Текст книги "Вопрос статуса"

Автор книги: Алла Щедрина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 26 страниц)

– Он не представился.

Колдун, приподняв бровь – кто ж это такой скрытный – заметил:

– Хорошо, я схожу…

– Добрый вечер! – уверенный, властный голос раздался от двери.

На пороге стоял гость, который решил не ждать, пока хозяева соблаговолят его принять. Выше среднего роста, с уверенными движениями, он окинул взглядом помещение, отметив всех присутствующих. Жорот, отметив, как напряглась Арика, вопросительно на него уставившись, послал по связи успокаивающий импульс «все в порядке». Подойдя к мужчине, склонил голову:

– Добрый вечер, мэтр Вулх. Чем обязан вашему вниманию?

Гость прищурился и подчеркнуто ласково сообщил:

– Или ты прекращаешь выделываться, или я чищу тебе физиономию. И повторяю сию процедуру до тех пор, пока ты не начинаешь вести себя нормально.

Жорот хмыкнул про себя – Вулх в своем репертуаре. И ведь начистит…

– Нас вообще-то больше, – неожиданно раздался мрачный голос Атаны.

Вулх уставился на ребенка, усмехнулся:

– Эта та самая боевая леди, которая прошла крещение убийством до физического совершеннолетия? У тебя достойная смена.

Атана отчаянно покраснела и спряталась за Арику. Женщина наблюдала за гостем со спокойным любопытством – что еще выкинет? Вулх перевел взгляд на колдуна, подняв бровь – мол, тебя воспитывать или не надо?

В следующее мгновение мужчины оказались в объятиях друг друга. Типичные такие мужские объятия, когда не поймешь, то ли это приветствие, то ли шуточная борьба. Наконец Жорот представил гостя, во избежание неясностей, сообщив его полный титул:

– Мэтр Вулх, патриарх семьи Рэндалл.

Лицо Арики удивленно дрогнуло. Колдун назвал имена супругов, представил Атану и Хью, который потерялся в простенке между окнами. Это, само собой, было лишь данью вежливости – Вулх, перед тем, как сюда заявиться, наверняка заочно перезнакомился со всеми. Впрочем, он это никак не высказал, вежливо приветствовав каждого из присутствующих.

– Очень приятно. Но, господа, к сожалению, дела прежде всего. Жорот, мне нужно с тобой поговорить.

Колдун молча кивнул и повел Вулха в кабинет.

– И как тебя встретили на родине? – в качестве приветствия поинтересовался патриарх.

– Не так плохо, как могло бы быть.

– Ты, я смотрю, оптимист, – ядовито заметил Вулх.

А Жорот, глядя на мужчину, вспоминал историю их знакомства. Вулх был самым молодым Патриархом. Причем титул достался ему не по наследству, он его получил как основатель Семейства. Еще одно его отличие от остальных было в том, что Семьи, имеющих специализацию боевых – а таких существовало две, не считая Рэндаллов, предпочитали замалчивать свою профессию. Обе, с тех пор, как получили титул, позиционировали себя стихийниками – огня и воздуха. Вулх наоборот всячески подчеркивал то, что он боевой и больше половины мужчин его семьи специализировались именно в этом направлении.

Он познакомился с Жоротом, почти в самом начале его карьеры боевого, лет так в 150. Жорот не знал Вулха как Патриарха – молодой колдун вообще не интересовался аристократическими семьями. Вероятность пересечения его и высокородных членов Семейств была настолько мала, что смысла забивать себе голову информацией Жорот не видел.

К тому же Вулх не сильно светился «на людях», предоставляя заниматься светской жизнью жене и сыну. Сам Патриарх управлял Семейством из-за кулис. При этом частенько появлялся в отнюдь не аристократических кругах, где мало кто его знал. А те, кто знали, предпочитали не распространяться – Вулх не приветствовал длинные языки.

Вулха Жороту представил его близкий друг Тресс, одноклассник, тоже боевой. Они планировали наняться в охрану каравана на одну из не сильно отдаленных планет. Как раз в это время Жорот оказался без работы. Дарика, его напарник, в очередной раз вышла замуж и ее новый муж – боевой лет на двести старше Жорота и с неплохим уровнем – захотел сам сопровождать жену. Колдун воспринял новость спокойно, он прекрасно понимал, что рано или поздно подобное произойдет, учитывая любовь Дарики к смене супругов. Но теперь приходилось искать замену постоянного источника дохода. Вот они и скооперировались с Трессом, лучше, когда кто-то спину прикрывает. А Тресс привел Вулха, предварительно объяснив колдуну, что тот старше и опытней, и что если сговорятся, он присоединится третьим.

Они удачно выполнили контракт на караван и работали вместе еще около трех лет. Вулх был кем-то вроде наставника при обоих боевых, показывая им тонкости, которые в школах не преподают. И несколько раз помогал Трессу выбираться из неприятных ситуаций. Жорот, в отличие от друга, никогда в подобное не вляпывался – слишком уж был рассудочен. Он либо пытался вразумить Тресса, либо, когда тот уже был «неостановим» просто отходил в сторону, предоставляя тому самому расхлебывать последствия – в конце концов, сколько можно-то! А Вулх, ругаясь и ворча, вытаскивал молодого коллегу буквально «за уши». Зато потом этим самым ушам и устраивал основательную трепку.

Именно после очередного инцидента у Жорота появились подозрения относительно старшего товарища – слишком уж обширными связями обладал Вулх для боевого, который зарабатывает себе на жизнь, мотаясь по дорогам. С этого времени он стал пристальней наблюдать за Вулхом, складывать одну к одной прежде игнорируемые мелочи. И в один из вечеров колдун попросил Вулха ответить на несколько вопросов.

– А что будет, если не отвечу? – хмыкнул тот.

– Ничего, – пожал плечами Жорот. – Просто попрощаемся, и я завтра утром уйду.

Тресс потребовал объяснений, какая муха укусила друга. Вулх же, пробормотав: «голова у тебя работает», объяснил, кто он и предложил Жороту войти в Семью на правах ученика. Пока. А там посмотрим по обстоятельствам. Патриарх добавил, что ищет перспективных боевых магов, ухмыльнувшись, фыркнул – слишком много у него дочерей, надо же их куда-то пристраивать.

Для боевого, пусть и сильного, но без роду-племени – родство с Роллейной никаких возможностей Жороту не предоставляло в принципе – этот шанс был невероятным везением. Но колдун, особенно даже не размышляя, поблагодарил и отказался. Он был искренне благодарен Вулху за эти три года, но перспектива стать членом аристократической семьи его не привлекала. Слишком он хорошо понимал, каково это – метаться в кругу обязанностей и условностей, не имея возможности даже чуть отклониться от предписанного пути. И ради чего? Сомнительного удовольствия называться аристократом? Гарантированного – само собой довольно высокого – уровня жизни? Возможности пробиться в «сильные мира сего»? Оно того не стоило.

Тресс изумленно уставился на друга, явно считая, что он сошел с ума. Упускать такой шанс! Жорот, который прекрасно понимал, что своим отказом разрывает отношения с Вулхом, поблагодарил боевого за обучение и ушел. Утром, как и собирался, Жорот телепортировался домой. Тресса он больше не встречал, только через несколько лет услышал, что тот вошел в Семью Рэндаллов, женившись на одной из пра-пра-правнучек Вулха. А вот Вулх еще не раз встречался с Жоротом, периодически подкидывая ему работу. Всегда очень сложную, но и соответственно оплачиваемую. То ли Патриарх не хотел подвергать членов своей Семьи подобному риску, и поэтому скидывал излишне сложные задания на сторону, то ли еще какие причины были, Жорота это не интересовало. Он почти всегда брался за задания – отказался лишь единожды – после выполнения педантично отчислял Вулху посреднические проценты и благодарил за предоставление работы. Но никогда не пытался встретиться с Патриархом по своей инициативе, и не возобновлял разговора о его давнем предложении. Кстати, однажды Патриарх поставил условием задания его совместное выполнение. Задание прошло без эксцессов, к тому же оказалось не особенно сложным. Зачем Вулху потребовалось присутствовать, Жорот так и не понял. Да и не интересовался.

Патриарх вел себя с Жоротом, как с равным, но колдун почти демонстративно подчеркивал разницу в их положении, скрупулезно придерживаясь правил поведения принятых по отношению к вышестоящим, аристократам. Хоть и не переходил границ, за которым подобная демонстрация стала бы не к месту. И никогда не просил у Патриарха помощи – ни в какой, пусть самой критической, ситуации. Даже когда возникла проблема с лечением Роллейны, Жорот и не подумал обратиться к Вулху – единственному, пожалуй, кто смог бы помочь. И, главное, захотел бы. После паралича и выздоровления Вулх больше к Жороту не обращался. И вот сегодня Вулх появился у колдуна дома, словно только вчера расстались. Да еще и демонстративно потребовал – впервые за время знакомства – перестать «выделываться», то есть прекратить вести себя, как нижестоящий с вышестоящим.

Колдун обрадовался встрече – что скрывать. Но при всей симпатии к Вулху, Жорот отдавал себе отчет, что просто так Патриарх ничего не делает. Что ему нужно?

– Ты ухитрился поцапаться почти со всеми Семьями и это, с твоей точки зрения, «не так плохо»?

Жорот усмехнулся:

– Я ни с кем не «цапаюсь». Лишь защищаю свою территорию.

Патриарх фыркнул и сообщил:

– Сразу предупреждаю – меня твоя территория не интересует.

Жорот не совсем был уверен в искренности собеседника, но спорить, само собой, не стал. Глупо было бы нарываться. Хотя, возможно Вулх и не лгал – у него были своеобразные представления об интересах его Семейства. Колдун молча ждал продолжения – смысл спрашивать, Патриарх и так все скажет.

– Ты подбираешь телохранителей, – Вулх скорее сообщил об известном ему факте, чем задал вопрос.

– Двоих уже нашел. Еще двое – и будет достаточно.

– Раста брать не советую, – сообщил Патриарх. – Он осведомитель Ворчеров.

Жорот нахмурился – он собирался попросить Н'еве проверить телохранителей с этой точки зрения, но не успел.

– Благодарю…

– Как ты смотришь на то, чтобы заключить со мной контракт на защиту?

Колдун, мягко говоря, удивился. Подобные контракты – тем более с Рэндаллами – заключали либо аристократы, либо богатые семьи – как магов, так и немагов. И Жорот, несмотря на относительное финансовое благополучие, сомневался, что потянет что-то подобное. Ведь заключалось соглашение не на год, не на два, и даже не на десятилетие, а навсегда, прерываясь лишь со смертью одной из сторон. Нет, конечно, отказаться от контракта было можно. И существовали даже объективные причины, подобный отказ оправдывающие. Например, банкротство. Но в отсутствии подобных причин отказ считался даже не «дурным тоном», а свидетельством несостоятельности отказывающейся стороны. Это не говоря о неустойках, которые были просто грабительскими.

– Спасибо, но я не рискну взять на себя подобные обязательства, – покачал головой колдун. – Вулх, ну что ты, в самом деле. Я не нищий, но надо же реально соотносить возможности…

– Взгляни и соотнеси, – Патриарх протянул документ.

Жорот поморщился, но бумаги все же взял. И начал читать. Чем дальше он продвигался, тем меньше понимал, зачем это Вулх вообще затеял.

Начать с того, что подобный этому контракт Жорот держал в руках единственный раз, еще в годы ученичества, на одном из занятий по Праву. Сейчас он наскоро сотворил заклинание памяти, восстановил текст и вчитался в то, что ему подсунул Патриарх.

Впрочем, сравнивать с шаблоном не понадобилось. Достаточно было элементарного здравого смысла, чтобы понять, что предложенные условия невыгодны Вулху. За деньги, вряд ли большие, чем те, что Жорот затратил бы на четверых телохранителей, ему предлагалась полная защита дома, женщин и несовершеннолетних его обитателей плюс информационное обеспечение. Последнее подразумевало сбор и передачу информации, которая так или иначе имела отношение к колдуну.

Жорот вновь поморщился, только на этот раз мысленно. Какие бы причины не двигали Вулхом, и речи не могло идти о подобном соглашении. Он даже не собирался обсуждать это.

– Спасибо, но я отказываюсь.

– Ты подозреваешь меня в благотворительности в ущерб моим интересам? – хмыкнул Патриарх.

– Я даже разбираться не хочу, чем ты руководствуешься…

– Могу объяснить. В отличие от тех дебилов, которые сейчас давят на тебя со всех сторон, я тебя знаю. И уверен, ты не только отобьешься, но и войдешь в силу – со мной ли, без меня – неважно. То, что мне нравится твой жизненный подход, ты, как я понимаю, за аргумент не примешь. Но уж поверь, я предпочитаю поддерживать с тобой нормальные отношения. Поэтому и хочу помочь, чем могу, а не стоять в стороне и, тем более, не вставлять палки в колеса.

– Я ценю твое предложение. Но, извини, руководствуясь именно своим «жизненным подходом», который тебе нравится, не стану его принимать, – повторил отказ колдун.

Наверное, с точки зрения Вулха, аргументы были весомыми. Но Жорота не устраивала его роль в предлагаемом раскладе. Колдун не собирался брать на себя обязательства, пусть даже заключающиеся лишь в поддержании «хороших отношений», к тому же в счет весьма эфемерной, с его точки зрения, перспективы.

– Кто бы сомневался, – пробормотал Вулх. И дотронулся до плеча колдуна, передав восемь имен вместе с портретами, краткими характеристиками и координатами.

– Эти не работают на сторону, проверено. Так что, прежде чем опять обивать пороги агентств, побеседуй с ними, возможно, кто подойдет. Моих людей там нет, – добавил Патриарх.

– Благодарю, – Жорот зафиксировал информацию, рассчитывая разобраться с ней позднее. И, само собой, что бы Вулх не заявлял, если ему кто подойдет, ребят придется проверять. – Что я тебе должен?

Колдун впервые имел удовольствие наблюдать, как решительный и самоуверенный Патриарх колеблется. Наконец Вулх махнул рукой:

– Неважно. Если так свербит расплатиться, переведи деньги по тарифу.

– Не доверяешь? – иронично уточнил Жорот. – Или не отвечаю твоим высоким требованиям?

Патриарх покосился на собеседника. И, кажется, решившись, поинтересовался:

– Сколько твоей младшей?

– Девять.

– Она к детям как относится?

– Извини, может, все же объяснишь толком?

Кривоватая улыбка на лице Вулха выглядела довольно необычно.

– Моему младшему сыну, Райесу, почти пятнадцать. Он предсказатель. Врожденный. И ему сейчас нужна… перемена обстановки. В связи с надвигающимся переломом и так далее… Проблема в том, что к кому бы я его не отправил, жена с тетушками отыщут любимое чадо и вернут домой.

– Хочешь, чтоб он у нас побыл?

Короткое пожатие плечами:

– У Райеса уровень трех-четырехлетки. И ему желательно детское общество, только чтоб его не дразнили, не издевались над ним…

– Так. Извини. Я правильно понял, он отстает чуть не на десять лет?

Жорот заработал раздраженный взгляд от собеседника, потом Вулх прищурился:

– Ты что вообще знаешь о врожденных предсказателях?

– Слышал, что такие есть.

– Боги… Ладно. У них до момента полового созревания очень сильное отставание в развитии. Некоторые вообще застревают на уровне полугода. Вторая их особенность – спонтанные озарения. У Райеса было первое, когда ему едва исполнилось три недели – представь, младенец выдал предсказание.

– Как выдал? – не понял Жорот. – Образом, ментально?

– Словами, – буркнул Вулх. – Конечно, дикция была ни к черту, голосовые связки в таком возрасте еще не приспособлены к раздельной речи. Но вполне различимо. После озарений у ребенка идет откат, как после сильного физического или эмоционального напряжения. У всех он проявляется по-разному, Райес становится сонным и капризным. Причем заснуть не может, мои обычно носятся с ним до вечера, после ночного сна все приходит в норму.

В период полового созревания у врожденных происходит так называемый перелом. Он обычно сопровождается потерей сознания, иногда комой до суток. После этого умственное развитие либо сразу подскакивает до уровня физического, либо в течение недели-двух. Но озарения никуда не деваются… Это я тебе общие принципы объясняю.

– Я понял.

– Так вот, по всем признакам Райес должен уже пройти перелом. И до сих пор ничего. Гьен, наш целитель, сказал, что, возможно, необходима перемена обстановки. Я уже больше чем полгода пытаюсь отправить мальчишку куда-нибудь! Начиная от родственников и кончая наемными воспитателями. Моя женушка с чудным постоянством отыскивает сына и забирает обратно домой. Говорит, что все это чушь, насчет задержки, не принимает никаких доводов… В общем, ладно. У тебя тоже найдет наверняка.

– Ага. И предъявит обвинение в краже чада, – хмыкнул колдун.

– Глупости не говори. Я ей скажу, что отправил Райеса к друзьям погостить. Так вот, найдет, конечно, но не сразу. В любом случае, дольше недели он у тебя вряд ли пробудет. И то это край, пока больше, чем полдня, он нигде не задерживался. Только присмотри, чтоб твои его не обижали.

Жорот представил, с каким скандалом аристократка будет забирать отпрыска и только хмыкнул. Но кивнул.

– Насчет этого не беспокойся. И я поговорю с Роджером и Арикой. Не думаю, что они будут против, но поставить их в известность я должен. И Лонга, поскольку присматривать за мальчишкой будет он.

– Конечно, – Вулх протянул Жороту кристалл. – Свяжешься, когда решите. Мне пора, я и так задержался.

На самом деле, как Жорот подозревал, Вулх просто не хотел присутствовать при его объяснении с супругами.

Колдун подождал, пока за Патриархом схлопнется портал, переоделся и спустился в столовую. За ужином он сообщил семейству о возможном госте. Тойди известие игнорировал – оно и понятно, парень приходил домой только ночевать, и то не всегда. Так что присутствие Райеса никак его не трогало. Близнецы переглянулись, Рони заметила, в типичной своей бесцеремонной манере, что очень надеется, ее не станут заставлять вытирать сопли этому переростку и водить его за ручку. Фест промолчал, но, похоже, был полностью согласен с сестрой. Атана с какой-то странной снисходительностью покосилась на близнецов.

– От вас троих требуется лишь, чтобы вы не обижали гостя, – негромко заметил колдун. – Не обижать – это значит не дразнить, не смеяться и не игнорировать, когда ребенку нужно внимание. Надеюсь, повторять необходимости не будет?

Близнецы поежились под взглядом дымчатых глаз. И почти синхронно угрюмо кивнули. Атана независимо сообщила:

– А я вообще не против. Это будет забавно.

Арика пожала плечами:

– Лонг, у тебя будет возможность за ним смотреть?

– Да, конечно, – мягко ответил робот. – Тем более, он не задержится у нас надолго.

Утром Жорот проснулся от того, что Арика, этой ночью составившая ему компанию, трясла его за плечо.

– М-м… Что?..

– Н'еве ломится, – ворчливо сообщила она. – Бессонница у него, что ли? Еще шести нет.

Жорот, который чуть не до двух работал с защитным браслетом Атаны, путем нехитрых вычислений сообразил, что спал не больше четырех часов. Кстати, девочка тоже ушла в постель, только когда он закончил, наблюдая и задавая вопросы. Иногда донельзя наивные, а иногда вполне разумные… Колдун потягивался, пытаясь привести тело в приемлемое состояние. Неожиданно Арика принялась разминать ему плечи.

– Спасибо, – он позволил себе понаслаждаться массажем совсем недолго, поцеловал жену и неохотно принялся выбираться из постели.

– Он в гостиной, – сообщила Арика вдогонку направляющемуся в ванну мужу. – И будь добр, передай, что в другой раз я ограничивать огненные составляющие не стану! Помереть твой альбинос не помрет, но поджарится конкретно…

Н'еве, стоящий возле окна, выглядел весьма недовольным. Конечно, ничего серьезного контуры Арики ему сделать не могли, но неприятности доставили. Колдун ехидно хмыкнул про себя. Что, не понравилось? Может, хоть теперь поостережется внаглую заявляться. А то совсем уже – ни предупреждения, ни стука, ничего… Как к себе домой.

Н'еве покосился на колдуна, видимо, заметил выражение злорадства. И состроил страдальческую физиономию – мол, чем бы дитя не тешилось…

– Пожалуйста, предупреждай о визитах, договорились? – предложил Жорот. – Арика разозлилась, что ты ее разбудил и пообещала усилить огненные контуры.

– Но надоумил их поставить, конечно же, ты, – проворчал Н'еве. – Ладно. Ребята выяснили, кто стоит за ситуацией в пустыне. Семейство Вебер. Мы нашли и допросили обоих боевых, играющих воинов-бедуинов. Вас с Арикой действительно собирались прикончить, обставив все, как случайность. Доказательств для суда более чем достаточно. Но связываться с Дейнадом или нет, решать тебе.

– Ни малейшего желания, – отозвался колдун. – Лучше дам понять, что если его Семейство еще что такое вытворит – ответит и за тот раз и за этот… Как он выглядит хоть?

– Держи, – проворчал Н'еве, дотрагиваясь до руки колдуна, кидая не только изображение, но и краткие биографические данные. Колдун для начала поинтересовался возрастом. Около четырех тысячелетий? Можно считать, в самом расцвете…

Вид Патриарха оптимизма не внушал. Лицо властное, самоуверенное, с жесткими чертами. Хотя, другой во главе Семьи не удержится. Мирно договориться с ним будет непросто.

– Он наследственный или первый?

– Наследственный, второе поколение, – отозвался альбинос. И предложил: – Может, мне поговорить с ним? А то я тебя знаю, начнешь в бутылку лезть…

– Не стоит, я сам.

– Советую запастись антиментальным амулетом. Желательно с теми камушками, которые тебе достались из каравана. Дейнад использует способности менталиста при каждом удобном случае, обнаглел до крайности… И окоротить не получается – он лучший менталист в Клане, взломать его блоки невозможно, а значит, и доказать вину тоже. Вот он и беспредельничает.

Жорот приподнял бровь:

– А смысл связываться с убийцами, надавить менталом куда проще…

– Он таким сомнительным способом молодое поколение на самостоятельность натаскивает, – фыркнул Н'еве. – Дает им задания и смотрит, как справляются. А огрехи подчищает грубой силой.

– Обрадовал, – пробормотал колдун.

– Не нервничай. У Дейнада, при всем этом существует непреложный принцип – детей и женщин он не трогает. Никогда.

– Что ж он тогда Арику собирался убить вместе со мной?

– Не он, а кто-то из молодежи. Сам знаешь, насколько молодые умники трепетно относится к принципам «старперов». Думаю, ребятки собирались отговориться тем, что Арика боевой маг. Но значения это не имеет – Дейнад, конечно, внутри Семьи разгон даст, но при этом за своих станет горой, правы они или нет. Так что на рожон не лезь. Поскольку сам понимаешь, телохранители от него не спасут, разве отряд человек в двадцать, может, такое количество у него силы не хватит контролировать… Кстати, еще одна особенность Дейнада – он до сих пор ни одного из тех, с кем схлестывался, не убил. Правда, четверых отправил в психушку – это я считаю только тех, о ком наверняка знаю…

– Немногим отличается, – заметил Жорот. – И я бы не сказал, что в лучшую сторону.

– Можешь просто дать понять, что не имеешь к нему никаких претензий. И, кстати, я думаю, это для тебя самое разумное.

– Извини, что ты скажешь о жене Вулха? – перевел Жорот разговор на другое. – Тэленис, кажется?

Н'еве уставился на колдуна, потом хмыкнул:

– Так вот зачем к тебе Вулх заявился! Собирается мальчишку скинуть?

– Почему нет?

– Дурью он мается. Ну, случается у врожденных задержка с переломом…

– Я спрашивал о Тэленис, – перебил его Жорот. Мнение альбиноса о данной ситуации его не интересовало.

– Наши ею не интересовались. Повода не было. И лично я с ней не знаком. Так, видел мельком. Вот все, что есть, – очередное прикосновение кинуло блок информации, тоже вместе с портретом. – Ладно, пойду я, хоть немного посплю.

– Спасибо.

– Не за что.

Жорот, проводив безопасника, задумался. О «не имеешь никаких претензий» речи не шло. Подобная слабость однозначно была бы воспринята как знак того, что на колдуна можно кидаться со всех сторон… Итак, что имеем? Патриарх Веберов представлял серьезную опасность. Колдун и сам это понимал, да и не зря Н'еве приперся к нему ни свет ни заря, срочность говорила сама за себя. Надо было озаботиться защитой, чем скорей, тем лучше. Менталистом Жорот был никаким, сильных амулетов, ограждающих от подобного воздействия, у него не было. Сегодня придется этим заняться. Но сначала нужно разобраться, было ли нападение в пустыне первой подобной попыткой Веберов. И сделать это перед тем, как он пойдет говорить с Патриархом. И вообще, чем раньше, тем лучше. Поскольку есть вероятность, что Дейнад его найдет первым, и встречать его желательно в информационном всеоружии. Патриарх мог и не кинуться сразу давить менталом, но пойми он, что Жорот чего-то не знает, старый интриган воспринял бы это свидетельством слабости, которое могло спровоцировать что угодно… И вообще наверняка сыграло бы колдуну отнюдь не на руку. Значит, будем думать.

Колдун еще раз перебрал в уме все, что с ним было с момента назначения на пост. И решил, что попытка Веберов, пожалуй, первая… Во всех предыдущих случаях Жорот точно знал, кто стоял за подкупом ли, за шантажом или покушением (и такое было). Во всех, кроме одного. Странная история с Лестом. А он до художника так и не добрался…

Собраться было делом пяти минут. Затем Жорот послал адрес и шагнул в открывшийся портал. Посмотрев на номера домов и названия улиц, колдун понял, что до цели надо будет еще дойти. Это когда порталами заведовала его мать, они доставляли буквально к нужному порогу. Сейчас же, даже в крупных городах, где сеть была настроена с нужной плотностью, количество точек выхода было ограничено. Точки входа пока не зафиксировали, то есть, войти в портал можно было отовсюду. Но, скорей всего, подобная возможность станет привилегией лишь для определенного круга. Остальным придется при необходимости перемещения идти к определенному месту, и телепортироваться лишь оттуда. Или строить порталы самим.

Нужный дом был на двух хозяев. Забор делил по центру как сам дом, так и прилегающий земельный участок. И строение и участок были ухоженными и чистыми, производя впечатление зажиточности. Колдун, вглядевшись, сообразил, что интересующая его половина дома – та, что слева. Проверил калитку и дверь на предмет защитных сигнализирующих заклинаний. Таковых не оказалось, и он, миновав калитку, пересек двор и постучал.

Ждать пришлось долго, а барабанить в дверь еще трижды. Впрочем, неудивительно. Еще семи не было, в такую рань большая часть жителей крепко спала. А уж представитель «богемы» тем более. Можно было, конечно, пройти в дом и поднять хозяина с постели. Но не хотелось нарываться раньше времени.

Наконец дверь приоткрылась, на пороге стоял зевающий и встрепанный мужчина. Лест. Увидев гостя, он отшатнулся и попытался захлопнуть дверь. Само собой, ничего у него не вышло.

Колдун наблюдал, как сереет лицо Леста, отвисает челюсть и как мужчина неосознанно вжимается в стену. Жорот собирался припугнуть его, чтобы был сговорчивей, но, похоже, не понадобится.

– Я хочу услышать некоторые объяснения, – негромко сказал колдун, закрывая за собой дверь. – Разозлить меня вы уже успели, так что лгать не советую.

Лест только открывал-закрывал рот, словно рыба, очутившаяся на суше, абсолютно беззвучно. Колдун поморщился. В таком состоянии он от него ничего не добьется. Взял мужика за плечо и решительно поволок по коридору, соображая, где тут кухня или ванная.

– Киска, кто там?

Жорот толкнул дверь, из-за которой раздался сонный вопрос, спеленал молодую женщину, лежащую в постели, заклинанием обездвиживания. Ничего, потерпит, пока он с «киской» разговаривать будет.

Повернувшись к Лесту, которого продолжал придерживать за плечо, колдун увидел дальше по коридору дверь с яркими цветными витражами. Обычно подобные вели в кухни. То, что надо. Колдун дотащил до нее Леста, рывком распахнул дверь и замер. Это действительно оказалась кухня. Только вот кого он не ожидал там увидеть – это Дейнада, стоящего почти в центре и косящегося вокруг с этаким брезгливо-презрительным выражением на лице.

– Отпусти, – негромкое приказание, но противиться ему Жорот не смог. Пальцы разжались, Лест продолжал стоять, тупо хлопая глазами.

«Попал, – подумал колдун. – Идиот… Хотя, кто ж знал, что Дейнад так быстро среагирует».

Его толкнули в спину, заставляя идти вперед. Больше никак двигаться Жорот не мог, даже пальцем шевельнуть. Но это было не стандартное обездвиживание, а именно ментальный контроль. При обездвиживании не ощущаешь тела. Сейчас же колдун чувствовал тотальное давление – на мозг, на все тело, которое, словно налитое свинцом, отказывалось подчиняться, выполняя чужие приказы, вопреки воле хозяина. Мышцы бессильно сокращались, как в попытке сдвинуть что-то неподъемное… Из-за спины вышел парень, и, минимум, один остался сзади. Тот, кто вышел, бесцеремонно схватил Леста за плечо – так же, как колдун минутой ранее – и вытолкал его за дверь. И опять исчез из поля зрения Жорота.

– Ты слишком прыток, – все так же негромко заметил патриарх. Задумчиво уставился на колдуна. – Дашь клятву на крови, что не имеешь ни сейчас, ни в будущем претензий к членам моего Семейства. И никогда не выступишь против нас, ни словом, ни делом.

Дейнад не спрашивал, он сообщал, что пленник сейчас сделает. Жорот взбешенно уставился в лицо Патриарху. Подобная клятва означала, что он мало того, что не сможет ни подать в суд, ни попросить помощи у того же Н'еве, но даже защищаться нормально от Веберов не сможет. При этом Патриарх не собирался брать на себя обязательства о ненападении. Скотина! Жорот пытался вспомнить то немногое, что знал о защите от ментального давления. Практически ничего. Когда он делал амулеты, использовал универсальную блокировку, измененную с учетом специфики ментального воздействия. Сейчас это не подходило – слишком уж Дейнад превосходил его в ментальной силе.

– Говори! – голос Патриарха подстегнул, заставляя, приказывая…

Колдун ухитрился стиснуть зубы, смыкая уже раскрывшийся рот, и прикусил невзначай язык. Во рту появился привкус крови, а резкая боль помогла противостоять давлению чужой воли. На мгновение, но Жорот, тут же сориентировавшись, воспользовался этим, сотворив заклинание огненного шарика. Послать его никуда не вышло бы – для этого необходимо было сделать направляющее движение, хоть минимальное, а это было невозможно. Но он и не собирался, колдуну было достаточно боли в ладони, в которой пылал шарик. Боль помогала концентрироваться, сопротивляться.

Дейнад удивленно приподнял брови. Давление усилилось, Жорот вновь – уже на грани отчаяния – сосредоточился, выстраивая в сознании барьер, не позволяя управлять своим телом. Можно сказать, у него даже получилось – двигаться колдун не мог, но Дейнаду не удавалось заставить его делать то, что Патриарх хотел. Пока не удавалось. Боль в ладони усиливалась, это было хорошо, боль помогала…

На лице Дейнада было уже видно сосредоточение – маг прилагал все больше и больше сил, чтобы сломить упрямца. Колдун прекрасно понимал, что шансов нет, но, запретив себе об этом думать, держался. Давление вновь усилилось, ударив по вискам, барьер дрогнул и взорвался кроваво-острыми осколками, ментальный удар обрушился на мозг, сознание померкло.