Текст книги "«Весомый» повод для скандала (СИ)"

Автор книги: Иванна Флокс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 25 страниц)

– Элайна, – произнес граф, нарочито томным голосом. Подхватив мою руку, он с силой, граничащей с болью, прижал ее к своим губам. – Вы выглядите… привлекательно. Прекрасное платье. Оно… скрывает лишнее.

Он протянул мне огромный, безвкусный букет из белых роз. Я взяла его, словно подношение из рук палача, и улыбнулась ему в ответ – сладко, ядовито, глядя прямо в карие, полные ненависти глаза.

– Благодарю, граф. Вы, как всегда, тактичны и виртуозны в комплиментах, – сказала я, голосом мягким, как шелк, обернутым вокруг лезвия. – Надеюсь, ваше… раскаяние… столь же велико, сколь и ваша щедрость. Пройдем в гостиную?

А за окном, в лучах поднимающегося солнца, Вудхейвен просыпался, не подозревая, что в гостиной одного из его знатных домов готовится сцена, которая изменит все.

Глава 50. Танец на лезвии ножа

Элайна

Запах в столовой был густым и сладким, как испорченный мед. От него слегка подташнивало. Аромат свежего хлеба, ветчины и дорогого чая смешивался с тяжелыми духами Маргариты Де Рош и едва уловимым смрадом лжи, который витал над столом, как ядовитый туман. Я сидела, сохраняя на лице маску томной, слегка рассеянной девицы, и с видимым удовольствием ковыряла вилкой в воздушном суфле. Внутри же все было сжато в тугой, колючий комок нервов.

Рука лежала на столе рядом с рукой Арманда. Он, словно испытывая мое терпение, настойчиво положил ее поверх моей. Она ощущалась подобно прикосновению холодной ящерицы. Я терпела, изображая легкую застенчивость и смущение. Моя цель была – предстать перед герцогом Де Рошем именно такой: немного обиженной, немного капризной глупышкой, в глубине души – польщенной и все еще влюбленной в его никчемного сына.

– Ну, раз уж дети снова нашли общий язык, – вещал Оливер, отпивая из фарфоровой чашки. Его голос звучал дружелюбно, но в каждом слове чувствовалась стальная воля. – Я полагаю, нет смысла затягивать с формальностями. Помолвка – это, конечно, мило, но учитывая, что брак был практически заключен, мы могли бы… ускорить процесс. Провести свадьбу сразу после бала у Лакруаров. Это будет демонстрацией прочности нашего союза всему свету.

Лишь от одной этой мысли кровь заледенела в жилах. Связывать себя узами брака с жалким чучелом – Армандом я точно не собиралась. Мне нужен был лишь повод, лишь шумное мероприятие, которое соберет в доме Де Рош всю знать, включая «гостя из столицы». Ведь каждый уважающий себя аристократ стремился пригласить его, дабы продемонстрировать высокий статус. Даже смешно было наблюдать, какую шумиху способна навести одна небольшая сплетня о приближенности Люциана дэ’Лэстера к его величеству.

Я почувствовала, как пальцы Арманда непроизвольно сжали мои. Он мысленно уже потирал руки в предвкушении.

Матушка, сидящая напротив, побледнела, а отец с силой поставил свою чашку, едва не отколов от нее ручку.

Я подняла на Де Роша старшего большие, наивные глаза и надула губки в самом безобидном из моих капризов.

– О, ваша светлость, но это же так… так неправильно! – вкрадчиво произнесла я, стараясь, чтобы голос звучал обиженно и немного взволнованно. – В прошлый раз все получилось сумбурно, помолвка так и не состоялась… и в итоге как все ужасно закончилось, – опустив взгляд и кусая губы, сделала вид, что смахиваю несуществующую слезу. – Я мечтала, чтобы все прошло идеально. Сначала – красивая помолвка, где все будут завидовать мне… нам. Потом – подготовка, выбор платья, приглашения… Хочу насладиться каждым мгновением! Ведь это самый важный период в жизни девушки, не так ли, герцогиня? – я перевела взгляд на леди Де Рош, которая нервно улыбнулась в ответ, явно чувствуя себя не в своей тарелке.

Подозреваю, невестка вроде меня ее совершенно не устраивала. Ведь маменькин сыночка заслуживал кого-то по-настоящему особенного. Вот только жадность супруга не оставляла ей выбора, вынуждая подыгрывать.

Отец Арманда нахмурился. Мое легкомыслие явно раздражало его, но он был вынужден с ним считаться – я представала той самой «обиженной невестой», чьи чувства теперь следовало лелеять, чтобы не допустить отказа от свадьбы.

– Разумеется, дорогая, – не позволив ответить жене, произнес он, и в голосе мужчины прозвучала фальшивая отеческая теплота. – Но подумай о практической стороне. Чем скорее вы поженитесь, тем быстрее улягутся все сплетни.

– А помолвка их не успокоит? – возразила я, играя с жемчужным колье на шее. – Напротив! Все увидят, что граф Де Рош так раскаивается в своей… оплошности, что готов заново пройти весь путь и сделать все как должно. Для моей репутации это будет куда лучше, чем поспешная свадьба, словно мы что-то скрываем, – я сделала паузу, заставляя всех обдумать мои слова.

– Хм… в твоих речах есть смысл, – в итоге нехотя кивнул Оливер Де Рош.

– О боги! Это будет невероятно! Подруги обзавидуются! – наигранно просияв и воспользовавшись возможностью, выдернула руку из хватки Арманда, восторженно хлопнув в ладоши. – Кстати, раз уж мы заговорили о подготовке… Я была бы еще счастливее, если бы помолвка прошла в вашем доме, ваша светлость. Он куда презентабельнее нашего скромного жилища. Все должны увидеть, что семья Де Рош принимает меня с распростертыми объятиями и по-настоящему ценит.

Это был рискованный ход. Я смотрела прямо на герцога, в его холодные, как агат, глаза. Он ненадолго замер, оценивая. Принять нас в своем доме, устроить пышный прием… Мои капризы противоречили его правилам. Семья Де Рош, судя по тому, что упоминал Каин, не радовала высший свет светскими раутами. Но отказать сейчас, после того, что натворил Арманд на свадьбе, после моей обоснованной просьбы, значило бы выказать слабость или, что хуже, подтвердить отсутствие серьезных намерений. Алчность и жажда сапфиров перевесили.

– Хорошо, – кивнул аристократ, и на его губах появилась тонкая, ничего не выражающая улыбка. – Ты права, дитя мое. Это будет мудрым решением. Помолвка состоится в нашем доме. Устроим торжество, которого заслуживает моя будущая невестка!

Я сладко улыбнулась ему в ответ, словно он только что подарил мне королевство.

Напряжение за столом немного спало. Родители, хоть и были не в восторге, заговорили о возможных датах, об украшениях, о меню. Я продолжала играть свою роль, томно соглашаясь или внося мелкие, безобидные поправки, все еще изображая легкомысленную барышню, озабоченную лишь внешней стороной события.

На деле же лихорадочно обдумывала, как повернуть разговор к теме гостей. Мне нужно было убедиться, что герцог дэ’Лэстер окажется в числе приглашенных, при этом не вызвав подозрений главы семейства Де Рош.

Всю ночь мы с Каином обдумывали свой план. Упрямый генерал до последнего противился моему участию, и единственное, на что он согласился – на организацию помолвки, которая позволит ему проникнуть в особняк. Хотелось верить, что по завершении этого спектакля всех, кто причастен к похищению людей, схватят и отправят в самую бездну, из которой не существует выхода.

Задумчиво наблюдая за родителями, я на мгновение забылась.

Именно в этот момент Арманд, до сих пор мрачно молчавший, решил вставить свое слово. Он повернулся ко мне, и в его глазах вспыхнуло знакомое злорадное ожидание.

– Кстати, о гостях, – произнес мужчина, и его голос прозвучал нарочито невинно. – Я непременно хочу пригласить герцога дэ’Лэстера. Думаю, ему будет интересно посетить нашу помолвку.

Воздух снова застыл. Все взгляды устремились на нас. Арманд смотрел на меня с таким торжествующим вызовом, что мне захотелось вонзить ему в глаз свою вилку. Он наслаждался моментом. Наслаждался возможностью уколоть меня, показать своему мнимому сопернику, что я – его собственность.

Откровенно говоря этот идиот облегчил мне задачу, снимая всю ответственность за появление столичного гостя. Так почему же его предложение так взбесило? Я знала причины. Даже Арманд, хоть и не отличался острым умом, замечал напряжение, возникающее между нами… Его было невозможно отрицать.

Внутри все перевернулось от упоминания Каина. Горячая волна раздражения смешалась с теплым чувством при мысли об этом мужчине, но я сохранила холодную невозмутимость на лице. Медленно, с преувеличенным безразличием пожала плечами, поднося к губам чашку с чаем.

– И что все с ним так носятся? – повела плечиком. – Ну, если тебе так уж этого хочется, – произнесла я, радуясь, что голос не подвел. – Приглашай кого считаешь нужным. Хоть самого короля. Чем больше знати, тем пышнее будет прием.

Разочарование мелькнуло в глазах Арманда. Он ждал испуга, смущения, замешательства, но не получил ничего. Лишь равнодушное согласие. Наследник Де Рош фыркнул и откинулся на спинку стула, снова погрузившись в мрачное молчание.

Я поставила чашку на блюдце с тихим, изящным звоном, привлекающим всеобщее внимание.

– Но прежде чем мы окончательно все решим, у меня есть еще одно условие, – объявила я.

Мои слова повисли в воздухе, заставляя всех снова замереть.

Герцог нахмурился. Леди Маргарита замерла с кусочком бисквита на полпути ко рту. Мои родители смотрели на меня с нескрываемым беспокойством.

– Условие? – переспросил глава семьи Де Рош, и в его тоне впервые за весь разговор послышалось раздражение.

– Да, – кивнула я, встречая взгляд этого паука. Я больше не изображала легкомыслия. Мое лицо стало серьезным, выражая обиду, на которую имела право Элайна Делакур. – Ваш сын, граф Арманд, публично оскорбил и унизил меня в самый важный день моей жизни, разрушив его и глубоко ранив мои чувства. Сказанные им мерзкие слова слышал весь город. А извинился он за закрытыми дверями, в присутствии лишь моих родителей, – я перевела взгляд на Арманда, который сидел, багровея, словно готовый взорваться. – Этого недостаточно. Хочу, чтобы на нашей помолвке, прежде чем мы объявим о свадьбе, перед всеми гостями, он принес мне искренние, публичные извинения. Такие, чтобы я поверила, что он действительно раскаивается. Чтобы все увидели, что мой жених осознал свою ошибку.

Тишина в столовой стала абсолютной. Было слышно, как за окном щебечет птица. Арманд медленно поднялся с места. Его лицо прошло всю гамму от ярко-алого до мертвенно-бледного. Он был похож на человека, которого заставили проглотить живого ежа. Моего липового жениха перекосило от унижения и бешенства.

– Ты… Ты… – прошипел он, но не смог закончить.

– Арманд! – властно оборвал сына герцог. Его лицо оставалось непроницаемой маской, но я заметила, как дернулся мускул на скуле аристократа. Он понимал. Понимал, что я загоняю их в угол. Отказ теперь был бы скандалом и поводом разорвать все договоренности. – Сядь! Немедленно! Леди Элайна абсолютно права, – произнес он требовательно, после чего смягчил голос, обращаясь ко мне. – Мой сын совершил непростительную ошибку, и лишь публичное раскаяние сможет ее искупить. Он принесет тебе свои извинения на помолвке. Самые искренние.

Мужчина посмотрел на Арманда взглядом, который не обещал ничего хорошего. Тот, сжав кулаки, грузно плюхнулся на стул и молча кивнул, не в силах вымолвить ни слова.

– Прекрасно, – Оливер снова повернулся ко мне, и его улыбка стала шире, но до глаз так и не дошла. – Тогда, если мы хотим провести свадьбу в скором времени, нам пора начинать подготовку. Через пять дней. Мы устроим самую пышную помолвку, которую когда-либо видел Вудхейвен.

Я сладко улыбнулась ему в ответ, чувствуя, как холодная уверенность наполняет меня.

«Пять дней, старый паук. У тебя осталось всего пять дней».

Глава 51. Чужие роли

Каин

Тишина в гостевых покоях поместья Лакруар была оглушительной. После того как за Маркусом и Баденом закрылась дверь, воздух сгустился, наполненный невысказанным напряжением. Я стоял у окна, сжимая и разжимая кулаки, привыкшие ощущать рукоять меча, а теперь пустые и бесполезные. За стеклом безмятежно шелестели листья, играло солнце, и эта картина умиротворения вызывала во мне яростное раздражение. Пока весь город наслаждался спокойным утром, Элайна оставалась там, впустившая в свой дом волка.

Я чувствовал на себе чужой взгляд. Обернувшись, заметил Бадена. Мальчик сидел на краю дивана, сжимая в руках новую деревянную лошадку – купленную мной сегодня утром. Его большие глаза, уже не такие испуганные, как прежде, смотрели на меня с безмолвным вопросом. Он видел, как я метаюсь по комнате, как сдерживаюсь, чтобы не разнести вдребезги эту дурацкую золоченую мебель.

Заставив уголки губ дрогнуть в подобии улыбки, я кивнул ему. – Все хорошо, сорванец. Играй.

Мои слова не убедили ребенка, но он послушно опустил взгляд на игрушку, начав водить ею по бархатной обивке дивана. Его доверие, хрупкое, как первый лед, было мне одновременно наградой и тяжелым грузом. Я дал ему слово, что отныне все будет хорошо. И сдержу его, даже если для этого придется перевернуть чертов прогнивший город с ног на голову.

Шаги у двери привлекли мое внимание. Маркус, вернувшись после поручения, стоял на пороге, скрестив руки на груди. Его обычная насмешливость куда-то испарилась, уступив место серьезности, которую я видел лишь на поле боя.

– Эй, малец, на кухне повариха шоколадные кексы из печи достала. Просила тебя позвать, – улыбнулся Мар мальчишке.

Глаза Бадена засияли. Я видел, как в них отразился детский, наивный восторг, который всякий раз касался моей очерствевшей за годы службы души. Взглянув на меня, ребенок сглотнул слюну.

– А можно я… – тихо начал он.

– Конечно. Беги, пока без тебя все не съели, – подмигнул я ему.

Смотря на то, как мальчуган, забыв про игрушку, соскочил с дивана, рванув к двери, ощутил тепло, настойчиво разливающееся внутри.

Первоначальная мысль найти ему дом постепенно отступала. Мне хотелось, чтобы Баден остался рядом, чтобы стал частью моей семьи, чтобы видел во мне не просто чужого человека, однажды давшего ему крышу над головой, а того, на кого можно положиться в любой ситуации… Родителя? Отца? Которого у него, по сути, не было.

Я и сам рос сиротой, воспитанный командиром королевской армии, получившим увечья. Смог бы я так же? Смог бы дать ребенку шанс на достойную жизнь? С каждым днем все отчетливее казалось, что да. Баден уже был моей семьей, тем, ради кого я хотел бороться. Вот только оставались тревоги. Сначала меня съедало осознание собственного положения. Простой вояка, живущий в пути. Отставка мне пока не грозила. Что такой человек мог дать ребенку? А сейчас пришли новые волнения… я с опаской думал, как на мое желание отреагирует Вероника…

– Не хочешь рассказать, что за демон тебя гложет? – вырвал меня из тревожных мыслей Маркус. – Ты с самого возвращения выглядишь так, будто готов пробить стену головой.

Я отвернулся к окну, не в силах больше притворяться спокойным. – Они там... Семейство Де Рош. Явились с визитом, как и предупреждал осведомитель.

– И? – Маркус подошел ближе. – Ты же знаешь леди Делакур. Дерзкая, с характером. Она не даст себя в обиду.

– Не в обиде дело! – голос сорвался, и я с силой выдохнул, стараясь взять себя в руки. Я – генерал. Мои эмоции не должны брать верх. Но, черт побери, когда дело касалось ее, все тренировки шли прахом. – Мне не нравится, что Оливер Де Рош рядом с ней… Его не получится водить за нос, как Арманда. Он намерен договориться о помолвке. И меня корежит от мысли, что Элайна согласится.

Я провел рукой по лицу, снова ощущая на губах призрачный вкус ее поцелуя, жаркий и отчаянный. Воспоминание обжигало и парализовывало. Я, Каин Ривенгер, прошедший сквозь десятки сражений, привыкший командовать и контролировать, сейчас был беспомощен, как юнец.

– Я вообще не хотел, чтобы она в этом участвовала, – прорычал раздраженно, больше себе, чем Маркусу. – С самого начала. Это мое дело! Моя работа! Но, проклятье, эта упрямая, все равно вознамерилась влезть. Она бы поступила по-своему в любой ситуации, не оставляя мне выбора.

Маркус фыркнул и, подойдя к столу, налил себе вина из графина. – Так почему не запретил? – спросил он, отхлебнув. – Особенно теперь, когда вы… кхм… разобрались в чувствах. Раз уж она твоя женщина, должна была послушаться. По идее.

Я резко повернулся к нему, и короткий, невеселый смешок вырвался из моей груди. – Запретить? Элайне? – я покачал головой, представляя ее реакцию на подобный ультиматум. Эти восхитительные глаза, вспыхнувшие изумрудным огнем, гордый, упрямый подбородок. – Ты же ее видел! Она не из тех, кому можно что-то запретить. Эта безумная просто… – я искал слово, но все казались слишком слабыми. – Ураган в юбке, не поддающийся контролю. Ее можно попытаться направить, но остановить? Нет. Она восприняла происходящее слишком болезненно. Успех уже то, что Элайна согласилась ограничиться организацией этого проклятого праздника, который позволит мне попасть в дом. Если бы она сама собралась лезть в кабинет…

– Седина тебе не страшна, – усмехнулся Маркус, встречая мой раздраженный взгляд.

– Остроумие из ушей лезет? – буркнул я в ответ.

Я подошел к столу, где была разложена карта Вудхейвена, испещренная пометками. Порт, склады, поместья Де Рош и Уоткенс. Все это знал почти наизусть.

– Я сегодня утром, пока ты ездил за Баденом, передал гонцу отчет для короля, – произнес тихо, проводя пальцем по маршруту от поместья Лакруар до столицы. – И письмо с просьбой отправить сюда мой отряд. Они должны быть готовы к аресту. Всех. И Де Роша, и Уоткенса.

Маркус присвистнул, поставив бокал. – Наконец-то! Значит, действуем. А то в этой помойке не продохнуть! Одни крысы кругом. Аристократы прогнили, а стража… – он с отвращением махнул рукой. – Совсем обленилась. Ни на что не реагирует.

Я перевел взгляд с карты на него. Мысленная тонкая нить, не дающая мне покоя, наконец обрела пугающую четкость. Все это время мне казалось, что стража подкуплена… А что если все не так… Если посмотреть на ситуацию под другим углом? – Не обленилась, Маркус, – произнес я медленно, и мой голос прозвучал зловеще тихо. – Кто-то из стражников закрывает глаза на исчезновения, возможно находясь в доле. Кто-то достаточно влиятельный, чтобы другие подчинялись. Или боялись ослушаться.

Глава 52. Без условностей

Каин

Маркус замер, его брови поползли вверх. Он понял, к чему я клоню. – Ты думаешь…? – Если выяснить, кто связан с Де Рошем… – я не стал договаривать. Мы оба понимали. Это был ключ. Не просто подкупленный стражник, а влиятельный человек, возможно, глава городской охраны... Тот, кто позволял этой мерзкой схеме работать подобно отлаженному механизму, тот, кто прикрывал ее своим авторитетом и угрозами.

Медлить больше было нельзя. Осторожничать, собирать улики по крупицам – время для этого прошло. Элайна бросила вызов Де Рошам, и я должен был поддержать ее с фланга. Быстро, решительно и безжалостно.

Я резко выпрямился, сметая со стола несколько бумаг. – Остаешься с Баденом, – бросил через плечо, на ходу накидывая темный камзол с серебряной вышивкой.

Маркус лишь кивнул, не задавая лишних вопросов. Он неоднократно видел это выражение на моем лице. Решение было принято.

Я вышел в коридор и быстрым, военным шагом направился в главное крыло поместья. Мне было плевать на условности. Визиты без предупреждения считались дурным тоном, но ждать я не хотел. Слуги шарахались в стороны, замечая мое настроение. Я не был сейчас учтивым герцогом дэ’Лэстером. Позволил маске слететь, открывая генерала Каина Ривенгера, идущего за ответами.

Хозяина поместья я нашел в большой столовой. Он допивал кофе и просматривал свежие газеты, в то время как его дочь, морща нос, выбирала овощи из своей тарелки.

Мужчина выглядел усталым, но собранным. А вот Шарлотта… стоило мне появиться на пороге, как она вдруг оживилась, расплываясь в улыбке.

Увидев меня, девушка расцвела, как мак под солнцем. Ее лицо озарила такая искренняя, безудержная радость, что на мгновение мне стало неловко. – Герцог! – голосок девушки прозвенел, как колокольчик. – Какое счастье видеть вас! Я как раз думала о вчерашней беседе и…

– Леди Шарлотта, вы, как всегда, очаровательны, – я оборвал ее пустую болтовню, сделав безупречный, но короткий поклон. Мой тон был вежливым, но в нем не осталось и намека на прежнюю игривость. – Прошу прощения, но мне необходимо срочно поговорить с вашим отцом. С глазу на глаз.

Девушка замерла с приоткрытым ртом, ее улыбка медленно сползла с лица, уступая место растерянности и обиде.

– Дочка, – мягким, но не терпящим возражения голосом произнес герцог Лакруар, откладывая газету. – Оставь нас, пожалуйста.

– Но, папа… – она попыталась возразить, вот только встретив его взгляд, сникла. – Хорошо, – прошептала аристократка и, бросив на меня взгляд, полный упрека, выпорхнула из зала.

Герцог тяжело вздохнул, проводя рукой по лицу. – Она… сильно увлечена вами, герцог дэ’Лэстер.

Я усмехнулся, но в этом звуке не было веселья. – Она увлечена аристократом из столицы. Мы оба знаем, что его не существует.

Лакруар изучающе посмотрел на меня. В его глазах читалась не только усталость, но и мудрость человека, видавшего многое. В отличие от других, он знал мое истинное положение в обществе, а также роль, которую для меня отвел король. – Я не стану лукавить, – сказал мужчина деловито. – Если бы ваши чувства были взаимны, я дал бы свое благословение без колебаний.

– Мое происхождение… – начал я, но он перебил.

– Ваше происхождение… – махнул рукой хозяин дома, – не имеет значения. Титул – дело наживное. А отвага и честь, которые я в вас вижу, куда дороже. Моя дочь была бы в безопасности с таким мужем.

Его слова тронули что-то во мне. Это была редкая честность в этом море лицемерия. – Я ценю дарованную возможность, ваша светлость, и благодарю за доверие, – ответил с искренним уважением. – Но мое сердце уже занято. И как только это расследование будет завершено, я намерен жениться.

На его лице мелькнула досада, затем понимание, а после пришла легкая тень тревоги. – Случаем, не о леди Делакур мы сейчас говорим? – уточнил он, и я кивнул. Мужчина тяжело вздохнул. – Тогда вам вдвойне следует быть осторожным. Де Рош не простят такого унижения.

– Скоро наперевес со своим унижением они окажутся в весьма сыром месте. Думаю, им уже будет не до чужих судеб… К слову, именно поэтому я здесь, – сделав шаг к столу, оперся на него ладонями. Маска учтивого гостя была окончательно сброшена. – Герцог, мне нужна ваша помощь. Мое расследование близится к концу. Я уверен в том, что нашел виновных... Знаю много о похищенных. О кораблях Уоткенса. Но есть белые пятна, которые нужно заполнить, чтобы обосновать арест Де Роша. Без этих деталей найденные мной доказательства легко оспорить…

Он смотрел на меня, не отрываясь, и я видел, как в его глазах загорается огонек надежды. Он ненавидел происходящее в его городе не меньше моего.

– Что от меня требуется? – спросил Лакруар.

– Кто-то из руководства городской стражи прикрывает эту схему. Кто-то, чей приказ заставляет других стражников смотреть сквозь пальцы на исчезновения людей, – я впился в него взглядом. – Кто это может быть? Мне нужны имена. Все, что вы знаете об этих людях. Их связи, их слабости… Любой факт, за который можно ухватиться...

Герцог Лакруар откинулся на спинку стула. Его лицо стало суровым. – Вы понимаете, что просите меня назвать имена весьма влиятельных персон? Это может быть опасно.

– Бездействие сейчас опаснее, – парировал я. – Хватит осторожничать. Я намерен действовать решительно. И мне нужен ваш ответ. Сейчас.

– У меня нет доказательств. Я не могу сказать, кто именно замешан в этом, но…

– Это я проверю сам. Мне важно понимать, кто в действительности, кроме Де Роша, держит в руках город!

Воздух в столовой снова застыл. От решения этого человека зависело слишком многое. Но я смотрел на него и видел не труса, а союзника, в которого верил даже король, который так же, как и я, устал от гнили, разъедающей его дом.

Он медленно кивнул. – Хорошо, генерал. Пройдем ко мне в кабинет. Там мы поговорим без лишних ушей.

Облегчение, острое и холодное, волной прокатилось по мне. Наконец-то. Мы перестали ползать в темноте и пошли в атаку. И пусть эти мерзавцы готовятся. Их время истекло.