Текст книги "Охотница за Артефактами для Начальника Драконьей Полиции (СИ)"

Автор книги: Дарья Ковлева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 27 страниц)

Глава 34. Чертоги Руматы

В чувство меня привела пульсирующая боль в висках. Кое-как оторвав голову от земли, я поморщилась. Больше всего моё состояние напоминало тяжёлое похмелье, которое я испытала лишь однажды в период своего обучения. Наставник целенаправленно дал ощутить на собственной шкуре, чем именно и почему злоупотреблять не стоит.

Содрогнувшись всем телом от неприятных воспоминаний, я разлепила глаза и уткнулась взглядом в закаменевшую растрескавшуюся землю. Похоже, прежде чем вырубиться, я знатно по ней кувыркнулась. Подозрения подтвердились, как только я попыталась опереться на содранные ладони, они тотчас заныли, а когда села на колени, к ним присоединились ссадины на бёдрах.

Хорошей новостью стало, что несмотря на плачевное состояние, я не выпустила из рук ни нож, ни лямку бурдюка. Это придало сил и, собравшись с духом, я попыталась встать на ноги. Скользящая в Тени, мать её. Тело слушалось с трудом, будто не было в моей жизни бесконечных тренировочных часов. И всё-таки спустя какое-то время я победно возвышалась над сухой омертвевшей почвой, досадливо рассматривая прорехи на рубашке и штанах. Бездна. Лучше бы я этого не видела.

Осмотр местности тоже не прибавил настроения. Окружающий пейзаж оказался таким же безрадостным, как пробуждение. Голая земля с кое-где торчащими высохшими кустарниками без намёка хоть на какой-нибудь водоём. И эта унылая полоса пустыря тянулась далеко вперёд, где тонула в сероватой дымке. Всё. Никакого разнообразия.

Я повесила бурдюк на плечо, а нож сунула за пояс, чтобы не наклоняться, после чего растёрла ладонями лицо, припоминая последние события. Голова всё ещё была мутной, но я пыталась сложить воедино разрозненные кусочки: хитрая Хранительница судеб, живая вода, как всегда недовольный блондин, озеро, кишащее голодными кайманами, и схлопывающийся портал.

Ничего не забыла?

За спиной послышался хриплый рык. Я резко обернулась, за что тотчас поплатилась прострелом в висках. А вот и мой спутник с перекошенным от боли лицом. Судя по плачевному виду блондина, ему тоже прилично досталось. Волосы на макушке сбились в колтун, правую скулу пересекал глубокий росчерк запёкшейся крови, и так как рубашки дракон давно лишился, я без труда рассмотрела мощный торс, сплошь усеянный синяками и ссадинами.

Почувствовав мой взгляд, Арон приподнялся на локтях и мрачно уставился на мыски моих сапог. Затем скользнул глазами по ногам, животу, странно прищурившись, задержался на груди, и только после я встретились с янтарным взглядом. Уставшим, мутным, но при этом не утратившим драконьего самодовольства.

Вопросительно приподняла бровь. На что блондин усмехнулся и вновь откинулся на спину, закрыв глаза. Гримаса боли на его лице немного разгладилась.

– Эй! – возмутилась я. – Так и будешь валяться в пыли?

Он не ответил и не пошевелился. А я поняла, что мне неуютно от его бессилия. Хотя, возможно, Арон притворялся. Помнится, при первой встрече он тоже якобы потерял сознание, а после коварно меня подловил.

Немного подождав, я всё же не выдержала и подошла ближе.

– Вставай, говорю.

Блондин болезненно поморщился, но глаз не открыл.

– Ну и демоны с тобой.

Я пнула камень и, пройдя вперёд, снова огляделась. Мир вокруг тонул в пыльной дымке. Возможно, именно благодаря ей солнце не слепило и не обжигало кожу, но она же не позволяла как следует рассмотреть линию горизонта. И сколько бы я ни щурилась, никак не могла понять, действительно ли впереди виднелась горная гряда, или мне только казалось.

И как в таком случае узнать, в какую сторону нам идти?

Я растерянно провела рукой по пыльным волосам, нащупав растрепавшийся на затылке узел, и попыталась подобрать выпавшие пряди, но те ни в какую не желали слушаться. Так что я быстро бросила эту затею. Всё равно под рукой не было ни расчёски, ни запасных заколок.

Тем временем Арон всё-таки соизволил подняться.

Я снова обернулась. На этот раз медленно, чтобы не усиливать головную боль. И пока блондин, то и дело морщась, проверял подвижность своих конечностей, я исподволь его рассматривала. Только сейчас до меня дошло, что его крылья благополучно исчезли. И глядя, как досталось драконьей спине, я порадовалась этому факту. Учитывая, как нас приложило оземь, они могли поломаться.

К тому же стало ясно, почему Арон не сразу встал: по правой стороне от рёбер до плеча, кожу пересекала глубокая борозда. Тёмно-бурая и некровоточащая, но от этого не менее опасная. Я бросила взгляд на болтающийся у пояса бурдюк. Отличный повод проверить, как действует выданная мне помощь. Например, промыть рану и посмотреть, как быстро она затянется.

Однако будто что-то почувствовав, Арон обернулся. Проследил за моим взглядом и сразу считал намерение.

– Не вздумай. Если это, правда, живая вода, её не стоит тратить по пустякам.

– Не назвала бы твою рану пустяком, – мрачно отметила я.

Блондин бросил взгляд себе за плечо, затем потянулся туда рукой, зашипел от боли и спустя пару мгновений выдал:

– Ерунда. Бывало и хуже.

– Но если рану не промыть, она может загноиться.

– Мне приятно, что ты за меня волнуешься, но я выживу, – насмешливо ответил он, растягивая губы в кривой усмешке.

– Размечтался, – фыркнула я, сложив руки на груди. – Я волнуюсь не о тебе, а об общем деле. Если ты свалишься по дороге, не собираюсь тебя тащить.

– А жаль, – с притворной печалью протянул этот гад. – Ради такого бы, я бы с удовольствием упал в обморок. – И, увидев, как вытянулось моё лицо, рассмеялся.

Я возвела глаза к небу, а после мстительно улыбнулась. Смех блондина перешёл в кашель. Будет знать, как говорить гадости. Но слишком долго злорадствовать не вышло. Ведь было ясно, – таким образом, дракон пытается сохранить лицо. Так что вряд ли стоит ждать от него признания, насколько ему хреново и больно.

Я снова бросила взгляд на бурдюк, затем на помрачневшего Арона. И он опять прочитал мои мысли.

– Того, что у тебя в бурдюке не хватит для промывки, а сколько мы будем добираться до Храма, одним демонам известно. Лучше сберечь воду на крайний случай.

– Ещё бы знать, куда идти, – проворчала я, вновь осматривая безрадостный горизонт.

– Это как раз не проблема, – отозвался Арон.

Сунул руку за пояс штанов и достал сложенный вчетверо листок. Потрёпанный и пожелтевший.

– Что это? – нахмурилась я.

– Если Аджайя не обманула, – карта, которая выведет куда надо.

Я понимающе кивнула. Скорее всего, его общение с Хранительницей судеб прошло в том же ключе, что и моё, так что логично, что он ожидал подвоха.

Блондин принялся аккуратно разворачивать листок, а я приблизилась. Если это действительно карта, нам необычайно повезло, потому что одинаковый со всех сторон пейзаж, не давал ни одного годного ориентира, и я понадеялась, что на ней обнаружатся хоть какие-то подсказки.

Затаила дыхание, когда Арон окончательно расправил предполагаемую карту. И выругалась одновременно с рыком блондина. На нас смотрел совершенно пустой лист.

Арон крутил предполагаемую карту и так и эдак. Говорил какие-то слова на незнакомом языке, предполагаю, – ругательства. Затем на время задумался, глядя в невидимую точку на горизонте. Я же с досадой взглянула на злосчастный бурдюк, что если и в нём обычная вода? И не проверить ли это сейчас, чтобы потом не было ложной надежды?

Я уже решительно ухватилась за крышку и медленно потянула, чтобы в случае резкого движения не растерять ни капли, но меня отвлёк странный звук: словно нечто мелкое копошилось в сухой земле. Шурх-шурх и тишина. Еле слышное кряхтение и снова шурх-шурх.

Убрав руку с бурдюка и вытянув нож, я медленно двинулась в сторону колючего сухостоя. Местность выглядела настолько мёртвой, что любое живое существо, я бы посчитала за счастливый знак. А если оно ещё и съедобное…

Желудок жалобно заурчал, и я сглотнула, вспоминая, что последний раз я ела, когда мы плыли в лодке. Ну как ела, успела надкусить фрукт, прежде чем поворот реки обрадовал нас шумом водопада. Блондин и того не успел. И я даже не хотела представлять, как мужской организм, к тому же драконий, справлялся с голодом.

Шурх-шурх. Сосредоточившись на охоте, я ступала так тихо, как только могла. И всё же, стоило подобраться ближе, звуки стихли и больше не повторялись. Я с досадой сжала рукоять ножа и заскользила взглядом по жёлто-коричневой почве, ощетинившейся голыми кустиками, по обломку, некогда бывшим стволом дерева, по застывшим в сухой глине окаменелостям. Пусто. Если там и был кто-то живой, он давно улизнул.

Бездна.

Постояв ещё какое-то время, я почувствовала себя полной дурой. Сделала медленный выдох, расслабляя болезненные мышцы. Пока кралась, они закаменели от напряжения и теперь отдавали болью в места ссадин и ушибов. Желудок вновь заурчал, и я зло втянула живот. Облизнула пересохшие губы, обвела мрачным взглядом неприветливый пейзаж и задумчиво посмотрела на бурдюк.

Вообще-то, даже если в нём обычная вода, это не так-то плохо. Вряд ли в ближайшее время удастся найти хоть какой-то источник. Так что, как бы там ни было, дар Аджайи в любом случае пригодится. На этой жизнеутверждающей мысли я решила вернуться к блондину, тем более он подозрительно затих. Но только собралась сделать шаг, как обломок дерева чуть шевельнулся. Шурх-шурх, – донеслось прямо из-под него.

Вскинув нож, я решительно шагнула к деревяшке. Отбросила её свободной рукой, готовая хватать всё, что движется, и замерла, натолкнувшись взглядом на неподвижную ящерку. К слову, очень знакомую. Разве что сейчас её тельце не золотилось язычками огня, было тусклым и потемневшим, но, без сомнения, передо мной лежала не двигаясь моя саламандра.

Присев на корточки, и поморщившись, от всколыхнувшейся в висках боли, я сунула нож за пояс и протянула руку к неподвижной помощнице. Ящерка приподняла уставшие веки и уставилась на меня немигающим золотистым взглядом. Похоже, переход через портал и ей дался нелегко. А после ещё и обломком придавило.

– Привет. Помнишь меня? – Стараясь не напугать, я коснулась прохладной чешуйчатой спинки.

От неё больше не исходило тепло, что вряд ли было хорошим знаком. Аккуратно взяв саламандру в ладони, я поднялась. Внимательно осмотрела её со всех сторон, но видимых ран или повреждений не нашла.

– Чем же тебе помочь? – расстроено прошептала я.

В ответ потухшая саламандра прикрыла глаза, а я прикусила губу, понимая, что понятия не имею, можно ли что-то сделать.

– Ей нужен огонь.

Я вздрогнула. Арон, как всегда, подкрался со спины, и я, к своему стыду, опять не услышала шагов. Повернулась к нему и одарила недовольным взглядом.

– И где его, по-твоему, взять посреди пустоши?

Вспомнила свои попытки извлечь огонь в джунглях Аджайи и ещё больше помрачнела. Блондин же, не обратив внимания на моё недовольство, присел рядом на корточки, обломал ближайший сухостой, сложил горкой, подобрал пару камней и сделал несколько резких движений друг о друга.

Единственной искры хватило, чтобы нечто напоминающее пух, обрамляющее сухие соцветия, вспыхнуло и затлело. Не теряя времени, Арон потянулся и оборвал ещё горсть такого пуха и бросил сверху, затем отделил от нескольких веточек сухие чешуйки коры и тоже добавил в крошечное пламя.

Слаженные и чёткие действия блондина гипнотизировали, как и разгорающийся огонь. Он был таким хрупким, и, казалось, вот-вот погаснет, что я затаила дыхание, боясь шевельнуться. Тем не менее спустя какое-то время пламя охватило всю горку веток.

В тот же миг ящерка перестала притворяться умирающей, и с невиданной скоростью соскользнула с ладоней прямо в пламя. Потемневшая чешуйчатая шкурка на глазах оживала, вспыхивая узорным золотом, маленькие лапки расправились, спинка и хвост набирали свечение. Арон усмехнулся и наломал ещё веток, а затем обложил ими получившийся костерок.

– Надеюсь, этого хватит.

– Спасибо…

Блондин странно на меня покосился, но всё же кивнул. А до меня запоздало дошло, что я так и стою, глупо пялясь на довольную саламандру. И по идее спасибо должна была говорить она, если бы могла. Но что-то подсказывало, даже в том случае, огненная ящерица приняла бы помощь как должное.

Я поспешила перевести тему.

– Получилось разобраться с картой?

– Пока нет. Очевидно, что лист непростой: и либо под заклятием, либо есть какое-то слово-ключ, о котором Хранительница судеб мстительно умолчала.

Арон скрипнул зубами. Снова вынул из-за пояса сложенную карту. Развернул и принялся ощупывать края, словно что-то искал. Затем резко вскинулся и замер. Крылья его носа затрепетали, зрачки вытянулись в узкие щёлки, радужка вспыхнула золотом. Он обернулся, вглядываясь в неразличимый горизонт, постоял, так как какое-то время, после чего выругался и сунул карту обратно.

– Пора отсюда убираться.

Я вгляделась в ту же точку и попыталась хоть что-то различить в бесконечной серой дымке, но так и не поняла, что именно увидел блондин. Сам он в очередной раз поскупился на подробности, занявшись сбором разлетевшихся в стороны дротиков. Пришлось выпытывать.

– Что ты там разглядел?

Однако Арон ответил сразу.

– Пыльную бурю. Так что чем быстрее мы найдём укрытие, тем лучше.

Я снова уставилась на горизонт, в этот раз с подозрением, но не обнаружила ни намёка на движение или другие признаки, подтверждающие сказанное. Впрочем, повода не доверять дракону у меня не было, так что, поверив ему на слово, задалась другим важным вопросом: как быть с саламандрой?

Огненная ящерица уютно пригрелась в созданном для неё костерке и явно не собиралась никуда уходить. И я опасалась, что если попытаюсь её оттуда извлечь, саламандре это не понравится. К тому же вдруг она не успела восстановиться и ей снова станет худо?

Пока я решала, что же делать, Арон собрал дротики и теперь, ругаясь сквозь зубы, пытался связать узлом кожаную ленту, на которой они крепились, – та лопнула во время перехода сквозь портал. Получалось плохо. Во-первых, не хватало длины, а во-вторых, крепление задевало рану на спине и явно причиняло боль. Можно было, конечно, повязать поверх пояса, но на нём и так крепились ножны с мечом с одного бока, а со второго был приторочен секач.

Благо блондин и сам скоро понял, что только теряет время. Обернулся ко мне, прищурился и оглядел с ног до головы.

– На тебе должно сойтись.

Я приподняла одну бровь. Неужели дракон решился поделиться оружием? Но следующий вопрос испортил всё впечатление.

– Будет лучше, если у меня будут свободные руки. Ты же умеешь метать дротики?

Я возмущённо сложила руки на груди, но Арона это не смутило. Он в два шага оказался рядом и протянул ленту.

– На Арене пригодиться всё.

В голове тотчас пронеслись видения, показанные Антарией: занесённая песком площадка для поединков, выбеленные черепа и кости, обломки ржавого металла. Так что я затолкала обратно просившуюся на волю колкость.

– Ты знаешь, что нас там ждёт?

– Догадываюсь.

– Не хочешь поделиться?

– Сначала найдём укрытие.

Я кивнула. Снова бросила взгляд в сторону, откуда Арон почуял опасность, и на этот раз увидела тёмное разрастающееся пятно. Бездна. Выхватила из его рук ленту с дротиками и принялась пристраивать поверх своего пояса.

– Благодарю, миледи, – шутливо склонился Арон и тотчас поморщился от боли.

Я закатила глаза. Позёр. Проверила на крепость завязанный узел и вновь уставилась на саламандру. И что с ней делать? Оставить тут?

Блондин решил вопрос за меня. Потянулся в сторону ящерки, а я с восхищением увидела, как мужская кисть покрылась золотистыми полупрозрачными чешуйками, пальцы вытянулись, а ногтевая пластина уплотнилась, изогнувшись опасным когтем. Затем Арон подхватил саламандру вместе с её костерком и всмотрелся в противоположную сторону от надвигающейся бури.

– Туда.

Я с трудом отвела взгляд от руки, держащий пламя, отметив про себя, что ящерица даже не шелохнулась.

– Уверен? – Указанное направление ничем не отличалось от двух других. Огромный пустырь с редким сухотравьем, тонущий в сизой дымке.

– Судя по движению воздуха, где-то неподалёку есть скалы. Надеюсь, там получится укрыться, но если нет… – Блондин сделал паузу и критически меня осмотрел. – Бежать сможешь?

– Кто бы спрашивал, – не сдержала сарказма я. – Это не у меня через половину спины свежая рана.

– Не волнуйся, она почти затянулась. – На губах Арона мелькнула довольная улыбка, после чего, не дав мне шанса на ответ, он сорвался с места.

Гад. Как же хотелось его стукнуть. По той самой спине, которая затянулась. Но вместо этого я метнулась вслед за ним. Земля под нашими сапогами мгновенно вспылила. Под подошвой захрустела растрескавшаяся почва, иногда ей вторили сухие стебли и ветки. Тело практически сразу разнылось тупой болью и ломотой, напоминая о ссадинах и ушибах.

Впрочем, спустя короткое время, кровь разогрела мышцы, и стало легче. Дракон бегал быстро. И я старалась от него не отставать, но при этом не гнаться изо всех сил, чтобы этих самых сил хватило. Кто знает, как далеко предполагаемые скалы и успеем ли мы до них добраться. Потому как, пока что ничего похожего на каменную гряду впереди видно не было, а меж тем небо позади окончательно потемнело, и поднялся ветер.

Поначалу я ему даже обрадовалась, – поток воздуха приятно овеял вспотевшее тело, но когда вместе с ним в лицо полетел мелкий песок и пыль, радость испарилась. Совсем скоро фигура бегущего Арона стала еле различима, несмотря на то, что между нами было не больше двадцати шагов. Я припустила быстрее, в надежде, что дракон не потерял направление, и мы всё-таки доберёмся до скал.

С каждым шагом не сбавлять темп становилось труднее. Я практически не различала, куда бегу. Злой песок, перемешанный с сухой землёй, заполонил всё и проник под одежду. Глаза слезились, и чтобы хоть как-то уберечь лицо, я бежала, прикрывая его локтем. Может, поэтому чуть не влетела в застывшего на пути Арона.

Блондин ловко сместился влево, пропуская меня вперёд, и тотчас крепко ухватил за плечо, потянув в сторону. Я попыталась разглядеть саламандру, в его свободной руке. Бесполезно. Всё, что я видела, это размытые коричневые пятна.

Мы продолжали бежать.

Буря набирала силу. Казалось бы, куда больше, но теперь темнота наступала и спереди. Демоны сожри этих вэйху. Если бы я только могла уйти в Тень. Но я не могла ничего. Абсолютно. И вдруг поняла: ещё немного и свалюсь. Странная, пугающая мысль, которая не посещала меня даже в глубинах Бездны.

Я тряхнула головой, стиснула зубы и мысленно дала себе подзатыльник, напоминая, что я йокшери, а значит, выживу, где нет шансов у остальных. Это помогло. А ещё уверенность вселяла твёрдая мужская рука, тянущая за собой, как бы мне ни хотелось это признавать.

Облизнув губы, я сморщилась от вкуса земли на языке и чуть его не прикусила, – Арон резко остановился, и я врезалась в мужскую грудь. Крепкую, тяжело вздымающуюся и пахнущую жаром, потом и пылью. Не успела осознать, что мне нравится эта странная смесь запахов, как дракон посторонился, пропуская меня вперёд. Только тут до меня дошло, что темнота спереди была скалами.

Бездна, неужели мы до них добрались?

Глава 35. В убежище

Я блаженно прикрыла глаза, слушая мерный треск пламени, и мечтала лишь об одном: сидеть так целую вечность. Никуда не идти, не бежать, не сплавляться, ничего не искать, не общаться с Богами (особенно последнее). Тело постепенно приходило в расслабленное состояние, мышцы неприятно гудели, но после накрывшей пыльной бури, это была сущая ерунда.

Нам повезло. Мы не только добрались до скал, но и отыскали небольшой грот. Широкий, с низким сводом, – таким что дракон здесь мог лишь сидеть, скрестив ноги. Зато в глубине укрытия обнаружился источник воды, где мы умылись и утолили жажду. И плевать, что после пришлось отплёвываться песком.

Благодаря острым останцам у входа, ветер почти не проникал внутрь, хотя в воздухе висела отчётливая пыльная взвесь. От неё то и дело хотелось чихнуть. Опять же, сущая мелочь в сравнении с тем, что было бы, останься мы снаружи.

Я лениво приоткрыла глаза, проверяя, как там моя саламандра. То пламя, что Арон зачерпнул вместе с ветками и с ящерицей, продержалось недолго. Поэтому уже в гроте стало ясно – ей снова худо. Повезло, что внутри нашлись залежи сухих веток, а потому за саламандру можно было не волноваться. Она, как и мы, набиралась сил.

Дым от костерка стелился под потолком, а тепло навязчиво щипало ноги, но это было лучше сквозняка. Тем более от стен грота шла еле заметная прохлада и, скорее всего, ночью внутри жарко не будет. Где-то снаружи продолжал гудеть ветер, несущий пыль и сухую землю, и я поймала себя на мысли, что давно не испытывала радости от простых вещей: наличия воды, пляшущих языков огня и покоя.

И всё бы было идеально, если бы не назойливый взгляд мужчины напротив.

Я подняла голову и встретилась с глубоко янтарными глазами. Внутри что-то дрогнуло, тело моментально вспомнило терпкий запах, которым меня окружило у скал, когда я ткнулась носом в разгорячённую грудь Арона. Демоны его задери.

Кажется, я перестала воспринимать его как врага. Хуже того – стала думать о нём как о мужчине, который, если мы столкнулись в иной ситуации, мог бы привлечь моё внимание. Бездна. Это было очень и очень плохо. Я бы даже сказала опасно для выживания. Пришлось впиться ногтями в ладонь, чтобы вернуть себе здравомыслие.

Меж тем Арон продолжал на меня смотреть, словно пытался разгадать загадку, которая никак не давалась.

– Что? – не выдержала я.

– Хочу понять, как так всё-таки вышло, что саламандра выбрала тебя. У тебя в предках были драконы?

– Понятия не имею, – резко ответила я, недовольно поджав губы.

Из-за чувств, всколыхнувшихся внутри, и потому что блондин достал своими дурацкими вопросами. Ему явно не давал покоя выбор саламандры. И я уже хотела добавить, что зависть – плохое чувство, но внезапно вспомнила встречу с матерью.

Сейчас казалось, это было сто лет назад. Как и суд в селении вэйху, и похищение артефакта. В моей жизни ещё никогда не было столько приключений за раз. Неудивительно, что какие-то вещи просто выпали из головы. Временно. И всё же… если верить Роане, драконом был мой дед. Рубиновым. А потому вместо рвущейся колкости, я решила расспросить блондина. Вдруг узнаю нечто новое.

– А это имеет значение? – Я постаралась придать голосу безразличный тон. Хотя проснувшееся внутри любопытство требовало засыпать Арона кучей уточняющих вопросов: что даёт драконья кровь носителям, как проявляется, и можно ли пробудить в себе способности предка?

Арон, успевший задуматься о своём, вновь посмотрел на меня. Долго, испытывающе, словно всё-таки увидел мою заинтересованность и теперь решал отвечать или съязвить. И когда я уже начала злиться, дракон пару раз моргнул и перевёл взгляд на свернувшуюся в сердце пламени ящерку.

– Бывали редкие случаи, когда подобного фамильяра удавалось заполучить полукровке, благодаря родовой магии, но не помню, чтобы заметил в тебе хоть каплю магической силы.

Можно было принять последнее за поддёвку, но Арон произнёс это ровным голосом, как факт. Правда, я всё равно фыркнула и не удержалась от язвительного комментария.

– Всегда бывают исключения.

– Бывают, – всё тем же ровным голосом согласился он, вздохнул и достал из-за пояса карту.

Простое движение вызвало на лице блондина мимолётную тень, и стало ясно, что медлительность и долгие ответы никак не связаны с его отношением ко мне. Он просто экономил силы и старался не тревожить полученные травмы. Я вспомнила борозду, пересекающую мужскую спину, и мне захотелось как-то загладить свою резкость, а потому дождавшись, когда блондин аккуратно развернёт лист, предложила помощь.

– Ты имела дело с такими вещами? – приподнял одну бровь он.

– Нет. Но вдруг и в этом случае сработает исключение? – в шутку предположила я.

Заметив, как уголки губ дракона дрогнули, тоже улыбнулась. Наши взгляды снова пересеклись. Он протянул лист в мою сторону, но я не успела его взять. Саламандра, всё это время неподвижно спящая в пламени, внезапно оказалась на колене блондина, метнулась по его предплечью и впилась зубами в ладонь.

– Проклятье! – Арон зашипел.

Тряхнул рукой, пытаясь сбросить огненную красотку, но та отцепилась сама, и как ни в чём не бывало, снова юркнула в костерок. Я в ступоре замерла, не понимая, что на неё нашло, и приготовилась, если потребуется, защищать дурную саламандру. Но это не понадобилось.

Одарив ящерицу красочными эпитетами, дракон продолжил ругаться сквозь зубы, осматривая прокушенную ладонь – на ней выступили тёмные капли. Пара из них попала и на карту. Надо отдать должное Арону, он не разжал пальцы, а ведь дар Аджайи мог улететь в огонь. Не этого ли добивалась вредительница?

Я бросила на ящерицу осуждающий взгляд, и та словно почувствовала: мигнула ярко-жёлтым глазом и облизнула довольный рот раздвоенным язычком. И как это понимать?

Впрочем, долго гадать не пришлось. Моё внимание привлекло странное движение на листе. Арон тоже его заметил и тотчас замолк. По карте разбегались тёмные тонкие линии.