Текст книги "Академия Зеркал (СИ)"

Автор книги: Астерия Ярц

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 42 страниц)

– Значит, такова ваша свобода?

Везнич кивнул с ярчайшей улыбкой из всех, ни капли не страшась. Окружавшие их люди повставали с мест, замолчали, и только теперь можно было увидеть, что каждый из них слеп – пустые глазницы темнели красным. Севериан уже отвел руки в сторону, примеряя замах.

– Стой! – не желая мириться с этим, Элина преградила путь, подставляясь прямо под удар, и вцепилась мёртвой хваткой. – Ты что правда сделаешь это? Убьёшь их?

– Они хотят этого, – непонимающе уставился на неё, и видимо разгадал-таки причину, обычный страх перейти границы дозволенного. – Ты ведь слышала, смерть не конец. Для нечистых это искупление. Но не переживай. Я сделаю всё сам. Можешь отвернуться, если не готова.

– Поторопимся, – нетерпеливо прервал их Везнич. – Уговор есть уговор.

Стоило получить отмашку, и Севериан вновь занёс меч, целясь не иначе как прямо в сердце. На его губах она успела заметить отблеск улыбки.

Элина отвернулась и с силой зажмурилась. Вот только как не старайся, позади творился ад. Звуки никуда не делись, и всё было слышно: чавканье плоти, росчерк лезвия, стоны и всхлипы. Разве это правильно? Воображение само дорисовывало тошнотворные картины ужаса, и от этого кружилась голова.

Страшно.

Полунощые земли уже заставили её убить раз, и эти воспоминания всплыли снова. От такого не отмыться, не спрятаться. Её передёрнуло. Она сошла с ума тогда, но то, что происходило сейчас даже не сравнится.

Почему же Севериан так спокоен? Почему принял с такой лёгкостью, почему не боится? Разве нравится ему быть убийцей?

Убийца.

– Идём. Всё кончено. Мы не можем тут оставаться больше.

Огонь перебрался на идолов. Совсем скоро это место сравняется с землёй, останется лишь пепелище. Севериан подошёл к единственно не тронутому серому камню, взмокший и запыхавшийся. Элина так и не нашла сил обернутся, но этого и не надо было. С его меча стекала кровь.

Глава 11. «Долгожданная встреча»

Коснувшись камня, они очутились в заснеженном лесу, на том же месте откуда начали. Только ни круга огней больше не осталось, ни цветных лент на голых деревьях – всё испарилось бесследно. Словно сон наяву. Однако возвращаясь назад по оставленным Северианом меткам и следам, они так и не раскрыли рта. Отчего же дорога тянулась бесконечно?

– Думаешь, было правдой?

– О чём ты? – нет, лучше бы и дальше молчали.

– О тех байках, какие нам рассказали. Ты, значится, потомок Белобога, я, хоть что-то правдиво, Чернобога. А ещё есть какой-то обряд, от которого зависит во что превратится целый мир. Разве поверишь в такое?

– Не знаю, – даже для неё звучало странно. – Но, как вообще думаешь, нормально ли встречать в лесу непонятных существ и доверять их наставлениям?

– Уверен, что нет. На полунощных землях только голову морочить и умеют, – а потом засомневался опять и отвёл взгляд. – Хотя, кажется, он верил в то, что говорил.

Каждый погрузился в себя. Элина гадала, куда ещё заведёт это так невинно начатое расследование. В жерло вулкана? В эпицентр урагана? На дрейфующий айсберг? Что хуже, она знала, что не сможет повернуть назад – пообещала ведь! Да и разве убежишь от такой ответственности? Пусть и разделённой на двоих.

– А ведь ты уже совершил подвиг! – осознала вдруг Элина. – Выполнил свою часть обряда. Спас меня, вытащив из-подо льда.

Вырванный из мыслей, Севериан поначалу уставился растерянно, не понимая, а потом и вовсе стушевался.

– Да разве то…

– Но я умерла бы, если не ты!

И именно сейчас, как назло, в голову пришло: «Тут до конца жизни надо быть обязанной».

– Этот обряд полный бред – ты согласилась со мной. К тому же вряд ли там всё так просто.

– И всё же. Представь, что да.

Окажись это правдой, миру пора бояться. Она самая бесполезная. Она вероятнее сбежит, чем спасёт кого-то.

Наконец, показался каменистый берег. По ощущениям прошла целая вечность, целая жизнь, но на деле всего полчаса от силы. Однако вместо одной фигуры, их уже встречали трое. Элина тут же стала представлять худшее: неужели на Демьяна напали, пока их не было? Вот только приглядевшись, стало понятно, что никакие это не нечистые, а такие же как они ученики – на чужих головах пестрили цветочные венки.

– А вы-то здесь откуда? – крайне «радушно» обозначил присутствие Севериан.

– Наверно оттуда откуда и вы?

Двоими оказались Авелин и Дима. Вот кого Элина точно не ожидала встретить. А они, такие вымотанные и раздражённые, кажется, совсем не обрадовались перспективе объединиться.

Демьян, стоящий чуть поодаль, резко оторвался от созерцания ледяной глади. Он подскочил, схватил Элину и Севериана за плечи и осмотрел со всех сторон.

– Я места себе не находил! – чего только успел надумать за это время. – Вы в порядке?

«Нет» – хотелось ответить честно. Но вместо этого Элина лишь утвердительно кивнула. Нельзя забывать, вопрос – чистая формальность.

– И всё-таки, – не унимался Севериан и обратился к Демьяну, – что эти здесь забыли? Ты их проверил, надеюсь? Мало ли какой нечистый вселился, а ты рядом ходишь и спину так просто подставляешь…

– Пожалуйста, можешь хоть на пару минут заткнуться и побыть милым? А то я уже начинаю жалеть, что ты вернулся, – звучал он, по правде говоря, серьёзно. – Конечно, я их проверил. Сказали, что потерялись, как и мы слонялись по лесу, пока не набрели на барьер.

– Что-то не верится.

– Не нам…

– И не надо, – вспылил Дима, замечательно всё слышащий. – Сами почему-то не спешите делиться и душу изливать.

Непривычно было видеть его таким: щёки покрылись красными пятнами, руки сжаты в кулаки. Элина не помнила, чтобы тот хоть когда-то злился, отвечал на подколки или оскорбления. Скорее этим грешила Авелин. Что же должно было случиться?

– Вообще-то всё, что, я сказал…

Но Демьяна опять перебили и не стали слушать.

– Осмелел, я погляжу. Конечно, для тебя места эти родной дом. Так чего ждёшь? Давай, иди. Может, встретишь братца своего где.

– Одно слово, – стало только хуже: напряжение сгустилось, заискрились молнии, – ещё одно слово, и я убью тебя.

– А ты попробуй, – Севериан тоже завёлся с полуслова. – Сил-то хватит?

Элина успела только моргнуть, а двое уже сцепились и катались по снегу, пытаясь простыми кулаками выбить друг из друга всю дурь. Она даже не поняла, с чего всё началось! Их точно надо было растащить, и Элина даже попыталась, схватив кого-то за плечо, но быстро получила локтем в бок и отшатнулась, завалившись в снег.

– О, Боги, что как дети малые! Самое время сейчас, конечно, – со злости Демьян удивительно легко раскидал обоих по сторонам и принялся отчитывать. Как будто не на два года был старше: действительно напоминал отца с неразумными детьми. Выглядел только при этом жутко: ничто не смягчало искажённых губ и хмурых бровей.

Элина благополучно не стала вмешиваться, отойдя к Авелин и беря с неё пример. Та словно всё это время была не здесь, не с ними, и очнулась только от мальчишечьих криков.

– Расскажешь?

Хотелось и правда верить, что у неё были какие-то привилегии, особое отношение, ведь вся эта предвзятость к Потерянным сблизила их. Но Авелин, очевидно, считала иначе. Она лишь помотала головой, а затем и вовсе отвернулась. Даже словечка не достойна? Эля-Эля, из раза в раз опять на те же грабли. Пора бы понять, что искать дружбы там, где тебе не рады, глупое и абсолютно жалкое занятие.

– Хотите выбраться отсюда, так будьте добры работать вместе, а мордобои оставить на потом. Клянусь, повторится ещё раз, и я лично вас разукрашу. Договорились?

Двое кивнули, но, сколько бы ни помятые и обруганные, покорности в них так и не нашлось. Демьян, впрочем, тоже едва успокоился: дышал загнано, челюсть сжата. Однако роль лидера взял на себя и, не став медлить, повёл их обратно по каёмке озера. На вопрос Авелин, почему бы просто не двинуться напрямки, Севериан и Демьян, не сговариваясь, выразительно посмотрели на Элину, и ответили, что рисковать всё же не стоит. Она потупилась. Может, со стороны это могло показаться заботой, но для неё лишь напоминанием: ты якорь, камень, тянущий всех на дно.

– Хэй, – к ней, плетущейся позади, присоединился Демьян, – поделишься, что тогда всё-таки случилось? Что ты услышала? А то вы так и молчите.

Элина невольно улыбнулась, по-детски радуясь его вниманию. Сейчас он не выглядел взбешенным, но кто знает, может и для неё припасена тирада о том, как не стоит убегать в лес.

– Прости. Наверно, ты и меня захотел убить, когда остался совсем один.

– Вот, значит, какой я теперь? Тиран, убивающий каждого провинившегося? Не такой уж я ужасный на самом деле, – шутливо открестился. Хоть, кажется, сильно смутился от того, как легко позволил себе сорваться. Элина не могла ничего поделать, но находила это очаровательным.

– Я правда слышала колокольчики тогда, – она попыталась пересказать всё, избегая лишь того, что говорил Везнич, избегая любых намёков о Богах и обряде. – …и Севериану пришлось выполнить просьбу. Он убил их. Не знаю, смогла бы я…Стоило ли вообще это делать? Мне не казалось, что они страдали. Вдруг они на самом деле хотели жить, а мы…

– Нечисть есть нечисть. Говорят, что чем дольше они остаются на земле, тем нестерпимее болят их души. Но хорошо, что ты…вы не пострадали.

– Это точно.

Элина хотела рассмеяться, но тут подал голос Севериан, привлекая внимание:

– Мы ходим кругами.

Обогнув-таки озеро по дуге, они нашли тропинку и вышли прямо к лесу. Однако не успевали пройти и пары минут, как возвращались обратно к берегу, будто где-то сворачивали не туда. Дорога была прямой. Повторялось это не раз и не два, и все остановились. Безумие будет надеяться на перемены. Это буквально кроличья нора.

– И что предлагаешь делать?

Демьян пожал плечами, пытаясь не показывать растерянности. Почему именно сейчас им надо потеряться? Полунощные земли и правда игрались с ними.

– Если это какое-то искажение пространства, то, – прервала гнетущую тишину Авелин, но даже не успела закончить.

– Нет, мы бы почувствовали, – вспомнил свою стезю Севериан и взялся поучать. – Даже малейший переход с одного слоя на другой больно бьёт по рассудку. Не зря ведь Хранители Пути после таких путешествий берут больничные.

– Скажешь тоже.

«Не хочу врать, но мне кажется, я догадываюсь, что это», – неуверенно вклинился Яромир. Неужели обиды кончились? – «Хотя и на моей памяти случалось такое, мягко скажу, редко. Это «Гладный бочаг», ловушка заложных»

Внутри всё похолодело. Да нет, быть того не может. В округе наверно сотни другой нечисти. Не мог же в самом деле здесь оказаться тот Мертвец? Глупости.

«И как нам быть?»

«Бочаг для заложных душ вроде забавы. Им лишь бы сбить с пути: к себе заманить или же заставить блуждать до смерти. Поэтому, чтобы выбраться, надо найти виновника всего. Поймать Мертвеца. Обычно далеко они не отходят, силы слабеют с расстоянием. Мы, помниться, обстукивали деревья по три раза и спрашивали: «Кто наряженный?» – нечистым всегда приходится отвечать на это»

– Это «Гладный бочаг», – послушно повторила Элина.

Все уставились на неё с одним вопросом:

– Откуда ты знаешь?

Усилием воли заставила себя продолжить.

– Скопа ведь мне кучу всего позадавала. Я читала в каком-то учебнике, – от лжи горел язык. – Нам нужно поймать Мертвеца, который это всё устроил.

Их удивление показалось бы оскорбительным, – насколько пустоголовой считают? – но и Яромир не был до конца уверен.

– Даже я об этом знаю мало, – рассеяно пробормотал Севериан.

– Других вариантов ведь всё равно нет? Так что послушаем меня…

Но исполнить задуманное не получилось. Эхом разлетелся вдруг взбудораженный мальчишечий голос: громкий и необъятный, со всех сторон слышимый.

– Ой, уморили! Ха-ха-ха! Ой, сдаюсь-сдаюсь!

У Элины потемнело в глазах. Тело застыло, а ноги сразу сделались ватными. Он! Это точно он! Её ночной кошмар, её страх и ненависть. В памяти не улеглись ещё, не затёрлись моменты бессилия и отчаяния.

«Мороз» – прошептали с надломом.

«Ты знаешь его? Ну, конечно, знаешь! Из-за него всё началось. Это он клялся убить нас обоих!»

«Но почему до сих пор жив?..»

«А жив ли?»

– Кто это? – впервые Авелин поддалась страху.

Каждый встал спина к спине, в любой момент готовый защищаться. Напряжённые до предела они вертели головами, ища виновника.

– Мертвец, – констатировал Севериан. Меч в руках ходил ходуном, а сам он будто не мог вдохнуть, постоянно морщась. – Как раз тот, что решил поиграться с нами.

– Как грубо. А я-то просто-напросто хотел помочь…

С одной из веток осыпался снег. Воздух накалился, и вот в темноте стал проявляться туманный силуэт. Сначала как у Чеширского кота появилась голова: скошенная улыбка, лукавые глаза и чёрная клякса волос. Затем туловище, руки и ноги, а самым последним – ледяной посох. Мальчишка висел вниз головой, ногами будто бы держался за ветку, но на деле парил, и уставился на них в ожидании представления.

– Чего ты хочешь? – выкрикнул Демьян, не столько надеясь на ответ, сколько пытаясь выиграть время, найти способ сбежать.

– Чего я хочу? – театрально удивился Мороз и подпёр подбородок, якобы задумавшись. – Да-да, есть среди вас тот, кто меня волнует. Самый ужасный человек на всём белом свете, монстр и простой лжец! Мой убийца! Месть будет сладка, обещаю! Но сегодня я не за тем пришёл, хоть и ужасно хочется. Я вас пощажу, и выведу даже! Удивлены, довольны?

– Откуда вдруг такая щедрость?

– А зачем искать причины, – вопрос заставил его запнуться, – просто хочу.

– «Бочаг» разве не ты поставил?

– Верно, я. И что? Коли можно позабавиться, как отказать себе в радости?

Тут Мороз отпустил ветку и полетел вниз, покружившись пару раз вокруг оси, но не успел коснуться земли, как взмыл ввысь, и, взмахнув белым плащом, заявил:

– Ежели хотите выбраться, за мной следуйте! А нет – оставайтесь одни!

И действительно не стал никого дожидаться. Медленно поплыл между деревьев, сбивая с веток снежные верхушки.

– Идём, – решил за всех Севериан и, предрекая вопросы, убедительно изрёк. – Он одиночка, к логову не приведёт. К тому же нас больше. Справимся же с каким-то заложным.

Неуверенно они последовали за Морозом, тем не менее, держась на приличном расстоянии, и неустанно спорили.

– Мы сами на смерть идём, – шептал Демьян. – Нужно бежать сейчас. Потом будет поздно.

– Он не кажется таким опасным, – хмыкнула Авелин.

– Нечисть есть нечисть. Им нельзя доверять. Даже пусть одиночка, заведёт куда-нибудь в Сожжённое княжество и всё, будем новыми Железными стражами.

– Мы и без того в тупик зашли.

Поэтому они продолжали идти. Элина не знала, как рассказать им о знаменательной встрече, о пропавших родителях, о шраме, и глупо молчала, натянутая, как тетива, беспокойная, перебирающая в голове всевозможные опасности.

«Так значит, ты и его знаешь?»

«Похоже, да. Я и не думал, что он тот, о ком ты говорила. Не должен был выжить, даже стать нечистым не смог бы. Его душа…от неё остались лоскутки»

«За что он так ненавидит тебя?»

Яромир надолго замолчал. Может вспоминал или подбирал слова? В любом случае, это не сулило ничего хорошего.

«Причин много. Он был первенцем Далемира, способным едва не с младенчества. Все пророчили лучшие времена для Утёса. Но потом как по накатанной: смерть Мстивоя Вятшего – их Князя, пожар и безумие Морены. Мальчик умер совсем юным. Мать передала ему хворь, хотела оставить подле себя навечно, но на деле просто крошила душу, уничтожала. Далемир отказывался вмешиваться. Князья и Княгини побоялись усугублять и до того накалённую ситуацию, а я же…Я не побоялся. Только поздно уже было. Не знаю, как он стал заложным покойником, ведь я ясно помню, как вместо ребёнка в моих руках осталась пыль»

«Значит, он подчиняется Морене?» – предположила Элина и, подумав, дополнила. – «И злится на тебя за то, что разлучил с ней? Но как же ты сделал это? Убил его?»

«Это…было необходимо. Тебе не понять» – попытался отстоять себя, но быстро сдался. – «Морена здесь не причём. Он может поклоняться ей, но Боги не говорят с нечистыми. Хотя что за игру ведёт мне тоже не понять»

«Он был первым, кто нашёл меня, и кто понял, что во мне – Белый Бог»

Немного прошло времени, прежде чем они вышли на открытую поляну. Разглядев кострища и поваленные брёвна, Элина не поверила глазам. Неужели Мороз действительно помог им? Ей? Действительно собирался увести подальше от полунощных земель?

Что-то здесь нечисто.

«Как думаешь, мы не?..»

– Эй, ты чего?!

Все резко остановились. Даже пресловутый Мороз обернулся растеряно. Севериан, шедший впереди всех, вдруг схватился за голову и протяжно застонал. Ноги отказывались держать его, и в охватившей тело агонии он упал на колени.

– А я говорил! Говорил, нельзя доверять Мертвецу! – воскликнул Демьян.

– Вечно винят ни за что! Я тут ни при чём!

Элина опустилась на корточки и неуверенно обхватила Севериана за плечи. Всем сердцем она желала помочь, но могла только смотреть. Бесполезная. Рядом присел Демьян и попытался отнять чужие ладони от лица.

– Поможешь ему?

– Если бы я знал как.

Однако их оглушил яростный крик:

– Почему именно сейчас?! Мы договаривались!.. Нет, нет, нет!

Севериан заметался в припадке, катался по снегу так рьяно, что одежда вновь промокла насквозь. Даже Демьяну не хватило силы остановить его, и он в полной беспомощности отшатнулся.

– Это точно твоих рук дело! – разозлилась Элина, поворачиваясь к Морозу.

– Я обычный покойник! Я на такое не способен!

– Врёт.

То сказал Севериан. По щелчку пальцев он пришёл в себя, всё закончилось так же внезапно, как и началось. Вот только Элина чувствовала – беда. Наблюдая за Северианом сейчас, она напряглась, как жертва, загнанная в угол. Пропали теплота и доверие, ощущение защиты. Во взгляде его читалась дикость, опасность и наслаждение – гремучая смесь безумца. Элина сразу всё поняла. Льдистые глаза сделались чёрными.

«Далемир»

Так всё-таки она была права! Все подозрения, догадки подтвердились! Не у неё одной Бог в голове, Севериан тоже жил с этим! И Везнич не соврал? Они связаны?

Но Элине не дали осознать до конца, внутри вдруг всё вскипело. Её захватили чужие эмоции, накрыли лавиной и поглотили. Она никогда в жизни не способна была испытывать такой щемящей тоски и нежности, такой разрушающей ненависти. Когда Яромир успел настолько врасти в неё?

– Это, это ведь…не может быть, – вся спесь слетела с детского личика. Мороз сжался, не иначе как желая раствориться в воздухе.

Не-Севериан, Далемир подарил ему широкую улыбку, вроде бы мягкую и снисходительную, но таящую в себе нечто угрожающее. Никто и не догадывался, кто перед ними.

– Ах, Мороз-Мороз. Не думал увидеть тебя под вечность лет. Вполне живым к тому же. Как же так получилось?

– Матушка не отпустила. Сшила вместе кусочки.

– В её силах, верно. Но тогда ответь мне, как же ты умудрился связаться со сворой дворовых собак? Людьми, что убили тебя? – с каждым словом угроза в его голосе становилась чётче.

– Я поклялся отомстить тому, кто забрал у меня всё! И это не они, а!..

– Коли хочешь поквитаться с тем, кто причинил нам боль, нельзя размениваться. Я, конечно, займусь твоим воспитанием. Но запомни: больше ты не посмеешь слушаться врагов.

– Я ближе, чем ты думаешь к…

– Не вижу мёртвых тел. Дела так не делаются. Я ещё дам тебе отыграться, не переживай, а сейчас уйди же с глаз долой. Мне надо поприветствовать давнего друга.

В это же время встрепенулись ребята, ничего совершенно не понимающие. Что заставило Севериана так резко поменяться? И, главное, почему его боялся и слушался сам Мертвец?

– Да что с тобой такое? О чем ты вообще говоришь?

– Неужели заразился Скарядием? – опасливо спросила Авелин.

Демьян вцепился в чужое запястье и только успел достать глефу, как Не-Севериан выдернул руку и одни взмахом отбросил троих на несколько метров. В земле тут же появилась глубокая борозда, отделяя друг от друга, а вверх потянулся мутно-белый купол. Неужели очередной барьер!?

Мороз быстро скрылся за деревьями. А Далемир обернулся к Элине, пригвождая к месту пытливым взглядом. Яромир встрепенулся.

– Братец, – даже шутливый поклон вышел ядовитым, – какая встреча, согласись. Минула тысяча лет. Ты скучал по мне? Признай, сразу понял, какую ошибку совершил. Златодан точно понял. На кого он дальше стал спихивать все злодеяния мира? На тебя?

– Давно ли мы стали братьями?

«Эй!»

Рот двигался сам по себе. Элина потянулась к лицу руками. Нет, тело, значится, ещё её.

«Не злись. Обещаю, сделаю что угодно, лишь позволь мне всего на мгновение, ещё немного…Это он! Я должен говорить с ним!»

Никогда до этого Яромир не звучал так умоляюще, так жалобно. Разве могла отказать? Элина сдалась, даже не подумав сопротивляться. Раз ему это нужно, это важно – пожалуйста, ничего не жалко.

– А ты ничуть не изменился. Всё такой же мягкотелый, – разглядев в заминке их спор, Далемир скривился. – Лучше бери пример с меня.

– Не все хотят стать чудищем из сказок.

– Знали бы они, кто здесь на самом деле чудище, да? – сделав шаг вперёд, он так и не решился подойти. – Бедный-бедный Чёрный Князь был безжалостно принесён в жертву любимым братом и даже не упокоен в земле. До чего же…

– Мы не братья, – в который раз уже повторил Яромир. – Чьи же это слова?

Элина устала от той бури, что кипела и горела, не потухая, внутри. Они были единым целым в тот момент, и даже ей стало ужасно больно смотреть в эти бесстыжие глаза.

– Неужели! Ты всё-таки слушал меня? Как жаль, что теперь слишком поздно, мы оба мертвы! – смех его не был веселым, скорее вымученным и болезненным.

– Так чего же ты хочешь? Сам сказал, я мёртв. Все, кого мы знали когда-то, мертвы. Мстить больше некому.

Далемир тут же замолк и решился-таки подойти ближе, лицом к лицу. Нависнув с высоты чужого роста, он даже в таком маленьком жесте ощущал превосходство.

– Опять считаешь себя самым умным? Я – не ты. Я не собираюсь довольствоваться местью. Этому миру давно пора исчезнуть. Очиститься. Зачем ему спасение? Или ты и в этот раз найдёшь жертву?

– Неужели Морена ничему тебя не научила? – зло выплюнул Яромир. – Хочешь идти по её стопам, так лучше сразу поклонись идолу. Или боишься, что не примет уже с распростёртыми объятиями?

– А знаешь, может ты и прав. Зачем ждать, если прямо сейчас могу легко забрать твою душу?

Прежде чем рука успела схватить за шею, Яромир первым отпрыгнул назад. Тогда же Далемир призвал оружие, и похоже был абсолютно серьёзен в намерениях – таким опасно-плотоядным сделался взгляд. Если Севериан управлялся в чём-то даже изящным, тонким и ярким мечом, то Далемир взялся за громоздкий двуручник из чёрной стали. Где-то Элина уже видела такой… И тут разом всколыхнулись чужие воспоминания – погодите, неужели это тот самый отцовский подарок?

«Я не смогу отбиться! Я истратил все силы ещё на озере!»

К Элине и правда стало возвращаться ощущение собственного тела, единоличного контроля над ним. До этого она будто одновременно и была, и не была здесь – играла в компьютерную игру от первого лица.

«Ты издеваешься, да?! Разозлил его и в норку спрятался? А мне теперь одной разбираться!»

«Вот знал бы, и не спасал тебя из проруби!»

«Так всё равно сейчас умрём!»

Далемир сделал выпад, словно сам до конца не осознавал предела силам, и едва не пригвоздил её к земле. На том месте, где стояла, осталась глубокая борозда. Элина поняла, что время для споров совершенно не подходящее. Надо срочно что-то придумать!

«Рушь барьер!»

Вторя наказу, Элина подскочила к глухой стене и очерченной линии. Приложив, как и до этого, ладонь, она попыталась все мысли направить в одно слово: «Сломайся!». Но сосредоточиться никак не получалось. Далемир не давал и шанса, больше забавляясь на самом деле. То бросался на неё и показательно махал мечом, то ставил подножку и валил на пол, смирно дожидаясь пока поднимется – так коты играют с мышами, истощая и терзая.

– До чего же жалкий.

Элина злилась. Конечно, что она вообще могла противопоставить Богу? Да и о чём говорить, если окажись здесь хоть «безобидный» замятник, всё равно не смогла бы справиться! Никаких сил у неё не было! Но продолжаться вечно так не могло. В конце концов мышь должна оказаться съеденной.

Она опять вжалась в стену, готовая умолять саму себя. «Давай, смоги, тебе ещё нельзя умирать». Во чтобы то ни стало, у неё обязано получиться – будет стоять до победного, не шелохнётся. Либо так, либо смело можно распахнуть объятья и насадиться на меч. А что толку бегать?

Показалось ли, но в этот раз пошло и правда лучше: по рукам расползлись колючие мурашки, оставляя онемение, похожее на то, как если долго пробыть на морозе.

Так ли было на озере? Элина до конца сомневалась в своей причастности. Но сейчас ей наоборот пора перестать сомневаться. Пора поверить. Сделала раз, сделаешь и второй.

– Думаешь, сбежишь?!

По стене расползались тоненькие едва заметные трещинки, идущие прямо от ладоней. Элина и сама наблюдала шокировано. А вдруг её истинное предназначение – разрушать барьеры? Ничто ещё не давалось так легко.

Только шло дело медленно, ужасно медленно, и неотвратимо несущееся лезвие вот-вот собиралось помешать ей. Этого допустить нельзя. Потому вместо того, чтобы уклониться, она вскинула правую ладонь и безрассудно остановила меч. Боль доходила с опозданием, и только струящаяся кровь намекала насколько всё плохо – и это Далемир ещё успел затормозить. Так бы точно осталась без руки.

Зато он тут же впился испачканными в крови пальцами ей в шею и зашептал скороговоркой:

– Да будет земля, да будет огонь, да будет мёртвая вода…

А потом барьер, этот проклятый барьер не выдержал и лопнул, разлетевшись осколками. Тогда уже Далемир сам оттолкнул её и воскликнул вдруг наигранно весело:

– Вот значит как. Хорошо. Ты сам навлёк им беды.

«Что всё это значит?..»

Элина наконец увидела ребят. Те стояли запыхавшиеся, решительные и воинственные, и на сердце в тот же миг полегчало. Она не одна. Но затем испугалась вдвойне – что если их ранят, что если не справятся? До этого Далемир давал ей шанс и не воспринимал всерьёз. Но Далемир – не обычный ведающий, Далемир – Бог. Что для него какие-то школьники?

Демьян первым ринулся вперёд, оттесняя её от Не-Севериана, и выкрикнул, обращаясь к нему:

– Успокойся! Приди в себя!

Далемир на это лишь закатил глаза и отбил атаку, мечом разрубил древко надвое. Тут уже ребята поняли – мирно ничего не решится. Поэтому вступили в бой, но не пытались ранить, а хотели лишь утихомирить и связать. Наверно, это всё усложняло. Меч в руках Далемира порхал. В ближнем бою ему не было равных: Демьян ни разу не дотянулся, не задел даже, в то время как сам получил пусть и легкие, но весомые порезы.

Ситуация для них виделась плачевной. Можно было прощаться с жизнями, если бы так продолжалось и дальше. Но в какой-то момент напор стал ослабевать. Расслабленность и презрение сменились раздражением и нервозностью. Сначала Далемир замедлился, затем пропустил стяжку от Авелин, пока в конце концов не выронил меч и тот растворился в воздухе. Тогда заговор Димы, наконец, схватил его, оплёл лозой и обездвижил.

Севериан рухнул на землю без сознания.

Далемир сбежал.

Все, наконец, смогли выдохнуть. Дышали тяжело, но свободно – никого серьёзно не ранило. Элина выступила из-под их защиты и опустилась на колени рядом с Северианом. Сначала проверила не очередная ли это ловушка, не притворяется ли, а затем уже куда серьёзнее осмотрела мелкие раны и даже зачем-то пощупала пульс.

– Никогда не видел, как людей поражает Скарядие. Страшное зрелище, ещё немного и… – Демьян не стал продолжать, но все и так прекрасно поняли. – Надо скорее выбираться отсюда, отвести его к целителям.

– Вот как теперь! От каждого жди удара в спину, – пробурчала Авелин, одарив их говорящим взглядом.

– От тебя в первую очередь, – парировал Дима.

Демьян тоже наскоро осмотрел Севериана и, удостоверившись, закинул себе на спину. Их разница в росте и до этого смотрелась комично, а сейчас показалась огромной: как наблюдать за муравьём, тянущим на себе палку.

– Хватит вам. Идём.

Сомнительный проводник сбежал, оставив их, не пойми где, запутав лишь сильнее, потому уверенности в направлении не было, но они, несмотря ни на что, продолжали идти. Казалось, если остановятся, если сдадутся, уже никогда не выберутся. Элина поняла, не зря все так страшатся полунощных земель – слишком много ужасных, запутанных вещей случилось за эту очень короткую ночь.

Они ещё долго блуждали, а может и не долго, но одинаковые деревья, нависшая луна и тишина растягивали до бесконечности ощущение времени. В какой-то момент даже разговоры сошли на нет. И тогда, когда надежда совсем угасла, порождая отчаяние, им на встречу вышли двое людей со слепящими фонарями. Демьян облегчённо, до конца неверяще, выдохнул:

– Защитники.

Как оказалось, они почти вернулись на поляну, но гуляли по кругу. Хорошо, что рядом уже начали патрулирование. Как Элина поняла из объяснений полушёпотом, Защитники кто-то вроде полицейских или спасателей. Когда случается ЧП, вызывают их. Они постоянно сражаются с нечистыми, расследуют пропажи, вызволяют из ловушек.

На той самой поляне собралось порядком людей: и учителя, и Защитники в золотом, и Хранители Пути в шубах. Куда же без них. Все что-то обсуждали, ходили туда-сюда, решали и делали. Стоило только выйти из леса, как к ним тут же подскочила группка. Целители осмотрели раны, ища серьёзное и требующее срочного лечения. Не найдя таковых, они уже собирались уходить, как вдруг Демьян ошарашил:

– Кажется, у него Скарядие.

Защитники тут же поменялись в лице. Они забрали Севериана и понесли к одной из скамеек, оставшейся с празднества, подзывая женщину в белом полушубке.

Другие с ручками и планшетами стали расспрашивать о том, что случилось, где они пропадали и что видели.

– Нам поступили сведения, что Вековой барьер был разрушен. Вы знаете об этом?

Демьян и Элина переглянулись – они-то знали. Единственные здесь. Она мгновенно разнервничалась. Кто в этом виноват? И что ей будет, когда узнают? Но, прежде чем успела сказать что-то в своё оправдание, её уже опередили.

– Нет, – одним взглядом Демьян сказал: «Молчи». – Но мы встретили заложного, Мертвеца. Может его рук дело?

После правдивого описания Мороза, Защитница весело хмыкнула и, отдав исписанный лист помощнику, наказала:

– Обрадуй Лукерия. Его голубчик опять объявился.

Допрос закончился и их повели к Хранителям Пути. Элина облегчённо выдохнула. Они не должны были лгать, но почему-то Демьян решил сохранить всё в тайне. А раз так…Она доверится ему. Ещё издалека Элина заметила знакомые лица и ощутила неуместную радость. Досифей и Ангел! Как будто вечность прошла с их последней встречи, а на деле всего-то неделя. Они ничуть не изменились, только заразились общей серьёзностью. Рядом, помимо ещё одного Хранителя Пути, стояла директриса и вела разговор о чём-то важном, но, заметив приближение их маленького отряда, спешно закончила: