Текст книги "Кровные узы (СИ)"

Автор книги: Анастасия Романчик

сообщить о нарушении

Текущая страница: 51 (всего у книги 61 страниц)

– Столичных бы подключить… они опытнее…

– Я бы с радостью, но кровные узы не возникают просто так. Я знаю о нем, но у меня не восстановились кровные узы, хотя я понимаю, что это было бы правильно. Не исключаю, что сам мальчишка этого не хочет и меня не пускает. Его ни в коем случае нельзя оставлять одного.

– С его характером… однозначно нельзя, – кивнул Галарий, делая глубокую затяжку. – Им кто-нибудь сейчас занимается из ваших?

– Тарален за него взялся.

– Ну, Тар сможет его немного остудить, – сделал еще одну затяжку долол.

– Надеюсь…Галарий, нельзя показывать, что мы поняли, кто он. Мальчик опасается нас. Испугаем еще сильнее…

– Положит всю базу, – хмуро закончил за напарника долол. – Понятно, почему Вэндэйр знание о нём скрывал. Что делать будем? Вызовем отца или же кого-то из представителей Вэндэйра? Его здесь нельзя оставлять.

– Давай его спросим, кого вызвать. Если он знает наш язык, то определенно кто-то из наших имеет с ним контакт. И… Галарий, ни в коем случае ему не лги, рекомендую выпить зелье правды перед разговором с ним. У него мирайское наследие и оно покажет ему истину.

Галарий кивнул и вернулся к Олегу, доедавшему фрукт в его кабинете.

– Амрон, – обратился долол к мальчику, садясь за своё место. – Мы с напарником не пришли к единому мнению, кого вызвать, чтобы тебя забрали домой. Акрона или твоего отца?

– Эла… – с некой ехидцей отвечал мальчик.

– О, как неожиданно, – снова улыбнулся Галарий. – Хорошо, мы свяжемся с ним, – и взглядом показывая напарнику, что нужно хоть в бездну спуститься, но Эла найти.

Дарий поспешно вышел из кабинета, а Галарий сидел и ощущал себя сапером рядом с бомбой замедленного действия. Его истинные чувства не прошли мимо Олега:

– Почему вы беспокоитесь?

– Я не за себя беспокоюсь, – признался Галарий, помня предупреждение Дария, что мальчику нельзя лгать. – Я думаю, что ты не контролируешь то, что сидит в тебе.

– Как и то, что сидит в вас?

Галарий сложил пальцы в замок. Он осторожно присмотрелся к мальчику, проверяя его уровень силы. Пятый уровень? Или выше? В любом случае, юный верон видел тьму и свет. Да и смотрел прямо в центр грудной клетки долола, а зрачок у него едва заметно светился. Без сомнений, он и проклятие служения семейству обнаружил.

– Мы отличаемся, – заговорил Галарий. – Я – тёмный, а ты – светлый.

– Знаете, я не понимал, чем отличаются тёмные расы от светлых, пока не повстречал таких как вы. С темнотой внутри. Она призывает делать… страшные вещи и обещает наслаждение. И вы её слышите…

– Это называется голосом тьмы. Её влияние подобно наркотику. Кто слабее упивается её пением и становится рабом, другие сражаются за право мыслить и жить по-другому. Тебе повезло родиться вероном и не слышать её голоса.

– Я её слышу, – возразил мальчик.

Олег встал и потянул руки к груди долола, но Галарий перехватил его за запястья, останавливая. От взгляда мальчика он чувствовал себя неуютно.

– Я могу её прогнать, – произнес Олег, упрямо протягивая руки, словно находился в неком трансе.

– Как ты сделал это с Юлианом? – понимающе усмехнулся Галарий.

Зрачок мальчика стал совсем белым, а долол непроизвольно сглотнул. Верон не просто видел, но явно мог снять проклятие. Как и в случае с отцом у Галария проклятие осталось с ним, хотя его и заглушили. Подарили видимость свободы.

– Она мучила его, коверкала его душу, как паразит, – отвечал мальчик, продолжая тянуть руки. – И я прогнал её, не дал ей сделать то, чего она хотела.

– Давай ты возьмешь свой дар под контроль, и не будешь пытаться никого прогонять, – отпустил его руки долол. – Со своей тьмой я как-нибудь договорюсь сам.

– Извините, – провел по лицу Олег, словно снимая пелену. – Она дразнит меня…

– Понимаю, сам не испытываю удовольствия от общения с ней…

Вместе с Дарием пришел Эл с недовольной миной и вопросом:

– Зачем…

При взгляде на мальчика афоэлец осекся, у него едва заметно задергалось ухо. Узнал.

– Он просил тебя позвать, – встал Галарий.

– М-меня? – очень неестественно и широко улыбнулся Эл. – Почему не опекуна или отца?

– Да так, хотел поговорить с вами, раз я всё равно здесь, – подошел к нему Олег. – Нам же есть о чём поговорить. Верно? Вы ж главный по тому вопросу, который меня интересует.

Дарий заслонил Эла собой:

– Наследник, для начала давайте мы вас домой вернем. Вы не против? Я вызову вашего отца.

– Нет, Эл пускай возвращает, – упрямо возразил Олег.

– Всё нормально, Дарий, – сказал афоэлец. – Я отведу его домой, раз он так хочет, но разговоры будут не здесь, а в безопасном для всех месте.

– Согласен, – кивнул Олег и обернулся к Галарию: – Спасибо за помощь, вы… не такой как Генлий.

– Когда-то мне уже об этом говорили, – тепло улыбнулся Галарий. – Береги себя и не попадайся больше в ловушки, малыш. Буду рад тебе увидеть здесь еще раз.

Олег наклонил голову, а глаза его стали полностью белыми. Галарий скривился, осознав ошибку. Дарий рядом закрыл лицо рукой. У Эла еще сильнее задергалось ухо.

– Вот оно что… – обвел задумчивым взглядом стражей границы Олег. – Вы и вправду боитесь, – он остановил взгляд на вероне. – Слабого не убьют, – от его слов Дарий вздрогнул. – Брату следовало бы знать, что вероны моему появлению совсем не обрадуются, как он думал. Что ж, мне действительно стоит уйти, – он взял Эла за руку и сам потянул его к выходу.

– Наследник…

– Слабого не убьют, – перебил Дария Олег, – а сильного вы уже похоронили.

Будучи на коридоре мальчик услышал мысли Галария:

«Дурень мелкий, Дарий просто хочет, чтобы ты не сдох».

«Я знаю», – отозвался мальчик, с внутренним весельем ощущая ужас долола от того, с какой легкостью наследник вторгся в его сознание.

Всю дорогу до портала Эл, не переставая матерился, да так что уши вяли, а другие стражи границы оборачивались на них. В семье Олега как-то не принято было ругаться при детях, а остроухий в выражениях не стеснялся. Да и держал мальчика за руку, как гранату, в любое мгновение способную взорваться. Его поведение вызвало у Олега смех.

– Что смешного? – перестал материться Эл.

– Это нервное, – отсмеялся Олег. – Почему-то столкновение с открытыми мирами у меня заканчивается какой-то тотальной ж…пой. Хотя я всего лишь хотел провести без лишней шумихи разведку.

– Может, вы начнете с нами разговаривать и советоваться, наследник, тогда всякой х…йни происходить не будет⁈

– Наверное, вы правы…

Эл даже тормознул после его слов и в неверии посмотрел на Олега.

– Ну, я уже немного разобрался, что у вас тут к чему, – пояснил свою позицию мальчик и сузил глаза, – понял, кто я такой и что даже у вас руки трясутся от одной мысли, что меня может что-то напугать или разозлить.

– И какие выводы вы из этого сделали?

– Вы ничего не сделаете, пока я этого не захочу, поэтому да, я буду с вами разговаривать и советоваться.

Эл снова сдобрил пространство отменной порцией матов, пока Олег нервно посмеивался над ним.

На выходе из портала их ожидал Акрон в сопровождении большой толпы веронов и мелианцев. Краем глаза Олег заметил, что на больших экранах, висящих в воздухе, крупным планом показывали его лицо. Не стоило сомневаться, что весь Размараль был в курсе его конфликта с советом магов.

Олег прямо в камеру с крыльями показал средний палец и ткнул им в глазок.

Акрон забрал мальчика у Эла.

– Будь полегче на поворотах, – сказал ему опекун. – Дальше ты молчишь, мы справимся сами.

Олег был не против. Публичность его утомила, хотелось просто всех послать. Он задержался дольше, чем договаривался с Амроном. Брат уже мягко постукивал, намекая, что не мешало бы поменяться назад.

– Я домой, – совсем тихо сказал Олег, закрывая глаза.

Акрон ничего не ответил, лишь накрыл его голову рукой.

Глава 3.22

Когда Акрасу объявили о приезде известной мелианской телеведущей и журналистки Дивы, он не смог скрыть удивления. Медийные личности к нему и раньше заглядывали, однако, что понабилось пронырливой Диве, предсказать сложно. Журналистка всегда критично высказывалась в адрес Мраны и её сына, поддерживала Амрона. Да и встретиться она хотела не во дворце, а в его студии.

В кабинете Акраса и Мадара уже ожидал легкомысленно сидящий на столе и болтающий ногами Лис.

«Это я её вызвал, расслабься», – сообщил левкос, улыбаясь во все зубы.

«Зачем?» – спрашивал Акрас, оборачиваясь к хмурому Мадару, которого тоже не посвятили.

«Скоро узнаешь».

Изящной походкой Дива миновала грозных телохранителей Акраса и направилась прямо к мальчикам и Мадару. Облегающее зеленое платье сидело как перчатка, пышную прическу женщина украсила свежими белыми цветами. На объемной груди лежало колье из драгоценных камней. Из мочек острых ушей свисали сосульки сережек.

– Дива, рад вас видеть! – поприветствовал мелианку Лис под недоумевающий взгляд Акраса. – У вас есть, что для нас?

– Да, но деньги вперед, – отозвалась Дива, кокетливо поправляя пышную прическу.

– Заплатишь ей? А то я на мели, – повернулся к принцу левкос.

Акрас поднял бровь. Финансовыми вопросами он никогда не занимался, поэтому скосил взгляд на Мадара. Верон согласно кивнул, протягивая в сторону Дивы серебристую карточку, висящую на цепочке у него на запястье. Не меняя кокетливой позы, мелианка коснулась его карточки своей. Произошла вспышка, означавшая передачу средств. Дива довольно заулыбалась, затем она вытащила из объемного лифа крылатую камеру, сразу активируя ее.

– Приятного просмотра, если понадобятся мои услуги, вы знаете, где меня найти, – послала воздушный поцелуй мелианка, прежде чем покинуть их общество.

Оба мальчика всмотрелись в кадры, где на запястьях Олега зажглась желтая цепь.

«Как хорошо, что ему хватило ума её не порвать, – появился позади детей из теней зоу Картаказис и облокотился на трость. – Если бы он её порвал сам, нам было бы труднее прикрыть его».

«Что это такое?» – спросил Акрас, оборачиваясь.

«Проявление высшего порядка, притом очень высокого уровня. Первое, она выдает силу твоего брата, второе, что у него есть ментальный дар, третье, что он не тот за кого себя выдает. Цепи появляются только у хранителей миров. Любой демон из высшего эшелона сразу обо всем догадается, едва взглянув на эти кадры».

«Разве он не поменялся сознание с Амроном, почему она проявилась?» – снова перевел взгляд на кадры Акрас.

«Его сила прочно связана с его душой. И даже если он с кем-то поменялся сознанием, сила останется с ним».

«Насколько велики шансы, что еще кто-то видел это?» – задался вопросом Мадар, пряча карточку в рукав.

«Дива профессионал, – отвечал Картаказис, – она знает, куда надо смотреть, поэтому так важно, чтобы она оставалась нашей союзницей. Если кто-то и заметил, то думаю, что Дива оставила их с носом».

«Глупый микроб! – возмутился Акрас. – Он не должен такое показывать! Он же до коронации не доживет, если и дальше будет себя так безрассудно вести!»

«У него есть мы, мой мальчик, – возразил Картаказис, – и пока он на стадии адаптации и принятия своей сущности, мы позаботимся о том, чтобы его не раскрыли и не убили раньше коронации. Если бы все было просто и предсказуемо, это было бы неинтересно».

«Но цена ошибки, его жизнь и благополучие нашего мира!»

«Тем слаще будет наша победа», – поднял уголок губ Картаказис.

Риск явно щекотал зоу нервы. И будучи тёмным, он, похоже, что упивался этим чувством. У общества зоу другое мировоззрение. Для зоу танцы на лезвии ножа просто игра. Изучая повадки бывшего советника Дунгрога, Акрас потихоньку понимал, почему веронские ученики воспитателя пауков ошибались и попадались в ловушки. Где зоу перешагнет, верон споткнется.

«Рад, что ты уже сейчас это понимаешь, мой мальчик, – легко считал его сознание Картаказис. – У тебя есть все шансы не допустить ошибки других моих веронских учеников».

«Я еще не ваш ученик…», – не согласился Акрас.

«Ты так думаешь? – насмешливо отреагировал Картаказис, припустив солнцезащитные очки на кончик носа. – Мир теней не всегда лишен красок. Разобравшись в них, ты перестанешь их бояться».

Мадар заметно напрягся после его слов, но пока не вмешивался в их диалог. Ему, как и Лоре общество Картаказиса не очень нравилось. Зоу уже показывал в прошлом, что ему ничего не стоило перешагнуть через ученика, как он перешагнул через Алираю, когда этого потребовали обстоятельства.

Но у Акраса на языке вертелся другой вопрос. Почему Картаказису безоговорочно верил Дунгрог? Что видел во тьме король прошлого, чего не замечали остальные?

«На этот вопрос тебе самому предстоит найти ответ, мой мальчик», – вернул очки на место Картаказис.

Акрас со вздохом перевел взгляд на кадры с Олегом:

«Мадар, уничтожь материал. Эту штуку даже хранить опасно».

Верон согласно кивнул, а в следующее мгновение камеру уничтожили.

* * *

Олег вернулся домой, обнаружив себя за большим столом с кучей разобранных электрических приборов.

– Арцемка? – позвал Аркадий, сидящий напротив.

– Олег вернулся, – предупредил Тарален и обратился к мальчику: – Как отпуск у отца?

– Вкус гусениц меня еще долго будет преследовать… – поморщился Олег, брезгливо высунув язык.

Тарален засмеялся, а прадед улыбнулся в усы.

– Что вы тут делаете? – спросил Олег.

– Трусливо прячемся от маленькой, но очень активной женской армии, – продолжал посмеиваться верон, а вместе с ним и Аркадий.

Олег недоуменно переводил взгляд с Таралена на прадеда. Похоже, за время его отсутствия верон и человек успели сдружиться, раз Аркадий явно в курсе того, что правнуки поменялись местами.

– Я к маме схожу, – нахмурился Олег, поднимаясь.

– Сходи, – еще шире улыбнулся Тарален, – а мы тут радио доразберем.

Олег еще не просматривал воспоминания брата за последние дни, да и внутри сознания это делать проще, чем в реальности. Мальчик вошел во двор, но ничего странного не заметил, разве что бабушка Дарья приехала и помогала Вале в огороде. Дочка Лены Юля пускала пузыри, сидя на пузе у спящего на покрывале Виталия. С первого взгляда ничего необычного. Самый обыкновенный день.

Матери в доме не оказалось, и Олег отправился её искать во двор. Возле сарая на него сверху накинули рыболовную сеть с восторженным восклицанием:

– Попался!

Олег повернулся в сторону звука. Его поймали Яна и Лена, еще и лица злодейские, словно уже давно его ловили и никак поймать не могли.

– Мам, это сейчас серьезно было? – спросил мальчик.

– Отбой операции, это Олег, – сразу потеряла боевой задор Яна, освобождая сына от рыболовной сети к явному разочарованию Лены.

– Ты уверена? – спросила старшая сестра.

– Да. У него фирменный взгляд: «вы все идиоты», второй смотреть так не умеет.

Олег поморщился. Значит, не только Аркадий в курсе того, что мальчики поменялись. И едва Олега освободили от сети, обе женщины посмотрели на него так, словно ждали объяснений.

– Что? – спросил у них Олег, так и не дождавшись вопросов.

– И ты еще спрашиваешь что⁈ – взвилась мама. – Я тут чуть с ума не сошла! Я всё передумала! Думала, что в тебя какая-то дрянь вселилась! Что тебя подменили! Что у тебя раздвоение личности!

– Еще и дед Артемом называл! – поддержала Лена. – А ну признавайся! У отца был⁈

– Ну да, у него был вместо Артема, – не отрицал мальчик, заставив стушеваться обеих сестер.

– Ты права, это точно наш Олег… – признала племянника тётя.

– А мне сказать нельзя было⁈ – зашипела мама. – Почему ты сказал только деду⁈

– Я никому не говорил, видимо, он сам догадался или сумел как-то Леонида разговорить, – пожал плечами Олег.

– Почему ты мне не сказал⁈ Разве я не твоя мама и не должна знать такие вещи⁈

– Когда комод купишь вместо очередной тупой жабы, тогда и рассказывать буду! – огрызнулся сын.

Яна открыла рот.

– Твой отец не собирается к нам приехать и как-то помочь вам⁈ – спрашивала Лена, пока сестра обтекала.

– У него запрет здесь появляться.

– П-почему? – моргнула Яна.

– Из-за тебя. Он не имел права себя раскрывать людям, а уж тем более детей здесь делать.

– А оставлять ребенка так можно⁈ – скрестила на груди Лена.

– Так не он оставил, – парировал Олег. – Меня должны были забрать и передать ему. Что-то помешало или… кто-то, – взгляд на Лену.

– А… я… – распахнула рот тётя, но быстро взяла себя в руки: – Я видела, как какой-то мужик замахнулся ножом!

Олег вздохнул. Посвящать людей в то, что его периодически пытались убить, он не собирался. Им и так всем хватало стрессов.

– В общем, брат и сестра живы, – сказал Олег, – живут у отца, а я здесь, у вас. Обо мне отец не знал и имел очень бледный вид, когда понял, кто я. И не только он… там все на ушах. И думаю, Артёму знатно дадут по шее за то, что поменялся со мной без разрешения.

– Но как-то можно получить разрешение⁈ – воскликнула Лена. – Как-то договориться, чтобы хотя бы детям разрешили приехать⁈ Старый бабник ладно, пускай сидит с запретом, а дети-то могут к нам приехать!

– С Леонидом надо разговаривать, – пожал плечами Олег. – Он представитель той организации, которая запрет наложила.

Сестры переглянулись, а Олег не сомневался, что Леонида тоже ждала рыболовная сеть, поэтому он сказал:

– Я сам с ним поговорю, не лезьте.

– Но… – попыталась возразить Лена.

– Не лезьте!

– Олег…

– Комод купи для начала! – оборвал маму Олег, затем взял сеть и показал родственницам. – И это что за детский сад⁈ Вы хоть понимаете, кто они такие и на что способны⁈ Вы серьезно хотели поймать такого как я с помощью вот этого⁈

Он показательно разорвал сеть.

– Я, надеюсь, вы Леонида не пытались так ловить⁈

Сестры замерли как два суслика.

– Мама! Тётя! – поочередно посмотрел на родственниц Олег. – Вы в своем уме нападать на иноземное существо, которое во много раз вас сильнее⁈ А если бы он вас покалечил или убил⁈

– Можно вернуть обратно Артёма? – недовольно спросила Лена. – С ним как-то повеселее было…

– А я впервые с ним почувствовала, что у меня самый обыкновенный капризный ребёнок! – едва не плакала Яна.

Олег хлопнул себя по лицу. И ведь не лгали, что самое обидное.

– Я пойду, поговорю с Леонидом.

– Можешь спросить у него, что делать, чтобы ребенок табуретки не грыз? – жалобно уточнила Яна. – Это тебе не сложно сделать для меня? Раз я не заслуживаю, чтобы ты мне рассказывал о своих планах…

– Спрошу…

Когда мальчик вернулся во двор к верону, тот сидел один на скамейке в обществе мелких птиц, которые бесстрашно топтались по его плечам и голове. Учитывая острозубую природу веронов, Олегу в диковинку наблюдать, чтобы потенциальная жертва не боялась хищника. Уже не первый раз мальчик замечал, что верону нравились маленькие птицы. Олег и сам никогда не ощущал голода при их виде, а вот от одного взгляда на голубя его хищные инстинкты с ума сходили.

– Зачем ты так сурово с ними? – спросил Тарален. – Твоему брату здесь очень понравилось. Он повеселился, пока бегал от них. Да и мне было забавно за ними наблюдать.

– Рад, что хотя бы брат повеселился от души. Потому что мой отпуск сложно назвать веселым, учитывая двойное покушение на мою жизнь и поводок, который на меня нацепил Керш.

Верон распустил птиц, и некоторое время просто сидел и смотрел вперед.

– Олег, я бы очень хотел, чтобы от тебя отстали…

– Я знаю и теперь понимаю, что единственный способ заставить этих наглых козлов отступить, хорошенько им врезать в ответ.

– Вижу, что тебя очень сильно разозлили.

– Вы не представляете насколько, – Олег посмотрел на ладонь и сжал кулак. – Я их не трогал и зла им не желал, но раз они хотят драки, то они её получат. И вам я по-прежнему не доверяю, однако мне надоел конфликт, да и от магии мне никуда не деться. Лучше уметь это контролировать, чем постоянно косячить. Да и вы всё рано от меня не отстанете, верно?

– Да, не отстану, – не отрицал Тарален. – У тебя есть какие-то вопросы ко мне, прежде чем мы приступим к занятиям?

– Да… что делать, чтобы веронский ребенок табуретки не грыз?..

Верон снова приманил птицу и погладил её по головке.

– Олег, ты понимаешь, что по нашим правилам, я должен его забрать в наш мир?

– Да, поэтому и спрашиваю у вас, чтобы понимать, как вы себя поведете с нами и как мне дальше вести себя с вами.

– Я не должен этого говорить, но скажу. Твоя мама пыталась его вытравить.

– И что⁈ – не смутился Олег. – Многие человеческие женщины так поступают, когда их бросают мужчины!

– Олег, она его не хочет, – настаивал верон. – Будет лучше, если мы его заберем.

– Новую одежду не покупают тем, кого не собираются растить! – упрямо возразил мальчик. – Коляска! Кроватка! Всё для него! У нас все готовятся к его рождению! Мы даже имя ему выбрали!

– Не убедил. Она уже навредила ему.

– Почему не спросить её⁈ – едва справлялся с гневом Олег. – Почему вы решаете всё за неё⁈ Когда забирали Амрона и Лимру её не спросили, хочет ли она с ними расставаться! Она им имена выбрала, а их забрали у неё!

– Хочешь, чтобы я спросил у неё? – встал Тарален, отпуская птичку. – А ты готов к её честному ответу?

– Да, – твердо ответил Олег, – я уверен в своей маме.

– Тогда ты будешь невидимым, пока мы будем разговаривать. И я ее спрошу при тебе, и ты услышишь, что она ответит.

– Хорошо.

Тарален вместе с Олегом застали Яну в огороде, когда она довольно нервно складывала порванную сыном рыболовную сеть. Женщина недоуменно уставилась на верона в тот момент, когда он снял браслет. Некоторое время они смотрели друг на друга.

Олег не ожидал, что Тарален раскроет истинное обличие перед Яной. Он думал, что верон применит какую-нибудь магию на его маме, чтобы она ему рассказала, о чем думает.

Тарален не торопился говорить и дождался, когда у женщины пройдет первый шок.

– Вы интересовались про проблемы с табуретками, – напомнил верон.

– А… да, Олег в детстве очень любил их грызть… – пролепетала Яна.

– У меня есть предложение лучше. Я могу забрать и усыновить ваших сыновей. У нас с женой нет общих детей, и мы будем рады взять на воспитание ваших. И Олега и второго. И у вас больше не будет проблем ни с электричеством, ни с табуретками.

Олег едва не зарычал, но мама не видела его, а верон показательно игнорировал злость мальчика.

– Спасибо, но нет, – практически не думала Яна.

– Они не вашей расы, – напирал Тарален. – Вы же понимаете, что это не конец. Олег далеко еще не подросток. И чем старше он будет, тем сильнее будут его отличия с людьми. Его магический дар будет только сильнее с каждым годом. И у второго вашего ребёнка может пробудиться вообще что-то огненное. И что вы собираетесь делать, когда ваш ребенок не грызть табуретки будет, а превращать их в пепел?

– Олег – мой сын! Точка! – упрямо повертела головой Яна. – Я не отказалась от него, когда он родился, не откажусь и сейчас!

– Отдайте нам хотя бы второго. Вы же не хотите его рожать, а я могу вам помочь.

– Хотите помочь⁈ – закричала мама Олега. – Передайте их придурку отцу, что я отрежу ему яйца, когда он снова сюда явится! Я возьму самые большие ножницы и лишу его того, чем он детей делает! Почему эта трусливая сволочь сам не явился, а прислал вас⁈ И почему это вы вместо него будете растить его ребёнка, скажите на милость⁈ Чем он будет, скотина, заниматься⁈..

Тарален не дал ей закончить, усыпив. Он извлек из верхнего кармана небольшую крылатую камеру и проверил запись с Яной.

– Это надо для Эла, – пояснил Тарален на вопросительный взгляд Олега. – Я-то тебе поверил, а он мог встать в позу. Он и так много правил из-за тебя нарушил.

– Вы не представляете, насколько я сейчас зол на вас!

– Зато сейчас, если узнает Шераин, от твоей матери не заберут ребенка силой, однако…

– Однако? – нахмурился Олег.

– Твою маму отсюда увезут и отправят в гарем Инарана вместе с ребёнком, а остальным членам вашего семейства сотрут о ней память.

Олег широко открыл рот:

– Блин… это еще хуже…

– Мне надо поговорить с твоей матерью и тетей в присутствии подчиненных Эла, чтобы они провели расследование. Есть пару моментов, которые могут нам помочь.

– Каких?

– Первое, Инаран попал сюда раненный, значит, возможно, что на него кто-то напал, и это было не совсем обычная драка, как рассказывал твой отец. Второе, тебя пытались убить еще в младенчестве. Третье, недавнее покушение на тебя и что немало важно на меня.

– И чем это может помочь нам? – немного запрокинул голову Олег.

– Нападение на существ высшего порядка света – серьезное преступление, как и на стражей границы. Если мы докажем, хотя бы Харватиусу, что тебя неоднократно пытались устранить свои, мы сможем получить у него разрешение тебя прятать и не объявлять о твоем существовании на весь союз миров. Пока этого разрешения нет, у меня пять лет, чтобы мягко адаптировать тебя к Размаралю и перевезти отсюда в мирайский мир, где тебя ждёт официальное обучение у Кантора.

– Не понимаю… – хмуро скрестил руки на груди Олег, – разве нападение на вашу столицу недостаточное доказательство, что меня ждет не особо тёплый прием?

– Такой приём ждет любого светлого твоего уровня, если мы говорим о тёмных мирах. С возращением хранителей миров скрывать тебя больше неактуально для совета магов. Поэтому и нужны доказательства того, что тебя убить пытались не демоны.

– Зачем в таком случае нужен был тот разговор о моем усыновлении?

– Чтобы подстраховать задницу Эла.

– А…

– Считай, что нам повезло, что Эл предпочел Шераину не говорить о тебе. Потому что если бы о тебе первым узнал Шераин, в тот же день тебя бы забрали в мирайский мир и объявили о твоем появлении на весь союз миров, как это было с Амроном. И я боюсь представить, какие были бы последствия этих действий.

– И что… теперь доказывать, что и все остальные родственники меня любят, чтобы им не стирали память?

– Пока не знает Шераин, достаточно позиции твоей матери. Я переговорю с Элом по поводу того, что ей можно будет рассказывать. И про огненный дар я не шутил. В пять лет твоего брата у вас будут проблемы. Сильные.

– Пока давайте поговорим о табуретках…

* * *

Эл прислал двух подчиненных в помощь Таралену, пока верон допрашивал обеих сестер. Олег не слышал, о чем они разговаривали, но судя по эмоциональному поведению матери и тёти, тема касалась Инарана.

Рядом с Олегом за одним столом сидел Аркадий по одну сторону, а по вторую – брюнет с длинными винтовыми рогами и маской на нижней стороне лица. Огненные глаза с вертикальным зрачком и белая местами покрытая черной чешуей кожа. Черная одежда стража границы местами порвана, неправильно застегнута и испачкана в песке. Да и весь вид рогатого говорил о том, что очень сильно устал и мечтал оказаться где угодно, но только не в человеческом мире.

– Пра, он не демон, он – дракон, – пояснил Олег, заметив, каким взглядом смотрел на рога стража границы Аркадий.

Видя еще большее недоумение на лице старика, Олег подсказал:

– Крокодил. Змей Горыныч.

– А-а-а, – понял прадедушка.

– С крыльями, огненным дыханием и одной головой, – дополнил картину страж границы.

– И еще он светлый, – добавил Олег.

– Ты в этом уверен, малыш? – снял маску дракон, обнажая в улыбке ряды острых как иглы зубов и скашивая взгляд огненных глаз на мальчика.

– Не впечатлили, я могу оскал не хуже сделать.

– А что про моего напарника можешь сказать? – дракон кивнул на блондина, стоявшего рядом с Тараленом.

– Он – тёмный, – даже не взглянул в сторону полудемона Олег.

– Подсказал кто, или сам понял? – вернул маску на лицо дракон.

– Увидел. У вас в центре яркий свет, а у него в центре тьма с ободком света вокруг, хотя вы – хищник, а он – всеядный.

– Разницу понимаешь?

– Как пример, он может получать удовольствие на грани экстаза от издевательств, а вы к такому равнодушны.

– Погасших когда-нибудь видел?

– Один раз, – Олег вспомнил адмана, которого убил его дар.

– В чем его отличие от нас двоих?

– Он никогда не испытывал вины.

Дракон добродушно потрепал шевелюру Олега со словами:

– Большинство путает, где кто, а я уже привык к тому, что меня заочно причисляют к тёмным.

– Из-за того как вы выглядите? – уставился на рога стража мальчик.

– Не только, я же не просто так получил прозвище Буйный. К тому же я на тёмном отделении работаю, а не на светлом как должен.

– Неужели из-за характера и внешности? – допытывался Олег, пока его прадед гладил пышные усы и внимательно слушал их. – Или вы сами захотели?

– Не хотел попасть к Шераину, уж лучше к Элу. Пришлось даже работать не совсем там, где хотел изначально из-за того, что он начальник.

– Я уже не первый раз слышу про этого Шераина и не в самом лучшем ключе. Он такой плохой?

– Неплохой, просто… – и дракона прорвало: – заходишь в его кабинет и там все под линеечку, каждый листик, каждая бумажечка даже самая маленькая идеально ровненько, цвет к цвету. Он там такой весь сидит выглаженный косичка к косичке, ноготок к ноготку. И тут я такой весь к нему вваливаюсь и громко в занавеску сморкаюсь, – он показал на себя.

Олег засмеялся.

– Можа налівачкі хатняй? – вмешался в их диалог Аркадий, осознав, что хоть и крокодил, но Буйный самый обыкновенный мужик.

– Я на работе, мне нельзя, дедуль, – одними глазами улыбнулся дракон.

– Приноси, пра, ему можно, – поймал Буйного на лжи Олег.

– Спаиваешь стража границы при исполнении…

– Вы устали и вас всё задрало, особенно после четырехчасового отчета Шераина и его вылизанных до блеска подчиненных. Прадедушкина наливка лучше того пойла, которое вы хотите в себя опрокинуть. И напарник вас не выдаст, потому что сам хочет опрокинуть стопку другую.

– Ладно, уговорил…

Как только Аркадий удалился, улыбаясь в пышные усы, к ним подошел Тарален с посмеивающимся Бешеным и посетовал:

– Какие же они балаболки.

– Получили что-нибудь ценное от них? – спросил Олег.

– Да, можно дальше раскрутить. Как только соберем еще больше данных, можно будет кое-кого прижать.

– То есть того, что вы добыли недостаточно?

– Против нас очень влиятельные и богатые личности. Чтобы выдвинуть против них обвинения надо иметь железобетонные доказательства.

– Почему не предложить Харватиусу, объявить о мальчике, как о… хранителе миров? – уточнил дракон.

– Хочешь повысить его ценность? – присел напротив Тарален.

– Почему нет? – согласился с напарником полудемон. – Он им равен. Наказание, штрафы и даже пожизненное заключение не работают. Они законы открытых миров давно на одном месте вертели.

– Тогда о нем придется объявить… – сложил пальцы перед подбородком верон.

– Если его объявят как мирайя, мирайя и будут его прятать, а где неважно, – снял маску с лица дракон. – И под крылом мирайя спокойно можно будет дождаться коронации. Вспомни, сколько дрессируют юных хранителей миров. Времени предостаточно будет. Да и наказание за нападение на хранителя миров пожестче.

– Насколько жестче? – спросил Олег.

– Смертная казнь, – отвечал Тарален. – Проблема в том, что Харватиус может не согласиться. Все-таки король веронов – защитник Размараля, а не полноценный хранитель миров.