Текст книги "Невеста для принца Эльдорадо (СИ)"

Автор книги: Александр Петровский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 23 страниц)

Алекс
Невеста для принца Эльдорадо

В Горном королевстве полно рек, но было время, когда плавать тут никто не умел, ведь в реках Драконьих гор вода ледяная, а течение сбивает с ног и уносит в неведомые дали. Не лучшие места для купания. Но лет тридцать назад, почти за десять лет до моего рождения, наш нынешний кронпринц Карстен женился на прекрасной Радмиле, иноземке из страны, где реки текут куда медленнее, а ещё там есть озёра и морское побережье. Озеро – это большая река, что вообще никуда не течёт, а море – это большое озеро с солёной водой. На родине принцесса Радмила любила плавать, и принц Карстен сделал ей подарок – построил бассейн. Вместе с другими каменщиками лично выкладывал стены.

В этом бассейне я и плыл лягушачьим стилем, не самым быстрым, зато и не требующим особой затраты сил. Я ни за кем не гнался, да и ни от кого не убегал, просто плыл, поглядывая на обнажённых девушек, что в жаркий день тоже пришли освежиться в прохладной воде. Выглядели они очень даже ничего, и я подумывал, не провести ли несколько приятных минут с какой-нибудь из них. Да и они смотрели и наверняка подумывали о том же.

Были здесь и другие мужчины, но они пришли с жёнами, да и будь они без жён, девушки всё равно выбрали бы меня – я выглядел бравым спецназовцем, а престиж королевского спецназа среди подданных Карстена VIII очень высок. Хотя бы потому, что в силах специальных операций служат только дети герцогов и графов.

Только не подумайте, что я спецназовец. Ни в коем случае! Я прошёл всю подготовку, но в спецназ меня не взяли – увы, я не отпрыск ни герцога, ни графа, а по уставу мой собственный титул ничего не значит. С самого начала мне сказали: «Дарен, тебя возьмут, только если свободных мест будет больше, чем детей-аристократов, сдавших последний экзамен». Но мест оказалось меньше, и сыновья двух графов и герцога разъехались по домам. Я тоже вернулся к родителям, а что делать? Вот так и получилось, что выгляжу я крутым спецназовцем, а на самом деле – королевский служащий, посланец для особых поручений. Нет, Его Величество и мне платит неплохо, но девушки предпочитают спецназ.

Одна из девушек плыла рядом кроличьим стилем, и самый быстрый стиль подходил ей как нельзя лучше. При каждом взмахе левой рукой её левая грудь на мгновение выскакивала из воды, и я никак не мог не заметить, что грудь у неё непревзойдённая. Наверно, и правая не хуже, но это нужно смотреть с другой стороны. И руки тоже красивые, и всё прочее, что я разглядел в прозрачной воде, в полнейшем порядке. Остальные девицы уступили ей первую попытку, и плескались в стороне, сверкая на нас недовольными взглядами.

Я ухватился рукой за правый край лесенки, ведущей на бортик, она – за левый. Я прикоснулся к её плечу, и она не отдёрнулась, наоборот, глядя мне в глаза, облизнулась. Что ж, это начало большой и светлой любви. Конец придёт, как только благородная девушка узнает, что я служу не в спецназе. Пару лет назад пообещал себе, что женюсь на той, которой нужен именно я, а не любой боец спецназа, но за годы понял, что жену нужно выбирать не так. Только не спрашивайте, как, я сам ещё не определился.

Я взлетел по лесенке, схватил девушку за руки и одним движением выдернул её из воды. Она изящно приземлилась на обе ноги, мы на всякий случай посмотрели друг на друга, я увидел, что не ошибся, и она действительно красотка, а что увидела она, спрашивайте у неё. Обнял за талию, и услышал из центра бассейна коллективный вздох разочарования. Да, девушки, не сегодня, может, завтра, а может, никогда. Не расстраивайтесь сильно, я не тот, кем кажусь. Вы избежали огромного разочарования, лучше скажите спасибо той, кого проклинаете.

Но любви не получилось. Откуда-то появился королевский гонец. Вот его не было, а вот стоит, преграждая дорогу. И преданно смотрит в глаза, а на лице блуждает дурацкая улыбка. Увы, любовь отменяется, я зачем-то понадобился Его Величеству или Его Высочеству. Причём срочно, иначе вызов получил бы дома, а не в бассейне.

– Ну? – спросил я. – Вызывают?

– Ага, – закивал он, улыбаясь ещё шире. – Очень срочно, он не любит ждать.

Королевские гонцы выглядят идиотами, такова у нас традиция, а какой в ней глубокий смысл, понятия не имею. На самом деле они не идиоты. Ведь если он хоть раз неверно передаст послание – тут же отправится на виселицу. Из сотни гонцов два-три за год именно так и покидают службу, в основном, конечно, новички.

В столице тысячи людей, не любящих ждать. Но гонец говорил о том единственном из них, что в летописях именуется Карстеном VIII. Его сын, кронпринц с тем же именем, обозначил бы себя как-нибудь иначе. Я бы понял, кто меня вызывает, а те, кто подслушивают или услышали случайно, например, эта красотка – нет. Осталось извиниться перед несостоявшейся подругой и уйти, но она взяла тяготы расставания на себя.

– Ты не из спецназа! – она вопила так, будто ей нажали на болевую точку. – Мерзавец!

Догадаться было нетрудно: служи я в спецназе, вызов передал бы вестовой, а не дворцовый гонец, похожий на деревенского дурачка. Но чем она недовольна? Разве я её обманывал? Разве врал, что служу в спецназе? Я вообще ни слова не вымолвил! Она тем временем решила, что я не должен легко отделаться, и попыталась залепить пощёчину. Я перехватил её руку и столкнул несчастную обратно в воду, чтоб слегка поостыла. Я ведь срочно вызван к королю, некогда успокаивать истеричку лаской.

Бегом я влетел в раздевалку, быстро натянул одежду и сандалии, и всё так же бегом помчался во дворец. Будь «крайне срочно» – я бы побежал голым, тут не до приличий, «очень срочно» – потратил бы минуту, чтобы найти, чем прикрыть чресла. Гонец как раз и сказал «очень срочно», но он, найдя меня, молчал, ждал, пока я с ним заговорю, а это снижает уровень срочности на единичку. Значит, вызван я «весьма срочно», то есть, оделся и побежал.

Бежал я изо всех сил. Лишь раз снизил скорость, увидев плывущие на юго-восток аэростаты. Может, это тренировались лётчики королевских ВВС, а может, спортсмены готовились к соревнованиям, через пять дней намечалась гонка на призы кронпринца, и я собирался в ней участвовать. На прошлых гонках я занимал места в третьем десятке, вдруг в этот раз удастся хотя бы войти в пятёрку? Если очень повезёт мне и очень не повезёт соперникам, вполне возможно.

– Где король? – задыхаясь после быстрого бега, спросил я гвардейца на входе. – Прячется в стогу сена?

– В комнате для совещаний, – ответил тот. – Наступил на грабли и прячется.

Сегодняшний пароль «стог сена» я назвал, отзыв «грабли» выслушал. Какой идиот такие пароли придумывает? Впрочем, сейчас не до него. Я быстро зашагал к залу советов, на ходу раздумывая, откуда гвардейцы на входе знают, где король. Он же им не докладывает. Не помню ни единого раза, чтобы гвардейцы ошиблись.

У дверей в зал стояли ещё два гвардейца, эти пароль не спрашивали, вытянулись «смирно», будто я им командир и могу наградить или сгноить на гауптвахте. Я ничего такого не мог, так что просто скомандовал «Вольно!» и вошёл в двери. Там за круглым столом сидели Карстен VIII с королевой Драминой, кронпринц Карстен с принцессой Радмилой, той самой, ради которой построили бассейн, и их дети, Карстен и Ирина, он – красавец, даже если сравнивать с моей спецназовской внешностью, а она – просто красавица, без всяких сравнений. Вылитая мать.

Обилие Карстенов в королевской семье обещало будущим школьникам жуткие мучения на уроках истории, поди запомни, что свершил Карстен IX, а какие – Карстен X. Впрочем, пять королей перед нынешним тоже звались Карстенами, а Карстен II правил лет сто пятьдесят назад. Карстен I в летописях вообще не упоминался, но раз был Второй, без Первого точно не обошлось. Но от меня ожидали не глубокомысленных размышлений. Что ж, не будем терять времени попусту.

– Я пришёл, – объявил я собравшимся в зале совета венценосным особам. – Зачем звали, Величества и Высочества, да ещё и «весьма срочно»?

***

Справа от короля восседала королева Драмина, безумно красивая женщина, да и Его Величество выглядел очень неплохо. Чистый горный воздух творит чудеса, люди у нас живут едва не втрое дольше и окрестных варваров, и подданных соседних королевств. А может, дело не только в воздухе, а ещё и в нормальном питании. Судя по летописям, последняя нехватка продовольствия случилась у нас лет четыреста назад – у какого-то графа на свадьбе закончились ананасы, а на королевском складе их вообще не оказалось. Тогда ананасы у нас не росли, да и сейчас мы их в основном импортируем, с теплиц снимаем совсем немного. Но чтобы кому-то из подданных не хватало мяса, сыра или хлеба, как порой случается у соседей – такого не бывало никогда и, надеюсь, никогда не будет.

Но долгая жизнь – не вечная молодость. Люди, у которых один из внуков на четыре года старше меня, не могут быть юными. Внимательному взгляду на лицах Их Величеств видны морщинки, а на руках – старческие пятна. Уже пару лет поговаривали, что королю пора отречься от престола, ведь кронпринц давно готов стать Карстеном IХ. Да и король с королевой тоже не раз на что-то такое намекали. Я к чему веду – если они решили отречься, самое время созывать семейный совет со степенью срочности «весьма». А раз позвали меня, значит, тому есть препятствия, и мне предстоит их устранять.

Одно препятствие я мог назвать сразу. По традиции, король не отрекается от трона, пока не женится принц, старший сын кронпринца. Но при чём тут я? Пусть Его Величество или заставляет внука жениться, или нарушает дурацкий обычай. Я бы понадобился, влюбись принц в какую-нибудь недоступную женщину, и не согласен ни на какую другую. Например, иностранную королеву. Вот тогда, реши Его Величество, что эта женщина нам нужна, я бы попытался как-то доставить её сюда. Это может привести к войне, но именно такие риски король и обязан учитывать, принимая политические решения. Если он не хочет прерывать уже больше чем трёхсотлетний мир, то запретит недружественные действия вроде похищения. Но речь наверняка пойдёт не об этом. Я знал, в кого влюблён принц. Чтобы регулярно соединяться с любимой, он не нуждался ни в моей, ни в чьей-либо ещё помощи.

– Чего стоишь столбом, Дарен? – усмехнулся король. – Садись рядом.

Сидеть рядом с ним не хотелось, место напротив нравилось мне куда больше, но у нас редко нарушают королевские приказы. В давние времена казнили за первое же непослушание, сейчас век более милосердный, но зачем сердить монарха ради сущей мелочи? Я послушно плюхнулся в кресло слева от Его Величества и приготовился слушать. Но тут вмешалась королева.

– Дарен, у тебя мокрые волосы. Ты был в бассейне? Опять искал знакомства с развратными женщинами?

Я бы безропотно принял такой упрёк от матери. Но мама как раз относилась к моему увлечению плаванием снисходительно.

– Я тренировался, – ответил я Её Величеству, потому что негоже оставлять слова королевы без ответа. – Вдруг придётся участвовать в морском сражении, враг потопит наш корабль, а я не смогу удрать от акул? А ведь потопят, гады, флот у нас слабый.

Я сказал истинную правду. Флот королевства состоял из двух гребных лодочек, на них иногда устраивали гонки в бассейне. Эти грандиозные соревнования назывались Королевской Регатой, а их победитель получал ценный приз. Нет у нас других судоходных водоёмов. Тридцать лет назад вообще никаких не было, если не считать узких, но быстрых горных рек.

– Моральную и аморальную стороны плавания обсудите потом, – прервал нас король. – А сейчас, Дарен, расскажи, зачем тебя вызвали на это совещание.

– Меня вызвали, а я – расскажи, зачем? – изумился я. – Откуда мне знать?

– Знать – неоткуда, но ты же не дурак, попробуй догадаться. Я хочу, чтобы ты изложил нам свои догадки.

– Хорошо. Меня вызвали по уровню срочности «весьма». Войн, эпидемий, голода или дефолта нет и не намечается. Значит, перестановки внутри династии. Думаю, Ваши Величества решили передать трон кронпринцу. Правильно, давно пора, хотя моего мнения никто не спрашивает.

– Молодец, – похвалил король. – Излагай дальше.

– Загвоздка одна – по обычаю, отречение нежелательно, пока принц не женат. Нежелательно – не запрещено, но вы, наверно, не хотите идти против обычая. Моя задача – раздобыть ему невесту? Но со своей возлюбленной он легко справляется без моей помощи. Так что я действительно не понимаю, зачем я тут понадобился.

– Ты прав во всём, малыш Дарен. Править королевством – тяжкий труд, рутина утомляет, даже если не происходит ничего особенного. Мы с Драминой жутко устали, и закат жизни хотим провести в безмятежном покое. Сын давным-давно готов занять трон, и готов на отлично. Тем более, королевство в полном порядке, с королевскими обязанностями справится любой дурак, а среди моих детей дураков нет. Да и я первое время буду поблизости, смогу дать совет, если понадобится.

– Меня убеждать незачем.

– Тебе, Дарен, предстоит привезти сюда невесту для принца Карстена. Твои навыки спецназовца, пусть и несостоявшегося, в этом путешествии могут очень пригодиться. Как и специфический опыт, который ты приобрёл, выполняя особые поручения.

Я взглянул на принца Карстена и принцессу Ирину, брата и сестру. Они сидели с потерянным выражением на лицах и прятали глаза. У нас не было запрета на браки между близкими родичами, но королевская династия их избегала, уж больно часто в них рождались уродцы, а урод на троне никому не нужен. Решалось это просто, проще не бывает. Принц, влюблённый в сестру или тётку, женился на какой-нибудь аристократке, супруга рожала ему наследника, а дальше они жили каждый сам по себе, формально состоя в браке, а на самом деле... думаю, вы всё прекрасно поняли.

– А зачем невесту нужно откуда-то везти? Нельзя к этому делу пристроить какую-нибудь местную, благо их полно на любой вкус? Уверен, из них можно выбрать приемлемую королеву. Тем более, местная заранее знает, кому принадлежит сердце и разные отростки принца, а иноземку ждёт сюрприз. Чем местная хуже?

– Хватит спорить с королём!

– Повинуюсь Вашему Величеству. Так какие пожелания насчёт невесты? Или сойдёт любая аристократка из соседних королевств?

– Силы уже не те, – признался король. – Болтовня с малышом здорово утомляет. Пусть остальное расскажет Его Высочество.

Кронпринц как раз и был женат на иноземке, но вовсе не потому, что спал с сестрой. Во-первых, он очень любил принцессу Радмилу, а во-вторых, у него не было сестёр.

– Дела, Дарен, обстоят вот как, – он стал рассказывать, а я – внимательно слушать.

А произошло вот что.

***

Наше королевство со всех сторон окружено высокими горами. Есть только три перевала, через которые ходят купеческие караваны, и могли бы пройти вражеские военные отряды, если бы им это позволили. Проходы охраняет королевская пограничная стража, там построены мощные укрепления, и за всю историю ни один вражеский воин не смог через них прорваться. Последнее серьёзное нападение отбито лет триста назад, хотя мелкие бывают едва не ежемесячно.

В окрестных горах множество варваров, они и нападают. Пограничники в таких схватках редко несут потери. А если всё же кто-то гибнет, на охоту выходит спецназ и вырезает всё племя, не разбираясь, кто попадёт под арбалетные болты и кинжалы – мужчины, женщины, старики, дети... Не выживает никто. Коллективная ответственность – это жестоко, зато так мы за год теряем двух-трёх воинов пограничной стражи, а бывает, что и ни одного.

Не понимаете, зачем варварам нападать на погранзаставы, даже не пытаясь никуда сквозь них прорваться, да ещё и остерегаясь убить кого-то из пограничников? Ответ прост – отвлекают внимание. Хороший скалолаз пройдёт не только через перевал, а среди варваров хороших скалолазов немало. Перебрался через горный хребет, не попался пограничным патрулям – и можешь попробовать пограбить. А потом вернуться с награбленным. Раз они этим занимаются, наверно, это выгодно.

Так вот, позавчера утром на дороге, ведущей к перевалу, показался конный отряд варваров с белым флагом. Парламентёр подъехал к пограничникам и сказал, что его племя разгромило отряд спецназа, и даже взяло в плен бойца. Мы можем его выкупить за сто серебряных монет. Командир заставы ему не поверил. Быть не может, чтобы спецназ сдавался дикарям.

Но пленный у них действительно был. Не наш, иноземец, даже не горец. Грязный, истощённый до крайности и замёрзший. Просто чудо, что всерьёз ничего себе не отморозил. Короче, человек, совершенно не способный выжить в горах. Сотня серебром – цена небольшая, пограничники выкупили беднягу, а если немного обсчитали варваров, ничего страшного. А ещё за дополнительную сотню варвары продали им какое-то письмо, взятое с трупа, как они считали, нашего спецназовца. Спорить с варварами – себя не уважать, пусть будет с нашего.

Их расспросили, как этот воин оказался в плену, заплатив за рассказ ещё сто монет. По словам предводителя этого отряда в два десятка всадников, спецназовцев было сто, но доблестные варвары уложили из луков почти всех, а этот поднял руки, его и не убили. Верить варварам – не уважать себя ещё сильнее, чем когда с ними споришь. Редко кто из них умеет считать до десяти, а «сто» – это просто другое обозначение слова «много».

Изрядно разбогатевшие варвары ускакали восвояси, а их пленника отправили в лазарет на заставе. Лекарь сказал, что бедолагу нужно только обогреть и накормить, причём кормить понемногу и чем-нибудь лёгким, вроде бульончика, потому что после серьёзной голодовки тело отторгает тяжёлую пищу. В сытости и тепле он выживет, а если нет – невелика беда. Это не погрузит королевство в траур.

Оперативники военной разведки его допросили, но услышали какую-то чушь. Торгового языка, общего для всех королевств, он не знал. Говорил на каком-то диалекте шведского, наш толмач понимал его через пень-колоду. Он якобы новобранец гвардии королевства Гроссфлюс, а зовут его Шмидт. Однажды вечером он заснул в палатке в учебном лагере вместе со всеми, а проснулся в горах, связанный, у варваров. Его хотели съесть, но передумали и повезли куда-то на лошади, а потом отдали пограничной страже. Спецсредств, то есть, пыток, применять к нему не стали, так что больше ничего выяснить не удалось.

А вот письмо оказалось куда интереснее. Написано оно было на торговом, адресовано Карстену VIII, монарху Горного королевства, также именуемого Эльдорадо, а отправителем значился король Герхардт III из королевства Огромной реки, также именуемого Гроссфлюс. Конверт на заставе не распечатывали, немедленно доставили во дворец. Здесь его вскрыли и прочитали письмо, но поверили прочитанному не сразу.

Там говорилось, что король Герхардт III желает выдать собственную дочь, принцессу Мелону, благонравную и достойно воспитанную девицу семнадцати лет от роду, совершенно здоровую, целомудренную и приятную на вид (портрет прилагается), за любого из принцев Эльдорадо. Герхардт III считает, что сто тысяч золотых монет – достойное приданое. Указанную сумму можно получить, предъявив письмо как вексель в Блувштейн-банк, его отделение есть в столице Эльдорадо. Предоплата – свидетельство доверия и уверенность в честности партнёра по сделке.

Наш казначей уже предъявил, и казна пополнилась сотней тысяч золота. Банковского вожака доброжелательно допросили, он заявил, что о королевстве Гроссфлюс слышит впервые. Похоже, не врёт. Агенты политической разведки опросили все иностранные посольства, благо их всего девять. В трёх о Гроссфлюсе знают, из них две страны имеют посольства и там. В каком-то из них раздобыли карту, на которой есть и Эльдорадо, и Гроссфлюс. Там обозначены основные реки, дороги, мосты, морское побережье со всеми портами и границы. Карта приблизительная, за её достоверность поручиться нельзя. Но другой нет.

Осталось привезти сюда принцессу Мелону. Начато формирование отряда из полусотни спецназовцев, утверждены расходы, готовятся верительные грамоты для королевского посланца, что поедет за ней, собираются припасы, и всё такое прочее, как перед любым рейдом. С отрядом пойдёт Шмидт как проводник. Вопросы есть?

***

Кронпринц Карстен не сводил с меня пристального взгляда, совершенно не уделяя внимания остальным. Похоже, хотел услышать именно мои вопросы. Что ж, нужны мои вопросы – задам, мне не тяжело.

– Что натворила эта целомудренная и приятная на вид девица, что её отец готов платить сто тысяч, лишь бы от неё избавиться?

– На обратном пути у тебя будет время подробно её расспросить, – ответил мне не принц, а король. – Мой сын не говорил, что можно задавать дурацкие вопросы.

– А она, эта принцесса, существует? Мы знаем только, что её имя упомянуто в каком-то письме, которое где-то в горах нашли какие-то варвары на чьём-то трупе. Не врут ли эти варвары? А портрет ничего не доказывает.

– Сто тысяч – точно существуют, и они уже в казне. Если король Герхардт не писал это письмо – спокойно вернёшься домой. Если принцесса фальшивая – то же самое. С полусотней бойцов за спиной ты свободен в своих решениях.

– Ваше Высочество, решение поручить эту миссию мне – окончательное?

– Конечно, Дарен. Рейдом командуешь ты. Зачем бы иначе тебя сюда звали, отрывая от философских бесед в бассейне со знатными развратницами?

– В таком случае я приказываю остановить подготовку. Вы с ума сошли, Величества и Высочества? Полсотни всадников пойдут туда, не знаю, куда, по карте, что рисовал неведомо кто, неведомо зачем и неведомо, насколько она правильна. А проводником у нас будет мутный тип, и даже если он в самом деле воин короля Герхардта, то всё равно дороги не помнит. Я уже не говорю о том, что для него нужно брать толмача. Это просто отправить полсотни бойцов на убой.

– Спецназ пройдёт там, где не пройдёт никто другой.

– Чушь. Королевство у нас Горное, и спецназ горный. Горы-то они преодолеют, а насколько они круты в джунглях или пустыне? Я прошёл ту же подготовку, что и они, так вот – к маршу по джунглям нас не готовили.

– Это всё? – мрачно поинтересовался король. – Я считаю, что мой спецназ пройдёт где угодно!

– Допустим, спецназ пройдёт везде. А принцесса, как её там, Мелона, кажется? Она тоже пройдёт везде?

– Пройдёт! – глаза короля горели, он злился и упрямо настаивал на своём.

– В таком случае я должен знать, в чём на самом деле состоит моя миссия. Я должен доставить сюда принцессу, или тихонько угробить роту спецназа?

– Доставить сюда принцессу, – запал Его Величества иссяк, он действительно устал. – Сын, разберись с малышом сам, а я прилягу, что-то мне нехорошо.

Королевская чета нас покинула. Я уже жалел, что так резко говорил с Его Величеством. Мучила совесть, ведь он хотел как лучше, не понимая, что пытается совершить глупость. Пограничники далеко не каждой страны пропустят на свою территорию иноземный отряд в полсотни голов. Наши вот наверняка не пропустят, и правильно сделают. И что дальше? Подкупать? Прорываться с боем? Объезжать негостеприимную страну? Нет, эта миссия невыполнима.

– Дарен, не молчи. Как ты хочешь провести рейд? – мягко попросил кронпринц.

– Пойду один, – спокойно заявил я. – Одиночка пройдёт там, где нет дороги даже спецназу. Особенно если он мирный, хотя бы на вид. Как выбираться оттуда с этой целомудренной принцессой – гляну на месте. Может, охрану даст король Герхардт, может, соберу отряд наёмников, а может, так вдвоём и поедем. Что толку сейчас загадывать? Зато отправлюсь я завтра утром, а не тогда, когда кто-то соберёт отряд, а для него – провиант, фураж, амуницию, медикаменты, дополнительный боекомплект для луков, и много чего ещё.

– По сути ты прав, малыш, но со стариком надо бережнее. Он же не просто так заговорил об отречении. Нет у него сил править дальше. Можно же было как-то мягче всё изложить?

– Нельзя, – ответила за меня принцесса Радмила. – Его Величество заупрямился просто из вредности. Малыш не раз ходил в одиночные рейды. Миссия поручена ему, пусть он и решает. Или назначим другого командира, который сделает всё в точности так, как прикажут. Малыш так не умеет. И ещё...

– Радмила, хватит, я согласен, – остановил её кронпринц. – Дарен, как ты собираешься попасть в этот Гроссфлюс?

– Я ещё не видел карты, но в королевстве Огромной реки должны быть порты. Думаю, быстрее всего добираться туда морем. Не зря же я тренировался в бассейне, придётся поплавать, хотя бы на корабле.

– Моряки не говорят «плавать», – сказала принцесса Радмила. – Они называют это «ходить». Да, родные, не удивляйтесь, они ходят по морю. А плавает у них только... неважно что, да и вам не понравится.

– Запомню, пригодится, – улыбнулся я, и тут же об этом забыл. – А к морю доберусь с купцами, насколько я слышал, к побережью проложено несколько трактов.

Дальше я получил массу инструкций, как отличить подлинную принцессу от фальшивой, и как распознать, не заготовил ли для нас Герхардт III какую-нибудь пакость. Я в этих делах разбирался в сто раз лучше любого из них, и самое разумное, что можно было сделать, это встать и уйти. Тем более, мне прощается многое такое, за что других казнят. Но я мог бы так прервать разговор с королём или кронпринцем, а вот с принцессой Радмилой – нет, не мог. Такая это женщина, ничего не поделать.

А едва кронпринц с женой отправились по своим делам, на меня насел принц, хотя он за всё совещание слова из уст не проронил, как и его сестрица. Начал жалобно просить, чтобы я не привозил сюда иноземную принцессу, потому что его возлюбленная очень ревнива, и не переживёт, начни он иногда делить ложе с другой. В конце добавил, что просит меня, как родного брата. В ответ я поинтересовался у принцессы, не видит ли во мне родного брата и она. Она выдавила из себя сквозь зубы, что видит. Тогда я потребовал, чтобы она переспала со мной, как спит с родным братом. Оскорблённая и разъярённая Ирина изо всех своих женских сил влепила мне увесистую оплеуху, аж в ушах зазвенело. Конечно, я мог уклониться или поставить блок, но не стал, лишь тяжело вздохнул и объявил, что беседа с ними приятна, но мне нужно спешить, дабы поскорее привезти принцу женщину, способную удовлетворить его на ложе.

Принц схватился за меч, но тут же передумал и убрал руку. Он старше меня на четыре года, и лет до восьми, моих, конечно же, а не его, запросто меня лупил. Наши родители нас разнимали с огромным трудом. А потом папа отвёл меня к мастеру рукопашного боя, и уже через месяц делал мне выговор за жестокое избиение наследника трона. Сейчас Карстен знал, что я легко отберу у него меч, как уже не раз бывало. Благодаря мне принц стал рассудительным юношей, и хорошо думает, прежде чем совершить глупость, хотя иногда всё же совершает. Например, спит с сестрой.

В общем, я ушёл под жуткие проклятия на два голоса, а ненависть во взглядах, что принц с сестрой меня одарили, была настолько сильной, что могла бы разнести ближайшие горы в пыль, ну, и меня заодно. К их сожалению, одних взглядов мало, чтобы убить.

***

Покинув туповатую прямую ветвь королевской семьи, я сходил в канцелярию и получил верительные грамоты. В них утверждалось, что чего бы я ни натворил, оно всё в интересах короля. Сказано было чуть иными словами, но смысл именно такой. На торговом это называют карт-бланш, неограниченные полномочия. Говоря попросту, делай что угодно, и по законам ничего за это не будет. Увы, король порой плюёт на собственные законы, и год назад мне и с карт-бланшем на руках здорово от него влетело за то, что я... нет, подробности не важны.

Не удивляйтесь, что я назвал королевскую семью туповатой, невзирая на закон, обещающий за оскорбление династии обезглавливания. Мне нечего бояться, я уже получил карт-бланш. К тому же именно меня за правду не наказывают, даже если эта правда королю и не по вкусу. Такое уж у меня положение во дворце, и плевать, что самому младшему Карстену и Ирине это не нравится.

Да, они тупые, это истинная правда. Я им прямо сказал, что добраться до Гроссфлюса несложно – торговым трактом, то есть, трассой, до порта, оттуда морем до другого порта, уже на его территории. Лишь тупой не поймёт, что и оттуда сюда дорога та же – кораблём и трассой в обратную сторону. Зачем посылать письмо какой-то непонятной дорогой через горные территории, населённые варварами? А король и кронпринц этого не заметили. Сто тысяч золотых затмили глаза всей династии! Это ли не тупость?

И зачем Герхардту вообще понадобился такой династический брак для дочери? Союз с нами ничего ему не даёт. Совершенно не видно наших общих интересов. Если ему нужны товары, по которым мы монополисты, за сто тысяч он их запросто купит в любом количестве. А если он хочет избавиться от дочери, это делается куда проще. Казнить за измену, и все дела. А можно всё уладить неофициально, у каждого короля есть такие посланцы, как я, со специальной подготовкой. Скажем, некий мятежник вдруг перережет принцессе горло у всех на глазах, а сам сбежит. В королевстве траур, зато сто тысяч в казне. Говорите, я слишком жесток, и мне совсем не жалко бедную принцессу? А вам сотню убитых воинов не жалко?

Обо всём этом я рассуждал, шагая из канцелярии в офис королевской военной разведки. Они отслеживают всё, что происходит у наших границ. Их агенты есть на каждой погранзаставе, в каждом торговом караване, в каждом отряде спецназа, что проводит рейд. У них есть осведомители во многих варварских племенах, а некоторые племена вообще работают на них за деньги. Благодаря военной разведке за всю летописную историю ни одному врагу не удалось застать нас врасплох.

Командовал там полковник Торвен, по рождению простолюдин, но уже давно граф. Заслуженный ветеран, поседевший на службе. Ни одна группа спецназа, проводя рейд, не несла потерь из-за неверных сведений разведки. Таких людей наши короли всегда ценили высоко, не жалея ни денег, ни титулов. С полковником я был хорошо знаком, ведь это не первая моя миссия на чужой территории, и всякий раз я с ним советовался. Поначалу он не воспринимал меня всерьёз, считал, что я слишком молод для таких заданий, но когда я пару раз добился успеха, мнение переменил, хоть и продолжал называть малышом. А я его непрерывно титуловал, называя то графом, то полковником. Ему приятно, а мне не тяжело.

– Малыш, тебя интересует дурацкое письмо о девке, что мечтает выйти замуж за нашего принца? – ехидно осведомился он. – Угадал? Тебе поручили привезти её сюда? Нужен совет, сколько бойцов с собой взять?

Вообще-то о содержимом письма должен был знать только король и те, кого он соблаговолил поставить в известность. Полковника – наверняка не соблаговолил. Но вы представляете себе разведчика, не прочитавшего письмо, что попало в его лапы Я не могу. В нашей разведке таких нет. Вскрыли, прочитали, и снова запечатали. Не знаю, как они восстановили чужую печать, но это их работа, в конце концов.