Текст книги "Чужая земля (СИ)"
Автор книги: Велес
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 32 страниц)
– Ну прости, коль мысли, произнесённые устами моими, оскорбили тебя.
– Принято, – ответил ИИ.
Сергий продолжил:
– Так вот, охранять эту парочку, прости господи, поставить подельничка ихнего. Я думаю, он глаз с них не спустит. Ну, ещё кого-нибудь приставить для контроля. Как идея?
– Ну, мне лично по душе, – ответил командир. – Всё равно у нас больше идей, кроме расстрела, нет. А там, глядишь, и сами сдохнут.
– Не греши даже помыслами, отрок, – покачал указательным пальцем Сергий. – Хотя, что уж греха таить, сам о такой крамоле думал, каюсь. Но вы воины, а не расстрельная команда, и вам не грешно убивать врага под стягом Святой Руси. В этом случае вам уготована дорога в рай. А если палачами станете…
Он многозначительно замолчал.
Глава 9
– Ладно, хватит религиозных перепалок, – вступил в разговор Матвей Иванович. – Алиса, сколько времени займёт осушение такого громадного помещения, подача электропитания, стерилизация и подготовка к спуску команды?
На главном мониторе загорелись цифры 24:59:59 и начали обратный отсчёт.
– Процедура осушения и стерилизации запущена, – произнесла Алиса. – Помещения будут готовы к спуску через двадцать четыре часа пятьдесят девять минут сорок секунд.
– Ну, выходы в город пока, судя по всему, отменяются, – снова заговорил командир. – Всему личному составу объявляю сутки отдыха и благодарность за поимку злодеев, особенно Константину.
Он посмотрел на меня и продолжил:
– Короче, отдохните, братья, от всего. Без оружия, в спокойной атмосфере.
Чем занять себя на отдыхе? Ну, принял я душ, поспал часа четыре. И от безделья начал слоняться по базе. Заглянул к научникам и так их задолбал вопросами, что со стороны профессора в меня полетела мензурка с какой-то жёлтой жидкостью. Я успешно увернулся, и она, разбившись о стену, оставила на ней ярко-жёлтую кляксу. Я ретировался из лаборатории во избежание попадания в мою голову чего-нибудь тяжёлого, так как профессор уже недобро посматривал на пятикилограммовую гирю, стоящую у весов.
Следующим на моём пути оказался Гарик, играющий в нарды то ли с Бомани, то ли с Бомгани – я их так и не научился различать. Обыграв Георгия шесть раз подряд то в длинные, то в короткие, я понял, что ещё пара игр – и доска прилетит мне в голову, которую я, в свою очередь, только что спас от профессорской гири.
Убежав из штаба, я поднялся наверх, где, по моей информации, занималась Лиса со своими «собачками». Лиса была не одна: с ней находился Борис на правах мужа и один из научников, имя которого я, к сожалению, не запомнил. Научный крендель надел на нашего боевого товарища женского пола какую-то шапочку с датчиками и держал в руках знакомую коробку, с которой профессор был с нами на выезде. Я молча полюбовался, как гончие по указанию Лисы садились, вставали, короче, выполняли команды, как дрессированные служебные собаки.
Потом и это мне наскучило, и я привязался к учёному с неуёмной энергией любопытного подростка. «Лысый», как я окрестил его про себя за отсутствие волосяного покрова на голове, сначала охотно отвечал мне. Но спустя час уже еле сдерживался, чтобы не надеть свой прибор мне на голову. Не став испытывать его на прочность, я мило помахал Лисе, прощаясь и с этой компанией.
Не прошло и половины времени, отведённого Алисой, как меня уже хотели убить или, по крайней мере, сильно покалечить больше половины нашей команды и вся научная часть базы. Тут меня и подловил Сварог с поговоркой:
– Чем бы боец ни занимался, лишь бы…
Он поймал меня стоящим в длинном коридоре жилого комплекса и мучительно думающим, в какую сторону мне пойти: вправо? А почему именно вправо, а не налево? Или всё-таки налево? В этой неразрешимой задаче я оказался в тупике.
– Так, Костя, – продолжил командир свою мысль. – Бери оружие, облачайся в форму и спускайся в штаб.
– Есть, босс. – Дурашливо отдал я ему честь и понял, что это уже перебор. – Через пять минут буду, – продолжил я уже серьёзно.
Сварог посмотрел на меня, кивнул и ответил:
– Хорошо, жду. Давай в себя приходи, а то в тебя какой-то подросток вселился пуберта́тного периода жизни.
– Какого?
Этого слова я не понял.
– Потом объясню, – ответил командир и выдвинулся к лифтам.
Мне ничего не оставалось, кроме как пойти в своё помещение, переодеться в форму, которую я постирал, выйдя из душа, и в немного влажной одежде отправиться в штаб.
Там находились Сварог, Чапай, Матвей Иванович, Вольт и Бес.
– Тебя одного ждём, – произнёс Сварог. – Так, я начну. Этаж полностью без воды. Пока мы не отправили туда наших заключённых, нам нужно отправиться на разведку к пульту управления «Воеводой». Надеюсь, не нужно объяснять, что будет, если ядерная баллистическая ракета окажется не в тех руках. Алиса простерилизовала нам дорогу по одному из коридоров яруса. Остальные пока для нас закрыты. Управлять движением группы будет Иваныч по «Баофенгам». Рации у всех в наличии?
Все дружно ответили положительно.
– Ну и хорошо, – продолжил он. – Подгоните снаряжение, попрыгайте и выдвигаемся.
Лифт остановился и выпустил нас в тамбур. Напротив была одна-единственная дверь, над которой горел красный плафон – единственный источник света в этом месте. Сварог вышел вперёд и произнёс в рацию:
– Иваныч, дверь.
Электронный замок щёлкнул, и командир открыл дверь. За ней были два лестничных пролёта, уходящих вниз. Мы спустились и оказались у ещё одной двери, которая уже была открыта.
За дверью оказался ещё один тамбур – место охраны. В будке был боец, а точнее, то, что от него осталось. Труп лежал за столом лицом вниз. Тело было полностью высохшим: как нам объяснил Матвей, после осушения была обработка высокими температурами, а потом уже стерилизующими растворами. Пахло химией, но не резко. Алиса включила на нашем пути вытяжную вентиляцию.
Командир открыл дверь, за которой оказался огромный зал. Освещение было в норме, и поэтому обзор был отличным. Зал был полукруглым, с множеством дверей. Электронный замок возле каждой горел красным, кроме одной на правой стороне помещения.
Возле двери напротив обнаружился ещё один труп. Одетый в камуфляж. На поясе – пустая кобура, в руке – пистолет Макарова. Ещё один самострел. На нашем пути это был уже второй, кто от безысходности пустил себе пулю в лоб.
– Прежде чем отправлять сюда кого-либо на работы, нужно собрать всё оружие, включая колюще-режущее, – произнёс командир и выдвинулся к единственной двери с зелёной индикацией замка.
Дверь открылась с усилием – фактически гермодверь. Толщиной сантиметров двадцать. Я посмотрел на замок: три металлических цилиндра толщиной два-два с половиной сантиметра. Выбраться из заблокированного этажа представлялось невыполнимой задачей.
За дверью царила зловещая картина. Тела, около десяти, возле двери.
– Смотрите, – сказал я. – Да тут бойня была. Вот эта группа, – я указал на шесть тел возле двери, – оборонялась. Эти нападали. Всех убил ИИ при затоплении. Незавидная смерть. Страшная.
Впереди нас ждал длинный коридор. Освещения вполне хватало, что было удивительно. По следам подтёков на стенах и потолке было видно, что он был затоплен полностью. Кто бы ни строил всё это, он был специалистом своего дела.
– Вперёд, – скомандовал Сварог и пошёл первым.
Справа и слева через каждые пару метров были металлические двери – как объяснила Алиса перед выходом, переходы между секциями биолаборатории. Где-то ещё на этом этаже находились огромные теплицы для высаживания культур, которые ИИ не затапливала, так как там не было живых существ. Каждая секция яруса закрывалась герметично. Сам коридор был для служебного пользования.
На этом этапе следования связь с Иванычем прервалась из-за перекрытий яруса. Свинец и железобетон не давали связи ни малейшего шанса. Благо Сварог перестраховался и нарисовал от руки маршрут.
Вольт ушёл назад, туда, где ещё ловила связь, и, вернувшись, развёл руками:
– Иваныч передал, что нас будет вести Алиса, но не везде сохранились её коммуникации. Когда она затапливала помещения, люди буквально озверели и много чего уничтожили. Так что смотрим по плану и слушаем ИИ.
– Принято, – ответил на это командир. – Вперёд.
Мы шли по извилистому коридору довольно долго, пока не увидели незакрытую дверь на правой стороне. При нашем приближении она с громким хлопком захлопнулась.
– Что за чёрт? – выругался Сварог. – Внимание, справа.
Мы подняли оружие и приблизились к двери. Чапай с металлическим звоном вытащил катану из перевязи. Бес, хлопнув командира по плечу, жестами показал, что откроет. Сварог и Вольт взяли дверь на прицел, а мы с Чапаем встали позади, чтобы подстраховать напарников.
Бес медленно открыл дверь. За ней оказалось не ответвление с коридором, а большая комната с металлическими лестницами и какими-то трубами, тонувшими в полумраке. Света здесь явно не хватало. Из дальней части комнаты послышался шорох.
Сварог прижал указательный палец к губам и двинулся вперёд двойкой с Вольтом. Следом шли мы с Чапаем, а замыкал группу Бес, закрывший дверь. Шорох и чавкающий звук вновь послышались, а следом – громкий стон.
Тихо, стараясь не шуметь, мы вышли к центру. Огляделись. Металлические лестницы уходили от входа вверх направо и налево. Дальше наверху шли металлические площадки, которые, в свою очередь, сходились над нами в одну большую круглую площадку над какой-то ёмкостью, возле которой мы стояли.
Здесь ИИ ещё не обрабатывала само помещение, и сверху скопившаяся влага капала вниз, гулко ударяясь о металл. Из дальнего конца вновь послышался протяжный стон.
Сварог, показав нам жестом обходить ёмкость справа, вместе с Вольтом направился на другую сторону. Я пошёл первым, за мной Чапай и Бес. Сделав круг, я увидел, что из чана выходят огромные трубы ростом с человека, уходящие в противоположную от места нашего входа стену и перекрывающие нам обзор.
Шорох послышался уже рядом, со стороны, где труба входила в стену комплекса. Лезть под трубой не хотелось, и я попросил Чапая меня подсадить. Он понял и, вложив свой меч в перевязь, присел и сложил руки, чтобы я на них встал.
Опираясь правым берцем на руки нашего чернокожего самурая, я кое-как поднялся достаточно высоко, чтобы распластаться на трубе. Опора из-под моей ноги пропала, и я увидел Вольта, который уже сидел на трубе. Он поднял большой палец вверх, мол, молодец, и следом показал направление, откуда снова раздался громкий стон.
Дальний конец труб тонул в темноте, и я, показав Вольту, что понял, медленно встал и двинулся вперёд, боковым зрением заметив, что Вольт проделал то же самое. Чем ближе мы подходили, тем чётче вырисовывался контур чего-то бесформенного, размером с наш БТР. Нечто двигалось, издавая те самые шорохи и чмокающие звуки, и громко, по-человечески, стонало.
Подойдя на безопасное расстояние, я включил фонарь, который установил на своё оружие во время отдыха. Вольт, оказывается, тоже воспользовался складом и планкой Пикатинни.
Наши фонари выхватили из мрака нечто. На нас смотрели рыбьи глаза размером с обеденную тарелку. Огромная пасть беззвучно открывалась, обнажая глотку, усеянную по кругу множеством рядов зубов. За ними, уже в глубине пасти, шевелились человеческие пальцы, как щупальца, находящиеся в постоянном движении.
Бесформенное тело, в которое буквально вросли руки. Вполне человеческие. Они тоже двигались в такт колыханию туши. Возле рыбьей головы было лицо. Мужское, с правильными чертами. Оно как раз и издавало громкий стон. Глаза были полны боли.
Я, не выдержав этого взгляда, выстрелил, попав прямо между глаз двенадцатым калибром. Лицо разлетелось на куски, и тварь взревела от боли. Из той части, которая была вне нашего обзора, буквально выстрелило в мою сторону щупальце. От неожиданности я потерял равновесие, что меня и спасло, и упал на противоположную от твари сторону трубы, услышав выстрелы Вольта. Упав на спину и чудом не ударившись головой, я перекатом вскочил на ноги.
– В укрытие! – услышал я крик командира, и мы побежали за металлическую ёмкость.
– Граната! – снова раздался крик, а спустя три секунды – взрыв и громкий вой твари.
В ушах зазвенело, и снова крик, но уже Вольта:
– Граната!
Ещё взрыв. Далее я слышал только взрывы, которых сквозь звон в ушах насчитал четыре. Дальше – тишина.
Подошли Вольт и Сварог.
– Живы? – прокричал командир.
Я кивнул, так как отвечать смысла не было: лёгкую контузию от взрывов в помещении получил не я один. Вольт показал мне, что нужно подняться и проверить, и я снова кивнул.
Чапай и Бес подсадили нас, и сверху, включив фонари, мы увидели, что с этой напастью покончено. Похоже, одна из гранат влетела в её пасть и разворотила всю морду. Из туши вытекала обычная красная кровь. Щупальца безжизненно лежали вокруг неё, делая тушу похожей на ужасного осьминога.
Сквозь звон в ушах я услышал, как Вольт произнёс:
– Ктулху, блин.
Он сделал одиночный выстрел для контроля. Туша даже не дёрнулась.
– Чисто! – крикнул он, и мы спрыгнули с трубы.
– Вот тебе и стерилизация, – произнёс Сварог, когда мы вышли в коридор.
Звон потихоньку замолкал, и мы более-менее стали слышать друг друга.
– Где связь с Алисой? – чисто риторически спросил он и глянул в листок. – Ага, тут мы. – Командир стал водить пальцем по бумажке. – Никаких обозначений не стал делать, а жаль. Ладно. Двигаемся вперёд, будьте внимательны и высматривайте какие-нибудь признаки связи. Динамики или что-то похожее. Похоже, это не единственный мутант на нашем пути.
Наше продвижение стало медленнее из-за того, что мы теперь осматривали все проходы, встречавшиеся на нашем пути. Метров через двести возле очередного проёма мы увидели зелёный индикатор на замке.
– Нам дальше. – Сварог посмотрел на нас. – Но, похоже, ИИ приглашает нас пообщаться.
Мы снова встали друг за другом, и командир открыл дверь.
– Чисто.
Он зашёл внутрь, и мы потянулись за ним. Это был очередной тамбур, в котором перед следующей дверью, закрытой, судя по красному индикатору, стоял стол с компьютером, как на этаже входа на базу.
Монитор при нашем появлении загорелся, и из динамика в стене послышался голос ИИ:
– Связь установлена. Вы превысили расчётное время подхода к данной точке. Были инциденты?
Сварог рассказал, что произошло, и Алиса продолжила:
– Я вынуждена поместить вас в карантин. Время до следующей точки связи – один час. Следующая точка через тысячу метров. Дверь будет открыта к вашему приходу. Конец связи.
– Ну, хоть не утопила, – выдохнул Вольт.
– Короче, нам за час нужно преодолеть километр. Поэтому поторопимся, чёрт знает, что у нашего компьютера на уме, – высказался командир, когда мы вышли из комнаты. – Поэтому в темпе вальса выдвигаемся.
Уложились по времени, и на следующей точке Алиса сообщила нам, что, согласно её расчётам, если мы пришли в полном здравии, значит, заражения нет. Но до момента выхода мы должны заходить на каждую точку связи. Временные ограничения сняты.
– И на том спасибо, – снова не сдержался Вольт, сказав это ехидным голосом.
ИИ сарказма не поняла и ответила вполне по-человечески:
– Не за что.
Уже не торопясь, мы двинулись дальше. До точки выхода дошли без происшествий, периодически отчитываясь Алисе. Наконец мы вышли к огромной свинцовой гермодвери. Такие ставят на входах в бункеры.
Большой штурвал поддался легко, и вскоре мы стояли в комнате управления ядерной баллистической ракетой «Воевода».
Пульт серого цвета с множеством кнопок располагался на трёх стенах комнаты. Два монитора по центру были отключены, в отличие от обилия индикаторов, которые моргали разными цветами. Мерный гул вентиляторов охлаждения – и больше никаких посторонних звуков.
Один из мониторов загорелся, и началась загрузка системы. Командир подошёл к двери, которая, судя по всему, выходила наружу. Индикатор замка горел красным.
– Хорошо. Заблокирована, – тихо сказал он, толкнув её рукой, и вернулся к нам.
Монитор загрузился, и на нём появилась девочка со стрижкой каре и очень знакомым лицом.
«Алиса», – в голову пришло воспоминание: фильм ушедшей эпохи «Гостья из будущего». Писатель Кир Булычёв. Больше никаких ассоциаций, разве что с какой-то безоблачной, спокойной жизнью.
– Ну вот вы и добрались, – послышался её голос. – Мне сюда доступ был запрещён, но один из командующих после начала инцидента загрузил программу доступа. Но, к сожалению, предпочёл уйти вниз. К людям, которые были заражены. С тех пор я поддерживаю это место в боеспособном состоянии. Допуска на пуск у меня нет. Наверху в данный момент дверь пытаются вскрыть заражённые. Это практически невозможно, поэтому на ваше усмотрение – зачистка территории. У меня здесь нет никакого вооружения, чтобы вам помочь. Ожидаю ответ.
– Так. Нас с огнестрелом четверо. Чапай с саблей.
– Катана, – поправил его наш африканский друг.
– Не суть. Алиса, сколько снаружи тварей?
– Не представляется возможным подсчитать, так как визуального контроля нет. Только датчики движения, которые показывают, что заражённый не один.
– Исчерпывающий ответ, – с сарказмом произнёс Сварог. – Все слышали? Снаружи больше одной твари. Что у нас по боекомплекту? У меня в автомате полный магазин и ещё четыре снаряжённых магазина. Гранаты я все потратил на нашего «Ктулху». Нам ещё назад возвращаться, неизвестно, что будет на обратном пути.
Он на секунду задумался и продолжил, обращаясь к ИИ:
– Какая вероятность прорыва?
– Вероятность прорыва в комплекс равна нулю. Вероятность прорыва к пульту управления – двадцать процентов, – ответила Алиса.
– И что входит в эти двадцать процентов? – поинтересовался командир.
– Плазменный резак. Выстрел прямой наводкой из артиллерийского оружия, такого как пушки, гаубицы, мортиры, самоходно-артиллерийские и реактивные установки, безоткатные орудия и прочее.
– Стоп, – прервал её командир. – Я понял. Двадцать процентов – это нападение хорошо вооружённой армии. И даже они, если я правильно понял, не смогут проникнуть в лаборатории?
– Нет, – подтвердила Алиса. – Гермодверь испытывали на прочность, сымитировав ядерный удар. Двери получили повреждения, но не критические. Подробнее об испытании вы можете узнать из файлов, хранящихся в моём архиве.
– А почему тогда центр управления не защищён? – задал резонный вопрос Вольт.
– Это не центр управления, – ошарашила нас информацией Алиса. – Это имитация. Пункт принятия решений находится ниже биолабораторий.
– А зачем ты нас сюда привела? – поинтересовался командир.
– Вам нужно отключить тут всё. Это помещение потребляет массу электроэнергии. Дистанционно я отключить здесь всё не в состоянии. Вам нужно будет вернуться к гермодвери. За ней справа люк. Вы его, скорее всего, не заметили. Там лестница вниз и один-единственный путь в настоящий пункт управления. Но сначала отрежьте это помещение от основного питания.
Этим и занялся, оправдывая свой позывной, Вольт. Он подошёл к щиту в стене, открыл его и выключил вводной автомат. Комната резко погрузилась в полумрак, окрасив всё вокруг кроваво-красным светом аварийного освещения и оборвав начинавшую что-то говорить ИИ.
– Ну, вперёд, – скомандовал Сварог и первым двинулся обратно, ко входу в биолаборатории.
Гермодверь была нами закрыта, и справа действительно находился люк. Обычный чугунный, как те, что на улице закрывают канализацию. Отличием были две рукояти по краям. Мы с Чапаем попробовали его открыть, но безрезультатно.
– Тут на стене индикатор, – заметил Вольт.
Я, подняв голову, увидел в стене красный индикатор, который потух и вновь загорелся, только уже зелёным. Под люком послышались шипение и скрежет привода. Он медленно поднялся вверх, оказавшись толщиной сантиметров пятнадцать, и так же медленно открылся.
Вниз уходили металлические скобы, гордо названные ИИ лестницей. Шахта, а иначе её и не назовёшь, уходила вниз метров на пять, и внизу была видна ярко освещённая площадка.
– Ну, с Богом. – Сварог, закинув автомат за спину, первым начал спускаться вниз.
Вскоре мы впятером стояли в идеально круглом и ярко освещённом помещении.
– Вы на месте, – произнёс голос Алисы, и одна из стен начала разъезжаться в стороны, открывая нам зал.
В памяти сразу возникла ассоциация с пунктом управления космическими полётами.
«Это-то откуда? Я что, ещё и к космосу имел отношение?» – промелькнула мысль в голове.
Два огромных монитора на стене. Перед ними полукругом располагались пульты в три ряда. Под мониторами находилось возвышение типа сцены, на котором стоял длинный стол. Помещение было без единого признака человека. Всё оборудование было запитано, от него исходили гул и попискивание.
Один монитор начал загружаться, по нему побежали какие-то символы, понятные, наверное, знающему человеку. Наконец на экране после вереницы символов появилась наша проводница и произнесла:
– Сейчас будет обращение командира части, который, распустив весь персонал, запечатал базу и вышел с личным оружием наружу. Данных о местоположении персонала не представляется возможным установить.
ИИ исчезла с экрана, и на нём появился мужчина в форме ракетных войск. Худощавый, с резкими чертами лица и острым взглядом. Он смотрел в экран и молчал минуты две. Затем начал говорить:
– Кто бы ни смотрел эту запись, я рад, что есть живые и не обезумевшие люди. Впервые человечество столкнулось не друг с другом, а с чем-то, что не поддаётся рациональному объяснению. Я рад бы ударить в ответ по противнику, но бить не по кому. Соединённые Государства Америки, как вы знаете, нам не могли угрожать после внутреннего конфликта. Они ослабли настолько, что всё это государство можно было брать голыми руками. Но у них оставалось ядерное оружие, и они были вторыми в мире после нас по его количеству, поэтому мы их со счётов не списывали. Если коротко, то там, за океаном, не осталось живых. В последние часы человечества мы связывались со всеми бывшими врагами. Так вот, СГА не ответили ни на один экстренный вызов на всех волнах. В Англии нам ответили, да и остальные, кто вышел на связь, говорят одно: «Человечества больше не существует». Я очень надеюсь, что это не так и кто-нибудь выживет и будет смотреть моё обращение. Я отпустил всех по домам, так как воевать ядерным оружием стало не с кем. Сам же запечатаю все входы и выходы сюда. Алиса проследит, чтобы недостойные люди сюда не проникли. Беру с собой табельное оружие. Я видел, что произошло в лабораториях, и понимаю, что компьютер принял единственное верное решение. Отсюда есть выход. Пультовая герметичная, и, если вы посмотрите направо, увидите скобы, уходящие наверх. Это выход для эвакуации персонала. Сверху, на потолке, люк, который может открыть Алиса, либо там же, наверху, есть кодовый замок.
– Пароль для разблокировки, – он поднял со стола лист формата А4, на котором были написаны цифры 56195294670910, и тут же положил его обратно, – будет здесь, на столе под мониторами. Там будет тамбур и лифт наверх. Вы будете находиться недалеко от дороги. Лифт доставит вас на минус первый этаж хибары. Дальше наверх – с тем же кодом. Хибара представляет собой бетонное строение в лесу. Снаружи – как обычный бревенчатый дом, только вместо окон муляжи из бронестекла, а дверь полностью свинцовая. Я попытаюсь прорваться к семье, если они живы и не превратились в тварей, в которых обратилось большинство учёных биолаборатории. Если так…
Он помолчал и продолжил:
– Если так, то я, скорее всего, не буду бороться и пущу себе пулю в лоб. Если нет, то вернусь сюда. На всякий случай прощайте.
Изображение сменилось, и на нас снова смотрела Алиса. В комнате повисла тягостная тишина, прерываемая гулом работающей электроники и вентиляторов охлаждения.
– Всё, хватит скорбеть. – Сварог первым прервал затянувшееся молчание и, подойдя к столу, схватил лист с цифровым кодом. – Я наверх, кто со мной?
Остаться не согласился никто, и вскоре мы были в лифте, который нёс нас наверх.
Вышли в каком-то бетонном подвале, который, впрочем, был освещён одной лампой в центре. Удивительно, но по стенам шли полки со стоящими на них разнокалиберными банками с соленьями и вареньем. Как будто мы попали в обычный погреб деревенского дома.
Наверх вела деревянная лестница, упиравшаяся в деревянный люк. Я полез по ней за командиром, который рукой откинул препятствие и вылез наружу. За мной выбрался Вольт, и его окликнул снизу Чапай:
– Вольт, прими, пожалуйста.
Тот наклонился над люком и принял снизу банку огурцов и одну банку варенья, по-моему, клубничного. Следом вылез наш друг из Африки, а за ним Бес.
Сварог посмотрел на банки, затем на Чапая:
– И зачем?
– Командир, попробовать надо. Если что, варенье детям можно. Соленья тоже пригодятся.
– Резонно, – ответил Сварог. – Открывай.
Он показал на стол, стоящий в центре хибары. Там же было шесть стульев. На стене висели буфеты. Стояли электрическая плита и умывальник. У противоположной стены – огромный кожаный диван. Свободного места, не занятого больше никакими предметами, было много.
Дверь на улицу была закрыта, о чём нам сигнализировал красный цвет индикатора. Мы расселись вокруг стола. Вольт полез в ящики буфета искать столовые предметы, а Чапай локтём ударил сначала по одной крышке, затем по второй. И открыл обе банки.
– Ну и ладно, – сказал Вольт. Он уже держал в руках открывалку и пять вилок и смотрел, как мы выудили пальцами из банки по огурцу и начали аппетитно ими хрустеть.
Он придвинул стул и тоже присоединился к дегустации. Огурцы были замаринованы с какими-то травами, и вкус был умопомрачительный.
– Чапай, ты что, не русский, что ли? – жуя, спросил командир, с удивлением глядя на то, как тот окунает огурец в варенье и смачно его поедает.
– Нэт, – ответил наш чернокожий друг почему-то с кавказским акцентом. – Нэ русский, я африканский Чапай.
Это наконец-то разрядило напряжение. Отсмеявшись, Сварог поднялся из-за стола.
– Так, – произнёс он своё неизменное слово-паразит. – Сосредоточились. Выходим наружу.
Мы взяли оружие, и командир первым пошёл к двери с листочком и начал вводить четырнадцатизначный код. Загорелся зелёный индикатор. Мы взяли дверь на прицел, а Сварог начал толкать её наружу.
Дверь оказалась именно такой, как описал её военный. Нам в лицо пахнуло лесом с такой силой, что у меня закружилась голова. В полную тишину ворвались звуки ветра, шелестящего листвой деревьев, стук дятла, долбящего где-то кору и добывающего себе пропитание, чириканье птиц.
И мы, выйдя наружу, с удивлением увидели, что уже наступило утро. Солнце прорывалось сквозь тяжёлые лапы деревьев, и на его фоне стояла фигура в балахоне с накинутым капюшоном, скрывавшим больше половины лица.
Сварог двумя руками опустил наши с Вольтом стволы автоматов вниз.
Фигура была выше нас всех на голову и на Пастыря никак не походила. Да и в сознание никто не пытался проникнуть.
– Кто ты? – громко крикнул командир.
Фигура, не говоря ни слова и держа руки в огромных рукавах, медленно опустила их и показала нам пустые ладони. Руки были похожи на человеческие лишь тем, что на них было по пять пальцев. Пальцы были длинными, и каждый заканчивался острым когтем.
Он махнул нам одной рукой, предлагая следовать за ним, и, развернувшись, плавно начал удаляться в лесную чащу, не издавая ни малейшего звука. Нам ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.
