Текст книги "Ключи к смыслу жизни"
Автор книги: Александр Данилин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 26 страниц)
Нередко человек принимает во внимание лишь обычное, как сказал бы Чайковский, тоскливое назначение имеющихся под рукой предметов. Надо попытаться выйти за привычные границы их применения и взглянуть на появившиеся в результате возможности.
Как и какие именно вещи можно использовать по-другому? Жабу добавили в задачу нарочно, чтобы отвлечь ваше внимание. Она сама по себе необычна, поэтому в ней содержится ложный намек на решение.
Очень часто бросающиеся в глаза вещи лишь отвлекают наше внимание. Такие «блескучки» и предназначены для того, чтобы отвлекать внимание от главного.
Вторая наша проблема – чрезвычайно узкая зона поисков. Например, почти всегда люди, выслушав анекдот, пересказывают его другим. Анекдоты вообще напоминают деньги, являющиеся средством обмена и переходящие от человека к человеку без всяких изменений. Раздвиньте рамки задачи. К первому услышавшему тот или иной анекдот он ведь тоже откуда-то пришел.
Третья классическая задача про муху. Очень соблазнительно начать выстраивать цепочку мушиных перелетов по мере их сокращения. Причем обратите внимание: чем больше у людей математических навыков, тем больше они запутываются в этой задаче. Не лучше ли перенести свое внимание немножко в сторону и отказаться от попытки суммирования бесконечного множества полетов? Вполне возможно, в результате вы увидите простое и ясное решение этой старинной головоломки.
В ходе ее решения можно почувствовать, чего хотел Леонардо от своих учеников. Он хотел, чтобы вы одновременно углублялись в непостижимость расстояний полета мухи и умели смотреть на вещи, которые кажутся лишь «привычными трещинами в стене», своего рода фоном – «аккомпанементом» задачи.
Математическая головоломка имеет целых два привычных варианта решения. Первый из них чем-то напоминает «блескучую» жабу из первой задачи.
Он порожден знакомым каждому со школы ограничением психики – желанием простоты решения. В задаче очень хочется переделать знак «—» на знак «+».
В конце концов, именно знак «—» перед числом 118 делает выражение столь далеким от истины. А со знаком «+» левая часть становится равной 127, что гораздо ближе к 129.
В первом, самом привычном способе мышления прячется ловушка, которая связана с тем, что после добавления требуемой черточки выражение обязательно становится равенством. Разве в задании упоминается об этом? Нет. Вот и взгляните шире. Единственное ограничение состоит в том, чтобы выражение имело хоть какой-нибудь смысл с точки зрения математики.
Другой стереотип. Наши усилия невольно направлены на поиски привычных ответов на вопрос: какие линии можно добавить? Действительно, какие варианты? Изменить одну цифру на другую, изменить знак действия, заменить соотношение «равно» на другое. Может быть, стоит попробовать переформулировать задачу и объединить категории?
Разгадка заключается в том, что и о математическом уравнении, и о других возможных решениях, о наших знаниях и о фоне мышления – «трещине на стене» нам приходится думать одновременно, иначе задача не решается. Этого навыка нам, в отличие от людей гениальных, мучительно недостает. О нем – в следующей беседе.
Совсем забыл.
Когда вы делали упражнения, удалось ли вам победить тоску Чайковского?
Беседа восьмая
Чаадаев и генетика. Моцарт и Сальери. Упражнение «Движения
Гурджиева». Подсказки к задачам
Не кажется ли вам странным, что нам так трудно думать о нескольких вещах одновременно? Кажется, наш мозг все время попадает в ловушку одной-единственной мысли и не способен выдержать игру ума, в которой разнообразные мысли, ощущения, эмоции существуют одновременно.
Если вы попробовали решать задачи, то, наверное, уже поняли, что безо всяких причин мы заковываем себя в кандалы стандартного восприятия реальности, двигаясь по колее единственной мысли до тех пор, пока неожиданное событие не переключает плохо смазанный «зубчатый механизм» нашего разума на соседнюю колею. Поступая таким образом, мы противостоим жизненной реальности, поскольку весь мир – и внешний, и внутренний – разнообразен, изменчив, и множество процессов в нем происходят одновременно.
Петр Яковлевич Чаадаев, наш гениальный философ и прозаик, находясь в состоянии, которое современники считали душевной болезнью (сам Чаадаев в это время именовал себя персидским шахом), обладал невероятной способностью к восприятию большого числа разных событий одновременно. До болезни он был блестящим, пылким, необычайно активным офицером, который с блеском участвовал в кампаниях 1812 – 1813 годов.
В зрелые годы Чаадаев превратился в человека, который наслаждался лишь многообразием мыслей, – и одно это, как он писал в «Философических письмах», приводило его в состояние гармонии и счастья. «Когда ты можешь думать одновременно о многом, – писал Чаадаев, – у тебя появляются мысли, проникающие во все, куда-то к началу, к единому, вечному. Единственным человеческим счастьем является прикосновение к нему».
«Откуда он взял это могучее волнение, чисто личное и неповторимое, которое проникает всю его доктрину и сообщает такую неотразимую убедительность его слову? – писал Константин Николаевич Леонтьев. – В железной и вместе с тем абсолютно свободной последовательности его умозаключений столько сдержанной страсти и такая чудесная экономия сил, что и, помимо множества блестящих характеристик и художественных эпитетов, за один этот строгий пафос мысли его философические письма должны быть отнесены к области словесного творчества наравне с пушкинской элегией. Во всемирной литературе немного найдется произведений, где так ясно чувствовалось бы море стихийности и вместе с тем гармоничность человеческой логики. Че-канны, например, его слова: «Во Франции на что нужна мысль? Чтобы ее высказать. В Англии – чтобы привести ее в исполнение. В Германии – чтобы ее обдумать. У нас – у нас ни на что».
ДЛЯ ЧЕГО НУЖНА МЫСЛЬ И К ЧЕМУ ОНА ПРИВОДИТ
Мы живем во времена, когда человеку как никогда нужна его мысль для того, чтобы ее обдумать, и для того, чтобы ее высказать и привести ее в исполнение.
Это мы понимаем, но мы не желаем понимать, что рождение блестящей мысли, подобной мысли Чаадаева, – это искусство, которому нужно учиться.
Искушенный читатель может возразить мне, что гениальность Чаадаева была наследственной: он был прямым потомком графа Петра Толстого, того самого, о котором Петр Первый говаривал:
«Имея дело с Толстым, надо держать ухо востро и камень за пазухой, чтобы разбить ему череп, а то укусит». Петр Толстой являлся дальним предком не только Толстых Льва Николаевича и Алексея Константиновича, но и, по одной из линий Алексея Николаевича, предком Константина Николаевича Леонтьева, которого я цитировал, Одоевских, самого Чаадаева, а по отцовской линии – и Федора Тютчева. Многих наших гениев связывало родство.
Однако не было бы среди наших гениев ни Ломоносова, ни Пушкина, ни Толстых, ни самого Леонардо да Винчи, если бы они не считали, что каждую данную Богом способность человек должен в себе развивать.
Мы знаем, что можем видеть, слышать, обонять, чувствовать вкус и осязать одновременно. Каждый день мы делаем это в процессе приема пищи.
Но нам сложно осознать все эти ощущения сразу. Я могу видеть в одно и то же время землю, небо, снег, забор, мою мать, автомобиль, собаку, деревья. Это происходит автоматически и не требует сознательного переключения внимания. Процесс целостного восприятия требует небольшого мысленного усилия. Достаточно незначительного расширения сознательного внимания, чтобы мы могли ощутить целое в его многоголосии и многообразии.
Однако если я попрошу вас вспомнить детали целостной картины, которую вы только что видели, например, сколько досок в заборе или с какой стороны растет мох на деревьях, какой формы были падающие снежинки и т. д., то, скорее всего, вы не сможете ответить.
Но для того, чтобы выделить главную мысль об окружающей реальности – а именно это многие поклонники Чаадаева считали его основным даром, – нужно уметь строить закономерности на основании деталей, которые остались незаметными для окружающих.
Оригинальная мысль начинается с оригинального восприятия. Это конкретная психологическая задача, которую может выполнить человек, вовсе не считающий себя гениальным.
С чего же начать подобную тренировку?
Вот, например, детская игра, во время которой мы по очереди гладили себя по животу и хлопали по голове, а затем делали все наоборот – гладили себя по голове и хлопали себя по животу. Помните? Важно было не перепутать последовательность действий.
Попробуйте проделать это сейчас, сами с собой, делая движения по очереди.
Чувствуете? Тоска ушла, появился заряд бодрости.
В простой формуле этой игры кроется ключ к согласованию самых разных двигательных и умственных функций, которые сосуществуют в нашем организме. Таким образом, мы развиваем способность мыслить и чувствовать на нескольких уровнях одновременно.
Целительную роль подобных простейших игр очень хорошо понимали мастера самых разных мистических направлений. В частности, уже упоминавшийся нами Гурджиев предлагал своим ученикам много упражнений, которые позволяли совмещать несколько различных видов движений.
Добавьте к нескольким различным движениям мысли звуки и ритм – и вы заложите чувственную и концептуальную основу для творческого многомерного восприятия.
Упражнение «Движения Гурджиева»
Вам понадобится немного пространства и какой-нибудь коврик, чтобы не только воображать все происходящее, но и немножко подвигаться.
Давайте относиться к нашим упражнениям как к игре, созданной для взрослых. Выполняя упражнения шаг за шагом, вы запускаете вполне реальный нейрофизиологический процесс, усиливающий потенциальные возможности мозга.
Никогда и ни у кого все упражнения не получаются сразу.
Постепенно вы улучшите координацию движений и выполнение раз-ных задач одновременно. Играйте весело! Не пытайтесь достичь абсолютной точность и правильности, иначе вы будете расстраиваться и превратите естественное для вашего тела в абсолютно невозможное.
Сначала встаньте и проверьте, достаточно ли вокруг пространства для того, чтобы вы могли двигаться свободно. Выберите любое положение тела, в котором вы себя ощущаете достаточно устойчиво.
Теперь будем просто поворачивать голову и плечи. Давайте делать это плавно. Просто позвольте вашей голове и плечам двигаться слева направо вместе, как единому целому.
Теперь пусть ваши голова и плечи двигаются в разных направлениях. Когда голова движется направо, плечи движутся налево, и наоборот: голова движется налево, а плечи – направо.
Теперь снова голова и плечи движутся вместе... Раздельно... Вместе... Еще раз раздельно...
Теперь, когда голова и плечи движутся в разных направлениях, пусть ваши глаза движутся туда же, куда и плечи. Это похоже на такой своеобразный флирт – игру глазами с... собственными плечами.
Ни в коем случае не сердитесь на себя, если у вас что-то не получается!
Если вы начали делать это упражнение, то вы уже молодец, потому что в вас просыпается его величество Интерес, вы хотите разбудить в себе гения!
Теперь пусть ваши голова и плечи движутся в противоположных направлениях, а глаза пусть делают что хотят.
Одновременно начинайте танцевать чечетку.
Одновременно спойте на мотив своей любимой мелодии всем знакомую «В лесу родилась елочка», а в конце песни остановитесь и немножечко отдохните.
Отдохнули?
Теперь пусть ваша голова движется направо, а лицо – налево, а теперь наоборот: голова налево, а лицо – направо.
Продолжайте это делать, каждый раз меняя направление головы и лица. Голова налево, а лицо направо, голова направо, а лицо налево.
Одновременно начните ходить и щелкать пальцами, вращая руками по кругу, и напевайте «Ничего на свете лучше нету». Одновременно вспомните, пожалуйста, вкус клубничного варенья... жужжание ос в летнем лесу... винтовую лестницу в старинном замке, которая ведет куда-то очень высоко...
Когда это получится, остановитесь и отдохните.
Теперь пусть ваши бедра и руки качаются вместе вперед и назад. А теперь пусть они качаются в противоположных направлениях.
Снова вместе. И снова раздельно.
Одновременно прыгайте и делайте руками движения боксера, и насвистывайте «Соловей мой, соловей», и думайте о Петре Первом, горных лыжах и ванильном мороженом. И еще... вспомните транспортную пробку и красного жирафа...
Остановитесь. И пока вы отдыхаете, лягте на пол на спину, согните колени, ступни поставьте на пол, а руки положите на грудь.
Начинайте поднимать и опускать локти, как будто вы машете ими. И одновременно делайте ногами «велосипед».
Теперь положите ноги на пол, раздвиньте колени широко и сдвиньте их, как будто вы машете ими, а «велосипед» делайте руками.
Теперь машите руками и делайте «велосипед» ногами... Наоборот... Снова наоборот... И пойте «Голубой вагон», меняя движение рук и ног в конце каждой строки. Через некоторое время остановитесь и отдохните несколько минут.
Сейчас согните колени, а руки положите вдоль тела. Начните медленно стучать по полу правой рукой. Теперь добавьте быстрые удары левой рукой, а правая рука пусть стучит медленно. Продолжая оба этих движения, начните медленно топать правой ногой. Добавьте быстрый топот левой ноги. Остановитесь.
Стучите левой рукой медленно. Добавьте медленный топот правой ноги. Теперь добавьте быстрые удары правой руки, быстрый топот левой ноги.
Сейчас можно встать. И снова двигайте голову направо, а лицо налево. И наоборот: голову налево, а лицо направо. Добавьте к этому медленную ходьбу и щелканье пальцами. Одновременно делайте руками круги и пойте «В лесу родилась елочка». И в это же время думайте о той самой винтовой лестнице и клубничном варенье.
Пришло время выполнить самую необычную часть упражнения. Вы сейчас встанете в спокойную и расслабленную позу, закроете глаза и станете полностью уравновешенным и сбалансированным.
Сделайте несколько шагов вперед и Представьте себе, что вы делаете несколько шагов назад. Сделайте несколько шагов назад и представьте себе, что вы делаете несколько шагов вперед.
Теперь, двигаясь вперед, позвольте вашим рукам двигаться по часовой стрелке. Когда вы двигаетесь назад, меняйте направление движения рук. Продолжайте это делать некоторое время.
Сейчас, одновременно делая эти движения – и реальные, и воображаемые, думайте о том, что ваши руки движутся по часовой стрелке, когда они движутся против нее. И наоборот.
В этот момент сделайте четыре шага вперед и вращайте руками по часовой стрелке, думая о том, что вы шагаете назад, вращая руками против часовой стрелки. Затем сделайте четыре шага назад, вращая руками против часовой стрелки, представляя себе, что вы шагаете вперед и вращаете руками по часовой стрелке.
Если вы будете продолжать делать эти упражнения, то через некоторое время у вас получится одновременный танец движения и воображения.
Если вы потеряете одно из этих действий или состояний, остановитесь и начните сначала, добавляя мысли и движения до тех пор, пока вся эта совокупность не станет для вас естественной. Я вас уверяю, это происходит довольно быстро. Мышление, движение, пение, да еще и смех над абсурдностью всего этого объединены здесь абсолютно сознательно.
То, что вначале кажется невозможным, через 15 минут становится легким и естественным.
Обратите внимание на «побочный эффект» упражнения: если у вас в жизни была какая-то сложная проблема, казавшаяся вам неразрешимой, то ее решение появляется после выполнения упражнения как по мановению волшебной палочки.
Привычные штампы и стереотипы мышления смягчаются, расширяются, становятся текучими, создают новые связи, открывают новые возможности, когда вы перемешиваете, как в миксере, ваши двигательные стереотипы со стереотипами воображения. Ту же самую задачу выполняют сновидения, просто сейчас вы действовали абсолютно осознанно.
Очень интересно делать такое упражнение вдвоем. Один партнер придумывает и показывает разные движения, другой их повторяет.
«Изобретатель» движения должен показывать одно движение за раз, но ученик может попытаться повторить их все одновременно.
Например, вы можете топать ногой, партнер повторяет. Вы останавливаетесь, партнер продолжает. Вы чешете левое ухо, и партнер, продолжая топать ногой, чешет левое ухо. Вводите новые движения, звуки, мысленные образы – и так до тех пор, пока партнер не будет выполнять пять или больше действий одновременно. Как только это получится, поменяйтесь ролями.
Если делать упражнение, о котором я рассказываю, вдвоем с мужем или с женой, вы найдете почти идеальный способ решения любых семейных конфликтов.
Почему?
Вы сами это быстро поймете, стоит только попробовать!
Я уверен, что если вы не смогли решить задачи, которые я приводил в прошлой беседе, то после выполнения упражнений вы справитесь с ними гораздо быстрее.
На всякий случай приведу ответы.
Во-первых, задача с двумя веревками.
Классическое решение этой головоломки – привязать к одной из веревок не слишком тяжелый предмет. Среди перечисленных вполне годится степлер. Использование жабы в этой задаче можно предоставить садистам.
Веревку со степлером нужно раскачать. Затем, удерживая другой рукой вторую веревку, схватить первую с грузом в крайней точке отклонения и связать оба конца. Обратите внимание: узким местом, привычным стереотипом в этом действии является восприятие всех вещей только с точки зрения их привычного назначения. Только преодолев это ограничение, удается подобрать предметам другое применение. Этот стереотип мышления универсален, именно его Леонардо пытался развить у своих учеников.
Во-вторых, задача про анекдот. Ограничивает мышление в ней представление о том, что анекдоты – это народное творчество, то есть они не только передаются из уст в уста, но и не имеют авторов. Если мы раздвигаем рамки и пытаемся понять, не мог ли кто-нибудь из участников истории придумать анекдот, то сразу понимаем, что, скорее всего, Наташа его и сочинила, а потом рассказала Кате, которая, в свою очередь, передала его Ане. Так что, когда Аня пересказывала историю Наташе, та уже знала ее содержание, так как сама придумала анекдот, хотя никто ей его и не рассказывал.
Обратите внимание! Действующий здесь стереотип мышления гораздо глубже, чем кажется на первый взгляд. Он коренится в наших представлениях о своих близких и окружающих нас людях.
Удивительно, но когда мы думаем друг о друге, мы даже не предполагаем, что человек, который находится рядом с нами, может быть автором новой идеи, или высказывания, или хотя бы остроумного анекдота. Возможно, что это один из симптомов потери интереса друг к другу... Ну какие «гении» в нашем-то с вами окружении!
На самом деле простенькая задачка является иллюстрацией к одному из главных ограничений человеческого сознания. Гениальный Зигмунд Фрейд – создатель психоанализа – назвал его
«переносом». Дело в том, что простейшим способом понять другого человека является,., понимание самого себя.
Именно этим способом и пользуется большинство людей всю свою жизнь.
У нас нет органов чувств, позволяющих «залезть» непосредственно в душу ближнего. Поэтому все остальные способы достижения понимания требуют усилия – концентрации внимания, направленного на другого человека искреннего интереса, времени на размышления о нем и т. д. Все эти усилия использовал в своей жизни и работе Фрейд, поэтому человечество и считает его гениальным психологом...
У большинства людей хватает внимания, интереса и времени... только на самих себя. Мы пользуемся, стараясь этого не замечать, простейшими правилами: то, что хорошо для меня, должно быть хорошо и для окружающих; то, что я считаю правильным, должны считать правильным и все остальные; если я не могу придумать анекдот, его не в состоянии придумать и окружающие меня люди, и т. д.
Задача про муху многим хорошо знакома и поэтому использована мной абсолютно сознательно. В данном случае жестко заданный стереотип – это соблазн использования формул: стандартных «клише» мышления, имеющихся в нашем сознании со школьных времен.
Соблазн призывает заняться подсчетом перелетов мухи. Но если забыть о сложении последовательно уменьшающихся отрезков, перестать вспоминать сложные формулы, которые описывают этот процесс, то становится ясно, что нужно перенести внимание на общее время всех перелетов. Два человека проходят навстречу друг другу 10 метров со скоростью 1 метр за 10 секунд. Выходит, до встречи каждый из них пройдет по 5 метров и затратит на это 50 секунд. Это, в свою очередь, означает, что за эти 50 секунд муха, при ее скорости 1 м/с, успеет пролететь ровно 50 метров.
Получается... детская задачка.
Заслуживает внимания не она, а сам соблазн.
Сколько вещей в жизни мы делаем «по формуле»? Многие из нас пытаются свести свою жизнь к простейшим логическим формулам типа «Я всегда...» или «Я никогда...», «Главное – чтобы у меня было...». Можете сами подставить окончания.
Сколько ваших знакомых считают целью своего существования поиск простейших формул «полета мухи» в делах и общении?
Вот и еще одно упражнение «по ходу действия».
Напишите на чистом листе бумаги не менее десяти формул вашего поведения, которыми вы руководствуетесь в жизни и которые вы считаете верными.
Теперь переверните лист. На обороте напишите десять случаев, в которых эти правила заводили вас в тупик – в бизнесе или отношениях.
Просто напишите. Делать с записями ничего не надо.
Написали? Уберите эти записи в стол. Появится свободное время – через несколько дней перечитайте их.
Если получилось, то попробуйте написать такие же два листа про кого-то из вашего окружения. Какими формулами пользуется он? В какие тупики они его заводят ?
Потребность превратить жизнь в формулы – «алгеброй гармонию проверить» – это потребность «суетного» Я. Это оно воспринимает других как объекты манипуляций, это оно постоянно участвует в первобытной «охоте» на другого.
Большинству людей требуется меньше усилий, чтобы описать «формулы», которыми руководствуется другой человек. Самому себе почему-то признаваться труднее...
Если перенести действие «маленькой трагедии» гениального Пушкина из контекста истории в глубины человеческой души, то выяснится, что в «Моцарте и Сальери» спорят два разных «Я» одного человека:
Суетное, или объектное, «Я» хочет действовать только с помощью разума, и логика доводит его до оправдания убийства
(или самоубийства – если следовать предлагаемому нами контексту).
Гениальное «Я» (Моцарт) твердо знает, что «гений и злодейство – две вещи несовместные», и гибнет под психологическим давлением «Я», рассуждающего логически (Сальери).
Вся ситуация становится обыденной. Кто из нас в юности не рассуждал, как Моцарт в пушкинской трагедии?
И каждый из нас, став взрослым, задушил своими руками (или отравил – какая, в сущности, разница) Моцарта – гения в собственной душе. Гений исчез и напоминает о себе только приступами тоски или депрессии.
Перейдем, наконец, к последней математической задаче: первые два варианта решения можно найти, если сообразить, что математическое выражение вовсе не обязательно должно быть равенством. Можно просто перечеркнуть знак равенства, превратив его в знак неравенства. Тогда выражение получается математически корректным, что и требовалось по условию задачи.
Третий вариант основан на другом расширении смысла задачи. Оказывается, что знак + можно превратить в цифру 4, соединив чертой верхнюю и крайнюю левую точки. В результате выражение превращается наконец в истинное равенство.
С помощью этой задачи я хотел продемонстрировать еще один соблазн, или привычный стереотип мышления, – подсознательное желание напрямую заменить одно действие другим. Если не помогает умножение, то давайте попробуем разделить!
Если не получается любить, то давайте будем ненавидеть. Если нас не понимают, то давайте прервем отношения. Если ты не позвонил, то и я звонить не буду.
Прямо заменить любовь на ненависть, как вы знаете, сразу никогда не получается. Да и нужно ли это?
Может быть, стоит по-другому расположить прямые линии наших эмоций?
Беседа девятая
Майер и закон сохранения энергии. Цветаева и детство.
Упражнение «Воспоминания по Феллини»
Во время наших путешествий в гениальность мы тоже пытаемся «алгеброй гармонию проверить». Такова участь слова.
Феномен смысла жизни тесно связан с состоянием «прорыва» через обыденное мышление, через поток привычных смыслов.
Преддверие или предчувствие подобного «прорыва» – другое особенное состояние сознания – со времен муз, капризных и женственных богинь классической Греции, именуется «вдохновением»; считается, что с помощью слов объяснить его невозможно.
Это они – богини-вдохновительницы – «вдыхали» в душу творца «ветерок» олимпийских богов. Ощущение «ветерка» – «ауры» – позволяло человеку начинать поиск истины. Ветер муз был прихотлив, он зависел от воли богов, между двумя его прикосновениями к душе одного человека могли пройти годы.
Все рассуждения о гениальности не имеют значения – прорыв к вдохновению можно только пережить самому, просто читать о нем бессмысленно. Делать упражнения – единственный возможный для читателя способ проникнуть во внутренние пространства, в которых дует этот ветер.
В ощущениях и воспоминаниях гениальных людей можно лишь «нащупать» пусковые механизмы ауры вдохновения, которые могут помочь совершить собственную внутреннюю работу.
Роберт Майер, мой коллега, врач конца XIX – начала XX века., открыл закон сохранения энергии в одно чудесное мгновение. Лишь один раз в жизни его мысль совершила прорыв, приведший к открытию.
Может быть, на его примере нам будет проще проследить пути вдохновения, обусловившие этот прорыв?
Замечательно то, что вдохновение, по всей видимости, постепенно накапливалось в нем. Оно росло вместе с интересом, начиная с самого детства.
С самого раннего детства внимание Роберта, даже в играх, было больше всего приковано к тем явлениям природы, которые обусловливаются законами физики и механики. Как позднее напишет он сам: «На берегу реки у родного гнезда мое внимание приковывают больше всего вертящиеся колеса пароходов, мельницы и те силы, которые приводят их в движение».
Простое созерцание механизма мельницы увлекает мальчика. В 9 лет он уже активно занимался конструированием механизма, благодаря которому громадные мельничные колеса были бы приведены в движение маленьким колесиком, приводимым, в свою очередь, в движение винтом. Чтобы регулировать скорость движения мельницы, он придумал целую систему зубчатых колес.
Конечно, изучив подаренную ему отцом книгу по физике, он вскоре убедился, что создание вечного двигателя невозможно. Там, где можно выиграть в силе, приходится терять во времени, и кажущийся выигрыш какой-либо энергии происходит за счет другой энергии. Роберт понял, что его мечта о вечном двигателе основана на ошибочных представлениях о законах механики.
Эту мечту 9-летнего ребенка и связанное с ней разочарование Майер помнил всю жизнь.
Он продолжал увлекаться физикой, но получил образование врача и проработал врачом всю жизнь.
Главным моментом, который дал толчок к открытию великого закона, было следующее наблюдение: однажды в Батавии, несколько дней спустя после прибытия врача Майера в военную часть, среди матросов вспыхнула эпидемия гриппа. Доктор стал применять кровопускание, которое тогда часто использовали при разных заболеваниях.
Он наблюдал, к удивлению своему, что выпущенная им кровь, вследствие своей необычайной яркости (она была ярко-розового цвета), не была похожа по своей окраске на обычную венозную, а напоминала артериальную кровь настолько, что Майер думал, будто ошибся и вместо вены попал в артерию.
Это обстоятельство настолько его поразило, что все впечатления от красоты тропической природы не оставили никаких следов в его памяти. Грипп у матросов случился в 1844 году и послужил толчком для творческого прорыва, рождения идеи.
В это время Майер пережил необычайное приключение. Природа не оставила воспоминаний потому, что доктор замкнулся в своей каюте и в своих ощущениях. Он перестал выходить с корабля на берег и чувствовал себя, по его собственным словам, «настолько инспирированным чистой радостью, что никогда в жизни, ни до, ни после, ничего подобного не переживал». Будучи врачом, Майер первым, по-моему, сравнил это состояние со схватками у беременных и назвал «родами идеи».
Красота идеи, приближающейся к порогу сознания, затмила в душе Майера все впечатления внешнего мира, даже красоту никогда прежде им не виданной тропической природы. Точно так же процесс родов фокусирует все внимание роженицы. Женщина концентрируется на ощущении приближения ребенка к порогу реального мира.
Может быть, музы были женщинами потому, что только женщине ведомо, что такое рожать ребенка, а значит, только они были способны помочь мужчинам в их мучительных «родах идеи».
И дети, и идеи после родов начинают расти, «материализуются» в нашем мире.
Майер описал свою идею следующим образом: «Разница в яркости окраски артериальной и венозной крови, при прочих равных условиях, будет тем меньше, чем больше температура внешняя будет приближаться к температуре тела, то есть чем меньше потребление телом кислорода, тем меньше в организме процессов горения».
Чисто медицинское наблюдение явилось исходным пунктом развития физической и философской идеи, которую мы знаем под названием закона сохранения энергии.
Вот на что я хочу обратить внимание читателя. В миг рождения идеи мечта 9-летнего мальчика, опыт врача и непривычный цвет венозной крови замкнулись в кольцо.
В этот миг сомкнулись разные по своей сути ощущения. Прежде всего это направление интересов самого Роберта Майера – любовь к физике и механике, которые были главными воспоминаниями его детства. Они должны были служить «подкладкой» профессиональных знаний врача – их постоянным «фоном».
В миг вдохновения размышления о вечном двигателе должны были появиться в «суетном» сознании врача – поскольку, согласитесь, никого из нас к открытию великих законов описание цвета венозной крови не привело бы. Закон сохранения энергии является прямым следствием рассуждений о вечном двигателе... ребенка. И именно в этом законе содержится залог того, что эта проблема будет решена кем-то в будущем.
В физическом законе сохранения энергии можно усмотреть закон сохранения энергии гениальности. Посмотрите: Майер обладал способностью думать сразу в двух плоскостях – в плоскости своего практического опыта и в плоскости своих детских воспоминаний.
Он сумел не предать увлечения своего детства!
