Текст книги "Клан Волка. Компиляция (СИ)"

Автор книги: А. Райро

сообщить о нарушении

Текущая страница: 42 (всего у книги 103 страниц)

Нужно было что-то другое, более сильное.

И тут глаза Монстра увидели микроскопический зазор между основанием клетки и полом. Это была свобода...

В ту же секунду его накрыло.

Буря в голове, звериная жажда.

Он окончательно забыл, кто он, и кто вокруг него. Его глаза видели только возможность выбраться из клетки. Неважно, какими жертвами. Он раскрошил бутылку в своей руке и рванул к полу, по пути отшвырнув от себя бросившуюся наперерез девушку-Следопыта.

Последнее, что осмыслило его сознание, прежде чем окончательно потерять контроль над телом – это как его руки покрываются красными татуировками, а когтистые пальцы обхватывают клетку и сдвигают её в месте зазора.

А потом... потом всё вокруг превратилось в мешанину из криков, запахов и скрежета.

– Держите кле-е-е-етку!! – выкрикнули позади девичьим голосом. – Не дайте ему вырваться! Он вас убьёт!!!

Чьи-то когти вонзились Монстру в спину.

Адская боль пробила мышцы, тёплая кровь потекла по позвоночнику.

Рядом снова закричали:

– Держите кле-е-е-етку! Держи-и-и-те, мать ва-а-а-ашу!!!

А Монстр уже ничего не видел.

В глазах стояла кровавая пелена. Одно он знал точно: клетка сдвинулась. Этого было достаточно, чтобы рвать на куски всех, кто встанет на пути к его свободе.

Раздался скрежет металла, кто-то завизжал от ужаса, а потом Монстра сшибло сильным ударом на пол. Он не видел, кто навалился на него сверху – всё расплывалось перед глазами.

Ощущался только запах женской особи... той самой... и напряжение её мышц, и её зашкаливающее сердцебиение.

Его шею обхватили сильные руки.

– А теперь превращайся обратно в человека, Следопыт! Давай! Превращайся обра-а-а-тно! Будь хорошим мальчиком!

Одним ударом он отшвырнул её от себя, как настырную муху, и снова бросился к клетке. Пальцы вцепились в железные прутья.

Через мгновение его снова сшибло на пол.

– Посмотри на меня!!! Я Акула! Вспомни!

На этот раз она не успела на него навалиться – Монстр сам бросился на неё, ухватил за одежду и швырнул в стену.

Клетка загремела.

– Акулина Андреевна! – завизжали где-то далеко. – У вас кро-о-о-о-вь! Беги-и-и-те!

– Нет уж! Я этому засранцу лучше шею сверну! – прорычало в ответ. – Дайте кнут! Быстро!

Учуяв сладкий запах плоти, Монстр рванул на неё. Вот теперь всё его естество хотело пожирать и убивать, красная пелена перед глазами начала светлеть, а зрение возвращаться.

Перед Монстром предстала девушка в полноценном образе Следопыта. В красных татуировках, мощная, злая и жестокая. И даже кнут в руке её не портил.

Да, неплохо было бы оставить ей потомство, но теперь убить её он хотел сильнее, чем использовать для продолжения рода.

Они сцепились в сватке посередине зала.

Девушка налетела на него, как бешеная. Хлестнула плетью.

– Я Акула, придурок! – выкрикнула она. – Посмотри на меня!! Разуй глаза!

От мощнейшего удара ногой у Монстра хрустнуло в позвонках.

Но его ответ не заставил себя ждать. Одним рывком он выдернул кнут из её рук, разорвал надвое, ну а сама девушка опять отлетела в стену.

Рухнув на пол, она перекатилась, молниеносно вскочила и, взяв разбег, подпрыгнула вверх, чтобы достать до потолка клетки.

Двигалась она быстро, как обезьяна, метала сверху ножи, но это ей не помогло.

Он достал её почти сразу, ухватив за ногу, и стащил вниз. Её когти вцепились в его голые плечи и резанули вниз, вдоль рук.

– А-а-а-х-х-х-с-с-с! – Нечленораздельный вопль оглушил зал.

Монстр обхватил девушку за шею, но тут же получил точный удар по яйцам. Потом ещё раз.

Не знаю, вопил ли он снова или нет, но боль была адская. Только благодаря ей девушка смогла вырваться из его хватки. Хрипя и задыхаясь, она отскочила, попятилась, а потом опять бросилась в драку, несмотря на крики:

– Уходите! Он вас убьёт!

– Мы удержим клетку! Только уходите!

– Акулина Андреевна! Не-е-ет! Не лезьте к нему!

Но она знала, что уйти он ей уже не даст – оставалось драться до конца.

– Кирилл! Пожалуйста! – выкрикнула она, и вместо ярости в её голосе послышалась мольба. – Я тебя прошу! Обратись в человека!

Ответом Монстра стала его клыкастая ухмылка.

– Козёл! Ненавижу тебя! – Она подпрыгнула и с разворота двинула ему ногой по лицу.

Красная пелена ярости опять накрыла его сознание.

В глазах потемнело, и желание убивать стало настолько сильным, что Монстр зарычал.

Дальше последовал выкрик «Держитесь! Мы идём к ва-а-а-ам!», а через мгновение всё заполонило мельтешение звериных морд, со всех сторон обрушились удары, оглушили рычанье и вой вокруг.

Кулаки Монстра хлестали всё, что попадалось рядом, когти резали чужую плоть, клыки вгрызались в тела и рвали, рвали, рвали...

И вдруг в чёрном тумане подсознания я увидел своё астральное тело, закованное в корку, и то, как крупная часть скорлупы трескается и отлетает, а лучи силы становятся ярче, разрезая тьму вокруг себя. Психодух освободил ещё одну часть.

...очнулся я у искорёженной стены клетки, лёжа на спине.

И первое, что услышал – тяжёлое дыхание рядом.

Медленно повернув голову, я увидел лицо Акулы, бледное, забрызганное кровью. Девушка лежала совсем близко, на боку, и смотрела на меня. Обессиленная, она даже шевелиться не могла.

– Это было эпично... Кирилл Миронович... – прошептали её дрожащие губы. – В последний момент мне показалось... что никто не выживет... но я справилась...

Хотелось бы мне утешить её и подтвердить, что именно она справилась с моей тёмной стороной, но, скорее, всего, вмешался психодух, не давший мне навсегда поехать крышей.

Его встряхнуло так, что он скинул с себя ещё часть сковывающей скорлупы. Возможно, во мне даже изменилось число активного резерва, хотя это надо было ещё проверить. И лучше сделать это у Йоны, а не в Академии.

Я сглотнул, смочив пересохшую глотку и хрипнул:

– Извини.

Внутри клетки, кто где, развалились избитые и израненные студенты, уже без звериных образов. Они еле дышали от усталости.

– Мы дрались с тобой два часа... – прошепелявил разбитым ртом Илья. – Еле тебя вымотали. Когда в следующий раз будешь превращаться в бешеного Следопыта, и у тебя сорвёт башню, сообщи заранее, будь добр. Я уеду из страны.

– В следующий раз ему будет легче, – сказал здоровяк-Следопыт, прикрывая подбитый глаз. – Он уже сможет себя контролировать. По крайней мере, я на это надеюсь. И кровь ему уже не надо будет пить. Но такого первого превращения я никогда и ни у кого ещё не видел.

– Зато никто не посмеет больше называть его верблюдом, – как-то без улыбки пробормотала одна из студенток.

– Даже я... – вдруг добавила Акулина.

Она медленно села на полу и навалилась спиной на клетку.

На бедре девушки алели полосы от когтей.

– Чёрт... извини... – пробормотал я, сам еле поднимаясь на локтях.

– За что? – вскинула брови Акула. – За то, что в тебе так много пассивного резерва? Я знала, на что шла. К тому же, после первого превращения у Охотника появляется свойство регенерации тела, так что раны заживут быстро. У тебя тоже их немало, кстати, и лучше бы обратиться в больницу.

Тут она была права.

Моё тело не просто ныло – его разрывало от боли, а ещё я истекал кровью. Кожа была исполосована ударами когтей, и пестрела укусами.

– Хорошо, хоть штаны не потерял... – выдавил я. – Хорошие штаны всё же...

Акула неожиданно рассмеялась, вперемешку со стоном боли.

Её смех подхватил Илья, потом – хлюпик Никон и здоровяк-Следопыт, а через пару секунд хохотала вся группа.

И да. Никто из них больше не называл меня верблюдом. Даже в шутку.

Я смотрел на них, криво улыбался и думал о том, что если Галей увидит меня таким, то, возможно, перестанет называть опоссумом.

* * *

Через час Охотников уже обработали в школьной больнице.

С лиц работников-Целителей не сразу сошёл ужас, когда они увидели мои раны.

А вот Акула отказалась от услуг Академии.

– У меня есть свой лечащий врач! – отрезала она, и к ней больше не приставали.

Весь в бинтах и примочках, я вызвался проводить её до верхолётной станции. Всю дорогу из головы не выходила мысль: поняла ли Акулина, о чем думал Монстр во мне, когда смотрел на неё.

Возможно, все желания были написаны на моей клыкастой морде. Но ни Акула, ни я об этом, конечно, не говорили.

Перед тем как попрощаться, девушка пожала мне руку.

– Без меня даже не вздумай превращаться, понял? Это опасно. Попробуем ещё раз, когда будешь тренироваться у меня вместе со своей командой.

Она запрыгнула в свой верхолёт и из окна кабины крикнула напоследок:

– И не забудь, что в ближайшую пару дней тебе захочется чего-нибудь вкусненького! Со свежей кровью, конечно! Крепись, Следопыт!..

Я проводил глазами её машину, пока та не скрылась в вечернем небе, а затем отправился назад.

Видимо, придётся на сегодня отменить тренировку с командой Витязей, потому что я еле ногами передвигал, башка трещала, тело желало упасть ничком и не шевелиться, а сознание – поскорее уснуть и забыть всю ту тёмную дрянь, что со мной сегодня произошла.

Но, несмотря на раны, я всё же решил немного отвлечься и полистать журнал, что дала мне Кика Гамзо. С «великими трудами» профессора Андронникова...

Эпизод 8

Прочитать труды профессора Андронникова мне удалось не сразу.

Я успел только завалиться на кровать под балдахин и открыть журнал на первой странице. Время как раз позволяло: тишина, Лёва ещё на занятиях, и никто не мешает. Даже перебинтованные раны не особо отвлекали.

Но тут в дверь тихо постучали.

Настолько тихо и настолько осторожно, что я нахмурился.

Каково же было моё изумление, когда на пороге я увидел Джанко. Как ей удалось уговорить смотрителя Храмова, чтобы тот её впустил?

Наверное, вопрос был написан на моей физиономии, потому что девушка быстро сказала:

– У меня есть разрешение от больницы. Я туда на практику устроилась.

Не дожидаясь ответа, она бросилась мне на шею, крепко обняла и забормотала:

– Я не знала, что ты так сильно пострадал на уроке у Охотников. Мне только сейчас сказали, и я сразу к тебе помчалась. Лекарство принесла.

– Да всё в порядке... – начал я, но сразу осёкся.

Мой организм как-то странно отреагировал на её объятие.

От неожиданности я даже замер, но почти сразу понял, насколько плохи мои дела.

На меня подействовали сразу две слабости – голод Охотника и привязанность Целителя. При этом голод усилил привязанность... а может, наоборот. Хрен знает.

Обрушилась тяжелейшая смесь реакций. Даже выразить сложно, будто одновременно захотелось всего и сразу.

– Джанко... тебе лучше уйти, – выдавил я и задержал дыхание, чтобы не чувствовать притягательный запах Джанко, сладкий, отдающий фруктами, и не ощущать движение крови в её венах.

Затем быстро отстранился, шагнув назад, и добавил:

– Меня уже в больнице обработали, ты же видишь. Перебинтовали, как мумию. Всё в порядке. Потом поговорим.

Но она, как назло, снова подошла и взяла меня за руку.

От прикосновения её теплых, даже горячих, пальцев зашумело в ушах, и пульс зашкалил так, что потемнело в глазах.

Одновременно с этим во рту появилась слюна, а мой внутренний Монстр вдруг объявил, что это идеальная пара для спаривания, и шанс упускать нельзя. От такого меня бросило в жар, потом – в холод.

– У меня ещё один урок. Извини. Надо срочно идти.

Я быстро высвободил руку и собрался выйти сам, буквально сбежать от искушения, но Джанко встала в дверном проёме, перекрыв мне путь.

– Нет у тебя никаких уроков, так Храмов сказал! Лучше признайся: у тебя голод, да? Ты впервые превратился, и теперь хочешь крови?

– Очень... хочу, – выдохнул я.

Знала бы она, что мне хочется не только крови.

Я снова попытался её выпроводить, оттесняя в коридор. Казалось, из-за разнородных желаний организма у меня отказали мозги, и я разом отупел, потому что даже отговорку нормальную не смог выдумать.

– Слушай, мне надо... ну... заниматься всякими делами.

– Какими «всякими делами»? – Джанко толкнула меня в комнату и зашла сама, закрыв за собой дверь. – Тебе надо голод подавить, а не по территории шляться. И я могу заглушить твой голод.

Ну вот зачем?.. Зачем она это сказала?

Один рывок – и мои руки обхватили девушку. Я приподнял её, прижав к себе так крепко, что у неё дыхание перехватило, а сердце бешено заколотилось от испуга.

– Кирилл, отпусти меня! – потребовала она, делая вид, что ей не страшно. – Я могу тебе помочь, у меня с собой лекарство. Знахари специально для тебя сделали. Сказали, что во время приступа голода ты должен его пить. Все два дня, а может, дольше, раз у тебя пассивный резерв такой большой...

Я лишь крепче обхватил Джанко, прижал к двери и поцеловал в шею.

Если бы на ней не было шарфа, пахнущего цветочными духами, то я бы не удержался и вонзил в неё зубы. Так тянуло глотнуть крови из её пульсирующей на шее вены.

Ну какой идиот послал её, чтобы принести мне лекарство? У другого Целителя было бы намного больше шансов меня им напичкать. Но точно не у Джанко.

Лучшим решением было бы изолировать себя от неё на пару дней, пока мне совсем не снесло крышу, но мои руки продолжали держать девушку мёртвой хваткой, будто добычу... или идеальную пару... или еду... я так и не понял, чего сильнее хотел мой организм.

Ощущение паршивое, стыдливое, но в то же время по-странному приятное.

Звериное нутро снова вырывалось наружу, брало надо мной верх, и теперь я, как никогда, понимал Демона, который каждую минуту хотел сожрать кого-нибудь. Как он вообще с этим живёт?..

Я принялся обнюхивать Джанко, как больной придурок. Её волосы и кожу. От ощущения, что сладкая кровь совсем близко, сознание туманилось.

А ещё Джанко была такая мягкая, тёплая, соблазнительная, беззащитная.

Показалось даже, что веса в девушке теперь не больше, чем в кошке – мышечная сила во мне заметно увеличилась, и я использовал её, чтобы не дать Джанко вырваться.

– Перестань... Кирилл, перестань... – пробормотала она смущённо и тревожно.

Только вместо того, чтобы наорать на меня и двинуть коленом между ног, как сделала бы Акула, Джанко прошептала:

– Это всего лишь слабости тёмного мага, и ты с ними справишься, я знаю. У Целителей – привязанность, у Жрецов – безумие, у Охотников – голод и желание убивать. Но это всего лишь слабости. Ты сильнее их всех, правда?.. А теперь отпусти меня. Ты ведь не хочешь мне зла.

Я ещё раз вдохнул аромат её волос, ещё раз поцеловал в шею, опять ощутив губами горячую пульсирующую вену. Зажмурился.

А потом отпустил.

Со скрипом зубов и болью в мышцах, но отпустил. Её слова повлияли на меня сильнее, чем сработал бы удар по лицу. Хотя при первом перерождении вряд ли даже Джанко со мной бы справилась.

Да и новости, по сути, были плохие.

Получалось так, что из-за большого пассивного резерва две слабости тёмных магов я отхватил по полной программе: привязанность и голод. Что будет, когда начнётся безумие? Этот вопрос возник и сразу исчез, подавленный другими мыслями.

Я вдруг подумал о том, что Джанко сегодня не уйдёт, а останется в моей комнате, потому что Лёву я выпровожу нахрен... ещё подумал о том, какая у Джанко нежная кожа... и фигура шикарная... что эта девушка создана, чтобы удовлетворить все мои желания, и начнёт она прямо сейчас... и вообще, почему она до сих пор не согласилась со мной встречаться...

Я сдёрнул с её шеи шарф и прижал к носу, вдыхая запах духов.

– Где там твоё лекарство? Дай мне его! Быстрее!

Она торопливо вынула из кармана плоскую металлическую фляжку и вложила в мою руку.

Через секунду я уже заливал в себя какую-то кислую пенистую дрянь, делая глоток за глотком.

Выхлебав около трети, я ощутил, как меня начинает отпускать. Голод притупился почти сразу, а вот привязанность не прошла. Победить её было невозможно, но за счёт утоления голода и она стала меньше.

Я посмотрел Джанко в глаза.

– И какой тупица выбрал именно твою кандидатуру, чтобы отнести мне лекарство? Я бы мог тебя...

– Вообще-то я сама вызвалась, – ответила она прямо. – Никто ведь не знает, что между нами духовная привязанность. Иначе мне бы ни за что не разрешили тебя посетить во время голода. Но я знала, что ты справишься.

– Ты переоцениваешь моё терпение. Я почти укусил тебя. И вообще... тебе лучше уйти. Меня отпустил только голод, а всё остальное – не отпустило.

Джанко сразу догадалась, что я имею в виду.

– Есть одна практика у Божественных Врачей, – быстро заговорила она, – называется «Сохранение света». Это удержание своего внутреннего «Я». Кажется, этим пользуются и Жрецы. Ты укрепляешь своё астральное тело огненной энергией. Так как все наземные маги почитают знак Ган, божество Огня, то можно укрепить дух с помощью солнечной энергии, например. Или света от открытого огня. Если почувствуешь, что теряешь своё «я», свой внутренний свет, то попробуй внимательно посмотреть на огонь или солнце, либо помедитировать под их воздействием.

– Надеюсь, не со свечой на голове, – уныло усмехнулся я.

– Можно и со свечой, если нет других вариантов, – ответила Джанко совершенно серьёзно. – Но, думаю, на голову свечу можно не ставить. Кто это тебе посоветовал?

– Да есть тут одна фанатка Андронникова...

Девушка тепло улыбнулась.

– Не волнуйся, ты справишься со всеми слабостями. Ты уже справился, когда отпустил меня. С этого и начинается подавление тёмной стороны.

Я вытаращился на неё, как на чокнутую.

– Так ты специально пришла, чтобы спровоцировать меня? Чем ты думала? Не надо так со мной играть! А если бы я не вытерпел?

– Но ты же вытерпел. – Она ещё раз улыбнулась и вышла из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь.

А я остался с фляжкой в одной руке, с шарфом Джанко – в другой. И в злом недоумении.

Эта девчонка либо слишком смелая, либо сумасшедшая на всю голову, либо гениальная Целительница, каких ещё не видела эта Академия.

* * *

Хлебнув из фляжки ещё пару раз, я решил вернуться к журналу.

Больше за тем, чтобы отвлечься от мыслей о Джанко, а не из-за мудрых трудов профессора Андронникова.

Кто б знал, что уже на второй странице меня так затянет, что я очнусь только через три часа, когда Лёва ткнёт меня кулаком в плечо и спросит, что со мной случилось, почему отменили тренировку с командой, и как так вышло, что я весь в бинтах, а ещё – что было на ужин.

Буркнув ему в ответ, чтобы он отвязался, я продолжил читать, будто боялся потерять строчку и уже её не найти.

А ещё моё подсознание постоянно задавало мне вопрос: какого чёрта ты не прочитал этого раньше, кусок дебила? Кика талдычила про Андронникова вот уже больше месяца, а ты даже не почесался, пока Исидора не сказала про его исследования.

Иван Андронников был не просто учёным – он был гением своего времени.

Да, чудаковатым, да, эксцентричным, но гением.

Именно он высказал предположение, что ещё до Эпохи Богов магия существовала.

Он объявил это в противовес официальному учению о том, что именно боги Бартл, Конвентина, Матамару и Сидх принесли первую магию и одарили избранных людей Знамениями, зачав первых магов вместе со смертными предводителями четырёх народов.

Оттого маги называют себя потомками богов и отвергают тех, кто не имеет Знамения, называя их варварами.

Андронников не опровергал это учение.

Он лишь говорил, что первая магия зародилась именно у варваров без Знамения. Это произошло в одном из воинственных племён рода Колидов, которые жили в своих семейных уделах на границе современного Стокняжья и Империи Римон и завоёвывали земли вокруг.

Учёный обнаружил места нескольких родовых захоронений Колидов и провёл там раскопки.

На стенах всех гробниц он увидел фрески с изображением двух человек, мужчины и женщины. Андронников назвал их главными правителями племени и, возможно, основателями рода Колидов. Как их звали, и когда они правили – тут его теории разнились. Одно он говорил прямо: этих двоих почитали на уровне божеств.

Исследовав бытовые и ритуальные вещи, учёный заметил также, что некоторые из предметов являются сильными артефактами, хотя ничего, вроде бы, этого не подтверждает.

Также он предположил, что теми артефактами не способны пользоваться другие маги, а только потомки самих Колидов.

Учёный датировал создание этих артефактов годами задолго до эпохи прихода богов. Он даже зарисовал все найденные предметы, но ни один рисунок не сохранился. Осталась лишь запись о том, что Андронников обнаружил четыре ритуальных янтарных кубка, две тетради из кожи и один меч.

Сами артефакты тоже пропали.

Почти сразу после того, как Андронников сообщил об открытии сообществу учёных, его труды изъяли, а самого профессора объявили шарлатаном, сумасшедшим, лгуном и вредным для общества.

В конспекте Кики были только описания тех найденных артефактов.

У меня даже сердце заколотилось, когда я прочитал:

«...небольшие квадратные листы из тёмной кожи, скреплённые замками из металла алхимического происхождения, неизвестного нам сплава. Зажимы так и не сдвинулись, а замки не открылись, как бы мы ни пытались на них воздействовать...».

А ведь Андронников описывал мой рунный атлас, никаких сомнений!

Один в один!

Я стиснул журнал пальцами и перевёл дыхание от волнения.

Ведь получалось, что отец где-то достал артефакт рода Колидов, а потом подарил его мне со словами: «Найди к этой вещи свой подход. Если ты откроешь секрет атласа, то он будет служить только тебе одному».

Неужели отец знал, что я смогу пользоваться этой тетрадью?

Тогда выходит, он знал и то, что...

– Да ну... нет, – прошептал я, закрывая глаза.

Мысль была настолько дерзкой и странной, что я не сразу сформулировал её в голове, а когда всё же осмелился, то меня охватил мороз.

«Ты – потомок древнего рода Колидов, раз смог пользоваться их артефактом», – так сказало моё сознание голосом отца.

Я медленно сел на кровати и уставился на Лёву, сидящего за рабочим столом, но будто не видел его.

В голове тем временем сопоставлялись факты, а они прямо говорили о том, что мои предки – родом из этого мира, а не из того, откуда я прибыл. Получается, я вернулся на родные земли, а не попал в чужой мир...

Но как те варвары из племени Колидов оказались в том мире?

Неужели смогли создать портал ещё тогда, в древности, чтобы спасти свой уникальный род от полного истребления?

Я задумался.

Служба Караванных порталов между мирами появилась не так давно, всего лет тридцать назад. И открыли портал именно учёные-маги из того мира. Тогда выходило, что все они получили силы от племени Колидов...

Значит, вот откуда там магия.

Её принесли отсюда!

Но тогда как появилась болезнь истощения манных сил? Здесь ею не болеют. Возможно, это просто отторжение магии, созданной в другом мире? Или какое-то «проклятие», как говорил отец?..

От вороха мыслей я схватился за лоб.

Вашу ж мать, это открытие было для меня слишком огромным!..

– Эй, Кил-лилл, ты над чем так стл-ладаешь? – прозвучал заинтересованный голос Лёвы. – Опять над эссе?

– А?.. – Я моргнул и снова уткнулся в журнал, пролистав страницы дальше.

– Никогда бы не подумал, что ты такой зубл-лила. Это Исидол-ла на тебя так плохо влияет.

Мне было плевать, что он там бормочет.

Всё моё внимание занимал текст из журнала, профессор Андронников и его гипотезы.

К примеру, он говорил, что во времена гонений варваров, после Эпохи Богов и в начале Эпохи магического развития, племя Колидов почти истребили. Последние из них были вынуждены покинуть свои земли.

Учёный предполагал, что такую воинственную и сильную родовую общину смогли уничтожить из-за того, что они были не так многочисленны. Дело в том, что их браки заключались при тщательном отборе, чтобы максимально сохранить уникальные магические силы Колидов.

Магия передавалась, как по мужским, так и по женским линиям, но пару для продолжения рода обязательно выбирали по силе астрального тела, а если сильной пары не находилось, то одна из родовых линий Колидов прерывалась. Они выбирали бездетность, нежели заведение потомства от слабых магов.

– Ах ты чёрт... вот это охренеть...

Я всё шептал «вот это охренеть», а сам продолжал читать конспект Кики, взахлёб, строчку за строчкой, не замечая кривого почерка, не замечая бормотания Лёвы и боли под бинтами.

Весь мир для меня перевернулся.

Теперь я узнал и насчёт того, почему тогда, на уроке Коровина, меч от Золотого Мастера Осириса изменился прямо в моих руках, хотя активного резерва во мне было всего на сто единиц.

Племя Колидов, якобы, владело мастерством управлять силой своего астрального тела.

Сейчас это называют числом активного резерва. Так вот, те древние маги умели увеличивать его или уменьшать при желании. Это родовое свойство было тайным и передавалось среди элиты Колидов, только по одной родовой линии.

Значило ли это, что я имею к ним отношение?

Похоже, что имею.

Единственное, что не складывалось насчёт меня – это то, что Колиды не владели психодухом. У них вообще не было такого понятия. Они пользовались только силой астрального тела.

Я нахмурился.

В школьных учебниках говорилось, что психодух – это дополнительная способность астрального тела, которая появляется после восемнадцати лет. Причём, она возникает лишь при высоком числе резерва – больше тысячи.

Многие маги этого мира не имели психодуха, потому что не обладали высоким числом резерва. Для этого им нужно было обучаться в таких заведениях, как эта Академия, и специально развивать силу астрального тела.

Тогда возникал вопрос: а у меня откуда психодух?

Да ещё в таком возрасте.

Может, я всё-таки не имею отношения к племени Колидов? Но как быть с атласом? Ведь я им пользуюсь. Да и меч Осириса в моих руках среагировал, будто на тот момент число моего активного резерва выросло сразу в десять раз, а потом упало до прежних ста единиц.

Я дочитал конспект до последней страницы и вновь уставился на Лёву, который, в свою очередь, уставился на меня.

– И что ты там читал так увлечённо?

– Много всякого... – пробормотал я, потерев лоб. – Эссе придётся переписывать.

– Мне кажется, ты пл-лидаёшь слишком большое значение этому эссе, у тебя даже лицо бледное от напл-ляжения, лучше бы поужинал, – вздохнул Лёва и снова уткнулся в своё домашнее задание.

Я лёг на кровать, обняв журнал, и уставился в потолок балдахина.

Мыслей было столько, что трещала башка.

Хотелось прямо сейчас рассказать всё Галею, но я решил повременить и дождаться первой тренировки у Снеговых. Мне ещё многое предстояло выяснить, прежде чем делать железные выводы.

* * *

Наутро я снял часть бинтов и убедился, что Акула оказалась права: регенерация тела у Охотников была невероятной. Часть порезов от когтей почти заросли и теперь не приносили боли, хотя некоторые раны всё же предстояло заживлять подольше.

А недурно!

Да, плата за такое была неприятной, но и способность Охотника к восстановлению тела стоила того.

Чувствуя себя очень даже неплохо, я отправился на уроки и поначалу не испытывал сильного голода, даже рядом с людьми. После обеда мне удалось отыскать Кику и вернуть ей журнал.

– Как ты быстро прочитал, – удивилась она. – Интересно было?

– В целом, нескучно, – пожал я плечами. – Какие-то моменты были занимательными. Спасибо.

Она сунула журнал себе в сумку.

– У меня сегодня утром какая-то секретарша с вашей Линии интересовалась, что именно ты взял у меня почитать. Ну я сказала, что это конспекты по Мировой Магии. Не понравилась она мне.

Я нахмурился.

Значит, Елизавета Бык из «Железного Бутона» всё ещё изображает секретаря Коровина и продолжает наводить обо мне справки.

– Хорошо, что не сказала про журнал, – поблагодарил я Кику. – Это же для общего развития. Тем более, что профессора Андронникова считают чокну...

Девушка сощурилась, пронзив меня взглядом.

–...считают непризнанным в обществе учёных, – поправил я сам себя.

Встречаться с «секретарём Лизой» мне совсем не хотелось, но следующим сдвоенным уроком в моём расписании значилось как раз занятие у Коровина.

И Лиза тоже там была.

Друг на друга мы не смотрели, но я кожей ощущал её присутствие и взгляд, будто находился под лупой. Девушка вела себя как обычно: всё так же невинно хлопала ресницами, улыбалась, кивала учителю и говорила, что он великолепен.

А Коровин всё больше заваливал её заданиями.

Когда учитель объявил о тренировке по «Влиянию на оружие» и велел взять мечи со стенда, Лиза перестала делать записи в блокноте и внимательно уставилась на меня, подойдя ближе. Она даже не скрывала, что следит за каждым моим движением.

Сейчас её интересовало, что произойдёт, когда я возьму в руки меч от Осириса.

И... ничего не произошло.

Без каких-либо эмоций я взялся за рукоять и, как обычно сделав разминку, отправился на поединок с Егором-Глыбой.

Лиза ещё понаблюдала за нами и принялась снова что-то записывать в блокнот. Наверняка, она знала о том, что видел Салиман на уроке у Мастеров Материй: как меч в моей руке удлинился прямо на его глазах (если он, конечно, рассказал об этом кому-нибудь).

В любом случае, она была свидетелем этого явления ещё на первом уроке у Коровина, а теперь проверяла ещё раз, ну а я надеялся, что она не догадается связать это с трудами профессора Андронникова, хотя с мозгами эта «железобутонная» Лиза, конечно, проблем не испытывала.

После занятий у Коровина я отправился на два факультатива подряд.

И если первый из них – по иностранному языку – прошёл, как и в прошлые разы, вполне сносно: я раз сто повторил за учителем фразы из языка подземных магов, выучил разницу между временами и даже смог приемлемо произнести по-ниудски: «Как дела?», «Это библиотека», «Измаил – столица Стокняжья», «Да здравствует Славная Сотня!» и «Великий День Бартла».

А вот второй факультатив стал для меня сущим адом.

И дело было вовсе не в учителе и не в предмете.

На этом факультативе я столкнулся с Джанко – оказывается, она тоже записалась на дополнительные уроки по «Истории культурного наследия».

Увидев меня, девушка махнула рукой и подсела за мой стол, за которым сидели ещё двое парней.

– Можно к вам, мальчики? – спросила она без тени кокетства.

Ясное дело, никто возражать не стал: красивой янамарке сразу же нашлось место – аккурат напротив меня.

Она опять провоцировала мои слабости, это было видно по взгляду, который она то и дело бросала на меня. А ведь за целый день я только три раза прикладывался к фляжке с кислым зельем от Знахарей из школьной больницы. К тому же, обычное ощущение голода нельзя было даже близко сравнить с той реакцией, которая наваливалась на меня в присутствии Джанко.

Она отлично это понимала, но всё равно села напротив.

Я задержал дыхание, быстро вытянул из кармана лекарство и сделал крупный глоток. Затем достал из сумки её шарф, но вместо того, чтобы, как в прошлый раз, прижать его к носу, я передал вещицу через стол, чтобы вернуть девушке.

– Ты вчера у меня забыла.

Парни переглянулись, сделав по этой фразе свои выводы, а Джанко лишь загадочно улыбнулась и забрала шарф.