444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Александр Горин » Барон Оболенский. Трилогия (СИ) » Текст книги (страница 30)
Барон Оболенский. Трилогия (СИ)
  • Текст добавлен: 6 ноября 2026, 06:30

Текст книги "Барон Оболенский. Трилогия (СИ)"


Автор книги: Александр Горин


Соавторы: Сергей Измайлов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 49 страниц)

Глава 19

– Для вас, может, и ничего особенного, – усмехнулся Пахом, качая головой. – А для нас – спасение. Мы бы все там полегли, если бы вы не подоспели.

– Да, ваше благородие, – громко сказал Савелий, оглядываясь на своих. – Спасибо вам! От всех нас!

Он глубоко поклонился, остальные тоже стали кланяться и благодарить так горячо, что мне стало неловко. Как их остановить‑то? Так, нужно проводить ельгинских до Дубровки, и для раненых, детей и женщин понадобятся те две телеги, которые мы взяли возить камень.

– Так, мужики, – громко сказал я, обводя всех взглядом. – Заканчиваем быстро с трофеями, раненых, детей и женщин на подводы.

– А как же дорога? – спросил Гаврила, вытирая пот со лба. – Мы же не дочистили.

– Дочистим позже, – отрезал я. – Люди важнее, а мы и так уже много сделали.

Гаврила кивнул и пошёл распоряжаться. Сначала погрузили раненых, как доложил Андрей – кровь всем остановил, а в Дубровке Лиля подлечит. Потом мужики засуетились, подхватывая детей и женщин и помогая им забраться на подводы.

Игорь, заметив, что одна из молодых ельгинских девушек споткнулась о корягу, подскочил к ней и предложил руку. Девушка, черноволосая, с ямочками на щеках, улыбнулась и приняла помощь. Игорь тут же залился краской до корней волос, но руку не отпустил.

– О, глянь‑ка, – хмыкнул Илья, толкая Гаврилу локтем в бок. – Наш‑то лучник первую красавицу нашёл.

– А ты чего уставился? – фыркнул Гаврила, но сам тоже поглядывал на ельгинских девушек с нескрываемым интересом. – Тебе‑то Настя голову открутит, если узнает.

– Да я так, – Илья сразу сделал серьёзное лицо. – Просто оцениваю пополнение. С точки зрения пополнения.

– Пополнение с точки зрения пополнения? – переспросил Гаврила, улыбаясь ещё шире. – Ну ты, Илюха, даёшь! Как мельником стал совсем заговариваться начал.

– Ну да, пополнение от нынешнего пополнения тоже важно, – важно повторил Илья. – Ты же сам говорил, что нам нужны рабочие руки.

– Руки, – хмыкнул Гаврила, глядя на девушек. – Ну да, руки.

Я не стал вмешиваться в их разговор, но краем глаза заметил, что четыре молодые ельгинские девушки сидят на подводе и о чём‑то шепчутся, поглядывая в мою сторону. Одна из них, белокурая, с веснушками и зелёными глазами, поймала мой взгляд и не отвела, а наоборот, улыбнулась. Я усмехнулся и позвал Игоря, чтобы тот сдал трофейные ядра.

Главный баронский лучник с довольным видом подошёл ко мне, вытирая руки о штаны. К нам тут же подскочил Андрей с горящими глазами и тетрадью наперевес.

– Ну что там было? – нетерпеливо спросил мой советник, заглядывая ему в лицо. – Не томи!

– Да, Игорёк, давай, показывай! – подтянулся и Гаврила, а следом за ним и Илья.

Игорь широко улыбнулся и раскрыл ладонь. На ней лежали три ядра: две горошины, зелёная и красная, и одно белое ядро размером с небольшой орех.

Гаврила удивлённо уставился на добычу и почесал затылок.

– Это что же получается, эти монстры… – начал он, но Андрей перебил его, буквально подпрыгнув на месте.

– Были двое третьего ранга, с них горошины упали! – воскликнул мой советник, тыча пальцем в зелёное и красное ядра. – А третий, самый крупный, был четвёртого ранга! С него орех белый! Вот это удача!

Игорь широко улыбнулся и кивнул.

– Ага, орех в поджаренном монстре был, – сказал он с гордостью, будто лично вытащил его из огня.

Я забрал ядра у Игоря и подержал их на ладони, чувствуя, как внутри разливается приятное тепло. Орех – это серьёзная добыча.

Если верить книге Андрея, орех со стихией может поднять мага до третьего ранга. Только вот в данном случае белое ядро для поднятия ранга не годится, он только ману восстанавливает однократно. Можно обменять на что‑то на заставе или продать, но лучше я его сохраню, может пригодиться в какой‑нибудь серьёзной заварушке.

Фиолетовая горошина, конечно, хорошо, но для инициации ментального дара Лиле нужна фиолетовая сфера, а только потом уже ранг поднимать до второго. Что ж, подождёт тогда Лиля с ментальным даром, пока сферу не раздобудем. А зелёная «горошина» нашему Кедру точно по вкусу придётся, засияет ещё ярче. Куда тогда красную горошину? Для боя или на продажу? Посмотрим по обстоятельствам, что актуальнее будет.

Да, неплохо я сегодня поработал магией. Без мужиков было бы сложно, но и они без меня не справились бы. Зато теперь я точно знаю, чего мне не хватает: фатальных заклинаний, которые пробьют броню монстров и удержат их на месте. Огненные шары хороши против мелочи, но против крупных нужны техники посерьёзнее. Огненный поток тоже оказывается не смертелен, когда тварь сбежать может.

Надо будет попросить Андрея поискать в книгах что‑нибудь этакое. А ещё лучше – самому додуматься. Магия земли с ямами и шипами работает, но это крупных не убивает, а только замедляет. Да, нужно тренировать шипы, чтобы ещё больше были и смертоноснее, да и метание камней осваивать вместе со всяким земляными преградами. А еще лучше что‑то, что превратит монстра в кучку пепла или в ледяную статую. Ну или жизнь отнимет.

– Отлично поработали! Все молодцы! – сказал я, пряча ядра в кошель и вскакивая на Черномора. – Выступаем!

Мы тронулись в обратный путь. На пути два раза встречали по группе монстров. Первая группа монстров первого ранга, обнаружив нас, сбежала обратно в лес, точно так же, как и волки перед этим.

А вот вторая группа, состоявшая из четырёх скрежней второго ранга, помеси краба с черепахой, пошла в атаку. Разделался я с ними быстро: двоих забил с помощью каменных шипов в незащищённое брюхо, а оставшихся перевернул на панцири порывом ветра, и мужики сделали оставшуюся работу. Пришлось задержаться, чтобы собрать ядра и хитин на доспехи. Тоже неплохой улов – четыре горошины, в том числе фиолетовая, а также материала, как радостно сообщил Андрей, на три полных комплекта хитиновых доспехов.

Что до ельгинских, то после этого скоротечного боя, они на меня стали смотреть чуть ли не на как божество.

– С таким бароном никакие монстры не страшны, – донеслось с толпы.

– Ох, бабоньки, не зря мы мужиков в Дубровку идти уговорили, – добавила какая‑то женщина с телеги.

Андрей приосанился и всю оставшуюся дорогу до нашей деревни с важным видом вещал о моих различных магических умениях, постройках в Дубровке и прежних победах над монстрами. В общем, в Дубровку ельгинские уже приехали информационно подготовленными и ещё более высоко поднятым моим авторитетом.

Когда мы наконец вышли к дамбе с мельницей, а за ней показались крыши домов и высокий Кедр, Савелий рядом со мной выдохнул:

– Слава Богу. Дошли.

Деревня встретила нас шумом и суетой. Женщины высыпали навстречу, запричитали, увидев новых людей, начали помогать с детьми, Лиля взялась за раненых. Ельгинские в свою очередь охали и ахали, удивляясь зеленой траве, посадкам и Кедру.

Я дал команду накормить новоприбывших в столовой, а сам собрал в нашем доме Гаврилу, Илью, Андрея и Савелия. Надо было обсудить куда селить такую ораву и на этот счёт у меня уже были кое‑какие мысли, не зря я ломал голову над этим по пути назад.

– Значит так, – начал я, расстилая на столе чертёж деревни. – Тридцать семь человек. Это почти столько же, сколько нас было до их прихода. Всех по домам не расселишь. Я предлагаю сначала поставить шалаши временные, пока тепло ещё.

– Ваше благородие, ну можно же ужаться, временно по дворам распределить, – предложил Гаврила, почесывая бороду. – У кого места побольше, там по два‑три человека поселим. Пока дома не построим.

– Все всё равно не влезут, – сказал я, на отдельном листе рисуя новый чертёж. – Дома строить долго, а жить нужно уже сейчас.

– Да, людей сейчас заметно больше стало, – вставил Илья, разглядывая что я такое рисую, – инструмент есть. Пять или шесть домов новых нужно, за день такое не сделать.

– Будем строить дома на несколько хозяев, – объявил я, заканчивая чертёж типичного в моём мире дуплекса. – Вот такие большие двухэтажные дома на четыре семьи. У каждой семьи на первом этаже будет отдельный вход, на второй тоже будут вести отдельные лестницы по бокам. Получится быстрее, сэкономим материал и место под постройку.

Гаврила с Ильей переглянулись, а Андрей поднял брови и принялся перерисовывать мой чертёж себе в тетрадь, высунув от усердия язык.

– Двухэтажный дом? – переспросил Илья, почесывая затылок. – Непривычно как‑то.

– А что, дело, – хмыкнул Гаврила, отрываясь от разглядывания чертежа. – Крыша одна будет, уже легче строить. В Томске, когда я молодой был, видел такие дома. Назывались «доходные».

– Вот‑вот, – кивнул я. – Доходные. Только у нас не доходные, а жилые. И делать их будем быстрее, чем каждому свой. Так быстрее и экономнее по материалу. Построим пока один такой дом, а там посмотрим. Савелий, что скажешь?

– Мы люди простые, ваше благородие, – ответил Савелий, отвлекаясь от чертежа, – нам главное крыша над головой. А там и сами обустроимся.

– Значит, решено, – я хлопнул ладонью по столу. – Андрей, ты главный по чертежам, с Гаврилой и Ильёй решайте, как это лучше построить. Савелий, выделяй своих мужиков на стройку, сегодня намечайте работу, распределяйте инструмент, а завтра принимайтесь за дело. И сформируйте постоянный стройотряд, чтобы он только стройкой занимался. После домов пора конюшню основательную делать, а при ней хранилище зерна для коней и сеновал.

– Сделаем, ваше благородие, – закивали мужики.

– Это только начало, – добавил я, рисуя нашим перспективу. – Если пойдёт хорошо, будем строить такие дома ещё. И трёхэтажные, может, будем. А это, – я ткнул пальцем в чертёж, – первый наш шаг к городу.

Гаврила хмыкнул, Илья поджал губы, ощупывая подбородок на предмет необходимости бритья, а Савелий только покачал головой. Андрей кинул на меня быстрый взгляд, поднял глаза к потолку и тут же принялся что‑то строчить в тетради, приговаривая себе под нос про «первый шаг к городу» и «прогрессивные методы строительства».


* * *

Вечером, когда деревня угомонилась и только сверчки перекликались в темноте я вернулся домой и застал Андрея и Лилю за столом, склонившихся над раскрытыми книгами при свете двух лучин.

Андрей что‑то горячо шептал, тыча пальцем в страницу. Лиля хмурила лоб, покусывала губу и иногда кивала.

Я присел за стол, и Ира тут же поставила передо мной кружку с травяным чаем, пожелала доброй ночи и удалилась на чердак. Служанка из неё выходила и правда исполнительная, даже слишком. За целый день она успела перестирать всё грязное бельё, вычистить дом до блеска, повесить новые занавески и натаскать воды. Приятно и даже, как говорил Андрей, удобно, так как самому делать ничего не надо. Мудрый у меня советник, этого не отнять.

– Что изучаете? – спросил я, отпивая чай и чувствуя, как тепло разливается по уставшему телу.

– Ваше благородие, мы с Лилей нашли в книге описание заклинания отнятия жизни, – сказал Андрей, понижая голос до заговорщического шёпота. – Оно как раз второго ранга, подойдёт и вам, и Лиле.

Лиля при этих словах резко отодвинула книгу, сжала губы и отвернулась, скрестив руки на груди. Интересная реакция, с чего бы это? Может, не всё так просто с этим заклинанием?

Я вопросительно посмотрел на Андрея, и мой советник вздохнул, откинулся на лавке и потёр переносицу.

– Ваше благородие, – начал он, глядя на меня с серьёзным видом, который появлялся у него только в самых важных случаях. – Тут дело такое. Маг на втором ранге может выучить только одно сильное заклинание второго ранга. И обратный поток жизни, ну, то самое отнятие, оно из этого списка. Целитель вытягивает жизненную силу из живого существа и может либо забрать её себе, либо передать раненому союзнику. Звучит полезно, да?

– Да, полезная способность, – согласился я, прикидывая возможные применения.

– Только вот работает оно только для живых существ, – продолжил Андрей, загибая пальцы. – У порождений Хаоса тянуть жизнь бесполезно, они отдают отраву. Так что на монстрах не сработает вообще. Во‑вторых, много поглощённых сил рассеивается, отдача низкая, треть, может, половина, и то в лучшем случае. В‑третьих, оно не убивает мгновенно, а жертва слабеет, сердцебиение замедляется, ну, в общем, умирает долго. И самое главное, – Андрей сделал паузу, переводя взгляд на Лилю. – Это оставляет след на целителе и тянет его дар больше к тёмному, человек злее становится. Чем чаще используешь, тем сильнее тяга.

Да уж, слишком много подводных камней. Я‑то думал, что эта штука с монстрами будет работать, а оно вон как.

– Понятно, – протянул я, переводя взгляд с Андрея на Лилю. – Ну, нам такой ценой этого не надо. Лиля, не переживай, не будет никакого отнятия жизни. Тем более на монстрах не работает, а с людьми мы как‑нибудь без этого разберёмся.

Лиля обернулась и с видимым облегчением улыбнулась.

– Спасибо, ваше благородие, – тихо сказала она дрогнувшим голосом. – Я боялась, что вы решите, будто это хорошая идея. Я не хочу убивать, я хочу лечить.

– А какие ещё заклинания второго ранга есть? – спросил я, возвращая разговор в деловое русло.

Лиля окончательно успокоилась, пододвинула книгу обратно к себе и пробежала пальцем по странице.

– Вот тут про восстановление маны написано, – сказала она, поднимая на меня глаза. – Я хочу вот это выучить, так у меня маны ещё больше станет, и лечить смогу лучше, и силы вам давать быстрее. А вы меня в лес на охоту не берёте и даже на заставу, почему так, ваше благородие?

Я смотрел на неё, и в груди что‑то сжималось. Почему не беру? Потому что Лиля ещё ребёнок. Ну, то есть не ребёнок уже теперь, конечно, а на вид молодая симпатичная девушка, но где‑то в глубине души она оставалась для меня той испуганной девочкой, которая убегала от волков. Вдруг с ней что‑то случится, а я не успею её защитить?

Но, с другой стороны, а ведь она и правда может быть полезна, сбережёт чьи‑то жизни. И этот довод совершенно всё меняет.

– А если возьмём с собой, то не забоишься? – спросил я, внимательно глядя ей в глаза. – И ведь мы не просто так в лес ходим на охоту, мы там убиваем, чего ты так не любишь. И не только монстров.

– Я ведь сколько уже лечила здесь, в Дубровке, ваше благородие, – уверенным тоном ответила Лиля, тряхнув головой. – И кровь видела, и раны глубокие, и кости торчащие. А что касается убийства, – девушка опустила голову и тут же снова подняла взгляд, сверкнув глазами, – то я это выдержу, вы для своих людей это делаете, не ради удовольствия.

Что же, аргумент. Она вон как за это время выросла. И не только внешне.

– Ладно, – сказал я, принимая решение и переводя взгляд на Андрея. – Что ещё из полезных заклинаний есть?

– Ваше благородие! – радостно воскликнула Лиля, подаваясь вперёд. – Подождите! Вы сказали «ладно», да? Это значит, что вы возьмёте меня с собой в следующий раз? Правда?

– Да, правда, – улыбнулся я, отпивая чаю. – Как раз завтра представится такая возможность. Андрей, ну так что там по другим заклинаниям?

Лиля сжала кулачки перед собой, зажмурилась и подняла голову с широкой улыбкой.

– Вот тут, ваше благородие, есть опутывание корнями, – произнёс Андрей, тыча пальцем в строчку. – Создаёт живую сеть из корней, которая может связать ноги, ну или лапы, врага, и задержать его. Очень полезно в лесу, ваше благородие. А ещё чутьё жизни. Ну, это как у Миши, только магически. Чувствовать живых существ на расстоянии. Это пока, похоже, всё, что есть в наших книгах. Может, ещё где‑то есть в других, но их ещё найти надо, а то на заставе я всё скупил, что полезное было. А самое главное, ваше благородие, – он широко улыбнулся. – Других стихий заклинания вам же тоже доступны. Вы же полистихийный маг!

Я откинулся на лавке и задумался. Да, магия жизни второго ранга мне тоже открылась после поглощения серебристого ядра. Я уже умею лечить себя, точнее подлечивать и немного восстанавливать силы. Пока я действительно сосредоточился только на стихийных заклинаниях, как будто магия жизни была для меня чем‑то второстепенным. А ведь это не так. Лиля лечит, я лечу, но я даже не пытался выучить что‑то серьёзное из её арсенала.

И что важнее взять в первую очередь? Корни? У меня уже есть яма с грязью и каменные шипы, они делают то же самое – задерживают врага. Или взять чутьё жизни? Но у меня есть Миша, который на расстоянии чувствует монстров, и есть пустельга с Верным, которые разведывают обстановку.

Остаётся восстановление маны и отнятие жизни. Получается, что выбор очевиден. Или нет? Наверно лучше восстановление маны. По‑хорошему, мне надо всё уметь, но самые важные эффекты нарабатывать в первую очередь, чтобы сделать эффективность максимальной.


Глава 20

С другой стороны, зачем выбирать? Я же могу взять и то, и то, жёсткого ограничения на количество изучаемых заклинаний на ранге нет. Андрей, правда, говорил, что сильные маги тренируют ограниченное количество заклинаний, но оно и понятно, распыление к добру не приведёт. Нет, тут нужна концентрация и практика, чем чаще используешь заклинание, тем сильнее оно растёт, и с повышением ранга особенно.

И на чём же мне сконцентрироваться сейчас? Отнятие жизни хоть и имеет кучу побочных эффектов, но, кто знает, когда оно может пригодиться. Может, единственным способом выжить в бою будет именно это заклинание, а я его отмёл как неприемлемое. Наверно, всё же будет правильным освоить отнятие жизни на базовом уровне и держать на крайний случай.

– Значит так, – сказал я, принимая решение. – Учим восстановление маны, корни и чувство жизни. Лиля, где написано про ману?

Про то, что я решил изучить отнятие жизни я решил Андрею с Лилей не говорить. Не к чему расстраивать девушку и пугать побочкой Андрея.

– Вот здесь, ваше благородие, – улыбнулась Лиля, пододвигая мне книгу ближе.

Восстановления маны оказалось не таким уж сложным: нужно было направить часть жизненной силы из Источника обратно в тело, заставляя его производить ману быстрее. То есть для восстановления маны нужно было ещё потратить ману и тут же получить её кратно больше.

Так, чтобы проверить как это работает нужно потратить ману. Я позвал Лилю и мы вместе вышли во двор. Лиля отправилась растить Кедр, а я вызвал над собой порывы ветра, тратя ману. Затем воздушный щит, а следом аккуратно полил водой Кедр, стараясь не обрызгать Лилю, которая с закрытыми глазами вовсю отдавала ему свою энергию.

Готово! Половина запаса маны ушла. Теперь попробуем заклинание.

Через секунд тридцать я открыл глаза и прислушался к себе. Вихрь стал крутиться быстрее, а ману будто кто‑то долил в него, как воду в бочку. До полного запаса мана не восстановилась, но на треть от потраченного поднялась точно. Неплохо, очень даже неплохо, но для большего эффекта надо много тренироваться.

Я попытался повторить этот трюк, но у меня ничего не получалось. Только минут через пять я снова вызвал заклинание и полностью восстановил ману. Хм, похоже «перезарядка» у меня пять минут и на само заклинание секунд тридцать. Да, в бою тридцати секунд на набор маны может и не быть. Впрочем, возможно, что скорость заклинания тренируется, посмотрим.

Лиля тем временем подошла ко мне. Её лицо порозовело, а на губах появилась радостная улыбка.

– У меня получилось, ваше благородие! – с чувством сказала она, отряхивая руки. – Сразу половина запаса маны восстановилась.

Ого, даже больше, чем у меня. Впрочем, это понятно, у Лили более развитый целительский дар, к тому же предрасположенность была очень выраженная, а у меня полистихийный, сразу всё развивать просто не успеваю. Вот тебе и побочка от такого подарка. Впрочем, вполне ожидаемо. Зато воздействие стихиями я могу чередовать – это плюс.

– Молодец, рад за тебя! – улыбнулся я, открывая калитку палисадника. – Меня обогнала даже. Ну что, будем дальше тренироваться, может ещё лучше будет получаться.

Мы вышли за частокол и дошли до опушки леса, где продолжили тренировку. За следующий час мы с Лилей изучили заклинания опутывания корнями и чувствование жизни. Окончательно утомившись, я скомандовал отбой.


* * *

Проснулся я от того, что Ира уже хлопотала у печи, а за окном только‑только начинало светать. Вихрь в груди крутился ровно и мощно, будто вчера мы и не тренировались допоздна. Похоже, что поглощение серебристой горошины дало мне не только силу, но и ускоренное восстановление маны и сил во сне. Или это из‑за Кедра? Он ведь считай за стеной практически находится, а силу от него я начинаю чувствовать уже за полсотни шагов. Спал всего часов пять, а чувствовал себя бодрым и выспавшимся. И это очень хорошо.

Лиля уже разговаривала в палисаднике с Кедром, а Андрей сидел за столом, ссутулившись над картой. Услышав, что я проснулся, он поднял голову и улыбнулся.

– Ваше благородие, – сказал он, ткнув пальцем в пометки на карте. – Я тут прикинул дорогу до каменоломни. Если возьмём все пять подвод, за один раз можно вывезти не меньше ста пудов камня, а то и больше. Главное, чтобы лошади справились.

– Сто пудов, конечно, для фундамента мало будет, – ответил я, прикидывая в уме масштабы терема и одеваясь. – Придется делать несколько рейсов. Да и вряд ли у нас лошади более серьёзный вес потянут. В любом случае сейчас рано говорить, сориентируемся на месте.

– Точно, – согласился Андрей, что‑то черкая в тетради. – Загрузим и опытным путём вычислим, сколько какая лошадь везти сможет без ущерба для здоровья. Если что, лишку сгрузим прямо на дороге, а потом заберём. А если в пригорок, то и подтолкнуть телегу можно.

Дельно. Сегодня нужно обязательно завершить расчистку дороги и привезти камня по максимуму.

После завтрака у ворот собралась мужская сила, которую можно было снять со стройки, не оголяя деревню. Пятнадцать мужиков, пять подвод, инструмент, оружие. И Лиля, которая сегодня шла с нами впервые. Она держалась рядом со мной, на поясе висел небольшой нож, а на плече – сумка с травами и бинтами.

– Готова? – спросил я, вскакивая на Черномора.

– Готова, ваше благородие, – ответила Лиля и, помолчав, добавила: – Я теперь чувствую проявления жизни вокруг. Вон там, – она махнула рукой в сторону леса, – птицы. Много. И ещё кто‑то мелкий, белки, наверное, или мыши.

Работает. Хорошо, значит учения не прошли даром. Надо будет мне тоже по дороге потренироваться чувствовать жизнь.

Мы перешли дамбу с мельницей и свернули направо, двигаясь к Южному тракту. Мужики шли плотной группой, озираясь по сторонам, но настроение было бодрое, кто‑то даже шутил, кто‑то насвистывал весёлую мелодию. Особенно старались новенькие – ельгинские и мальцевские, которые хотели, видимо, показать себя перед бароном. Хотя… Может и не перед бароном, а распускали хвосты перед нашей юной целительницей. Но главное, что прежнего страха перед походом в лес уже никто не испытывал. Настороженность – да. Повышенная внимательность – тоже, но не страх до трясучки в коленях.

Верный бежал впереди, то и дело возвращаясь ко мне за одобрением. Пустельга кружила над отрядом, и я время от времени подключался к её зрению. Дорога впереди пока пустовала.

Мы беспрепятственно свернули на Южный тракт и через час пути, когда уже прошли мост с ракокрокодилами и углубились в лес, я через глаза птицы заметил на дороге три высокие тонкие фигуры. Очень странные, будто на ходулях. Я приблизил мысленно картинку и разглядел монстров.

Двухметровые, а может и выше, на четырёх длинных ходулях‑ногах, похожих на кузнечиковые лапы. Тела покрыты чёрными перьями, отчего они походили на гигантских цапель. Головы маленькие, с длинными клювами, похожими на гарпуны.

Я сразу вспомнил картинку из бестиария. Долгоноги, второй ранг. Слабые места – тонкие ноги. Прыгают на четыре‑пять метров, бьют клювом сверху вниз. Опасные, гады.

– Стой! – скомандовал я, поднимая руку. – Впереди твари. Долгоноги, три штуки. Метрах в трёхстах впереди.

– Точно, ваше благородие, – нахмурившись, выдал свой вердикт Миша. – Приближаются к нам трое. Как‑то быстро приближаются, скачками что ли?

– Значит так, – сказал я, разворачивая Черномора к подводам. – Отгоняем телеги назад. Мужики, все в лес, за деревья. На дороге вас перебьют, они сверху прыгают. Лиля, ко мне. Верный, рядом.

– А как же… – начал было Пахом, но я его перебил.

– Не спорь, – отрезал я, соскакивая с Черномора. – В лесу у них преимущество теряется, там особо не попрыгаешь. Если что – прячьтесь за стволами и бейте копьями, когда тварь застрянет. А к лошадям их не пропустим.

Мужики, не задавая больше лишних вопросов, отогнали телеги и рассыпались по лесу. Андрей остался с луком чуть в стороне, с мы с Лилей тоже сошли с дороги и встали рядом с массивными соснами.

Долгоноги показались из‑за поворота через пару минут. Высокие, уродливые, с большой тушей, покрытой чёрными хитиновыми пластинами, местами напоминающими перья, они передвигались длинными прыжками и их головы вертелись по сторонам, сканируя дорогу. Увидев нас, передний монстр остановился, поднял клюв и издал резкий, скрежещущий звук.

– Вот это уроды! – громко прошептал кто‑то из мужиков.

– Лиля, – сказал я, не отрывая глаз от тварей. – Как только они соберутся прыгать, сковывай ближайшего корнями. Я возьму на себя остальных.

Сначала твари подходили не торопясь, потом один из долгоногов прыгнул и, пролетев около четырех метров над дорогой, приземлился метрах в десяти от нас. Ого! Еще пару прыжков и будет у нас.

Лиля не подвела. Корни обвили задние ноги ближайшего долгонога, уже припавшего к земле, чтобы сделать следующий прыжок, и тот, потеряв опору, рухнул на бок, проехав по земле и оставив глубокую борозду. Монстр заверещал, попытался вскочить, но корни держали крепко, теперь ещё и за голову с клювом.

Двое других прыгнули одновременно. Я вскинул руку и ударил встречным ветром. Воздушный шквал подхватил обоих монстров в воздухе и отбросил назад на пару метров. Один упал плашмя, второй, извернувшись, попытался встать.

– В атаку! – заорал я мужикам. – Бейте того, что в корнях застрял!

А сам, не теряя ни секунды, ударил магией земли. Упавший долгоног попытался подняться, но я уже выпустил каменные шипы прямо у него под брюхом. На этот раз они получились выше и острее, чем раньше. Три шипа пронзили тварь, и она задергалась, крича, но лишь делая раны больше.

Мужики окружили долгонога, который запутался в корнях. Тот отчаянно дёргался, пытаясь вырваться, и когда Пахом подскочил слишком близко, монстр рванулся, порвал корни и ударил. Клюв пробил Пахому плечо, и тот с криком рухнул на землю. Кровь хлынула на траву.

– Пахом! – заорали ельгинские, оттаскивая раненого.

Я успел ударить крутящимся воздушным щитом по ногам твари, прежде чем тот успел атаковать повторно. Отрубил! Перерубленные тонкие и длинные задние ноги отнесло на пару метров, а сам тварь грузно осела на землю с истошным криком.

В это время третья тварюга, которую я на секунду потерял из виду, отвлекаясь на помощь Пахому, прыгнула прямо на меня. Громко закричали Лиля и Андрей, предупреждая меня об опасности. Не успевая ничего предпринять магического, я отпрыгнул в сторону, толкая Лилю за сосну.

Краем глаза увидел, как мужики целой толпой с громкими криками тыкают в обезноженную тварь копьями.

– Умри, тварь!

– Получай!

– Это тебе за Пахома, гадина!

Бум! Клюв долгонога воткнулся в землю, где я только что стоял. Я выкинул руку вперёд, наскоро делая огненный шар удвоенной порцией маны и тут же выпуская его в монстра.

У меня поползли глаза на лоб – мой шар вышел совсем маленьким, с половину кулака и на этот раз имел не тёмно‑красный цвет, а ярко‑красный, с переливами оранжевого. А ещё через полсекунды я удивился ещё больше, когда шар с шипением ударил в грудь долгонога, прожёг тварь насквозь и врезался в сосну, разбрасывая искры и дымя.

У твари тут же подкосились ноги, закрылись огромные кошачьи глаза, и она рухнула на землю с дымящейся дырой в груди. Готова тварюга!

Андрей замер рядом со мной с натянутым луком и перевёл на меня округлившиеся глаза. Что смотришь, советник, не ожидал? Я тоже, сам в шоке.

Долгоног, которого я сбил порывом ветра и нашпиговал каменными шипами, к этому времени уже испустил дух, а мужики сообща прикончили копьями обезноженного.

Ух, всё кончено. Я быстрым шагом подошёл к мужикам, которые обступили Пахома.

– Лиля, сюда! – крикнул я, увидев, что кто‑то пытается зажать рану грязными руками.

Девушка уже была рядом. Она опустилась на колени рядом с Пахомом, который был бледен как полотно, и положила ладони ему на плечо. Кровь остановилась почти сразу, и мужики, стоявшие вокруг, шумно выдохнули.

– Уже не болит, – прошептал Пахом, глядя на Лилю расширенными глазами и уже громко повторил: – Совсем не болит! Мужики, ей‑богу, не болит!

– Лежите, – сказала Лиля, хмурясь, и принялась обрабатывать рану какой‑то самодельной мазью, которую достала из сумки. – Я сейчас перевяжу, и всё окончательно заживёт.

Через пару минут частично зажившая рана была перевязана, и Пахом, всё ещё бледный, но уже не умирающий, сидел на земле и смотрел на Лилю с таким изумлением, будто она только что воскресила его из мёртвых. Впрочем, оно почти так и было.

– Прости меня, девонька, – пробормотал он, опуская голову. – Я когда вас с бароном увидал, подумал, ну куда девку в лес брать, обуза одна. А ты вон как… Спасибо тебе.

– Не за что, – тихо ответила Лиля, поднимаясь. – Вы главное не двигайте рукой пока, пусть заживает.

Я подошёл и положил руку целительнице на плечо.

– Лиля, объявляю тебе благодарность, – сказал я громко, чтобы все слышали. – Корни сработали как надо. Если бы не ты, мы бы с этими долгоногами намучились.

Лиля залилась краской и опустила глаза, а ельгинские мужики теперь смотрели с уважением, перешёптывались и одобрительно кивая.

Андрей тем временем ножом уже извлёк из мёртвого монстра ядро и начал срезать хитиновые пластины. Пару мужиков из новеньких подошли к нему и стали задавать вопросы, зачем он это делает.

– Хитиновые доспехи делаем, – важно сказал Андрей, орудуя ножом. – Вот такие пластины защищают не хуже металла, а весят гораздо меньше. Кто хочет, могу научить, как правильно снимать и обрабатывать.

– Хотим, – тут же отозвались двое ельгинских, и Андрей, довольный собой, начал объяснять, показывая, как правильно срезать пластины у основания.

Я тем временем отошёл в сторону, чтобы проверить, смогу ли я повторить маленький огненный шар, который у меня только что получился в бою. Он явно был более жарким, да и вылетел из ладони гораздо быстрее. Как он у меня получился? Во‑первых, я сделал его меньше, а во‑вторых, использовал в два раза больше маны. А ещё это монстр был совсем рядом, и я на одних инстинктах запулил шар изо всех сил, больше гораздо вкладывая ментального импульса, чем обычно. Может, дело в этом? Попробую.

Я восстановил просевшую в бою ману и сконцентрировался. Через пару секунд из моей ладони с огромной скоростью вылетел оранжевый шар сантиметра четыре в диаметре и ударил в берёзу, стоящую неподалёку. Огненный шар прожёг дерево чуть выше основания насквозь, оставив дымящееся отверстие в стволе и ушёл глубоко в землю.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю