290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Шепот ветра (СИ) » Текст книги (страница 15)
Шепот ветра (СИ)
  • Текст добавлен: 25 ноября 2019, 23:00

Текст книги "Шепот ветра (СИ)"


Автор книги: Смешинка






сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 25 страниц)

– И ты выбрал Франческу? – приподнял бровь я. – Намеренно?

– Вообще-то, нет, – огрызнулся Леон. – Мой выбор оказался абсолютно случайным. Когда я пришел на вечеринку, там были только сам Макси, Франческа и Лука. Тут, собственно, выбор очевиден. Я, может, и дождался бы тебя, Виолетта, но Макси сказал, что ты не придешь. Вот так все и получилось.

Мы с Виолеттой переглянулись и одновременно выпалили:

– Какая же ты сволочь!

И вправду, меня переполняло отвращение к этому парню. Пари он, видите ли, заключил… Поспорил на живого человека! Да, я согласен, у меня тоже кузен – далеко не ангел. Но, предложи он мне нечто подобное, я послал бы его куда подальше! А Леон Варгас – просто моральный урод!

– Но почему сразу сволочь?! – возмутился он в ответ на наше восклицание. – Неужели вы даже не попытаетесь меня понять?!

– За пониманием отправляйся к Камилле, – парировал я. – Она, по-моему, готова понять кого угодно!

– Слушай, ты заткнешься сегодня, или тебе помочь?! – взорвался Леон.

– Не кричи на него! – вступилась Виолетта.

От этих слов у меня потеплело на сердце. Она защищает меня, не дает оскорблять или угрожать… Поразительно! Видимо, эта девушка, и впрямь, очень сильно ко мне привязалась. Но, конечно, в чисто-дружеском плане. Ведь ничего больше быть просто не может! К сожалению…

– Ты на его стороне?! – тихо спросил Леон, как будто ослышался. – Ты выбрала не своего парня…

– Бывшего, заметь! – оборвала его Виолетта.

– Пусть так, – согласился тот. – Но ты предпочла мне этого сомнительного юношу?!

– Этот сомнительный юноша, вообще-то здесь! – напомнил я.

– И что? – прищурился Леон. – Ты ведь тоже не ангел! Забыл про свою попытку поцеловать Виолетту?!

Ох, ну, ладно, он меня подловил! Та злополучная сцена «недопоцелуя» до сих пор била по моим хрупким нервам, вызывая саднящую боль в груди. Честное слово, мне до сих пор непонятно, ЧЕМ я тогда думал! Где были мои мозги?! Ведь я же знал, что Виолетта не любит меня! Знал, и все равно, как идиот, полез целоваться!

– Нет, – признался я, наконец, опустив голову. – Не забыл, и, наверное, не забуду никогда.

Тут на мое плечо легла нежная и легкая рука. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто это.

– Об этом мы с ним еще поговорим, – словно, в подтверждения этого жеста, произнесла Виолетта. – Он, может, и не забыл. А вот я уже давно забыла. Федерико столько для меня сделал, что держать на него зло было бы черной неблагодарностью. И вообще, Леон, не смей сравнивать его с собой! Вы ничуть не похожи друг на друга! Федерико пытался меня поцеловать, потому что я ему нравилась! Ну, вернее, он так думал…

В последней ее фразе прозвучала какая-то странная нотка… Хотя, наверное, послышалось. Да, конечно, послышалось! Не может быть, чтобы этой ноткой оказалась боль! Просто не может! И снова мною овладело возмущение. Думал… Как можно, вообще, вообразить подобное?! Да я, лишь только увидев Виолетту, понял, что влюбился по уши! Ни одна встреча с Адель не вызывала у меня таких чувств! А она говорит, что я, видите ли, «думал»! А, ладно, мне все равно нельзя об этом говорить. Нужно молчать. Просто молчать. Черт, никогда не думал, что это так неприятно!

– А ты поцеловал Франческу, не испытывая к ней чувств! – продолжала Виолетта после небольшой паузы. – Из-за какого-то дурацкого пари! Это подло! И посмотри на него! Он до сих пор не может простить себя за тот случай! И это при том, что я давно уже его простила! В этом и есть ваше главное отличие друг от друга! Федерико, сделав, по его мнению, что-то неправильно, терзается муками совести! А ты чувствуешь себя виноватым за случай с Франческой?!

– Да будь твоя Франческа хорошей подругой, она не стала бы со мной целоваться! – выпалил Леон.

– Я смотрю, ты только и можешь переводить стрелки! – встрял я. – То на меня, то на нее… А самому за свой скотский поступок слабо извиниться?!

– Ничего мне не слабо! – огрызнулся Леон.

– Ну, так извинись! – возвел я глаза к потолку.

Тот поморщился, как будто разжевал лимон, но все же перевел взгляд на свою бывшую девушку и тихо произнес:

– Будь ты там, Виолетта, ты была бы на месте Франчески.

– Ага, ты бы и ей лапши на уши навешал! – фыркнул я.

– Да нет, она бы мне и так поверила! – выпалил Леон.

Лишь через секунду до него, казалось, дошло, ЧТО он сказал. На лице парня отразился ужас.

– Что?! – вскричала Виолетта. – По-твоему, я глупая?!

– Нет-нет! – засуетился тот. – Я вовсе не это имел в виду!

– Легковерная?! – не унималась девушка.

– Нет! – попытался оправдаться Леон.

– Да ты свинья двуличная! – кричала моя подруга, не слушая.

– Виолетта, перестань! – начал терять терпение ее бывший.

– Ты моральный урод! – добавила та.

– Да прекрати же ты истерику! – в сердцах выкрикнул парень.

– Ненавижу тебя, Леон Варгас! – заключила Виолетта.

– ХВАТИТ!!! – завопил тот.

Дальнейшие события развивались молниеносно. Леон занес кулак, Виолетта вся сжалась… А долю секунды спустя, я поймал в воздухе его запястье, стиснув его железной хваткой. Изнутри меня сжигала злость. Этот урод пытался ударить мое сокровище! Все, сейчас я из него сделаю фарш!

Никто ничего не успел понять, а мой кулак уже поздоровался с физиономией наглеца. Удар вышел таким сильным, что парень не удержался на ногах.

– Не тронь ее ты, ошибка природы! – рявкнул я, занимая боевую позу и заслоняя собой подругу.

– Ах ты, гад! – завопил Леон, с трудом поднимаясь. – Да я тебя…

Он захлебнулся в собственном гневе и просто бросился на меня. Надо сказать, парень неплохо дрался. Я даже пропустил пару ударов. Из уголка моих губ стекала струйка крови, а на скуле набухал свежий синяк. Но это – ерунда, потому что я доставал его куда чаще.

Не знаю, сколько времени могла продолжаться драка, но в один момент я отступил. Конечно, у такого движения была причина. Сквозь гнев и боль, я услышал, как Виолетта всхлипнула. Что мне еще оставалось? Утешить любимую или продолжить пугать и расстраивать ее – выбор очевиден.

Я отошел от Леона, предварительно нокаутировав его ударом кулака в живот. Пока тот пыхтел и отдувался, я подбежал к Виолетте. Она была бледной, как смерть и вся дрожала. На щеках ее блестели дорожки слез. Господи, что я наделал?! Теперь она из-за меня плачет! Довел предмет своего обожания!

– Прости, Вилу, – тихо сказал я, робко касаясь ее плеча. – Видишь, он в порядке!

Виолетта, все еще дрожа, удивленно на меня уставилась.

– Он? – спросила она, наконец.

Я кивнул в сторону ее бывшего, который, в это время, торопливо выпрямлялся. У него тоже кровоточила губа, под глазом набухал синяк, а нос был разбит. Но смотрел парень на меня с такой злобой, что стало даже невольно страшно.

– Ты… ты трус! – выпалил он, очевидно, пытаясь вернуть меня в драку.

– Называй это как хочешь, – парировал я. – Только для меня нет ничего страшнее, чем видеть слезы близкого человека и не иметь возможности помочь ему!

Виолетта неожиданно обняла меня. В груди моей разлилось тепло. Она не злится! Господи, как же хорошо! Сердце запело от счастья, и снова появилось навязчивое желание осыпать девушку пылкими поцелуями… Но нельзя этого делать! Нельзя! Все, что я могу – это прижать подругу к себе и погладить по волосам.

Леон посмотрел на нас со злостью и вылетел из кабинета. Собственно, Виолетте было, кажется, все равно. Ну, хотя бы немного. Она ведь беспокоилась именно за бывшего, но сейчас почему-то липнет ко мне. А я и не против совсем. Продолжая обнимать подругу, я шепнул:

– Все хорошо, Вилу! Все хорошо! Давай успокоимся! Ничего ведь не случилось! Прости меня, ладно? Я обещал, что не стану бить Леона. Но когда он попытался поднять на тебя руку… у меня в глазах потемнело! Прости меня, Вилу! Прости!

Виолетта отняла голову от моей груди, посмотрела на меня с удивлением и шепотом спросила:

– Простить тебя? Федо, это он должен извиняться! Ты ведь обещал еще и то, что не дашь меня в обиду!

– Тогда почему ты так напугана? – опешил я.

– Дурак, я ЗА ТЕБЯ испугалась! – воскликнула моя подруга. Леон мог тебя и покалечить!

Я просто обалдел. Вместо того, чтобы испугаться за своего бывшего, она боится за меня? Феноменально! Мы ведь просто друзья! Просто друзья… А что, если… НЕТ! Не может Виолетта в меня влюбиться! Чудес на свете не бывает! Снова это нелепая надежда! Нужно немедленно ее задушить! А, черт, больно-то как!

– Все хорошо, Вилу! – воскликнул я. – Со мной все в порядке! Я здесь, с тобой! Все бу…

Я осекся, потому что нежные пальчики Виолетты робко коснулись моей скулы, а потом прошли ниже и погладили рассеченную губу. Боже, это было нечто! У меня голова закружилась! Такие эмоции, что словами не передать! Сердце бьется, как птичка колибри в клетке, по спине бегут мурашки, а кожа горит огнем в тех местах, где прикасается моя подруга! А еще, меня тянет повернуть голову и покрыть нежными поцелуями любимые пальчики… Мне никогда не хотелось ничего сильнее! И как сложно удержать себя… Как я люблю ее… Но именно поэтому нельзя давать волю губам! Я не могу потерять дружбу с Виолеттой!

– Это нужно обработать, – прошептала девушка, глядя на меня с нескрываемой тревогой.

– Все в порядке, – отмахнулся я.

– Давай вернемся в кабинет, дождемся Пабло, а там посмотрим, – решила моя подруга.

– Ты уверена, что справишься? – занервничал я.

– Да, если ты будешь рядом, – кивнула моя подруга.

Ну, а меня, собственно, даже уговаривать не нужно. Я всегда буду рядом, чтобы помочь ей, поддержать и успокоить… Даром, что мы – всего лишь друзья…

====== Глава 48 ======

Когда мы вернулись в кабинет вокала, нас тут же озадачили. И сделал это не кто иной, как Макси. Он встал на стул, чтобы его все видели, и провозгласил:

– Внимание, ребята! Пока мы все здесь, а учителя еще не пришли, у нас с Нати тут возникла идея… Как вы знаете, одиннадцатого сентября будет День Учителя. Так давайте приготовим нашим преподавателям небольшой сюрприз! Давайте сами организуем для них концерт!

Все дружно переглянулись между собой, а потом разом загомонили в поддержку идеи. Мне тоже понравилась задумка друга. И правда, почему бы не показать преподавателям, что они не зря с нами бьются? Представляю, как обрадуется Энрике – ведь это его первый праздник в качестве полноценного педагога!

– Ну, значит, решено, – подытожил Макси. – После занятий мы все вместе идем в «Ресто-Бар», чтобы во всем разобраться.

Я перевел взгляд на Виолетту. Все-таки, ей поход в «Ресто» мог навеять не самые лучшие воспоминания. Но моя подруга просто улыбалась.

Тут как раз в аудиторию вошли Антонио и Пабло. Мы немедленно стали серьезными, а Макси поспешно спрыгнул со стула.

– Доброе утро, ребята! – жизнерадостно помахал нам Пабло. – Я вижу, все здесь? Отлично!

– Я приветствую вас, – поздоровался Антонио. – Поздравляю с началом нового учебного года, а также, хочу представить ваших новых преподавателей. Танцы теперь будет вести сеньорита Жаклин Саенс.

С этими словами, он махнул рукой кому-то за приоткрытой дверью. В кабинет вошла молодая женщина. На вид ей было лет двадцать пять. Складная, стройная и, кажется, очень гибкая. Ну, собственно, последнее как раз и не удивляет – все-таки она ведет танцы. Впрочем, особенно я сеньориту Саенс не разглядывал, потому что Антонио тут же снова заговорил:

– Также, я рад представить вам второго преподавателя вокала – сеньора Энрике Марроне.

И вот, в дверях появился мой, вспыхнувший до корней волос, друг. Я понимал, почему он так нервничает. Ведь это – его первая серьезная работа. Энрике, наконец, стал настоящим учителем после шести лет подработок. И мне, как никому другому, было понятно, как для него важна сейчас поддержка, поэтому захлопал в ладоши. Виолетта, Макси и Нати присоединились ко мне через долю секунды. Остальные лишь поглядывали на нас с удивлением. Зато сам Энрике, похоже, расслабился и послал мне благодарный взгляд.

– А я представляю вам новых учеников, – подытожил Пабло. – С ними вы уже могли познакомиться. Для начала, представлю парня, которого большинство из вас хорошо знает по «Реалити». Теперь он вернулся в «Студию» на постоянной основе. Для новеньких, его зовут Федерико Дельяно. Федерико, подойди, пожалуйста, ко мне, чтобы тебя все видели.

Я послушно стал чуть впереди директора Студии. Виолетта, Макси, Нати и Андреас улыбались, но по лицу той же Франчески, к примеру, было заметно, вовсе не рада. Камилла, Бродвей, Брако, Напо и Диего выглядели, примерно, так же. Я мог ожидать, что Леон, вообще, прожжет меня взглядом, но тот стоял у дальней стены без тени злости в глазах. Напротив, он явно о чем-то размышлял, сосредоточенно вглядываясь в мое лицо. Впрочем, стоило нашим взглядам встретиться, он поспешно завел беседу с новенькой девушкой, которая стояла рядом.

– Еще один наш новый ученик, – продолжал тем временем Пабло, – тоже приехал к нам издалека. Я приглашаю стать рядом с Федерико Диего Эрнандеса.

Парень тут же оказался рядом со мной, и мы зло переглянулись. К счастью, никто из учителей, вроде бы, ничего не заметил. Разве что, Энрике, но ему я потом все объясню.

– Еще один новичок – Марко Тавелли. Прошу сюда.

Рядом с Диего стал кудрявый темноволосый юноша с озорной улыбкой. И было в нем что-то такое, что невольно притягивало людей. Может быть, наивный взгляд или аккуратные черты лица – не знаю. Но что-то определенно в этом парнишке есть.

– Далее, продолжал Пабло. – Я прошу подойти еще одну новенькую студентку – Эмму Толедо.

Рядом с Марко стала миловидная девушка с тонкими чертами лица и волосами цвета спелой ржи. В глаза бросалась ее ухоженность. Очевидно, она из богатой семьи.

И наша последняя новенькая – Эстрелла Иглессиас, – подытожил Пабло.

Та девушка, с которой беседовал Леон, спотыкаясь, подошла к нам. Что странно, она стала не рядом с Эммой, а рядом со мной, предварительно мне улыбнувшись. Она была достаточно симпатичной. Знойная брюнетка, прямые волосы которой ниспадали до середины спины, в темных глазах мелькали искорки веселья, а черты лица невольно располагали к ней. Эстрелла была мне ровно по плечо.

А теперь, – заключил Пабло, – мы, пожалуй, оставим вас с новыми преподавателями. Дадим вам возможность познакомиться. Новенькие могут становиться на свои места.

Мы разошлись. Только Эстрелла сменила место, став рядом со мной. То есть, я теперь стоял между ней и Виолеттой. Две девушки странно переглянулись. Ну, вот, что это? Похоже, моя подруга сразу попала в немилость. Зашибись! Только с Людмилой разобрались – вот вам, пожалуйста! И чем это Виолетта не понравилась Эстрелле? Ладно, разберемся.

– А расскажите немного о себе, пожалуйста, – попросила Франческа наших новых учителей.

– Уступаю даме, – вежливо кивнул Энрике своей коллеге.

– Ну, меня зовут Жаклин Саенс, – смущаясь. Заговорила та. – Можете называть меня просто Джаки. Я тоже училась в этой «Студии». И, ребята, чтобы между нами не было никаких недомолвок, хочу предупредить: Антонио – мой дядя.

Это известие, однако, было воспринято без всякого энтузиазма. Все знали, что Антонио – человек чести, и, если он взял на эту должность свою племянницу, значит, так надо.

– А теперь, – подытожила Джаки, – предоставляю слово сеньору Марроне.

Энрике, явно нервничая, выступил вперед. Я послал ему подбадривающую улыбку, хоть и был на двести процентов уверен, что он справится. Это уж так, чтобы мой почти-брат не чувствовал себя одиноким.

– Всем привет! – весело поздоровался он. – Я – Энрике Марроне, но, признаться, мне будет проще, если вы будете называть меня просто Энрике. И, если можно, на «ты». Я никогда здесь не учился, потому что приехал из Италии.

– Так вы с Франческой и Федерико земляки? – живо заинтересовалась Камилла.

– Да, кстати, по поводу этого! – спохватился Энрике. – Как и Джаки, хочу предупредить на всякий случай. Я не знал Франческу, а вот Федерико – мой лучший друг и почти брат.

Мы с Виолеттой, Макси и Нати с удовольствием стали наблюдать за выражениями лиц остальных. Они просто отправились в ступор.

– С ума сойти! – только и смог выдавить Напо.

– Подожди! – воскликнула Франческа. – Так ты же – взрослый человек! Сколько тебе лет?

– Двадцать два, – признался Энрике.

– И ты дружишь с подростком? – охнул Леон.

– Знаете, дружба – понятие не возрастное, – встрял Макси.

– Вот именно, – подхватила Нати. – Если Федерико и Энрике вместе чувствуют себя уютно, значит, так надо.

– Ну, ясно, – пробурчала Камилла. – Значит, непредвзятого судейства от тебя нам ждать не приходится?

– Почему же? – возразил я. – Энрике прекрасно знает, что может спокойно меня критиковать. Он был моим репетитором.

– А если ты что-нибудь натворишь? – полюбопытствовал Брако. – Ну, например, подерешься с кем-нибудь? Кстати, что у тебя с лицом?

– О его лице мы поговорим позже, без свидетелей, – вступился Энрике. – Но могу сказать, что в любом конфликте я привык сначала разбираться. И, если будет виноват Федерико, ему достанется так же, как и любому другому ученику. А еще, я терпеть не могу ябед. Тот, кто попробует выдать своих товарищей, непременно попадет в немилость.

После этой речи, всем стало немного не по себе. Всем, кроме меня. Я-то знал, что мой друг, на самом деле, совсем не страшный. Но остальные, конечно, занервничали. Вот, даже Виолетта невольно схватилась за мою руку. Я поспешно погладил тыльную сторону ее ладони большим пальцем и шепнул:

– Все хорошо. Он имеет в виду, что не любит стукачей.

Виолетта, вроде бы, расслабилась, но руку убирать не стала. Мы неосознанно переплели пальцы, от чего в груди у меня разлилось приятное тепло. Черт возьми, только эта девушка может вызывать у меня такие эмоции!

Энрике отступил в сторону, давая возможность заговорить Джаки.

– Что ж, – подытожила она, – наверное, на сегодня все. Давайте расходиться. До завтра.

Все двинулись к выходу. Я последовал, было, за Виолеттой, но услышал свое имя. Это оказалась та самая девушка – Эстрелла.

– Привет, – дружелюбно поздоровалась она. – Мне очень приятно с тобой познакомится!

– Привет, – растерялся я. – Взаимно. Ну, ладно, мне пора.

– Подожди, – воскликнула Эстрелла. – Слушай, а девочка, с которой вы держались за руки… вы с ней…

Я невольно испугался. Ох, только этого мне не хватало! Нужно сразу все прояснить!

– Тебя интересует, свободно ли мое сердце? – твердо спросил я.

Эстрелла залилась краской.

– Оно занято, – сам же и ответил я.

Красная, как помидор, девушка убежала. Надо сказать, я не напрасно упомянул, что занято именно мое сердце. В нем нет места ни для кого, кроме Виолетты. А вот сама девушка ровным счетом ничего ко мне не испытывает, причиняя, тем самым, невыносимую боль. И я не смогу ни с кем встречаться. Просто не хочу никому врать. А врать придется, потому что я никогда не смогу полюбить никакую другую девушку. Мое сердце всегда будет принадлежать только Виолетте. Даром, что она сама об этом и понятия не имеет…

От автора: В этой главе вы можете найти ошибки с описаниями некоторых героев, но не сердитесь! Просто я принципиально отказалась смотреть второй сезон из-за Федемилы, от которой мне становится дурно! Так что, в случае чего, не придирайтесь!))) А еще, я добавила одну новую героиню, как вы, вероятно, уже заметили! Зачем – сами со временем поймете!))) И, кстати, по поводу дня учителя – тоже не придирайтесь, а покопайтесь в гугле!))) В Аргентине этот праздник отмечается одиннадцатого сентября!)))

====== Глава 49 ======

После занятий мы, как и собирались, побежали в «Ресто-Бар», где около двух часов сидели, думая, что и как будет происходить. В итоге, было принято решение, что график выступлений составит Эстрелла (которая все время старательно избегала на меня смотреть, но зато просто буравила взглядом Виолетту). Она никого не знает, поэтому должна быть объективной.

Петь согласились я, Виолетта, Людмила, Франческа, Леон и Марко. Макси с Нати мы, вообще, решили сделать ведущими. Это будет по-честному – идея-то их.

– Как думаешь, с этим концертом все будет в порядке? – спросила у меня подруга по дороге домой.

– Думаю, что да, – растерялся я. – А что может пойти не так?

– Не знаю, – пожала плечами Виолетта. – Просто… какое-то странное предчувствие…

– Чего-то плохого? – занервничал я.

Моя подруга кивнула.

– Тогда, может, тебе не стоит петь? – напрямик спросил я.

– Шутишь? – фыркнула она. – А что я скажу ребятам? Что у меня плохое предчувствие, поэтому я срываю все планы? Нет, Федо. Мы ведь уже все решили…

Я остановился. Виолетта тоже. Наши взгляды встретились. Господи, сколько решимости было в ее прекрасных глазах… Как бы эта самая решимость не погубила мою единственную любовь… Я осторожно взял подругу за плечи и принялся убеждать:

– Серьезно, Вилу! Плохое предчувствие – недобрый знак, ты же понимаешь! Откажись от выступления, пока не поздно! Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось!

Перед взором моим на мгновение встала ужасающая картина: Виолетта лежит в луже крови. Господи, что со мной будет, если… Нет, нужно отогнать эти мысли! Будет моя подруга петь, или нет – я не допущу ничего подобного! Никогда!

– Я выступлю, – решила девушка. – Ничего со мной не будет, не переживай!

– Знаешь, я безгранично верю в тебя, но все равно прослежу за твоей безопасностью, – железным голосом заявил я.

Виолетта кивнула, поняв, похоже, что спорить бесполезно. И, честно говоря, оказалась права. Энрике все время шутит по поводу этой самой моей железной интонации. Мол, стоит мне ее включить, дальнейшая дискуссия сразу теряет смысл.

Дойдя до моего дома, мы еще долго сидели у меня в комнате, говоря, главным образом, об утренней драке. Я утешал Виолетту, уверяя, что ничего не случилось. Хотя, сам все время задавался вопросом, почему моя подруга испугалась не за Леона, а за меня. Не понимаю…

Конечно, я не позволял надежде зародиться в моей душе. Какой бы ни была причина неправильного страха Виолетты, она имеет под собой абсолютно дружескую почву. Не более.

Итак, после возвращения в «Студию» все пошло своим чередом. Утром я заходил за Виолеттой, и мы вместе шли на занятия. Кстати сказать, в один из таких дней я спросил у своей подруги, почему Анжи не увязывается за нами. На это она лишь рассмеялась и ответила:

– Не знаю. Говорит, что теперь чувствует себя как-то неуютно. Наверное, потому что у нас с тобой появились секреты.

Однажды Джаки попросила Виолетту задержаться после урока. Я собирался, было, уйти, но подруга схватила меня за руку и шепнула:

– Останься. Мне так будет спокойнее.

Что мне оставалось? Не разнимая рук (от чего по коже бегали приятные мурашки), мы подошли к учительнице танцев. Складывая свои папки в сумку, она тепло улыбнулась Виолетте и произнесла:

– Я только хотела сказать, что довольно неплохо общалась с твоей мамой. Ее смерть потрясла меня, как и всех, кто был с ней знаком. И я очень сочувствую тебе и твоему отцу.

Я перевел взгляд на Виолетту и понял: ее нужно отсюда уводить. Она побелела, как полотно. Господи, ну, кто эту Джаки за язык тянул?! Держала бы свое сочувствие при себе! Она ведь только расстроила Виолетту!

– Тише, Вилу! – воскликнул я. – Все хорошо! Все в порядке! Пойдем отсюда!

Я отпустил ладонь подруги, осторожно приобнял ее за плечи и предложил другую руку. Она оперлась на меня, и мы вместе поспешили уйти.

– Не переживай! – внезапно крикнула Джаки. – Да, ты потеряла мать, но посмотри на то, что имеешь сейчас!

Она хотела добавить что-то еще, но мы уже покинули кабинет. Я понимал, что Виолетта скоро расплачется, поэтому быстро завел ее в ближайшую пустую комнату. И как в воду глядел. Стоило двери закрыться за нами, как подруга припала к моей груди и разрыдалась.

Мне было вполне понятно, с чем связана такая реакция. Поэтому я крепко и надежно обнял ее, давая понять, что всегда буду рядом. Как жаль, что я не способен защитить ее от скорби по матери! Если бы в моих силах было сделать хоть что-нибудь… что угодно, лишь бы ЕЙ стало легче… Боже, помоги этой девушке!

– Тише, тише! – мягко шепнул я в ухо подруге. – Все будет хорошо! Давай успокоимся! Не надо плакать! Ведь Джаки права. Умей ценить то, что имеешь!

– А что я имею?! – выдавила сквозь слезы Виолетта. – Что? Леон, оказывается, все время вешал мне лапшу на уши! Франческа с Камиллой оказались такими…

– Что ты имеешь, Вилу?! – возмутился я. – Ты имеешь возможность заниматься любимым делом! А измена Леона показала тебе, кто твой настоящий друг, а кто нет! У тебя есть Герман, Ромальо, Ольгитта! Они любят и поддерживают тебя! Ты нужна Макси, Нати, Андреасу! Ты нужна всем!

Я помолчал немного, а потом все же решился скромно добавить:

– Наконец, не надо сбрасывать со счетов и меня, Вилу.

Девушка отстранила голову. На ее щеках все еще блестели дорожки слез, но глаза уже высохли. А потом… я сам не понял, что произошло… Виолетта вдруг потянулась ко мне. А я? Что я мог сделать, когда она так… близко? Только ответить тем же, потянувшись навстречу губам подруги…

Стоп! Именно! Виолетта – моя подруга! Просто подруга! А что мы сейчас делаем?! Убиваем духовную связь между нами! Если я не отстранюсь, и наши губы соприкоснуться (одна мысль об этом уже заставляет мое сердце взлететь в небеса), она меня возненавидит, потому что не сможет полюбить! Никогда!

Было больно. Невыносимо больно. Каждая клеточка моего существа, казалось, протестовала. Тем не менее, я нашел в себе силы отстраниться от Виолетты. То есть, даже не отстраниться, а подставить щеку, как в прошлый раз. И снова любимые губы коснулись всего лишь щеки. И как же меня тянуло поцеловать ее по-настоящему… Я упорно игнорировал эту тягу, продолжая внушать себе, что не могу потерять подругу. Не могу!

Впрочем, Виолетта почти тут же и отстранилась и, поняв, что произошло, со смехом сказала:

– Ты не меняешься!

Я лишь с нежностью наблюдал за такой родной и такой любимой улыбкой подруги. Что-то в ней показалось мне странным. И дело было вовсе не в слезах, которые все еще блестели на щеках Виолетты, а в ее взгляде. Что-то такое…

Стоп! Сколько раз нужно повторять себе, что нельзя задумываться о подобных чувствах! Мне же будет хуже! Главное, что следует запомнить: она не любит меня и никогда не полюбит. И, если мне иногда кажется, что подруга смотрит на меня как-то не так, это – не более, чем плоды моего влюбленного воображения!

– Не меняюсь, – согласился я, бессознательно протягивая руку, чтобы стереть соленые капли с любимого личика.

Удивительно, но Виолетта не сопротивлялась, позволив моей ладони мягко пройтись по обеим щекам. А в глазах ее снова отразилось… Так, не думать об этом! Не думать! На чем я там остановился? Ах, да!

– Не живи прошлым, Вилу, – горячо добавил я, заглянув в глаза подруге. – Знаю, это сложно. И мне тоже очень жаль твою маму, как и всем другим. Но она бы не хотела, чтобы ты плакала всякий раз, когда речь заходит о ней. К тому же, есть люди, которые всегда тебя утешат. А это – очень ценно.

Помолчав секунд десять, Виолетта улыбнулась и прильнула ко мне со словами:

– Знаю. У меня есть ты, и это – самое ценное, что только может быть!

Снова объятия, снова борьба с чувствами, снова уничтожение малейших ростков надежды… Но какое это имеет значение в сравнении с тем, что я едва не потерял? Наша с Виолеттой дружба… она очень легко может разрушиться. Один опрометчивый поступок, одно неосторожное слово – и все. Она возненавидит меня. И ее доверия мне будет уже не вернуть. Никогда. Так что нужно быть предельно осторожным.

====== Глава 50 ======

Проходили дни. Все происходило по одному и тому же графику. Занятия в «Студии», репетиция в «Ресто» и болтовня в моей комнате. Иногда после уроков я еще оставался с Энрике.

Конечно, мой почти брат тут же узнал об очередном «недопоцелуе», и долго смеялся, когда я рассказал ему о нем. Он снова попытался меня убедить, что у Виолетты тоже есть ко мне какие-то чувства, но ведь это невозможно, правда?

Кое-какое разнообразие в эту рутину внесли выходные. В субботу утром я проснулся от громкой трели звонка внизу. Кто-то настойчиво нажимал на кнопку, требуя, чтобы его впустили. Я посмотрел на часы. Нет, для Виолетты слишком рано. Тогда что происходит? Все странно это…

Торопливо влезая в джинсы, я отчетливо услышал снизу испуганный возглас мамы. Так, это уже перебор! Сейчас я задам этому незваному гостю!

Стремглав спустившись вниз, я, однако, тут же замер. На пороге дома стоял незнакомый мужчина с суровым лицом. У него были темные волосы, блестящие карие глаза, прямой нос и волевой подбородок… Он чем-то напомнил… Нет, не может быть!

Тем не менее, передо мной стояла моя копия, только в возрасте лет сорока. И, между прочим, эта самая копия, увидев меня, заулыбалась. Мама же стояла перед этим мужчиной, будучи в полном шоке.

– Привет, – поздоровался со мной незнакомец. – Меня зовут Гаспар Феррари. Как я рад, наконец, познакомиться с тобой!

– Не говори с ним! – прикрикнула моя мама.

Я удивленно на нее уставился. Да что, вообще, происходит?! Аврелия Дельяно – женщина, которая вырастила меня – кричит на незнакомого мужчину? Бред! А самое странное, этот мужчина, казалось, вовсе не оскорбился. Он лишь покачал головой со словами:

– Мальчик имеет право знать, Аврелия.

– О чем?! – возмутилась та. – О том, какая ты свинья?! Какой трус?!

– Да что происходит?! – встрял я. – Кто вы такой, синьор Феррари?!

– Это твой отец, Федерико, – убито вздохнула моя мама.

Я нахмурился. Честно говоря, у меня была такая мысль, судя по внешности Гаспара. Но неужели у этого гада хватило наглости заявиться сюда?! И как он нас нашел?! Бред какой-то! Не может человек быть настолько бессовестным, чтобы заявиться к сыну, которого бросил еще до рождения!

– Не понял, – констатировал я.

– А что тут понимать, сынок? – радостно воскликнул Гаспар. – Я – твой отец!

Я был в шоке. Этот человек, похоже, действительно, думает, что, заявившись сюда, тут же будет прощен за шестнадцать лет отсутствия! Ну и наглость!

– Это какая-то ошибка, – скрестив руки на груди, холодно произнес я. – У меня нет отца.

– Как – нет, если это я? – рассмеялся Гаспар.

– По-моему, он ясно дал понять, что не хочет с тобой знакомиться, – встряла моя мама.

– Не решай за нашего сына, Аврелия! – отрезал мужчина.

– А она и не решает, – заявил я. – Просто правильно толкует мои слова. Я знать вас не желаю.

У Гаспара был такой вид, словно его окатило ледяной водой. Он явно не ожидал такой реакции сына. Что ж, я – мастер на сюрпризы.

– Может, скажешь, как ты нас нашел? – спросила моя мама.

– Услышал, что ты собралась переезжать, – пояснил я. – Через пару знакомых вычислил адрес, но, когда приехал, ты уже улетела сюда. Ну, я через новых жильцов выяснил номер телефона агента. Он и назвал мне твой новый адрес. Кстати, от новых жильцов твоего дома я и узнал о существовании нашего сына.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю