Текст книги "Вопрос статуса"

Автор книги: Алла Щедрина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 26 страниц)

– Кажется, я вас недооценила, когда вообразила, что вы недостаточно опытны в светских беседах, – задумчиво сообщила Тэленис. – Знаете, Арика обладает неплохим чутьем на людей. Он выбрала весьма примечательного партнера по танцу.

Жена как раз оказалась рядом. Она танцевала в паре с неприметным молодым человеком.

– И что в нем примечательного?

– Перус один из младших, – негромко сообщила Тэленис. – А примечательного в нем то, что мальчик в свои три с лишним века считается одним из лучших алхимиков.

Колдун чуть не сбился с ритма. Действительно, примечательность весьма выдающаяся. Алхимия считалась одной из наиболее сложных и трудоемких специализаций, причем оправдано. И обычно хоть сколько-нибудь значительных успехов в ней достигали к восьми, если не десяти векам. А в неполные четыреста…

– У вас коллекция талантов, – заметил колдун. – Когда я уезжал, Дэгори входил в пятерку лучших артефакторов.

– Он и сейчас входит, продвинулся выше на одну ступеньку, – усмехнулась Тэленис. – Распэ отошел от дел.

– Жаль, – искренне отозвался колдун. «Что это он? Еще ж и четырех тысяч нет…»

– Вы знакомы?

– Мне повезло попасть к нему на курсы… – Жорот осекся. Вряд ли Тэленис интересовали подробности его школьных лет. Без перехода он заметил. – Буду откровенен, я не рассчитывал встретить здесь мэтру Льюсиллу.

– Я тоже, – усмехнулась Тэленис. – Она пришла с Дэгори. А я не посчитала себя вправе отказать ей в визите, несмотря на этот безобразный скандал.

– Лью с кем-то поскандалила?

Не то, чтобы колдуну было так интересно, скорее Жорот удивился – сестра обычно проявляла стервозность исключительно в семейном кругу.

– Только не говорите, что не слышали этой истории.

Выражение лица Тэленис, тем не менее, стало выжидательно-предвкушающим. Настолько, что Жорот, даже если б и знал, о чем речь, не смог бы лишить даму удовольствия пересказать сплетню еще раз. А он, к тому же, был абсолютно не в курсе, о чем тут же ей честно и сообщил.

Судя по предельно довольному выражению, рассказ доставлял Тэленис невероятное удовольствие.

– После того, как исчезла Роллейна, Льюсилла оказалась не у дел. Какое-то время она жила сама по себе, но недавно Ник решил выдать дочь замуж – сколько можно, не девочка уже, пора и семьей обзаводиться. Он сообщил об этом Льюсилле и тут же предложил ей список кандидатов в супруги, предоставляя ей право выбора. Однако Льюсилла, вместо того, чтобы обрадоваться – редко кому дается такая возможность, устроила форменный скандал. Отказалась выходить замуж, а когда Ник стал настаивать, произнесла формулу официального выхода из Семьи.

На этот раз Жорот с ритма сбился. Тэленис, впрочем, ничем возмущения не высказала, скорее ей доставило удовольствие произведенное впечатление. Она еще что-то говорила, Жорот слушал ее вполуха, размышляя. Чтобы Льюсилла ушла из Семьи? Невероятно. Она без Семьи себя просто не представляет, это беда всех аристократов. Не первых Патриархов, основателей родов, таких, как Вулх, они как раз вполне себе самодостаточны, а всех остальных, воспитанных в аристократических традициях. Для них Семья, ее интересы – смысл и высшая цель жизни. Даже наследственные Патриархи, насколько Жорот понимал, этому подвержены.

Он отыскал взглядом сестру. Она разговаривала с двумя женщинами и мужчиной. Невозмутимость, блеск, выдержанность. Льюсилла демонстрировала обществу свою несгибаемость. Выдержанность истинной аристократки… Следующая мысль, пришедшая Жороту в голову, заставила его выругаться. Правда, про себя. Получается, что он – единственный оставшийся у Лью родственник? Как здорово…

Танец закончился, колдун, поблагодарив Тэленис, вернулся к мужу. Скоро туда же подошла Арика. Жорот спросил – ему было действительно любопытно:

– А как ты выбирала партнера? Ты же здесь никого не знаешь.

– Чет-нечет, – отозвалась она. И тут же пояснила, сообразив, что муж ничего не понял. – Серж, когда ему надо было что-то быстро решить, а выбор не имел принципиального значения, подкидывал монетку. Он называл это чет-нечет. А мою монетку вижу только я, она летит к тому, что я и выбираю. Иногда делится. Сегодня разделилась на четыре.

– А к кому полетели три остальные? – заинтересовался колдун.

– Одна куда-то за спину, я не стала оборачиваться. Еще одна – к любимцу женщин, которого ты… Ой.

Арика повернулась, отыскивая взглядом Эркиса, и растерялась – тот был буквально в паре шагов, направляясь явно к ним. И не услышать последней реплики женщины просто не мог.

– У вас прекрасный способ выбора партнеров, леди, – склонился перед ней маг. – Надеюсь, вы согласитесь подарить мне следующий танец, раз уж ваша удача советует вам это?

Судя по всему, Эркис слышал не только последнюю фразу. Хороший у мужика слух, что, впрочем, неудивительно, иначе он бы не достиг таких высот в своей профессии. Арика согласилась, Жорот, мысленно поморщившись – просил же! – стал прикидывать, как бы отказать аристократу, само собой, в пределах вежливости.

– Эркис, Семья Игеров, – церемонно представился маг.

Арике при знакомстве он руку поцеловал, мужчинам пожал. При этом предал Жороту через прикосновение: «Не беспокойтесь, ваша жена будет со мной в полной безопасности. Мне надо с вами поговорить, это в ваших интересах, изыщите предлог для моего к вам визита. Если хотите заручиться моими рекомендациями – обратитесь к Вулху».

И увел Арику под руку – как раз объявили следующий танец.

Жороту волей-неволей пришлось разыскивать Вулха. Хозяин оказался в оранжерее, он беседовал с двумя магами. Одного Жорот знал, это был достаточно известный целитель, второй был ему незнаком. Колдун дождался, когда Патриарх освободится, и подошел к нему.

«Что скажешь об Эркисе? Он напрашивается с визитом, говорит, что я в этом заинтересован».

«Значит, действительно есть что-то для тебя любопытное. В этом отношении он честен», – не раздумывая, отозвался Вулх.

«В смысле?» – не понял колдун.

«Если бы играл против тебя, таким образом втереться в доверие не пытался бы. А так… он скрытен, единственное, что точно скажу – любит свое дело. Очень любит.»

Жорот поблагодарил патриарха. Возвращаясь в зал для танцев, колдун увидел Льюсиллу. Женщина с задумчивым видом любовалась на лужайку с яркими цветами, водопадом и небольшим озерцом, от которых веяло свежестью. Иллюзия была устроена в широком коридоре, точнее, небольшом холле, примыкающем к нему.

Магичка стояла в одиночестве. Жорот, мысленно вздохнув, подошел к ней. Приязни, да и просто расположения Льюсилла у Жорота не вызывала. Впрочем, ненависти тоже, он просто не имел особого желания с ней общаться. Но то, что сестра рискнула отстаивать свою свободу таким нестандартным способом – бунты с выходом из Семейств случались крайне редко – колдун не оценить не мог. Да и слишком хорошо знал, каково это, выживать в иерархическом мире Клана без родственной поддержки. Конечно, предложить он мог немного, но это лучше, чем ничего.

– Не забывай, пожалуйста, что родственники у тебя все же остались, – негромко сказал он магичке. – Ни я, ни моя семья не откажем тебе в поддержке, – колдун мысленно вздохнул и закончил фразой, которая, коль уж он вообще завел этот разговор, была необходимой. Еще и с Арикой придется объясняться… – Я подтверждаю наше родство со всеми вытекающими для меня обязательствами, Эйд Ориго. И буду рад видеть тебя в нашем доме и нашей семье в любое время.

Льюсилла, уставившись на мужчину сузившимися глазами, презрительно фыркнула:

– Рассчитываешь, что я тебе буду подчиняться, как Главе?

– Отнюдь, – усмехнулся Жорот. – Глупо было бы. Обязательство одностороннее, тебя ни к чему не принуждает. Сама подумай, оно мне надо, твое подчинение? Мне более чем достаточно четверых несовершеннолетних, за которыми я присматриваю.

– Пятерых! – фыркнула Льюсилла. – Твою женушку к совершеннолетним нельзя отнести ну никак!

– Обвиняешь в педофилии? – хмыкнул колдун. – Вот уж поверь, Арика вполне взрослая, развивалась как немаг. Она работает уже больше тридцати лет. Причем в последние десять по своей основной магической специализации, и очень неплохо зарабатывает, к твоему сведению.

– Действительно, по закону она совершеннолетняя, – неохотно признала Льюсилла. – Но ведет себя, как капризный ребенок!

– Нормально она себя ведет. То, что ты принимаешь за детскость – просто особенности ее характера, она и в тысячу и в десять тысяч изменится ненамного. Извини, мне пора.

Люсилла кивнула, провожая колдуна эдаким сомневающимся взглядом. Жорот про себя только плечами пожал – он предложил поддержку, а воспользуется ли сестра предложением – это ее личные проблемы.

Вечеринка продолжалась до утра, но колдун с семьей ушел около полуночи, перед этим договорившись с Эркисом о встрече завтрашним вечером.

Дети давно отправились спать, Роджер негромко обсуждал с Жоротом рабочие вопросы, а Арика плескалась в ванной. Когда у нее была возможность, она задерживалась там надолго. Жорот, например, давно искупался, но ложиться не торопился – дожидался жену. Арика же, выйдя из ванной, порядком удивилась:

– А вы что не в постели? Еще что-то намечается?

– Не совсем, – отозвался колдун.

Он пересказал ситуацию Льюсиллы. Жена только плечами пожала, показывая, что ее это не сильно интересует, зато Роджер проявил чудеса догадливости. Или, что точнее, сделал логичный вывод:

– Ты пообещал ей поддержку?

– Предложил, – уточнил Жорот. – И сказал, что не буду против ее визитов.

Он увидел, как вскинулась женщина, иронично заметив:

– Никогда не думала, что ты настолько терпелив и всепрощающ.

Арика ни разу не напоминала о той ночь ломки, после психологического насилия сестры. Хотя, конечно же, не забыла и не простила. При любой встрече, в том числе и на сегодняшнем вечере, она поглядывала на магичку с весьма специфическим выражением – «убила бы, да повода не даешь!» Хорошо хоть повод изыскивает, а не кидается просто так… Жена и сейчас ограничилась репликой:

– Это твоя родственница, так что ваши с ней отношения – твои проблемы. Пока она не станет переступать рамки приличий, конечно, – в тоне Арики проскользнули хищнические нотки.

– Во-первых, ты с ней не справишься, – устало сообщил колдун. – Во-вторых…

– Ты лучше объясни, какого ты вздумал любезничать с этой стервой? – не сдержалась-таки жена.

– Лью, конечно, стерва, – согласился Жорот. – Но лично мне она никогда не пакостила… Да-да, за исключением блока. И то скорее нервы подвели – достала ее Роллейна.

– А ты крайний!

– Что поделаешь, – спокойно пожал он плечами. – Льюсилла тогда защищала интересы Роллейны, как она их понимала. Сейчас же повода для вражды нет… И если мы будем поддерживать хотя бы приличествующие отношения, то и не появится.

Я могу, конечно, просто игнорировать ее нынешние проблемы. Но это будет неразумно, так как сейчас это равносильно тому, что я присоединюсь к ее травле. Есть вероятность, что Лью выйдет из игры, сломается, не выдержав прессинга…

– Ты о чем вообще?

– Ее выход из Семьи вызов обычаям. Практически невероятный…

– Так ты почти то же самое с Роллейной проделал!

– Не путай, пожалуйста. Хотя мой поступок тоже был весьма нестандартен, но в сравнении с решением Лью он – в глазах общества Клана – просто ничтожен. Она аристократка, пойми. Это не просто слова, это… ну, как если бы ты, под давлением обстоятельств, вынуждена была работать в борделе. Извини за такое сравнение, конечно, и не дай боги…

– Да это просто невозможно! – фыркнула Арика.

– Вот! То же самое скажет любой, услышав о выходке Лью. Обычаи, чтоб им… А она к тому же привыкла опираться на поддержку семьи, более того, основа ее самоуважения заключается именно в принадлежности Семье, работе на ее благо… Аристократы себя вне семьи просто не воспринимают. А тут эта основа исчезает, и Льюсилла оказывается зависшей в пустоте… Вкупе с давлением со всех сторон, повторяю, она вполне может сломаться. Не знаю, как именно это у нее будет выражено, но ничего хорошего не жду. И для себя в том числе. Поэтому и предпочитаю сделать хоть что-то для альтернативного развития ситуации. Ну зачем мне под боком озлобившаяся на весь мир сестра, к тому же я, с очень большой вероятностью, окажусь крайним?

– Как я понимаю, Льюсилла сильно обиделась на своих старших родственников, – заметил Роджер.

Жорот хмыкнул:

– Ситуация весьма забавная, если, конечно, посмотреть со стороны. Льюсилла много лет находилась на привилегированном положении того, кто работает на благо Семьи и Клана. При этом классический путь аристократки для нее был заказан – учитывая ее обязанности по присмотру за матерью, завести семью Лью просто не могла. Теперь же, когда Роллейна ушла и необходимость в Льюсилле отпала, Ник попытался вменить дочери стандартные обязанности. Но она давно не девочка, после стольких веков свободы перестроиться на роль послушной жены и домохозяйки ей почти невозможно. Вот Лью и взбунтовалась. Не знаю, на что она рассчитывала после ухода Роллейны, но предложения отца ее явно не устроили.

– Бедная-несчастная жертва обстоятельств, – проворчала Арика. – Ладно, убедил. Постараюсь вести себя в пределах приличий. Кстати, ее настройку на мать еще не убрали?

– Нет, – покачал колдун головой. – Я бы знал. Сам жду, я старых транспортников на работу пригласил, и почти все согласились… Но пока ничего.

Очередной узловой маяк располагался в окрестностях довольно крупного города. Несмотря на систему порталов, гарантирующую почти мгновенное перемещение в любую точку мира и на любую планету системы Клана, люди все же предпочитали селиться рядом друг с другом. Причем не в небольших селениях, а именно образуя крупные города. Возможно, их привлекала относительная анонимность проживания – чем крупнее город, тем меньше на тебя обращают внимания. Кто знает…

Наконец Жорот с Арикой подошли к камню – традиционному фундаменту почти каждого маяка, заодно символизирующему стихию земли. Конечно, бывало, что на маяки зачаровывали другие предметы, но очень редко, а на узловые – вообще никогда.

Маяк располагался в паре шагов от одинокого дерева с расщепленным стволом – наверное, молния когда-то попала. Но обе половинки упрямого растения вовсю зеленели раскидистыми ветвями, по которым прыгали птицы, и даже сновала мелкая живность.

Арика деловито обошла маяк, оглядев его со всех сторон – она зачем-то всегда это делала перед тем, как начинать работу. Сеть заклинаний дрогнула, стала двигаться. Энергия волнами текла по силовым линиям, корректируя привязки маяка, включая его в общую систему и настраивая все связанные с ним точки. Причем как Арика ухитрялась это делать, у Жорота до сих пор в голове не укладывалось.

Неожиданно раздался напряженный голос жены:

– Подойди. Пожалуйста…

Он едва успел подхватить ее, женщина обмякла на руках, тяжело дыша. Колдун второй рукой достал амулет портала и вышел в гостиной.

– Какого ты ушел? – слабо, но ожидаемо агрессивно поинтересовалась Арика.

– Вернуться недолго, – Жорот опустил жену на диван, присел рядом. – Ларсена?

– Воды.

Арика дрожащей рукой приняла чашку, осушила ее до дна парой глотков. И прижала ладонь ко рту, явно сдерживая рвотный позыв. Жорот, мысленно вздохнув, уже не переспрашивая, привел целителя. Арика в последнее время стала относиться к Ларсену гораздо терпимей, хотя отнюдь не хорошо. Чем он ее так раздражал? Впрочем, при нынешнем самочувствии ей было не до проявлений симпатий-антипатий.

– Я снял симптоматику, – сообщил целитель. – Но причины проблемы не вижу.

– Переутомление? – предположил колдун.

Ларсен отрицательно покачал головой.

– Этот маяк какой-то… странный, – сообщила Арика.

Она уже пришла в себя и сидела на диване, обняв колени и опершись о них подбородком.

– У меня сразу, как только начала его прокачивать, появилось такое неприятное чувство, – она поежилась, – похожее на запах… Ну, как будто что-то несвежее рядом.

Жорот невольно вздрогнул. Арика с пугающей точностью описала один из побочных признаков, свидетельствующих об использовании магии крови, причем не просто так, а со смертельным исходом для донора.

Целитель уставился на колдуна с вопросительным выражением. Ларсен прекрасно знал, чему соответствуют подобные симптомы… Да любой взрослый маг в Клане знал. Проблема была в том, что в Клане существовали негласные ограничения на использование подобной магии. Ее практиковали маги, подобные Жороту – исключительно для личных целей, и целители и некроманты – эти проводили кровавые ритуалы лишь при большой необходимости и преимущественно в медицинских целях, то есть маяк тут явно был ни при чем. Нет, можно было проверить, конечно, мало ли, но слишком маловероятно. Единственное, что Жорот мог точно сказать – донором было животное, человеческое жертвоприношение отследили бы сразу.

– Вы что переглядываетесь? – подозрительно уточнила Арика.

Жорот объяснил, а целитель пессимистично заметил:

– Я бы не советовал вам появляться возле того маяка без полудюжины боевых. Кстати, куда вы дели телохранителей?

– В министерстве оставили, – проворчала Арика. – Еле уговорили… И брать их глупо. При необходимости лучше сбежать, а с ними не получится. Не обязательно же в драку ввязываться!

– Не обязательно, – задумчиво согласился Жорот, пытаясь сообразить, кому понадобилось заклинать маяк на крови. И, главное, с какой целью и на что именно. Все это колдун озвучил и поинтересовался:

– Мысли какие-нибудь есть?

– Идти донастраивать маяк, а теоретические измышления отложить на потом, – проворчала Арика.

– А оттуда телепортироваться уже можно? – уточнил Ларсен.

– Нет еще, но у меня полно запасных амулетов, – отозвался колдун.

Он вообще-то рассчитывал на то, что целитель предложит помощь. Причем не как боевой. Благодаря своей первой специализации Ларсен мог бы сказать хоть что-то о направленности кровавого заклинания. Сам колдун был в состоянии протестировать маяк лишь на наличие подобного заклинания или его отсутствие, не больше. Друг его не разочаровал:

– Тогда давай амулет, и я составлю вам компанию.

Арика закончила настройки, причем Ларсен помогал ей, снимая дурноту. Затем целитель осмотрел маяк. Жорот, который протестировал артефакт еще перед тем, как Арика продолжила его настраивать, поинтересовался:

– Что скажешь?

– Ограничение, – сообщил Ларсен. – Наложено ограничительное заклятие, точнее не определю.

– Спасибо, – задумчиво кивнул Жорот. По крайней мере, теперь он мог прикинуть, какого специалиста сюда вести.

Нападение произошло, когда колдун открыл портал домой. Серые тени мелькнули где-то на границе видимости, причем одна из них скользнула в распахнутый портал. Жорот послал заклинание наперехват, но опоздал. Зато колдун успел захлопнуть портал перед носом второй тени и окинул взглядом окруживших их мужчин. Плавная текучесть движений, странноватый запах, ощущающийся очень четко и говорящий об ином типе метаболизма, нежели человеческий. Вампиры.

Колдун мысленно выругался. Вампиры чувствуют себя в Клане, как дома! Бардак! И заклятия маяков на крови – явно их рук дело.

Добраться до людей вампиры не могли, хотя и очень старались. Перед телепортацией к маяку Жорот накрыл и себя и друзей всеми щитами, какие только пришли ему в голову. И теперь монстры яростно ломились к такой близкой и, казалось бы, доступной пище, но лишь бессильно бились в щиты.

Двое мужчин и женщина стали спина к спине, образовав ненадежный треугольник. Арика коснулась плечом колдуна и передала по связи:

«Я удержу вас обоих. Уходим?»

«Шутишь?» – так же передал Жорот. И, дотронувшись до Ларсена, чтобы слышал и он, сообщил:

«Как только скажу, начинаем убивать. Я обездвижу максимум, который удержу. Так что бейте сначала активных и обязательно оставьте парочку для допроса Н'еве.»

«Хорошо».

«Ясно», – вразнобой отозвались Ларсен и Арика. Но отмашку Жорот дать не успел. Кольцо вампиров неожиданно раздалось, вперед шагнул светловолосый мужчина и нагловато сообщил:

– Вы покойники. Может, не будете продлевать агонию?

Со стороны Арики послышалась неразборчивое, но презрительное бормотание. Едва неслышно хмыкнул целитель.

Колдун кинул заклинание обездвиживания. Больше чем на половине из почти трех десятков вампиров оказались противодействующие амулеты. Не от Дэгори, конечно, но достаточно мощные. Ломать их сейчас было нерационально – Жорот вымотался бы и не смог нормально драться. Поэтому вывести из строя удалось только восьмерых. Плохо. При том, что вампиры значительно превосходят в скорости людей… Колдун, подумав, наложил на всех троих еще и ускорение – продержится не больше минуты, но лучше, чем ничего. Он кинул предупреждение об этом по связи, а вслух бросил:

– Пошли.

Вампиры отнюдь не ожидали, что еда бросится в атаку. Жорот убивал, не забывая страховать соседей. Ларсен действительно за эти годы набрался опыта и стал профессиональным боевым. Колдун, впервые наблюдавший целителя в драке, убедился в этом. Арика, как всегда, работала довольно неуклюже. «До Макса она так и не добралась, – подумал Жорот досадливо. – Придется самому их сводить, иначе словами все и закончится.». Но при этом действовала жена абсолютно хладнокровно и настолько рассудительно, насколько это позволяла горячка боя.

Первым потерял все щиты Ларсен, когда в живых осталась едва треть вампиров. Жорот в пылу драки уже не мог вовремя возобновлять их, а сам целитель с защитными заклинаниями не дружил. Парень успел еще убить двух вампиров, третий же вцепился ему в шею. Жорота как раз окружили четверо и помочь Ларсу он не мог. Прикончила вгрызшегося в целителя вампира Арика, и тут же отвлеклась на кинувшегося на нее очередного монстра. Жорот, разобравшись со своими противниками, прикрыл Ларсена, пока тот, пережимая вену, занимался самолечением.

Следующей исчезла защита у Арики, но к тому моменту вампиров осталось всего четверо, так что женщина обошлась без ранений. Щиты колдуна продержались до самого конца, и это несмотря на то, что основная часть вампиров кидалась именно на него. Зато убивал Жорот быстрее, чем Ларсен и Арика вместе взятые, так что конечный счет получался в его пользу.

Наконец на ногах остались всего двое вампиров – светловолосый наглец и парень с абсолютно неприметной внешностью. Наглеца Жорот не тронул специально – кажется, тот был среди своего отребья чем-то вроде главаря. А второй попался под руку – на парне не было защитного амулета, и он был одним из тех, кого колдун обездвижил в самом начале боя.

Жорот проверил на обоих пленниках заклинание обездвиживания и достал из пространственного кармана капсулы с огненной смесью. Кинул две на три тела, лежащих друг на друге, они запылали, а Жорот начал подтаскивать и отправлять в огонь остальные тела. Арика покосилась на чадящий, отвратительно воняющий дым и поморщилась:

– Зачем?

– У них регенерация просто фантастическая, – отозвался колдун. – Если не сжечь, скоро встанут, как новенькие.

– Это как?

– Вампиры, что ты хочешь, – пожал плечами Ларсен. Он уже оправился от раны – или делал вид – и вовсю помогал Жороту.

Арика замерла, брови поползли вверх. Нагнулась над ближайшим трупом, раздвинула губы. Удлиненные клыки, несомненный, но обычно скрытый признак вампира, само собой, присутствовали. Надо сказать, что длину клыков вампиры могли контролировать и такие вот симпатичные зубки появлялись у них только по желанию или во время беспамятства.

До Жорота же только сейчас дошло – жена не имела представления, с кем она дралась! Впрочем, сейчас не до этого. Он кинул в костер еще пару ампул – они с Ларсеном уже свалили в него все тела – и открыл портал домой.

Они оказались в гостиной, по которой метался вампир. Жорот, собственно, поэтому и не паниковал, когда монстр прыгнул в портал – гостиная была защищена не хуже внешнего периметра особняка – мало ли, кто ухитрится пройти по порталу внутрь. Поэтому колдун сразу после того, как закрыл окно портала, активировал защиту и успокоился.

Колдун обездвижил и наглого гостя, попутно взломав его амулет. Арика смерила нового пленника взглядом и кровожадно уточнила:

– Нам же только двоих надо? Кого в расход пустим?

– И охота тебе ковры и мебель от крови отмывать? – хмыкнул Ларсен.

– А я при чем? Для этого служанки есть, – хладнокровно отозвалась женщина.

Жорот только головой покачал – любители черного юмора, чтоб им… Ну, может хоть так найдут общий язык, и Арика перестанет рычать на целителя.

– Я на работу, – сообщил он жене. – Тебе туда смысла возвращаться нет, так что я Хью сюда пришлю.

– Договорились, – отозвалась Арика. – Скажешь Хью, я у себя буду.

И убежала, уже не обращая внимания на пленников. Ларсен, попрощавшись, тоже ушел. Колдун, проводив взглядом друга, напомнил себе еще раз, что надо сделать Лару щитовой амулет с фэлами. Он ему с его низким уровнем защиты просто необходим, а оплату за помощь целитель отказывался брать категорически – мол, когда мне что понадобится, я к тебе тоже обращусь. Только когда это будет… А Ларсена они эксплуатировали часто.

Колдун открыл портал в свой кабинет и отправил туда всех троих обездвиженных. Жан и Хью, терпеливо дожидавшиеся своих подопечных, вскочили. Жорот с Арикой действительно уговорили не сопровождать их с большим трудом. И глядя на вытянувшиеся при виде пленников физиономии телохранителей, Жорот понял, что вряд ли им удастся «уболтать» их на подобное еще раз.

– Все в порядке, мы невредимы, – скороговоркой сообщил колдун. – Хью, Арика у себя.

Оборотень ту же исчез в портале. А Жорот связался с Н'еве, коротко рассказал о ситуации и попросил забрать пленников. Теоретически он должен был обращаться не к альбиносу, а к преемнику Окуса – Атли, поскольку вампиры были проблемой внутренней, а не внешней безопасности. Но с Атли колдун до сих пор почти не общался, перенеся на него неприязнь, которую испытывал к его предшественнику. Вроде как подобное предубеждение и не имело под собой почвы, но… В конце концов, разве он не имеет права на инстинктивные симпатии и антипатии?

Н'еве примчался сам, правда, в сопровождении двух сотрудников, которые быстренько отконвоировали куда-то обездвиженных вампиров.

Альбинос заставил Жорота еще раз, с многочисленными подробностями, повторить рассказ, начиная с момента, как Арике стало плохо из-за кровавого заклятия, и кончая пленением третьего вампира. Потом посыпались уточняющие вопросы – например, усиливал ли Жорот заклинания в гостиной с последнего визита Н'еве. Видимо, ушлый альбинос успел рассмотреть защиту, хорошо хоть, взламывать не стал. Заодно Н'еве уточнил количество амулетов, долго расспрашивал, какого они были уровня. Посетовал на то, что колдун не догадался перед массовым сжиганием собрать эти самые амулеты или любые другие, чтобы ребята Н'еве могли хоть с чем-то поработать, выясняя, кто же из артефакторов сотрудничает с вампирами.

– Они могут и не знать, что продают амулеты вампирам, – пожал плечами Жорот.

– Проверить все равно не мешало бы, – возразил Н'еве.

В конце концов, альбинос настойчиво попросил при подобных ситуациях связываться с ним, а не заниматься самодеятельностью.

– А то когда контрабандистов нашел, ты спросил, что с телами делать, а сейчас сжег и успокоился…

– Не путай. Тогда это были действительно тела, а сейчас – только кома.

– Вот именно. Не факт, что ты выбрал их этой толпы для допроса кого надо!

– Раскрутишь на информацию тех троих, что ты получил, – терпеливо отозвался Жорот. – В конце концов, они нам недвусмысленно угрожали, напали. С какого я должен спрашивать, убивать их или нет? Если бы даже они были людьми, мы имели полное право их прикончить!

– Да я не о правах тебе говорю! – раздраженно отозвался Н'еве. – Вот как ты ухитряешься собрать себе на… голову все неприятности, даже самые невероятные?

– Да уж, невероятней некуда, – язвительно согласился колдун. – Прошляпили целую вампирью диаспору.

Н'еве скривился, но возразить было нечего.

– Причем явно немаленькую, – добавил колдун. – Судя по количеству «золотой молодежи», которая на нас напала…

– Это я и без тебя понял! – не выдержал Н'еве. – Ладно. Спасибо.

– Не за что. Ты мне не поможешь людьми на полдня? Нужны боевые, человек десять – смотаться к маяку, выяснить, что именно вампиры с ним сделали, как изменили. И специалиста с собой прихватить… Какой тут лучше пойдет?

– Тестер, наверное… желательно, тот, кто специализируется по Черным… Хочешь, дам своих пару.

– Спасибо. А то пока я кого разыщу.

Специалистами-тестерами оказалось две женщин, обе невысокие и худенькие. Только одна черноволосая – Нита, а другая, Кира, огненно-рыжая. Одновременно и коллеги, и соперницы, магички, дожидаясь, пока соберутся боевые, предназначенные им в сопровождение, наперебой кокетничали с Жоротом и Жаном.

Колдун сразу дал понять, что дамы его интересуют только в профессиональном плане, чем, кажется, немного обидел обеих. Зато Жан явно соблазнился, отдавая предпочтение Кире. Нита в отместку взялась за боевых магов, которые потихоньку уже собирались, и ухитрилась договориться о свидании с двумя одновременно – братьями, правда, не близнецами. Кира, которая заарканила гораздо более симпатичную жертву, но одну, поглядывала на коллегу с завистью. Жорот наблюдал за бесплатным представлением и посмеивался.

Наконец всей кампанией переместились к маяку. То ли вампиры не успели собраться, то ли, перепуганные количеством народу, не рискнули нападать, но экспедиция прошла без происшествий.

Работали магички так же энергично, как и кокетничали, словно соревнуясь друг с другом. Жорот, послушав гипотезы, высказываемые буквально наперебой, и прекрасно дополняющие друг друга, подумал, что Н'еве не зря дал магичек в паре – вряд ли они так же эффективно работали бы поодиночке.

Картина обрисовалась вполне определенная. Оказалось (а Жорот этого просто не знал, бардак полный!), что в узловые маяки были встроены сигнализирующие заклинания. Если на территории, которую контролировал этот самый маяк, порталом перемещался вампир, а не человек, сигнал об этом немедленно шел в отдел службы безопасности, который тут же начинал охоту. Вампиры же с помощью кровавого заклинания ухитрились нейтрализовать эту сигнализацию. Причем магички в голос заявили, что, хотя при наложении заклинания было принесено в жертву животное, при заклятии использовалась и человеческая кровь, в очень большом количестве. Вряд ли человек при этом выжил, просто его не убили сразу, а бросили где-нибудь умирать. Таким образом, явного факта человеческого жертвоприношения не было, и отследить его было невозможно, но эффект от заклинания был почти тот же.

Не прошло и часа, как Жорот отпустил и боевых и тестеров и, вызвав в кабинет карту, начал намечать, какие узловые маяки нужно будет проверить на кровавые заклинания. Кстати, часть из них Жорот уже настроил. Колдун пока тестеры работали с маяком, проверил пришедшую ему в голову мысль. И убедился, что прав – если бы маяк настраивал он, а не жена, кровавые заклинания так и остались бы незамеченными. Наверное, потому, что он делал это чисто механически… Черт знает, как работала Арика, но явно по-другому.