрые вычисления дали нам вероятность успеха как один к четырем, или только 25 процентов. Нехорошо. Бомбардировщики B-52 показали отличное шоу и были довольно точными, но главным блюдом в меню должен был стать эффектный взрыв BLU-82, предоставленный американским налогоплательщиком, и он не оправдал ожиданий.

*

В оправдание ВВС США мы можем сказать, что неудачно или нет, но та бомба приземлилась именно там, где летчикам было указано ее положить. Все, что нужно было сделать пилотам, – направить свой самолет в нужную точку сброса и позволить ей разорваться, – то они и сделали. Вся вина за неудачный бомбовый удар должна была быть возложена в другом месте.

Ни один афганец, находившийся на поле боя, не мог взглянуть на одну из наших карт или даже на одну из русских карт времен советско-афганской войны и точно сказать нам, где находились очаги обороны вражеских боевиков. На самом деле, они не могли сказать нам даже, где находятся бойцы дружественных сил. Лучшее, на что можно было надеяться, – это хорошее предположение, в зависимости от того, куда указывал со стороны моджахед.

Именно эта совершенно бесхитростная техника использовалась для обозначения цели для BLU-82. Перехват радиосигнала, когда Бен Ладен общался со своими боевиками в горах, обеспечил нам его грубое местоположение, а местные жители подтвердили, что это текущее местоположение Бен Ладена.

Примерно за день до нашего прибытия генерал Али сам уточнил цель. Он стоял у здания школы и указывал на то место, где находился главный террорист. Когда обсуждение закончилось и пришло время отправить местоположение цели военно-воздушным силам, эти координаты и были переданы.

Либо местность была прочитана неправильно, либо в отправленных координатах была опечатка, но бомба попала точно туда, куда и должна была, – однако отклонилась почти на тысячу метров. Какова бы ни была причина, это стало вопиющей ошибкой.

Это событие еще раз подчеркнуло абсолютную необходимость размещения парней из «Дельты» в этих горах для создания наблюдательных пунктов, которые могли бы обеспечить необходимое высокотехнологичное целеуказание, а не просто оценку «вот там», основанную на указании пальцем.

Бен Ладен однажды сказал, что долг всех мусульман – убивать не только американских военнослужащих, но и любого американца, который платит налоги. Если бы несколько десятков крылатых ракет «Томагавк», запущенных в 1998 году по местечку Завир-Хили недалеко от Хоста, в отместку за взрывы посольства США в Африке, не произвели на него впечатления, мы бы вскоре познакомили его с тоннами бомб, любезно предоставленными теми же американскими налогоплательщиками. И хотя шумиха затмила само представление, я уверен, что в то утро внимание Бен Ладена привлекла сама мощь «косилки маргариток».

Больше ту картонную табличку ЦРУ с фотографией я никогда не видел.

*

Через тридцать минут после сброса BLU-82 к зданию школы подкатили десять пикапов «Тойота» со снайперами и штурмовиками из «Дельты». В Джелалабаде им удалось поспать всего час или около того, прежде чем отправиться в последний этап своего путешествия. Трехчасовая поездка прошла без происшествий, за исключением нескольких остановок, чтобы подобрать дополнительных бойцов моджахедов и перекусить на придорожных привалах. Им даже удалось увидеть падение BLU-82 и последующие вспышки «джидамов», освещавшие горный склон ранним утром.

Парни все улыбались, и стало большим облегчением увидеть их снова: Кейвмен, Сталкер, Стормин, Грампи, Мёрф и Крэпшут, – вот лишь некоторые из них. Большинство из них были бородатыми, с длинными волосами, свисающими сзади и по бокам их традиционных афганских шерстяных шапок-паколей. Они отправлялись в путешествие, которое запомнят на всю оставшуюся жизнь.

Я мельком увидел, как генерал Али украдкой взглянул на этих парней из своего дверного проема. Даже он не смог устоять перед желанием взглянуть на такой потрясающую группу американских коммандос.

В то время как бомбы грохотали вдоль хребтов и долин каждые двадцать минут или около того, мы быстро ввели ребят в курс дела, чтобы сориентировать их в обстановке в этом районе. После основных событий они сложили свое снаряжение в своем временном новом доме и укрыли транспортные средства внутри стен комплекса.

Айронхед и Брайан координировали разведку позиций «Аль-Каиды» для Джима, еще одного опытного сержант-майора отряда «Дельта», который только что прибыл, и в течение часа они убыли. Было крайне важно, чтобы эти командиры внимательно изучили то, что я уже увидел накануне, чтобы проверить качество моей информации и планов. Имея всего одну машину и несколько «духов», сидящих на заднем сиденье, они проскользнули мимо прессы и без происшествий добрались до Минометного холма.

В небе висел бомбардировщик, поэтому «Аль-Каида» затаилась и позволила им полюбоваться окрестностями и сориентироваться на своих картах, но когда двадцать минут спустя самолет покинул воздушное пространство, проснулись минометы, и несколько мин упало в пятидесяти метрах от них. К этому моменту они увидели уже достаточно, и, не имея необходимости более испытывать судьбу, трое самых опытных спецназовцев на поле боя вернулись в здание школы.

Я собрал командиров групп, чтобы проинформировать их об изменениях в концепции нашей работы, возникших с тех пор, как мы покинули промежуточную базу сосредоточения несколькими днями ранее. У нас не хватало терпения сидеть сложа руки или надеяться, что нам повезет с «золотым самородком» разведки. Вместо этого, при полной поддержке наших друзей из ЦРУ, мы были полны решимости ловить у себя в «Дельте» собственную удачу, форсировав события, добившись успеха и поднажав на генерала Али, чтобы усилить давление на Усаму бен Ладена. Ожидал ли американский народ чего-то меньшего?

Наша первая задача состояла в том, чтобы разделить группу «Кило» с тем, чтобы удвоить пару уже выставленных наблюдательных пунктов. НП 25-А, занятый «зелеными беретами» группы «Кобра-25» в течение последних двух дней, находился в восточных предгорьях в нескольких километрах от линии соприкосновения и в непосредственной близости от долины Агам. Остальные «зеленые береты» только что присоединились ко второму наблюдательному пункту, НП 25-B, который прикрывал западную часть поля боя, недалеко от долины Вазир.

Эти два наблюдательных пункта были либо неизвестны Бен Ладену и его боевикам, либо «Аль-Каида», по крайней мере, решила с ними ничего не делать. Оба разведоргана проделали невероятную работу до нашего прибытия, но находились в четырех милях от линии фронта и не могли заглянуть за дальние хребты, где атаковали моджахеды. Мы планировали выйти за рамки обеих текущих наблюдательных пунктов и создать новые и гибкие передовые позиции, чтобы принять на себя их обязанности.

Хотя «зеленые береты» оказались на наблюдательных пунктах первыми, нам тоже нужно было направить туда людей «Дельты», потому что наши ребята были знакомы с текущим планом игры, нашей тактикой и способами ведения боя, имели совместимые радиостанции и понимали замысел командования. Чтобы сохранить единство управления, нам требовалось принять тактический контроль над позициями, чтобы улучшить взаимодействие во время боевых действий. Последнее, чего мы хотели или в чем нуждались, – так это еще один инцидент с дружественным огнем, наподобие недавней трагедии в Кандагаре 5 декабря, когда чтобы помешать талибам пересечь мост, был нанесен бомбовый удар. Заблудший «джидам» попал не в то место, убил трех «зеленых беретов» и ранил полдюжины других американцев летящими осколками и камнями.

Как и ожидалось, наше требование передать управление стало источником значительных трений с командирами «зеленых беретов» в вышестоящих штабах, но, как это часто бывает, когда два элитных подразделения оказываются на одном и том же участке поля боя, ребята на местах в конечном итоге разобрались во всем ради общего блага.

Мы задействовали снайперов из группы «Кило», Джестера и Дагана, чтобы они первыми вышли на поле боя и подготовились к выводу на НП 25-А в тот же день, девятого декабря. Как только они соединятся с 5-й группой «зеленых беретов» и получат возможность ознакомиться с местностью, они должны были продвинуться дальше и разведать места в глубине, где мы могли бы создать новые НП и срезать углы, получив возможность тем самым вести наблюдение за высокими хребтами.

Нам отчаянно нужны были глаза и уши на обратных склонах этих хребтов, чтобы проводить то, что военные называют «операциями по конечному наведению» или ТГО – причудливый способ направлять бомбы на намеченные цели, либо с помощью лазерного целеуказателя, либо путем предоставления координат GPS.

Другая половина группы «Кило» должна была быть готовой к переезду на следующее утро, чтобы усилить другой пункт, НП 25-B.

Оставшаяся часть разведывательного отряда должна была подготовиться к предполагаемому выводу в течение двадцати четырех часов, при этом военнослужащие штурмовых групп должны были находиться в режиме ожидания как в качестве сил экстренного штурма, если мы получим оперативную информацию о местонахождении Бен Ладена, так и в качестве сил быстрого реагирования, если наблюдательные пункты 25-А и 25-Б попадут в беду.

Разведывательный отряд был «накачан». Увидев выражение глаз оперативников, я понял, что этих парней будет трудно удержать. Я молился о том, чтобы мы засекли Бен Ладена.

*

Вернувшись со своей разведки на передовой, сержант-майор отряда Джим повел одного из парней из ЦРУ вокруг здания школы, чтобы осмотреть горы. Он посмотрел на самую высокую точку, которую мог разглядеть невооруженным глазом, сверился со своей картой, снова поднял глаза и приложил палец к отметке этой вершины на карте. Легенда на карте подтверждала, что он смотрел на высоту 3212, которая располагалась посреди нескольких других, немного более низких вершин. Джим взял компас и мысленно отметил магнитный азимут в 172 градуса.

Парень из ЦРУ провел пальцем по краю своей собственной карты и начал объяснять, на что они смотрят. Потом указал влево.

– Половина разведгруппы №572 находится вон там, на том участке возвышенности. Это НП 25-А, – заявил сотрудник ЦРУ.

Джим кивнул.

– Хорошо, теперь покажи другой НП.

– Ммм, вон там. Это НП 25-Б, – сообщил парень из ЦРУ, указывая на юго-запад. – Видите вот те три горные вершины, которые довольно пологие? Вот та самая высокая – это высота 3212, самая высокая в этом районе, и она находится прямо на границе с Пакистаном.

Джим на мгновение замер, а затем повернулся и посмотрел на агента ЦРУ. Ты, должно быть, шутишь. Нет, он не шутил. Человек из ЦРУ неправильно определил самую высокую вершину в пределах видимости из здания школы.

– Дай мне свою карту, приятель, – спокойно сказал ему Джим. – Это определенно не высота 3212, это высота 2685. Высота 3212 находится примерно в двух тысячах метров далее на юго-восток. – И он провел пальцем по карте, прежде чем вернуть ее.

– Хм? Ты уверен? – застенчиво спросил агент Управления, внимательно изучая свою карту. – Черт возьми, может быть, так оно и есть.

Джим приподнял бровь и пошел прочь. Неудивительно, что бомбы иногда доставлялись не по тому адресу.

Он с трудом переносил всякую туфту, и я сам много раз получал этот молчаливый выговор в виде изогнутой брови на протяжении более чем трех лет, которые мы с Джимом провели вместе в качестве командира отряда и сержант-майора.

Джим был шести футов ростом, обычно носил бейсболку и щеголял темной густой козлиной бородкой, которую сбривал только раз в год, для своей обязательной ежегодной фотографии для управления кадров Министерства обороны. Я считал его одним из лучших операторов в «Дельте» и воином XXI века, который был сопоставим с французским командиром XVII века Жаном Мартинé, чье имя вошло в историю как синоним слов «строгий» и «упрямый». Временами Джим мог быть почти деспотичным надсмотрщиком, но разница заключалась в том, что его уважал каждый человек в нашем здании.

По службе он вырос в 3-м батальоне рейнджеров и перешел в элитный разведывательный отряд 75-го полка, прежде чем внял призыву «Дельты». Вскоре после возвращения из Панамы он оказался в горах на северо-востоке Соединенных Штатов на отборочных испытаниях в отряд, которые для него оказались почти формальностью, так как Джим был словно предназначен для «Дельты». Физическая часть испытания оказалась почти смехотворно легкой для мускулистого, но удивительно гибкого и быстрого рейнджера. Он был не так быстр, как некоторые другие, но никто не мог по-настоящему обогнать его. Джим стоял бы рядом с вами до конца, пока вы не уволитесь или один из вас не отключится.

Он был одаренным стрелком со своим собственным уникальным стилем стрельбы из пистолета .45-го калибра, который был незаметен невооруженному глазу, но если бы он немного замедлил темп стрельбы и позволил бы вам хорошо ее рассмотреть, то вы бы не поверили своим глазам. Было поразительно, насколько быстрее он мог извлечь пистолет из кобуры и уложить две пули в круг величиной с десятицентовик на лбу мишени, используя свой запатентованный необычный стиль. Мы вместе отстреляли на стрельбище тонны гильз, и все равно я обычно все еще искал свой прицел, когда Джим уже проверял свою стреляную латунь.