Текст книги "Чужая земля (СИ)"
Автор книги: Велес
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 32 страниц)
Подойдя к нему и увидев абсолютно пустую будку контролёра, мы перескочили через турникет, встали на ступени и медленно поехали вверх, держа верхний и нижний секторы под прицелом. Но в метро не раздавалось ни звука, кроме работы механизма.
Вскоре мы уже стояли у выхода в город. Сквозь стекло дверей ярко светило солнце. Открыв их, мы вышли на залитую светом городскую площадь.
Оглядевшись, я так и не понял, где мы находимся. Судя по молчанию, Сварог тоже этого не понимал. На дороге возле метро стояло очень много машин. Где-то вдали работала сигнализация, громким писком разбавляя тишину мёртвого, без сомнения, города.
Постояв, мы приняли решение подыскать какой-нибудь транспорт для разведки города. Нужно было понять, что здесь произошло и как нам отсюда выбираться.
Глава 11
Как ни странно, но светофоры тоже работали. Было ощущение, что вот-вот машины потоком поедут по дороге, появится куча людей. Но нет. Работающая реклама на огромных стендах, призывающая посетить некий ресторан «У Абхаза», бегущая строка табло, показывающая температуру воздуха, меняющийся цвет светофора – всё это в полнейшей тишине обезлюдевшего города удручало.
Мы подошли к первой на нашем пути машине. Это был внедорожник непонятной мне модели. На решётке радиатора находился значок – круглая эмблема с двуглавым орлом и надписью латиницей RUSoBalt. Сварог открыл дверь со словами:
– Надо же, открыто.
Он залез на водительское сиденье и повернул ключ зажигания, торчавший из рулевой колодки. Двигатель мягко завёлся.
– Садись. – Командир открыл мне пассажирскую дверь. – Такое ощущение, как будто только что все покинули это место. Только куда и как?
Он продолжал пытаться найти логику в происходящем.
– Не город, а Бермудский треугольник какой-то или Летучий Голландец.
Сварог медленно тронулся с места и начал выруливать из потока остановившихся автомобилей. Сделав это и заехав на тротуар, довольно широкий для проезда внедорожника, он остановился и спросил:
– Ну что, куда теперь?
Я вместо ответа нажал кнопку монитора транспорта, и на загоревшейся панели появилась карта города.
– Введите маршрут, – послышался мужской голос из динамика автомобиля. – Я проложу кратчайший путь до точки назначения.
– Домой, – не думая, сказал я.
На карте монитора появилась полоса полностью красного цвета.
– Все дороги загружены на девяносто процентов, – произнёс тот же голос. – Двигайтесь прямо, через двести метров поверните налево.
– А зачем нам дом хозяина машины? – спросил командир.
– А куда? Я лично не знаю. Есть другие предложения?
Сварог пожал плечами и тронулся по тротуару по маршруту, проложенному навигатором. Справа проплывали разнообразные магазины с рекламой, встроенной в витрины. Слева через определённые промежутки росли деревья, между ними стояли лавочки, возле каждой – урна. Расслабившись, я вдруг почувствовал голод, увидел впереди летнее кафе и сказал:
– Командир, может, остановимся перекусить?
– Ну а что нет-то, если да? – ответил тот и тормознул возле столиков под зонтами.
Заглушив двигатель, мы вышли и зашли в помещение кафе. Внутри стояли ещё столики, уже с мягкими скамьями. Барная стойка со встроенной витриной, в которой находились всевозможные напитки. Я прошёл за стойку. Там стоял работающий холодильник. Открыв его, я обнаружил шашлык, рыбное филе, печёные грибы. Всё это великолепие было разложено по тарелкам и готово к употреблению – только разогревай. Обернувшись, я увидел микроволновку и стоящий рядом кофейный аппарат.
Сварог тем временем расположился за столиком внутри, спиной ко мне, лицом к улице, оставив выбор пищи мне. Я достал из холодильника сома, нарезанного и запечённого, судя по запаху, на углях. Тут же лежали лепёшки. Захватив рыбу и хлеб, я закинул их в микроволновку и включил разогрев на восемь минут. Следом, поставив одноразовый стаканчик, нажал кнопку с надписью «Американо». Аппарат загудел, приготавливая ароматный напиток.
Пока варился кофе, я огляделся в поисках сигарет. На столиках стояли пепельницы, значит, тут должны были продаваться сигареты. Возле холодильника стоял шкаф, открыв дверцы которого я нашёл искомое. Все названия были мне незнакомы, кроме одного ряда пачек с надписью «Папиросы „Герцеговина Флор“». Я забрал весь ряд, в котором было около пятидесяти пачек, и сгрузил их на стол возле командира. Тот посмотрел на них, потом на меня и спросил:
– У нас на обед курятина?
Я хмыкнул и ответил:
– Сейчас всё будет как мы любим.
Вернувшись за стойку, я увидел, что кофе готов, и поставил второй стаканчик. Микроволновка подала сигнал, и я понёс на стол умопомрачительно пахнущую рыбу с лепёшкой. Мы молча накинулись на еду и так же молча поглощали сома. Съев последний кусочек, я почувствовал, как отяжелели веки и меня начало клонить в сон.
– Не зря я кофе сделал, – сказал я, посмотрев на осоловевшего Сварога, и открыл пачку, в которой находилось пять папирос.
Сварог достал из кармана бензиновую зажигалку, тоже взял папиросу из пачки и прикурил. Втянув ароматный дым, он отхлебнул кофе.
– Ну, доехали мы до дома, – начал размышлять он. – Никого там не обнаружили. Дальше что?
Командир посмотрел на меня, ожидая ответа. Я подумал и произнёс:
– Да и у меня нет ответа, что и как здесь произошло. Нам нужно найти любое проявление тьмы, чтобы попытаться наладить связь с Фомой. Пока мы не знаем, что случилось в этом мире. Нам нужна хотя бы информация. Без неё мы слепы.
– Согласен, – ответил командир, выдохнув дым. – Ну, по коням!
Взяв оружие, мы снова загрузились в машину и поехали по ранее проложенному маршруту. Папиросы я закинул на заднее сиденье.
– Если получится выбраться, надо Юру угостить, – пояснил я, поймав вопросительный взгляд Сварога.
– Не «если», а «когда», воин! Но идея хорошая, и противоречий у меня нет.
Через двести метров был перекрёсток, поворот налево оказался чист. На момент непонятной катастрофы, скорее всего, горел зелёный сигнал светофора, машины стояли возле зебры. Сварог вырулил на дорогу и, проехав перекрёсток, начал лавировать между тут и там стоявшими автомобилями.
– Через четыреста метров поверните направо, затем прямо пятьсот метров, – произнёс навигатор.
Здесь, скорее всего, была старинная часть города. Дома были преимущественно трёх– и четырёхэтажными, стояли впритык друг к другу, без малейшего намёка на проходы между ними. Периодически попадались арки въезда во дворы. Дома из красного кирпича украшали всевозможные выступы, складывавшиеся в узоры. Окна – с арками вверху. Всё это навевало мысли о старине. Мы, следуя указаниям навигатора, повернули направо и въехали на каменную мостовую. Справа и слева так же вплотную стояли дома. Мостовая между ними была настолько узкой, что мы ехали медленно, боясь застрять внедорожником между стенами.
– Через пятьдесят метров – въезд. Точка назначения. Открыть ворота? – произнёс навигатор.
– Да, – ответил я.
Мы вырулили из узкого тоннеля прямо на асфальтированную четырёхполосную дорогу, на другой стороне которой начали открываться кованые ворота с металлическими узорами. Забор, уходивший вдаль вправо и влево, тоже был выкован неизвестным кузнецом. Видна была ручная работа, не штамповка. Над воротами располагались также выполненные из металла вензеля. Буквы Р и Б переплетались друг с другом.
– Брат, а ведь совсем не по правилам дорожного движения пересекаем дорогу, – задумчиво пробормотал командир. – Или тут так заведено? Риторический вопрос, можешь не отвечать.
Мы пересекли дорогу и въехали на мощённую булыжником дорожку, ведущую к поместью – другого слова для всего вокруг не находилось. Справа и слева вдоль неё росли декоративные деревца. Дорожка огибала по кругу фонтан, а дальше стояло здание в старинном стиле высотой в три этажа. Булыжник закончился, и мы поехали уже по мелкой щебёнке, подъезжая к строению.
Особняк, а другим словом это здание и не назовёшь, встретил нас закрытыми дверями и окнами, заблокированными изнутри металлическими ставнями.
– Приехали, – с сарказмом произнёс командир. – Закрыто.
Вдруг из домофона, висевшего возле входной двери, послышалось шипение, и женский голос произнёс:
– Живые люди? Удивительно, но хозяин так и сказал: «Коль появятся живые – запускай». Здравствуйте, я умный дом Мария, можно просто Маша. Представьтесь, пожалуйста.
– Дмитрий.
– Костя, – представились мы по очереди.
– Добро пожаловать в поместье главы компании РуссоБалт Ричарда Баха – немца по происхождению, русского по велению души, иммигранта, приехавшего в эту страну и служившего императорскому дому верой и правдой.
Металлические ставни начали медленно подниматься, щёлкнул замок двери, и мы, переглянувшись, зашли в холл. В центре стоял макет автомобиля, словно сошедшего со старинной картинки. По центру вверх уходила лестница.
– Императорская семья, – остановившись, произнёс Сварог. – РуссоБалт. В интересное время мы с тобой попали, брат.
Голос тем временем продолжил:
– Если вы хотите перекусить с дороги, вам в левое крыло холла, там кухня. Так как Ричард распустил людей, придётся вам самим готовить. Продукты все свежие.
– Нет, – ответил я. – Мы не голодны. Нам нужна информация о том, что здесь произошло.
– Тогда вам наверх. В кабинет хозяина. Второй этаж, сразу слева первая дверь.
Мы поднялись по широкой лестнице. Слева, как и сказал голос, находился кабинет. Внутри стоял дубовый стол с кожаным креслом. Справа располагался секретер, на котором находилось незнакомое нам оборудование. Такое же стояло и на столе.
– Что это? – спросил командир.
– Хозяин был большим поклонником всего старинного, – начал вводить нас в курс дела голос. – Перед вами на столе фонограф для записи голоса на восковые цилиндры. Хозяин вёл все голосовые записи только с его помощью, а письменные – от руки, на бумаге. Чтобы воспроизвести звук, можно воспользоваться либо самим фонографом, либо стоящим на секретере проигрывателем, сконструированным Ричардом. Проигрыватель подключён к стереосистеме для более чёткой передачи звука. Весь архив хранится в секретере.
Голос снова умолк, и я решил всё же задать мучивший меня вопрос:
– Почему Ричард дал добро на вход в дом совершенно посторонним личностям?
– Об этом вы узнаете из последних записей хозяина, – ответил голос. – Мне даны чёткие инструкции впустить и сопроводить в кабинет ЛЮБЫХ, – голос выделил это слово, – разумных существ, появившихся на пороге, если признаки жизни будут отсутствовать вокруг меня в течение суток. Прошло сорок восемь часов.
– Исчерпывающе, – сказал Сварог. – Какие записи нужно прослушать, чтобы понять, что именно произошло?
Открыв секретер, он смотрел на огромное количество цилиндров в пластиковых упаковках с датами.
– Начните с двадцать второго мая тринадцатого года. Затем – первое декабря пятнадцатого, второе июля восемнадцатого, двадцать четвёртое февраля двадцать второго и последнюю запись – начало марта двадцать четвёртого, – проинструктировал нас голос и замолчал.
Командир вытащил пять цилиндров и, глядя на меня, произнёс:
– Присаживайся, будем впитывать информацию.
Я плюхнулся в кожаное кресло, а Сварог, подвинув к проигрывателю деревянный стул и сев на него, аккуратно поместил первый цилиндр в углубление аппарата и нажал кнопку с надписью кириллицей «Пуск».
Послышалось шипение, и хорошо поставленный мужской голос начал говорить:
– Двадцать второе мая две тысячи тринадцатого года. Восемь часов утра. Наши научники из НИИ РуссоБалта наконец-то подтвердили существование параллельных вселенных, превратив теорию в научно доказанный факт. Не знаю, как им это удалось, но они переместили первого человека в параллельный мир, откуда он вернулся живым и, самое главное, здоровым. Я не вникаю в научные подробности сего факта, я лишь руководитель нашего конгломерата. За сим, записавшись на приём к императору, я взял с собой профессора Безсонова и первого путешественника между мирами.
То же число, восемь часов вечера. Продолжение записи. Император выделил нам грант на продолжение эксперимента. Это прорыв и великий шаг для Великой империи. Я прямо сейчас мечтаю об обмене опытом с иномирянами. Огромный скачок в технологическом плане. Для того мира, в который переместился наш миронавт – я так его назвал, – космос является обыденностью. У них даже международная космическая станция летает на орбите Земли, представляете?! Это пока всё, что он успел увидеть в новостях того мира. Но уже и это потрясает воображение.
Цилиндр закончил воспроизведение, тихо щёлкнув. Я сидел, стараясь не дышать. Это для нас шанс. Шанс вернуться к нашим, шанс кому-то вернуться домой. Сварог взял второй цилиндр и запустил воспроизведение.
– Первое декабря две тысячи пятнадцатого года. Шесть часов утра. К сожалению, контакт, который пытались установить в том мире агенты спецотдела жандармерии Его Императорского Величества, провалился. Нужно действовать более тонко. Наши научники создали прокол в новый мир и отправили туда миронавта. Жду, скрестив пальцы, возвращения и информации. Восторженность пропала, всё оказалось не так просто и безоблачно, как казалось мне два года назад.
Два часа пополудни. У нас ЧП. Миронавт вернулся. У него множество рваных ран, будто на него напали звери. После перехода он рухнул без сознания и был помещён в восстанавливающую капсулу – продукт нашего производства. Я выезжаю туда. Хочу лично услышать, что произошло.
Двадцать три ноль-ноль. Я… Не знаю, что и как комментировать. Что там произошло? Что случилось в том мире? Мне пока этого не понять из рассказа нашего миронавта. Его рассказ больше напоминает произведения Говарда Филлипса Лавкрафта или бред тронувшегося умом человека. Туман и монстры. Чудовища, которых наш свет и не видывал. Учёные запечатали этот прокол в пространстве. Но нужно больше информации, поэтому собирается специальная группа имперского спецназа для добычи оттуда каких-либо документов, проливающих свет на произошедшее в том несчастном мире. Конец записи.
Проигрыватель вновь замолчал, и Сварог сменил цилиндр.
– Второе июля две тысячи восемнадцатого года. Пять часов утра. Совершено девять проколов в иные миры. Приказ императора: никаких контактов с жителями других реальностей. Только четыре мира из девяти полностью живы. По собранным документам стало ясно, что это не другие вселенные, а наш мир, лишь в определённый момент истории ушедший в сторону, изменив вектор развития. Анализ показал, что миры планомерно уничтожаются, зайдя в тупик войн и конфликтов. Кем? Хороший вопрос. Учёные сделали вывод, что существует прямая развития – Основной мир. Я очень надеюсь, что это наш. Но, по прогнозам наших умов, это не так, что, в свою очередь, вгоняет меня в депрессию. Группа имперского спецназа вытащила тварей, уничтожающих миры. И наш НИИ судорожно бьётся над решением, как, если это произойдёт, уничтожить сразу всех сущностей, не затронув человечество. Сегодня открываем десятый прокол. Да поможет нам Господь.
Двадцать два ноль-ноль. Как мы уже знаем, время не везде течёт одинаково. Вот и в этот раз группа миронавтов отсутствовала буквально три часа, а с их слов, они находились в другой реальности почти двое суток. Там они встретили группу людей, уничтожающих тварей, с которой, вопреки указанию императора, вошли в контакт. Половина планеты погибла под воздействием оружия неслыханной мощности, основанного, как они сказали, на делении ядра и названного ядерным. Но миру это не помогло, и он медленно угасает.
Очередная запись закончилась, и Сварог, обращаясь ко мне, произнёс:
– Друг мой, это значит, что здесь и именно здесь как минимум десять выходов в разные миры. Наши шансы вернуться повышаются.
Я согласно кивнул и ответил:
– Абсолютно с тобой согласен, брат. Сколько там осталось? Два цилиндра? Давай дослушаем историю этой ветки, она явно не основная.
Командир промолчал и поставил предпоследний цилиндр.
– Двадцать четвёртое февраля две тысячи двадцать второго года. Записываю поздно вечером, на часах двадцать три часа тридцать минут. Как вы знаете, наши учёные всё это время бились над проблемой уничтожения тьмы. И именно сегодня сработали щиты, установленные на территории нашей империи. Это была попытка прорыва тёмной материи. К сожалению, наша ветка развития – именно ветка, а не основа. Итог был непредсказуем на сто процентов, но они сработали. За четыре года наши разработки для борьбы с тёмными захватчиками, или, как их назвали наши научники, пожирателями миров, шагнули далеко вперёд. За последние четыре года мы открыли двадцать ветвей-миров. Всё это время нас интересовали только тёмные, уничтоженные миры. В один из них мы отправили своё новое оружие и активировали его там. В технические подробности вдаваться не буду, ибо я в них не силён, я простой управленец. Но в том мире воцарился свет. Были уничтожены все виды и проявления тьмы. Людей, к сожалению, мы там не обнаружили. Учёные выдвинули теорию, что они уже были уничтожены тьмой. Это подтверждают периодические проникновения наших спецгрупп, совершённые до активации оружия. Пока щиты справляются, и я надеюсь, у нас есть время доработать прототип для применения в нашем мире. Да поможет нам Господь.
Запись снова закончилась, и я протянул:
– Мне кажется, я знаю, что с ними всеми случилось.
– Да, я тоже уже интуитивно понял, что они победили тьму. Давай дослушаем.
Он поставил последний цилиндр, и из динамиков раздался усталый голос:
– Начало марта две тысячи двадцать четвёртого года. Тьма прорвалась в некоторых местах Российской империи, уничтожив всё живое. Индейской Конфедерации больше не существует. Связь из-за океана просто исчезла, несмотря на посланные туда имперскую гвардию и щиты. С ними тоже нет связи. Многие области Империи также не отвечают, и Император решился на использование нашей разработки. Для тех, кто слушает мои послания: я с утра распустил всю прислугу и отправил водителя на своём личном транспорте, а своих родных запер в подвале, предупредив, чтобы они не выходили оттуда, пока всё не закончится. Всё население Российской империи предупреждено: там, где возможно, люди должны спуститься в метро и ближайшие бомбоубежища.
Времени осталось совсем немного, и я принял решение остаться наверху, чтобы Император из первых уст услышал о нашей победе. Отсчёт пошёл на секунды. Десять… Девять… Восемь… Семь… Шесть… Пять… Четыре… Три… Два… Один…
Из динамиков послышался тонкий высокочастотный писк, нарастающий и становившийся всё громче. Когда слух уже перестал выдерживать этот противный звук, он внезапно прекратился, и наступила тишина. Сварог посмотрел на меня и надтреснутым голосом произнёс:
– Они победили тьму ценой уничтожения всего человечества. Проверим подвал?
Я согласился и сказал в пустоту:
– Дом, на связи ещё?
– Да, – ответил голос. – Что изволите?
– Первое: сопроводи нас в подвал. Второе: нужен маршрут до НИИ твоего хозяина.
– Маршрут уже в автомобиле, на котором вы приехали. А подвал… – Голос немного помолчал и продолжил: – Нет там живых существ.
– А мёртвые? – спросил командир.
– Четыре тела, – ответил дом. – Вы уверены, что хотите спуститься?
– Да, – твёрдо сказал командир. – Веди.
Следуя указаниям голоса, мы спустились в холл и, свернув направо, прошли через кухню к массивной деревянной двери. Сварог взялся за ручку и со словами:
– Ну, с Богом, – нырнул в резко уходящий вниз тоннель со ступенями.
Я тоже ступил на ступени и окунулся в полумрак перехода. За металлической дверью подвального помещения находился огромный винный погреб. Стеллажи с пыльными от времени бутылками уходили вдаль. Возле входа лежали четыре тела, изуродованные тьмой, но по какой-то причине не исчезнувшие. Судя по их положению, они пытались вырваться из погреба. Вокруг валялись осколки бутылок, разбитых о дверь, и обломки деревянных стеллажей, выломанные из винных конструкций.
– Похоже, наш Ричард слукавил, сказав, что запер здесь семью. Он спустил сюда и закрыл уже обратившихся, – сделал я вывод из увиденного.
Сварог не стал со мной спорить, лишь сказал:
– Пойдём отсюда. Не будем тревожить усопших. Надеюсь, ответы на то, чего мы недопонимаем, найдутся у яйцеголовых.
Мы вышли из дома под его напутствие:
– С Богом. Надеюсь, что вы вернётесь.
Возвращаться категорически не хотелось, так как вдали мы увидели огромную завесу тёмно-серого цвета. Это означало одно: в этот мир всё же пришла тьма. Несмотря на то что все её атаки были отбиты, пожиратели миров не остановятся ни перед чем.
Мы сели в машину и поехали по навигатору на окраину города, к отметке НИИ ЕИВ «Владимирский округ». На душе было тягостно оттого, сколько людей отдали свои жизни, возможно, зря, допустив одну-единственную ошибку в расчётах. У них был выход в другие миры, но они предпочли вот такую смерть. Город, всё ещё освещённый ярким солнцем, уже не казался красивым.
Пару часов мы лавировали между оставленными машинами, пока не подъехали к бетонному забору с металлическими воротами, на которых находились те же вензеля Р и Б, а ниже – надпись: «НИИ ЕИВ „Владимирский округ“». Было понятно, что автомобиль руководителя предприятия как-то привязан ко всем местам его пребывания: ворота медленно стали разъезжаться в разные стороны. Мы, проехав КПП с открытым шлагбаумом, въехали на территорию предприятия.
– Я так полагаю, нам снова под землю, – констатировал командир, с чем я был абсолютно согласен.
Перед нами стояло одноэтажное здание без окон, с одной-единственной дверью, гостеприимно открывшейся перед нами.
– Ну, вперёд. То есть вниз.
Командир подал мне пример, шагнув внутрь. За нами с тихим шелестом закрылась дверь, и на этот раз женский голос произнёс:
– Добро пожаловать в Научно-исследовательский институт Его Императорского Величества по Владимирскому округу под патронажем Российского промышленного сообщества РуссоБалт.
В центре абсолютно круглого помещения из пола появился большой цилиндр. Распахнув две створки, он оказался не чем иным, как лифтом.
– Куда изволите, господа? Ярус один – жилой комплекс. Ярус два – игровые комнаты. Ярус три – жилой комплекс Его Императорского Величества и императорской фамилии. Вход только по особому допуску, которого у вас нет. Ваш допуск в Институт экспериментальных технологий подтверждён Ричардом Бахом. Ваш допуск на нижние уровни лабораторий подтверждён Ричардом Бахом.
Голос замолчал.
– Нам туда, где находится вся информация по испытаниям лаборатории, – решил я. – Дальше по обстоятельствам.
– Заходите в кабину, вам на пятый ярус. Допуск подтверждён Ричардом Бахом.
Мы зашли в лифт, створки закрылись, и мы начали спускаться.
– Пятый ярус, – произнёс голос, и створки распахнулись.
Тёмный коридор. Хотя лампы освещения и горели, тёмные деревянные панели, которыми были облицованы стены, создавали ощущение полумрака. Дверь с надписью «Архив» находилась недалеко от лифта. Мы зашли в огромный библиотечный зал. Стеллажи с книгами были настолько высокими, что зал сделали двухэтажным, с передвижными лестницами вдоль книжных ярусов.
– ИИ, – обратился Сварог к голосу, – нам нужна информация о последних разработках, а не история этого мира.
– Извините, – произнёс голос. – Ошибся. Тогда вам выше на этаж. Допуск…
– Да мы поняли уже, – перебил его Сварог. – Ричард Бах дал нам все допуски.
– Подтверждён Ричардом Бахом, – невозмутимо произнёс голос.
