Текст книги "Охотница за Артефактами для Начальника Драконьей Полиции (СИ)"

Автор книги: Дарья Ковлева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 27 страниц)

Глава 13. Воля Богов

Пробуждение было сложным. Голова гудела, в глаза, будто песка насыпали. А ещё эти странные гортанные крики прямо над ухом. Я подняла чугунную голову и поняла, что ко всему прочему уснула в неудобной позе. Вся левая сторона онемела, но я всё-таки приняла вертикальное положение. Пусть не привычным слитным движением, а как вышло, но вокруг происходило что-то, в чём поскорее надо было разобраться.

И зачем, скажите, так орать?

Спустя пару мгновений я очень даже поняла зачем, – на месте, где лежал связанный Арон, было пусто. Можно было решить, что воины вэйху просто увели пленника, если бы не их испуганные и одновременно злые лица, и попытки свалить вину друг на друга.

Вот гад! Я бегло осмотрела хижину. Как ему это удалось? И почему я ничего не услышала? А потом вспомнила странный сон и окончательно пришла в себя. Если это было насланное ведение, то судя по результату, подействовало оно на всех, кроме одного хитрого блондина.

В голове тотчас всплыло воспоминание о змеином внушении при первом свидании с вождём и то, насколько я оказалась перед ним беспомощной. Я передёрнула плечами и задумалась, почему Арон не воспользовался своей способностью раньше? И возможно ли, чтобы вэйху упустили этот момент? Нет, что-то здесь не сходилось, но что именно додумать я не успела, – в хижину вошёл сын вождя.

Лаарг застыл на пороге, перекрыв единственный источник света. Но несмотря на то что его лицо заслонила тень, было ясно: он вне себя от гнева. Воины вэйху при виде него смолкли и замерли на своих местах.

После чего Лаарг гаркнул всего два коротких слова. Для себя я их перевела как «все вон». Во-первых, потому, что воины мигом покинули хижину, а во-вторых, сын вождя приблизился ко мне.

– Вставай. Пойдёшь со мной.

Похоже, единственного оставшегося пленника он не стал доверять никому. Я решила его не злить. По крайней мере, пока не разберусь с обстановкой. Поэтому послушно поднялась и с предельно независимым видом направилась на выход. Зря я надеялась, что на свежем воздухе появится больше манёвров для побега.

Стоило покинуть хижину, как меня тотчас окружили те самый проморгавшие блондина воины, а Лаарг, будь он неладен, схватил за шею сзади. Я мотнула головой в попытке освободиться и болезненно зашипела. В ответ жилистые пальцы сжались сильнее.

Чтоб они отсохли!

Во всём селении царила странная тишина, от вчерашнего праздника не осталось и следа. Я заметила напряжённые лица женщин и мужчин. Они, как и вчера, собрались на небольшой площади и чего-то ждали. Спустя десяток шагов воины, идущие впереди меня, расступились, а Лаарг толкнул меня в шею, заставив пасть на колени перед шаманом.

Тот сидел у возвышения с артефактом, скрестив ноги и демонстрируя сородичам рисованные драконьи глаза. Рядом с Туэем стояла глубокая чаша с чем-то тёмным и дурнопахнущим. Меня замутило. Я опёрлась о связанные руки и чуть ли не ткнулась носом в пыльную землю, так мне стало нехорошо.

Телесные муки не имеют силы над воином Тени .

Память услужливо подсунула одну из заповедей йекшери. Я сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, отстраняясь от неприятных ощущений. Показывать вэйху свою слабость, было последним делом и имело смысл лишь в случае тактической хитрости. Пока же следовало держать лицо.

Я выпрямила спину и бесстрашно глянула на шамана. Тот картинно распахнул глаза, дав знак кому-то за моей спиной. Судя по звукам, воины разошлись в стороны, оставляя меня с ним наедине.

Опрометчиво.

Даже со связанными руками, мне было чем удивить этого неприятного вэйху. Я успела представить, как оказываюсь сзади и беру беззащитную шею Туэя в захват, а после, – как уворачиваюсь от ядовитой иглы. Вряд ли сумеречные драконы решатся выпустить в мою сторону что-то покрупнее, пока в моих руках жизнь их шамана.

Но пришлось сдержаться. Внезапно проснувшееся внутреннее чутьё подсказало, что это плохая идея. Словно в ответ на мои мысли, Туэй кивнул. Затем поднялся и взошёл к еле мерцающему Сердцу Дракона.

– Я обращался к предкам. Обращался к небу, великому океану, огненной реке и земле, – громогласно начал он. – Я слушал зверей и птиц. Говорил с деревьями и камнями. Вопрошал Богов.

Шаман резко развернулся.

– Я просил их о мудрости! Просил дать ответ. Просил помощи и о милости. И они послали мне знак. Дух Руи Анато говорил со мною этой ночью.

По толпе пронёсся благоговейный вздох. Я же нахмурилась. Почему Шаман говорит на всеобщем языке? Значит ли это, что представление лишь для меня? Или дело в чём-то ином?

– И ты, чужачка! – Морщинистый палец, как и вчера, указал в мою сторону, а в голосе промелькнуло презрение. – Исполнишь его волю!

– С чего бы? – скривилась я.

– Ты смеешь мне перечить? Смеешь перечить Великому Духу?

– Успокойся Туэй. – Позади раздался спокойный голос вождя.

Анато степенно взошёл по плитам и встал напротив шамана.

– Не медли. Яви нам волю Богов.

Туэй отступил на шаг. Склонил голову, качнув пёстрыми перьями в сложной причёске. А после заговорил низким утробным голосом, словно бы это и не он.

– Осквернивший Руи Анато, окропит своей кровью Дух Предка. Войдёт в чертоги Дакири и предстанет пред ней, возложив на алтарь душу свою. И тогда сотрясётся земля, потекут огненные реки, а небо осыплется пеплом. Запоёт Сердце Руи Анато, а народ вэйху вернёт свою мощь!

Шаман замолчал, а раскатистое эр-р-р ещё гремело по округе, вызывая в теле дрожь и странное волнение. Я увидела, как висящий в воздухе кристалл вспыхнул, разбросав алые блики, и услышала, как вэйху позади меня попадали на колени.

На миг шут Туэй превратился в глас потусторонней воли. Кажется, он и сам не ожидал произошедшего. Руки его подрагивали, а из носа тонкой струйкой сбегала кровь.

– Да будет так, – прервал звенящую тишину вождь.

Меня вздёрнули вверх чьи-то руки и толкнули к плитам. Лаарг, – догадалась я. Сын вождя дотолкал меня до вершины возвышения и, продолжая держать за плечи, замер за моей спиной.

Туэй, уже пришедший в себя, вытащил из-за пояса короткий нож и подошёл ко мне.

– Катхано , – выдохнул он и полоснул лезвием по моему предплечью.

Проклятье! Рука вспыхнула болью. Я дёрнулась, но Лаарг держал крепко. Тем временем Туэй собрал мою кровь в горсти и окропил кристалл.

– Воля Богов озвучена. Воля Богов будет исполнена, – обратился Анато к столпившимся у возвышения вэйху.

– Ты обманщик и подлец, – не вытерпела я. – Твоё слово не стоит и тухлого яйца.

Вырываться из рук Лаарга было бессмысленно, но я всё равно попыталась.

– Молчи, йекшери, – гневно сверкнул глазами Анато. – Тебе оказана великая честь! К тому же я сдержу обещание. Ты увидишься со своими мёртвыми. Не этого ли ты так хотела?

Я потрясённо застыла.

В этот момент через толпу протолкался один из воинов. Упал ниц перед вождём и что-то выпалил на местном наречии.

– Я так и знал, что далеко он не уйдёт, – удовлетворённо кивнул Анато. – Кицкри Хеей Сувара, Тонг, – бросил короткий приказ он, после чего перевёл холодный взгляд на меня. – А ты отправишься к Хурьям . К встрече с Дакири, следует подготовиться.

Глава 14. Ночь не время для сна

Дакири – древняя подземная богиня вэйху, а её чертог – тайное и мистическое место, сокрытое ото всех. Вот куда я стремилась всем сердцем: окунуть руки в прозрачные воды реки Памяти и встретится с теми, кто давно перешёл черту. Туда меня обещал отвести вождь Анато. И судя по намёкам, уже завтра я попаду, куда так рвалась, но не тем путём, которым предполагала.

Бездна! Думала ли я, что всё закончится так… Глупо? Нет. Маятник судьбы качнулся, дабы восстановить Равновесие, и его не волнует, что я всё просчитала. В чём же ошибка? Жребий ясно дал понять, – артефакт надлежит вернуть. Я думала, поступаю правильно, но оказалось всё гораздо сложнее.

В одно мгновение я превратилась из оружия в жертвенную пешку. И это означало, что я что-то упустила. Или не заметила. Или… Поддалась за личной выгодой. Вот та самая непростительная ошибка. И с чего я решила, что одно другому не помешает? Взялась за дело, желая получить вознаграждение сильнее, чем восстановить Равновесие.

Глупая Рута.

Бугристая стена холодила спину. Вдалеке монотонно капала вода. Меня поместили в пещеру Раздумий: небольшой каменный мешок, заполненный камнями и змеями. Хурьи, – так их называли сумеречные драконы. Были ли среди них ядовитые, я понятия не имела. Впрочем, это было неважно. Чтобы найти решение ребуса, в которой я внезапно стала переменной, пришлось уйти в глубокий транс.

Преимуществом такого состояния было то, что змеи меня игнорировали, я для них не существовала, а меня не беспокоил пол, устланный камнями, и невозможность поспать в удобной позе. В трансе такие мелочи не имели значения.

Ум спокойно дрейфовал в условном нигде, поочерёдно перебирая все события, приведшие к той точке, в которой я находилась. А также припоминая все значительные и не очень детали, складывая их между собой, отделяя друг от друга и снова складывая.

Где я просчиталась, меня уже не слишком волновало. А вот то, как выбраться из сложившейся ситуации, очень даже. Что я могу противопоставить толпе сильных мужчин, не обделённых пусть и малой, но магической силой, а также в совершенстве владеющим несколькими видами оружия?

Ловкость. Бесстрашие. Игнорирование боли. Быстрота. Смекалка.

И каким образом это может помочь?

Перед глазами возникла узкая каменистая тропа. Она вела от селения до пещеры, и на ней помещалось не так много вэйху. По пути сюда меня вели на верёвке, видимо, чтобы я не соскользнула в кусты или по скалистому скату. Обратно, скорее всего, поведут так же. Один воин спереди, несколько сзади, а по бокам крутые скаты с острыми камнями и густые непролазные джунгли.

Есть смысл рискнуть. Попроситься в кустики, изобразить немощь или тошноту, чтобы отвлечь своих охранников. И если всё получится, попытаться улизнуть и спрятаться в зелёных зарослях…

Вслед за этим я представила, как бегу, утыканная стрелами, уворачиваясь от боевого бумеранга. План выходил так себе. Даже если мне удастся сбежать, то перехитрить вэйху, которые родились в этих лесах, будет очень и очень сложно.

Ещё варианты? Мне требовалось нечто особенное. Что-то, над чем вэйху не имели бы власти, а значит, никак не смогли повлиять. Думай, Рута, думай. Выход есть всегда, даже если это выход в Бездну.

Я затаила дыхание. Вот оно. Ответ лежал на поверхности, но я упёрлась в то, что потеряла связь с Тенью. Только ведь для того, чтобы нырнуть в Бездну, не всегда нужна Тень. Иногда достаточно просто немного умереть.

В трансе я практически не испытывала эмоций, но от последней мысли, по телу пронёсся потусторонний холод. О хитрой лазейке, всплывшей в памяти, я знала из Великого Трактата, то есть представляла, как действовать лишь теоретически. Практиковаться в подобном мне просто никто бы не дал. Хотя, если бы у меня получилось, наверное, наставник бы гордился мной. Насколько это уместно для воинов Тени…

Повертев свежую мысль со всех сторон, я решила оставить этот способ на крайний случай. Помереть я всегда успею. Мне бы выжить. И вернуть связь с Тенью. Нож по-прежнему не слушался, так что оставалось работать с другими своими талантами, перечисленными ранее.

Я вздохнула и открыла глаза. Плана по-прежнему не было. Мне вдруг стало до того смешно, что я прыснула вслух. Одна из змей тотчас пришла в движение. Холодный чешуйчатый бок коснулся ноги, и я усилием воли, заставила себя не шевелиться.

Змея обвернулась вокруг лодыжки и подняла плоскую голову, словно всматривалась мне в лицо. Я напряжённо выжидала, – кинется или нет? Хоть руки и были по-прежнему связаны, я легко могла свернуть ей шею. Лунный свет, проникающий сквозь зарешеченный выход, рассеивал плотную тьму. Так что поднявшую голову змею и её подружек, претворяющихся спящими, было хорошо видно.

Но если свершить задуманное, это может спровоцировать остальных. Поэтому я медленно вдохнула и вернулась в транс. Тело, успевшее напрячься, начало расслабляться, и спустя какое-то время, я не ощущала ничего кроме невесомости. У меня ещё оставалось несколько часов до рассвета, и я хотела потратить их с пользой. Поэтому отправила ум дрейфовать в свободном плавании и искать новые зацепки.

В себя меня вернул омерзительный скрежет.

Я открыла глаза и поняла, что время вышло. Воины вэйху убрали запирающую вход решётку, после чего один из них шагнул внутрь, сел на корточки и тихо запел. Заклинатель змей давал мне возможность выбраться из пещеры. При этом я физически ощущала исходившее от вэйху, ожидающих меня, напряжение, а также невидимые стрелы, нацеленные в мою голову.

Вчера я подобной чести не удостоилась, а те, кто провожал меня в пещеру, вели себя расслабленнее и веселее. Что поменялось за эту ночь? И почему у воина, встречающего меня на выходе, такое лицо, будто он кого-то похоронил?

Глава 15. Смертельное Испытание

– Каитуку!

– Вайн пурья !

– Каитуку!

Неприятные гортанные выкрики и мужские, и женские, полетели со всех сторон, как только меня вывели из джунглей. В глаза ударил свет восходящего солнца, поэтому я не сразу разобралась, что к чему. А когда зрение восстановилось, поняла, что полные презрения голоса предназначались не мне.

В глаза бросилось гибкое, изящное тело в коротком простом платье, смуглая кожа идеального оттенка, длинные лоснящиеся волосы, собранные во множество кос, тонкие щиколотки и запястья, выразительное лицо. Даже сейчас, когда девушка была прикована к позорному столбу, а на её плечах и спине виднелись багровые следы от плетей, в ней было столько достоинства, что хватило бы на всё племя вэйху целиком.

Я сглотнула. От подобного зрелища тщательно выстроенная внутренняя защита чуть не разлетелась вдребезги, но я смогла её удержать. Какие бы чувства ни вызывало у меня увиденное, сейчас им было не время и не место. Хотя где-то на краю сознания остался плавать вопрос, что же эта селянка такого натворила? Ведь вряд ли вэйху осудили её за природную красоту? Хотя, если учесть, что большая часть местных женщин имела более грубые черты лица, это могло быть правдой.

Отмахнувшись от вопроса, не имеющего к моему выживанию ни малейшего отношения, я внимательно огляделась. Меня привели на широкий выступ горы. Теперь мне стало понятно, почему я не узнала тропу и почему, продираясь сквозь джунгли, мы в основном взбирались вверх.

Отсюда хорошо просматривались взгорья, покрытые лесами, и сверкающий край моря. Сам плоский выступ порос мягкой травой и был окружён массивными валунами с начертанными на них знаками – местное подобие божественных идолов, только без чёткого образа. Те возвышались мрачными тенями и были раза в два больше самых крупных мужчин.

Поляна Испытаний, – догадалась я. Здесь вершилась воля местных Богов под руководством Туэя. Здесь мне придётся либо расстаться с жизнью, либо попытаться воззвать к Бездне.

Страха я не испытывала. Подавила ещё до выхода из пещеры. Он мешал трезво мыслить. и мне не хотелось бы отвлекаться на это чувство, если придётся использовать вариант с Бездной. Впрочем, его я по-прежнему держала на крайний случай. Меня не оставляла надежда улизнуть от вэйху иным способом.

Я вновь заскользила взглядом по округе, но глаза то и дело притягивались к несчастной. Я смутно припомнила, что видела её в доме вождя, но тогда она держалась поодаль и в тени. Да и мне было не до того, чтобы пристально разглядывать женщин Анато.

– Каитуку!

Кто-то бросил в истерзанную пленницу камень, а Лаарг ведущий меня на толстой верёвке, как на поводке, сплюнул.

– Что она сделала? – не удержалась от вопроса я.

После того как меня вывели из пещеры, я так и эдак пробовала разговорить своих сопровождающих, просилась отлучиться «по важным делам», откровенно высмеивала их страх, что я сбегу, но всё, чего добилась, – это тяжёлый взгляд Лаарга. Так что сейчас не особо надеясь на ответ.

Но внезапно сын вождя решил удовлетворить моё любопытство.

– Она пошла против воли Анато. И теперь ожидает наказания.

Бросив это, он задрал подбородок и добавил что-то на языке вэйху. В его голосе прозвучал надменный холод. Я бросила короткий взгляд на воина, чьё похоронное лицо поразило меня при выходе из пещеры с хурьями. Проходя мимо несчастной, тот спрятал глаза. И не только он. Я внимательно вгляделась в собирающуюся толпу, в ней явно не все разделяли решение вождя.

Лаарг дёрнул за верёвку, и пришлось идти за ним. Он подвёл меня к столбу с девушкой и привязал конец верёвки к его основанию. С провинившейся вэйху нас разделяло с десяток шагов. Я не смогла сдержаться и снова бросила на неё взгляд.

Похоже, наказание плетьми ей досталось ещё вчера. Значит ли это, что ночь она провела здесь под открытым небом? Но даже если нет, раны никто не обработал, как не позаботился о том, чтобы смуглую кожу не терзали дотошные насекомые. Жестоко.

Наши глаза встретились. В огромных чёрных омутах я не увидела страха. Лишь сожаление и какую-то болезненную отрешённость. По спине пополз противный холодок, – я знала подобные взгляды. Так смотрят в Бездну перед прыжком, решаются на что-то, понимая, что возврата не будет. Так смотрят воины Тени, вступая в бой с неравным противником, зная, что умрут.

Внезапно наступившая тишина напомнила, что не время отвлекаться. Я тряхнула головой и перевела взгляд на вышедшего из джунглей шамана. В этот раз он превзошёл сам себя: головной убор стал богаче и пестрее, уж не знаю, сколько попугаев ему для этого пришлось ощипать. На шее красовалось объёмное ожерелье из клыков и ракушек. Рисунки на теле тоже умножились, а уж лицо и вовсе было полностью разрисовано. Наверное, всё вместе это должно было устрашать, но почему-то смешило.

Я демонстративно уселась в траву там, где стояла. Верёвка, привязанная к столбу, натянулась, но, похоже, этого никто не заметил. Лаарг опрометчиво замер спиной ко мне, другие воины вэйху рассредоточились по окружности поляны. Пришедшие понаблюдать за представлением селяне расселись перед ними. Я отрешённо заметила, что детей среди них не было.

Туэй важно ступал, в окружении таких же раскрашенных помощников, чинно неся перед собой глиняную урну. Следом за ними шёл мрачный Анато. В отличие от шамана, довольным он не выглядел, скорее подавленным, хоть и старался этого не показывать. Происходящее становилось всё более занимательным, и я бы непременно уделила поиску разгадки больше внимания, если бы не время, которое буквально утекало сквозь пальцы.

– Внемлите! Вакоронго!

Голос шамана разнёсся, усиленный магией. Заполз под кожу, закружил сухим ветром. Похоже, Туэй был сильнее, чем показался мне при первой встрече.

– Сегодня великий день! Он станет началом новой жизни для вэйху. Не только оттого, что мы отдадим положенную дань чертогу Дакири, но и потому, что очистим нашу землю от скверны!

Морщинистый палец ткнул в сторону привязанной девушки.

– Предателям нет места среди нас.

Туэй поднял руки с урной к небу и заговорил на своём языке. Выплёвывая слова и делая долгие паузы. Всё внимание было приковано к нему, и я решила этим воспользоваться. Метнулась взглядом к каменистому краю обрыва. Вслушалась в пение горной реки, бурлящей внизу. Интересно, насколько вертикальна уходящая к ней скала и нет ли в ней удобных щелей и гротов, где можно было бы на время укрыться?

Я неплохо умела взбираться на стены с самым малым количеством уступов, и спускаться тоже. А ещё мой нож по-прежнему был при мне и, возможно, пришла пора что-то предпринимать, дабы освободить руки. По пути сюда я незаметно расшатывала узлы, чтобы верёвки не так сильно впивались в запястья, так что к этому моменту кисти ходили чуть более свободно.

Проверив, что все заняты обращением Туэя, я накрыла связанными руками голенище правого сапога и осторожно запустила пальцы внутрь, нащупывая оголовье ножа. Если всё получится, придётся действовать быстро. На грани возможного. А главное, внезапно.

Я вытянула ритуальный нож не полностью и прислонила тугие верёвки к показавшемуся лезвию. Мне даже не нужно было сильно по нему елозить, – заговорённое оружие действовало тоньше. Треньк-треньк, – лопались скрученные волокна, прикасаясь к чёрному металлу. Тук-тук, – сердце увеличивало ритм, а тело готовилось к невероятным манёврам.

Зрение, обоняние, слух, осязание и даже вкус обострились. Я была готова в любой момент впасть в боевой транс. И вот когда верёвка окончательно поддалась, над поляной разнёсся до боли знакомый голос. Рокочущий с хрипотцой и еле уловимой усмешкой.

– А ты подлее, чем я предполагал.

Вслед за этим послышался женский ахх. Мужчины схватились за оружие.

Арон сидел на одном из валунов, что само по себе для вэйху, скорее всего, было кощунством. На его поясе красовался откуда-то добытый меч, а через грудь шла кожаная лента с рядом дротиков. Дракон вольготно устроился на вершине камня, и, казалось, ему ничего не стоит удерживать равновесие.

Я не могла не восхититься его наглостью и дерзостью, а также способностью появляться вовремя. Он отвлёк моих охранников, и пока воины вэйху бросились окружать злосчастный валун, а Лаарг был занят тем, что расчехлял боевой бумеранг, я полностью освободилась от пут на запястьях и извлекла нож.

– Взять живьём! – завопил шаман, некрасиво прервав свою же молитву, и сдёрнул с пояса духовую трубку.

Оценив обстановку как благоприятную, я уже хотела метнуться к обрыву, как слуха коснулся шёпот.

– Помоги…

Я бросила взгляд на измученную девушку, привязанную к столбу. Наши глаза встретились. Помогая ей, я теряла драгоценное время, да и что потом? Далеко ли она убежит в таком состоянии? Нет мне дела до чужих разборок, – решительно подумала я и… Ругая себя последними словами, метнулась в сторону несчастной.

Ритуальный нож и тут не подвёл: два прикосновения к путам и сумеречная драконица обессиленно съехала вниз. И единственное, что меня порадовало, ни одному воину не было сейчас до нас дела, потому как Арон вздумал показать чудеса циркового мастерства и скакал по священным валунам, умудряясь отбивать летящие в него духовые стрелы и отравленные дротики. При этом несколько из них поймал на лету и вернул владельцам.

Позёр! Ругнувшись сквозь зубы, я помогла девушке подняться.

– Дальше сама, надеюсь, ты знаешь, где сможешь укрыться…

Я уже хотела ускользнуть, но меня остановил испуганный голос спасённой.

– Сзади!

Пришлось закрутиться волчком, уходя из-под удара. Туэй подобрался до безобразного подло. Кажется, он метил в шею, но поймал лишь воздух. Следующим выпадом я отзеркалила его движение. Наши ритуальные ножи со звоном встретились. После чего искривлённое лезвие шамана неприятно зашипело и распалось на тёмные туманные сгустки.

Я хмыкнула. Никогда не знаешь, как поведёт себя оружие, закалённое в самой Бездне. Главное, оно всегда работало и, как выяснилось, при потере связи с Тенью тоже.

Туэй отпрыгнул. Завертел головой и, увидев стоящего поодаль Анато, замахал руками, что-то выкрикивая. Звал на помощь, обзывал, читал заклинания? Что бы он ни делал, вождь не сдвинулся с места. Смотрел мимо Туэя и даже не дрогнул, когда один из дротиков пролетел перед его лицом.

– Идём со мной, – позвала бывшая пленница, настойчиво оттягивая меня в сторону.

– Я с тобой никуда не пойду, – резко оборвала я. – Думаю, ты знаешь эти места достаточно хорошо, чтобы спрятаться. И тебе лучше поторопиться, сюда бегут твои сородичи.

Одного из них я остановила перехваченным в воздухе дротиком, после чего, бросилась к обрыву. Не знаю, для чего Арон затеял это представление, но оно оказалось как нельзя кстати.

– Каитуку!

Голос Лаарга был полон злости, послышался удар пощёчины и женский вскрик. Внутри что-то щёлкнуло. И ещё до того, как осознала, что меняю траекторию, я развернулась. Бездна. Чувства, с таким трудом запрятанные за незримую преграду, прорвались наружу. Телом завладела злость.

Бить беззащитных, это ведь так благородно.

Мельком удивившись схожей внешности пленницы и Лаарга, я метнула ритуальный нож. Да глупо, учитывая то, что он не вернётся, но как иначе остановить, замахнувшегося кривым мечом вэйху, я не знала. Лезвие вошло в занесённую руку. Сын вождя взвыл, выпустил девушку и схватился за торчащую из плеча рукоятку.

Это было ошибкой. Ритуальный нож не терпел чужих прикосновений, а потому, хоть Лаарг вынул его из плеча, тотчас отбросил подальше. Его ладонь, державшая моё оружие, покраснела. И пока он был занят ею, получил подсечку под колено. Затем я прицелилась кулаком в горло, ударила и… промахнулась.

За что тут же поплатилась. Несмотря на свою массивность, сын вождя оказался весьма проворным. Крепкая рука обхватила меня за шею и принялась душить. Я тотчас обмякла, потянув сильное мужское тело к земле. Любимый приёмчик, а главное, рабочий.

Одно ненавязчивое движение корпусом и Лаарг перелетел через мою голову. Убедившись, что он временно безопасен, я осмотрелась и наткнулась на Анато. Тот всё так же стоял в стороне. Не участвовал в бою, но и не мешал. Взгляд вождя был прикован к чему-то за моей спиной. Пронзительный, полный противоречивых чувств и я поняла, что он смотрит на спасённую девушку.

Обернулась.

У вэйху, что я освободила, был такой же странный взгляд. Прямая спина и лицо, полное решимости. Кажется, между этими двумя шёл незримый диалог, вот только время играть в гляделки, они выбрали неподходящее. Нас с ней уже окружили вскочивший на ноги Лаарг, осмелевший Туэй и ещё два вэйху, из тех, что сопровождали меня от пещеры.

Я подхватила с земли ритуальный нож и встала в стойку. Пора было вспомнить времена ученических поединков сразу с несколькими противниками, не забыв вычесть из уравнения утерянную способность уходить в Тень. Ведь был период, когда я этого попросту не умела…

Тело среагировало быстрее ума: нож взлетел над головой, – и вот я уже позади одного из противников, а спустя мгновение тот упал без сознания, а мой арсенал обогатился коротким секачом. Отбиваться стало в разы веселее.

В какой миг рядом возник Арон, я не поняла. Заметила, лишь когда широкое лезвие его меча, отбило летящий в меня дротик.

– Давно не виделись, – усмехнулся блондин. – Далеко собралась?

Уклонившись от удара, кинувшегося на меня вэйху, я скривилась.

– Только не говори, что ты явился ради меня.

– Нет, конечно, – сделав резкий разворот и отправляя на заслуженный отдых другого воина, бросил Арон. – Но раз уж ты подвернулась под руку, хватай Антарию и бегите в джунгли.

Надо же, он знал её имя. Стало быть, вернулся за ней? И когда они успели познакомиться? Я поджала губы. Впрочем, мне до этого не было никакого дела. А ещё я терпеть не могла, когда мне указывали.

– Беги с ней сам, если тебе так нужно. У меня своя дорога.

Свободной рукой Арон схватил меня за локоть и притянул к себе, одновременно с этим, послав в нокаут другого вэйху.

– То есть, твои способности к тебе вернулись, и ты знаешь, как выбраться с острова? – прорычал он.

Всего пару мгновений мы смотрели друг на друга не мигая. Золотая радужка дракона потемнела. А моё сердце пропустило удар, в горле пересохло от странных чувств. Да, что со мной не так? Разозлившись, я выдернула руку из крепкой хватки.

– А ты, значит, уже во всём разобрался?

– Именно.

Тут Лаарг, заставил нас разлететься в стороны, и я поняла, что упустила время. Если до того воины были отвлечены Ароном и толпились далеко от меня, то теперь, когда он переместился с валунов сюда, выбраться из сжимающегося кольца было в разы сложнее.

Молча выругавшись, я обернулась к Антарии. Та сидела в траве и что-то шептала, подняв перед собой раскрытые ладони, словно держала невидимый сосуд. Первой мыслью было, что ей знатно прилетело по голове, но потом меня осенила догадка, – она колдует.

Я вспомнила танцующую девушку, привидевшуюся во сне той ночью, когда дракон умудрился сбежать. И стало ясно, кто ему поспособствовал. А также за что наказали провинившуюся драконицу.

– Я помогу вам, – кивнула Антария, поймав мой удивлённый взгляд. – Просто дайте мне время.

Её руки вспыхнули белым пламенем, и спустя мгновение в них оказалась знакомая урна.

– Сколько? – серьёзно поинтересовался Арон, делая подсечку новому противнику.

И как он всё успевал?

– Надо завершить ритуал, – лаконично ответила Антария, прикрыла глаза и, что-то нашёптывая, подняла урну над головой.

Мне же пришлось отвлечься на сплочённую четвёрку вэйху. Как благородно. Нападёте вместе или по очереди? И кто будет первым? – мысленно усмехнулась я. Взвесила в руке секач и с сожалением вспомнила о своём идеальном мече, оставшемся в плену у подлого вождя. Ничего, я обязательно его верну, – пообещала себе. А пока…

Скользи, Рута, обманывай противника. Изматывай и удивляй. И дай Бездна, чтобы твоих сил хватило и от усталости ты не начала делать глупые ошибки. Это было похоже на танец. Или было им. Танец удивительно совпадал по ритму с возникшей посреди этого хаоса мелодией.

Антария пела.

Звучно, непривычно, глубоко, и от её голоса что-то менялось. Внутри и снаружи, во мне и в тех, с кем приходилось скрещивать клинки. Нападала ли я, отступала, крутилась волчком, или принимала удар на лезвие секача, – всё это становилось продолжением этой песни.

Всепроникающий голос нарастал до тех пор, пока воздух вокруг не начал гудеть. И тогда случилось удивительное, – вэйху, с упоением пытавшиеся меня достать, опустили оружие и… попадали на колени. На их лицах отразился благоговейный ужас и одновременно с этим радость.

Я застыла в боевой позе, восстанавливая дыхание. Рубашка неприятно липла к телу, по спине и лбу градом бежал пот. Антария продолжала петь, и я не сразу заметила, как знаки, которыми были исчерчены священные валуны, один за другим стали вспыхивать голубым пламенем.

Медленно опустила руку с ножом, поворачиваясь по своей оси, чтобы удостовериться в догадке: символы загорались постепенно, до тех пор, пока их круг, опоясывающий поляну, не замкнулся. Тогда вслед за своим племенем преклонил колени и вождь. Лишь Лаарг устоял на ногах.

Я поискала глазами шамана, но того нигде не было. Зато нашла взглядом Арона. Блондин стоял с опущенными руками, в каждой из которых было по мечу. Он тяжело дышал, но стоял с видом победителя, гордо выпрямив спину. Длинные волосы взмокли у висков и растрепались, рубашка отсырела от багровых пятен, сильные руки были исполосованы алыми царапинами.

Встретившись со мной глазами, дракон приподнял брови и довольно растянул губы. И я поняла, что сама того не заметив, поучаствовала в его интриге. Но сдавать назад было поздно, так что всё, что мне оставалось, – принять независимый вид, мол, я так и планировала.

Усмехнувшись собственным мыслям, я повернулась к Антарии. Хоть вэйху и передумали нас убивать, это могло быть временным решением. Так что было бы неплохо понять, а что собственно дальше?