Текст книги "Затянувшееся путешествие (СИ)"

Автор книги: Niole

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 31 страниц)

Из соседнего коридора повеяло свежестью и холодом. Туда же вела дорожка следов, протоптанная в пыли.

– Туда пойдём, – кивнул Фаркас, подкуривая длинную трубку.

– Не боишься, что запах дыма привлечёт кого-то? – Валя всё ещё нервничала после случившегося.

– Нет. – коротко ответил Соратник, с наслаждением затягиваясь, а затем с любопытством посмотрел на Валентину, – Испугалась?

– Что это было?

– Драугры, – коротко ответил Фаркас, – Первый раз вижу, если честно. Но слухи о том, что они просыпаются в старых могильниках до меня доходили.

Женщину передёрнуло, когда она вспомнила красный огонь в глазах и жадное клокотание в мёртвом горле. Продолжать разговор не хотелось, поэтому она стала молча наблюдать за деловым пауком, который плёл паутинку под потолком. Фаркас же безмятежно курил.

– Пошли? – спросил он, выпуская изо рта последние клубы горького табачного дыма.

– Да, идём, – Валя хлебнула из фляжки и поморщилась – во фляге вместо воды оказалось пиво.

Ещё несколько переходов и снова большой зал. На этот раз мёртвых вокруг не оказалось, зато дальше пути не было: единственная дверь, ведущая из зала, была закрыта тяжёлой решёткой. Всё вокруг подсказывало, что в зале на так давно ходили, а сама решётка была смазана маслом, но миновать её Фаркас и Валя не могли. Соратник принялся задумчиво прохаживаться в поисках возможного решения возникшей проблемы, а после, коротко сказав Вале:

– Жди здесь, – выскочил из зала и двинулся по коридору, постукивая по стенам.

– Жду, – ответила Валентина в пустоту и осмотрелась.

Блеск привлёк её внимание. В соседней комнате, отделяемой от зала-тупика только аркой, стоял столик, сплошь забитый баночками с разнообразными зельями, рядом со столом красовалось несколько металлических ржавых шкафов со всяческими вазочками и урнами. Валентина улыбнулась про себя, хоть что-то в игровых реальностях было неизменно. Она уверенно подошла к столику и взяла одну из бутылочек, судя по цвету, содержавшую исцеляющее зелье. Громкий лязг металла заставил её обернуться и рвануться в зал, но было поздно: Валя оказалась в ловушке.

– Дура! – воскликнула она и в сердцах ударила ногой по решётчатой двери, захлопнувшейся прямо перед её носом.

Она запрыгала на одной ноге, потирая ушибленную и ругаясь, но мгновенно замолчала и нырнула в тень между шкафами, как только услышала голоса. В факельном свете на полу заплясали причудливый танец тени, а довольный мужской голос сообщил:

– Вот и попался, пёс!

К решётке подошло несколько мужчин и женщин, которые озадаченно замерли вглядываясь туда, где они рассчитывали найти свою жертву. Валя вжалась в щель не двигаясь и стараясь не дышать.

– Что за дерьмо? – спросил один из мужчин, – Там никого нет.

– И без тебя вижу, – огрызнулся второй, выряженный в громоздкий доспех и с рогатым шлемом на голове, – Злокрысы проклятые.

Ещё какое-то время царила тишина, нарушаемая лишь хриплым дыханием вооружённых людей. Валентина стояла и лелеяла надежду на то, что у Фаркаса хватит ума не высовываться, а подождать пока мародёры откроют решётку.

– Брайн! – крикнул бандит в шлеме, – Иди, открой дверь, посмотрим, что тут.

Высокий парень, одетый в грубо сшитые меха, коротко кивнул и побежал прочь. Вале оставалось лишь ждать. Остальные разбойники остались у решётки, подозрительно всматриваясь в комнату.

Тихое рычание, раздавшееся из полутёмного коридора заставило всех находящихся в зале, включая Валю, обернуться.

– Проклятье! Вервольф! – душераздирающий вопль главаря бандитов отразился громким эхом от стен.

В этот же момент решётка со скрипом распахнулась, но Валентина не спешила покидать своё временное убежище – она увидела чего так испугался разбойник. Из тени коридора вынырнула жуткая оскаленная морда: в звериных глазах горел зелёный огонь, а из пасти капала голодная слюна. Тварь двигалась на двух лапах, верхние же, с длинными острыми когтями были распахнуты, будто приглашали бандитов в тёплые объятия.

Разбойники встали в полукольцо, обнажив оружие, готовые к встрече с монстром. Вервольф страшно рычал, подходя к ним всё ближе и ближе. Дальнейшее происходило очень быстро: первой жертвой монстра стал тот самый парень, что бегал открывать решётку. Он выскочил из незаметного закоулка и истерически закричал, когда острые когти разорвали ему брюхо; кровь медленно потекла по неровным камням.

Увидев страшную кончину своего напарника, разбойники с воплями кинулись в атаку. Один сумел достать мечом до твари и полоснуть по ноге, но тут же попрощался с жизнью – вервольф оказался проворнее и отбросил врага с такой силой, что тот замер, неестественно изогнувшись, в углу зала. Щёлкнули желтоватые клыки, но не достигли цели, противники быстро разбежались и принялись окружать монстра. Один из бандитов лихо запрыгнул на спину монстра, вцепившись в клочковатую шерсть на холке, он занёс руку с мечом для удара, но длинная лапа сорвала его, а мощные челюсти сомкнулись на горле.

Возле ликана осталось лишь трое бандитов: два мужчины и одна женщина. Когда нападавший упал с разорванным горлом, судорожно хватая ртом воздух, нервы женщины не выдержали и она с воем кинулась в ту самую комнату, где ожидала развязки этой драки Валя. Захлопнув за собой дверь, женщина попыталась втиснуться туда, где стояла Валентина, удивлённо обернувшись, когда холодная сталь пронзила ей спину, она медленно сползла вниз. Валя оттолкнула умирающую женщину ногой и подняла глаза, чтобы увидеть как шумно умирает главарь бандитов, хватаясь одной рукой за кровоточащую культю, которая осталась вместо второй.

Последний оставшийся в живых мужчина попытался спастись бегством, но оборотень кинулся за ним. Валя поморщилась, услышав крик и хруст, говоривший о том, что чудовище достигло своей цели.

Громкое дыхание твари снова доносилось из зала. Прячущаяся женщина не видела само чудище, но хорошо различала его тень на полу. Вдруг чёрный неверный силуэт скорчился, а до ушей Валентины донёсся жалобный вой. Тень, по прежнему видневшаяся на полу, стала претерпевать странные метаморфозы, вой сменился почти человеческим стоном, а затем стих.

Валя, выставив перед собой оружие, медленно открыла решётку и ступила на окровавленный пол. Среди тел растерзанных бандитов она с удивлением обнаружила лежащего без чувств Фаркаса. На спине и руках Соратника виднелись глубокие порезы, не смертельные, сам он был абсолютно голым и безоружным.

Валя, наученная опытом, не спешила подходить к бесчувственному мужчине, лишь тихо позвала его:

– Фаркас, Фаркас, ты слышишь?

Она не рассчитывала услышать ответ, но Фаркас приподнял голову и сипло прошептал:

– Слышу. Пить.

Валя быстро подала мужчине флягу с кисловатым пивом, тот кое-как сел и отпил из неё. От движений порезы на его теле стали кровоточить сильнее, Валентина, метнувшись в комнатку-западню, схватила со столика бутылку с, как ей показалось, исцеляющим настоем и подала Соратнику. Фаркас благодарно кивнул, откупорил флакон, понюхал содержимое и отпил немного. Порезы практически сразу стали меньше кровоточить и принялись затягиваться просто на глазах.

Фаркас ещё какое-то время сидел на сырых камнях.

– В том коридоре, шагов за двадцать от двери моя одежда и меч. Принеси, прошу тебя, – так же тихо попросил он, а сам медленно подполз к стенке и облокотился о неё.

Найти груду вещей Фаркаса не составило труда. Валя, пыхтя и охая, нагрузила на себя тяжелую сталь и кожу и поволокла это всё в зал.

Соратник уже пришёл в себя, поблагодарив Валю за вещи, принялся одеваться, при этом бросая на Валю любопытные взгляды. Женщина быстро поняла их значение: Фаркасу было интересно как она отреагирует на неожиданное превращение её спутника.

– Да уж, я так понимаю, что эти типы пытались поймать тебя?– спросила Валя, стараясь не углубляться в подробности только что увиденного массового убийства и открывшейся сущности Фаркаса.

– Да, – Соратник затягивал ремни на броне, – Это Серебряная рука, охотники на оборотней. Они хотели поймать меня или любого из членов Круга.

– Круга? – решив ускорить дело, Валентина подошла с другой стороны и принялась помогать Фаркасу с завязками, на миг мужчина замер, разглядывая женщину, но потом продолжил говорить:

– Да, лучше воины из Соратников. Мы именуемся Кругом и у нас в жилах течёт кровь волка. Но ты можешь меня не бояться. Я давно освоил контроль, тебя бы я не тронул даже в форме зверя. Так, что незачем было прятаться. Могла и помочь.

Валя нервно хохотнула:

– Можно подумать, что у тебя на морде было написано, что ты – это ты. Я увидела чудище и, знаешь, как-то вовсе не хотела попасть ему в зубы.

Фаркас улыбнулся. Вдвоём они быстро справились с одеждой, и Соратник взвалил себе на плечи тюк с вещами.

– Погоди, – Валя положила руку на плечо мужчины, – Тебе не кажется, что история с обломком секиры – всего навсего выдумка, для того, чтобы заманить одного из вас сюда?

– Кажется, – Фаркас встряхнул головой, – Но мы должны проверить.

Сказав это, Соратник бойко двинулся вперёд: решётка, закрывавшая проход, теперь была поднята, и путь был свободен. Валя покачала головой, но последовала за своим спутником. Как по ней, то лучшим вариантом было бы поскорее убраться из этого волшебного места с кучей драугров, бандитов и прочей мерзости. Впрочем, Фаркаса это всё явно не смущало, Вале начало казаться, что Соратник и впрямь туповат настолько, что не подвержен приступам страха.

Дальнейший путь уже казался Вале подозрительно спокойным. Лишь два зазевавшихся типа из Серебряной руки, и те, завидев вооруженную до зубов парочку, попытались смыться. Правда этого им не дал сделать Фаркас: в неестественно длинном прыжке, он настиг одного, а затем и второго бандита и обезглавил их обоих. Валентина невольно сглотнула, подумав о том, что если бы его братец действительно захотел её убить, то сделал бы это очень быстро, попросту свернув шею голыми руками.

По мере того, как они уходили в глубь могильника в коридорах становилось всё холоднее, хотя сырость уменьшилась. Зато на стенах местами были развешаны настоящие полотнища из плотной молочно-белой паутины, кое-где припорошенной вековой пылью. В этой паутине увязли несколько оживших драугров, которые безуспешно пытались добраться до путников. Валя задумалась о том, какого же размера должна была быть тварь, которая сплела эти смертельные сети. Она хотела поделиться своей тревогой с Фаркасом, но тот беззаботно шёл вперёд, как и прежде, сверяясь с картой.

Первый паук спустился откуда-то сверху, с тёмного потолка, прямо на голову ничего не подозревающему Фаркасу. Валя ошарашено смотрела за громадную тварь со множеством глаз и громадными жвалами, по которым стекала какая-то вязкая жидкость. Бедному Фаркасу пришлось несколько секунд крутиться на месте, пока Валя наконец опомнилась и взялась за оружие. Подбежав к вертящемуся на месте Соратнику, она ударила мечом в жутковатую голову паука, один из глаз лопнул, у Вали на руке оказалось его малоприятное содержимое, перемешанное с омерзительной серой слизью. В конце-концов Фаркас тоже изловчился достать нож и распорол брюхо твари.

Паук корчился в предсмертных судорогах, пока путники спешно осматривали друг-друга на предмет ран и порезов – глупо было надеяться, что паук окажется не ядовитым. Кожа на Валиной руке онемела в тех местах, где на неё попала та самая субстанция, что стекала со жвал.

– Мерзость, – Фаркаса, красного от злости, передёрнуло.

– Дальше не лучше, – Валя указала на единственный проход впереди, сплошь увешанный паутиной. Что характерно, именно в этом зале обрывались следы, ведущие вглубь каирна: бойцы Серебряной руки не решились идти через гнездо пауков.

– Проклятье! – Фаркас уже приготовился шагнуть внутрь.

– Не спеши, – Валя снова останавливала решительного норда, – Давай сперва проверим горит ли эта дрянь. Может, огонь спугнёт пауков и мы сможет проскочить.

Фаркас молча сорвал со стены практически потухший факел и поднёс к серебристым нитям. Костёр вышел славный. Паутина вспыхнула, а из глубин коридора, сквозь рёв огня, донёсся стук множества коготков по камню.

Валя и Фаркас двинулись по узком проходу, обнажив оружие. Кое-где трепыхались умирающие от огня пауки, коих вокруг оказалось великое множество. Несколько ещё живых выскочили на спутников, но не доставили больших хлопот. Только один плюнул в лицо бедолаге Фаркасу некоей субстанцией, от которой у Соратника на время онемела физиономия. Из-за этого они решили устроить привал, как только миновали паучье логово.

Система подземных озёр, поражающих своей голубизной и чистотой, открылась перед Валиными глазами. Бледно-зелёные вьющиеся растения покрывали стены, спускаясь в самый низ, к воде, даровавшей им жизнь. Влажный пар поднимался из глубин каирна, а Валя смотрела на всю эту сумрачную красоту и искренне жалела, что не может спустится к ней. Свет в потрясающую пещеру проникал через большие окна, прорубленые в камне. Нужда в факеле почти отпала, но возникла проблема с выбором направления: коридоры начали разветвляться. Немой Фаркас уныло смотрел из-под опущенных век, сейчас он более всего походил на сонную сову, Валя старалась не улыбаться, чтобы не расстраивать и без того огорчённого норда.

– Ты посиди здесь, – предложила она, – А я пройдусь по этим коридорам. Что тут может ожидать, я уже знаю. Если будут проблемы, то позову тебя.

Фаркас только печально вздохнул и протянул Вале кусок угля.

Валентина неспешно брела по коридорам с высокими, сводистыми потолками, отмечая проходы в которых уже побывала. Драугры уже не встречались, зато сундуков с жертвенными преподношениями было в избытке. Несколько раз женщина даже почти поддалась искушению и заглянула в один из них, но вовремя вспомнила неприятность с Серебряной рукой и оставила эту затею. В конце-концов она поняла, что пройти дальше можно только через один боковой проход, однако тяжёлая окованная дверь, ведущая в глубины могильника, оказалась заперта.

Когда Валя вернулась к Фаркасу, то обнаружила, что лицо у того почти пришло в норму, а сам Соратник курит, сидя рядом с двумя трупами.

– А это кто?

– Не шпйашивал, – мужчина ещё плохо говорил, после навязанной ему анестезии, – Найады махишешькие, паомнки навейноэ.

– Паломники? – переспросила Валя, силясь разобрать хоть что-нибудь.

– Ага, – кивнул Фаркас, – Хойат по мохийникам, покйоняюшшя вшякой нешшити.

– Ладно, – буркнула Валя, косясь на тела, выряженные в длинные одеяния, – Пошли дальше? Только там дверь заперта.

Фаркас встал, но вместо того, чтобы по-привычке взять тюк с вещами и пойти вперёд, направился к телам и, с отсутствующим выражением, принялся шарить у них по карманам.

– А у этохо кйюшшики ешшть! – с жуткойватой гримасой, которая должна была быть улыбкой, Фаркас потряс связкой состоявшей из нескольких тяжёлых тёмных ключей, – Пошши, пйовейим.

После нескольких бесплодных попыток открыть или взломать старинный замок, терпение у Соратника закончилось. Он принялся от души молотить ногами по двери, стараясь её выломать. Валя же, решив, что молния не попадает дважды в одно место, принялась обшаривать сундуки и урны. Чудо случилось – в большом каменном сундуке с тяжёлой крышкой нашёлся искомый ключ. Замок поддался и путники замерли в нерешительности. Некоторое время они прислушивались, но за дверью была тишина.

– Идём? – к Фаркасу почти вернулась нормальная речь.

– Угу, – Валя обнажила меч.

Дверь распахнулась, а вместе с этим зажглись множество факелов, висящих на стенах гробницы. Множество саркофагов, по счастью спокойно стоящих на своих местах, высокие потолки со сложными узорами, выбитыми в камне, груды драгоценных камней, сверкающих в факельном свете. Фаркас и Валя озирались в поисках хоть каких-то признаков жизни, или нежити, но вокруг царила тишина, лишь потрескивали факелы.

Соратник медленно двинулся к центру зала, где возвышался постамент. Валентина последовала за Фаркасом, то и дело оглядываясь на дверь. На каменном столе лежали слитки золота, рубины, сапфиры, бриллианты. Путники замерли, глядя на всё это изобилие. Посмотрев на Фаркаса Валя заметила, что взгляд Соратника прикован к куску тёмно-синего металла, лежащему на краю стола. Рука Фаркаса потянулась к нему и, прежде чем Валя успела остановить неосторожного мужчину, коснулась поверхности обломка Вутрад.

Дверь захлопнулась, а зал заполнил грохот падающих крышек саркофагов. Фаркас и Валя замерли, встав спиной к спине и обнажив оружие – на них двигалась целая армия пробудившихся мертвецов.

====== Глава 7. О том, что не стоит входить в одну и ту же реку дважды ======

Если бы у Вали спросили, сколько длился этот неравный бой, она не смогла бы ответить. Одну за другой они с Фаркасом отражали волны врагов, одна за другой они накатывались вновь.

Полуслепые, рассыпающиеся, неживые драугры шли к ним с одной целью: убить, уничтожить, стереть с лица земли. Наверное, нападай на путников люди, Валя с Фаркасом сейчас бы стояли по щиколотки в крови, но высушенные годами мертвецы лишь с сухим стуком падали на землю, умирая вновь.

Валентина ощутила, что правая рука онемела от усталости, пришлось переложить меч в левую, хотя ей она владела немного хуже. Ещё один противник в древнем шлеме, украшенном завитыми рогами, ещё одна занесённая над женщиной секира, ещё один поверженный драугр со звоном уронил своё оружие, а вслед за ним на камень с грохотом полетела голова.

Фаркаса оттеснили от Вали, теперь он сражался в другом конце зала. Отважный норд разил врагов с яростью берсерка. Двуручный меч взлетал, рубил, крушил, стальные мускулы Соратника не знали усталости, а сам он не знал ни страха ни отчаяния. Обернувшись в очередной раз на своего спутника, Валя с ужасом увидела, что большой драугр медленно подбирается к Фаркасу с тыла и уже заносит меч для удара.

– Фаркас! Сзади! – её крик отразился от каменных стен, исказившись до неузнаваемости, но своё дело сделал: Соратник крутанулся на месте и разрубил мумию пополам.

Валентина с облегчением отвела глаза от мужчины и лишь успела увидеть красный отблеск в глазах оказавшегося совсем рядом драугра. Сильный удар в бок настиг её, когда она уже занесла свой клинок. Резкой боли не было, но руки разом опустились, а ноги подогнулись. Справившись с собой Валя из последних сил вогнала меч туда, где когда-то у драугра был живот и надавила. Послышался хруст рассекаемого позвоночника, женщина сильнее навалилась на оружие. Она и её недавний противник повалились одновременно на холодный пол. Валентина попыталась отодвинуться от дёргающейся мумии, распространявшей жуткое зловоние, но не смогла – силы оставляли её слишком быстро. Рука сама собой потянулась туда, куда ударил вражеский клинок, а Валя со странным отчуждением рассматривала свои окровавленные пальцы, чувствовала, как впились в кожу звенья кольчуги, рассечённой посередине.

Сильные руки схватили женщину и потащили в сторону одного из пустующих саркофагов. Бережно усадив Валю на пол и прислонив к задней стенке гроба, Фаркас не без труда закрыл тяжёлую чёрную крышку. Сразу же несколько десятков костлявых пальцев попытались добраться до двоих непрошеных гостей, укрывшихся в этом мрачном убежище, но Соратник прочно заклинил массивную плиту и она не поддалась.

Фаркас присел к Вале, его лицо омрачилось, как только он увидел обильно кровоточащую рану, которую Валентина пыталась зажимать рукой.

– Дерьмо, – прохрипела женщина.

Перед глазами у Вали всё темнело и расплывалось, откуда-то из глубины начинала проступать боль: резкая, всепоглощающая; хотелось забыться, раствориться за пределами сознания, тогда ушли бы все ощущения, включая чувство обречённости и беспомощности.

Фаркас аккуратно извлёк звенья кольчуги из тела женщины, от этого рана ещё больше открылась, кровотечение усилилось, а Валя начала проваливаться в небытие.

Жгучий вкус лечебного настоя вернул её в реальность. Бок болел так, что хотелось биться и корчиться, извиваться, чтобы хоть как-то умерить эту пытку, но зелье подействовало – кровотечение уменьшилось, края раны начали понемногу стягиваться.

– Всё равно плохо, – буркнул Фаркас, заметив, что Валя смотрит на него.

– Что делать будем? – Валентина не узнала свой собственный голос в том искажённом болью хрипе, что вырвался из её горла.

– Я вынесу тебя отсюда, – коротко ответил Соратник и принялся раздеваться.

Валя удивлённо вытаращила глаза:

– Ты что делаешь?

– Слушай, – тон мужчины стал приказным, – сейчас я выйду отсюда и снова закрою саркофаг. Когда всё будет кончено – я подам тебе знак. Ты возьмёшь мой ремень с мечом и набросишь мне на шею, обломок Вутрад спрячь в одежде. Запрыгнешь на спину и я вытащу тебя. Главное: не забудь меч и обломок.

– Дверь в зал запечаталась, – Валентина аккуратно пробовала пошевелиться, каждое движение давалось с невероятным трудом. – Как мы выйдем?

– Мой брат восхищается древними нордами. Если бы ты была его сестрой, то тоже бы слушала его бесконечные россказни. В гробницах всегда есть второй выход.

Фаркас стянул с себя последние предметы одежды и подошёл к крышке саркофага:

– Готовься. Придётся потерпеть.

И он вышел.

Валя несколько секунда ошарашено смотрела на закрытую крышку, а затем услышала уже знакомое рычание и жуткий вой. Хруст, щелканье страшных клыков, треск с которым ломались кости – Фаркас принял обличие зверя и теперь расчищал им выход на свободу.

Когтистая лапа с противным скрипом прошлась по крышке саркофага. Валентина взяла ремень своего спутника в одну руку, спрятала меч, который не упустила только каким-то чудом, в ножны, а обломок Вутрад кое-как заткнула в широкий карман своей куртки. Превозмогая боль в боку она упёрлась руками в стенки своего укрытия и встала, навалилась на крышку гроба, и та с грохотом упала.

Оборотень стоял в гордом одиночестве среди остатков тел поверженной им нечисти. Шумно дыша он подождал, пока Валя справится с отведенной ей задачей и кое-как укрепится на его широкой спине, затем издал душераздирающий вой, от которого у женщины зазвенело в ушах, и рванул куда-то верх по каменным ступеням в углу зала.

Вервольф долго внюхивался, а затем уверенно двинулся к одному из саркофагов, из числа тех, что остались запертыми. Рывок могучих лап и крышка улетела в сторону – этот гроб оказался обманкой, он был пуст, а задняя стенка отсутствовала. Не без труда протиснувшись в узкое отверстие, Фаркас понёс раненую Валю на свободу.

Холодный сырой ветер показался лучшим другом, которого Валя не видела многие годы. Дождь закончился, а над Скайримом медленно просыпалось хмурое северное утро. Тяжёлые тучи, нависшие над мокрой землёй, скрывали восход солнца, но Валя безошибочно чувствовала, что сейчас дневное светило медленно поднимается, и вот-вот день вступит в свои права.

Оборотень, выскочив из каирна, не остановился, а быстро побежал к склону холма, туда, где в пещере ожидали лошади. Каждый шаг обернувшегося Фаркаса причинял Вале жуткую боль, но она готова была вытерпеть куда больше, лишь бы не оставаться в том проклятом могильнике.

Буквально за несколько шагов до пещеры вервольф замедлил шаг и пошатнулся. Женщина поспешила соскочить с его спины, но сделала это слишком быстро и слишком резко. От боли в глаза потемнело, а ноги подогнулись. Повалившись на колени, Валя наблюдала, как оборотень шатаясь сделал ещё несколько шагов, а затем начал меняться. Густая тёмная шерсть будто сама втянулась в кожу, чёрная шкура посветлела, ноги удлинились, суставы с хрустом приняли положение, свойственное для людей, а руки стали короче. Тяжело дыша, Фаркас упал на землю, абсолютно голый и дрожащий, он замер на четвереньках, с хрипом хватая холодный воздух. Валентина хотела встать и помочь ему, но не могла, она лишь попыталась позвать Соратника, но из горла вырвался непонятный булькающий звук. В конце-концов Фаркас пришёл в себя, встал и подошёл к Вале:

– Вставай, сестра, – тихо сказал он и протянул женщине руку.

Они вместе, обнявшись словно родные, побрели по хрустящей от инея траве. Валя видела, что норда била крупная дрожь, и старалась идти быстрее, но это едва ли ей удавалось. Храп лошадей, донесшийся до ушей спутников, сейчас оказался самым желанным и родным звуком. Насколько смогли они ускорили шаг и направились в укрытие.

Смирные животные, как ни в чём не бывало, дожидались владельцев, пожёвывая траву, заботливо оставленную им Фаркасом. Мужчина осторожно уложил Валю на вещи, которые они оставили в пещере, а сам, найдя в одной из сумок пару сапог, штаны, рубаху, стёганый кафтан и шерстяной плащ, принялся наспех одеваться.

– Потерпи немного, я выведу лошадей и разведу костёр, тогда займёмся твоей раной, – коротко сказал мужчина и, взяв животных под уздцы, вывел их прочь.

Вале показалось, что Фаркас отсутствовал очень долго, женщину бросало то в жар, то в холод, она почему-то очень боялась сама осматривать раненый бок. Опыт подсказывал ей, что такие травмы не сулят ничего хорошего. Не окажись на Вале кольчуги, сейчас она бы наверняка остывала там, на полу мрачного могильника. Слишком легко она восприняла это путешествие, будто игру, уверенная в своих силах, она не думала о последствиях и сейчас расплачивалась за самонадеянность. На глазах выступили предательские слёзы, а к боли и огорчению добавилось волнение: “Куда подевался этот проклятый Соратник?”.

Фаркас вернулся с кипой хвороста в руках и пучком остро пахнущих трав за поясом. Будто сквозь сон Валя видела как он разводит костёр, ставит над огнём маленький котелок, наливает в посудину воду из бурдюка и бросает туда травы. После этого мужчина ещё какое-то время порылся в сумках, и вернулся к Вале уже с очередной склянкой, наполненной каким-то зельем.

– Пей, – Фаркас аккуратно поднёс бутылочку к Валиным губам.

Женщина сделала несколько глотков и закашлялась: зелье оказалось очень острым. Кашель моментально отразился острой болью в ране, и Валя застонала. Соратник осторожно стянул с неё куртку, кольчугу, подкольчужник, грустно улыбнулся и покачал головой в ответ на слабое сопротивление женщины, когда он начал стягивать с неё сорочку.

– Ты подыхаешь, а боишься, что я твои сиськи увижу, – буркнул он и разорвал ткань. – Из неё получится хорошая перевязка. Отвар будет печь, так, что потерпи.

Разорвав то, что осталось от рубашки на тонкие полосы, Фаркас окунул одну из них в котелок с варевом, а затем, дав немного остыть, примотал к Валиному боку оставшимися кусками ткани. Отвар обжег ещё открытую рану и женщина взвыла. Соратник спешно закрыл ей рот широкой ладонью.

– Терпи, сестра, терпи,– уговаривал он, пока Валя металась от боли.

Долгожданное забытьё накатилось на раненую Валентину мягкой волной, боль утихла, а разум затуманился от жара исходившего от костра и дурманящего аромата трав. Прижавшись к Фаркасу в поисках тепла, она уснула. Валя уже не слышала, как её спутник плотнее накрыл её плащом и закурил.

Валю разбудило звонкое ржание одной из лошадей. Она приоткрыла глаза и увидела, что Фаркас стоит на входе в пещерку лицом к лесу. Женщина попробовала аккуратно пошевелиться и, на удивление, это ей удалось практически безболезненно.

– Проснулась? – Фаркас радушно улыбнулся, обернувшись к ней.

– Да, – Валин голос был хриплым, но во всяком случае, она уже могла говорить.

– Давай посмотрю, что там с тобой.

Соратник присел возле женщины и откинул плащ в сторону. Валя настороженно наблюдала за тем, как ловкие руки мужчины медленно разматывают повязку, и вздохнула с облегчением, увидев на месте вчерашней страшной раны лишь свежий рубец.

– Намного лучше, – Фаркас был явно доволен своей работой, – позавтракаем и в путь. Ты должна беречь этот бок, – предупредил мужчина. – Зелья не могут сделать всего. Будешь неосторожна – рана откроется снова. До Вайтрана почти день пути, ты должна выдержать дорогу.

– Я выдержу, – кивнула Валя, – только есть хочу и пить.

– Проснувшийся аппетит – хороший знак, – улыбнулся Фаркас.

Наспех перекусив хлебом с вяленым мясом и сыром, и запив это всё кисловатым пивом – воду Фаркас израсходовал накануне, чтобы напоить лошадей и сделать перевязку для Вали, они быстро собрались и вышли из своего временного убежища.

Валентина осторожно ступала по влажной траве и щурилась от дневного света. Тучи затянули небо над Скайримом, но её глаза жутко слепило. Облокотившись о дерево, она подождала, пока Фаркас подготовит лошадей в дорогу, а затем с его помощью забралась в седло, наотрез отказавшись от предложения Соратника привязать её.

– Вилкас был прав, – грустно сказала женщина, когда они тронулись в обратный путь, – я стала для тебя обузой.

Фаркас ничего не ответил, лишь покачал головой. Впереди показалась та самая тропа, по которой накануне они взбирались на холм. Палатки рядом с входом в каирн уже не было. Возможно, её разрушила ночная буря, а возможно кто-то уцелевший из рядов Серебряной руки поспешил убраться отсюда, унося весь свой скарб. Вспомнив о Серебряной руке, Валя тут же вспомнила об обломке той самой легендарной секиры:

– Фаркас, – позвала она, – а ты обломок Вутрад нашёл у меня в одежде?

– Да,– не оборачиваясь ответил мужчина, – я забрал его. В том, что случилось – моя вина. Нельзя было хвататься за то, что лежало на том столе. Я должен был понять, что это ловушка. Но я – дурак, – печально подытожил Соратник и добавил, – Ты можешь ехать быстрее?

– Попробую, – Валя поторопила лошадь.

Дорога назад показалась бы Валентине лёгкой, если бы не постоянная боль в раненом боку. Иногда, на особо неровных участках пути, или, когда лошадь пускалась вскачь, женщине казалось, что она выпадет из седла. Но она держалась из последних сил, не решившись оправдать озабоченные взгляды, которые бросал на свою спутницу Фаркас.

Выехав на широкий тракт спутники заметили несколько типов в тёмных длинных плащах. Высокие, желтокожие, с золотыми волосами, Валя признала в незнакомцах альтмеров, они окружили что-то или кого-то, замерев на краю дороги. Валя и Фаркас подъехали ближе, и на них сразу уставились четыре пары жёлтых хищных глаз. Валя попыталась рассмотреть, что же именно послужило объектом повышенного внимания высоких эльфов, но не могла ничего разглядеть из-за их широких спин.

– Кто такие? – высокомерно спросил один из альтмеров, выступив вперёд.

– Я не обязан давать тебе ответ, талморец, – зло выплюнул Фаркас.

Эльфы переглянулись и обменялись несколькими фразами на непонятном Вале языке. Женщина изо всех сил желала, чтобы дело обошлось без стычки, она вряд ли могла бы держать в руках меч. Но альтмер, говоривший с Фаркасом, лишь махнул рукой:

– Езжай, Соратник, не до тебя сейчас. Твоё счастье, что ваша гильдия не приняла ничьей стороны, – он сделал шаг в сторону, и Валя увидела, что альтмеры стоят вокруг трупа женщины, лежащей в луже собственной крови.