290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Шепот ветра (СИ) » Текст книги (страница 18)
Шепот ветра (СИ)
  • Текст добавлен: 25 ноября 2019, 23:00

Текст книги "Шепот ветра (СИ)"


Автор книги: Смешинка






сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 25 страниц)

– А может, это ты ошибаешься! – вскричал тот. – Может, ты просто не видишь чувств Виолетты к тебе?!

– С ума сошел?! – горько усмехнулся я. – Ты ведь знаешь, что она не любила меня раньше! Так с чего бы ей вдруг в меня влюбляться?! Нет, дружок, любовь из воздуха не возникает!

– Да кто сказал про воздух?! – не унимался мой приятель. – Может, все дело в твоей любви к ней! Может, ощущая ее постоянно, она, сама того не понимая, потянулась к тебе и…

– Вот уж не думал, что ты у нас философ! – огрызнулся я.

– Ты многого обо мне не знаешь, – парировал Макси. – И не уходи от темы! Так что ты думаешь?

– То же самое, что и раньше, – вздохнул я, откинув голову к стене и посмотрев на потолок. – Любовь – не то чувство, которое можно заслужить. Что бы я ни делал, Виолетта будет ценить меня лишь, как друга. Только так.

Несколько минут царило молчание, а затем, Макси робко произнес:

– А я еще, дурак, думал, почему ты добровольно подставил под удар собственную голову! Из-за любви?

– Точно, – подтвердил я. – Ведь ей грозила опасность.

– Ни фига себе! – восхитился паренек. – Это до какой степени ты должен ее любить!

– Не знаю, – смутился я. – Одно могу сказать точно: ради Виолетты я готов и не на такое.

– Ты ведь уже и так чуть не отдал жизнь, – возразил Макси.

– И не жалею об этом, – отмахнулся я. – Потому что моя жизнь – моя настоящая жизнь – беседует сейчас с твоей девушкой. Без нее я долго не протяну. Уж ты-то должен меня понять.

– А я и понимаю, – согласился мой друг. – Для Нати я сделал бы то же самое. Но неужели ты так и будешь притворяться простым другом?!

– Я не притворяюсь! Я и есть друг! – вскричал я. – Да, возможно, и собираюсь. А тебе что, известен другой выход?!

– А признаться не пробовал? – выпалил Макси.

Я невесело рассмеялся. Честное слово, в жизни не слышал ничего глупее! Он что, и правда, думает, что это поможет?!

– Издеваешься?! – выдавил я. – Да нам обоим только хуже станет!

– Не понял, – констатировал Макси. – То есть, ясное дело, тебе будет больно из-за твоих депрессивных мыслей. Но при чем здесь Виолетта?!

– А ей будет больно, потому что она привязалась ко мне, – пояснив я, перестав смеяться. – Она будет винить себя за то, что не сможет ответить мне взаимностью.

– О, господи! – возвел Макси глаза к потолку. – Ты безнаде…

Он внезапно осекся, потому что за дверью отчетливо послышался топот убегающего человека. Нам понадобилась секунда, чтобы переглянуться, все понять и дружно рвануть к приоткрытой двери.

Но мы действовали слишком медленно. В коридоре уже никого не было. В груди у меня, как кубик льда, прокатился ужас, а потом навалилась волна страха.

– Федерико, – севшим голосом позвал меня Макси, – скажи, что у нас с тобой коллективная галлюцинация, а!

– Очень на это надеюсь, – хрипло отвечал я.

Мы снова переглянулись, думая об одном: похоже, теперь о моих чувствах к Виолетте знает кто-то посторонний. И остается надеяться, что этот кто-то безобиден.

====== Глава 57 ======

Уроки Энрике никогда не были скучными. Он всегда придумывал что-нибудь интересное. То разделит нас на голоса, как в хоре, то устроит настоящий вокальный батл… Он старался научить нас не только правильно использовать свои врожденные таланты, но и работать в коллективе. Всем, включая меня, нравились его уроки.

Но сегодня я впервые считал минуты до звонка. Сейчас мне нужен был не учитель, а друг с его поддержкой. Мне нужен был совет моего почти-брата.

Сегодня Энрике разбил нас на пары и предложил попробовать петь дуэтами. Меня он, конечно, поставил с Виолеттой.

– Ну, что, петь вместе нам не в диковинку, правда? – поддразнила моя подруга, погладив меня по плечу.

Я, все еще гадая, кто мог подслушать мой разговор с Макси, и нет ли его сейчас в этом кабинете, слегка вздрогнул, но тот же заулыбался и тихо ответил:

– Конечно.

Впрочем, Виолетта мгновенно поняла, что к чему, и встревожено спросила:

– Что-то не так?

И вот, тогда я оказался в полном (пардон) дерьме. Что сказать? Соврать ей я не мог, но и правдиво ответить, не раскрыв своих настоящих чувств, – тоже. Ведь моя подруга непременно захочет знать всю ситуацию, и тогда…

Но тут меня выручил Макси. Они с Нати стояли рядом и, наверное, слышали диалог. Поэтому мой друг улыбнулся Виолетте и произнес:

– Ничего страшного. Не думай об этом. Лучше начнем-ка работать.

– Да, он прав, – спохватился я. – Давай лучше решим, какую песню будем петь.

– По-моему, выбор очевиден, – перешла моя подруга на деловитый тон. – «В моем мире» у нас получится лучше всего.

– В том смысле, что именно ее мы чаще всего пели, – уточнил я.

– Именно, – кивнула Виолетта. – Давай, как обычно. Ты играешь на синтезаторе, и мы вместе поем.

– Хорошо, – кивнул я и громко обратился к Энрике. – Мы готовы.

– Прекрасно, – улыбнулся мой почти-брат и кивком указал в сторону сцены.

Мы с Виолеттой стали по одну сторону от синтезатора. Девушка ни на секунду не отпускала мое плечо, что сводило меня с ума. Но музыка, конечно, тут же все вылечила. Мы начали петь, и я почувствовал, как пульс постепенно выравнивается, а бабочки оставляют живот в покое. Остались только мурашки и любовь к девушке, которая пела рядом со мной. Безграничная и всепоглощающая любовь к этому голосу, к этим глазам, к этому лицу, у этой душе…

Мы пели абсолютно синхронно, стоя рядом и глядя друг на друга. Иногда расстояние между нашими лицами так сокращалось, что я ощущал дыхание подруги на щеках. И каких же усилий мне, в эти мгновения, стоило не поцеловать ее… Но натура музыканта, в итоге, брала свое. Я продолжал играть и петь, хотя на душе скребли кошки. Она никогда не почувствует того, что чувствую я. Никогда ее сердце не тронет ответная любовь, что бы там ни говорил Герман, Рената, мама, Энрике и Макси…

И вот, песня закончилось. Виолетта крепко обняла меня. Это стало настоящим испытанием после того, как я несколько раз едва не поцеловал ее. Но каким-то невероятным образом мне удалось удержаться и сейчас. Хотя, наверное, определенную роль сыграли и аплодисменты, которые тут же зазвучали в кабинете. Я лишь обнял подругу в ответ и рассмеялся.

После нас выступали Макси и Нати. Получилось у них очень даже неплохо. И песня была душевная, и смотрели они друг на друга с любовью. Куда там нам с Виолеттой! Ведь если такой взгляд и был, то лишь с моей стороны, а это – совсем другое.

Следующими пели Леон и Эстрелла. Эти двое как-то странно друг на друга поглядывали и явно чувствовали себя неуверенно, постоянно сбиваясь то в музыке, то в словах.

У Камиллы с Бродвеем тоже все получилось не лучшим образом. Вот уж, что стало для меня сюрпризом. Мне казалось, у этих двоих в отношениях полная идиллия. Но они почему-то зло друг на друга косились, и не пели, а орали, как в игре «кто кого перекричит». Наверное, поссорились. Хотя, какое мне до этого дело?

Франческа с Марко спелись прекрасно. И песня трогательная, и взгляды счастливые… Все замечательно. Похоже, у них что-то наклевывается. Но мне и это безразлично.

Брако и Напо тоже замечательно выступили. На то они и были лучшими друзьями. Без комментариев.

Андреаса поставили с Эммой, но у них, похоже, чувства только начинали зарождаться. К тому же, хроническая неуверенность моего нового друга давала о себе знать. Так что ничего путного от их песни, кроме, разве что, постоянных ошибок и неловких взглядов, мы не увидели.

Последними выступали Людмила с Диего. Вышло неплохо, но немного скучновато. Никаких взглядов, только пение. Как у роботов, честное слово!

– Отлично, все молодцы! – воскликнул Энрике. – У меня есть всего пара замечаний. Я вижу, что вы стараетесь, но не все в достаточной степени понимают, как важно оставить все личное за кулисами… То есть не совсем все, а все плохое. В будущем вы можете быть вынужденными петь с теми, кто вам даже как человек не будет нравиться. На сцене вы должны будете создавать иллюзию чувств между вами. Вот, как раз с чувствам и у нас прекрасно справились Макси и Нати, Франческа и Марко, Федерико и Виолетта…

Он едва заметно подмигнул мне и продолжал, больше не упоминая наших имен.

– Все эти ребята получают отличные оценки. Вам же, Камилла и Бродвей, следует держать в рамках свой гнев. Вот, его как раз и нужно оставлять за кулисами. Леон и Эстрелла, вы слишком напряжены. Расслабьтесь. То же самое относится и к Андреасу с Эммой. Что касается вас, Людмила и Диего, вы, наоборот, слишком далеко запрятали чувства. Если их нет, вы должны изобразить. Ну, а о Брако и Напо даже говорить нечего. Вы молодцы, ребята. Действуете синхронно и понимаете друг друга без слов. Таким и должен быть дуэт двух парней. Итак, задания для тех, к кому у меня были замечания. Исправьте свои ошибки и выступите на следующем уроке. Все свободны.

Ребята начали расходиться. Виолетта, Макси и Нати потянули, было, меня за собой, но я остался стоять на месте и заявил:

– Вы идите, а я перекинусь парой слов с Энрике.

– Хорошо, – кивнула моя подруга. – Только не забудь, что следующий урок у Бето. Он не любит, когда опаздывают.

– Помню, помню, – отмахнулся я. – Но мне нужно поговорить с Энрике.

Макси, похоже, понял, что к чему, и поспешил увести девушек, не забыв, однако, ободряюще шепнуть мне:

– Я тебя прикрою.

– Спасибо, – тоже шепотом ответил я.

Наконец, в кабинете остались только мы с Энрике. Мой почти-брат разбирал какие-то бумаги, но, подняв на меня глаза, оставил свои дела, подошел ближе и спросил?

– Ну, что? Снова вспомнил обо мне?

Ох, черт возьми! Ну, вот, как он умудряется всякий раз заставлять меня чувствовать себя виноватым?! Я ведь снова почти забыл о нем! Хорош друг!

– Прости, брат, – вздохнул я. – Замотался с этим концертом.

– Да все нормально! – расхохотался Энрике, хлопнув меня по плечу. – Я понимаю. Так что ты хотел?

– Да почему сразу хотел-то?! – возмутился я. – Может, я просто соскучился по лучшему другу!

– Ага, – саркастически фыркнул тот. – Особенно, если вспомнить мой вчерашний удар тебе в глаз!

– Ну, честно говоря, я его заслужил, – признался я. – Мне следовало изначально подойти к тебе и попросить совета…

– Федо, это не шутки, – посерьезнел мой почти-брат. – Ты чудом избежал травм или еще хуже…

Он осекся, похоже, не будучи в силах упомянуть вслух слова «смерти».

– Да, ты должен был подойти ко мне, – закончил он через долю секунды.

– Знаю, – кивнул я. – Но мне так хотелось, чтобы твой первый праздник в качестве учителя прошел на высшем уровне…

– У тебя получилось, – ядовито отозвался Энрике. – Ты сам чуть на этом ВЫСШЕМ УРОВНЕ не оказался, а меня чуть инфаркт не хватил!

– Ну, прости! – взмолился я. – Чего ты этим добиваешься? Я ведь понимал, насколько для тебя важна работа в качестве учителя. Мне хотелось сделать для тебя что-нибудь приятное, устроить сюрприз, показать, что для меня это тоже важно! А потом, когда я узнал, что на Виолетту готовится покушение… У меня сердце остановилось, и я увидел только один выход. Прости меня, брат!

– Ладно, что было, то было, – вздохнул Энрике. – Ты только пообещай меня одну вещь.

– Какую? – напрягся я.

– Когда в следующий раз захочешь проявить суицидальные наклонности, возьми меня с собой! – рассмеялся мой друг.

– Смотри, – присоединился к нему я, – за язык тебя никто не тянул!

Это стало концом перебранки, поэтому мы обнялись, похлопав друг друга по спинам.

– Но ты прав, – вздохнул я, когда объятие распалось. – У меня, действительно, есть проблема, которую я хочу с тобой обсу…

Конец моей фразы заглушил звонок, возвещавший о начале второго урока.

– Могу задержаться, – проинформировал я друга. – Макси обещал меня прикрыть.

– Ну уж нет! – возмутился Энрике. – Ты что, хочешь, чтобы меня уволили за превышение должностных полномочий?!

– Нет, конечно! – выпалил я. – Думай, что говоришь! Но, Рике, мне НУЖНО с тобой посоветоваться!

– Знаю, знаю, – примирительно улыбнулся мой почти-брат. – И я совсем не против! Но ты должен учиться! Поэтому давай встретимся после занятий и пойдем к нам. Заодно и Деметрио с Росанной увидишь!

– А они подслушивать не будут? – занервничал я. – Все-таки, то, что я хочу обсудить…

– Да понял я, понял! – фыркнул Энрике. – На критику не обижаюсь – сам знаю привычки этих двоих. Но сегодня сделаю все, чтобы до их ушей не долетело ни слова. Обещаю. А теперь – марш на урок!

– Хорошо, – кивнул я. – Увидимся! И…

– Бегом! – скомандовал Энрике.

– Ладно, ладно! – рассмеялся я и выскочил за дверь.

Благо, кабинет фортепиано находился совсем рядом, а Бето немного задержался. Но Виолетта, похоже, все равно начала волноваться. В любом случае, стоило мне подойти, она вцепилась в мою руку с такой силой, что стало больно.

– Тихо-тихо! – успокаивающе шепнул я. – Все хорошо, я здесь.

Моя подруга была бледной, как смерть, и слегка дрожала. Ох! Кажется, дело не во мне!

– Вилу, что случилось! – занервничал я, заглянув в ее глаза, полные слез.

– Это… Диего, – едва слышно произнесла она.

Я почувствовал, как во мне поднимается гнев. Этот велосипедист-Шумахер обидел Виолетту?! Все, дружок, ты – труп! Я поймал взглядом Диего. Он весело о чем-то перешептывался с Бродвеем на другом конце кабинета. Как мне, в эту секунду, хотелось прямо сейчас подойти и дать ему в морду! Я даже затрясся от гнева.

– Эй, эй! – воскликнул Макси, который стоял неподалеку. – Спокойно, не горячись!

– А ты куда смотрел?! – накинулся на друга я. – Знал бы – ни за что не отпустил бы ее с тобой!

– Да я ничего и не понял! – возмутился тот. – Диего на входе в кабинет хвать Виолетту за руку! И вытащил в коридор. Я и охнуть-то не успел!

– А тут не надо было ни «охать», ни «ахать»! – возразил я. – Все, что от тебя требовалось, – съездить этому козлу по морде!

– Ну, прости, – потупился Макси.

– То-то! – отозвался я и обратился к Виолетте совсем другим голосом. – Он ничего тебе не сделал?

– Рука болит, – пожаловалась та.

– Можно? – робко спросил я, потянув к ней свободную ладонь.

Виолетта послушно стала так, чтобы я мог коснуться другой ее руки. О, черт! Я просто убью эту сволочь, Диего! Растерзаю! Чуть выше правого локтя девушки все еще были видны красные следы его пальцев, а кисть почему-то начинала опухать.

– Что произошло? – тихо спросил я, нежно проведя пальцами от одного повреждения к другому.

Прежде, чем ответить, Виолетта охнула и как-то странно на меня посмотрела. Черт! Не знай я, что она меня не любит… А, ладно, позже разберусь! Виолетта тихо сказала:

– Диего… он выволок меня в коридор. Сказал, чтобы я… чтобы мы с тобой перестали дружить… Говорил, что мне же будет хуже…

– Неужели? – изогнул бровь я. – Ладно, с этим мы разберемся. Больше он ничего тебе не сделал?

– Он… полез целоваться, – призналась Виолетта.

О, дерьмо! Да я его на органы разделаю! Скатаю в мячик и отдам играть ребятишкам! Если только он сумел дотронуться до моей любимой девушки…

– И что? – сорвалось с моих губ. – Ты позволила?

– Конечно, нет! – выпалила она. – Я ударила его. Ну, точнее, попыталась ударить…

– Молодец! – воскликнул я. – Ты все сделала пра… Постой! Попыталась?!

– Ну, да, – неохотно призналась Виолетта. – Диего едва вздрогнул, а вот у меня в руке что-то хрустнуло…

– Похоже, она не держала большой палец внутри кулака, – вставил Макси.

– Ты помолчал бы! – осадил его я. – Внутри кулака… Она ведь девушка! Откуда ей знать все эти премудрости?!

– Я говорила ему то же самое, – вставила Нати.

– Так, Вилу, – ласково обратился я к подруге. – Больше Диего тебе ничего не сделал?

Ладонь Виолетты выскользнула из моей руки и дотронулась до той части лица, которая была закрыта ее чудесными локонами. Всего на долю секунды, но даже этого мне было достаточно для того, чтобы все понять. Девушка молчала, опустив обе руки и изучая пол под ногами. Я внезапно почувствовал себя увереннее, поэтому смело, но все же очень нежно, взял любимую за подбородок, повернул к себе, убрал мешающие волосы и громко ахнул. На правой скуле так любимого мною лица набухал синяк в виде костяшек пальцев Диего.

Ох, как мне тогда хотелось поцеловать Виолетту, успокоить, шепнуть ей на ухо что-нибудь нежное… И, клянусь, я бы сделал что-нибудь подобное, не отрезвляй мой рассудок ненависть к ее обидчику. А так, я быстро вспомнил, что не могу делать ничего подобного. И пусть, моя подруга сама смотрит на меня с каким-то чувством, это самое чувство не может быть любовью! Не может! Виолетта меня не любит! А если… Так, минуту! Да о чем я, вообще, думаю?! Этот ублюдок, Диего, позволил себе поднять руку на это милое, нежное, беззащитное создание! Ну, все, парень, ты – труп!

====== Глава 58 ======

– Я его растерзаю! – вырвалось у меня нечто вроде звериного рыка.

– Непременно растерзаешь! – остудил меня Макси. – Только давай подождем конца занятий и…

Но договорить ему не дало появление Бето, который тут же и начал урок. Я поспешно отпустил подбородок Виолетты и взял ее за здоровую руку, показывая, что рядом и не дам ее в обиду.

Урок вышел каким-то скучным. Но зато, в течение него, я придумал, как отмстить Диего за его свинский поступок. А еще, я поклялся сам себе, что больше никогда не оставлю Виолетту в «Студии». Даже с Макси ее оставлять, как выяснилось, небезопасно. А Диего у меня еще получит…

Едва прозвенел звонок, я, все еще сжимая руку девушки, повел ее обратно к Энрике.

– У нас ведь следующий урок у Джаки! – запротестовала она.

– Знаю, – согласился я. – И мы сейчас туда пойдем. Через минуту.

Мой почти-брат все еще был в кабинете. Заполняя, какие-то бумаги, он даже не сразу нас заметил. Я кашлянул. Энрике вздрогнул, выронил ручку, обернулся, округлил глаза и спросил:

– Что такое, ребята? Вы ко мне как к другу или как к педагогу?

– Слушай, – твердо заговорил я, – мы тебе сейчас все расскажем, а ты уж сам решишь, в качестве кого сможешь лучше нам помочь.

– Ну, выкладывайте, – согласился тот.

Мы с Виолеттой рассказали ему о выходке Диего и даже показали синяки на руке и скуле девушки. Нет, мы не жаловались. Просто спрашивали совета. Поэтому я привел подругу именно к Энрике. Другой преподаватель тут же побежал бы к Пабло, а уж это называлось бы стукачеством. Но мой почти-брат такой привычки не имеет.

– Так что ты посоветуешь? – подытожил я, в конце концов.

– Ну, для начала, отведи ее в медпункт, – заявил Энрике. – Это я тебе советую и как друг, и как учитель. Мне не нравится распухшая кисть Виолетты. Похоже на вывих.

– Ох, надеюсь, ты ошибаешься! – выдохнул я, чувствуя, как кровь отливает от лица.

– Я тоже надеюсь, – заметил тот.

– А что же с этим боксером-любителем? – продолжил я.

– Ну, как друг, скажу сразу: убивать таких надо, – процедил Энрике сквозь зубы. – И, более того, с удовольствием присоединюсь!

– Ну, тише, тише! – запротестовал я. – Вспомни, что ты – еще и преподаватель!

– Впервые я жалею об этом, – вздохнул Энрике.

– Знаю, – согласился я. – Но, пожалуйста, не ставь под удар свою работу в «Студии»!

– Ладно, – решил Энрике. – Есть у меня один план…

Мы сомкнули головы, и минут пять в кабинете царила почти полная тишина. Прозвенел звонок, но сейчас мы, все трое, его проигнорировали. Было ясно, что на следующее занятие нам и так не успеть. Наконец, мы с Виолеттой отступили от друга.

– Так ты уверен, что все пройдет, как надо? – подытожил я.

– Абсолютно, – кивнул тот. – Давайте, бегите выполнять первую часть плана.

– Хорошо, – кивнул я, снова взял Виолетту за здоровую руку и повел в медпункт.

Примерно, через минуту мы уже открывали нужную дверь. Наша медсестра – Карла – миловидная девушка лет двадцати. Она еще даже не окончила свой университет, где училась заочно.

– Добрый день, – улыбнулась она нам. – Что случилось?

– Вы не могли бы осмотреть эту девушку? – попросил я, кивнув в сторону Виолетты. – Не вывихнула ли она руку?

Карла жестом пригласила мою подругу сесть на стул по другую сторону небольшого стола. Девушка потянула меня за собой, не желая отпускать руку. Да я и сам не собирался уходить. Сначала нужно узнать, что с ней.

Медсестра деловито начала изучать синяки Виолетты и ее опухшую кисть. Я держал девушку за здоровую руку, показывая, что не брошу. Иногда Карла, очевидно, делала ей больно, потому что несколько раз моя подруга тихонько вскрикивала. В такие моменты я осторожно гладил ее ладонь. В голове у меня, с каждым вскриком любимой, всплывали все более жестокие сцены. Ух, что я сделаю с этим уродом, Диего, за ее мучения!

– Нет, вывиха нет, – завершив осмотр, изрекла медсестра.

– Слава богу! – облегченно вздохнул я.

– Есть достаточно серьезное растяжение, – добавила Карла.

– Черт! – в сердцах воскликнул я.

Вот, ведь проклятие на голову моей любимой! Не одно, так другое! Да я, вообще, не знаю, что сделаю с Диего! В клочки разорву – и то будет мало!

– Что вы можете сделать? – спросил я у медсестры.

– Наложить тугую повязку, – отвечала та. – Это ослабит боль.

– Накладывайте, – согласилась Виолетта.

– А я пока отойду позвонить, – добавил я и попытался выйти из кабинета.

Моя подруга, однако, держалась за меня, как за соломинку.

– Не бойся, – мягко заметил я. – Все будет хорошо. Я сейчас вернусь. Обещаю!

В глазах Виолетты отразилось какое-то чувство, похожее на боль, но руку мою она отпустила. Выскользнув в коридор, я достал мобильник, нашел нужный номер, поднес аппарат к уху и начал с замиранием сердца слушать длинные гудки. Ох, только бы он услышал! Только бы услышал!

Секунд через пятнадцать, однако, на другом конце провода послышался знакомый отклик:

– Да?

– Привет, Дем, – начал я.

– О, привет, Федо! – обрадовался тот. – Как жизнь?

– По правде говоря, не очень, – признался я. – Нужна твоя помощь.

– В чем именно, – уточнил мой второй почти-брат.

– Нужно хорошенько поколотить одного урода, который наехал на Виолетту, – пояснил я. – Вспомни, мы ведь почти всегда вместе защищали Росанну! Ты ведь поможешь?

– Где встречаемся? – без лишних слов спросил Деметрио.

– Возле «Студии» через десять минут, – отозвался я.

– Буду вовремя, – ответил Деметрио. – И не волнуйся, мы ему покажем, где раки зимуют!

– Хорошо, жду, – улыбнулся я и отключился.

На этом моя работа вовсе не закончилась. Я набрал sms Макси с текстом: «После занятий как можно быстрее беги к выходу», и только тогда вернулся в кабинет. Виолетта уже стояла с повязкой. Мы поблагодарили Карлу и ушли, снова взявшись за руки.

– Теперь во двор, – твердо сказал я.

– Хорошо, – согласилась Виолетта. – Только, пожалуйста, сам не попади под удар! Я не хочу, чтобы ты пострадал!

– Прости, но ничего обещать не могу, – вздохнул я. – У меня руки чешутся, поэтому в сторону отходить не стану.

– Но ради меня! – вскричала моя подруга.

– Ради тебя, Вилу, я и собираюсь поколотить Диего, – парировал я.

– Федо, прошу! – едва слышно произнесла моя подруга. – Прошу, будь осторожен!

В последних ее словах была такая трогательная забота, что у меня потеплело в груди. Я остановился. Виолетта тоже. Мы заглянули друг другу глаза. Снова я видел странные и невозможные чувства. Снова пришлось внушать себе, что это не может быть любовью. Снова я убивал в себе невольные ростки надежды. Снова терпел боль… Все по замкнутому кругу…

Тем не менее, эти чувства и сподвигли меня прижать девушку к себе. Впрочем, она сама, казалось, была не против, обхватив меня здоровой рукой.

– Все будет хорошо! – шепнул я. – Обещать не стану, но постараюсь сделать так, чтобы все обошлось!

Сердце мое пело от счастья. Она беспокоится за меня! Не за Диего – парня, влюбленного в нее. А за меня – за своего друга. Правда, я тоже без памяти в нее влюблен, но ведь она об этом не знает... Так с чем же связана такая тревога? Неужели она до такой степени привязалась ко мне? То есть, разумеется, чисто, как к другу. Никак больше. Однозначно. И тем не менее, я дорог ей. Уже ради этого я готов землю с небом свести!

Наконец, отстранившись друг от друга, мы пошли дальше, но за руки все равно взялись. Вот и двор. Я посмотрел на часы. До звонка оставалось еще три минуты. Мы с Виолеттой сели на ближайшую скамейку.

– Федо, – робко начала моя подруга после продолжительной паузы.

– Да? – отозвался я.

– Слушай, а зачем тебе это все?

– Что именно?

– Ну, устраивать всю эту разборку, – потупившись, произнесла Виолетта. – Подстерегать Диего, бить его…

– Как это – зачем, Вилу?! – возмутился я. – Он ведь наехал на тебя!

– Но ведь не на тебя же!

Вот, если бы он наехал на меня, я бы как раз такой шумихи не поднимал! Но нет – он позволил себе поднять руку НА ТЕБЯ! И за это я хочу свернуть ему голову!

– Ну-ну! – осадила меня Виолетта. – Ты только без глупостей! Не хватало тебе еще из-за всяких там велосипедистов-Шумахеров руки марать!

Сердце мое снова пустилось в пляс. Она не хочет, чтобы я калечил Диего, но лишь потому, что заботится обо мне! Он ей не нравится! Даже отдаленно – нет! Ну, то есть меня она тоже не любит, но хотя бы привязана, как другу. А это уже очень много для меня значит.

– Не волнуйся! – рассмеялся я. – Не стану я калечить Диего! И ребятам не позволю! Легкие телесные повреждения – все, что ему грозит!

– А если он ТЕБЯ покалечит?! – испуганно спросила Виолетта, что мгновенно отдалось удивительными химическими реакциями в моем организме.

– Да успокойся, – отмахнулся я. – Ты же видела сражение с пивососами в Риме! Тем более, сейчас нас трое – Диего один!

– И все равно я буду за тебя волноваться, – едва слышно прошептала Виолетта, заливаясь краской.

Я просто ошалел. Она будет за меня волноваться?! Нет, не может быть! А что если… СТОП! Снова это… Только не надежда! Только не боль! И почему Виолетта говорит такие слова? Минутку! Но ведь ею могут двигать и чисто-дружеские мотивы! Да точно! Разве друзья не переживают друг за друга?! Вот именно! А я тут развел демагогию! Философ недоделанный…

Но прежде, чем я успел что-либо сказать, в «Студии» прозвенел звонок, а где-то через минуту к нам спешил Макси. Еще секунд через тридцать подоспел Деметрио.

– Что такое? – сразу спросил мой старый приятель. – Кого здесь надо в порошок стереть?

– Его, – внезапно воскликнул Макси, указывая на двери «Студии», откуда вперевалочку выходил сам Диего.

– Точно, – подтвердил я и обратился к Виолетте. – Оставайся здесь, хорошо? Не хочу, чтобы ты в это лезла.

– Но Федо…

– Вилу, прошу! Ты сама говорила, что будешь за меня волноваться! А если ты будешь с нами, я буду волноваться за тебя! А если я буду волноваться за тебя, то постоянно буду искать тебя глазами, чтобы убедиться в твоей безопасности! А если я буду на это отвлекаться, могу пострадать!

Фуф! Ну и цепочка! И, между прочим, абсолютно правдивая. Ни капли лжи. Собственно, я и не вру Виолетте. Никогда не смогу соврать. Главное, чтобы эта цепочка возымела должный эффект.

– Итак, – подытожил я. – Ты. Остаешься. Здесь. Возражения не принимаются.

Мы с ребятами тут же поспешили к Диего, оставив девушку в недоумевающем состоянии. Нам удалось догнать ее обидчика, когда он еще и на десять метров от «Студии» не отошел. Я быстро преградил ему путь, воскликнув:

– Минутку! Есть разговор.

Диего остановился шагах в двух от меня и издевательски хмыкнул:

– Ну, в чем дело?

– А ты не догадываешься? – изогнул бровь Деметрио, преграждая ему дорогу назад.

– Ты поднял руку на Виолетту, – спокойно пояснил Макси, становясь слева от него.

Все. Теперь у Диего были отрезаны все пути к отступлению. Впереди – я, сзади, Деметрио, слева Макси, а справа – стена «Студии». Но спеси у него от этого почему-то не убавилось. Он фыркнул и произнес:

– Что, собираетесь меня бить?

– С превеликим удовольствием набил бы тебе морду, – ядовито заметил я. – Но если извинишься перед ней…

– Ха! – воскликнул Диего. – Да я знаю такое, от чего у тебя волосы встанут дыбом… Хотя, – он окинул критическим взглядом мою прическу, – тебе это уже не грозит.

– Неужели? – встрял Макси. – И что же ты такое знаешь?

– Важно не то, ЧТО я знаю, – возразил Диего, – а то, что завтра все это узнает Виолетта, если вы меня хотя бы тронете!

Ну, с таким шантажом нам с Деметрио приходилось сталкиваться нередко. Уверен, ничего у Диего на нас нет, а все эти угрозы – просто отговорки. Ну, что ж, он сам этого хотел!

Никто и рта раскрыть не успел, как я ударил недруга по физиономии. Тот вскрикнул от боли и упал на четвереньки, отирая кровь с губы. Долю секунды спустя, кроссовок Макси врезался ему в живот, а Деметрио пнул с другой стороны – в спину. Диего покатился по земле, стоная от боли и унижения. Впрочем, он это заслужил, поэтому я лишь еще раз съездил ему по морде (на этот раз, с ноги) и прорычал:

– Если ты, урод, подойдешь к Виолетте ближе, чем на метр, я тебя в клочки разорву! Понял меня?!

– Ой-ой! – верещал Диего.

Я наступил ему ногой на лодыжку так, чтобы одним нажатием сделать очень больно, и спросил чуть громче:

– Ты меня понял?!

– Не надо! – завопил парень. – Я все понял!

– Надеюсь, – огрызнулся я. – И имей в виду: в следующий раз предупреждений делать не стану! Сразу начну бить! Все, иди, а то у меня руки чешутся!

Я сошел с ноги Диего, отступил в сторону, и тот, с трудом поднявшись, рванул восвояси.

– Хороший удар, – внезапно окликнул меня кто-то сзади.

Я торопливо обернулся и едва не упал.

====== Глава 59 ======

За моей спиной в своей фирменной позе стоял Леон Варгас. Но выглядел он вовсе не воинственно, а как будто даже мирно. Тем не менее, я сжал кулаки, готовый защищаться в любую секунду, и осторожно ответил:

– Что ж, спасибо. Но с чего вдруг такие комплименты?

– Вот именно! – подхватил Макси. – Две недели назад вы едва не убили друг друга, а теперь ты так спокойно подходишь!

– А, так это с тобой подрался Федерико! – осенило Деметрио.

– Да что вы все накинулись?! – возмутился Леон. – Я, может, вообще, мириться подошел!

– Ты? – недоверчиво фыркнул Макси. – Мириться? Да не смеши мои коленки!

– Федерико, – обратился ко мне Леон, – можно поговорить с тобой тет-а-тет?

– Ну уж нет! – вскричал Деметрио, не дав мне и рта раскрыть. – Вот, ты сейчас его куда-то отведешь, и убьешь где-нибудь в переулке!

– Да не собираюсь я никого убивать! – отмахнулся Леон. – Если тебе, парень, так будет спокойнее, мы отойдем всего на пару метров!

– Ладно, хорошо! – решил мой младший друг. – Но, если мне хоть на секунду покажется, что ты хочешь причинить ему вред…

– Ничего с ним не будет! – поморщился бывший парень Виолетты.

– Ну, пойдем, раз так, – пожал плечами я.

Впрочем, мое безразличие было обманчивым. Руки я все еще сжимал в кулаки, а глаза каждые несколько секунд незаметно проверяли, нет ли какой угрозы. Нет, не за себя я волновался. За Виолетту. Она ведь непременно побежит сюда, если со мной что-нибудь случится. Поэтому я сразу обратился к ребятам:

– Вернитесь к Виолетте и не пускайте ее сюда. Я сейчас.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю