290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Шепот ветра (СИ) » Текст книги (страница 17)
Шепот ветра (СИ)
  • Текст добавлен: 25 ноября 2019, 23:00

Текст книги "Шепот ветра (СИ)"


Автор книги: Смешинка






сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 25 страниц)

– Ты все поймешь вечером, Вилу. Обещаю.

Моя подруга удивленно на меня уставилась.

– Ты знал? – сорвалось с ее губ.

Я кивнул, но больше Виолетта не добилась от меня ни слова, кроме еще одного обещания. По правде говоря, мне и самому было непонятно, почему я ляпнул такое. Только сбил любимую с толку.

Тут как раз в аудиторию вошел Энрике, и все разговоры тотчас прекратились. Нет, мы не боялись нашего нового учителя. Вовсе нет. Просто он невольно внушал уважение. Его крепко сколоченная фигура имела не устрашающий, а, скорее, серьезный вид, а лицо каждой черточкой говорила о жизненных преградах, через которые ему довелось пройти. Впрочем, я никогда не нарушал дисциплину на его уроках вовсе не поэтому. Ведь мне были известны такие факты жизни Энрике, которые он скрывает ото всех. И я понимал, как важно для парня без полного музыкального образования заниматься любимым делом.

Весь остаток дня Виолетта пыталась выведать, что я задумал, но тщетно. Только ближе к началу концерта она сдалась. И то, только потому, что меня отозвали Макси и Андреас. Лица у обоих были крайне озабоченными.

– Григорио тоже будет на концерте! – объявил Макси.

– Он хочет проконтролировать, чтобы я все сделал! – добавил Андреас.

Ох, черт! Только этого не хватало! Так, ладно. Нужно что-то придумать. Вот только что? И тут меня осенило. Кроме спасения Виолетты и самого, желательно еще вывести Григорио на чистую воду! И, кажется, я знаю, как это сделать!

– Скажи ему, чтобы он пошел с тобой наверх, – велел я Андреасу. – Пусть он сам увидит, как ты сбросишь арматуру. И желательно тебе все-таки попасть в цель.

– Ни за что! – выпалил Андреас. – И ты не вздумай сходить с места, на которое мы тебе указали! А уж с Григорио я сам как-нибудь разберусь!

– Ладно, ладно, – вздохнул я и обратился ко второму другу. – А ты, Макси, сними все это на видеокамеру. Мы больше не дадим Григорио к нам цепляться!

Макси помолчал пару мгновений, а затем, вдруг воскликнул:

– Федерико, да ты просто гений! Мы покажем запись Пабло или Антонио, и все будет супер!

– Если только я ничего не напутал с траекторией падения арматуры, – пессимистично вздохнул Андреас. – Мы ведь не смогли попробовать.

– Ничего страшного, – пожал я плечами. – Покажете запись без меня. И передайте, пожалуйста, Виолетте, если я погибну, что…

– Ничего мы никому передавать не будем! – огрызнулся Макси. – Ты выживешь, понял?! Даже думать об обратном не смей!

– Только запомни: стоять ты должен ТОЧНО в том месте, которое я показал! – подытожил Андреас. – А иначе – боюсь, тебе точно кранты.

– Спасибо, – саркастически фыркнул я. – Подбодрил.

– Ты, главное, самого себя не накручивай, и все будет в порядке, – возразил Макси. – Ладно, мне пора на сцену.

Мы побежали к занавесу. Нати уже стояла там и нетерпеливо постукивала каблучком. Увидев своего бойфренда, она воскликнула:

– Ну, наконец-то! Там уже все учителя собрались!

– Прости, Нат, – извинился Макси. – Мы там решали кое-какие вопросы.

– Это позже, – отмахнулась девушка и подала знак Бродвею, который сидел за пультом музыкального сопровождения.

Заиграли фанфары, и парочка, держась, как водится, за руки, двинулась к микрофонам. Вступительные слова ведущих показались мне очень долгими. Они читали стихи, посвященные учителям, шутили, и наконец…

– А сейчас, – торжественно провозгласил Макси, – на сцену выйдет наш новый друг…

– Победитель «Реалити-шоу» «Ю-Микса» и просто отличный парень, – подхватила Нати.

– Федерико Дельяно! – разом воскликнули они и поспешили уступить мне сцену.

– Итак, вперед! – сказал я себе прежде, чем направиться к нужному месту.

Я был абсолютно уверен, что справлюсь. Также, мое доверие к Андреасу не имело границ. И, наконец, я знал, что поступил правильно, заняв место Виолетты.

Мгновение – и передо мной уже предстал зрительный зал, на передних рядах которого сидели преподаватели. Среди них был и Энрике. Наши взгляды встретились. Мой почти-брат ободряюще улыбнулся. Это придало решимости.

Стоило мне стать на нужное место и взяться за микрофон, как Бродвей включил музыку, и я начал петь. Песня эта была написана уже давно. После возвращения в Рим из Буэнос-Айреса. Смешно сказать, но депрессия у меня тогда была страшная. И победа в «Реалити» ни капельки настроения не повышала. А виной всему была она – девушка, из-за которой я и стою сейчас на сцене. Виолетта.

Как и было обговорено, я ни разу не сошел с выбранной точки. Не скрою, было жутковато. Но, наверное, натура музыканта и тут взяла свое. Или все дело в том, что я знал о дальнейшем развитии событий. В общем, я даже не сбился, когда, в конце второго куплета, волосы на моей голове зашевелились, как от ветерка. Через долю секунды, точно у меня за спиной раздался грохот. Я даже не стал оборачиваться, продолжая петь.

Впрочем, далеко не все восприняли летящую на меня арматуру так же спокойно. Энрике вскочил с кресла, бледный, как смерть, еще за секунду до грохота. Я увидел в глазах друга ужас. Когда же арматура благополучно грохнулась рядом, он прижал руку к груди, выдохнул и тут же рванул куда-то. Пабло – за ним.

Также, во время полета железки, я отчетливо услышал крики за кулисами и даже распознал в этом многоголосье Виолетту. На сердце у меня потеплело даже в эту секунду. Но вот, арматура упала где-то за мной, и до моих ушей донесся всеобщий облегченный вздох.

А я, как уже говорилось, даже не вздрогнул, а закончил песню, как ни в чем ни бывало. Мелодия завершилась, а все учителя по-прежнему смотрели на меня обалдевшими глазами. Я вернулся за кулисы. Диего с Леоном тут же поспешили убрать арматуру со сцены, а остальные таращились на меня с удивлением и даже с некоторым восхищением.

Все, кроме Виолетты. Она немедленно бросилась мне на шею. Господи, как же это приятно! Как же я ее люблю! Могу сколько угодно раз побывать на волосок от смерти (или хотя бы от тяжелых травм). Чувства, которые вызывает во мне эта девушка, того стоят. Ради Виолетты я пойду на все. Лишь бы она чаще просто вот так обнимала и прижималась… А остальное – неважно…

====== Глава 54 ======

– Федо! – воскликнула моя подруга, и я с удивлением распознал в любимом голосе слезы.

Боже милостивый, да она плачет! Из-за меня? Нет, нельзя больше молчать! Нужно успокоить Виолетту! Немедленно!

– Тише, тише, Вилу! – вскричал я, погладив подругу по волосам. – Ну, что ты? Ведь ничего же не случилось! И…

– Посторонись! – раздался знакомый голос.

К нам бежал Макси, победно вскинув руку с видеокамерой. Значит, мы смогли, мы это сделали! Все получилось! Мой друг передал камеру Марко, подмигнул мне, схватил Нати за руку, и они вместе поспешили на сцену, чтобы объявить следующий номер – песню Людмилы. А Леон с Диего вернулись к нам.

Впрочем, Виолетта, казалось, этого даже не заметила. Она слегка отстранила голову, внимательно осмотрела меня и только тогда изрекла:

– Боже! Глазам не верю! Ни царапины!

– А чего ты ожидала? – хмыкнул я. – Ведь арматура пролетела мимо.

– Да, дружок, – констатировал Марко, глядя на меня с некоторым восхищением. – Ну, у тебя и нервы! Прямо уважаю! Будь я на твоем месте, вся жизнь бы за доли секунды перед глазами промелькнула!

– А она и промелькнула! – послышался еще один знакомый голос. – Только не у него, а у меня!

Ребята расступились, и перед нами предстал Энрике, все еще бледный, но уже уверенно скрестивший руки на груди. А рядом, в той же позе стоял Пабло. Оба явно ждали объяснений. Впрочем, первый вопрос, который задал мой друг, звучал так:

– Ты в порядке, Федо?

Лишь получив утвердительный кивок, он подошел, деликатно отстранил от меня Виолетту и… съездил кулаком по моей физиономии. Вышло не столько больно, сколько неожиданно, из чего я сделал вывод, что Энрике ударил меня просто для психологического воздействия. И, уж конечно, он никогда бы не причинил мне вреда. Но все же, получить по морде от лучшего друга – штука более, чем неприятная.

– Эй, ты чего?! – возмутился я, потирая скулу.

– Слушай сюда, крутой! – прорычал Энрике. – Если ты еще раз вздумаешь проявить суицидальные наклонности, я тебя сам убью! Понял?!

– Да! – огрызнулся я. – И совсем не обязательно было размахивать кулаками! Я бы тебя и так прекрасно понял! И, пожалуйста, Рике, успокойся! Ну, подумаешь, какая-то железка упала! Ерунда какая!

– Ерунда?! – одновременно воскликнули и мой друг, и Виолетта.

– Ну, так ведь все обошлось! – развел руками я.

– «Обошлось»! – фыркнул Энрике. – Да меня чуть инфаркт не хватил!

– И меня! – добавила Виолетта.

– Извините, – робко вмешался Пабло. – Я все понимаю: арматура могла упасть и сама по себе. Но почему Федерико даже не вздрогнул? Здесь два варианта: либо он – на редкость смелый юноша со стальными нервами, либо…

– Да будь у него хоть железобетонные нервы, он все равно должен был хоть как-то испугаться! – оборвал его Энрике. – Конечно, Федерико – чрезвычайно смелый парень, но даже его можно взять на внезапность! Нет, Пабло, он определенно знал об арматуре!

– Думаешь? – засомневался тот.

– Уверен, – кивнул Энрике. – Чай, не первый год его знаю!

– Ты о чем? – опешил Пабло. – Я могу понять, что Федерико сокращает твое имя. Даже могу проигнорировать тот факт, что ты ударил его. Но это…

– Пропустите-ка звезду! – послышался вдруг сердитый голос Людмилы.

Мы расступились, давая возможность девушке пройти на сцену, а Макси и Нати – вернуться к нам.

– Что за шум, а драки нет? – весело спросил паренек, получив назад свою камеру.

– Появись ты минуты на две раньше, твои надежды оправдались бы! – огрызнулся я.

– Так, может, кто-нибудь объяснит мне, почему преподаватель вокала так привязан к ученику?! – начал терять терпение Пабло.

– Просто мы дружим уже шесть лет, – пояснил я. – Ведь оба из Рима. Тебе это не показалось странным?

– И ударил я вовсе не ученика, – подхватил Энрике, – а своего почти-брата за то, что напугал меня до чертиков!

– А на уроках Федерико для него – такой же ученик, как все остальные! – встрял Макси.

– Понял, – кивнул Пабло. – А теперь, давайте-ка проясним, что, вообще, произошло! Ты, Федерико, действительно, знал, что арматура упадет?

Прежде, чем ответить, я обвел глазами всех присутствующих. Нати, Франческа, Брако, Напо, Диего, Марко и даже Леон смотрели на меня со смесью удивления и уважения. Эстрелла, вообще, избегала моего взгляда. Макси просто улыбался. Пабло смотрел с явной тревогой, а Энрике – с укором. Но мой взгляд сам собой задержался на Виолетте. Боже, до чего она бледна! Глаза моей подруги были полны слез, но в них отражались такие чувства… Ничего не понимаю! Если эта девушка меня не любит… А, ладно, подумаю об этом позже.

– Да, – опустив голову, признался я.

Раздалось коллективно «Ах!» Молчали только Энрике, Макси и Виолетта. Ладно, с парнями все понятно, но почему моя подруга тоже молчала? Я перевел на нее взгляд и едва не упал. Девушка стояла, прижав ко рту ладони и, казалось, сейчас потеряет сознание. А тут еще Макси черт дернул ляпнуть:

– Поэтому Федерико и попросил поменять их с Виолеттой местами. Он хотел спасти ее.

– О, боже! – простонала моя подруга. – Вот, почему он так ответил, когда я спросила, почему Эстрелла это сделала!

– Эстрелла? – опешил Пабло.

– Да, это я составляла программу, – подала голос девушка. – Я поставила первой Виолетту, но вчера все же поддалась на уговоры Федерико и поменяла их местами. Поступок, который он совершил ради Виолетты – это верх благородства, и…

– Ну, да! – хмыкнул Диего. – Экое геройство – выйти на сцену, прекрасно зная, что арматура благополучно пролетит мимо!

– Ты что, идиот?! – возмутился Макси. – Да Федерико даже не думал о собственной безопасности! То, что арматура его миновала – это целиком и полностью заслуга Андреаса!

– Минутку! – нахмурился Пабло. – А где же он сам?

– Провожает нашего гостя, – ухмыльнулся паренек.

– Это кого же? – не понял Энрике.

– Одного замечательного парня, – ядовито отозвался я, изобразив в воздухе кавычки, – по имени Григорио Кассаль!

– Господи! – застонал Пабло. – Только не говорите, что Григорио тоже каким-то образом причастен к тому, что едва не случилось с Федерико!

– Зачем, если ты сам только что это сказал? – раздался за его спиной знакомый голос.

Пабло крутанулся на месте с такой энергичностью, что едва не упал. Толпа снова расступилась, давая возможность Андреасу подойти к нам. Паренек был бледен, как мертвец, но, увидев меня, улыбнулся и весело спросил:

– Ну, ты как?

– Да все со мной в порядке, – отмахнулся я.

– Хорошо, – кивнул он, становясь рядом с Макси. – Григорио заметил мою «ошибку» и хотел ее исправить. Мне пришлось все возвращать на место буквально за секунду до сбрасывания. Я боялся, что ошибусь.

– Ради всего святого! – вскричала Виолетта со слезами. – Почему вы все так спокойно говорите о том, ЧТО могло произойти с Федерико?!

Ох! Только не это! Она плачет! Стоит, смотрит на меня со странными чувствами, а из глаз ее текут слезы! Нет, я не могу этого видеть! Каждая слезинка Виолетты отзывается невыносимой болью в моем сердце! Нужно успокоить ее! Немедленно!

Руки мои непроизвольно потянулись к любимой, а губы изогнулись в ласковой улыбке. Да и сама девушка подалась мне навстречу. Она обхватила меня за шею и прижалась так сильно, как только могла. Я тоже обнял ее за плечи, жалея, что не могу поцеловать…

Так мы и стояли в обнимку. Параллельно, я, Макси и Андреас рассказывали всю историю от начала до конца обалдевшим зрителям. В доказательство, Макси продемонстрировал видеозапись, на которой Андреас уговаривал Григорио не убивать меня. Это стало последним штрихом для картинки, которая складывалась в голове Пабло. Да и остальные, кажется, все поняли.

Однажды Макси и Нати пришлось отлучиться, потому что Людмила закончила песню. Следующим шло выступление Леона. Тот, проходя мимо, почему-то хлопнул меня по плечу. Что это с ним? Сначала спасает, теперь это… Похоже, паренек заболел!

Объявив Леона, Макси с Нати вернулись, и мы продолжили рассказ. Людмила, конечно, ничего не понимала, но Диего пообещал потом ей все объяснить.

– В общем, так все и получилось, – заключил Макси.

Секунд тридцать за кулисами царила мертвая тишина. Только на самой сцене звучала музыка. Леон допевал второй куплет своей песни. Наконец, Пабло негромко сказал:

– Я лично займусь Григорио. Он больше даже близко не подойдет ни к самой «Студии», ни к кому-либо из ее учеников. Это я вам обещаю.

– Мы тебе верим, – кивнул Андреас. – Я, наверное, сразу должен был подойти к тебе, правда? Прости.

– Ты не виноват, Андреас, – улыбнулся директор «Студии». – Тебе, как и любому другому на твоем месте, было страшно за свою мечту. Поверь, ты все сделал правильно, и я тобой горжусь!

Андреас просиял. Пабло дружески подмигнул ему и перевел взгляд на Макси.

– И ты – молодец, – сказал он ему. – Это ведь твоя была идея с «промахом»?

– Ну, да, – признался тот, покраснев. – Я не смог смириться с тем, что мой друг в опасности.

– И тем не менее, тебе хватило мужества объявить его выступление, – вздохнул Энрике. – Я бы так не смог.

– Ты намекаешь на то, что мы – плохие друзья?! – ощетинился Макси.

– И в мыслях не было! – покачал головой тот. – Просто мне было бы сложнее, потому что я всегда воспринимал Федерико, как своего второго брата.

– Мне тоже было сложно, поверь, – отмахнулся мой друг.

На этом перебранка закончилась, что дало Пабло возможность обратиться ко мне:

– Знаешь, своим поступком ты напомнил мне средневекового рыцаря. Я и не думал, что такие существуют в наши дни. Ты – герой. Другого слова не подберешь.

– Да, – согласился Энрике. – Только пусть этот герой, в следующий раз, хотя бы предупреждает меня о том, что снова собирается сделать глупость! А то я такими темпами поседею к двадцати трем годам!

– Предупрежу, брат, не сомневайся! – фыркнул я под общий смешок.

Впрочем, не все оценили юмор Энрике. Виолетта, похоже, вовсе не обратила на него внимания, продолжая крепко-крепко обнимать меня, от чего сердце мое отбивало бешеные ритмы, а в животе порхали бабочки. Боже, если бы я мог хоть что-то сделать, чтобы она успокоилась… Но я слишком многого от себя хочу. Для начала, мне нужно понять, почему моя подруга так испугалась. Ведь мы – просто друзья. И воспринимает она меня только как друга. Иначе и быть не может. Пусть осознание этого факта причиняет мне боль, нужно смириться… В любом случае, сейчас я могу сделать для Виолетты лишь одно.

– Пабло, – обратился я к директору «Студии», пока Макси с Нати ушли объявлять песню Марко. – Виолетта очень напугана. Если никто не возражает, давайте опустим ее выступление. Она не может выйти на сцену в таком состоянии.

– Да, конечно, – кивнул Пабло, с тревогой посмотрев на любимицу. – Может быть, позвать Анжи? Она, обычно, неплохо утешает…

– Нет, – едва слышно шепнула Виолетта, отнимая заплаканное, но такое прекрасное лицо от моей груди.

– Не понял, – констатировал обалдевший Пабло. – Вы ведь всегда хорошо ладили!

– И сейчас ладим, – чуть более смело заговорила моя подруга. – Но сегодня я хочу видеть рядом с собой только Федерико.

Мое сердце едва не выпрыгнуло из груди от переполнившего его счастья. Она хочет, чтобы я был рядом! Я нужен ей! Ну, что ж, значит, есть, зачем жить…

====== Глава 55 ======

Уходя, я собирался, было, отпустить плечи подруги и просто пойти рядом, но она лишь крепче прижалась ко мне и шепнула:

– Пожалуйста, не отстраняйся! Мне так спокойнее!

Я удивился, но все же без лишних вопросов послушался, освободив только одну руку, чтобы открыть дверь. Мы медленно пошли по коридору. Виолетта едва заметно дрожала в моих объятиях.

И тут до меня дошло, почему она так испугалась. Мне ведь прекрасно известно, ЧТО едва не случилось с ней самой еще до нашего знакомства! Возможно, данный случай напомнил ей о том кошмаре. А уж если учесть то, что при аналогичных обстоятельствах моя подруга осталась без матери… Какое же я бесчувственное бревно!

– Все хорошо, Вилу, – шепнул я девушке, пока мы выходили во двор. – Ничего не случилось!

Виолетта внезапно фыркнула, все еще пряча лицо у меня на груди.

– Ничего?! – возмущенно прошипела она. – Да ты едва не покалечился, Федо! Или еще хуже… Нет, даже думать об этом боюсь!

– Но ведь все обошлось! – запротестовал я.

– А могло и не обойтись! – не унималась моя подруга. – Федо, я все видела со стороны! Если бы ты знал, как близко от тебя прошла эта арматура… Один лишний сантиметр – и тебя бы, в лучшем случае, огрело по затылку!

– Тише, тише! – воскликнул я, успокаивающе погладив ее по волосам. – То, что произошло, конечно, вызвало у тебя некоторые воспоминания…

Виолетта внезапно охнула и остановилась. Я испугался и тоже стал, как вкопанный. О, господи, что с ней?! Мое сердце замерло в груди, когда я осторожно обнимал подругу второй рукой. А она вдруг отняла голову от моей груди и заглянула мне в глаза. И сколько же чувств было в этом взгляде...

Стоп! Снова надежда! Да что же это такое?! Когда я смогу адекватно воспринимать действительность?! А действительность заключается в том, что для Виолетты я – всего лишь друг! Так что надежду нужно уничтожить! Но, черт возьми, как же это больно!

А Виолетта продолжала смотреть на меня с каким-то непонятным чувством. То есть, мозг, конечно, немедленно подсказал: любовь. Но ведь это бред, абсурд… И все же, меня внезапно очень сильно потянуло к ней. Это была какая-то неведомая сила, которой я почти не мог сопротивляться… В общем, через пару мгновений я очнулся в каком-то миллиметре от ее губ. Ее дыхание сводило меня с ума, и она, казалось, сама тянулась мне навстречу. Но нет! Этого не может быть! У меня галлюцинации! Поэтому я, ощущая жуткую боль в груди, все же ухитрился повернуться и чмокнуть подругу только в щеку. Желудок мой сделал сальто, а сердце заныло, требуя поцелуя в губы. Я решительно приказал этому самому сердцу замолчать, потому что не мог поставить под удар свою дружбу с Виолеттой.

– Что с тобой? – тихо спросил я. – Ты так резко остановилась… Снова эти воспоминания?

– Какие воспоминания? – не поняла Виолетта. – Я остановилась, потому что твои слова меня удивили.

– Ну, разве ты не из-за воспоминаний так испугалась, когда на меня полетела арматура? – нахмурился я. – Ведь с тобой когда-то аналогичная ситуация произошла…

О Марии я тактично не стал упоминать, потому что знал: Виолетте это не понравится. То есть, она заплачет, а мне этого не вынести. Но теперь моя подруга почему-то… рассмеялась. Поразительно! Что с ней такое?! Может, потрясение так велико? Тем более, что это был не веселый смех, а какой-то неравный.

– Вилу, что с тобой? – засуетился я.

– Все в порядке, Федо! – отсмеявшись, выдохнула она. – Просто ты – дурачок!

– То есть? – опешил я.

– При чем здесь какие-то воспоминания, – мягко начала Виолетта,– когда речь идет о нас с тобой? Воспоминания… Нет, Федо, это было нечто другое. Я… я просто испугалась за тебя, понимаешь?

На последней фразе она вдруг густо покраснела. Вот это уже совсем непонятно! Она испугалась за меня? Хотя, стоп! Почему непонятно! Неужели подруга не может испугаться за друга?! Да уж, что-то у меня совсем крыша поехала! Конечно, Виолетта испугалась!

– Понимаю, – шепнул я, крепче прижимая подругу к себе. – И, по той же причине, я решил поменяться с тобой местами. Ты ведь…

– Что?! – оборвала меня девушка, мгновенно став мертвенно-бледной. – Это правда?! Ты, действительно, сознательно стал на мое место?!

Я нахмурился и кивнул. Странно. Она что, считает, будто я соврал учителям и ребятам? И неужели в моих силах соврать Энрике?! Он ведь мне почти брат!

Но все эти мысли разом повылетали из моей головы, когда я увидел выражение лица подруги. Она определенно злилась. Никогда ее такой не видел!

– Так, ну-ка пойдем со мной! – воскликнула Виолетта, отстраняясь, и хватая меня за руку.

Мы поспешили дальше, в сторону дома. Виолетта, казалось, внезапно осмелела, потому что всю дорогу буквально тащила меня. Я ничего не понимал. Почему она так злится? Ладно, по обстоятельствам посмотрим.

Подруга привела меня к своему дому и затащила наверх. Ольгитта, которая протирала в гостиной пыль, проводила нас удивленным взглядом, но ничего не успела сказать.

Когда мы оказались в комнате Виолетты, она отпустила мою руку лишь на мгновение, чтобы запереть дверь, а затем, горячо обняла. Я, будучи в полном шоке, отозвался и обхватил ее с такой энергией, что оторвал от пола.

– Федо, пожалуйста, не пугай меня так больше! – прошептала Виолетта мне в самое ухо. – Ты не должен так поступать ни под каким видом!

– Прости, но ничего отвечать не могу, – шепнул я в ответ. – Если тебе будет угрожать опасность…

– Федо, это важно для меня! – не унималась моя подруга. – Если с тобой что-то случится, я не смогу простить себе этого!

Я деликатно отстранил от себя Виолетту, заглянул ей в глаза и негромко сказал:

– Послушай, ты не виновата сейчас и не будешь виновата в будущем! Это все – моя привязанность к тебе!

Вот и все. Я рискнул упомянуть свои чувства. Теперь остается только ждать, как моя подруга на это отреагирует. Надеюсь, она не поймет, что я говорю в прямом смысле. Очень надеюсь. Что ж, мои молитвы были услышаны. Виолетта еще крепче обняла меня и прошептала:

– Знаю, знаю! Но, пожалуйста, считайся и с моей привязанностью к тебе!

Сердце мое подпрыгнуло в груди. Она привязана ко мне! Да уж, ради таких слов определенно стоило рисковать жизнью! А что, если… НЕТ! Никакой надежды! Виолетта, конечно, привязалась ко мне. С этим не поспоришь. Но ведь это – чисто-дружеские чувства! Так что хватит мечтать, Федерико! Спускайся на землю и снова убивай в себе надежду… А, черт! Снова боль. Интересно, а есть какой-нибудь способ от нее избавиться? Ох, ладно, об этом я подумаю позже. Сейчас нужно побыть тем, кем Виолетта хочет меня видеть – другом. Поэтому я просто обнял ее в ответ и воскликнул:

– Знаю, Вилу! Но постарайся понять и меня! Ради тебя я землю с небом сведу!

Виолетта вздохнула и еще крепче ко мне прижалась. В этих объятиях я чувствовал себя спокойно, хотя ощущения от прикосновений были попросту невероятными… Сердце билось, как заведенное, мурашки покалывали не только спину, но и все тело, а дыхание участилось. И все равно, я ни за что на свете не хотел бы прерывать объятия.

Но, конечно, в один момент, Виолетта отстранилась от меня. Глаза ее сияли теплом, от чего сердце мое пустилось в пляс. Милая моя! Она одна такая…

Мы еще долго беседовали о произошедшем. Моя подруга выспрашивала у меня все новые и новые подробности. Особенно ее интересовал тот факт, что я пригласил Эстреллу погулять. И вот, что странно: при упоминании об этом, она так напряглась… Нет! Нельзя пускать в сердце надежду! Наверняка, у Виолетты были абсолютно дружеские мотивы! Она не может меня ревновать, потому что не любит!

Когда же я, сумев убедить Виолетту, что эта самая прогулка была совершена исключительно ради нее, она попросила рассказать обо всем остальном, в мельчайших подробностях. Я бы, может, и не стал бы ей их рассказывать, чтобы не пугать еще больше, но для меня соврать Виолетте… Словом, не могу – и все тут! У каждого человека есть предел возможностей, и я – не исключение. Нет, конечно, моя подруга до сих пор не догадывается о том, как сильно я люблю ее, но… Если она спросит, я ей и о своих чувствах расскажу. С болью в сердце, но расскажу. Не могу по-другому.

Ближе к вечеру Виолетта немного успокоилась. Хотя, признаться, во время моего повествования, было несколько моментов, когда она едва не падала в обморок от ужаса. И, кстати, что странно… В такие моменты, мне, по всем параметрам, должно быть приятно от того, как мою подругу пугает перспектива меня потерять. Должно. Однако, тогда я испытывал лишь боль от того, что ЕЙ плохо. Черт, наверное, правильно говорят: если любишь человека, будешь беречь и всегда защищать ото всех напастей.

Таким образом, уходя вечером, я был все еще преисполнен уверенности в том, что поступил правильно, когда стал на место Виолетты. Даже если бы Андреас и не сумел спасти меня, я не сделал бы и шагу в сторону. Ведь все это ради НЕЕ! Ради человека, в котором заключена моя жизнь. Ради девушки, которая стала моей Вселенной. Ради моей любимой, мило, нежной, замечательной, прекрасной, удивительной и самой лучшей Виолетты Кастильо…

====== Глава 56 ======

Утро следующего дня выдалось довольно приятным. А что такое? Солнышко светит, птички поют, я дорог Виолетте… Ну, да, у меня всегда все сводится к ней! Я – типичный влюбленный дурачок. По-другому и не скажешь.

Мы, как обычно, и вместе зашагали в сторону «Студии», болтая и смеясь. Только теперь мне было сложнее вести себя, как друг. Похоже, Виолетта все еще не могла очухаться после того, едва не случилось со мной вчера. Или она просто не хотела никуда меня от себя отпускать. Так или иначе, всю дорогу она почти не прерывала физического контакта между нами. То за руку возьмет, то погладит по плечу, то обхватит за шею…

И меня это не раздражало. Нет. Просто я не мог привыкнуть к постоянному потоку чувств. К тому же, мне было сложно контролировать собственные действия. Сложнее, чем когда-либо. Каждый раз, когда Виолетта касалась меня, я боролся с желанием остановиться посреди дороги и впиться в ее губы огненным поцелуем…

Помогло то, что мы уже пришли. Теперь я старательно убеждал себя, что нельзя целоваться на публике. Еще слухи поползут... К тому же, тогда нашей дружбе кирдык.

К счастью, стоило нам войти в здание, из дальнего конца коридора кто-то позвал меня по имени. А через секунду мы увидели, что оттуда приближается Макси с озорной улыбкой. За ним вприпрыжку бежала Нати.

– Привет! – помахал наш друг.

– Доброе утро! – добавила его девушка.

Виолетта все еще держала меня за правую руку, поэтому наше с Макси традиционное рукопожатие происходило с левой стороны.

– Вилу, ты не против поболтать? – тут же предложила своей подруге Нати. – А мальчики пусть пока пообщаются.

– Мы скоро, – улыбнулась мне Виолетта. – Встретимся в кабинете, хорошо?

Я кивнул. Девушка отпустила мою руку, и они с Нати куда-то побежали. Сердце мое заныло, но я усилием воли заставил его замолчать. Тем более, что Макси тут же схватил меня за плечо и потащил в аудиторию со словами:

– Пойдем-ка, дружок. Разговор есть.

Оказавшись в кабинете вокала, где у нас и было следующее занятие, паренек отпустил меня. Поскольку там еще никого не было, я тут же в полный голос спросил:

– В чем дело?

– В вас с Виолеттой, – заулыбался Макси. – Я, видишь ли, не полный кретин и умею сопоставлять факты.

О, боже! Еще один подобный разговор – и у меня случится нервный срыв! Я не шучу! А уж если и Макси попытается убедить меня в том, в чем убеждают многие другие…

– Какие факты? – осторожно спросил я.

– Ты прекрасно знаешь, какие, – отмахнулся мой друг. – Я и раньше догадывался, что у тебя есть какие-то чувства к Виолетте, но твой поступок вчера…

– Ну, конечно, у меня есть к ней чувства, – решил я изобразить дурака. – Мы ведь с ней друзья.

– Да, – хмыкнул Макси. – Но ты хочешь быть ей не просто другом, а кое-кем поближе, правда?

Он поддел меня локтем под ребра. Я даже не вздрогнул.

– Да ладно тебе! – рассмеялся мой друг. – Уж мне-то ты доверять можешь! Ну же, выпусти на волю свои чувства! Ты ведь не можешь вечно их от меня прятать!

Да, он был прав. Не вечно же держать его в неведении. Особенно, после того, что он сделал вчера. И я решил рассказать ему. Сердце мое наполнилось болью, стоило лишь подумать об отсутствии у Виолетты чувств ко мне. Так больно… Я даже содрогнулся всем телом и обхватил руками голову, стараясь вывести на первый план рассудок, а не эмоции.

– Тихо, тихо, тихо! – встревожился Макси, схватив меня за локоть. – Спокойно! Давай присядем.

Все еще пытаясь унять боль, я позволил другу отвести себя к стене и тихо сполз по ней на пол. Рядом стояли стулья, но мне было не до них. Макси тоже уселся прямо на пол, опершись спиной о стену, и спросил:

– Ну, в чем дело? Вы с Виолеттой так друг на друга смотрите… У вас полная гармония! Чувств между вами не заметит, разве что, полный идиот.

– Ошибаешься, – все еще морщась от боли, произнес я с горечью.

– То есть? – опешил Макси.

– Чувства есть, но только с моей стороны! – простонал я, уткнувшись лицом в ладони. – Виолетта не любила меня, не любит и никогда не сможет полюбить!

– Но ваши взгляды… – охнул Макси.

– Говорю же, ты ошибаешься! – вспылил я, подняв голову. – Мои чувства есть – это правда. Но только мои!

– А может…

– Макси, я знаю, что говорю! Нет у Виолетты ко мне чувств! Признаться, ты – не первый, кто пытается убедить меня в обратном. Но я точно знаю, что это не так!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю