Текст книги "Охотница за Артефактами для Начальника Драконьей Полиции (СИ)"

Автор книги: Дарья Ковлева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 27 страниц)

Глава 61. Гор

Капюшон по-прежнему скрывал лицо, но мне не нужно было его видеть, чтобы понять кто передо мной. Горло перехватило, жар окончательно отступил, на его место пришёл озноб. Я не понимала, что чувствую: рада ли, в ужасе или страшусь того, что моё желание сбылось.

– Г-гор?

Он хмыкнул.

– Давно меня никто не звал этим именем. – Затем шагнул ближе и упёрся руками о камень, нависнув сверху. – И мне лестно, что ты его помнишь.

– Я думала, ты погиб… – Голос дрогнул, а перед глазами возникло здание пылающего приюта.

В ответ раздался каркающий смешок.

– Такие, как я – всегда выживают. А ты, я вижу, волновалась?

Он склонился ещё ниже, и мне стало не по себе. От этого скрипучего и почти неузнаваемого голоса, от насмешливого тона и подкрадывающегося предчувствия беды.

– Может быть, даже скучала? – Его голос стал глуше. – Винила себя за то, что я сгинул в огне, и тайно мечтала повернуть время вспять?

Теперь это был практически шёпот: гадкий, пробирающий до нутра, вскрывающий старую рану и превращающий последние светлые воспоминания в пепел. Словно тот Гор, которого я помнила, и этот были совершенно разными людьми.

Я зажмурилась.

Откуда он мог знать, что творилось со мной после случившегося ужаса? И почему исчез, если остался в живых? И как смог пробраться в священное место моего клана? Вопросы вспыхивали в голове и тут же гасли под воздействием новой волны боли. Затихший жар снова тёк по венам, а Гор продолжал шептать…

– Но теперь тебе не придётся больше волноваться. Я пришёл облегчить твои страдания. Выпить до дна неподвластную тебе силу и смягчить приговор. Не бойся, это не причинит боли. Напротив, принесёт удовольствие. Надо только расслабиться.

Широкая ладонь, обтянутая кожаной перчаткой, легла на грудь и бесстыдно её сжала.

– А ты похорошела… – хрипло выдохнул он, и меня парализовало, будто я вновь стала той беспомощной девчонкой из приюта, позабывшей кто я есть, и неспособной за себя постоять.

Меж тем рука Гора огладила живот, и я дёрнулась, ощутив движение ниже.

– Нравится? Признавайся, ты об этом мечтала, тогда в приюте…

Ладонь вернулась к груди, на этот раз к другой. Длинные пальцы очертили круг, постепенно сжимаясь. А когда я снова дёрнулась, пытаясь освободиться, рука метнулась к шее и схватила за горло. Темнота в капюшоне склонилась почти вплотную, и я с ужасом поняла, что не в силах пошевелиться.

– Я могу быть очень нежным, а могу быть грубым. Выбирай, – зашептал Гор, опалив щёку горячим дыханием.

Он склонился ниже, сдавливая горло и заставляя разомкнуть сжатые челюсти.

– Ты не Гор, – с хрипом выдохнула я.

Ответом был смех. Грубый, каркающий, чужой. А следом холодные губы безжалостно впились в мои, забирая остатки воздуха и вытягивая на поверхность горячий поток силы.

Обжигающие тугие нити прошили руки и позвоночник, заставляя выгибаться дугой. Они всё сильнее раскалялись, словно не желали быть выпитыми чудовищем в капюшоне. Но Гор продолжал удерживать горло, углубляя поцелуй, и постепенно боль начала отступать. Обжигающий поток иссякал, а его место занимала пустота. Там, где струился жидкий огонь, оседал безжизненный пепел. Там, где кипели неистовые чувства, поселялось безразличие.

Напряжение отступило. Я безвольно распласталась на камне. Мои губы терзал мужчина, в которого я была тайно влюблена с самого первого дня в приюте, его руки бесстыдно шарили по моему телу, но этот факт меня больше не трогал. Даже отвращение, захлестнувшее поначалу, отступило. Я только отстранённо думала, что Арон забирал излишки силы иначе, бережно, его прикосновения были приятны, но тогда мне не с чем было сравнить, а сейчас…

Я устало прикрыла глаза, не в силах додумать последнюю мысль и желая, чтобы это скорее прекратилось, но правое запястье нестерпимо полыхнуло огнём, заставляя вернуться в действительность, а после стало лёгким, почти невесомым. Ум ещё не понял, что произошло, а тело уже сработало. Призванный нож приятно лёг в ладонь, пальцы сомкнулись на шершавой рукояти, и я замахнулась, целясь в шею противника.

Удар почти достиг цели, когда рука была грубо перехвачена в полёте. Гор резко прервал поцелуй, болезненно прикусив губу, и замер, глядя на сияющий золотой браслет. Дар Аджайи проступил металлической тяжестью и нестерпимым блеском мерцающих узоров.

– Что это за мерзость? – прошипел он.

А я впервые увидела лицо под капюшоном. Огрубевшее, с обострившимися чертами, изуродованное ожогом по всей левой части. Но больше всего меня поразили глаза: злые, горящие ненавистью чёрные омуты. По телу прокатилась дрожь. Неужели пожар изувечил не только лицо, но и душу Гора? И если бы я успела ему помочь, возможно ли, что он не превратился в такое чудовище? А может, всё это время я лелеяла чувства к человеку, которого никогда не существовало…

От последней мысли сердце болезненно сжалось. В такое было трудно поверить. Признать, принять, смириться. И в то же время свести воедино два совершенно разных образа тоже было нельзя.

– Убери его, – вновь зашипел Гор, и метнул на меня испепеляющий взгляд. – Иначе…

Больше он не успел ничего сказать. Невидимая сила разжала костлявые пальцы, заставляя отпустить мою руку. Гор вскрикнул и тотчас отлетел прочь. Послышался звук глухого удара и сразу вслед за этим:

– Прежде чем приставать к женщине, убедись, что она свободна, – рыкнул до боли знакомый голос.

Арон. Сердце затрепыхалось, как сумасшедшее, в глазах защипало от нахлынувших чувств. Впервые за время нашего знакомства я была рада несносному дракону, несмотря на то, что от него исходили волны холодной неконтролируемой ярости.

Я видела гнев, застывший на волевом лице, в скупых движениях приближающейся широкоплечей фигуры, в расплавленном золоте взгляда, и всё же не испытывала страха. Лишь облегчение и благодарность. За то, что вопреки всему, он пришёл.

Но радость продлилась недолго.

Слои Тени еле заметно шевельнулись, и в круг скудного освещения скользнула дюжина воинов клана. Тёмные фигуры окружили Арона, а передо мной упала завеса темноты, разделяя одно пространство на два и запирая в невидимом теневом кармане.

Я в ужасе рванулась, но другие оковы никуда не делись. Браслеты врезались в израненную кожу, заставляя вновь откинуться на холод камня. Я попыталась поддеть ножом обруч, удерживающий вторую руку, затем выскользнуть слоями Тени. Ни одно, ни другое не вышло, но я продолжала лихорадочно соображать, что ещё могу предпринять.

Ведь одному Арону не справится. К нему вышли лучшие воины Рейны, и каким бы сильным магом ни был дракон, преимущество на их стороне. А я, как назло, ничем не могла помочь.

Бездна!

Глава 62. Неприглядная правда

Я откинулась, ощущая спиной промозглый холод камня и собственное бессилие. Алые огни, оставленные Наставником, продолжали тускло мерцать. Гор больше не появлялся. Руки и ноги болели, как после изнурительной тренировки. В груди ощущалась сосущая пустота. Где-то там Арон бился с лучшими воинами Тени, и я совершенно ничего не могла с этим поделать. Я очень чётко представила нашу участь, и если моя совсем меня не беспокоила, то судьба несносного дракона отзывалась под сердцем тянущей болью.

Я зажмурилась.

И когда он успел стать мне настолько небезразличным? Вновь дёрнула рукой и тут же сама себя отругала. Так я ему точно не помогу. Прикрыв глаза, выровняла дыхание и настроилась на ближайший слой Тени. Да, она, как и до того, оказалась запертой, но никто не мешал мне прощупать плетение и попытаться его распутать.

Медленно-медленно я скользила вниманием в поиске бреши в своей темнице, и вдруг остановилась. Перед глазами возникло отрешённое лицо Наставника. Он испытывающе смотрел прямо в душу, словно спрашивал: действительно ли я хочу сделать то, что делаю, и готова предать клан ради чужака? Я передёрнула плечами и сморгнула видение. Рядом по-прежнему никого не было, если не считать ритмичного подёргивания сверху…

Око.

Моя вина. Моё испытание. Мой урок.

Мне стало стыдно. Я малодушно хотела избежать наказания. Но потом вспомнила Гора и жуткий поцелуй, и внутри вспыхнуло возмущение. Как он здесь оказался? Почему Наставник допустил его ко мне, и он ли это был? А может, это часть испытания, и я его провалила? Вдруг и Гор, и Арон всего лишь иллюзия, как на Арене?

Бездна.

Я вновь закрыла глаза, силясь вспомнить, что именно шептал Наставник, убаюкивая меня на каменном ложе. Почему слова показались мне знакомыми? Но вместо этого в памяти всплыл его ответ Рейне: « Я нашёл способ Его разбудить »…

Холодный ужас затопил лёгкие. Взгляд непроизвольно заскользил по своду помещения, скрытому в густом сумраке. Там по-прежнему что-то было. Живое. Запертое. И голодное. Я вспомнила капли собственной крови, взметнувшиеся вверх, и стало очевидно, для чего я здесь. Вот только быть безвольной жертвой совсем не хотелось. Как и умирать.

Внезапно я очень чётко это поняла. Словно всё это время находилась во власти наваждения. Но вот пелена спала, а впереди вспыхнул путеводный огонёк. Наглый. Дерзкий. Перевернувший мою жизнь с ног на голову. Раздражающе самоуверенный, но такой желанный.

Дрожащей рукой я вновь потянулась к оковам на второй, чтобы попытаться высвободить кисть. Нет, Арон не мог быть иллюзией, иначе бы брачный браслет не проявился и не отвлёк чудовище в капюшоне. Называть его Гором после случившегося не поворачивался язык. Нащупав большой палец левой руки, я поглубже вздохнула, собираясь вывихнуть, чтобы кисть выскользнула из хватки оков. Но пространство вновь шевельнулось, Тени рядом со мной расступились, и спустя мгновение на виски легли узкие пальцы Наставника.

– У тебя слишком беспокойный ум, – произнёс он тихим шелестящим голосом, заставляя меня замереть. – Пора с этим заканчивать.

Я увидела его спокойные, безжалостные глаза и содрогнулась. Наставник надавил мне на виски, и тело, подчиняясь чужой воле, стало медленно цепенеть.

– Прими свою участь стойко, как подобает воину Тени, – меж тем тихо шептал он, – и знай, проклятое дитя: это огромная честь – стать вместилищем древней силы.

Меня словно ударили в сердце. Место, куда вошёл клинок наёмника на Арене, нестерпимо заныло. Я вспомнила холодный блеск его взгляда, чёрный и раскосый, как у многих, в чьих жилах текла кровь йекшери, и ворох видений, от которых закружилась голова.

– Откуда вы знаете о Проклятье? – хрипло выдавила я, изо всех сил сопротивляясь навалившемуся оцепенению.

На тонких губах мелькнула жёсткая усмешка.

– Удивительно, откуда ты сама о нём узнала. Хотя это уже не важно.

– Я… имею… право… знать. – Слова давались с трудом. Тело больше не слушалось. Свободная рука опала на камень неподъёмной тяжестью.

Тонкая изогнутая бровь Наставника дёрнулась вверх.

– Твой отец был никудышным воином Тени. Отщепенцем, не чтящим законы клана. И всё же он принёс пользу своему народу. Сам того не ведая, исполнил древнее предсказание. Подарил миру ключ к скрытой силе. Тебя. За это он умер быстро и безболезненно. Как и твоя мать.

– Вы их убили? – в ужасе прошептала я и всё-таки дёрнулась, тотчас ощутив, насколько слаба.

Горло душили гнев и горе. Тот, кому я больше всех доверяла, считала чуть ли не отцом, всего лишь использовал меня.

– Они сами выбрали свою участь, – бесстрастно подтвердил он. – И ничего не выиграли. Я тебя всё равно нашёл и намерен завершить начатое. Довести Ритуал до конца.

– Хотите отдать меня Оку? – Я бросила невольный взгляд на ставший ещё более подвижный свод. Тело покрылось липким потом, страх сдавил грудь.

– Хочу дать ему новое вместилище. Освободить из плена. Ты – всего лишь идеальный сосуд, способный выдержать подселение, сосредоточие силы, которой никогда не сможешь воспользоваться. Зато я смогу.

И когда я вновь попыталась дёрнуться, добавил:

– Упрямства тебе всегда было не занимать, но это единственное, что у тебя осталось.

С этими словами надо мной блеснуло длинное лезвие, и в этот миг окружающие Тени вздрогнули, замерцав золотистыми искрами. Издалека прорвался звон металла и утробный рык. Он пробрал до нутра, и, казалось, вся пещера затрепетала отзвуком звериной мощи.

Безмятежное лицо Наставника исказилось гневом.

Я никогда не видела его таким.

И это испугало куда больше, спускающихся сверху щупалец. Чёрных, пульсирующих, с алыми светящимися прожилками. От них шёл холод, голод и тьма клубилась еле заметными завихрениями. Они тянулись ко мне, желая как можно скорее завладеть обещанной добычей.

Меж тем Наставник сомкнул Тени, вновь отсекая лишние звуки, и этого мига хватило, чтобы оцепенение спало. Я внутренне собралась, готовая бороться. Пусть шансов отбиться одной рукой было мало, но со мной всё ещё был верный нож, с лезвием, закалённым в Бездне. И я не собиралась сдаваться.

Чистая, незамутнённая другими чувствами злость, затопила разум. Разгорелась жарким огнём в груди, обжигающим, но таким желанным. Время замедлилось, я вскинула руку, метя в одно из щупалец, но её перехватила сухая кисть Наставника. Сжала с неистовой силой, вынуждая разжать пальцы.

– Чем больше ты сопротивляешься. Тем больнее будет.

Он прижал мою руку с ножом к каменной поверхности, приставил к горлу лезвие своего и заговорил утробным шёпотом древнего языка. В голове нарастал гул, в нём слились нечеловеческие звуки неведомой твари и шипящий голос Наставника. Только во мне больше не было смирения, а чувство вины сменилось гневом. И этот гнев прорвался наружу огненным всполохом.

Рука, целившая остриём лезвия в моё горло, вспыхнула, угодив в этот всполох. Юркий, живой, трепещущий от ярости. И чуть не разрыдалась, узнав в нём свою саламандру. Дух Огня почти потерял привычные очертания и раздулся в размерах. Лишь изредка в мерцающем пламени мелькали знакомый хвост, разворот плоской головки и жёлтые плошки глаз.

Наставник отпрянул, продолжая нечленораздельно шипеть. Оковы распались пеплом. И ощутив внезапную свободу, я скатилась с опостылевшего ложа. Ударилась об пол, но, не обратив внимания на боль, перетекла в боевую стойку. Ритуальный нож вновь послушно лежал в ладони, ноги крепко стояли на жёсткой поверхности, но я не могла двинуться с места, с ужасом наблюдая, как чёрные, с красными прожилками щупальца сворачиваются на пылающей жертве. Совсем не той, что ему предназначалась.

Древнему существу, заточенному в своде пещеры, было безразлично, кто утолит его голод. А также на проклятия и планы одного самоуверенного Наставника…

Из сплетения чёрного клубка ко мне протянулась растопыренная кисть с узловатыми пальцами, и я отступила, ощущая, как по щекам скользят обжигающие слёзы. Душа разрывалась на части. Перед глазами проносились годы, как мне казалась когда-то счастливые. Я смотрела на того, кто вырастил меня, подарил дом, научил всему, что умела, и в то же время с лёгкостью был готов принести меня в жертву… и плакала. Молча. Без всхлипов. Вместо прощания.

Послышался сдавленный вздох, когда чудовище выпустило истерзанное тело из щупалец, неузнаваемо иссушив. Маятник, наконец, качнулся. Вот только я была по-прежнему жива, а тот, кто учил меня законам Равновесия, умирал.

– Рута… – то ли шелест, то ли шорох.

И тишина.

Я медленно отступила, пока щупальца не почуяли ещё одну добычу. Тени больше меня не держали. Липкий холод ужаса и сожаления, полз по спине, уголки глаз ещё щипало, но я сделала ещё один шаг назад, уже понимая, что у меня больше нет клана. Нет Наставника. И возможно, нет будущего. Зато есть один несносный дракон, которому придётся ох как несладко, если я сейчас же не потороплюсь.

Почему так долго?

Ментальный рык ввинтился в голову острым гвоздём, как только я вынырнула к месту, где кипел бой. Я поморщилась, но почти сразу замерла в восхищении, понимая, что поторопилась с выводами. Вряд ли огромной рептилии, мерцающей многоцветьем золотой чешуи, и занявшей большую часть пространства, требовалась чья-либо помощь.

Да, здесь не слишком удобно было расправлять крылья, зато прекрасно удавалось орудовать хвостом. И судя по тому, что часть пещеры была завалена осколками каменной породы, а в воздухе висела пыльная взвесь, мощный хвост успел сотрясти своды пещеры, и пройтись по стенам и полу, сметая подкрадывающихся противников до того, как те успевали хоть что-то предпринять.

Я очень живо представила эту картину.

Ещё в воздухе угадывалось нечто невидимое обычному глазу, но ощущавшееся кожей: странное дрожание пространства и радужный перелив на краю зрения. Воины Тени, закутанные с ног до головы в чёрные облегающие одежды, жались по углам. Они больше не выглядели так уверенно, как в начале. Всё это я отметила мельком, потому что не могла оторвать взгляда от величественной фигуры золотого зверя и огромных, сияющих янтарным цветом глаз с плавающими полумесяцами зрачков.

Я никогда не видела драконов в их истинной ипостаси. Мне даже показалось, что усталость и душевная боль отступили, как и я поражённые представшим перед глазами величием…

Рад, что ты впечатлена, но может, поторопиш-ш-шься?

Я сморгнула овладевшее разумом наваждение и двинулась к нему. Медленно и осторожно, так как сейчас была отличной мишенью для любого, кто захотел бы свести со мной счёты.

Шаг, второй, третий. Здесь меня больше ничто не держало, но не верилось, что меня просто так отпустят. Граница радужного ореола приближалась. Скорее всего, это щит или нечто иное, сдерживающее моих соклановцев. И по тому, как она мелко подрагивала, становилось ясно, что силы Арона тоже на пределе, а значит, он сильно рискует, оставаясь здесь так долго.

Шаг. Ещё один. Почему он пришёл за мной и как вообще смог проникнуть в место, много столетий считавшееся неприступным? Одним своим появлением этот самодовольный ящер с хищным оскалом зверя, махом разрушил представление о безопасности целого народа, указав на явные бреши в защите их дома.

Ему не простят. И мне тоже…

До дрожащей границы радужного ореола оставалось пройти всего ничего, когда сверху спикировала чёрная тень. Я увернулась, но нападавший раскрыл слои Тени прямо под моими ногами.

Хорошая попытка. Тело сработало само, минуя опасный участок прыжком с последующим кувырком. Перекатившись через плечо на корточки, я резко развернулась, упираясь свободной рукой в землю, а второй сжимая нож.

Рейна застыла напротив, полностью повторяя мою позу.

– Порченая кровь, – прошипела она. – Я знала, что тебе нельзя доверять.

Под ногами снова разверзлись Тени. Мы полетели вниз. Невидимая петля несколько раз пыталась обвиться вокруг тела, лишая подвижности, но я просто уходила глубже. Здесь было гораздо больше манёвренности. Правда, это действовало в обе стороны. Мне было легче уворачиваться от чужого меча, но и у главной охотницы, отвечающей за безопасность клана, было больше шансов меня достать.

Запереть Тень, как Наставник Рейна не успевала. Я же была слишком слаба, чтобы сплести из податливых слоёв надёжный щит, поэтому держалась больше на упрямстве и ловкости.

Всё мои действия свелись к скупым движениям. Провалиться глубже. Увернуться. Оказаться сзади. Поймать чужой клинок ножом у его основания. Оттолкнуться. Уйти в сторону. Снова упасть в глубину…

Наш танец мог бы длиться вечность, или до того момента, когда силы окончательно бы меня оставили, но запястье вспыхнуло светящимся браслетом, и сразу после меня выдернуло обратно. Я приземлилась на осколки камней, но Рейна не отстала и тотчас меня оседлала.

– Попалась, Тварь, – прошипела в ухо озлобленная демоница.

Я попыталась её скинуть. Мы сцепились и покатились по полу. Спустя мгновение сверху оказалась уже я.

– Тварь здесь только одна. – Тяжело дыша, я метнула взгляд в сторону ритуального стола, всё ещё скрытого теневой завесой.

– Врёшь, – выдохнула Рейна, но по глазам было видно, она поняла гораздо больше, чем я озвучила.

И снова я оказалась прижата лопатками к полу. Арон злился в моей голове, не в силах влезть между нами, но я лишь мысленно отмахнулась. С Рейной я разберусь сама. Позволив вдавить себя в пол и расслабившись, если не считать кисть противницы со сжатым оружием, которую приходилось удерживать подальше от себя, я заговорила.

– Не знаю, что именно выпустил Наставник. И действительно ли это то самое древнее Око, о котором ходит столько слухов. Но сейчас оно там, – я снова метнула взгляд в сторону. – И я понятия не имею, сдерживает его хоть что-то.

– Йиран управляет им, – прищурилась Рейна.

Я горько усмехнулась.

– Наставник мёртв. – На последних словах голос сел, а горло вновь предательски засаднило.

Рейна вздрогнула, как от удара, но хватки не ослабила, её клинок по-прежнему пытался добраться до моей шеи. Тёмные глаза охотницы сузились, голос превратился в змеиный шёпот.

– Какая наглая ложь, человеческое отродье.

– Если это ложь, то почему я здесь, а глава клана нет? – прошептала тихо и зло.

Внутри вновь разгоралось пламя обиды и непрощения. Мне всё ещё было трудно поверить в предательство Наставника, хотя он сам во всём признался. Но, увы, это было правдой. И сделав резкий рывок, я свалила Райну на лопатки.

– Ты никогда меня не принимала, и я могу понять почему. Но ответь мне на вопрос. Ты знала, что ОН убил моих родителей? Растил, воспитывал, учил, всё для того, чтобы отдать чудовищу?

– Ты умом повредилась? Это твоё искупление за проступок, – снова дёрнулась Рейна, но я крепко держала.

– Он был настолько велик? – Теперь уже я шипела, не замечая, как внутри разливается знакомое тепло, а на плече ровным светом горит маленький Огненный дух.

Зато его увидела охотница и тотчас попыталась меня скинуть.

– Отвечай!

– Личная выгода, достаточная причина, – сдавленно выплюнула она. – Если Йиран решил, что так будет верно, то это всего лишь сила Маятника, который ты качнула.

Я хрипло рассмеялась, сильнее вдавливая противницу в пол, не понимая, почему та в ужасе замерла и перестала сопротивляться.

– Разве Маятник – это не орудие Равновесия, которое выше воли существ, населяющих мир? С каких пор ему указывает кто-то из вас?

– Пус-сти-ти, – Она всё-таки попыталась вывернуться, но у неё не вышло.

Только тут я заметила еле мерцающий золотистый ореол, окружавший меня и фигуру Рейны, а вслед за этим ощутила жжение в ладонях и цепкие коготки на правом плече.

– Я говорила ему, что ничего хорошего не выйдет. И никогда не любила тебя, – вдруг выплюнула она. – Но я не знала о твоих родителях. Пусти же.

Я ослабила хватку. Глава отряда безопасности тотчас выскользнула и откатилась подальше, потирая плечи и руки. Её одежда местами истлела, оголяя покрасневшую, как от ожога, кожу.

Я с ужасом уставилась на свои ладони. Сила?

Рута!

Рык Арона вернул в реальность. Удивляться было некогда. Кажется, мы здесь слишком задержались. Я бросила взгляд на Рейну.

– Не мешайте нам, мы уйдём, и никто больше не пострадает.

Она нервно рассмеялась.

– После того, что вы здесь устроили? После того как ты предала клан и привела его? И после того как он… – Она бросила полный ненависти взгляд на возвышавшегося за мной дракона. – Побывал в святая святых и всё здесь разрушил? Ты, правда, надеешься, мои воины выпустят вас?

Последнее Рейна чуть ли не выкрикнула, поднимаясь на ноги. Проявляя непозволительную эмоциональность для воина Тени.

– Не думай, что нам нечего противопоставить магической силе. Ни она одна управляет этим миром. А если мы не сможем вас убить, то просто замуруем в подземельях. Вы сами сдохнете. – Последнее она выплюнула и тут же скривилась в жёсткой усмешке.

Я понимающе кивнула. Другого ответа и не ждала. Кодекс йекшери гласил: лучший бой, это бой, который так и не начался . Но, похоже, не в этот раз. Выдохнув, я поднялась, перетекая в боевую стойку. Ума коснулось чужое присутствие, и я ощутила невероятную мощь за своей спиной. Я была не одна. И это ощущалось иначе, чем когда либо. Наполняло ослабшее тело силой. И распаляло желание выжить любой ценой.

Под гнётом десятка внимательных глаз я отступила под защиту огромного ящера.

Наконец-то .

Вздох облегчения прокатился по залу невидимой волной. Между йекшери и нами заплясало прозрачное пламя.

– Нас не выпустят просто так, – между прочим, заметила я, наблюдая, как саламандра сбегает по моей ноге и замирает, гипнотизируя наших противников.

Дракон в моей голове фыркнул. И внезапно для себя я улыбнулась. Если йекшери хотят драки, кто мы такие, чтобы им мешать. Но как выяснилось мгновение спустя, у судьбы были другие планы.