Текст книги "Последние тайны Ватикана"

Автор книги: Бернар Леконт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 24 страниц)

16
Папа перед проблемой педофилии

Кто скрыл и кто обнародовал преступления педофилов, стоящих у руля церкви?

Не прелюбодействуй.

Седьмая заповедь

«DER FALL GROER» («Случай с Гроером» – нем.). Шестнадцатого марта 1995 года взгляды прохожих привлекла обложка журнала «Профиль», красующегося на витринах газетных киосков Вены. Самый известный австрийский новостной журнал возвещал сенсационную новость, прочитав которую многие не поверили своим глазам. Некий Йозеф Хартман, бывший ученик кардинала Гроера, архиепископа Вены, рассказывал, что этот именитый прелат в бытность свою преподавателем в семинарии Холлабрунна в течение нескольких лет принуждал его к сексуальным контактам. Гроер! Первое лицо австрийской католической церкви! Святой человек, назначенный кардиналом Инни-цером, посвященный кардиналом Кёнигом и ставший кардиналом благодаря самому Иоанну Павлу И! Это казалось невозможным!

Тем не менее, это была правда. Невероятная, скандальная, гнусная правда. Немедленное исключение Гроера из председательства в епископской конференции стало ее первым полупризнанием. Вторым явилось назначение на место Гроера 12 апреля архиепископом коадъютора монсеньора Кристофа Шёнбурна. В августе Гроер был уволен с поста архиепископа Вены, однако вины своей не признал и ни перед кем не извинился. Об ответственности своего предшественника, который умер через несколько лет в тишине и одиночестве, открыто заявил Шёнбурн.

Принесение кардинальского достоинства в жертву истине – вот решение, к которому католическая церковь не приучила свою паству. О подобных делах она на протяжении веков предпочитала хранить молчание. Впрочем, здесь церковь была не одинока: все светские и религиозные институты, сталкивающиеся с таким ужасным преступлением: народное просвещение, комитеты, лагеря отдыха, хоры, спортивные ассоциации, – всегда прибегали к внутреннему урегулированию возникшей проблемы. То есть к тайному урегулированию, причем никогда не интересовались судьбой его жертв.

Тайна и замешательство

В то время в церкви молчание всегда сопровождалось неопределенностью. Справочным документом в таких вопросах выступало письмо Crimen sollicitationis[67]67
  Своеобразная «инструкция» Конгрегации Доктрины Веры, которой необходимо следовать в том случае, когда священники или епископы Католической Церкви обвиняются в использовании таинства покаяния для сексуальных домогательств.


[Закрыть], написанное в 1962 году Конгрегацией священной канцелярии и тайно адресованное за несколько недель до открытия II Ватиканского собора главным предстоятелям католической церкви. Подписанный кардиналом Оттавиани текст ссылался на конституцию Sacramentum Poenitentiae, датируемую… 1741 годом. Она относилась прежде всего к священникам, использовавшим исповедь как повод для сексуальных домогательств к кающимся грешникам. В письме оговаривалось, что «согласно серьезности совершенного деяния» совершивший сексуальное преступление может быть освобожден от своих пасторских обязанностей и даже лишен сана. На самом деле чаще всего его тихо высылали в какой-нибудь отдаленный приход.

Во всем, что касалось внутренней процедуры, проводимой местным епископом, расследования и приговора, письмо требовало полной секретности. Нарушение данного правила стоило обвиняемому священнику временного отстранения от должности a divinis, иначе говоря, он не мог больше ни исповедовать, ни проводить мессу, а судьям – отлучения от церкви latae sententiae («просто из-за совершенной ошибки»). Необходимость соблюдения секретности оправдывалась непредвзятостью процесса, а также естественным желанием не предавать скандал огласке.

В 1983 году правила Сптеп sollicitationis были включены в новый Кодекс канонического права (книга VI, канон 1387). Однако здесь возникала одна неясность. Конечно, по данному вопросу особой властью была наделена наследница Священной Конгрегации римской и вселенской инквизиции Конгрегация доктрины веры, но эту власть ей приходилось делить. К изучению документов допускалась также Конгрегация по делам духовенства, разбиравшая индивидуальные случаи. В том, что касалось поведения епископов, в разбирательствах участвовала Конгрегация по делам епископов. Но особое участие в деле принимали местные епископаты, чьи епископы как полноправные хозяева своих епархий с трудом переносили огласку случившихся с ними злоключений. Такое распределение власти – добавим к этому еще частое отсутствие юридического формализма склонных к толерантности и милосердию пасторов – влекло за собой вольную или невольную, но полную безответственность.

Девятнадцатого февраля префект Конгрегации доктрины веры Йозеф Ратцингер спросил своего коллегу Кастилло Лару, председателя Комиссии по аутентичному переводу Кодекса канонического права, не пришло ли время для разработки «ускоренной и упрощенной процедуры» по обвинению священнослужителей, уличенных в сексуальных домогательствах по отношению к несовершеннолетним. Вопрос показался неуместным. Во что вмешивался баварский кардинал? Десятого марта кардинал Кастилло Лара ответил ему, что такое предложение «выглядит нежелательным», и ответственность в этом деликатном деле переложил на епископов.

Йозеф Ратцингер на этом не успокоился. Через месяц конституция Pastor Bonus[68]68
  Лат «Пастырь Добрый» – апостольская конституция, провозглашенная папой римским Иоанном Павлом II 28 июня 1988 года и начавшая ряд реформ в процессе управления центральным правительством Римско-католической Церкви


[Закрыть], произведшая реорганизацию курии, в статье 52 наделила Конгрегацию доктрины веры «эксклюзивной уголовной юрисдикцией» относительно «наиболее тяжких преступлений против морали» и снабдила ее полномочиями «налагать канонические санкции, предусмотренные правом». Этот решительный прогресс, обвинивший будущего папу в «чрезмерном централизме», затронул далеко не все епархии.

Когда же в 1995 году дело Гроера получило огласку, тот же Ратцингер, хорошо знавший Австрию, посоветовал созвать следовательскую комиссию, чтобы пролить свет на все обстоятельства данного преступления. Однако другие преосвященства, такие как председатель Конгрегации по делам духовенства кардинал Кастрильон Ойос и председатель Конгрегации по делам епископов кардинал Ре, от данного предложения отказались. Эти два кардинала были поддержаны курией, благодаря чему смогли убедить всемогущего государственного секретаря кардинала Содано ничего не менять в привычном укладе церкви.

Милосердие по-польски

Содано, Ре и другие знали, что Иоанн Павел II терпеть не мог вмешиваться в подобные дела и всегда поручал епископам решать недостойные препирательства в интересах церкви. Он, бывший архиепископ Кракова, который столько лет боролся против коммунистической власти, не имел привычки выносить грязное белье церкви на обозрение светских властей! В то далекое время, когда коммунистическое правительство хотело дискредитировать какого-нибудь церковного деятеля, оно объявляло его распутником, извращенцем или вором.

В Ватикане прекрасно знали, что обвинение в педофилии было наиболее тяжким, эффективным и губительным из всех обвинений, которое только могли выдвинуть против священника, епископа или церкви в целом. Все помнили, как в ответ на опубликованную весной 1937 года Пием XII антинацистскую энциклику Mit brennender Sorge[69]69
  В переводе с немецкого – «С огромной обеспокоенностью» – энциклика папы Пия XI, опубликованная 10 марта 1937 года (датирована Страстным Воскресеньем 14 марта).


[Закрыть] министр пропаганды Рейха Йозеф Геббельс тут же развернул против католической церкви злобную и хитрую кампанию, наводнив газеты целой серией «доказательств» и «разоблачений» в сексуальных преступлениях, совершенных немецкими монахами и священниками. То было горькое воспоминание.

Руководители курии знали также и о том, что жизненное кредо польского папы зиждилось на прощении. Этот человек всегда и во всем являл безграничное и всеобъемлющее милосердие. Разве не простил он турецкого террориста Али Агджу, стрелявшего в него в 1981 году? Не одарил ли он своим доверием мексиканского священника Марсьяля Масьеля Деголладо, скандального основателя ордена «Легионеры Христа», которого в некоторых кулуарах курии долгое время называли не иначе как законченным извращенцем?

Случай отца Масьеля был не только показательным, но и весьма непростым, поскольку этот прелат-манипулятор, отличавшийся необычайно распутным образом жизни – педофилия была не единственным его пороком, – постоянно ссылался на свои римские связи во избежание каких бы то ни было канонических расследований и подозрений со стороны Пия XII, Иоанна XXIII и Павла VI. Иоанн Павел И, всегда с подозрением относившийся к слухам, особенно исходившим из таких антиклерикальных государств, как Мексика, предпочел лично выслушать прелата, который письменно заверил его: «Клянусь перед Богом, что все это ложь!».

Следует признать, что масштаб приписываемых отцу Масьелю мерзостей, разоблаченных журналистом Джейсоном Берри в 1997 году, был просто невероятен. Некоторые близкие к Иоанну Павлу II люди, такие как государственный секретарь Содано и личный секретарь папы Станислав Дзивиш, упорно отказывались верить в эти безрассудные обвинения. Кардинал Ратцингер, поднятый по тревоге своей собственной службой в 1998 году, натолкнулся на всеобщий отказ. Только в 2004 году ему удалось ускорить официальное расследование в отношении Масьеля, которое завершилось после избрания Ратцингера на папский престол в апреле 2005 года и подтвердило самые ужасные подозрения. Когда Бенедикт XVI вынес, наконец, старому прелату приговор, было уже слишком поздно: последний предусмотрительно отошел от дел незадолго до смерти Иоанна Павла И.

Неужели все это свидетельствовало о попустительстве папы? Или же он был плохо информирован? А может быть, его старались не вовлекать во внутренние разбирательства из-за его слабого здоровья? Возможно. Все, кто близко знали польского папу, категорично заявляли: никогда он не стал бы покрывать столь явные преступления, однако постарался бы сделать все для того, чтобы это щекотливое дело было рассмотрено исключительно внутри церкви.

Внезапная остановка 2001 года

В начале 2000 года Ватикан охватило беспокойство: поднятая тема оказалась слишком проблемной. В Австрии вся церковь была потрясена отставкой Гроера. В США, где газеты уделяли данному вопросу всё более пристальное внимание, католики были доведены до предела. Во Франции и Германии разоблачения следовали одно за другим.

Даже в Польше, на родине Иоанна Павла И, в конце 1999 года в сексуальных преступлениях против малолетних был обвинен уважаемый архиепископ Познани монсеньор Юлиуш Пец.

Кардинал Ратцингер не опускал руки. Он открыто поделился своими соображениями с папой, к которому был очень близок. Папа высоко ценил долгие пятничные беседы тет-а-тет с баварским кардиналом. Ведь Ратцингер был архиепископом Мюнхена и знал, что перед лицом сексуальных преступлений епископы в большинстве своем безоружны и часто ненадежны. Весной 2001 года Ратцингер добился, наконец, чтобы Иоанн Павел II перешел на его сторону и позволил ему радикально пересмотреть законодательство церкви по данному пункту.

Тридцатого апреля 2001 года папа опубликовал написанный Ратцингером motu proprio (декрет) под названием Sacramentorum sanctitatis tutela[70]70
  Апостольское послание, предусматривающее санкции для более тяжких правонарушений, не освещенных Конгрегацией доктрины веры


[Закрыть], который отныне обязывал всех епископов докладывать обо всем напрямую Конгрегации доктрины веры. Что же касалось административного статуса каждого отдельного человека, он продолжал находиться в ведении соответствующих конгрегаций: Конгрегации по делам епископов (для епископов), Конгрегации по делам духовенства (для священников) и Конгрегации институтов посвященной жизни (для монахов). Несколькими днями позже Ратцингер опубликовал письмо De delictis gravioribus, определявшее канонические санкции, предъявляемые виновным в «самых тяжких» преступлениях: предупредительное временное отстранение, запрет на проведение публичной мессы, лишение права исповеди, низведение до светского положения и др.

Это стало поворотным моментом и пресечением царившей безответственности. Однако новое постановление имело два основных недостатка: прежде всего церковь не отказалась от традиционной секретности и вдобавок к этому для нее по-прежнему не являлась приоритетом судьба пострадавших. Эти два слабых момента стали обнаруживать себя по мере распространения в современном обществе правового урегулирования и виктимизации, характерных для англосаксонских стран, особенно для США.

По ту сторону Атлантики дела педофилов уже на протяжении нескольких лет не сходили с первых полос всевозможных изданий. В том же 2001 году в Бостоне (штат Массачусетс) разразился крупный скандал вокруг местного архиепископа кардинала Лоу. Семидесятилетнего Бернарда Лоу, выпускника Гарварда и близкого друга Иоанна Павла II, обвиняли в сокрытии серьезных преступлений в области педофилии. И действительно, он долгое время покрывал священников, виновных в домогательствах к несовершеннолетним, таких как преподобный Пол Р. Шен-ли или аббат Джон Джоган, убитый в тюрьме в августе 2003 года. Бернард Лоу ограничивался тем, что переводил их из одного прихода в другой.

Кошмар американских епископов

В феврале 2007 года, временно отстранив от должности восьмерых священников за сексуальные преступления против несовершеннолетних, архиепископ, наконец, исповедовался в своих «заблуждениях». В мае он попросил Иоанна Павла II об отставке, но тот ему отказал. Американский кардинал некоторое время тайно пробыл в Риме, надеясь, что скандал скоро утихнет. Его надежды не оправдались. «Бостон глоб» поручила это дело двум десяткам журналистов, благодаря которым в прессе не успевали сменять друг друга убийственные откровения. Генеральный прокурор штата Массачусетс Томас Ф. Рейли провел расследование, оказав давление на всех священнослужителей штата. Теперь отставки своего пастора требовали местные епископы, объединенные в ассоциацию Voice of the Faithful[71]71
  Организация прогрессивных католиков, образованная в начале 2002 года в связи с ростом преступлений сексуального характера со стороны католических священников.


[Закрыть]. Четырнадцатого декабря 2002 года прозвучала ошеломляющая новость: кардинал Бернард Лоу, на протяжении восемнадцати дет являвшийся архиепископом Бостона, отправлен в отставку. В Соединенные Штаты он больше никогда не вернулся. Опечаленный Иоанн Павел II доверил ему пост протоиерея в соборе Святой Марии-Мажор – должность скромную и потому малоприметную.

В США скандал быстро вышел за пределы штата Массачусетс. Определенное замешательство вызвали непонятные, не поддающиеся проверке цифры. Серьезная газета «Нью-Йорк таймс» 12 января 2003 года сообщила, что обвинение коснулось 1 200 американских священников, было подано 4 300 жалоб и что скандал охватил все государства Северной Америки. Такая статистика естественным образом повлекла за собой немалое волнение.

Теперь за «препятствование правосудию», «нарушение гражданских прав» и «преступную халатность» преследованию подверглись сами епископы. Потоком полились жалобы, процессы, расследования и суды. В некоторых случаях улаживание конфликтов стоило церкви десятков миллионов долларов. В общей сложности американские епархии уже истратили к тому времени миллиард долларов на оплату мировых или на возмещение морального ущерба по решению суда.

Двадцать третьего и двадцать четвертого апреля 2002 года Иоанном Павлом II и Ратцингером для долгих и неприятных объяснений в Рим были вызваны тринадцать американских кардиналов и архиепископов. «В священстве и религиозной жизни нет места тем, кто способен причинить детям зло», – бросил им папа. Эти сексуальные преступления «следует назвать общественными преступлениями и ужасным грехом в глазах Господа», – добавил Иоанн Павел И, опровергнув «общую недооценку природы данной проблемы» и призвав тем самым к «искреннему пасторскому милосердию в отношении пострадавших». Эти же тринадцать человек приняли участие в закрытом семинаре по изучению данного вопроса не только с юридической точки зрения, но также в контексте наук медицины и психологии. Это было только начало.

В продолжение необычной, не преданной широкой огласке сессии в Далласе, штат Техас, собравшиеся вместе 285 американских епископов проголосовали за устав, предписывавший «полную нетерпимость», призванную в будущем практически полностью оградить церковь от священников-педофилов. Это решение стало важным поворотным моментом для американского католического сообщества.

Франция на первой полосе

Лурд, ноябрь 2000 года. В ходе ежегодной епископской ассамблеи обсуждение проблемы, с которой также столкнулись и французские епископы, привело к оживленным дебатам. Недавно к восемнадцати годам заключения был приговорен священник епархии Бэйо-Лизье аббат Биссе – за изнасилование одного несовершеннолетнего, сексуальные домогательства к трем другим и совращение еще семерых. Дело 1996 года наделало много шума. Также к трем месяцам тюрьмы условно за «недонесение о преступлении» был приговорен епископ упомянутой епархии монсеньор Пьер Пикан, считавший себя связанным «тайной исповеди».

В Лурде председатель епископской конференции монсеньор Луи-Мари Бийе заявил, что священники, виновные в преступлениях в области педофилии, непременно должны «ответить за совершенные деяния перед правосудием». Была назначена комиссия, выпустившая брошюру под названием «Борьба с педофилией», вышедшую стотысячным тиражом. Эта брошюра содержала вполне конкретные предписания, в том числе и для церковной иерархии: «Епископ не должен и не может ни проявлять бездействие, ни, тем более, покрывать преступные действия». Данный документ и сегодня определяет непреложные правила поведения во всех французских епархиях.

Однако не все в церкви были согласны со стратегией прозрачности. В своем письме от 8 сентября 2001 года председатель Конгрегации по делам духовенства кардинал Дарио Кастрильон Ойос поздравил монсеньора Пикана с тем, что тот не выдал аббата Биссе светским властям. «Вы поступили правильно, – говорилось в письме, – и я радуюсь, что в епископате у меня есть собрат, который перед лицом истории и всех епископов мира скорее предпочтет тюрьму, чем выдаст своего духовного сына». И Кастрильон Ойос принялся распространяться о том, что разошлет это послание по всем епископским конференциям.

Письмо, напечатанное лионским журналом Golias, укрепило французских епископов в их стремлении к твердости и открытости. Это имело успех. Начиная с 2001 года, случаи педофилии во Франции значительно сократились.

Так же случилось и в Германии, где в сентябре 2002 года епископы приняли жесточайшие меры для искоренения священников-педофилов. И в США, где «полная нетерпимость» явила свои плоды: новые случаи сексуальных преступлений против несовершеннолетних стали большой редкостью.

«Сколько же в церкви нечистоты!»

При приближении кончины Иоанна Павла II весной 2005 года кардинал Ратцингер удивил всех необычайно тревожными заявлениями. Во время церемоний на Святой неделе в Колизее он провозгласил: «Сколько же в церкви нечистоты, особенно среди тех, кто, соответственно своему священническому сану, должен всецело ей принадлежать!». «Господи, нас пугают грязные одежды и лицо Твоей церкви! Однако мы сами пачкаем ее! За всеми нашими красивыми словами и красивыми жестами мы постоянно предаем Тебя». «Сколько раз мы сами предпочитали истине свой успех, а правосудию собственную репутацию?»

Тот, кто являлся на тот момент всего-навсего деканом Священной Коллегии, всегда ужасался преступлениям педофилов. В 2002 году он назначил известного своей строгостью мальтийского священника Чарльза Шиклуна прокурором Конгрегации доктрины веры. Уже три года кряду последний изучал омерзительные досье: сотни дел, пришедших главным образом из США. Именно Шиклуна Ратцингер вопреки мнению своих коллег направил в Мексику для расследования неблаговидных поступков Масьеля. Именно благодаря его заключениям он, став папой, отстранил основателя ордена «Легионеры Христа» по причине его «явно ненадлежащего поведения», заставив его жить в раскаянии и одиночестве.

Были введены новые решительные меры. Масьель теперь был лишен возможности кому-либо навредить. На все епископства было наложено правило «полной нетерпимости». Таким образом, благодаря воле и упорству экс-кардинал Ратцингер смог добиться качественных изменений. Во время своего визита в США в апреле 2008 года Бенедикт XVI расставил все точки над «i», исповедав свой «стыд» перед подобными преступлениями, назвав их «жестокими и ужасными». Впервые в Вашингтоне он встретился со многими жертвами священников-педофилов. Несколько недель спустя он сделал то же самое в Австралии. Католическая церковь одновременно явила всем и свое раскаяние, и свое внутреннее преобразование.

Через пять лет после избрания Бенедикта XVI в церкви о сексуальных преступлениях почти не упоминалось. Зло, казалось, было наконец побеждено. В вовлеченных в него странах началась длительная преобразовательная и профилактическая работа. Если преемник Иоанна Павла II и попадал часто в объективы западных телекамер, то по другим причинам: по делу епископа-негациониста Уильямсона; скандала, связанного с абортом девочки из Ресифи; полемики вокруг использования презервативов в Африке; споров по поводу беатификации Пия XII и др.

Однако осенью 2009 года заявили о себе новые разоблачения. В Ирландии два официальных доклада – один принадлежал судье Сину Райану, другой судье Ивону Мёрфи – выявили тысячи детей, ставших жертвами священников-педофилов. Первое расследование коснулось всех интернатов страны с момента начала войны, второе – дублинской епархии в период с 1975 по 2004 год. Никакого сомнения не было в том, что данные преступления покрывала епископская иерархия. Огромное возмущение охватило эту верующую страну, в которой к католической религии, так же как и в Польше, всегда примешивалось сопротивление иностранному давлению.