Текст книги "Чужая земля (СИ)"
Автор книги: Велес
сообщить о нарушении
Текущая страница: 24 (всего у книги 32 страниц)
Демоны пустоши
– Вот и командир! – воскликнул Вольт, увидев заходящую в комнату отдохнувшую часть группы. – Утро вам. Докладываю: демоны свалили в неизвестном направлении, и у меня есть подозрение, что нам туда и нужно двигаться.
– Чувствую я, что наша разведка грозит провалом, если данные товарищи на базе запуска ракет расположились, – зевая, ответил Сварог. – Ну, будем посмотреть, так сказать.
Гончая, глядя на командира, тоже широко зевнула, открыв нам акулью пасть.
– Командир, – обратился к Сварогу Паук. – Тут ещё проблема. Чувствую, что укол в подземельях не прошёл для меня бесследно. Следите за моим поведением. Возможно, придётся меня убрать. Или, если я буду в сознании, покину вас сам.
Гончая встала и, подойдя к Пауку, ткнулась ему носом в руку.
– Отставить пораженческие разговоры, – ответил на это Сварог. – Вон, видишь, даже монстрина за тебя переживает. Итак, куда они ушли?
Вольт, подойдя к окну, показал направление.
– Нам в ту же сторону, – вставил свои пять копеек Паук.
– Значит, идём медленно и аккуратно. – Сварог задумчиво потёр переносицу.
– По крышам можно, – раздался голос Иловайского. – Смотрите, по левой стороне все постройки тянутся в нашем направлении и практически стоят вплотную друг к другу.
Мы, посмотрев, куда показывал Пётр Сергеевич, вынуждены были с ним согласиться. Преимущественно двухэтажные дома, кое-где соединённые арками, тянулись вдоль улицы сплошной стеной.
– Значит, так. – Сварог дослал патрон в патронник. – Вперёд, господа-товарищи. Выходим наружу, заходим вон в тот магазинчик. – Он показал на первое в веренице здание. – Ищем выход на крышу и двигаемся вперёд.
На улице было так же тихо: только шелест мусора, который ветер гонял по дороге, нарушал эту мёртвую тишину. «Калачи и хлеб от братьев Безносовых», – гласила вывеска на нужном нам трёхэтажном здании. Похоже, что семейство Безносовых жило прямо на производстве. Двери ожидаемо были заперты. Пётр Сергеевич быстро справился с внутренним замком. Тот щёлкнул, и дверь открылась, обдав нас затхлым запахом.
Прилавок продавца и пустые стеллажи. Либо хозяева эвакуировались вместе с содержимым, либо всё со временем превратилось в прах. Дом издавал звуки. Ещё пройдёт немного времени, и он умрёт. Какие-то скрипы и постукивания – казалось, дом тяжко вздыхает.
За прилавком была ещё одна дверь, в этот раз не запертая. Она вывела нас на винтовую лестницу. На втором этаже – пара кабинетов и столовая, на третьем – спальные комнаты. Везде царило запустение, воздух был тяжёлым из-за закрытых наглухо окон. В конце коридора обнаружился люк, сверху свисала цепочка. Потянув за неё, Стародуб опустил складную лестницу, ведущую наверх. Сварог первым ступил на неё и сразу же провалился сквозь сгнившую ступень.
– Чёрт, – послышалось от него. – Костя, найдите что-нибудь, с чего подняться можно. Лестница сгнила напрочь.
– Я в спальне видел сундук. – Стародуб показал на ближайшую к нам дверь. – С него должны достать.
Мы с Вольтом нашли искомое и приволокли тяжёлый, окованный железом сундук к проёму.
– Вот и причина. – Оказавшись наверху, командир показал на зияющую дыру прямо над лесенкой. – Дожди сделали своё дело. Хорошо, что крыша ещё хоть где-то держала влагу, иначе пришлось бы искать другой выход.
Гончая, которая теперь не отставала от нас ни на шаг, просто запрыгнула, молнией залетев в чердачное помещение.
– Сюда! – послышался голос Паука, который уже выбрался на крышу дома через смотровое окно.
Мы выбрались на покатое покрытие, которое соединялось с уже плоской крышей следующего здания.
– Ну, вперёд. – Сварог первым двинулся по нашему неустойчивому пути. – Смотрим в оба, особенно куда наступаем.
Гончая уже ускакала по крышам далеко вперёд, затем вернулась к нашей группе.
– Вот, у нас и проводник есть, – сказал Паук, погладив её уродливую голову.
Особняк
Решётка забора, упав на дорогу, громко лязгнула. Юрий, Один и Дамир спешились и сразу открыли огонь по двум заражённым, которые бежали в их сторону и стреляли прямо на ходу. Огневая подготовка тёмных оставляла желать лучшего, поэтому их упокоили быстро. Крик из дома раздался вновь. Группа Юры оставила Бабку с Тимохой в броне.
– Не пропускайте никого ни в дом, ни из дома, – отдал им приказ Юрий. – Связь по рации. Романыч – с нами.
И они впятером скрылись за дверью, откуда появились заражённые. Это был чёрный ход особняка, и группа Юры оказалась в узком коридоре, заставленном всяким хламом. Кое-как протиснувшись через нагромождения мебели, мешков и старой одежды, свёртками лежавшей на пути, они вышли в холл, нарвавшись на огонь тёмных. Оставив Фому в коридоре, группа рассредоточилась, нашла укрытия и открыла ответный огонь.
– Чисто, – послышалось от Дамира. – Ещё четыре минус.
Сверху послышалось рычание, и на широкой лестнице, ведущей со второго этажа, показалась одна из тварей, ведомая Пастырем. Самого его, впрочем, видно не было, как и ещё двух гончих. Существо спустилось и, несмотря на вновь открытый огонь, гигантским прыжком кинулось в сторону Дамира и Руслана. Пули рвали её плоть, но тёмная сущность пока не думала умирать. Выстрелы со стороны Юры и Одина стихли: гончая была уже возле Дамира, у которого заклинил автомат. Руслан продолжал стрелять, но тварь уже замахнулась лапой с огромными когтями и полоснула Дамира по груди. Тот упал и, истекая кровью, дослал-таки патрон в патронник и полоснул очередью прямо в морду существу. Гончая остановилась, тряся мордой и разбрызгивая кровь. Точку поставил Руслан, выпустив в тварь с десяток патронов. Автомат щёлкнул, фиксируя затворную раму. Гончая, постояв ещё немного, завалилась набок, придавив Руслана.
– Рус! – крикнул Дамир и бросился к товарищу.
Юра с Одином, держа на прицеле лестницу, тоже начали двигаться к раненому. Однако сверху пока никто не появлялся.
– Всё, – тихо сказал Дамир подошедшим. – Рус ушёл.
Он закрыл остекленевшие глаза Руслана.
– Первые потери в отряде, – тихо произнёс Юрий.
– Простите, бога ради, – прошептал из-за двери Романыч. – Какой-то сильный Пастырь попался. Я не смог перехватить управление. Он и сейчас на меня давит.
– Фома, держись, – ответил Юра. – Не хватало ещё и тебя потерять.
Сверху в очередной раз послышался душераздирающий крик.
– Вперёд. – Юра встал и двинулся к лестнице.
На втором этаже особняка их ждали. Пастырь, окутанный клубящейся тьмой, выбрасывал в разные стороны щупальца тумана. По обе стороны от него стояли гончие, тоже окутанные тёмными всполохами. За ними вновь раздался крик и резко оборвался. Гончие начали медленно приближаться. На пули, летящие прямо в них, тёмные создания не обращали никакого внимания. Каждую пулю поглощала тьма, не давая причинить им вред. Со стороны Пастыря послышались звуки, похожие на смех…
Демоны пустоши
Поход по крышам не был похож на прогулку. Шли, аккуратно ступая, так как все конструкции зданий от времени пришли в упадок. Кое-где приходилось буквально ползти по-пластунски, дабы не провалиться вниз. Гончая, несмотря на это, резво бегала, то удаляясь от нас, то приближаясь. Подождав, когда мы доберёмся до неё, снова убегала.
– От неугомонное создание, – выразил отношение к беготне существа Иловайский.
В очередной раз дождавшись нашего приближения, Кадехо, как окрестил тёмного Паук, зарычал в сторону внутреннего двора, мимо которого мы передвигались. Мы застыли на месте.
– Костя, Вольт, – тихо прошептал в рацию командир, хотя его и так было слышно. – Разведка.
Мы проползли к краю и, быстро выглянув, спрятались за кирпичной кладкой.
– Пятеро, – тихо доложил в рацию Вольт. – Демоны пустоши. Вооружённые. Смотрят наверх. Похоже, нас раскрыли.
– К бою, – отдал команду Сварог. – Рассредоточились, держим периметр. Вольт и Костя – снайперская группа.
Я снова быстро выглянул в полутёмный двор, в котором противника уже не было видно.
– Командир, они, похоже, уже внутри.
Особняк
– Перезарядка! – крикнул Дамир и, меняя магазин на автомате, случайно включил тактический фонарь.
Свет попал на одну из гончих, тьма вокруг существа начала рассеиваться. Юрий перевёл огонь на неё и очередью в голову упокоил тварь.
– Свет! – крикнул он и включил свой фонарь.
Вторая гончая попыталась прыжком уйти в сторону, но ей помешали стены коридора. Свет обнажил её тело, и Дамир прострелил ей голову. Пастырь, не став дожидаться своей участи, скрылся в ближайшей комнате, откуда до этого были слышны крики.
– Бабка! – крикнул Юра в рацию. – Светошумовые есть?
– Да, – послышалось в ответ. – Три штуки.
– Пришли Тимоху, пусть Романычу передаст, – скомандовал Юрий.
Они медленно стали приближаться к двери, за которой скрылся Пастырь.
– Вот. – Фома, успевший подняться к группе, передал три гранаты.
– Фома, на счёт «три» открывай дверь. – Юра взял одну гранату в руки.
Романыч подошёл к двери.
– Три!
Фома резко её распахнул. За дверью клубилась тьма, сплошной завесой доходившая до самого проёма. Юрий закидывал внутрь светошумовые, по очереди активируя их. После третьей Романыч закрыл дверь. Внутри послышались хлопки разрывов и дикий вой.
– Вперёд!
Юра, распахнув дверь, кинулся внутрь.
Демоны пустоши
На крыше укрытий не было. Единственный выход на неё находился в кирпичной будке, и я, как и вся группа, взял на прицел дверь. Воцарилась тишина, нарушаемая лишь шорохом ветра. Ожидание было достаточно долгим, и у меня уже начали затекать руки. Кадехо, забежав за будку, сел рядом с ней справа, не проявляя признаков агрессии.
– Похоже, что не по нашу душу, – прошептал Сварог.
И тут же, опровергая его слова, дверь распахнулась. Из темноты проёма вылетела стрела, чиркнула меня по щеке и унеслась дальше. Мы с Вольтом начали стрелять одиночными в темноту. Гончая отпрыгнула в сторону, как только дверь распахнулась. Больше выстрелов изнутри не было, и мы прекратили огонь.
– Граната! – крикнул Георгий и, размахнувшись, кинул внутрь РГД.
Мы бросились на нагретую солнцем крышу. Раздался глухой взрыв, и из проёма вырвался клуб пыли. Гончая отпрыгнула к краю крыши и зарычала уже в другую сторону. Пока мы держали проём под прицелом, Паук подбежал к своему питомцу.
– Они уходят! – воскликнул он и начал прицельно стрелять сверху.
Мы перегруппировались, подбежав к нему. Троица созданий пустоши тащила своего товарища. По всей видимости, ему досталось от взрыва гранаты. Четвёртый повернулся к нам, вскинув арбалет.
– Прекратить огонь, – скомандовал Сварог. – Бесполезно всё равно, не тратьте БК.
Демон пустоши, словно поняв командира, опустил арбалет и, что-то прощёлкав в ответ, развернулся и побрёл за своей группой.
– Ну, теперь начнётся веселье, – пробормотал Сварог. – Сколько нам ещё осталось?
– Вёрст пять примерно, – подал голос Стародуб.
– Глядите! – крикнул Иловайский.
Создания пустоши попались в засаду, задев, скорее всего, тонкую, практически невидимую снизу паутину. Четыре огромных паука уже обездвижили троих белой липкой субстанцией, и те, пытаясь выбраться, ещё больше в ней запутывались. Арбалетчик пытался отогнать арахноидов, стреляя по ним из своего оружия, но тщетно. Вскоре и он, неловко поскользнувшись, упал и был опутан нитями паутины. Пауки потащили жертв в здание, через которое нам предстояло идти.
– Час от часу не легче, – резюмировал произошедшее командир.
Особняк
Тьма от вспышек частично рассеялась. По центру комнаты лежало расчленённое тело, вокруг которого кровью была нарисована пентаграмма. Голова, лежавшая в центре знака, как ни странно, оставалась живой: несчастная раскрывала рот, силясь закричать. Юра одиночным выстрелом упокоил её. После прогремевшего выстрела остатки тьмы начали быстро рассеиваться. Кроме жертвы, в комнате никого не было.
– Осмотр, быстро, – отдал команду Юрий. – Где-то должна быть дверь.
Искомое нашлось быстро. В стене, сливаясь с вычурными узорами, скрывался немного приоткрытый проём, который обнаружил Дамир. Кто-то не успел закрыть его до конца. Отворив потайную дверь, они увидели ступени, резко уходящие вниз, в кромешную тьму.
– Фонари.
Юра включил свой, и группа, следуя за лучами света, начала спускаться. Впереди раздался вскрик, и они ускорились. Ступени привели команду в узкий кирпичный тоннель высотой в человеческий рост. Впереди кто-то лежал на полу. Подойдя ближе, они увидели женщину средних лет в белом халате. Кто-то воткнул ей нож прямо в центр груди.
– Недавно умерла, – произнёс Дамир, потрогав шею жертвы. – Ещё тёплая.
И снова посторонний звук – скрежет металла где-то впереди. Друг за другом напарники побежали на звук, ведомые командиром. Лучи света, мелькавшие по кирпичной кладке тоннеля, и прерывистое дыхание, эхом отражавшееся от стен, придавали происходящему какой-то сюрреалистичный оттенок. Словно они находились в замке из древних сказаний.
Бежали долго. Сил уже не оставалось, когда Юра резко остановился. Источником звука оказалась настежь открытая деревянная дверь, обшитая металлом. За ней – решётка и выход за территорию города.
– Это мы через полгорода промчались, – заметил Один.
Они вышли наружу.
– Ушли. – Трактирщик сплюнул. – Теперь точно не с кого спросить. Возвращаемся, только выход запереть как-то нужно.
Так же, друг за другом, они вернулись к выходу в дом. Наверху царила нездоровая суета. Городовой привёл с собой, как и обещал, десяток людей. Те встретили группу в комнате с трупом, нацелив на неё какие-то ружья древнейшего вида. Юра медленно опустил автомат и поднял руки.
– Что это, чёрт побери?! – Расталкивая своих бойцов, к ним вышел Вазенмиллер.
Глаза его горели от ярости. Он продолжал кричать, тыкая пальцем в останки жертвы:
– Объясните мне, какого лешего тут произошло?!
– Успокойся. – Один вышел вперёд. – Дом осматривали?
– Нет пока ещё. – Городовой сбавил тон.
– Так, – вступил в разговор Юра. – Мы услышали крики и не стали дожидаться вас. Трёх тварей мы уничтожили, но их погонщик, которого мы называем Пастырем, успел скрыться через потайной ход. Пока неясна судьба семейства губернатора, поэтому предлагаю разделиться на группы и обыскать дом сверху донизу.
Взяв с собой троих людей городового и Одина, Юра потопал на самый верхний этаж, отдав остальные этажи Вазенмиллеру. Тут оказалось всего три комнаты. Первой был кабинет губернатора с массивным столом, типичным для большинства государевых людей, и книжным шкафом. Следующее помещение – спальня с огромной кроватью, смятым постельным бельём и трельяжем, заставленным всевозможными флакончиками. Здесь тоже не было ни души.
В последней комнате, в тёмном углу, сидел глава города, съёжившись и опустив голову меж колен. Он тихо раскачивался и что-то бормотал.
– Ватутин, – окликнул его Один.
Губернатор поднял голову. В его глазах клубилась тьма.
– Она сказала, я буду жить вечно, – начал он говорить чётко и членораздельно. – Но она не сказала, что это будет так.
Под дулами автоматов он встал.
– Мы убили их, понимаете? Всех, кто служил нам на протяжении многих лет. А она ушла. – Он вдруг начал смеяться. – Ушла с этим уродом.
Он сделал шаг навстречу.
– Да вы не волнуйтесь. – Ватутин показал пальцем на их оружие. – Я не жилец. Оно внутри меня и пытается меня вылечить.
Он сложил пальцы в фигу и ткнул ей себе в лицо.
– Хрен тебе, а не Ватутин! – истерически крикнул он. – О! Глядите-ка, Вазенмиллер собственной персоной!
Губернатор ткнул всё той же фигой в сторону за их спинами. Повернуться они не рискнули – мало ли. Но, раздвинув группу, в комнату зашёл городовой в сопровождении двух людей.
– И судья здесь. – Ватутин ткнул в одного из них. – Что, Гриша, убить меня пришёл? А ведь ты тоже мечтал жить долго?
Губернатор залился истеричным смехом.
– А ты кто таков?! – спросил он у второго.
– Я из ордена. Магистр Панасенко, – назвался тот. – У меня приказ доставить вас к нашему руководству.
– А вот это уже хрен вам. – К орденцу повернулся трактирщик. – Не покинет он стены этого помещения.
– На-кося, выкуси! – вдруг крикнул Ватутин и упал на спину в конвульсиях.
Из его рта обильно потекла пена. Вскоре он затих. Магистр ордена подошёл к телу, опустился на колено и с шумом втянул в себя воздух.
– Мышьяк, – резюмировал он и встал. – А вы, молодой человек, зря так к нам относитесь. – Он посмотрел немигающим взглядом на Одина. – Я от Стародуба, присматриваю за городом. Мы отделились от основного ордена и поселились здесь. На земле лучше, чем под землёй. За нападение на таверну и якшание с демонами мы не ответственны.
– Судья, вы всё видели, – обратился городовой к немолодому уже мужчине с седыми волосами.
– Вазенмиллер, – ответил тот. – Я видел более чем достаточно. Ищи себе преемника. Властью, данной мне, назначаю тебя губернатором нашего города.
Он развернулся и, выходя из спальни, бросил через плечо:
– Приберись здесь, и чтобы ни одна собака не узнала, что тут произошло.
Выйдя, он громко хлопнул дверью. Вазенмиллер вздрогнул от хлопка и произнёс:
– Вот жеж…
Демоны пустоши
– Ну, как поступим? – Сварог решил посоветоваться с нами. – Арахниды нам союзники или нет? Я бы не стал доверять таким… Хм… – Он запнулся. – Существам.
Ситуация разрешилась сама собой. По стене на крышу здания залез один из пауков и, не рискуя приближаться к нам, замахал передними лапами.
– Смотри-ка, – заметил Иловайский. – Похоже, знаки подаёт.
Арахноид, закончив махать конечностями и посчитав свою миссию выполненной, скрылся в здании, уйдя тем же путём.
– Похоже, всё же союзники, – заметил Вольт.
– Всё равно я им не доверяю. – Сварог повернулся к Гарику. – Георгий, ты же вроде как переводчик. Переводи, что он нам там намахивал.
– Он молча это делал, – ответил Гарик. – Но если спрашиваешь моё мнение, агрессии он не проявлял. Вроде как говорил, что путь свободен.
– Ну что? – Сварог оглядел нашу компанию. – Рискнём? Вон и собачка Паука уже там.
Гончая действительно уже стояла на крыше логова арахнидов и смотрела на нас.
– Давайте я первый.
Орденец принял решение и, не дожидаясь одобрения, пошёл по крыше, приближаясь к своему питомцу. Кадехо, не двигаясь, ждал Паука. Орденец подошёл к гончей и, достав что-то из вещмешка, кинул ей. Гончая, высоко подпрыгнув, поймала вкусняшку и легла возле ног орденца. Держа под прицелом периметр вокруг них, мы медленно ступили на крышу логова и, пройдя по ней, устремились к своей цели.
– Ты, – выговаривал на ходу командир Пауку, – умереть хочешь? Дак убейся вон с разбегу да с крыши.
– Командир, – отвечал ему орденец. – Дык я того, этого. Георгий же сказал, что нормально всё. Да и Кадехо там стоял.
– Без приказа больше ни шагу в сторону. Понял? – Командир был зол. – Не дадим мы тебе ни в кого превратиться. Понял? Нашего Фому видел?
Орденец молча кивнул.
– Так вот, – продолжил Сварог. – Он был человеком и, несмотря на изменения, им остался!
Паук удивлённо посмотрел на командира, а потом на нас.
– Да, – подтвердил Вольт. – Командир абсолютно прав.
– А если командир не прав, – закончил я фразу, – смотри пункт один, который гласит, что командир всегда прав.
Орденец наконец-то улыбнулся. Их разговор перебил Стародуб:
– Конец пути, братья.
Это был последний дом в сплошном ряду. Далее следовали отдельно стоящие пяти-, трёх– и двухэтажные постройки.
– Дальше придётся идти по улицам. – Командир обратился к Стародубу. – Направление какое?
Тот махнул рукой по ходу движения.
– Дык прямо, как и шли. Немного осталось.
– Нужно разведать местность. – Сварог показал на ближайшее пятиэтажное строение. – Предлагаю там подняться. Аккуратно за мной, заходим в дом и спускаемся.
Мы пробрались через смотровое окно на чердак дома. Паутина, какие-то старые вещи, мебель и поднятая нами пыль. Иловайский чихнул, подняв её ещё больше, и показал на квадратный люк по центру чердачного помещения.
– По всей видимости, нам туда.
Гарик, зацепив металлическое кольцо люка, откинул его. Облако пыли поднялось вокруг Георгия. Мимо него молнией проскочил Кадехо, скрывшись в коридорчике. Мы спустились на верхний этаж дома. Это было похоже на гостиницу. Множество дверей, коридор заканчивался широкой лестницей, ведущей вниз. Тишину вдруг нарушил звук, который мы слышали ранее, – громкий протяжный гудок. Он был явно ближе.
– Снова созывает группы? – предположил я.
– Возможно, – ответил командир. – Давайте вниз, проверим обстановку на улице.
Гончая уже стояла у входной двери на первом этаже. Тут была стойка регистрации, окна снаружи закрывали металлические ставни. Кадехо коротко рыкнул на дверь и сел, оглянувшись на нас.
– А я его понимать стал. – Паук подошёл к гончей и потрепал её по голове. – Он нам показывает, что на улице опасности нет, можно выходить.
Вольт подошёл к ним и жестом показал, чтобы отошли. Кадехо опять коротко рыкнул, но встал и отошёл в сторону.
– А дверь-то изнутри закрыта, – обратил я внимание на засов. – Похоже, что комнаты, мимо которых мы проходили, не пустые были.
– Возможно, – ответил Вольт, отодвигая засов и приоткрывая дверь ровно настолько, чтобы был обзор.
Пару минут посмотрев наружу, он произнёс:
– Чисто вроде, – и распахнул дверь.
В дом ворвался чистый воздух, и Пётр Сергеевич снова громко чихнул.
– Аллергия на пыль, – пояснил он, доставая из кармана платок, и опять-таки громко высморкался.
Я обратил внимание, что лицо Иловайского покрылось красными пятнами. Кадехо уже выскочил наружу, чуть не сбив стоявшего у него на пути Вольта.
– Ну, собачка показывает, что на улице действительно врагов нет, – заметил командир. – Быстро перемещаемся к указанному зданию. За мной.
Он вышел на просторную улицу и двинулся вдоль гостиницы, не выходя, впрочем, на открытое место. Мы последовали его примеру. Гончей было глубоко наплевать на скрытность: пробежав по центру дороги, она уже стояла у пятиэтажного строения. Деревянная дверь здесь настолько сгнила, что рассыпалась, как только Георгий к ней прикоснулся.
– Вот ведь странность какая, – заметил Пётр Сергеевич, с лица которого уже сошли пятна. – Вы заметили, что в этом странном месте некоторые дома целёхоньки, как будто бы их только вчера покинули, а некоторые пришли в полный упадок?
– Будем считать это аномалией, – ответил ему Вольт.
Сварог уже был в подъезде, и оттуда послышался его голос:
– Чисто, поднимаемся.
Лестничные пролёты были бетонными. Ступени крошились под ногами, но ещё не пришли в аварийное состояние. Двери квартир свалились внутрь. Звуки в этом мёртвом здании разносились по этажам: тяжёлое дыхание и шорохи нашей обуви по бетонному крошеву ступеней. В квартиры заходить не стали, из каждой доносился запах плесени и гниения. От съеденной коррозией металлической решётки технического этажа остались торчащие колья.
Мы вышли на крышу, залитую чёрным гудроном, местами вспучившимся, но тем не менее до сих пор защищавшим бетонные перекрытия от полного разрушения.
– Костя с Вольтом, у вас оптика, вам и карты в руки, – сказал нам Сварог.
Мы стояли на краю крыши и видели, что до цели нам осталось совсем немного, но впереди было препятствие в виде поселения демонов пустоши.
Особняк
Юра со всей командой, штурмовавшей особняк уже бывшего губернатора, сидел в простеньком доме городового. Его жена, вполне миловидная дама лет тридцати, суетилась возле стола, на котором стоял самовар, расставляя вазочки со сдобой и вареньем.
– Да хватит уж бегать-то, – бывший городовой остановил суету супруги, которая уже заставила весь стол всякой снедью.
– Да как жеж, – бархатным голосом спорила она. – Повод-то какой. Ты у меня теперь большой человек, причём трезвый. – Супруга прищурила карие глаза.
– Трезвый, трезвый, – успокоил он её. – Иди лучше нашей охране что-нибудь вынеси, а то ж ведь полдня со мною мотаются.
Выпроводив таким образом супругу, Вазенмиллер обратился к Юре:
– Ну, как действовать-то будем? Жёнка губернаторская-то все ходы-выходы города знает. Родилася тута. А ну-ка проведёт супостата внутрь? Орденцев здесь раз-два и обчёлся.
Магистр, приглашённый вместе с группой, важно кивнул и сказал:
– Это полбеды. Мы же ещё и в опале у бункерных. Так что откуда беды ждать – непонятно. Вся надежда на Данило.
– А вот с этого момента поподробнее, пожалуйста. – Юрий нахмурился. – Если наши в той группе не знают истинных целей этого вашего Стародуба, почему не сказать сразу?
– Всему своё время. – Панасенко замялся. – Мы на тот момент не знали, насколько вам можно было доверять. Я считаю, что Данило сам всё расскажет вашим.
– Давай ужо колись, пошто там за тайны, – в унисон произнесли Один и новый губернатор.
– Ладно. Но вы понимаете, что всё это под большим секретом.
– Тут сейчас всё под секретом. – Юра нахмурился. – И мы как будто бы в одной лодке сейчас. Или не согласен?
Орденец помолчал и всё же начал говорить:
– Из бункера мы прихватили архивы довоенных времён. Оттуда и наше стремление покинуть руководство. Никому не рассказав о бумагах, мы забрали их с собой. То, чем они занимаются там, повторяет уже пройденный путь нашей многострадальной Родины. Где-то там, в городе, есть лекарство. Оно, по документам, универсально и действует против всех известных болезней, разрабатываемых в то время. Наше руководство с маниакальным упорством вновь и вновь разрабатывает и тестирует на рядовых бойцах вирусы из прошлого. Они грезят о бессмертии. А нам нужна вакцина и оружие против тех, кто будет в их армии. По документам, люди превращаются в каких-то практически бессмертных тварей. Представьте, когда у них всё получится, кто выйдет из бункера? То-то. Выйдут уже не люди, и они начнут порабощать и истреблять тех, кто не похож на них. Такой вывод после прочтения документов сделал Стародуб. То, что пишут про большую войну, не совсем правда. Люди заигрались с бессмертием и вывели когорту существ, которые захотели безраздельной власти. Удары страны нанесли сами себе, уничтожая всех. Высшее руководство планировало отсидеться в бункерах, но их – неожиданно, правда? – заняли военные, обрекая руководителей страны на смерть. Ну вот, вкратце вроде и всё.
В комнате повисла тишина, которую вскоре нарушил новоявленный губернатор:
– Ладно, информация, конечно, прелюбопытнейшая, и мы её приняли к сведению. Мой вопрос ещё висит в воздухе. Что планируете с демонами делать?
– Ждать группу Сварога, – ответил Юрий. – Если они найдут действующий пункт управления ракетой, хоть одной, мы разом покончим со всеми, кто окопался в городе.
– Не найдут, – грустно произнёс магистр. – Документы, которые мы до сих пор изучаем, гласят, что именно там была успешно применена какая-то биоразработка, приведшая к полному изменению находившегося там персонала. Они-то и были первопричиной случившегося. Хотя, думаю, они деградировали за столько лет. Иначе бы мы с вами не разговаривали. Эта информация была расшифрована только сегодня. Поэтому ваши о ней так и не узнали, как и Стародуб.
Панасенко снова замолчал.
– Чёрт, – только и сказал в ответ Юра. – Но с нашими силами нападать на лагерь противника не очень хорошо. Всё равно нужно ждать возвращения командира.
В этот момент дверь распахнулась, и в комнату буквально влетел воин.
– Нападение! – крикнул он. – Бронированная машина, сколько там врагов – не знаю. Просят какого-то Сварога, иначе, говорят, город разнесут по кирпичикам!
– Твою ж дивизию! – Юрий вскочил из-за стола. – Бабка, заводи броню. А ты! – Он ткнул пальцем в воина. – Дорогу показывать будешь.
За крепостной стеной стоял БТР с направленным в её сторону стволом КПВТ.
– Кто такие?! – громогласно крикнул Юра со стены.
– Юрка!
Люк БТР откинулся, и оттуда показалась Лиса. Она стукнула по броне прикладом, и из десантного отсека начали показываться до боли знакомые лица: Бомани, Бомгани, Лена, Бес, Матвей Иванович. Из верхнего люка на броню, помимо Лисы, вылезли Гермес и Борис.
– Твою ж дивизию, – снова произнёс Юрий. – Открывай ворота, свои, – обратился он к Вазенмиллеру. – Что-то, по-видимому, случилось, раз они здесь.
Долго обнимались. Лена расстроилась, что Костя на выходе, но перенесла новость стойко. Дом бывшего городового такую орду вместить не мог, поэтому решили отправиться в трактир Одина, отложив все разговоры на потом. Машины припарковали возле трактира, переполошив постояльцев. Те, впрочем, увидев уже знакомую броню Бабки, быстро успокоились. Новый губернатор и магистр ордена, естественно, напросились присутствовать на совете. Время близилось к вечеру. В трактире зажгли свечи и сдвинули столы, чтобы все могли сесть лицом друг к другу.
– Ну, излагайте, – произнёс Юрий, обращаясь непосредственно к деду.
Матвей Иваныч дождался тишины и начал рассказывать о цели их появления здесь.
– Хана, Юра, нашему миру, – начал он. – Да и миру штабс-капитана тоже хана. Тьма повсюду, и она начала проникать сквозь стены наших подземелий. Люди пропадают, причём не без смертоубийства. Мы за время вашего отсутствия потеряли тридцать, – он выделил последнее слово, – процентов гражданских. Ничего поделать с этим нельзя. Бес с командой совершил вылазку в мир Империи, там тоже такая же ситуация. Они забрали всех, кто остался жив. Мы все здесь. Хорошая новость: мы прихватили с собой ядерный генератор, благо он в автомобильном варианте. Так что Памир-630Д с нами. А также Алиса и Ступица – наши интеллекты. Мы с реактором расположились в лесу. Кстати, дивный мир, без тьмы. – Дед Матвей поднял большой палец вверх. – Я уже и отвык от умиротворения живой природы. Так вот, мы, как партизаны, разбили лагерь в лесу. Перегнали сюда всю нашу технику и отправились на ваши поиски. Вкратце всё, кроме того, что на нашей стороне больше нет дня. Постоянная тьма на поверхности.
– М-да, дела, – произнёс Юрий и, уже обращаясь к Вазенмиллеру, спросил: – Город сколько людей может принять и заселить? Это вопрос номер раз. А второй – к магистру. Бункер насколько большой и может ли вместить наших научников, хотя бы посменно? Там же, как я понимаю, и лаборатория есть. И наши искусственные интеллекты нужно в бункер поселить.
– Что это такое – искусственный интеллект? – спросил магистр.
– О, дорогой, это deus ex machina нашего мира, – ответил Матвей Иваныч. – «Бог из машины», по-нашему. На словах не объяснить. Познакомитесь, я думаю.
– А не нужно в помощь Сварогу отправить группу? – спросила Елена.
– Давайте так. – Юра осмотрел компанию.
Колдун и Чапай сидели молча, чувствуя на себе пристальное внимание местных.
– Лагерь охраняется?
– Конечно, – ответил Гермес. – Там сейчас Шустрый с бойцами руководит. Народ ошалел от природы. Я бы сказал, опьянён, поэтому периметр под контролем.
– Ладушки, сейчас спать всем. Завтра планируем заселение и решаем, кто войдёт в группу усиления к Сварогу. Один, заселишь банду на ночь?
– Дык ещё и накормим за счёт заведения, – ответил тот.
