Текст книги "Кровные узы (СИ)"

Автор книги: Анастасия Романчик

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 61 страниц)

Она снова закричала, когда обнаружила незнакомца, сидящим на стуле за кухонным столом со вторым её ножом в руке. Когда успел? Яна могла поклясться на иконе, что еще мгновение назад он стоял в коридоре. Подобно крабу она отступила к раковине, вооружившись тарелкой.

Мужчина насмешливо наблюдал за мельтешением Яны и едва сдерживал смех, разглядывая её пижаму в крупные сердечки и тапочки-собачки.

Страх моментом улетучился с бессовестного поведения чужака, взамен пришло глухое раздражение. Чем ему пижама не понравилась? Вполне приличная пижама! Удобная и теплая!

Незнакомец на удивление агрессии не проявлял, к хозяйке квартиры не лез и ничего не ломал. Разве что без разрешения взял корочку хлеба со стола. Понюхал, словно не знал, с чем столкнулся и осторожно съел.

Яна перевела взгляд на холодильник.

– Может, вы есть хотите? – спросила она тихо, надеясь задобрить злобного инопланетянина едой.

В ответ молчание и нулевая реакция.

– Вы меня не понимаете, да?

Незнакомец скромно собирал хлебные крошки со скатерти, не обращая на ее вопросы внимания. Залез в хлебницу…

– Не ешьте его! – воскликнула Яна. – Он с плесенью!..

Хлеб съели вместе с плесенью и пакетом. Перевели плотоядный взгляд на пижаму.

– Я вам сейчас обед приготовлю! – пискнула Яна, опасаясь, как бы после хлеба не съели её саму.

Она решительно открыла холодильник, вытащила из морозильника кусок замороженного мяса и положила его на стол размораживаться.

– Ладно, теперь нужно включить газ и пожарить лук.

Послышался подозрительный хруст.

Яна медленно повернулась к столу. Пришелец подобно голодному волку ел сырое мясо. Его острейшие зубы с легкостью перегрызали твердую кость и замороженную плоть. Не прошло и минуты, как инопланетянин сыто облизнулся. Его лицо заметно посвежело.

Шокированная зрелищем Яна едва повторно не свалилась в обморок и не решилась пошевелиться. Значит, ночью ей не привиделось, и не приснился кошмар.

– Мамочки… помогите…

* * *

– Кажется, я увлеклась, – вздохнула Яна и закончила рассказ. – Тебе в школу пора, – она указала на квакающие часы.

– И больше ты его не видела? – задумчиво вертя вилку, поинтересовался Олег.

– После твоего рождения мы пытались его найти, чтобы он… объяснил, как это контролировать, – она взмахнула в сторону перегоревшей лампочки. – Он же как-то с этим жил, но он как сквозь землю провалился. Ни телефона, ни адреса, никаких упоминаний, ничего он не оставил…

– Только меня и кучу проблем в наследство, – мрачно и недовольно добавил Олег.

Мама деликатно промолчала. На её лице застыла мечтательная улыбка.

– Олег, не забудь про линзы и ногти, – по привычке напомнила Яна, не прекращая улыбаться.

С тех пор как Олег пошел в школу, он никогда не выходил из дома без цветных линз, а острые двухсантиметровые ногти состригал с помощью бокореза для металла. Когда Олег был совсем маленький, мама спиливала их напильником, что причиняло много страданий… ей.

Один за другим ногти падали в раковину, но на мизинце бокорез сломался.

– Олег, что случилось? – спросила собирающаяся на работу Яна.

Олег хмуро передал ей сломанный бокорез. Мать печально повертела инструмент, покачала головой и сказала:

– Может, прекратим их состригать и придумаем тебе образ готического вампира?

– Я не хочу ходить с длинными ногтями в школу!

– Олег, но они же тебе не мешают… ладно, буду с работы идти, у дядя Вовы новый возьму… покрепче, а пока заклей пластырем.

В момент, когда Олег заклеивал в ванной палец, в отражении зеркала появилась Алирая. Она без одобрения смотрела и всем видом показывала, как ей не нравились его действия.

– Супер! Теперь у меня еще и глюки! – проворчал Олег и вышел из ванной комнаты.

– Олег, может мелиссы тебе заварить?..

– Что я сломал?

– Мой мобильник, – ответила Яна и бодро добавила: – Ничего страшного, мне давно пора его менять!

Она лгала. Дольше полугода рядом с Олегом никакая техника не жила. Яна ничего не покупала, ноутбук хранила у подруги Кати и забыла о существовании телевизора. Дошло до того, что Яна забирала не нужные никому вещи и самостоятельно их чинила.

– Так, что ты думаешь о мелисе?

– Не хочу.

– Ну, тогда удачи в школе! И зонтик возьми!

Олег закатил глаза и вернулся за зонтиком.

– Можно я прогуляю и не пойду в тюрьму по ошибке названной школой?

– У тебя уже три прогула в этом месяце, – завязывала шарфик Яна. – Когда ты прогулял математику, мне твоя классная руководительница вынесла мозги по телефону.

– Потому что ей вынесла мозги Клавдия Степановна.

– Олег, ты в пятом классе… тебе и так учиться меньше, чем другим детям. Потерпеть осталось всего пять или шесть лет.

– Я скорее выпрыгну в окно и полечу, – проворчал он, выходя из дома, – чем выдержу еще шесть лет скуки смертной.

Унылые желтые стены трехэтажной школы встречали Олега облупившейся краской и неприличными надписями. Куцые кустики возле дорожки. Потрескавшийся от времени асфальт.

– Олег! Привет! – закричал ждавший в школьном дворе Федя.

Облик десятилетнего товарища вызывал у Олега невольную улыбку. Низкорослый Федя носил огромные очки, делавшие его похожим на стрекозу. Торчащие во все стороны чёрные волосы и глаза неопределенного тёмного оттенка дополнительно придавали смешной и нелепый вид. На зубах скобы.

Два года назад Олег стал свидетелем, как пятеро старших мальчиков били Федю. Он должен был пройти мимо согласно указанию дяди Евгения: ни с кем никогда не драться. Но всхлипывания Феди, беспомощно принимавшего удары, заставили его нарушить правило.

– Перестаньте! – подошел он к компании.

– Смотрите! Нам шмокодявка приказывает! – обрадовался один из мальчишек. – Кто-то тоже получить захотел!

– Выберете добычу равную вам!

– Мы тебя выберем! – заржала компания.

Олег не сопротивлялся, когда они избивали его. Порвали ему одежду, насыпали на голову песка, разбили скулу и выбили зуб. Но его нервы сдали, когда один из мальчишек крикнул:

– Этот слабак даже сдачи дать не может! Давайте ему собачьих какашек в рот насыплем!

Олег сломал шутнику руку, перехватив за кисть и сжав чуть сильнее, чем того требовалось. Мальчишка закричал и покатился на землю.

– Не разойдетесь, поубиваю всех, – прорычал Олег, сам себя не узнавая.

И было в его интонации нечто такое, отчего у детей от страха затряслись колени. Они подняли покалеченного товарища и так припустили, словно за ним адовы псы гнались.

– Ты в порядке? – Олег приблизился к плачущему Феде, неловко чинившему сломанные очки. – Выглядишь неважно.

– Сам-то… – всхлипнул Федя. – Мама ругать не будет?

– Моя? А за что? – Олег недоуменно склонил голову набок.

– За порванную одежду тебя не накажут?

Олег завис, переваривая новую информацию. Он не знал, что за испорченные вещи родители ругали и наказывали детей. У его мамы обычно другая реакция:

– Будет сильно плакать и стыдить.

– Ты странный… и у тебя что-то с глазом странное… он светится…

Олег понял, что во время избиения у него вылетела линза.

– Тебя это смущает? – прикрыл рукой глаз Олег.

– Нет, я тоже странный…

Оказалось, Федя увлекался робототехникой и вселенскими заговорами, о чем с гордостью поделился с новым другом. И он один из немногих, кто знал о странностях Олега, но никому о них не рассказывал. Хранил секрет.

Другие дети сторонились Олега. Они чувствовали в нём другого и боялись его. Одним взглядом он вызывал у них ужас, природы которого никто не понимал. С первого дня в школе у Олега закрепилась кличка: «Колдун».

– Что у тебя с пальцем? – спросил Федя, заметив пластырь и выдергивая Олега из воспоминаний.

– Кусачки сломал…

– А-а-а, – друг прекратил расспросы, коснувшись запретной темы. – А мне приставку подарили! Не хочешь зайти и поиграть?

– Я её сломаю…

– Но ты же никогда не пробовал играть в приставку, откуда ты знаешь, что сломаешь её?

– Давай не будем экспериментировать.

Они поднимались по лестнице, закрывая зонты. В школе было шумно от детских криков и от топота бегающей детворы.

– О, а вот и вундеркинды приперлись, и ветром их не сдуло, – громко прокомментировал приход друзей один из одноклассников.

Олег никак не отреагировал на высказывание. Он и сам не особо горел желанием переходить сразу в пятый класс вместо второго, но туда перевели Федю, а его оставлять одного в волчьей стае опасно…

– Че, колдун, дальше будешь делать вид, что ты прЫнцесса, а мы все твои хАлопы?

– Тебе, кажется, ломали руку, хочешь повторить? – спросил Олег с намеком.

Остальные одноклассники с любопытством наблюдали за пикировкой и не вмешивались. Но вдоволь насладиться спектаклем им не удалось из-за прихода учителя литературы – Лидии Васильевны – полной пятидесятилетней женщины любившей мешковатые цветастые платья.

Школьники рассаживались по местам, пока учительница вдохновенно готовилась к выступлению перед классом. Лидия Васильевна любила свой голос, поэтому ни у кого ничего не спрашивала, а только рассказывала и рассказывала.

К сожалению, Олег скучал на её уроках. Он давно прочитал книги из её программы, но из уважения к чужому труду помалкивал. Где-то на минуте десятой мальчик понял, что его непреодолимо тянуло в сон. Недолго сопротивляясь, он заснул сидя.

Глава 6

Размараль

Королевский сад оповестил громкий чих, по которому Юлиан без труда опознал Нико. Громче его чихали разве что великаны или драконы.

– Проклятая аллергия! – послышался голос товарища где-то среди цветущих деревьев.

– Ты не привился адаптионом? – подозрительно осведомился Шей.

– Я похож на идиота?

Змеехвост деликатно промолчал, а Юлиан бы не удивился, если бы узнал, что Нико проигнорировал прививку и решил вырастить в легких прелестный цветок, чтобы продать его на чёрном рынке. Иногда к южанину приходили в голову безумные идеи заработка. В прошлом году Юлиан едва сумел отговорить Нико от самоубийственного эксперимента с подпольными лекарствами.

– Слава небу, ты живой! – крепко обнял Юлиана Нико.

– Он точно не призрак? – ущипнул его за плечо Шей.

– Они ставки делали, каким образом наследник тебя прикончит! – истерично сообщил Далди.

– Нико, сколько ты выиграл? – в лоб спросил Юлиан.

– Как ты мог обо мне такое подумать⁈ – отстранился возмущенный товарищ. – Я бы не стал зарабатывать на лучшем друге…

– Так сколько? – скрестил руки на груди Юлиан.

– На месяц хватит, – беспардонно сдал парня змеехвост. – И мне, и ему, и тебе, и Далди.

– Я не играл… – поднял руку эрдл.

– Я сыграл за троих, – невозмутимо сознался Шей. – Что⁈ – встретил обиженный взгляд Далди. – Дополнительные деньги будут не лишними… на похороны отложить, например…

Парни замолчали и замерли, когда в саду показался Инаран. Опомнившись, ребята поклонились ему и нескладно поприветствовали. Каждый из них гадал, принц в печали или в нормальном настроении? Что от него ждать? По первому впечатлению не угадаешь его настроение, может, он всегда ходил с печальной миной на лице?

– Говорят, он в прошлом знатным гулякой был, каждый день новая женщина, – шепотом поделился Нико с Юлианом, – с такой шикарной внешностью и я бы гульнул…

– Боюсь тебя расстроить, но у него превосходный слух, и он тебя слышал, – кашлянул Юлиан, прерывая товарища, пока тот не сказал ничего лишнего.

Нико покрылся пятнами стыда, а принц едва заметно улыбнулся и направился к статуе под тенью цветущего синими цветами дерева. Парни безошибочно осознали момент, когда его беспокоить нельзя.

– Уходим, – одними губами сказал Юлиан и подтолкнул товарищей к выходу из сада.

Принц их не слышал – он находился во власти воспоминаний…

* * *

– Убирайтесь!

Инаран медленно открыл глаза и без удовольствия посмотрел на Искроса. Едва прикрывшись одеждой, обнаженные девушки шустро покидали спальню.

– Что ты натворил⁈ – продолжал Искрос, приближаясь к кровати.

– Ты мне не отец, чтобы читать нотацию! – огрызнулся Инаран и пошарил рукой в поисках одежды.

Комнату заполнило серебряное пламя. Наследник с помощью дара прижал брата к стене.

– О, давай! Унизь меня ещё больше! – разозлился Инаран, обхватив невидимые тиски руками. – Я ж магией обделён, так надо лишний раз показать насколько ты превосходишь меня!

– Как ты мог отсутствие магии восполнять за счёт других⁈ За счёт этих женщин⁈ – разгневанный Искрос указал на дверь. – Они знают, что ты делал, пока ублажал их тела⁈

– Зачем им знать? – ни капли не раскаялся в проступке Инаран. – Я не приглашал их к себе в спальню – они сами пришли.

– Ты превращаешься в Генлия! Ты не магию восполняешь! Ты свою душу отравляешь… – с сожалением произнес Искрос, отпуская брата и отступая на шаг.

– Ты не имеешь права обвинять меня в том, что я пытаюсь хоть что-то сделать, пока ты просто наблюдаешь! Ты предал всех, кто тебе верил! Из-за тебя рвутся кровные узы с нашим народом!

– Не смей!

– Ты – трус! – закричал Инаран. – Ну, давай, заткни меня, как ты это делал с другими! Ты предал веронов! И я повторю это столько раз, сколько захочу! Ты плюнул народу в душу! С твоим могуществом ты мог свергнуть безумца Конрака одним движением брови, но предпочел смотреть со стороны на его тиранию! Ты смотрел на казни и бездействовал! Я презираю тебя за это!

– Ты не понимаешь, о чем говоришь…

– Лучше бы тебя никогда не было, а твое место занял другой истинный наследник!

Искрос устало облокотился на мебель и закашлялся, а Инаран навсегда запомнил его последние слова:

– Я надеюсь только на то, что однажды… когда придёт другой наследник… смысл моих поступков тебе объяснят…

Инаран уставился на старшего брата в ожидании пояснений, но Искрос ничего не добавил к сказанному и, молча, покинул комнату.

В тот же день наследника убили. Всего за одну ночь Инаран лишился практически всей родни. Семейство вырезали как скот прямо в тронном зале, не пощадив даже наложниц.

В центре побоища лежал мёртвый Конрак с мёчом в груди. Еще живого Искроса нашли сидящим на троне, но недоброжелатели постарались, чтобы он не дожил до утра, пустив по венам яд. Ни божественное дыхание веронов, ни иные способы врачевания не смогли вернуть Искроса к жизни. Его тело сгорело в погребальном огне, а вместе с ним и душа Инарана.

Прошло много лет с того дня, а Инаран каждую ночь видел во сне Искроса. В ушах звучал его голос, повторявший одну и ту же фразу.

– Мне не хватает тебя, брат, – тихо проговорил принц и провёл пальцами по серебристым буквам. – Ты должен был занять его место, а не я…

В день смерти брата Инаран поклялся найти убийцу, но тяжесть свалившегося на него груза ответственности со временем пересилила жажду мести. Пожар в груди превратился в тлеющие угли боли, напоминавшей о себе во снах…

– Инаран!

Старший принц скривился, опознав визгливый голос советника Завса. Инаран никогда не понимал отца. Конрак часто окружал себя глупыми существами вроде Завса, именовавшими себя его советниками. Но слово сути не отражало. Конрак не нуждался в советах идиотов.

– Да, советник, – после второго крика поднялся со скамейки Инаран, не впервые поражаясь собственному послушанию.

Пыхтящий от одышки неповоротливый Завс остановился неподалеку от принца и с трудом посмотрел на него снизу-вверх. Высокий и стройный Инаран являлся живым напоминанием о том, что кое-кому надо срочно худеть. И у Завса хватало ума, чтобы понимать – принц специально издевался над ним и разными способами напоминал об их социальной разнице.

– Мой господин, вам не надоело мусолить воспоминания о прошлом? Вы не воскресите вашего брата, – визгливо произнес Завс. – Мы уже должны быть на церемонии, но из-за вас мы опаздываем и заставляем народ ждать.

Инаран обнажил острые зубы в широкой и зловещей улыбке. Если бы кто только знал, как ему хотелось сломать шею обнаглевшему за тысячу лет советнику отца. Взять и повернуть голову в обратную сторону. И члену малочисленной королевской семьи веронов ничего за убийство червя не будет. Спишут на случайность. Но… даже самое сильное желание убить советника не могло заставить старшего принца поднять на него руку.

– О, вы точно не хотели бы возвращения Икроса из мертвых, – все-таки ответил Инаран. – Не поэтому ли вы убрали его портреты со стен, а на статую боитесь посмотреть, словно она оживет и треснет вам по лбу?

– Старый наследник мёртв, – поднял тройной подбородок Завс, – его место занял ваш сын! И мы воспитаем из него достойную замену Конраку и вашему брату!

– Занял ли? – усмехнулся Инаран, обходя советника по кругу. – Или вам хочется в это верить? Не каждый член королевской семьи, наделенный силой, может стать королём. Вы можете иномирян заставить забыть о том, как именно наследовалась веронская корона, но я-то не забыл. И сомневаюсь, что забыли вероны.

Завс недобро провожал старшего принца взглядом.

– Что вы хотите этим сказать? Вы неоднократно видели кольцо вашего сына. Не оно ли доказательство его исключительности?

– Видел, хорошая работа, мастерская, – снисходительно похвалил Инаран. – Наверное, немаленьких денег стоило вам, чтобы создать столь искусный морок?

– Не понимаю о чем вы, – машинально расправил складки пышной одежды Завс.

– Когда вы уже поймете, что древняя магия замка не отзовется на зов Амрона. Вам не поможет обмануть её весь совет магов. Конрак не мог её призвать без Искроса. Обман раскроется. И если совет магов будет разочарован результатами церемонии, догадайтесь, чья голова полетит в первую очередь?

– Власть у вас, мой господин. Вы – временный правитель Размараля. Я – ваш верный и преданный слуга, а не совета магов. Моя голова принадлежит только вам одному.

– Конечно, как же я мог забыть о своей роли в игре отца? Служить прикрытием для идиота. Но задумайтесь вот о чём, Завс, если у моего сына действительно есть сила короля и я этого не почувствовал из-за отсутствия магического дара, то ваши дни во дворце сочтены.

– Мой господин, нас ждут на церемонии, – сдержанно напомнил Завс и ухмыльнулся так, словно все слова старшего принца для него пустой звук и ситуация под контролём. – Если у вас есть желание поговорить со мной, мы вернемся к разговору после церемонии. И вы сможете продолжить самоутверждаться за счет вашего верного слуги. Ваш сын – надежда Размараля!

Инаран громко расхохотался и поднял кулак, чем перепугал Завса и заставил его не слишком резво отойти от себя. Но к большому облегчению советника рука принца опустилась вниз.

– Идём, советник! – добродушно произнес Инаран, отсмеявшись. – Не ожидал от подобной твари услышать такие пылкие пафосные речи. Тебе плевать на наш мир. Тебя волнует лишь власть над веронами.

Советник Завс притворился глухим и сложил руки в широких рукавах красной мантии. Переваливаясь как жирная птица, он последовал за старшим принцем на церемонию.

* * *

На площади перед чёрным замком собирался скучающий народ. Ушлые торговцы с утра разложили палатки неподалеку от замка и зазывали покупателей. Уважением к королевской семье от них не пахло. Да и Завс, из которого до конца не выветрились привычки его расы, поощрял торговлю, стремясь привлечь как можно больше народа к мероприятию.

Еще до гибели Конрака в Размарале прочно укрепились две власти: королевская семья и народный совет. Последний имел больше веса и к нему относились, как опасному и коварному хищнику без поводка. Не одно столетие верховная власть открытых миров в лице совета магов пыталась их сломить, но вероны не поддавались дрессировке и колени преклонять не собирались. Даже Завс имел статус приглашенного специалиста и пытался манипулировать веронами через Инарана, прилагая немалые усилия, чтобы удержать пошатнувшееся влияние.

И вопреки опасениям Завса, вероны всё-таки прилетели посмотреть на мероприятие. Сложно сказать, чего именно они ожидали от церемонии. Кого-то уговорили друзья, других – привело любопытство, третьих – скука и тайное желание бросить в Завса гнилым фруктом. После гибели Искроса мало кто верил, что совет магов позволит взойти на трон истинному веронскому монарху. Никто не любил и не уважал третьего временного правителя Инарана, а вместе с ним и советника Завса, но терпели как неизбежное зло.

Пожалуй, искренне радовались предстоящей церемонии только гости столицы. Они с восторгом фотографировались и снимали на воздушные камеры выступление известных певцов и танцоров.

Завс умел организовывать фарс для публики.

Для почетных нелетающих гостей по бокам от дворца построили отдельные площадки с несколькими рядами ступенек. На них расположились приглашенные правители, политики и представители совета магов. Вокруг площадок воздух трещал и искрился от магической защиты. Воздушные камеры на подлете врезались в невидимую преграду, едва не ломая крылья.

Непочетные гости сидели на узких мостах и тряслись от страха…

– Мне страшно! – заныл Нико, вцепившись в мост побелевшими пальцами. – Ты говорил, что у нас будет самое лучшее место! Я только и делаю, что стараюсь не свалиться вниз! Почему нам не стоять вместе со всеми⁈ Там и обзор лучше!

– Ага, очень приятно в спины смотреть! – не поддержал змеехвост Шей.

Четверо юных стражников расположились на маленьком узком мосту в небольшом отдалении от площади. Лучше всех чувствовал себя именно Шей, чьи змеиные головы обмотали тонкий мост и крепко держали хозяина на месте.

– Здесь безопасней, чем там! – добавил Юлиан, не распространяясь о предупреждении наследника. – Просто держись за меня! И ты же с Далди посередине сидишь! Чего боятся⁈

– Да ладно⁈ – Нико демонстративно посмотрел в пропасть.

– Не смотри туда! – нервно хихикнул эрдл.

– Серьезно, и тебе это помогает⁈

– Нет! – честно ответил Далди и осторожно запустил воздушную камеру, которая присоединилась к товаркам сотней другой порхающей вокруг площади, дабы заполучить лучший кадр в обход конкуренток.

– Привет, суицидник, – подлетел к ним уже знакомый Юлиану кареглазый верон и присел рядом с юношей. – Чего ты не там? – он указал на стоявших в парадных костюмах стражников.

– Не влились в коллектив! – уклонился от прямого ответа юноша, стараясь игнорировать пораженные взгляды товарищей.

Верон заметил реакцию друзей Юлиана. Он прищурился и щелкнул пальцами, приглушая шум.

– В прошлый раз я не представился. Я – Тарален.

– Юлиан, – и поочередно показав на друзей, юноша перечислил: – Нико, Далди и Шей.

Тарален кивнул.

– Где ваши дети? Почему вы без семьи? – спросил Юлиан.

– Маленьким детям вредно слушать лживых лицемеров, поэтому мои воспитанники сидят дома. Сын преподает в Вэндэйре, а моя супруга не пожелала лететь со мной и тратить время на…это, – верон пренебрежительно указал на площадь, где собирались показать наследника.

– Не особо вы их любите.

– Словно вы, люди, любите представителей власти, – насмешливо заметил Тарален.

– Вынужден согласиться, наш градоправитель еще тот тупица и взяточник.

– Мне кажется или среди придворных нет ни одного верона? – вмешался в разговор Далди, проверяя кадры полученные камерой.

– Не кажется, – согласился верон. – Дворянского сословья в Размарале не существует. Нам не нужны титулы. В нашем понимании они бессмысленны.

– Как же королевская семья?

– Королевская семья – особая разновидность веронов. В древности их называли стражами города. Их особенность нельзя присвоить, с ней можно только родиться. В прошлом члены королевской семьи никогда не делили власть между собой, каждый страж отвечал за свой город. И то, что творится сейчас после вмешательства совета магов – это бардак.

Гости столицы взревели, когда на площадь вышел Инаран под руку с супругой и поприветствовал собравшийся народ. Мрана ослепительно улыбалась и слала воздушные поцелуи немногочисленным поклонникам. Рядом с парой шли принц Акрас и принцесса Лимра с таким скучающим видом, словно они не понимали, зачем их притащили на церемонию.

– Ого! – отреагировал Нико на появление Мраны. – Мне бы такую ослепительную красавицу под бок!

– Ты бы и дня рядом с ней не продержался, – снисходительно улыбнулся Тарален. – Более капризной и невыносимой женщины я не встречал.

При появлении Завса по толпе заметно прошел вздох разочарования.

– Кажется, я все-таки зря прилетел, – скривился Тарален.

– Наследника-то еще не показывали, – оптимистично заметил Юлиан.

– До этого момента надо выдержать заунывное завывание советника о том, как в Анрифале всё чудесно и как они подняли экономику, в которой он ничего не понимает. Долгожительство не принесло Завсу гибкости ума – он застрял в прошлом еще семьсот лет назад.

Тарален не обманул. Завс успел утомить даже самых стойких слушателей. Половина веронов разлетелась, вторая половина не слушала советника. Откровенно скучающие гости столицы продолжали ждать, когда Завс наговорится.

Привязанный к мосту Нико захрапел в неудобной позе, пустив слюну на подбородок. Далди и Шей разбирали речь Завса на перлы. Тарален проверял контрольные работы учеников и подчеркивал ошибки под внимательным взглядом Юлиана.

Но по мере того, как вещал Завс, небо темнело. Издалека послышался оглушительный гром.

– Вот это странно, – задумчиво произнес Тарален, пряча контрольные работы за пазухой.

– Чем? – спросил Далди.

– Сегодня никак не может быть грозы.

– Почему? Ваш прогноз погоды не допускает ошибок?

– Синоптики разогнали облака, чтобы провести церемонию. Несколько сотен волшебников следят, чтобы не вмешались с помощью магии. На площади присутствуют члены совета магов и правители из других миров. Если на них совершат покушение во время церемонии, нам не избежать конфликта.

– Вы-то и боитесь конфликта? – недоверчиво фыркнул Шей. – Ваша раса только и делает, что со всеми скандалит! Вероны на первом месте по нетерпимости и ханжеству в союзе миров!

– Нетерпимостью и ханжеством мы гордимся, – парировал Тарален, – а вот лишней крови не хотим. Смерть какого-нибудь недоразвитого чиновника может вызвать межмировой военный конфликт. И если ты такой умный, напомни мне, чем обычно заканчиваются войны с нами?

– Неужели кто-то рискнет совершить самоубийство и напасть на вас? – Шей нервно поправил воротник.

– Объясни это идиотам, объявившим нас кровными врагами… последнее время мне кажется, что в политику идут одни тупоголовые…

Их прервал грохот грома и треск.

– Купол же защитит нас от грозы? – пискнул Далди.

– По идее должен… – ответил Тарален, напряженно наблюдая за происходящими изменениями в небе.

Завс тоже заметил перемены в погоде, сбивчиво заканчивая речь и не дочитывая половины приготовленного текста. Смешно переваливаясь с одной ноги на другую, советник подбежал к одному из магов в цветастой мантии и нервно зашептался с ним.

Замок и площадь, словно паутиной покрывались не обжигающим синим огнём. В один из шпилей ударила молния, отколов кусок камня. В толпе закричали.

– Что происходит⁈ – проснулся Нико, когда его едва не сдуло с моста.

– Магия замка отозвалась на зов наследника! – воскликнул верон с таким удивлением, словно сам не верил в происходящее.

– А не должна была⁈

У Мраны неприлично высоко задралась юбка, а саму женщину опрокинуло на слуг. Позабыв о «любимой» супруге, Инаран подхватил младших детей и с ловкостью кошки взобрался на стену. Принц нашел щель, куда посадил вначале дочь, затем сына, закрывая их от буйства стихии своим телом.

Когда Амрон вышел к народу, на улице наступили ад и паника. Погода сошла с ума. Сдуваемый ветром советник кричал наследнику и пытался взять ситуацию под контроль, но никому из его волшебников не удавалось обуздать взбесившуюся погоду.

Амрон с торжеством наблюдал за царящим вокруг безумием.

– Вы хотели увидеть мои способности⁈ – крикнул он, оскалившись. – Так смотрите!

Вокруг замка поднялась гигантская стена воды.

– Я, кажется, описался, – всхлипнул Далди, продолжая снимать события на застрявшую в стене камеру.

– Держитесь крепче! – крикнул Тарален и сам мертвой хваткой вцепился в мост.

Через волосы Амрон впитывал синее пламя, а водяная стена полностью закрыла собой королевский дворец. В момент, когда у Амрона воспламенились синим огнём глаза, вода мощным потоком устремилась в замок, смывая внутрь всех кто стоял на её пути.

Инаран кричал сыну из убежища, но находящийся под властью колдовства Амрон его не услышал. В белые волосы ударила молния, не причинив наследнику никакого вреда. Из-под земли поднимались столбы, приводя в действие невидимые механизмы. Замок, казалось, подстраивался под нового владельца. На самом высоком шпиле загорелся синий кристалл, потухший после гибели Искроса.

Древняя магия признала наследника.

Когда Амрон развернулся назад и скрылся во дворце, небо развиднело, а на площади воцарилась гробовая тишина. Вероны осторожно взлетели и помогали пострадавшим от стихии гостям столицы.

– Все живы⁈ – снял с головы размокший мусор Шей.

– Кажется, да, а может, и нет, – отозвался Нико.

– Ч-ч-что это было? – заикаясь, спросил Далди.

– Детская выходка! – провел по мокрым волосам Тарален. – «Посмотрите, какой я сильный и устрашитесь!» Совсем о последствиях не подумал!

– Ему же семь лет… ему же простительно?

– За детские шалости отвечают взрослые! – на этой ноте Тарален взлетел и присоединился к другим веронам.

– Как страшно… – пролепетал Далди, – когда у детей такая чудовищная власть…

– Я все-таки отложу выигранные деньги на похороны, – озвучил мысли вслух Шей.

– Юлиан, напомни, чтобы я тебя во всем слушался, – шепнул Нико. – А то ведь нас тоже могло смыть цунами…

Юлиан и сам едва переваривал впечатления. Год рядом с могущественным чудовищем? Реально ли выжить во дворце веронов человеку?