290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Шепот ветра (СИ) » Текст книги (страница 22)
Шепот ветра (СИ)
  • Текст добавлен: 25 ноября 2019, 23:00

Текст книги "Шепот ветра (СИ)"


Автор книги: Смешинка






сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 25 страниц)

– Войдите! – откликнулся хозяин дома.

Через мгновение в дверях оказался Энрике, Деметрио и Росанна. Все трое слегка запыхались.

– О, – заметил я. – Вас больше, чем должно было быть по плану.

– А ты думал, я останусь один дома и буду гадать, вернется ли в этот самый дом кто-нибудь?! – возмутился Деметрио. – Нет уж, спасибо! Лучше здесь – хоть немного спокойнее будет!

– И вообще, кто бы говорил, – фыркнул Энрике, окинув неприязненным взглядом Ромеро с Лорной. – Вас тоже гораздо больше, чем нужно!

– А мы тоже не захотели бросать брата! – пробурчал мой кузен.

– Очень мило, – огрызнулся Энрике. – Особенно, после того, как вы с Лорной пытались его убить!

– Да ничего мы не делали, в сотый раз повторяем! – вмешалась девушка.

– Ага, несчастный случай и роковое совпадение! – возвел мой почти-брат глаза к потолку. – Может…

– Хватит! – привлек я всеобщее внимание. – Остыньте, ребята! Рике, эти двое хотят помочь, а нам сейчас выбирать не приходится. Они хотя бы создадут дополнительную страховку.

– Так, ладно, – отмахнулся Ромеро. – Давайте обсудим план, а там разберемся.

Герман жестом предложил Энрике, Деметрио и Росанне занять еще три стула. Я едва открыл рот прежде, чем в дверь снова постучали, а после отклика, вошла… О, боже, только ее здесь не хватало… Виолетта…

– Папа! – заявила она. – Так нельзя! Вы решаете мою судьбу, между прочим! Почему в разговоре участвуют все, кроме меня?!

Она, вроде бы, обращалась к отцу, но взгляд ее, то и дело, метался ко мне, от чего я почему-то ощущал тепло в груди.

– Мы уже давно это обсуждаем, а ты только сейчас решила присоединиться? – изогнула бровь Анжи.

– Я еще за Федерико хотела побежать, но подумала, что ему это все не нужно, – возразила девушка. – А потом, когда увидела Деметрио с Росанной… Это стало последней каплей. Они же совсем дети!

– Эй! – возмутился паренек. – Я, между прочим, почти твой ровесник, так что легче на поворотах!

– Прости, – вздохнула Виолетта. – Но втягивать в это вас с Росанной…

– А мы у тебя разрешения и не спрашиваем, – парировала девочка.

– Как считаешь, Герман, – спросил Ромальо у своего друга, – может Виолетта принять участие в разговоре?

Судя по лицу мужчины, он был против. Да и я, по правде говоря. Мне не хотелось, чтобы она сознавала всю опасность происходящего и, тем более, слышала, на что я готов ради нее. Это лишь причинит ей боль, потому что она не может ответить тем же…

И все-таки, не говорить же ей об этом напрямую! Да и аргумент с возрастом не потянет. Герман, конечно, тоже это понимал, поэтому хмуро пробурчал:

– Ладно, оставайся.

Виолетта закрыла за собой дверь и села на единственный свободный стул.

– Итак, – снова обратился ко мне Ромеро. – Что ты там придумал? Выкладывай.

Что еще оставалось? Мое сердце заныло, когда я заговорил:

– Мы сыграем на основной слабости врага.

– Какой слабости? – не понял Деметрио.

– Такой, что они Виолетту ни разу в глаза не видели, – отмахнулся я. – Мы разделимся на пары и побежим в разных направлениях. Лорна, Рената и Росанна будут изображать ее, а мы с Энрике и Ромеро – защитников. Это здорово отвлечет преступников, и тогда Герман сможет позвонить в полицию.

– Да нет, туда я звонить не стану, – встрял тот. – Пока там раскачаются, вас десять раз перебьют! Сразу подключу серьезных людей… В общем, не волнуйтесь.

– Итак, – подытожил я. – Наша задача – некоторое время гонять этих ребят по городу, отвлекая их внимание на себя.

– Да ведь они, наверняка, вооружены! – вмешалась Виолетта. – Нет, я не хочу, чтобы вы пострадали из-за меня!

Наши взгляды встретились, и я только тогда увидел, как она напугана. Бедняжка, наверное, совсем запуталась. С одной стороны, моя смерть заметно облегчит ей жизнь, а с другой – ведь я стал для нее другом… А мы тут свободно обсуждаем мой сумасбродный план… Бревна бесчувственные!

Тем не менее, что мы можем сделать? Выставить Виолетту из комнаты невозможно. У нас нет для этого весомых аргументов. Да и какой смысл, если она уже и так все знает? Придется оставить, как есть… Прости, Вилу!

– У нас нет другого выхода, – вздохнул Герман. – Мне тоже претит отправлять ребят на линию огня. Но, боюсь, это необходимо, в сложившейся ситуации. Ты ведь знаешь, злоумышленники прослушивают телефоны и перехватывают звонки, поэтому мы не можем подключить полицию, так что…

Он развел руками. Виолетта оглядела всех присутствующих и остановила глаза на мне. И в них я увидел безграничную тревогу. С чем это связано – непонятно. Есть лишь одно логическое объяснение, но оно абсолютно невозможно…

Так, ладно, спокойно! Думать нужно, в первую очередь, о том, как спасти Виолетту! Со всем остальным можно будет разобраться и позже. Если я, конечно, вернусь живым. Ясное дело, могу и не вернуться, но вполне готов к такому исходу. Ради нее – все, что угодно!

====== Глава 70 ======

Мы приступили к формированию пар. Конечно, проще простого было бы поставить братьев с сестрами. То есть, Энрике с Росанной, Ромеро с Лорной, а меня, соответственно, с Ренатой. И все присутствующие уже собирались, было, сделать именно это. Все согласились, что это – идеальный вариант. Все, кроме Виолетты и меня. Ну, девушка, вообще, была против моего самоубийственного плана, а вот я заявил:

– Не думаю, что это – хорошая мысль.

– Почему? – удивился Ромальо. – По мне, так вполне нормальная расстановка. Братья и сестры, обычно, неплохо дополняют друг друга, правда?

– Так-то оно так, – возразил я, – но…

– Федерико прав! – вмешалась Виолетта. – Расстановка неправильная. Вы забыли об еще одном человеке!

– Нет! – одновременно вырвалось у меня, Германа, Ромальо и Анжи.

– Даже думать не смей! – добавил я. – Мы все это затеваем ради твоей безопасности! Ты. Остаешься. Здесь. Возражения не принимаются.

Говоря это, я включил ту самую железную интонацию, которая так смешила Энрике. Сейчас, однако, он даже не улыбнулся. Виолетта же выглядела обиженной. В первые несколько секунд мною овладело желание обнять ее, извиниться, сказать, что все будет хорошо… Но этого делать нельзя, хотя бы потому, что сейчас от объятий легче не станет ни мне, ни ей…

Тем не менее, все равно жаль, что пришлось надавить на свою единственную любовь. Но я всегда буду защищать ее ото всех напастей, а ради этого иногда придется быть жестким. Разумеется, жесткость эта должна проявляться лишь в таких ситуациях. Вот, как сейчас. Мне пришлось проявить твердость характера, чтобы удержать Виолетту от глупостей. И все равно, взглядом я извинился за слишком резкие слова. Надеюсь, она меня поймет.

– Верно, – добавил Герман, обращаясь к дочери. – Я не пущу тебя. Преступникам только этого и надо!

Виолетта опустила голову, поняв, наверное, что дальнейший спор не имеет смысла. Все взгляды, кроме ее, снова обратились ко мне.

– Так что у тебя за претензии к расстановке? – подытожил Ромеро.

– А вы с Лорной станьте рядом возле зеркала – и сами все поймете! – пробурчал я.

– Не поняла, – нахмурилась Лорна. – При чем здесь наше сходство?

– При том, что Герман говорил журналистам только о дочери. По вам же невооруженным глазом видно, что вы – родные брат и сестра. И по Энрике с Росанной тоже.

– И что ты предлагаешь? – не понял Ромальо.

– Разделить их, чтобы сходство не бросалось в глаза, – пожал я плечами. – Это, конечно, жестоко, но необходимо.

– А ты прав, между прочим, – задумчиво протянул Энрике. – Мне, ясное дело, совсем не улыбается отпускать сестру… Но так, и вправду, будет лучше.

– Я тоже согласен, – подхватил Ромеро.

– Раз ты так говоришь, – пожала плечами Росанна.

– Хорошо, – добавила Лорна.

– Тогда кто с кем? – спросила Рената.

– А может, просто поменять девочек местами? – предложил Герман.

– Да нет, – возразил я. – Если отправить Лорну с Энрике, они там друг друга поубивают.

– Это правда, – неохотно подтвердил мой почти-брат.

– Давайте, я пойду с Лорной, Энрике – с Ренатой, а Ромеро – с Росанной, – предложил я.

– А это мысль, – заметила Анжи. – Тогда никто ни о чем не догадается.

– Да, идея хорошая, – одобрил Герман.

– Только если Ромеро с Росанной друг друга, в свою очередь, не поубивают, – пошутил Ромальо.

Никто, однако, юмора не оценил – не до того. Мой кузен лишь пообещал:

– Все будет хорошо.

– Ладно, – твердо обратился к нему Энрике. – Но имей в виду: за мою сестру отвечаешь головой.

– А ты – за мою, – парировал я.

Тот посмотрел на меня, как на спятившего, фыркнул и произнес:

– Ну, это само собой! Ты-то поосторожнее! Не ищи себе неприятностей!

– И Лорну береги, – вставил мой двоюродный брат.

– Уж он-то умеет ценить кровные узы, а не пытается убить родственников, – съязвил Энрике.

– Заткнись! – огрызнулся Ромеро.

– Эй, полегче! – возмутился я. – Выбирай выражения!

– Ладно, – вздохнул паренек, поняв, что сказал лишнего. – Извиняюсь, сеньор Кастильо.

– Все в порядке, – кивнул тот.

– А другу моему рот, пожалуйста, не затыкай! – добавил я.

Ромеро насупился, но возражать не стал.

– А ты, Рике, не ввязывайся в стычки, – приструнил я друга. – И без того, проблем хватает. Еще вас мирить…

– Ладно, ладно, – отмахнулся он.

– Так, – подытожил Ромальо. – Что мы еще не разобрали?

– Очередность, – подал голос Деметрио. – Все вместе побежите, или как?

– Я думаю, что по очереди, – сказал Энрике. – Нас с Росанной и Ромеро с Лорной не должны видеть вместе. И потом, эти ребята тогда сразу подумают, что мы их просто разводим.

– Да, верно, – согласился я. – Мы идем по очереди. А уж, в каком порядке – не принципиально.

– Раз не принципиально, может, первыми пойдем мы с тобой? – предложила Лорна.

– Да без разницы! – отмахнулся я.

– Что это с тобой? – удивленно спросил у сестры Ромеро. – Я, вроде, никогда не замечал в тебе суицидальных наклонностей!

– Да все будет хорошо! – рассмеялась Лорна.

– В прошлый раз ты говорила то же самое! – вырвалось у ее брата. – А потом чуть Федерико на тот свет не отпра…

Он осекся и, кажется, поняв, ЧТО говорит, побурел, как свекла. С губ его сорвалось:

– Ой.

Я замер в шоке, как и все. У меня в голове не укладывалось… Нет, мы, конечно, с этими близнецами никогда особо не ладили, но, чтобы они желали мне смерти… Об этом я, несмотря на заверения Энрике, даже помыслить не мог! А теперь, выходит, мой друг все это время был прав?! Бред, абсурд… А вдруг не бред?

– Так это вы? – только и смог вымолвить я. – Вы спровоцировали мое падение с турников?!

Лорна зло посмотрела на смущенного брата, а потом тяжело вздохнула и произнесла:

– Да. Ну, то есть, это были не мы, а конкретно я.

– Что?! – одновременно возмутились моя мама, Герман и Рената.

– Ну, я же говорил! – восторжествовал Энрике.

– Так, может, ты объяснишь, почему желала мне смерти? – будучи в полном ступоре, пробормотал я.

– Ничего я не желала! – тихо ответила моя сестра. – Просто… Постарайся понять…

– Признаться, лично мне крайне сложно понять, зачем сестра пыталась убить брата, – колко ответил Энрике.

– Да не хотела я этого! – со слезами на глазах, вскричала Лорна. – Послушайте, Федерико с Ромеро постоянно в чем-то соревновались…

– Можно подумать, это не твой братец такие соревнования всегда развязывал! – возмутилась Рената.

– Дело не в том, – вздохнула Лорна. –Просто… Федерико во многом обходит его. Он быстрее бегает, лучше плавает…

– Но Ромеро выше прыгает, – возразил я. – И в волейбол лучше играет.

– Да, – согласилась Лорна. – И это – все, в чем он сумел тебя обойти.

Я задумался. Наверняка, есть еще что-то, в чем Ромеро меня превосходит… Стоп! Да ведь это, и в самом деле, все! За столько мы устраивали множество различных соревнований, но почти во всех побеждал я. Исключениями, действительно, стали только прыжки в высоту (правда, с приземлениями у Ромеро все-таки нелады) и волейбол! Никогда раньше об этом не задумывался…

– Ну, и вот, – продолжила тем временем Лорна. – Ромеро, как правило, после поражений ходил мрачнее тучи. Мне это не нравилось, потому что зло он срывал на меня. В тот год мы, как обычно, съехались тринадцатого сентября. Ромеро, как обычно, затеял очередное соревнование с Федерико… А ведь раньше я не раз видела, как наш двоюродный брат лазает по деревьям. Он цепкий, как кот. Я понимала, что сейчас Ромеро снова проиграет и…

– И решила покалечить или убить Федерико?! – подала голос Виолетта. – Нет его – нет проблемы?!

Я впервые посмотрел на любимую и обалдел еще больше. Глаза ее сверкали, лицо было белее бумаги, брови сошлись на переносице… Она была в ярости, собственно, как и Герман, и моя мама, и Рената, и семейство Марроне. Но одно дело наблюдать, как Энрике сжимает и разжимает кулаки, а совсем другое – видеть гнев девушки, которая, по логике, должна меня ненавидеть... И что, вообще, творится?!

– Да нет же! – вскричала Лорна. – Я не собиралась ни калечить его, ни, тем более, убивать! Он даже ни разу не напомнил Ромеро о своих победах! Нет, я просто хотела, чтобы мой брат оказался сильнее еще хоть в чем-то! У меня, может, и не было бы возможности что-то сделать, но так получилось, что сразу после прыжков Ромеро нас позвали ужинать…

– Минутку! – воскликнула Рената. – Я, кажется, вспомнила! Ты тогда задержалась на улице!

– Точно! – осенило меня. – А, когда мы спросили, в чем дело, ничего не ответила!

– Да, – тихо произнесла Лорна. – У меня тогда в кармане был тюбик с прозрачным клеем. Помните, мы, вчетвером, тогда им же приклеили Тэнкредо к стулу?

– Помню, – улыбнулась Рената. – Я еще тогда подумала, почему он у тебя открытый.

– И что же ты сделала? – очень серьезным тоном спросила моя мама.

– Я… – потупилась Лорна, – я провела клеем вдоль перекладины одного из турников. Вы не подумайте, тетя Аврелия! В мои планы вовсе не входило калечить Федерико! Я думала, он просто подойдет, схватится руками за этот турник, попытается подтянуться и упадет. Максимум, что ему, в таком случае, грозило – это отбитая спина. Но ваш сынок решил, что банальные подтягивания не для него. После ужина, когда мы пришли…

– …а Тэнкредо, тем временем, пытался оторваться от стула, – вставил Ромеро с каким-то нервным смешком.

– Да, – продолжила его сестра. – В общем, руками Федерико ухватился за самую низкую перекладину, забрался на нее, а уже там начал выделывать чудеса акробатики. Потом он, видимо, хотел сделать сальто назад, а ногами стал в этот прозрачный клей... Откинулся, было, но кроссовки прилипли… Не думайте только, что я не испугалась за Федерико! Нет! Меня ужас охватил уже тогда, когда он стал на турники ногами. Я ведь понимала, что падать оттуда будет гораздо больнее и опаснее! Я молила бога, чтобы его ноги не стали на клей…

– Ты молила, – встрял Энрике, – а меня чуть инфаркт не хватил, когда я увидел, с какой силой Федерико ударился головой о другую перекладину и услышал, как там что-то отчетливо хрустнуло! Думал, все – капут, смещение шейных позвонков…

– Лорна, ты хоть понимаешь, как тебе повезло?! – накинулась на племянницу моя мама. – Да еще бы чуть-чуть… Он мог и насмерть разбиться!

– Она это понимает, поверьте, тетя! – вступился за сестру Ромеро. – И моя вина здесь, конечно, тоже есть. Это ведь я, когда Лорна мне все рассказала, посоветовал молчать в тряпочку.

– И сам все выболтал! – фыркнул Герман.

Я молчал, пытаясь переварить услышанное. Перед глазами пронеслись эпизоды событий того года, и все внезапно стало на свои места. Теперь понятно, почему Лорна задержалась. Понятно, почему она громко ахнула, когда я стал на турник ногами. Понятно, почему одна из перекладин странно блестела. И понятно, почему я упал тогда… Тут Лорна снова обратилась ко мне:

– Я понимаю, что за такие поступки простить очень сложно…

«Очень сложно»… Это было бы очень сложно, не будь Лорна моей сестрой! А получить такой удар под дых от близкого человека… Хотя, признаться, близкой мою дорогую сестрицу можно назвать с натяжкой. Уж, по крайней мере, так было тогда. Так может, простить ее?

Как бы то ни было, Виолетта явно этого делать не собиралась, потому что хмуро заявила:

– Лорна, ты хоть понимаешь, ЧТО сделала?!

– Конечно, понимаю! – вздохнула та. – Глупость. Очень большую глупость, за которую прошу прощения.

Я посмотрел на девушку, которую люблю, пожалуй, больше жизни. Она все еще злилась и не желала сводить с Лорны прожигающего взгляда. Клянусь, если бы глазами можно было уничтожить, моя сестра давно бы рассыпалась горсткой пепла. Именно такого взгляда я ожидал после выходки Диего. Но увидел его только сейчас, и то направленным на другого человека. Виолетта Кастильо попросту уникальна…

Стоп! О чем я, вообще, думаю?! Ей грозит опасность, а мы тут решаем семейные проблемы! Что за черт?! Все, пора заканчивать разборку!

– Ладно, что было, то было, – обратился я к сестре. – Зачем ворошить прошлое, когда у нас в настоящем проблем не оберешься?

Лорна с Ромеро просияли.

От автора: Дорогие друзья! Я обещала, что Федерико переживет два предательства! Вот одно из них! Ваша стерва, интриганка, садюга и самоубийца!)))

====== Глава 71 ======

Мама с гордостью на меня посмотрела. Рената, Энрике, Деметрио и Росанна заулыбались. Но вот Герман нахмурился, а Виолетта, и вовсе, пришла в ярость.

– Как это – «что было, то было»?! – почти закричала она. – Твоя сестра тебя покалечила!

– Поговорим об этом позже, – пообещал я. – После того, как вытащим тебя из этой переделки.

– Ой, и правда! – спохватился Энрике. – Итак, кто идет первым?

– Ну, раз решили, давайте мы с Лорной, – пожал я плечами.

Моя сестра начала, было, подниматься, но я заявил:

– Подожди. Не торопись. Сначала я должен сам пройти к дому через парадную дверь.

– Зачем? – опешил Герман.

– Чтобы никто ничего не заподозрил, – ответил за меня Энрике. – Будет неправдоподобным, если из дома, ни с того, ни с сего кто-то выйдет.

– А ведь верно, – задумчиво протянула Анжи. – Пойду, предупрежу Ольгитту о твоем «приходе», а то еще испугается до полусмерти.

Она вышла. Я поднялся со стула и обвел взглядом всех присутствующих, задержавшись на взволнованных карих глазах любимой девушки. Она смотрела на меня со страхом, заботой и еще, наверное, с сотнями всевозможных положительных чувств. Собственно, и у меня чувств к ней было, примерно, столько же. Но ведь здесь другое. Я люблю Виолетту, а она меня – нет. И почему же тогда в ее глазах аналогичные эмоции? Нет, скорее всего, у меня галлюцинации! Наверняка!

Сумев побороть себя, я направился, было, к выходу, но Герман воскликнул:

– Постой!

Я послушно остановился и обернулся.

– Ты забыл про бронежилет, – напомнил хозяин дома. – Надень лучше сразу, а то мало ли…

Я подошел, взял со стола бронежилет и вышел с ним в другую комнату, переодеться. Не надевать же плотную черную штуковину прямо поверх футболки – это вызовет подозрения!

Минут через пять я, уже полностью экипированный, снова заглянул в кабинет, где все куда-то собирались.

– Что такое? – занервничал я.

– Все в порядке, – успокоил меня Герман. – Просто мы решили переместиться в гостиную. Оттуда проще наблюдать за парадным входом. Ты пошел?

– Да, – кивнул я. – Сейчас вернусь.

– Будь осторожен! – внезапно подала голос Виолетта, глядя на меня все с той же тревогой и прочими удивительными эмоциями.

– Все будет хорошо, – пообещал я, приказав себе пока не думать о причинах ее более, чем странного поведения.

Зато другие мысли о ней хлынули потоком. Она так прекрасна и так недостижима… Я по уши влюблен в каждую черточку ее лица, в каждую улыбку и в каждый взгляд. Ее нежные глаза… Губы, вкус которых я так мечтаю ощутить… Боже, у меня от мыслей о поцелуе голова кружится!

Так, спокойно! Поцелуя не будет! Она лишь снова меня оттолкнет! А, неважно. Главное сейчас – защитить ее, и мне, честное слово, все равно, как она это воспримет. Будет ли благодарна, обнимет ли, если я вернусь живым… Все это не имеет смысла, когда дело касается жизни Виолетты…

Я вздохнул и торопливо вышел за дверь. Ольгитта и Анжи в столовой проводили меня ободряющими взглядами. Быстро покинув дом, я в мгновение ока перемахнул через забор и рванул к другому концу улицы. Нужно было создать иллюзию того, что я просто иду в гости к Кастильо.

Обежав крайний дом, я уверенным шагом направился обратно. Фургон признаков жизни не подавал, да и зачем обращать внимание на какого-то мальчишку, идущего по улице? Вот, когда я поверну к дому Кастильо, тогда можно будет начинать нервничать…

Я прошел еще метров пять. В фургоне что-то шевельнулось. А может, почудилось. Или кто-то из его обитателей что-то уронил. Нет, все в порядке, у меня просто разыгрались нервы.

До дома Кастильо оставалось всего метров пятнадцать. Из фургона ничего пока не было слышно. Ну, это ненадолго. Когда я поверну, этим ребятам поневоле придется напрячься…

И тут, безо всяких предупреждений, полетела первая пуля. К собственному стыду, вынужден признаться, что не успел вовремя среагировать. Спасло меня лишь то, что стрелявший, похоже, был плохим снайпером. Короче, он промахнулся.

Но что происходит, черт возьми?! Я еще даже не свернул к дому! Какого дьявола?! Ох, проклятье, что я стою?! Бежать немедленно!

На автомате увернувшись от двух последних пуль, я рванул со всех ног к дому Кастильо. Вслед мне раздались чьи-то ругательства. Ну, еще бы! Калитка-то закрылась, а значит, я сумел проникнуть на территорию. Но что это? Среди незнакомых мужских голосов я совершенно четко услышал еще один. Его обладатель ругался громче всех, и голос этот навеял мне какие-то очень близкие, но очень неприятные воспоминания…

И тут я узнал, кто это. И понял, что происходит. Стоп! Так какого черта я еще стою?! Если все, и вправду, так, нужно срочно бежать к нашим! Одно, впрочем, хорошо – Виолетте ничего не угрожает…

Я торопливо добежал до парадного входа и постучал. Дверь тотчас же распахнулась. На пороге, к моему удивлению, стоял сам Герман, бледный, как мертвец. Наверное, они услышали выстрелы и испугались.

– Ох, Федерико! – с нескрываемым облегчением воскликнул Герман. – Ты жив!

– Федо! – закричал знакомый нежный голосок.

Моя голова непроизвольно повернулась в нужную сторону. Виолетта стояла возле окна и была еще бледнее Германа. Ладони ее медленно сползали с лица, словно девушка только что прижимала их ко рту. Интонация ее была пропитана трогательной заботой, когда она выкрикивала мое имя. И смотрела она на меня с таким страхом, что я просто не мог не ответить:

– Все в порядке. Не бойся.

И верно. Ей-то как раз бояться больше нечего… И все же, тревога девушки, ее интонация и взгляд – все это странно.

Однако, дальше ход моих мыслей прервался, потому что с другой стороны налетела мама и начала обнимать, причитая:

– Федерико! Сыночек! С тобой все в порядке? Я так испугалась…

– Мам, успокойся! – воскликнул я, пытаясь высвободиться. – Все в порядке, честно! Отпусти, пожалуйста!

Та, все же немного угомонившись, отошла в сторону, и я, наконец, получил свободу.

– Что произошло? – тут же спросил Энрике, который стоял чуть позади Германа, обнимая испуганных брата и сестру. – Мы слышали выстрелы…

Все трое представителей семьи Марроне, были почти такими же бледными, как Виолетта. Ясное дело, они за меня испугались. Вот только как толковать поведение девушки – до сих пор неясно…

Так, стоп! Не думать об этом! Что бы там ни было, у Виолетты нет ко мне чувств! Их не может быть по определению! И вообще, у меня теперь есть довольно большая тема для размышлений! Вот, например…

– Опасности для Виолетты нет, – обратился я к Герману.

– То есть? – опешил он.

– Она не значится в списке потенциальных жертв этих ребят, – пояснил я. – Ни ей, ни вам, ни вашему бизнесу ничто не угрожает. Это – просто ловушка.

– Для кого? – в один голос спросили все присутствующие.

Ну, точнее, почти все. Энрике молчал и просто смотрел на меня. Мой почти-брат, как всегда, понимал все без слов. Понимал и беспокоился.

– Не хочу быть пессимистом, – произнес я, – но, по-моему, опасность угрожает теперь уже мне…

====== Глава 72 ======

– Ты уверен, что это был именно он? – в сотый раз спрашивал Деметрио.

Мы все сидели в гостиной. С двух сторон от меня – мама и Энрике, бледные-бледные. Да и остальные выглядели не лучше. А я и не думал, что они так за меня испугаются…

Но всех переплюнула Виолетта. Без кровинки в лице, она сидела напротив и не сводила с меня своих чудесных карих глаз, наполненных ужасом. И что с ней такое? Как-то странно…

Ладно, сейчас не время для размышлений. Если все это, и вправду, затеял тот, о ком я думаю, он может убить еще немало людей, чтобы добраться до меня… Нет, я не позволю ему тронуть кого-либо из них! Особенно, это милое, нежное, беззащитное создание! Пока я жив, ничто никогда не будет угрожать ей! И поэтому у меня в голове уже созрел новый план. Такой же сумасбродный, как первый, и с таким же явными суицидальными наклонностями. Даже больше.

– Да, абсолютно, – ответил я Деметрио. – Уж его-то голос узнать нетрудно. Грубый, противный… Да и говорил он с сильным итальянским акцентом.

– Ты думаешь, он, и вправду, способен на такое? – испуганно спросила Рената.

– Способен, еще как способен, – пессимистично ответил за меня Ромеро.

– И что, мы будем просто ждать?! – возмутился Энрике. – Нужно ведь что-то делать!

– Что? – вяло поинтересовался Деметрио.

– Пока не знаю! – огрызнулся мой почти-брат. – Но сидеть вот так, сложа руки…

– Успокойся! – осадил его я. – У меня есть идея!

– Аналогичная предыдущей, надо полагать?! – изогнул бровь тот.

– Что-то вроде, – признался я.

– Так и думал! – отрезал Энрике. – Нет уж, брат, ты, со своими суицидальными наклонностями, сиди пока на месте!

– Ты сам себе противоречишь! – возмутился я. – Подавай план, а как только он появился…

– Нам не нужен план, который укокошил бы тебя без толку! – заявил парень.

– А какой нужен?!

– Тот, который, действительно, поможет сохранить тебе жизнь!

– Да что…

– Так, ребята, брэк! – встрял Герман. – Хватит препираться! Пусть Федерико выскажет свою идею, а, если мы не придумаем ничего другого, боюсь, придется рискнуть.

– Но, папа… – попыталась возразить Виолетта, бросив на него возмущенный взгляд и тут же снова уставившись в мое лицо.

– Мне это нравится не больше, чем тебе! – отмахнулся Герман. – Но, если выбора нет…

Он развел руками.

– Да, ты прав, – согласился с другом Ромальо. – То есть, я, конечно, тоже не в восторге от перспективы потерять Федерико, но, раз надо – значит, надо. В конце концов, чему быть, того не миновать.

– Да ты сам-то себя слышишь?! – вскричала Виолетта. – Федерико терять не хочешь, а сам говоришь, как генерал, который отправляет солдата на верную смерть!

Я впервые видел ее в таком состоянии. Она вся дрожала, а прекрасные глаза гневно сверкали из-за пелены слез. Мне внезапно очень захотелось подойти, обнять ее, прижать к себе, сказать, что все будет хорошо… Но я понимал, что Виолетте это не понравится, потому что она меня не любит… А, черт! Снова боль! Не дав ей все же до конца взять надо мною верх, я заявил:

– Давайте не будем ссориться. Я выскажу свою идею, а там посмотрим.

Остальные перевели на меня напряженные взгляды.

– Я отвлеку этих, а вы пока подключите полицию, или кого там…

– Исключено! – запротестовала добрая половина присутствующих.

– Да они из тебя, к тому времени, решето сделают! – воскликнул Энрике. – Ладно, если бы вас было хотя бы двое, а тут ты один против всей их команды…

– Вот именно! – подхватил Деметрио. – К тому же, они все, наверняка, вооружены до зубов!

– А у Федерико тоже есть, своего рода, оружие! – встрял Ромеро.

– Неужели? – изогнула бровь Рената – И какое?

– Его ловкость, – заявил мой кузен.

– И смелость, – добавила Лорна.

– И умение быстро бегать, – подвел черту Ромеро.

– Бред! – огрызнулся Деметрио. – Вот, скажите, как это поможет Федерико, когда над его головой будут свистеть пули?!

– Вот именно! – подхватила Росанна. – Если уж на то пошло, Энрике с Деметрио обладают точно такими же характеристиками!

– Да нет, ребята, эти двое правы, – задумчиво протянул Герман. – Именно такие характеристики вполне могут сослужить Федерико хорошую службу.

– Нет! – вскричала Виолетта.

Она перевела на отца взгляд. И теперь я видел в этих потрясающих глазах… нет, не страх и даже не ужас. Отчаяние. Боль. Слезы. Все вместе. Просто поразительно! Неужели Виолетта так сильно ко мне привязалась? Разумеется, как к другу. Чего-то большего здесь уж точно не может быть! Фуф! В кои-то веки мне удалось избежать ростков нелепой надежды и, соответственно, боли! Слава богу!

– А тебе что, известен другой выход? – урезонил дочь Герман. – Готов выслушать!

Девушка молчала. По щеке ее покатилась слезинка, от чего мне стало очень-очень больно. Я ненавидел выражение отчаяния на любимом лице. Я презирал кровь, отхлынувшую от этого самого лица. Я так хотел подойти и осторожно стереть соленую каплю… Увы, этого делать нельзя…

– Не переживай, – попытался успокоить ее Герман. – Я таких людей подключу… Они поймают тех гадов в мгновение ока!

– Господи! – со слезами на глазах вскричала моя мама. – Ну, почему сегодня все угрожает моему мальчику?!

– Мальчик уже достаточно взрослый, чтобы самостоятельно принимать решения, – подала голос Анжи. – И, если он решил пойти, нам его не остановить.

– И ты туда же! – застонала Виолетта, отодвинувшись от тети и закрыв лицо руками.

– Я все таки считаю, что мы должны придумать что-то более безопасное для него! – заявил Энрике.

– Например? – изогнул бровь Герман. – Ты пойми, я тоже не хочу, чтобы он пострадал, но ничего другого придумать просто не могу.

Энрике помолчал секунд пять, а затем, по непонятным причинам, коснулся кулона на шее… Ах, да! Я забыл! У нас ведь с ним одинаковые кулоны – прямоугольные! Такие же висели на шеях Деметрио и Росанны. Мы называем их талисманами дружбы

Иногда я надеваю и другой кулон – подарок Ренаты на прошлое Рождество. Ведь и она мне не чужой человек. Но это лишь иногда. Прямоугольный же, вообще, ни разу не покидал мою шею. В некоторых случаях, он может быть под одеждой, но я его никогда не снимаю.

Итак, немного потеребив цепочку, Энрике, наконец, произнес:

– Ладно, хорошо. Я тоже не могу ничего придумать.

– Ну, тогда мне пора бежать, – решительно произнес я, поднимаясь. – Не поминайте лихом, если…

– А в глаз?! – огрызнулся Энрике. – Даже думать не смей! Ты вернешься живым, ясно?! Все с тобой будет хорошо!

Он тоже встал с места и вдруг, смутившись, произнес:

– Да, и на всякий случай… Ты стал мне братом. Если когда-нибудь у меня родится сын, я назову его Федерико.

Мы обнялись, похлопав друг друга по спинам. Братишка… Он навсегда останется для меня самым близким человеком. Если я кому-то и доверяю, то только ему…

Тут, поддавшись, похоже, атмосфере, с мест повскакали все без исключения. Для начала, мама обняла меня со словами:


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю