Текст книги "Человек, ради которого нужно жить (СИ)"

Автор книги: Marvenjen

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 29 страниц)

Хотя Юэла дала себе четкую установку не привязываться больше ни к кому. Особенно к людям, которые имеют самый маленький шанс на выживание.

А сейчас их выживание находилось под угрозой.

– Юэла? – сзади неслышно подъехал Коул. Юэла дёрнулась от неожиданности и обернулась.

– Это правда? – вполголоса спросил парень, и в его голосе прозвучало сожаление.

– Да, – ответила Юэла, тут же поняв, о чём говорит Макклаген.

За несколько дней до экспедиции Аккерман приказал ей отправляться вместе с третьим отрядом. Не то чтобы это было внезапно. Юэла знала, что это случится. После того, что произошло в Тросте, её в любой момент могли сделать командующим вместо Ловерена. Только потому, что в критический момент командование приняла именно она.

Она ждала этого, хотя отчаянно не хотела. Внутри гнездились страх и сомнения, вперемешку с воспоминаниями.

Что-то до сих пор останавливало командиров принять это решение.

То что она женщина? Или же их останавливал от этого рассказ Эрвина о её потерях. Они думали, что она побоится взять на себя ответственность?

Леви единственный не подавал ей даже намёков по этому поводу. Или ему было всё равно? На нем на единственном никак не отразилось отсутствие официального командира третьего отряда. Он не говорил ей об этом ничего. Совсем ничего. Или потому, что её скорый уход был чем-то само собой разумеющимся. Или потому что это будет не её уход. Хотя шанс был невелик. Не только из-за того, что в роли командира теперь стояла именно она. Причина этому появилась ещё очень давно.

Когда Юэла пришла в это подразделение уже полностью готовой. Она будто всегда была в нём. Здесь её уже давно принимали как командира. Только её. Остальные были на одном уровне друг с другом. Это было ожидаемо.Просто вопрос времени. Неизбежность. Юэла выдохнула.

Но тогда почему её командир ничего ей об этом не сказал?

– Только будь осторожна, – предостерёг её Коул. Кажется, парни были слегка расстроены. Хотя для них уже любая экспедиция – шутка, глубоко внутри они всё равно боялись друг за друга. И за неё тоже. На сердце потеплело. Искренние переживания, а не слегка задевающее безразличие со стороны командующих.

Юэла кивнула Коулу и выстроившимися за ним парней из её родного отряда. Арно, кажется, открыл рот для очередного подкола в сторону Коула, но тут же закрыл его. И это было куда смешнее, чем любая шутка в этот момент. Одобрительный кивок сработал, парни проехали чуть дальше и вернулись в строй.

Ей не будет сильно грустно прощаться с ними, если уж на то пошло. Она не ребенок, чтобы переживать из-за такого.

Ей медленно прививают командование одним из отрядов старших войск, хотя Юэла дала себе обещание воздержаться от этого в ближайшие несколько лет. Но обещание самой себе не равно приказу свыше. Даже если Картрайт и была образцовым лидером, она всего лишь выполняла приказы вышестоящих.

Два близнеца, Эван и Эрик, новобранец Марон, Лиана, Томас, Люк. Вот с кем Картрайт вынуждена провести эту экспедицию. Пятьдесят седьмую экспедицию за стены… И она не против. Совсем нет.

Её раздумья прервал воинственный возглас Смита, грохот раскрывающихся ворот, и внезапное ощущение сдавленных внутренностей… Она боялась…

***

Впереди – огромное зелёное поле, ожившие холмы, которые лишь несколько недель назад ещё были безжизненно-серыми, только пробудившимися после снежной зимы. Только скинувшие с себя тяжёлое покрывало.

Этот контраст буквально сводил с ума. Тогда – голая, мертвая, сухая земля, уныло гармонирующая с серым небом. Сочетание, которое давало общей картине отчётливый болотный оттенок, который ассоциировался с ранней весной. Тяжёлые тучи, или монотонное темное небо, в которое иногда от усталости хотелось запустить петарду или ещё что-нибудь, чтобы, наконец-то, открыть хоть какую-то щель для солнечного света.

Но сейчас эта картина изменилась до неузнаваемости. Вместо тоскливой наготы – бескрайнее зелёное покрывало, прерываемое мельницами, тоненькими ручейками и одинокими фермерскими хижинами.

А небо смилостивилось. Сдёрнуло с себя зимний плед и напустило на себя

лишь нечастые облака. Конечно, небу ничего не стоило вновь поиздеваться над последним обрывком человеческой расы и со всей своей силы долбануть ливень в их измученные рожи.

Однако, всё уже пошло немного не по плану. Например то, что пару -тройку новобранцев уже чуть не сожрали несколько титанов, скрывающихся за домами захваченной местности много лет назад.

Как только они вырвались за пределы города, пришло время менять свои позиции. Пришло время покидать Аккермана и его отряд. Юэла оглянулась на своих новых подопечных. Ещё неофициальных подопечных…

От них изучалась готовность, придававшая ей силы. Картрайт улыбнулась. Дежавю…

Возвращение в прежнее русло. В то самое, с чего всё началось.

Её взгляд встретился со взглядом командира.

Не встречая никаких преград, отчётливым почерком, в его глазах читалось волнение. Почти страх.

И он как будто хотел, чтобы она увидела его.

Это сомнение. Не в её лидерских качествах. А в своих. Юэла видела это. Ощущала это, и боялась.

Переборов своё смятение и осознав, что до намеченной точки «разъединения» осталось лишь несколько метров, Юэла одобрительно кивнула ему. Стараясь вселить в него уверенность, которая сейчас висела на волоске.

Но не нашла в нём отклика на этот кивок. Леви лишь отвернулся от нее, уставившись вперёд.

Он не был уверен. Он боялся за неё, как за других людей когда-то очень давно. За единственных, кого он считал друзьями, и кого он пустил ближе, чем остальных. Ближе, чем нужно. Позволил им переступить больную черту. Он не знал, что это было ошибкой. Догадывался, что чем сильнее привязанность, тем больнее разрыв. Но не знал, что разрыв будет втрое больнее, чем привязанность.

Урок, который преподала ему жизнь один единственный раз. Больше ему повторять не надо было. Он понял. И не совершал эту ошибку много лет. Очень много лет…

Её кивок должен был его ободрить. Должен был выбить из него это тупое переживание. Но не получилось. Тяжёлое, неприятное предчувствие, появившееся в ту секунду, когда он приказал ей временно занять позицию командира, выжигало всю бодрость. Временно. Он сам надеялся на это, как и она. Он бы не приказал ей этого делать. Только по совету Брандона. Но в это вмешался Эрвин. А противоречие Эрвину давалось Аккерману с трудом.

***

Тогда Эрвин просто зашёл в его кабинет. Уверенным шагом. Аккерман не ждал его увидеть. Ему никак не доложили о его приходе.

Леви не выразил удивления на лице. Как всегда скрыл его за едва заметным напряжением бровей, и выжидательно посмотрел на Смита. Хотя перед таким человеком, как Эрвин, не нужно было ничего выражать… Ему и без этого всё было понятно.

Он, особо не церемонясь, произнёс:

– Леви, я конечно знаю, что сейчас не в праве тебе приказывать, но…– Эрвин остановился, будто бы ударившись о твердый, проницательный взгляд двух холодных серых глаз, однако продолжил: – Брандон попросил меня прийти. Он рассказал…

Аккерман нервно и плотно сжал челюсти. Неудивительно. Совсем неудивительно. Он лишь вдохнул и выдохнул. Получилось так шумно, что это прервало Смита. Блондин сел, не дождавшись приглашения, поняв, что жалобы Брандона о пуленепробиваемости Аккермана – не преувеличение.

– Юэла нужна элитному войску, как командир, Леви. Не как твой подчинённый. Я знаю, что ты понимаешь это. Что ты так же, как и я, прекрасно оцениваешь ситуацию. Единственное, чего я не понимаю, почему ты принял это так близко к сердцу?

Аккерман молчал несколько секунд. Не поднимая головы на Эрвина. Тупо рассматривая свой стол.

– Я знаю, Эрвин, – короткий, неконкретный ответ, отданный разведчику с полным игнором второй половины вопроса.

Смит выдохнул, позволяя тишине какое-то время поговорить с его другом. Позволяя ей уговорить его.

А Аккерман не хотел ничего слышать от этой тишины…

Он знал, что Брандон слишком хорошо «попросил Эрвина» прийти.

– Леви, так надо, – предпринял ещё одну попытку Эрвин.

– Я знаю, – чёткий, грубый ответ. Он напоминал сам себе заносчивого подростка, грубившего своим родителям.

Он осознавал всё. Даже больше, чем думал Эрвин. Он признавался себе, что впервые боялся за кого-то.

Он боялся за то, что они потеряют Картрайт из виду, того, что может тогда случиться.

– Видимо, ты привязался к ней, Аккерман, даже не пытайся отнекиваться, – сказал блондин с лёгкой, почти невольной улыбкой на лице. – Если это единственная причина…

– Ты же знаешь, Эрвин, что не так давно она потеряла свой собственный отряд, – устало заговорил Леви. Глупое оправдание. Для Эрвина глупое. Но с Юэлой все немного иначе.

– Ты прошёл через то же, разве тебе было тяжело брать на себя ответственность? Почему ты…

– Но её отряд погиб не просто так, как мой, или твой. По несчастливой случайности. Её отряд погиб только из-за того, что защищал её. Думаешь она теперь не боится принимать такую ответственность на себя. Она чувствует свою вину, до сих пор. Она не допустит повторения своей прежней «ошибки». Она сделает всё, чтобы такой задницы не повторилось, и ты прекрасно знаешь, что из этого выйдет. Или не знаешь? Или тебе плевать? Ты видел её тогда, не я. Ты был рядом с ней, не я. Эрвин ты всё видел, видел как она страдает, почему ты не можешь дать ей вздохнуть свободно хотя бы немного? – кажется, Аккерман уже не был уверен, его голос медленно начинает срываться на крик.

– Она слишком умна, чтобы бессмысленно приносить себя в жертву, Леви! – в тон ему вскрикнул Эрвин, но потом, всё же, успокоился. – Если она не готова, она откажется…

– Видимо, ты совсем её не знаешь, Эрвин, – с грустной ухмылкой отозвался Леви, успокоившись, и садясь на своё место. Смит упёрся взглядом в Аккермана. Проницательным и подозрительным.

А Леви продолжил:

– Даже если она будет подыхать, она исполнит приказ. Приказ человека, которого уважает. И ты именно такой человек. Без сомнений, она выполнит его. Хотя она теперь не под твоим командованием. Ей плевать на саму себя. Она всем вселяет чувство собственной значимости, кроме самой себя.

– Почему ты так уверен в этом, – ответил Эрвин вопросом на вопрос.

– Я просто знаю это, – ответил Леви. – Я такой же.

Эрвин видел в своём друге того, прежнего Леви, которому было плевать на приказы, потому что считал свои принципы выше. Горящие глаза, скрытая, бурлящая ненависть. Единственное, что отличало его, это то, что некоторые его принципы теперь действительно были выше его, Эрвина, приказов.

Он боялся за неё. И этого страха было слишком много, чтобы сильное, железное безразличие этого человека могло его сдержать. Всё – таки слишком много свалилось на молодую девушку. С самого детства она, хоть и привыкла бороться, но со всем в одиночку справиться не могла.

Эрвин начал понимать. Начал верить Аккерману.

Он знал, что Юэлу больше не держит в этом мире ничего.

Желание донести до этого долбанного мира то, что даже такие люди как она, значат не больше и не меньше, чем обычные кадеты. Она умрет не из-за предательства её безупречного мастерства в битве или неудачного лидерского решения.

Самопожертвованность – вот её главная проблема.

Она больше не позволит другим жертвовать ради неё. Прежний опыт слишком сильно ранил молодую, добрую женщину.

Эрвину стало трудно произносить слова. Он как будто задохнулся в той самой смеси чувств, которая исходила от его друга.

– Мы можем назначить ей испытательный срок. В предстоящей экспедиции пусть она отправляется с третьим отрядом. А потом сама решает, что ей делать.

Естественно, это не компромисс и не рациональное решение. Какая, к чёрту, разница, на испытательном она сроке, или нет?

Какая вообще разница, если риск того, что она ринется в самый опасный бой, всё равно возрастёт.

Леви выдохнул и замолчал. Эрвин следил за каждым изменением в лице Аккермана. Невзирая на то, что сопротивление Леви сейчас было довольно сильной преградой, лучше пусть так, чем быть бездушной машиной, каким все видели его раньше.

– Ведь есть столько кандидатов… почему именно она? – глухо произнёс Аккерман. В его голосе больше не было презрения или злобы. Было отчаяние. Он сам не знал, в какой момент внутри него что-то сломалось. Что-то перевернулось. Даже находясь выше Эрвина по званию, он оставался пешкой. Какой был смысл в его командовании.

Эрвин не ответил. Сам не зная, почему. Просто не нашёл ответа.

В дверь постучали. Леви молчал. Словно не услышал этот стук.

– Войдите! – отозвался за него Эрвин. В кабинет вошла Лиана. Аккерман наконец соизволил заметить её.

– Сэр, я все решила, я готова переходить в третий отряд, – отчеканила Роуз, лишь коротко кивнув Эрвину.

Аккерман задумчиво посмотрел на неё, будто бы до него долго доходило, о чем он говорит.

– Хорошо, – просто ответил он. – Значит, готова… Ступай

Лиана в лёгком смятении улыбнулась и, поблагодарив Аккермана, уже собралась выходить из кабинета, но Леви вдруг окликнул её. Девушка напряжённо повернулась:

– Да сэр?

– Позови Юэлу, пожалуйста, – Эрвин резко перевёл на него взгляд. Лиана же облегчённо выдохнула и вышла.

***

– Приготовились! – крикнул Брандон. Картрайт отвернулась от Леви, вперив взгляд вперёд, последовав его примеру.

Знак подан. Сигнальная ракета выстрелила. Время пришло.

Девушка повернула свою лошадь в другую сторону от своего отряда. Лиана Роуз, Марон Лоу и остальные двинулись за ней.

Спиной она чувствовала на себе взгляды, отчётливо различая взгляд Аккермана среди всех остальных.

Картрайт пришпорила коня, заставляя его бежать быстрее.

========== Женская особь. ==========

– Марон! Осторожно! – крикнула Юэла, когда угловатый, тощий титан, перемещающийся на четвереньках, замахнулся на Марона. Тот вовремя свернул в сторону. Благо, этого титана уже, видимо, кто-то потрепал, потому что её отряд нашел его бессильно лежавшим в обломках заброшенной, фермерской хижины.

Очевидно, врезался в дерево и потерял сознание на какое-то время. Однако, как только почувствовал приближение очередных жертв в лице двух новобранцев и старших разведчиков, тут же воскресил сам себя. Этот титан, очень быстрый и непредсказуемо ловкий, по своей физиологии значительно отличался от других. Юэла с отрядом заметила его издалека, когда он на большой скорости бежал за каким-то новичком.

– Отвлекайте его! – крикнула она своим солдатам.

Марон и близнецы, все ещё с невольным трепетом смотрящие на то, как Лиана Роуз, используя в качестве крепления для тросов только части тела намеченной для себя тринадцатиметровой жертвы, разрезает затылок более меньшему титану.

Картрайт приблизилась к своей цели и встала на седло, держа в руках поводья для балансировки. Марон с близнецами подвели титана ближе к одинокому дереву и остановились, а Юэла в это время, направив коня впритык к его затылку, настроила тросы на то самое дерево.

В последнюю секунду, когда уродец был в нескольких сантиметрах от парней, они одновременно ринулись в разные стороны. Титан на время растерялся, и именно это время было выигрышным для Юэлы, которая нанесла сокрушительный удар сверху, разрезав шею жертвы. В это время на землю упал десятиметровый гигант, сраженный Люком.

Слишком быстро сраженный.

Вот он – всесильный союз опыта и отточенного мастерства.

С начала экспедиции прошло, от силы, полчаса. Отряд Аккермана вместе с Эреном минут пять назад скрылись в лесу, как и было запланировано. Сейчас они в бо́льшей безопасности: за ними следует множество отрядов истребителей, в числе которых второй, четвёртый и пятый элитные отряды.

Всем остальным старшим отрядам после завершения своей миссии на открытом пространстве было поручено зайти с другой стороны и найти остальных. Однако Картрайт медлила.

– Разве мы не должны отправиться к пункту сбора в лесу? – осторожно спросила Лиана. Хотя сейчас она говорила со своим другом, прежнее воспитание и безотказная дисциплина препятствовали ей почувствовать прежнюю свободу. Как бы близко не была Юэла к ней, Лиана сейчас – лишь её подчинённая. Слишком правильная подчинённая.

Ей было неловко назвать свою подругу по имени. А фраза «командующая Картрайт» звучало бы слишком глупо из её уст.

Зато Марона новое звание Картрайт никак не смутило. Быть может, он даже не задумывался над вопросом субординации.

– Не сейчас, – возразила Юэла, смотря по сторонам.

– А где остальные отряды? – поинтересовался Люк у капитана разведотряда.

– Вероятно уже подохли от рук какого-нибудь выродка. Их слишком много. Больше, чем мы предполагали, – авторитетно ответил капитан, с напускным пафосом осматривая своих спасителей. Юэла нахмурилась от этого тона.

Внезапно послышался устрашающий топот. Картрайт резко развернулась.

За грохотом последовали крики. Юэла вздохнула и, повернувшись к разведотряду, чётко сказала, стараясь придать своему голосу более уверенный и категоричный тон:

– Отправляйтесь к другим разведчикам, действуйте по плану. Не дайте гигантам проникнуть в лес.

Капитан отряда несколько секунд буравил девушку суровым взглядом.

Несомненно, он знал, кто она такая, и что ему необходимо подчиниться. Но его уязвленное самомнение обидчиво подгорало где-то в груди, ближе к горлу. Тем не менее, приказ есть приказ.

– Есть, – отозвался он, и крикнул рекрутам, чтобы отступали. Картрайт кивнула одному из близнецов, кажется, Эрику, чтобы тот проследил за направлением отряда. Недоверие к ним всё больше холодело в мозгу Юэлы.

Слишком много дешёвого пафоса в их речи.

Он уставилась в сторону грохота и мужских криков. Из-за холма на полном ходу скакал разведчик, что-то попутно крича в их сторону.

Девушка не смогла расслышать его слов. Но этого и не нужно было: через секунду вслед за мужчиной и ещё двумя разведчиками на холм взобрался титан необычного вида. Юэла от неожиданности попятилась назад, оттягивая за собой за поводья коня. Кожи у этого титана не было —он сразу же демонстрировал всем свой живописный «внутренний мир», состоящий из упругих мышц и сухожилий. Как будто бы ожившая схема мышечного строения человека из книг в библиотеке детского дома, в которой Юэла проводила свободное от тренировок время. Давным – давно.

Единственное, что отличало эту тварь от тех схем – это светлые волосы, закрывающие лицо. Картрайт застыла. Больше от восхищения, чем от страха.

– Это…что? – на резком выдохе спросил Марон у мужчины, подъехавшего к ним.

– Мы не знаем, – ответил разведчик, борясь с тяжёлой отдышкой и с опаской смотря на застывшего гиганта. – Но у неё есть разум. Мы полагаем, что это такое же чудо, как и Эрен.

Появившееся «чудо» чего-то напряжённо ждало. И это напряжение росло с каждой секундой. Юэла осознавала, что он, или, скорее, она не нападает на них только потому, что они не двигаются и не предпринимают никаких попыток защититься.

И это «чудо» – причина сбора экспедиции? Это то, что искали Эрвин с Аккерманом? В таком случае нельзя подпускать её близко к чудо-мальчику Йегеру.

Отряд застыл, будто бы прочтя её мысли. Негласный приказ, которому все незамедлительно последовали.

Юэла втянула в себя воздух. Шумно.

Огромная тварь смотрела прямо ей в глаза. Внутрь неё. Она боялась Картрайт и её отряда. Звание «одни из лучших воинов человечества» останавливало её.

А напряжение тем временем достигло апогея и, прорвав упругую оболочку, взорвалось. Картрайт услышала этот взрыв и последовавшую за ним звенящую тишину.

Титан сорвался с места, рванув прямо на них. Вокруг было слишком мало деревьев, чтобы использовать устройство пространственного маневрирования.

Разведотряд за спиной Юэлы бросился врассыпную прежде, чем девушка успела что-то сказать. Однако это было верным решением.

– Делайте то же самое, – лаконично скомандовала Юэла, резко обернувшись назад через плечо на своих людей. Одна секунда, и воины разбежались в разные стороны. Сама девушка направила своего коня вперёд, навстречу титану, в надежде обогнуть его и на время дезориентировать.

Задача была довольно рискованной, учитывая то, что новоявленное существо оказалось на удивление ловким и быстрым.

Юэле удалось проскочить между ног гиганта. Ловко развернувшись в седле, Картрайт направила тросы в её спину и, взлетев, приготовилась нанести смертельный удар по шее, но в следующее мгновение клинок разрезал лишь кожу на огромных пальцах. Эта тварь закрыла жизненно важное место рукой. Несколько секунд до Юэлы не могло дойти происходящее.

До того момента, пока огромная тень не начала стремительно опускаться на девушку сзади.

– Юэла! – закричала Лиана. Этот крик всегда приводил её в чувство. Картрайт отпрыгнула в сторону прежде, чем вторая огромная рука с оглушительным шлепком опустилась на то место, на котором она стояла полсекунды назад.

Убить разумного противника было сложнее. Точным ударом клинков Картрайт сделала глубокий порез на уродливых пальцах, затем, перескочив на плечо, воткнула один клинок прямо в глаз, совершая эти действия с достаточной скоростью, чтобы женщина-гигант не поспевала уворачиваться. Нанося удар за ударом по разным местам, Юэла начала замечать, как её жертва начала давать слабину. Однако, когда Картрайт приготовилась к очередному удару по второй руке, громадина схватила её свободной ладонью.

Ощущение было такое, словно она больно ударилась животом о какую-нибудь перекладину на турнике в спортзале…

Юэла почувствовала, будто все её внутренности в одно мгновение куда-то упали, а потом сжались в один комок.

Силы, с которой её сжимала противница, было достаточно для того, чтобы полностью блокировать любое движение, кроме отчаянно бьющегося сердца.

Та поднесла её к глазам и дотошно изучила её лицо. Картрайт показался знакомым холодный, бездушный взгляд. Если внутри бывшей разведчицы и был намёк на страх, то он прошёл.

Вместо этого – интерес и желание вспомнить, кому из её знакомых принадлежали эти глаза.

Но долго разглядывать её не удалось, гигант внезапно резко обернулась и уставилась вниз, на землю, издав хриплый выкрик. Её хватка ослабла, и Юэла мгновенно воспользовалась этим, выскочив из ладони и спустясь на землю.

А громадная незнакомка опустилась на колени.

– Мы подрезали ей щиколотки, – гордо объяснил на скаку Люк, когда Юэла озадаченно обернулась. – Это её немного задержит, а мы доберёмся до леса!

Юэла улыбнулась. Она часто задавалась вопросом, зачем старшим отрядам вообще нужны командиры, когда каждый солдат достаточно опытный, чтобы самостоятельно управлять хоть целой армией. (Или, хотя бы, самим собой)

Видимо, порезы, оставленные солдатами на коже женской особи, были глубокие, потому что даже тогда, когда они скрылись в лесу, топота за ними девушка не услышала.

Но через несколько секунд Марон вдруг резко повернул голову назад, в сторону длинной полосы леса, по которой должны были в этот момент ехать солдаты Аккермана и Эрен:

– Она там! – крикнул он Юэле, указывая в том направлении кивком головы. Девушка повернулась. Женская особь направлялась туда, полностью забыв о своих недавних противниках.

Сердце Юэлы замерло. Посылать им предупреждение сигнальным выстрелом было бы глупо: за деревьями они его не увидят.

Успокаивало то, что вокруг её отряда сейчас дежурили истребители.

– Мы будем что-то делать, командир Картрайт? – спросил разведчик у нового командира.

– Нет, мы отправляемся к месту сбора, а там решим…– отрезала Картрайт.

***

Угомонив неуёмного Йегера, отчаянно рвавшегося в бой с огромной страшилой, гнавшейся за ними, Аккерман быстро оглянулся. Скоро должно быть место сбора.

Отряды истребителей погибали один за другим, защищая отряд. Леви привык к этому, а потому, кроме ощутимой тяжести на сердце, возникающей при каждом предсмертном крике солдат, его больше ничего не беспокоило.

Старшие отряды все ещё держались, однако в конце концов поняли, что единственное, что может победить эту тварь, это скорость. Рядом с Аккерманом ехал Брандон, неотрывно смотря вперёд.

Мёрдок и Рональд вместе со своими отрядами перелетали с ветки на ветку, устраняя менее опасных противников. Кроули с четвертым отрядом остался с рекрутами на въезде в лес, чтобы отводить титанов от остальных.

Взгляд искал последнего командира, которого здесь не было. Может быть, они уже на месте встречи, а может быть…

Аккерман отвёл глаза и уставился вперёд. Брандон, кажется, проследил это выражение лица. Его взгляд потеплел. И Леви заметил это, подавляя в себе желание закатить глаза.

Брандон добился своего. Добился назначения Юэлы.

Он уверен в том, что сделал всё правильно. Глупо было злиться на него, однако бурлящее внутри неприятное предчувствие не давало командующему элитного войска спокойно мыслить.

– Быстрее! – приказал Аккерман, оборачиваясь на своих воинов и на Йегера. Паренёк притих. Уже вкусил горечь разведки. Уже прочувствовал…

Отныне не будет повсюду орать о том, как он ненавидит титанов, и как он их всех уничтожит. Пусть даже он – могучий гигант-убийца – он все равно не всесилен. Вокруг него по-прежнему будут погибать солдаты. Погибать близкие ему люди, защищающие его – надежду человечества.

А он будет жить, потому что нужен этому миру, и терять… всё. Судьба ему выпала, мягко говоря, не очень.

Они пересекли заветную черту, за которой власть титанов кончалась…

Начиналась власть людей.

Послышался грохот. Выстрелы. Крики.

Леви обернулся на титана, невольно ухмыляясь. Получила, тварь…

Несколько минут победного молчания.

– Ну что, Эрен, теперь – то ты нам веришь? – спросил Коул, по-дружески хлопая новобранца на плечу. Йегер лишь завороженно смотрел на систему, сдерживающую женскую особь.

– Юэла! – крикнул Даниель, оборачиваясь. Аккерман резко повернул голову по направлению взгляда Родригеса. Картрайт улыбалась им с ветки огромного дерева, стоя бок о бок с Эрвином и Лианой.

Аккерман облегчённо выдохнул. Однако расслабляться нельзя:

– Отведите Эрена подальше от титана, Андерсен, Макклаген, вы останетесь здесь, если вдруг понадобится связь, – приказал он своему отряду.

– А как же вы? – удивлённо спросил Роберт.

– У меня есть задача здесь, – ответил Аккерман. – Если что-то произойдёт, вы обязаны защитить его даже ценой своей жизни.

– Хорошо, – отозвался Роберт, молча удаляясь с отрядом и Эреном.

Аккерман присоединился к Эрвину.

Картрайт повернулась к нему, выжидательно посмотрев в глаза. Он лишь кивнул. Одобрительно. И больше ничего.

Хотя в его голове вертелась куча фраз. От «молодец» до «как хорошо, что ты жива». Но что-то остановило его. То ли присутствие Эрвина, и его лукавый взгляд, с которым Аккерман давно хотел его послать, то ли этот необъяснимый холод в глазах Юэлы.

Или не холод… Равнодушие. Отдалённость. Утомление.

– Лиана, – вдруг произнесла Картрайт, меланхолично переводя взгляд с Аккермана на подругу. – Идите с Эреном. Возьми с собой всех остальных. Марона оставь. Если нужно будет, он вас найдёт.

Лиана исполнила приказ, хоть и кинула мимолётный удивлённый взгляд на подругу. Тоже поразилась холоду в её тоне. Совсем как у настоящего командира.

Юэла лишь молча наблюдала за тем, как Лиана скрывалась за деревьями, догоняя отряд Аккермана. Появилось острое желание пойти за ними.

Однако всё командиры здесь, а значит, и ей нужно.

Картрайт вздохнула. На место Лианы ловко приземлился Брандон.

Юэла постоянно удивлялась, как Маркс, несмотря на уже довольно преклонный возраст, не хуже молодых сражается на УПМ, мастерски управляет клинками и никогда не жалуется на боли в спине.

– Ты молодец, для первого раза, – саркастически похвалил он её. Картрайт рассмеялась:

– Для первого раза? – спросила она, недоуменно смотря на старика.

– Первого раза, Юэла, то был детский сад, – улыбнулся Брандон. И в этой улыбке Картрайт различила мастерски скрывавшиеся тоску и усталость. Он с трудом выдерживал эти экспедиции, но участвовал в них просто потому, что не мог иначе.

Какую, должно быть, печальную жизнь он прожил. Столько лет смотреть на то, как твои люди умирают. Может быть, он тоже когда-то любил…

Может быть, ему тоже не посчастливилось любить того, кто был непосредственно связан с войной и со смертью.

– Вы устали? – спросила Картрайт, прочитав странное выражение в теплых, старческих глазах. Брандон оглядел собравшихся внизу солдат. Глубоко вздохнул. Картрайт была уверена в том, что этот вопрос звучал странно. Ведь она имела ввиду, устал ли он сейчас, от долгой поездки. То же самое значение растолковал для себя и Брандон.

Но в мозгу у обоих прозвучал более глубокий, более тяжёлый смысл этого вопроса…

– Всё хорошо, Юэла, – севшим голосом ответил старик и улыбнулся. Конечно он устал. Ему давно уже нужен покой. – Я уже привык.

– Видишь, Леви, всё в порядке, – победно заявил Смит, переводя взгляд с Аккермана на спину Юэлы. Последняя партия тросов, удерживающих женскую особь, были выпущены несколько секунд назад.

– Да, конечно, – коротко отозвался Аккерман, кинув мимолётный взгляд за спину. Брандон стоял рядом с Картрайт. Видимо, убеждал в том, что она исключительный командир, и ей точно нужно заменить Ловерена.

Эрвин проницательно смотрел на своего друга. Улыбка исчезла, уступив место типичной для него суровости.

Леви же стоял, не двигаясь, задумчиво смотря в одну точку перед собой. Задумался.

Эрвин в последнее время действительно не узнавал Леви Аккермана, настолько предсказуемого раньше. Он не мог вспомнить, когда именно произошёл этот сдвиг. Будто один из десятков замко́в внутри Леви открылся, и всё, что накопилось за много лет внутри, за ним, стало ближе в к тому, чтобы выплеснуться наружу.

Одна из его стен рухнула, а какая именно, Эрвин понять не мог.

Но знал одно – это всё Юэла. Эта девушка у многих оставит след в сердце. Неизгладимый. Пробуравит его, оставив шрам, но совсем не болезненный.

Подобный тому, который запечатлён на нашем теле с самого детства, от неудачного падения или случайного пореза во время детских игр. Было неприятно, но когда смотришь на него, будучи взрослым, ты с тоской вспоминаешь о тех временах, о том, как ты получил этот шрам.

А не о том, как было больно.

Эрвин знал это по себе, но был уверен в том, что абсолютно никто и ничто не могло оставить такой же след внутри Леви. Его тело, Эрвин не сомневался, испещрено шрамами. Они есть и глубоко внутри него.

Но всё это – шрамы на поле битвы. Не напоминания о безумном детстве, которые никогда не заходят, если их не впустили, а глубокие раны войны и смерти, которые без спроса поселяются глубоко в тебе. Воспоминания о боли и потерях.

Эрвин видел внутреннюю борьбу в душе друга. Это новое, непонятное для него состояние.

Его взор упал на Картрайт. Она, почувствовав его, развернулась. Молчаливый, немного любопытный взгляд скользнул по двум главнокомандующим. Она медленно подошла к ним: