Текст книги "Клан Волка. Компиляция (СИ)"

Автор книги: А. Райро

сообщить о нарушении

Текущая страница: 87 (всего у книги 103 страниц)

– Идёт! Мальчик!

Стоило ему это сказать, как в зарослях показалось бледное лицо пацана.

Я моментально вскочил, принимая привычный человеческий облик.

– Шаман Ю!

Мальчишка сдавленно промычал и рванул мне навстречу, шлёпая ботинками по болотине. Я подхватил его и сжал в объятьях.

– Шаман! Ты живой! Господи!

Тут позади с претензией сказали:

– А старшего брата ты обнять не хочешь, паршивец?

Это был Мичи. Они с отцом наконец добрались до нас.

Шаман опять что-то промычал и кинулся обнимать брата. Я же переглянулся с отцом. Мы оба застыли в ожидании самого главного ответа.

* * *

Мальчишка повёл нас через болото, по кочкам и островкам.

Мичи всё шёпотом спрашивал у него, кто жив, но Шаман Ю только показывал жестами, что надо смотреть под ноги.

– Маленький паршивец, хватит всех мучить, – шипел на него Мичи.

Как раз в тот самый момент, когда мы добрались до лесной чащи между топями, из зарослей нас вышла встречать Юмико. От радости она подпрыгнула, но при этом не издала ни звука. Опять были объятья. Девчонка разрыдалась, уткнувшись мне в живот, и всё-таки позволила себе произнести громко:

– Столько людей погибло... я не смогла их спасти...

Я крепко прижал её к себе и погладил по влажным волосам, но когда из зарослей вышла моя мать, сам чуть не расплакался.

– Живая... мама...

Она побежала ко мне, не замечая вокруг ничего, даже отца, который стоял рядом с Демоном.

– Кири! Сынок!

Она целовала меня и обнимала, плакала и молилась, шептала и причитала. И всё равно не замечала отца, а он всё смотрел на неё, сжав кулаки, и ждал, пока она успокоится, чтобы ещё раз её разволновать.

Но она внезапно повернула голову и посмотрела прямо на него.

– Здравствуй, Мирон. И долго ты так будешь стоять?..

* * *

Не знаю, о чём они говорили последующий час.

Я их не слышал. Мать сразу же отправилась в глухую чащу, подальше от всех, отец пошёл за ней, ну а мы с Мичи последовали за Юмико и Шаманом Ю. Они повели нас в наспех сделанный шалаш на краю болота.

– Там учитель, – сказала Юмико. – Вместе с ним Исидора и остальные.

– Как он? – спросил я, боясь услышать самый страшный ответ.

– Сейчас увидишь.

Я быстро обогнул детей и первым поспешил в шалаш. Услышав шаги, оттуда выскочила Исидора.

– Слава Бартлу, – выдохнула она и бросилась мне на шею. – Кирилл... о боги… ты жив... учитель постоянно про тебя спрашивает, а мы не знаем, что ему сказать...

Она уткнулась мне в грудь, еле сдерживая слёзы.

– Скажи, что-нибудь хорошее, Кирилл... хоть что-нибудь.

Я крепко обнял её и прошептал:

– Платон жив. В бою его прикрыли Лёва Зверев и Егор-Глыба, а Мидори вытащила с того света.

– А Лёва?

– И Лёва выжил, но совсем плох. А вот Егор-Глыба... погиб.

Она всё-таки расплакалась, тихо, почти беззвучно.

Из шалаша вышла госпожа Хегевара с маленькой Кейко на руках, потом выбежали ещё двое детей постарше. Мичи кинулся обнимать свою семью и тоже тихо заплакал, как Исидора.

А потом появились Грич и Кика Гамзо.

Голова Грича была перебинтована лоскутами от одежды, из-под перевязки торчали грязные синие волосы, казавшиеся почти чёрными. Его сестра тоже пострадала. Кика почти не двигала правой рукой, перевязанной от ладони до самого плеча.

– Мальчики, вы живы! – Кика не сдержалась и вскрикнула, за что Грич тут же толкнул её в бок.

– Как вы нас нашли, парни? – спросил он тихо, хотя явно хотел спросить совсем о другом: о том, кто ещё выжил в Тафаларе, кроме нас двоих, и что вообще происходит.

– Это Демон вас нашёл, – ответил я.

Вокруг волка уже суетились дети Хегевара.

Юмико целовала Демона в нос и тискала за шею, мелкие дёргали его за шерсть и пытались на него залезть, Шаман чесал его под подбородком, а сам волк в это время закатывал жёлтые глаза.

– Лучше бы пожрать принесли! Может, ты всё же скажешь им, что они выглядят как еда... пахнут, как еда... и на вкус... ну ты понял. А то вдруг они не в курсе?

Неожиданно из зарослей вывалилась лама Тучка, измазанная зелёным соком листвы, чтобы не привлекать внимания своей белой шерстью.

Она замерла, увидев Демона, и что-то тихо профырчала себе под нос.

Наверняка, матюгнулась.

– О, пушистенькая, – оскалился Демон. – Теперь можно и перекусить.

Но неожиданно Тучка подскочила к нему и уткнулась носом в его бок, тихо проверещала ещё что-то, а потом улеглась рядом на траву.

Демон ошарашенно покосился на меня.

– Она сказала: «С тобой надёжней, шерстяной засранец»... И как теперь её жрать?

Через секунду из шалаша показались родители Мидори: Николай Кудинов и Наоки Арадо. Бледные, уставшие, израненные. Было видно, что они места себе не находят из-за дочери. Женщина опиралась на руку мужа, от слабости у неё подгибались ноги.

Я даже не стал ждать их вопроса, а сразу же поклонился им и сообщил:

– Госпожа Арадо, господин Кудинов, с Мидори всё в порядке. Она жива и даже не ранена. Она храбро сражалась в Тафаларе и многим спасла жизнь в госпитале.

Мать Мидори бросилась на шею мужу. Кудинов подхватил её и крепко обнял, а я, глядя на него, подумал о том, что ему ещё предстоит узнать, что он на самом деле потомок главного рода Чи и владеет безграничной магией.

Оставив родителей Мидори, я наконец вошёл в шалаш и увидел того, за кого волновался не меньше, чем за собственную мать.

Галей лежал на ветках, застеленных одеждой, и не шевелился.

Он бы казался мёртвым, если бы не размеренное дыхание.

Я бесшумно опустился рядом с учителем на колени и по-янамарски поклонился ему до самой земли. Именно он спас мою мать, пока меня не было. Склонившись перед ним в почтительном поклоне, я мысленно поклялся, что сделаю Фуми Галею новый меч – такой, какого у никогда не было. Не менее легендарный, чем тот, который он разбил, защищая мою мать, мои земли и мой Клан.

Не знаю как, но учитель почувствовал, что я рядом.

Он вдруг повернул голову и открыл глаза.

– Опоссум?..

– Простите, учитель. Мне так жаль, что...

Галей не дал мне договорить. Он ухватил меня за плечо, притянул к себе и крепко обнял одной рукой.

– Твоя мама заставила меня жить. Она не отпустила мой дух. Она сказала: «Боритесь», и я борюсь. Мы оба будем бороться.

– Да, учитель. – Я улыбнулся. – Вы просили присмотреть за Мидори. Но знаете, она и сама неплохо справляется. Она очень сильный маг, как и её отец.

Видимо, он подумал, что я говорю про него самого, поэтому смутился.

– Не забывай, что у неё есть родной отец, Кирилл. Очень хороший человек, очень смелый. Если бы не он, многих бы тут не было.

– Я о нём и говорю, учитель. Николай Кудинов – маг. Все варвары – маги...

Галей оторопело уставился на меня, но в этот момент в шалаш вошёл ещё один человек, бесшумно и угрожающе. Я почувствовал его появление затылком.

Акиро Ян.

Он встал за моей спиной, а затем прозвучал его требовательный голос:

– И что, господин Волков? Ещё имеет смысл молчать о том, что моя дочь на самом деле жива?..

* * *

Интерлюдия десятая. Джанко Ян

Вернувшись в Саторию, в домик Лидии Зерновой и учителя Ёси на краю леса, Джанко никак не могла успокоиться.

Она нашла склепы, где когда-то хоронили правителей главного рода Колидов, но застала жуткую картину: самый дальний склеп был осквернён и разграблен. Остались только наполовину уничтоженные фрески на стенах, обожжённые камни, следы битвы и два сломанных саркофага.

Джанко провела там много времени, выискивая зацепки.

Кто забрал тела из саркофагов?

Кто сражался в склепах и за что?

Она не имела права просто прийти к Кириллу и сказать: «Знаешь, любимый, я выполнила твоё задание, но результатов нет. Извини».

Нет, Джанко должна была выяснить всё настолько подробно, насколько могла. Она изучила обломки, каждый камешек, каждую фреску, каждый след былой битвы. Вычисляла, сколько крови здесь было пролито и как давно. Сила Тёмного Божественного Врача давала ей возможность ощущать застарелые следы крови.

В итоге проведя в склепах целые сутки, Джанко нашла зацепки.

По крошечным деталям она восстановила примерную картину событий, что произошли не так уж и давно, лет тридцать назад, и теперь была готова рассказать об этом Кириллу.

Она точно знала, кто забрал тела из саркофагов и где их искать.

Но вернувшись в Саторию, Джанко получила страшные новости, натолкнувшись на серьёзные лица своих учителей.

– Вещание передаёт, что Тафалар отбит у врага, – сказала учитель Ёси, но почему-то без радости.

– Это же прекрасно! – улыбнулась Джанко. – Значит, Кириллу удалось...

– Нет, не удалось, – перебила её Лидия Зернова. – Дом Волкова перешёл на сторону Котлованов и оставил город под напором войск императора. Кирилл предал государство и всех нас. Он убил Андрея Снегова, а дочь Снегова сошла с ума и сбежала с мужем-предателем. И объявили, что захвачены несколько человек из Клана и переданы в «Бутон». Их казнят на День Сидха.

Джанко шагнула назад.

Её затошнило так сильно, что она согнулась, прижала ладонь ко рту и зажмурилась.

Лидия сразу всё поняла. Её голос стал жёстким.

– Ты что, беременна от Волкова? Джанко Ян! Говори! Ты всё-таки позволила ему себя обрюхатить? А потом ещё и жениться на другой? О чём ты думала?

– Не напирайте на девочку, Лидия... ей и так плохо... – Учитель Ёси помогла Джанко дойти до кровати и прилечь на подушки.

А у самой Джанко не выходило из головы только одно: «Дом Волкова перешёл на сторону Котлованов... Кирилл предал государство и всех нас...».

Как он мог?

Неужели он забыл, что ниуды сделали с Янамаром? Что они сожгли Ютаку? Как он мог переметнуться?

Она не верила в это!

И тут вдруг учитель Ёси подошла к окну, вгляделась в темноту леса за изгородью и прошептала:

– К нам идут...

Эпизод 3

Болото, у которого прятались уцелевшие люди из моего Клана, находилось близ границ с княжеством Сатория.

Отсюда родом были Кика и Грич. Они отлично ориентировались и сразу помогли мне определить, как лучше добраться до той глухой деревушки, где скрывалась Джанко.

Мы пошли сначала через топи, потом – по джунглям.

Один панголин переносил раненого Галея, второй – ослабевшую мать Мидори. На Тучке поехала Юмико с маленькой Кейко, а остальных трёх детей Мичи посадил с собой на варана.

Отец предложил маме тоже поехать с ним на варане, но она отказалась и села со мной на Демона.

Не знаю, о чём родители говорили наедине, но когда вернулись, то больше друг с другом не общались, даже друг на друга не смотрели. Ясно тут было одно: моя мать не простила отца.

Сидя позади меня, она не проронила по пути ни слова, и в итоге не выдержал я сам.

– Вы больше не будете вместе?

– Нет, не будем, – сухо ответила мать и добавила с грустной иронией: – Пусть он и дальше продолжает свою великую миссию. Я могу поддержать его, но не более. Всё угасло, Кири. Так бывает.

Больше она ничего не сказала, а я не стал её допекать.

Мне было горько от её слов и было жаль отца. В какой-то степени я понимал его, хотя и сам теперь относился к нему иначе. Как к чужому. А ведь мать ещё не знала, что он продержал меня больше года в плену. Вряд ли он ей об этом сказал, иначе она бы его прокляла. Или убила на месте.

Мы добирались до деревушки Зелёная гора до самого вечера. Рядом никаких гор, кстати, не было. Почему деревня так называлась, осталось непонятным.

Когда мы подошли к окраине леса, то я отправился к дому первым. Закатное солнце окрасило крыши в розовый, отдавая последний жар, но меня наоборот бросило в холод.

Подойдя к дому, я увидел на крыльце Лидию Зернову.

Старушка целилась в меня из метательной трубки с заклинаниями.

– Уходи. Забудь сюда дорогу. Если сунешься за калитку – выстрелю!

Я остановился у изгороди. Сейчас меня волновал только один вопрос.

– Джанко у вас? С ней всё в порядке?

Лидия прищурилась, глядя на меня через прицел на метателе заклинаний.

– Проваливай, я тебе говорю! Мы увезли Джанко! Больше ты никогда её не найдёшь!

– Я пришёл не один... – начал я, но договорить мне не дали.

Со спины в меня уже неслась атакующая волна от щита Стража.

Учитель Ёси!

Я развернулся и принял удар своим щитом, полностью загасив атаку, и против такого резерва мой противник оказался бессилен.

– Предатель! – рявкнула Ёси. – Уходи немедленно!

Из домика выскочила Джанко. Её ладони горели зелёным огнём. Девушка прикрыла меня собой и отчаянно выкрикнула, глядя на учителей:

– Только попробуйте его тронуть!

– Джанко, как ты можешь? – ошарашенно покачала головой Лидия. – Он предатель.

В этот момент из леса вышел Галей, уже без панголина. Ему помогали моя мать и Исидора.

– Если мой ученик – предатель, тогда и я предатель! – грозно произнёс он.

Лидия и Ёси застыли в потрясении.

– Господин Галей...

А потом из леса показалась и семья Хегевара с родителями Мидори.

– О... великий Бартл... – выдохнула Ёси, глядя на Кудинова. – Вы вернули отца Мидори? Но он же умер... так говорил Маямото.

Они не могли прийти в себя в первые минут пять точно. Смотрели на тех, кто выходит из леса, и не верили глазам.

– Твой секрет раскрыт, крошка, – усмехнулся Мичи, подмигнув Джанко.

Она замерла.

– Ты о чём?

– О том, что ты не погибла! Кирилл всем рассказал. А что? У тебя есть ещё секреты?

Джанко не ответила, смутилась и покраснела, а потом бросилась всех обнимать. Детей и госпожу Хегевара, родителей Мидори, Исидору, Мичи, Кику и Грича, Галея, мою мать и даже моего отца, хотя и не понимала, кто это.

– Ты жива! Жива! – улыбалась Исидора. – Почему же я сразу не догадалась, что это уловка? Вы невероятны, господа!

– А я зна-а-ал! – объявил Грич.

Кика толкнула его в плечо.

– И мне не сказал, мерзавец?! Знаешь, что я с тобой за это сделаю?!

Видимо, Грич знал, поэтому стремительно побледнел.

Последним из чащи вышел Акиро Ян. Он бесшумно раздвинул заросли тростью и направился к изгороди.

Увидев отца, Джанко вскрикнула и помчалась ему навстречу.

– Папа!

На этот раз Акиро Ян обнял дочь с такой нежностью, какой я от него не ожидал. Чёрствый бездушный сухарь, пережив смерть дочери, пусть даже ложную, стал ценить то, что она у него вообще есть.

– Ты цела, дочка? – Дрожащими пальцами он ощупал её лицо. – Ты улыбаешься...

– Улыбаюсь, папа. – Джанко повела отца к крыльцу.

Остальные тоже направились в дом.

Лидия, кажется, до сих пор не могла понять, что происходит. Зато Ёси виновато вздохнула и хлопнула меня по плечу, а потом отправилась прятать животных в хлеву. Демона туда вести не рискнули, и пришлось оставить его в лесу.

– Мы не предатели. Это нас предали, – сказал я, когда все наконец вошли в тесную гостиную и закрыли двери.

Я долго рассказывал всё, что случилось в Тафаларе и в доме в Западном Нартоне. Как мы отбили город, как ослабили Заварру, как явился Ладислав и убил Снегова, как императорский сын приказал уничтожить бойцов Дома Волкова и Иномирцев.

Как умирали мои люди на кровавых улицах Тафалара.

– Вы укрылись в Котлованах? – никак не могла поверить Лидия.

Для неё «Котлованы» было словом ругательным, всё равно что выгребная яма.

– Нас приняли подземные маги, которых осталось совсем немного, – кивнул я.

И вот теперь настало время рассказать об остальном. О том, что я узнал в свитке.

Реакция была настолько бурной, что учитель Ёси вскочила и уронила стул.

– Варвары владеют магией?.. О великие небеса! – Она глянула на Николая Кудинова. – Господин Кудинов, а вы... что вы ощущаете?

Тот и сам был в шоке, но всё же выдавил:

– Ничего. Ничего не ощущаю.

Госпожа Арадо обнимала его и шептала:

– О... я знала, что ты маг... я всегда это чувствовала... ты делаешь такие бомбы, которые не может сделать ни один маг-оружейник со Знамением...

– Пока мы не воскресим Камэко Чи, ни один варвар не вспомнит свои магические навыки, – мрачно добавил я. – Мидори как раз ищет способ. Она – последняя наследница главного рода Чи. Очень сильный маг и умеет наращивать резерв, как и я.

После моих слов Джанко как-то странно посмотрела на меня, будто решила прожечь в моём черепе дыру.

Через час, когда всеобщий шок прошёл, и слово взял Галей, Джанко подошла ко мне, взяла за руку и вытянула на улицу. На крыльце она крепко обняла меня и пробормотала:

– Я места себе не находила... так волновалась...

– А ты ничего не хочешь мне сказать? – спросил я и нежно поцеловал её в губы.

Она отстранилась и с тревогой посмотрела на меня.

– Ты что, уже знаешь? Но как?..

– Видел в свитке. – Я улыбнулся и обнял её.

– Срок небольшой, только месяц, – прошептала она. – Но мне страшно, Кирилл. А если император или Ладислав причинят вред нашему ребёнку?

– Никто из врагов не знает, что ты жива.

– А почему ты не спрашиваешь у меня, нашла ли я склепы Колидов? – она так резко поменяла тему, что я нахмурился: похоже, ей было что мне рассказать.

Она наконец собралась с мыслями и поведала всё, что видела в пещерах с ритуальными захоронениями Колидов. Расписала каждую деталь, всё от и до, а затем достала из кармана наконечник стрелы.

– Это я вытащила из камня под потолком. Его не заметили и не убрали, когда подчищали следы.

Я взял наконечник – листовидный, мастерски изготовленный – и провёл по стальной поверхности пальцем. На одной стороне наконечника было изображено перо.

Если честно, я такого не ожидал. Думал, что тела Колидов забрали люди императора Искацин, но это оказалось не так. Мумии буквально отобрали у них силой.

Джанко кивнула.

– Я тоже была удивлена. Как показывают следы, в склепах сражались два отряда, совсем небольшие. Наземные маги и воздушные. Судя по остаткам крови на полу и стенах, победили воздушные. И это их наконечник. Воздушные маги из горной империи Фатору забрали тела Ратибора Колида и Камэко Чи.

Я задумался.

Неужели ничего не остаётся, как отправиться к воздушным магам?..

* * *

Чтобы посетить горную империю Фатору и остаться в живых, надо было подготовиться.

Для этого мне нужна была библиотека Атифы и её великие знания, но нам пришлось задержаться в Зелёной горе на несколько дней.

За это время Лидия, Юмико, Джанко и мои родители вылечили раненых.

Через пару дней Кика уже сняла повязку, на её руке не осталось и следа от сильнейшего ожога. Её брат Грич проходил с бинтами на голове чуть подольше. У него остался длинный шрам на виске, у правого уха.

Наоки Арадо, мама Мидори, чувствовала себя намного лучше, как и её отец, который тоже получил ожоги.

Дольше всех лечили Галея.

Он почти не выходил из домика, но я часто сидел рядом с его кроватью и тоже применял лечебные навыки. Учителю становилось лучше с каждым часом.

Галей ничего не рассказывал о своей схватке с Баженом Орловым, хотя я спрашивал. Но он только качал головой и хмурился.

– А ведь я так и не сказал Исидоре, что он её отец, – признался я.

– Он сам ей сказал, – ответил Галей. – Исидора потом говорила мне об этом, и я подтвердил, что Бажен не врал.

– И что она?

– Ничего. Хотя получается так, что сейчас она – единственная дочь Орлова. У его жены, принцессы Искацин, нет детей.

– Джанко беременна... – вдруг невпопад брякнул я.

Галей даже приподнялся на кровати от такой новости.

– Ох... опоссум... – Он так счастливо заулыбался, что в уголках его глаз появились слёзы.

Именно в такие моменты я вдруг вспоминал, что мой учитель стареет и становится сентиментальным, и что он, как никто из нас, одинок. Его бывшая жена, мать Мидори, снова обрела мужа, а приёмная дочь – отца. Бывший ученик – предатель. Ну а настоящий ученик вообще непонятно что вытворяет. Дерётся с полубогами, делает детей...

– Как прибудем в Котлованы, я создам для вас меч, – пообещал я, чтобы его подбодрить.

Галей вскинул брови.

– С каких пор ты у нас стал хорошим Оружейником, кей-кай? Да и зачем мне консервный нож?

Я тяжело вздохнул. Ещё один шутник, мать вашу.

Ну ладно, там посмотрим, что за консервный нож я сделаю.

Прошла ещё пара дней прежде чем мы отправились в обратный путь. Лидия и учитель Ёси остались в Зелёной горе, а все остальные, рассевшись по животным, покинули деревушку.

Теперь позади меня на Демоне сидела не мать, а Джанко.

Девушка крепко прижималась ко мне и порой я ощущал, что она украдкой целует меня в плечо. Странно было ощущать себя будущим отцом. Если честно, я ещё и со своим собственным отцом не разобрался, чтобы самому брать такую же ответственность.

Но Джанко настолько мне доверяла, что я постепенно свыкался с мыслью, что не такой уж я хреновый будущий папаша. Всю дорогу об этом думал, и порой мне казалось, что было бы правильным рассказать Джанко о том, что я видел в свитке, но в итоге решил её не волновать.

Всё это – слишком неясное будущее, а у меня имелась задача на ближайшее время: наведаться к воздушным магам и отыскать тела Ратибора Колида и Камэко Чи.

* * *

В Котлованы мы вернулись тем же путём.

Демон бежал впереди, остальные следовали за нами. Сейчас у нас имелось три пространственных животных, за счёт них расстояния казались не такими большими. Только несчастным варанам приходилось нестись следом без рывков.

За всю дорогу я ни разу не заметил, чтобы мать и отец разговаривали.

На привалах они сразу же разбредались в разные стороны, а ко мне подходили только по очереди. Они, конечно, ссорились и раньше, ещё в том мире, но сейчас между ними появилась стена. Всё чаще мама общалась с Галеем, а отец мрачно за этим наблюдал. Я же не вмешивался в их отношения, чтобы не усугублять. Считал, что сами разберутся, но всё равно приглядывал за ними.

Ночью мы наконец достигли Атифы.

– Не верится, что мы вот так просто входим в город подземных магов, – прошептала Джанко позади меня.

Не верилось и остальным, кто тут ещё не был. Даже Галею было не по себе. Казалось, он постоянно ждал нападения. Зато дети Хегевара не скрывали восхищения, а вместе с ними и Кика. Они ахали от восторга, разглядывая ледяные залы Атифы, их красивые улицы, древние храмы под землёй и узорчатые своды пещер над крышами домов.

Встречать нас вышла сама царица Заварра.

Она поприветствовала всех величественным и грозным кивком.

– Что же, изгнанники Стокняжья, добро пожаловать! Теперь мы с вами изгои, предатели и отщепенцы. Ощутите на себе, что это такое, и...

– У вас такой красивый город! – внезапно перебила её Юмико, всплеснув руками. – Просто загляденье! Я даже придумала для вас прозвище, как в Янамаре. Непокорная львица с ледяными когтями, охраняющая свою семью!

Заварра смолкла... а потом вдруг заулыбалась.

– Какая дерзкая девочка. Прямо как я в детстве.

– Меня зовут Юмико!

Мичи быстро прикрыл сестре рот.

– Простите, госпожа Заварра, она порой много болтает.

Родители Мидори тем временем обнимали дочь, а та не могла сдержать слёз, но когда увидела за моей спиной Джанко, заулыбалась. Они обнялись, будто никогда не враждовали, а всю свою жизнь были лучшими подругами. Ну а когда появилась Акулина, то объятия продолжились уже с ней.

Мне же почему-то снова стало не по себе и захотелось найти стул. Все три девушки поддерживали друг друга, но пока только одна из них знала правду о будущем из свитка.

Потом Мидори долго обнимала Тучку, а та верещала, как ненормальная.

Их объятия прервала Исидора.

– Где они? – Она обхватила Мидори за плечи. – Покажи, куда идти!

– Ты о ком? – не поняла та.

– Платон! Где Платон? И Лёва! Где они?

Мидори взяла Исидору за руку и поспешила по коридору дальше.

* * *

Два дня у меня ушло, чтобы прочитать от корки до корки все семь книг про артефакты Колидов. Я не делал записей, а запоминал всё самое важное: по каждому кубку, по атласам и по оружию.

Меч Колидов оказался очень непрост. Настолько непрост, что у меня глаза на лоб полезли, когда я узнал, на что он способен. А ведь Бахадур был прав: я действительно использовал это великое оружие как обычную железяку.

В книге треть страниц были посвящены особым техникам фехтования, и мне предстояло им ещё научиться. Чтобы запомнить мельчайшие детали движений, я брал с собой деревянный меч в библиотеку и занимался прямо в зале с алтарём и шестью богами. Настоящий меч Бахадур пронести мне не позволил.

– Стены библиотеки не пропустят тебя с оружием, кем бы ты ни был.

Порой он проверял, не разнёс ли я библиотеку к чёртовой матери своим деревянным мечом, а порой и сам помогал мне, раскрывая секреты подземных магов в работе с клинковым оружием. Они в этом были большие мастера. Бахадур подсказывал, какие книги можно ещё почитать, чтобы лучше освоить техники и узнать, как создавать хорошее оружие.

Столько в своей жизни я ещё не читал! Даже когда ходил с Исидорой в библиотеку Академии.

Всё утро я проводил среди книг, запасался знаниями, а затем после обеда занимался фехтованием с учителем, куда брал уже настоящий меч. Правда, пока что обычный, из арсенала подземных магов.

Иногда, после военных собраний, к нам заглядывал и отец. Они тренировали меня по очереди, и было странно видеть их вместе за одним делом, да ещё и в роли моих наставников.

Между ними не возникало напряжения, а вот я напрягался, если честно.

Отец как будто пытался восполнить для меня утраченное время, которое потерял, пока считался погибшим. Ну а когда заходила мать, то он сразу становился хмурым и неразговорчивым, потому что она обращала внимание только на Галея и меня. Приносила чай и местное печенье.

– Оно пресное и невкусное, зато плохо жуётся, – шутила она, отчего отец ещё больше мрачнел.

В эти моменты Галей старался найти причину, чтобы перенести тренировку на завтра и ретироваться.

Всё это наводило на меня тоску, но я обо всём забывал, когда наступал поздний вечер. Тогда я шёл в маленькую и очень скудную лабораторию, которую устроили Кика и Грич.

Там мы вместе разрабатывали сталь для нового меча Галея.

– А я уж думал, что Оружейник в тебе так и умер, не родившись, – смеялся Грич, когда я проверял на прочность очередную заготовку, морщил нос и говорил, что надо переделать.

Каждый вечер мы добавляли в алхимическую сталь всё новые материалы, которые приносил Бахадур, меняли составы и пропорции. Снова отливали меч за мечом, проверяли и дорабатывали.

Нам помогал Николай Кудинов.

Он умел делать не только бомбы, но имел тонкое чутьё при работе с металлами. И если бы отец Мидори не был варваром, то стал бы Золотым Мастером Материй и Инженером. Недаром с Кикой он быстро нашёл общий язык и сработался.

Ещё через неделю я наконец сказал заветную фразу:

– То, что нужно.

Мы создали алхимическую сталь для меча – такую, какую хотели. Прочную, твёрдую, упругую, лёгкую, не теряющую заточки, да ещё и с магическими свойствами к усилению соляных знаков на клинке.

Две последующих ночи я лично ковал и закалял этот меч.

В тишине Атифы раздавался звонкий стук молотов разной тяжести и размера, звенело эхо в сводах ледяных залов, трещал огонь в печи, а я всё колотил и колотил по мечу. Пот лился градом, рука отнималась – я впервые создавал оружие вот так, собственными руками, под своим полным контролем.

Для меня это было важно.

Я хотел отблагодарить своего учителя, как умел, и подарить ему меч, достойный Витязя Белого Ордена. И вот когда назавтра пришло время тренировки с Галеем, я принёс оружие в зал и с поклоном протянул его учителю.

Тот даже опешил.

Он уставился на меч, провёл взглядом по клинку и вензелям рукояти, по гравировке на гарде с янамарским иероглифом «сила духа», и поклонился в ответ.

– Спасибо, ученик. Это великолепная работа, достойная мастера. Говорю тебе как человек, который всю свою жизнь носил меч. Беру свои слова насчёт консервного ножа обратно.

– Да я не обиделся, – усмехнулся я. – Кстати, тут на кухне есть несколько банок консервированной рыбы. Можем опробовать.

Он рассмеялся, забрал у меня меч и мгновенно стал серьёзным.

– Великолепно, опоссум... Двенадцать соляных знаков, алхимическая сталь с магией. О великий Бартл... Золотой мастер Осирис умер бы от зависти. – Галей провёл ладонью по клинку. – Спасибо, Кирилл. Это ценный подарок, потому что ты сделал его сам, с трудом и благодарностью.

Я улыбнулся.

Галей редко выглядел счастливым, и сейчас был именно этот момент.

* * *

Перед отбытием из Атифы я попросил царицу отдать мне свиток с родословными Колидов и Чи. Пришлось долго её уговаривать, очень долго. Несколько дней.

– Это тебе не игрушка! – злилась она, ходя по залу туда-сюда.

По пятам за ней шагал её верный шакал и скалился.

– А вдруг у тебя отберут этот свиток? Или ты его потеряешь?

– Вы считаете, что у меня можно силой что-то забрать?

Она остановилась и колко заметила:

– Да, считаю. У тебя силой забрали всё, что ты имел, дорогой. Земли, дом и доброе имя.

Я скрипнул зубами.

– Этот свиток принадлежит роду Колидов.

Царица неожиданно смягчилась.

– Ладно, не злись. Бери. Но помни, что теперь подземные маги за его сохранность не отвечают. – Она погладила шакала по голове и добавила: – Ненавижу воздушных магов. Они чуть не уничтожили Атифу когда-то. Передай им, что Заварра считает их жалкими рогатыми тварями и хотела бы, чтобы их горная империя провалилась в бездну мрака. Так и передай.

Ничего я передавать не собирался, но дал ей высказаться.

Она уселась в свой ледяной трон. Пёс улёгся у её ног.

– И не забывай, что ты должен явиться сюда не позже чем через полтора месяца. Мы готовим новые силы, но без тебя всё это потеряет смысл, ты ведь понимаешь? Возьми с собой в путешествие самого сильного воина и самого серьёзного.

– Конечно. Самого сильного и серьёзного, – кивнул я.

– Самого надёжного и умудрённого опытом великих сражений.

– Есть у меня такой, да.

– Самого разумного.

– Это вообще его второе имя.

– Самого могучего и самого искусного.

– Ну разумеется.

* * *

Я взял с собой Мичи.

Когда он узнал об этом, то был на седьмом небе от счастья.

– Ну наконец-то, бледнолицый! Проветриться надо, а то я уже плесенью воняю! Мы с Профессором соберём самое необходимое в дорогу, не переживай.

– С кем?.. – не понял я и насторожился.

– С Профессором. – Мичи развернулся и издал забавный звук, будто поцокал.

Уже через пару секунд в коридоре показался ездовой варан в упряжи. Ящер подбежал к Мичи, ткнулся носом в его ногу и фыркнул, а потом метко выстрелил липким длинным языком и лизнул ему щеку.

– Хороший мальчик... хороший. – Мичи погладил его по бородавчатой серой морде.

Варан тут же начал издавать что-то похоже на «р-р-ру-у-у-р-р-р-ру-у-у», покрываться зеленью и отливать золотистым оттенком.

– Это он так радуется, маленький засранец.

– А почему Профессор? – усмехнулся я, глядя, как Мичи гладит варана, которого две недели назад ненавидел и обещал скормить котлованным упырям.

– Как это почему? – Он повернул ящера мордой ко мне. – Ты посмотри, какое умное лицо!

Лупоглазый ящер моргнул и уставился на меня.

– Ну да. Может, он тебе докторскую диссертацию напишет.

Мичи повернул морду варана к себе.

– Нет, брат. Пока он сойдёт только за младшего научного сотрудника, а там посмотрим. Но думаю, с другим профессором он всё же найдёт общий язык.

Он вдруг перестал улыбаться и с тревогой глянул на меня.