290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Шепот ветра (СИ) » Текст книги (страница 13)
Шепот ветра (СИ)
  • Текст добавлен: 25 ноября 2019, 23:00

Текст книги "Шепот ветра (СИ)"


Автор книги: Смешинка






сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 25 страниц)

В ее голосе было столько надежды, что я просто не мог ответить иначе. Да и при любом раскладе, честно говоря, ответ был бы тем же.

– Конечно, – вздохнул я.

Мы отстранились друг от друга, но братские узы это, конечно, не ослабило. Я по-прежнему готов был растерзать Аполинара за то, что по его вине пережила Рената.

Тут на лестнице послышались легкие шаги, а через мгновение в комнату заглянула моя мама. Увидев, что Рената пришла в себя, она чрезвычайно обрадовалась и объявила:

– Мне удалось дозвониться до Беатрис. Оказывается, за эту ночь она поставила на уши весь город. Я объяснила ей, что волноваться незачем. А что, собственно, произошло?

Рената лишь, молча, прижалась ко мне. Она явно была не готова вновь рассказывать об этом кошмаре.

– Давай не сейчас мам, – обратился я к матери.

– Хорошо, – пожала плечами та. Только, Рената, пожалуйста, позвони сейчас Беатрис сама. А я пока приготовлю завтрак.

С этими словами, она ушла. Моя сестра отстранилась от меня и растерянно спросила:

– И что же мне сказать маме? Чем объяснить свое исчезновение?

– Ничем, – подумав с минуту, решил я. – То есть, пока ничем. Просто скажи, что она должна приехать.

====== Глава 41 ======

Тетя Беатрис согласилась приехать, но, к ужасу Ренаты, заявила, что привезет с собой Аполинара. Меня же это совсем не напугало, поэтому, по окончании разговора, я приобнял сестру за плечи со словами:

– Не бойся, Рен! Я не подпущу к тебе этого гада! И, наверное, даже лучше, что он приедет – у меня будет возможность набить ему морду!

Последнюю фразу я произнес с такой кровожадностью, что сам невольно напугал Ренату. Она побледнела и охнула.

– Прости, – быстро извинился я, – но мне ужасно хочется ему врезать!

– Аполинар раза в два крупнее тебя, Федерико, – возразила моя сестра. – Ты с ним не справишься.

Я невольно хмыкнул, вспомнив побоище в Риме. Хотя, Рената ведь о ней не знает, поэтому чуточку меня недооценивает.

– Ладно, за меня не волнуйся, – беззаботно махнул рукой я. – Все будет в порядке. Мы…

Но тут снизу послышался голос моей мамы, приглашающий нас завтракать. Я встал, подал Ренате руку, и мы вместе поспешили вниз.

Минут через двадцать в дверь позвонили. Странно. Виолетта никогда так рано не приходит. Так кто же это? Тем не менее, когда моя мама открыла, отчетливо услышал любимый голос, встревожено причитающий:

– Что случилось? Ольгитта сказала, что у вас свет горит еще с ночи!

– Нужна помощь? – вторил ей голос Германа.

– Успокойтесь! – рассмеялась моя мама. – Ничего страшного не произошло. Пройдите в столовую – и сами все поймете!

Первой передо мной оказалась сильно взволнованная Виолетта. Должен признать, мое сердце забилось чаще уже от ее вида. Боже, она так прекрасна! А еще, у меня потеплело в груди. Она беспокоится! Виолетта Кастильо не хочет меня потерять… НАДЕЖДА, СИДЕТЬ!!! Снова ростки этого чувства начали пробиваться в моем сердце… Нет! То, что Виолетта встревожилась, ровным счетом ничего не значит! Вон, Герман тоже явно был напряжен, а ведь моя мама – всего лишь его старая подруга! Нет, Виолетта испугалась чисто по-дружески! Нужно это понять! Больно, но необходимо…

Тут моя подруга обратила внимание на Ренату и негромко охнула.

– Привет, – поздоровалась с ней та. – Это из-за меня Федерико и тетя Аврелия не спят с двух часов ночи. Я приехала очень неожиданно.

– Привет, Рената, – кивнула Виолетта. – А что произошло?

Моя сестра вместо ответа спрятала лицо в ладонях. То ли она не доверяла этой девушке, то ли не хотела говорить в присутствии взрослых, которые уже вернулись в столовую.

– Это еще одна твоя племянница, да, Авра? – уточнил у моей мамы Герман, глядя на Ренату.

Та кивнула и жестом пригласила гостей за стол, но оба отказались. Я видел, что Виолетта хочет со мной поговорить, поэтому поскорее закончил завтрак и поспешил увести девочек к себе, игнорируя заинтересованный взгляд Германа.

– Так что случилось? – тут же спросила Виолетта, когда мы расселись на кровати.

Рената явно мялась, не зная, говорить ли ей о произошедшем. И это непонятно почему меня разозлило. Конечно, эти две девушки еще мало знакомы, но я думаю, что образцовая сестра должна доверять суждениям брата. А мое доверие к Виолетте попросту безгранично.

– Рен, все хорошо, – подбодрил я сестру. – Виолетте можно доверять.

Рената вздохнула и начала рассказ. Пока она говорила, я чувствовал ее дрожь, поэтому в середине повествования, приобнял сестру за плечи. Бедная девочка!

– Ну, ничего себе! – подытожила Виолетта, выслушав историю. – Знаете, вы правильно сделали, когда уговорили сеньору Дельяно приехать сюда. Такое лучше говорить в лицо. По телефону она может и не поверить.

– Вот, и у меня появилась такая же мысль, – кивнул я. – А если тетя Беатрис привезет с собой этого гада, мне будет еще лучше.

Последнюю фразу я произнес с яростью, а руки мои непроизвольно сжались в кулаки.

– Эй, рыцарь, уймись! – возвела Рената глаза к потолку. Говорю же, он тебе не по зубам!

– А я говорю, чтобы ты за меня не волновалась! – парировал я.

Мне, и правда, казались смешными страхи сестры. Нет, ну, это же надо: опасаться за жизнь человека, который ухитрился одолеть одиннадцать уличных хулиганов! Я, конечно, не возомнил о себе черте-что! Ни в коем случае! Мне прекрасно известно, что я – далеко не Брюс Ли, но, наверное, чего-то стою, раз учинил такое побоище в Риме!

Однако, ни Рената, ни Виолетта на эту фразу даже не улыбнулись. Ну, собственно, моя сестра сражения с пивососами не видела, но что случилось с Виолеттой? Ау когда она заговорила, я, и вовсе, пришел в ступор.

– Федо, это не смешно! – коротко сказала моя подруга. – Не забывай, что тебе всего шестнадцать, в то время, как Аполинар – взрослый мужчина! Он может запросто тебя покалечить!

– И ты туда же! – возвел я глаза к потолку. – Вилу, мне казалось, что после всего, через что мы прошли вместе, ты могла научиться доверять мне!

– Тебе я доверяю безоговорочно, – отмахнулась моя подруга. – А вот этому самому Аполинару…

– Вот именно, – подхватила Рената. – Мы не знаем, чего от него ожидать. Вдруг он – чемпион по каратэ! И лично мне совсем не улыбается перспективка потерять брата из-за этого морального урода!

– Ну, хватит вам уже! – взмолился я. – Вы говорите со мной, как с каким-то трусом или слабаком! Вот, что мне сделать для закрытия этой темы?

– Не лезь на рожон! – почти одновременно выпалили Рената с Виолеттой.

Да уж, это меня впечатлило! Подруга переживает наравне с моей сестрой… В груди снова потеплело, но надежду я тут же убил, игнорируя боль. Это дружеская тревога! Абсолютно дружеская!

– Ладно, – вздохнул я. – Торжественно клянусь, что, пока этот Аполинар в нашем доме, он будет в безопасности.

Что ж, следует заметить, здесь я был не совсем честен. Говоря о доме, я имею в виду фактическое местонахождение данного субъекта под крышей постройки. То есть, стоит Аполинару, например, выйти во двор, как моя клятва тут же перестанет действовать. Честно признаться, я поставил клятву именно так не без злого умысла. Серьезно! Мою сестру обидели, напугали и шокировали, а мне не дают заступиться… Они что, смеются?

К моему удивлению, ни Виолетта, ни Рената, неладного в вышеупомянутых словах не заподозрили. Странно. Я-то думал, что не придется битый час убеждать их, что все честно. Хотя, оно и к лучшему – не придется врать. Причем, Ренате – ладно, можно согласиться, а вот Виолетте… Врать девушке, которую так сильно люблю… Да никогда в жизни!

– Вот и не лезь к нему! – подвела черту Рената. – Ты – мой брат, и я не хочу тебя потерять.

– Да и меня приводит в ужас одна только мысль об этом! – подхватила Виолетта, вызывая новую волну тепла внутри.

Господи, что она со мной творит?! Я уже не в первый раз задаю себе этот вопрос, но ответа все нет. А хуже всего, пожалуй, то, что сама девушка не чувствует и четверти того, что чувствую я…

====== Глава 42 ======

Остаток дня мы решили провести так же – в моей комнате. Я упорно пытался привести Ренату в чувство, хотя, понимал, что на это уйдет не один день. Виолетта тоже не сидела без дела, и, по мере сил, помогала мне. Мы должны были хотя бы попытаться поставить Ренату на ноги.

Моя подруга сидела у нас сегодня дольше обычного – наверное, чувствовала себя в какой-то мере ответственной за Ренату. Я, конечно, не был против компании девушки, но мне не хотелось нагружать ее этой ответственностью. Да, я забочусь о ней, и, если честно, мне это совсем не в тягость. То, что связано с Виолеттой Кастильо, никогда таковым не станет…

А еще, сегодня я начал ловить на себе странные взгляды сестры. Как будто она о чем-то догадывается, но говорить пока не хочет. И что бы это значило?

Вечером я проводил Виолетту до дома Кастильо, оставив сестру пока посидеть в моей комнате.

– Думаешь, с ней все будет в порядке? – слегка встревожено спросила моя подруга, когда мы остались вдвоем.

– Наверное, – пожал плечами я. – По крайней мере, я сделаю для этого все возможное.

– Нет, Федо, – улыбнулась Виолетта. – МЫ сделаем.

– Слушай, зачем тебе эта головная боль? – нахмурился я.

Мне вовсе не хотелось обижать подругу или упрекать ее в чем-то, поэтому я очень боялся, что она рассердится. Но девушка лишь улыбнулась и мягко произнесла:

– Я хочу тебе помочь, Федо! Ведь ты сделал бы то же самое для меня, правда?

Если бы она знала, до какой степени права… Для нее я сделал бы все, что мог, и даже больше. Если бы в один прекрасный день Виолетта сказала, что любит меня, моему счастью не было бы предела. Я бросил бы к ее ногам весь мир! Как жаль, что это – лишь мечты…

Я хотел ответить что-нибудь, но не успел, потому что Виолетта обняла меня. Наверное, прочитала в моих глазах немые отголоски чувств к ней. Хорошо, что только отголоски… Нужно непременно взять под контроль еще и взгляды, а то, в самом деле, любовь может открыться.

Сейчас, однако, мне было не до того. Подруга меня обнимает, а это значит – сердце колотится, как заведенное, в животе порхают бабочки… Да еще мурашки по спине… Все мои силы уходили на сдерживание самого себя от нестерпимой тяги к губам Виолетты… Господи, как мне хотелось ее поцеловать… Но этого делать нельзя! Нельзя, иначе, подруга меня возненавидит! От таких внутренних запретов я испытывал невыносимую боль, но это мелочи. Когда дело касается дружбы с Виолеттой, мои чувства должны уходить на второй план. И все же, так больно…

Но вот, объятие разжалось, и наступила новая порция боли от увеличения расстояния между нами. Да что же это такое, в самом деле?! Мне больно обниматься с Виолеттой, потому что она меня не любит, и больно отстраняться, потому что я ее люблю!

Удивительно, но подруга смотрела на меня с одним из тех странных выражений лица, которых я не могу прочесть. И что это значит? Ничего не понимаю! Впрочем, одно известно наверняка: Виолетта никогда, ни при каких обстоятельствах не сможет меня полюбить. Так что хватит мечтать, в конце концов! Черт! И это больно!

Наконец, сумев совладать с собой, я улыбнулся и весело произнес:

– Пока!

– До завтра! – тоже улыбнулась моя подруга. – Я приду, как обычно.

– Завтра прилетает тетя Беатрис с Аполинаром, – напомнил я (тетя сказала об этом моей маме по телефону пару часов назад). – Ты уверена, что хочешь принимать участие в семейных разборках?

– Абсолютно, – отрезала Виолетта. – И даже не говори мне ничего на эту тему Федо! Где ты, там и я!

От последних слов подруги мне стало очень тепло почти в буквальном смысле этого слова. Она никогда меня не оставит! Ну, по крайней мере, до тех пор, пока не узнает о моих настоящих чувствах…

Мы помахали друг другу и разошлись. Я ощущал новую порцию боли от того, что любимая отходит. Но ведь так надо, правда? Ничего дружок! Выше нос! Все равно ты скоро привыкнешь! Вот, когда Виолетта влюбится в кого-нибудь, тебе будет гораздо хуже, гарантирую!

Так, утешая самого себя, я поднялся обратно, в свою комнату. Рената все еще была там, рассматривая фотографии на комоде. Она как раз изучала изображение нас с Лорной.

– Никак не могу поверить, что это – монтаж, – пояснила моя сестра, когда я вошел. – Выглядит, как настоящая. Чистая работа.

– Сам в шоке, – улыбнулся я и зачем-то добавил. – Виолетта тоже сначала не поверила.

Черт! Ну, вот, кто меня за язык тянул?! Но слово – не воробей, вылетит – не поймаешь. Придется сейчас отвечать на дурацкие вопросы Ренаты по поводу того, с какого перепуга Виолетта, вообще, знает об этой фотографии.

Впрочем, как выяснилось, я плохо знал сестру. Вместо того, чтобы удивиться или возмутиться, она лишь хитро улыбнулась и весело сказала:

– Кстати, о Виолетте. Я тут засекла несколько улыбок и взглядов исподтишка во время разговора…

Ох… Только не это! Еще только разговора по душам мне сейчас не хватало! Говорю же, нужно взять взгляд под жесткий контроль мозга! Обязательно! Ладно, сейчас лучший выход из положения – прикинуться дураком.

– О чем ты? – спросил я у сестры.

– Не увиливай! – отрезала та. – Признавайся: между вами что-то есть?

Однако, говоря это, она улыбалась. Это, наверное, означает, что, даже если я отвечу «да», Рената не будет против. Но, увы, это не так…

– Нет, – пожал я плечами, стараясь скрыть нотки боли в голосе.

Видимо, это мне не вполне удалось, или Рената настолько хорошо меня изучила. В любом случае, она шутливо погрозила мне пальцем со словами:

– Ты эти штучки брось! Я-то вижу, что вы друг другу очень сильно нравитесь! Это за милю видно!

Друг другу? Что еще за бред?! То есть, я люблю Виолетту больше жизни, но с какого перепуга Ренате взбрело в голову, что у той есть ко мне ответные чувства?!

– Ты ошибаешься, – только и смог выдавить я, борясь с ростками надежды, невольно появившимися от таких слов сестры.

– Неужели? – съязвила Рената.

– Да, ошибаешься, – отрезал я и едва не прибавил «к сожалению».

– О! – захихикала моя сестра. – Плохо дело!

– Поправочка, – насупился я. – Это у тебя дело плохо. Между прочим, мы сегодня весь день ТВОИ проблемы обсуждали!

– И мне стало гораздо легче, – парировала Рената. – А сейчас, я хочу обсудить твои. Для разнообразия.

– Да нет у меня никаких проблем! – вспыхнул я. – Все отлично!

Что ж, врать было неприятно – это факт. Тем более, что здесь моя сестра оказалась абсолютно права. Проблемы были – и еще какие.

– Федерико, только не надо врать! – отмахнулась Рената, раскусив меня в мгновение ока. – Я ведь не идиотка и все вижу. То, что вы с Виолеттой влюблены друг в друга, не заметить невозможно! Давай, рассказывай, что у вас там!

Я вздохнул. Ладно, сдаюсь. Придется все рассказать сестре, иначе она не отвяжется. И потом, ведь мы все-таки не чужие.

– Хорошо! – воскликнул я. – У меня есть проблемы! Довольна?

– Нет, недовольна, – парировала моя сестра. – Сначала расскажи, в чем дело. Судя по взглядам, у вас должна быть идиллия. Ты смотришь на нее с такой любовью и трогательной заботой…

– Да, я в нее влюблен, – оборвал я ее. – В этом вся проблема.

– Не поняла, – констатировала Рената.

– Проблема в том, что ОНА не чувствует ничего! – простонал я,закрыв лицо руками. – Меня же чувства просто разрывают!

– А вот здесь ошибаешься ты, братец, – фыркнула моя сестра.

– В смысле? – опешил я, выпрямляясь.

– Виолетта чувствует что-то к тебе – еще как, чувствует!

– И ты туда же, Рен! – возопил я, падая на подушки лицом вверх. – Ну, почему вы все так упорно пытаетесь убедить меня в чувствах Виолетты?! Ведь их нет! Это не вас послали куда подальше несколько месяцев назад!

– Эй, остынь! – воскликнула Рената. – Кто это – все? И когда тебя куда посылали?

– О моих чувствах знают Герман – отец Виолетты, его друг Ромальо, Энрике, а теперь – и ты, – пояснил я. – И вы все дружно пытаетесь убедить меня в невозможном…

– Да почему в невозможном-то, Федерико?! – воскликнула моя сестра. – Говорю тебе, взгляд Виолетты выражал…

– Рен, хватит! – чуть повысил голос я. – Не может она испытывать ко мне никаких чувств, кроме дружеских! Хочешь знать, почему? Тогда слушай…

И я поведал Ренате о сцене первого, так сказать «недопоцелуя», за которую мне до сих пор очень стыдно.

– Да, неслабо! – заметила моя впечатленная сестра, выслушав историю. – И все же, Федерико, ты уверен, что…

– Да, уверен! – отрезал я. – А теперь, пожалуйста, давай расходиться. Завтра трудный день. Особенно, для тебя.

– Да, – понуро вздохнула Рената, как-то сразу сникнув.

На этот раз, я почувствовал, что ей нужна поддержка, поэтому выпрямился, положил руку на плечи сестре и мягко произнес:

– Ты сильная, Рен. Ты справишься. Мы с Виолеттой все время будем рядом и не дадим тебя в обиду! Все будет хорошо! Ты мне веришь?

Рената подняла голову, посмотрела мне в глаза, улыбнулась и сказала лишь одно слово:

– Верю.

Мы обнялись. Брат и сестра, которые доверяют друг другу… Признаться, это было приятно, хотя, с объятиями Виолетты, конечно, никакого сравнения. Сейчас я ощущал лишь душевную близость с Ренатой, но остальная часть моего существа все равно каждой клеточкой рвалась к той, что пробудила во мне незабываемые ощущения…

И вот, Рената ушла к себе, а я бессильно повалился на кровать. Что ж, следует признать, мне стало гораздо легче после разговора с сестрой, но этот же разговор так вымотал меня… Да и саднящая боль в груди сил не прибавляет.

Меня мучил только один вопрос: почему все так уверены, что у Виолетты могут быть ко мне какие-то чувства? Ладно, признаться, дружескую привязанность я заслужил, но это – все! Почему же тогда Герман, Ромальо, Энрике, а теперь еще и Рената, пытаются внушить мне нелепые надежды? Они никогда бы не пожелали мне зла – в этом я абсолютно уверен.Тогда, значит, просто ошибаются… Да, вполне очевидно, что это так. Наверное, я должен радоваться, но почему-то лишь стал жертвой новой порции боли. Боли от безысходности моего положения…

От автора: Дорогие мои! Извините за задержку! Я решила выложить эту главу именно сегодня, потому что у меня сегодня День Рождения! Уже – только не падайте! – 21 год! Хотя, как мне говорят, пишу я не взрослым слогом. Еще раз извините! Отныне буду выкладывать почаще! Настолько, насколько позволит учеба!)))

====== Глава 43 ======

Утром нам снова не дали нормально позавтракать. Мама ушла на работу, а мы с Ренатой едва успели сесть за стол, когда к дому подъехало такси. Моя сестра тут же напряглась и побледнела.

– Все будет хорошо! – напомнил я, коснувшись ее руки.

Мы одновременно поднялись из-за стола, подошли ко входной двери и слегка замешкались прежде, чем открыть ее. Я был уверен, что в ту секунду наши мысли совпадали. Казалось, мы оба думали: «Что ж, пора в бой!». И вот, наконец, набравшись смелости, я повернул дверную ручку.

Из такси, действительно, выходила тетя Беатрис. Это была достаточно милая женщина, на которой уже оставили свой след годы и потеря мужа. Ее некогда ярко-рыжие волосы изрядно тронула седина, а красивое лицо тонкой сеточкой покрыли морщины. Но на глаза это, конечно, не влияло. Они, как голубые сгустки энергии, освещали все вокруг, делая мир лучше. И, насколько я знал тетю Беатрис, она всегда была бодрой, веселой, улыбчивой... Годы и удары судьбы могли нанести урон ее телу, но над душой не имело власти ничто.

Вслед за ней из такси выбрался незнакомый мужчина, примерно, ее лет. Наверное, это и был Аполинар. Да уж, глядя на него, я никогда не смог бы сказать, что он может попытаться кого-то изнасиловать. Но, если Рената говорит, значит, так оно и было.

На первый взгляд Аполинар производил впечатление достаточно интеллигентного мужчины. Его угольно черные с проседью волосы аккуратно лежали на овальном черепе, лицо было абсолютно заурядным, а карие глаза смотрели спокойно. Одет он был неброско, но без сомнения ухоженно. Нигде ни одной складки, а из нагрудного кармана синей футболки торчал уголок белого носового платка. Ступал же Аполинар вполне уверенно. Очевидно, он чувствовал себя в полной безопасности. А зря.

– Рената! – запричитала тетя Беатрис, когда мы впустили гостей в дом. – Вот, что ты вытворяешь?! Тебе мало экспедиции, из которой ты только что вернулась?! Почему ты не предупредила?! Почему не сказала?! Из-за тебя я не спала всю ночь!

– Твоя мать права, Рената, – подхватил Аполинар довольно неприятным голосом. – С твоей стороны было очень опрометчиво улетать в такую даль, никого не поставив в известность. Мы подняли на ноги весь город.

Я не слушал. Мой взгляд был прикован к сестре, которая с испуганным лицом отходила подальше от возможного отчима. Что ж, похоже, пришло время вступиться. Я заслонил Ренату собой и твердым голосом обратился к Аполинару.

– У нее были причины так поступить, и вы о них прекрасно знаете!

– Федерико! – попыталась пристыдить меня тетя Беатрис. – Почему ты так себя ведешь?

– Но это у меня тоже есть причины! – парировал я.

Сам же Аполинар смотрел на меня с холодной яростью, которую даже не пытался сдержать. Наверное, понял, что при мне надевать маску спокойствия вовсе не обязательно.

– А вы кто, юноша? – спросил он, наконец.

– Сын Аврелии, Федерико, – ответила за меня тетя Беатрис. Племянник моего первого мужа и…

– Двоюродный брат Ренаты, – встрял я. – Это сейчас имеет наибольшее значение.

– Да что с тобой? – всплеснула руками тетя Беатрис. – Я никогда тебя таким не видела. Ты злой, как сто чертей. В чем дело?

– Ах, ты хочешь знать, в чем дело, мам?! – ощетинилась Рената, выходя из-за моей спины. – Тогда слушай! Вчера ночью я пришла сюда в состоянии шока и дрожа с головы до ног! Я шла от самого аэропорта, куда прилетела из Мехико. А все из-за того, что твой ненаглядный Аполинар пытался меня изнасиловать!

В гостиной неожиданно стало тихо. Тетя Беатрис замерла с открытым ртом, не в силах пошевелиться. Мужчина же, из-за которого, собственно, все и произошло, стоял спиной к своей возлюбленной, испепеляя взглядом нас с Ренатой. Ну, а мы просто ждали, когда схлынет первоначальный шок взрослых.

– Это… это неправда! – внезапно вскричал Аполинар, обращаясь к тете Беатрис. – Дорогая, ну, неужели ты поверишь не мне, а ей? Рената просто боится, что со временем ты станешь меньше ее любить! Это вполне обычная ревность! Классический случай!

Конечно, он лукавил. Это и дураку было понятно. Но почему-то тетя Беатрис, посмотрев ему в глаза, не увидела в них и фальши. Или просто не захотела видеть. В любом случае, она кивнула и сурово посмотрела на дочь со словами:

– Рената, сейчас же прекрати этот цирк! Поехали домой, и там поговорим!

– Но мама… – попыталась возразить та.

– Беатрис, милая, – встрял Аполинар. – Я готов простить ее за эту шалость! Если она извинится, все будет хоро…

– Что?! – оборвав его, закричала Рената. – Это Я должна извиняться?! Да это ТЫ полез ко мне, свинья лицемерная! Ты…

Тут она осеклась, потому что… получила оплеуху от родной матери. Звук удара и вскрик сестры вывели меня из ступора. Я решительно рванулся вперед, надежно закрыв Ренату собой, и прорычал:

– Не троньте ее!

– Отойди, Федерико! – велела мне тетушка. – Рената – моя дочь, и я буду решать, как ее воспитывать! Она, паршивка, отказывается извиняться за собственное вранье! Она обвинила Аполинара – этого святого человека, который даже согласился ее простить!

– Мама! – со слезами закричала моя сестра, выглянув из-за моего плеча. – Ты… ты никогда… ты меня пальцем не… И все из-за этого гада, который врет тебе напропалую?!!!

– Да это ТЫ врешь, дрянь такая! – крикнула тетя Беатрис и попыталась снова рвануться к дочери.

Я, понимая, что моя тетушка сейчас невменяема, осторожно, но крепко схватил ее за руки и твердо заговорил:

– Тетя, успокойтесь! Подумайте сами: зачем Ренате про такое врать?! Она много раз говорила, что не будет возражать, если вы снова соберетесь замуж! Ей всегда было важно ваше счастье!

Удивительно, но мои доводы все же подействовали. Тетя Беатрис обмякла, высвободила руки и обратилась ко мне:

– Ты веришь ей?

– Да, верю, – подтвердил я. – Рената была в шоке, когда ступила на порог. Такое состояние не сыграешь.

– Дети порой и не то могут, – заметил Аполинар.

Он стоял неподалеку, явно наслаждаясь сценой ссоры матери с дочерью. Это вывело меня из себя. Все, держись, урод!

– Знаете, сеньор, – почти зарычал я, обращаясь к нему, – вы, конечно, многим можете навешать лапши на уши, но со мной у вас этот фокус не пройдет! Как только вы вошли в дом, мне сразу стало ясно, кто вы! И вот, что вы должны знать: я никому на свете не позволю обижать свою сестру! Вы же не просто обидели ее, а попытались изнасиловать, что не сойдет вам с рук!

Пока Аполинар анализировал сказанное и отходил, на всякий случай, от меня подальше, тетя Беатрис, похоже, окончательно приняла решение, потому что вдруг твердо произнесла, обращаясь к дочери:

– Рената, собирайся. Наш самолет через час. Поговорим обо всем дома.

Моя сестра судорожно вздохнула, но довольно уверенно сказала:

– Хорошо. Я сейчас.

С этими словами, она поднялась наверх. В гостиной остались мы с тетей Беатрис и Аполинаром. Меня добивало осознание того, что моя тетушка ударила Ренату. Я был о ней гораздо лучшего мнения и весьма разочарован такой жестокостью. Что же с людьми делает любовь…

Хотя, конечно, не мне, со своими безответными чувствами, об этом рассуждать. Неужели, обмани меня Виолетта вот так – хладнокровно и расчетливо… Нет, она бы никогда так не поступила! Никогда!

– Может, позвоните моей маме? – предложил я тете Беатрис.

– Ох, точно! – спохватилась она и отошла к телефону.

Мгновение я смотрел прямо в лживые глаза Аполинара. За то, что он чуть, было, не сделал с Ренатой, мне хотелось прибить его на месте. Кажется, мужчина это почувствовал, потому что вдруг засуетился и сказал:

– Пойду, поймаю такси.

С этими словами, он шустро выскочил за дверь. Бедняга. Ему ведь было неизвестно о моей клятве. Может, выйти и дать все-таки ему по морде? Хотя нет, сейчас меня больше волнует другое.

Я пулей взлетел наверх, в гостевую комнату. Рената уже почти вышла с паспортом в руках, но замерла напротив меня.

– Рен, ты уверена, что сама сможешь разобраться в этой истории? – задал я вопрос, который терзал меня.

– Абсолютно, – кивнула моя сестра. – Теперь, благодаря тебе, я навела в голове порядок и готова держать удар.

– Я бы поехал с вами, но…

– Все в порядке, Федерико! – мягко оборвала меня Рената. – Я понимаю, ты боишься оставить Виолетту одну.

– Оставлю, если будет нужно, – возразил я.

Эти слова дались мне чертовски тяжело. Моя сестра была абсолютно права. Все внутри меня протестовало, стоило лишь подумать о разлуке с Виолеттой. Я стал зависим от нее. Впрочем, и Рената, похоже, не зря доводилась мне сестрой.

– Нет, не оставишь, – покачала головой она. – А даже если и оставишь, то места себе не будешь находить.

Я вздохнул. Сестренка… Она так хорошо меня поняла… Впрочем, как всегда.

– И всем же, – решил я не сдавать позиций, – ты уверена, что…

– Да, – твердо кивнула Рената. – Все будет хорошо.

– Тогда позвони мне вечером, ладно? – попросил я. – Мне будет очень тревожно.

– Конечно, – улыбнулась Рената, – обязательно.

– Ну… – подытожил, было, я, но осекся.

В открытое окно внезапно ворвался короткий изумленный вскрик, заставивший меня похолодеть от ужаса. Сердце мое как будто пронзила ледяная стрела, а в голове появилась одна-единственная мысль: «ВИОЛЕТТА!».

Да, я узнал голос любимой девушки. Только он один может вызвать во мне такие ощущения. Но сейчас это неважно. Она в опасности! Однозначно.

Без задней мысли я рванул во двор. Рената – за мной. Тетя Беатрис внизу проводила меня удивленным взглядом и тоже поспешила следом.

То, что происходило во дворе, заставило меня задрожать от гнева. Аполинар, зажимая Виолетте рот рукой, тащил ее в сторону кустов неподалеку. Та отчаянно сопротивлялась всеми конечностями, но где ей справиться со взрослым мужчиной?

И тогда я почувствовал ненависть. Обжигающую ненависть к Аполинару. Этот урод пытался надругаться над моей сестрой, а теперь покушается на честь любимой мною девушки! Ну, все, держись, скотина мерзопакостная! Сейчас ты пожалеешь, что со мной связался!

Не колеблясь больше ни секунды, я подбежал к Аполинару и с такой силой ударил его по лицу, что мужчина сам улетел в эти самые кусты. Виолетта упала неподалеку и в ужасе стала отползать.

Пока насильник, громко ругаясь, выбирался из колючих зарослей, я бросился к любимой. Она, дрожа с головы до ног, пыталась подняться. Я поспешно помог ей и прижал к себе, шепча:

– Вилу! Господи! С тобой все в порядке? Меня чуть удар не хватил!

– Да, да, все хорошо, – пробормотала потрясенная Виолетта, обнимая меня обеими руками.

Передать не могу, как мне хотелось осыпать ее пылкими поцелуями… Как же я испугался, боже мой! Как я счастлив сейчас, когда спас свое сокровище! Она в порядке и жмется ко мне! И я, обнимая ее, стараясь не думать о том, ЧТО могло произойти, не узнай я любимый голос…

А в это время, разъяренный Аполинар выбрался из кустов и, кажется, собирался дать деру, но был остановлен – смешно сказать – тетей Беатрис. Хотя, в тот момент, моя заботливая и добродушная тетушка больше напоминала саблезубого тигра.

– Ну?! – разминая кулаки и наступая на Аполинара, грозно вопросила она. – И как я должна это понимать?!

Но всего мужества у этого человека хватило лишь на то, чтобы отступать назад. А тут еще к моей тетушке присоединилась Рената. Она, уперев руки в бока и став рядом с матерью, язвительно спросила:

– Что, на сей раз, некого обвинить?

Ох… Вот это она зря. Аполинар вдруг сплюнул на землю и заорал:

– А чего вы, собственно, ждете от мужчины?! Эти девочки сами меня провоцировали! Одна ходит по дому в полуголом виде, другая ноги напоказ выставляет своей этой юбкой! А я ведь мужчина!

– Интересная у вас логика, – встрял в диалог я, не переставая гладить и обнимать Виолетту. – Что, всем девушкам носить исключительно паранджу, как на востоке?!

– Ты-то помолчи, боксер-недоросток! – зыркнул на меня Аполинар злобным взглядом.

– Скажи «спасибо», что он тебя только один раз ударил! – не дав мне и рта раскрыть, желчно заметила Рената.

– Вот именно, – подхватил я. – А успей вы хотя бы задрать Виолетте юбку – собирали бы вас по косточкам, не сомневайтесь!

– Федерико разорвет на кусочки любого, кто причинит вред этой девушке, – заключила Рената. – Так что ты еще легко отделался!

– Нет, не отделался! – встряла тетя Беатрис. – Я сейчас продолжу дело племянника!

С этими словами, она бросилась к теперь уже бывшему возлюбленному и начала его бить. Нет, не истерично махать руками, как это обычно происходит в мыльных операх, а профессионально. Ну, разумеется. Ведь мало, кто знал, что в юности моя тетушка занималась боксом. Так, ладно, нужно оттащить ее. Аполинар нам пригодится в трезвом уме и в здравой памяти. Пока.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю