332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Elle me deteste » От ненависти до ненависти, или Истеричка и Чудовище (СИ) » Текст книги (страница 1)
От ненависти до ненависти, или Истеричка и Чудовище (СИ)
  • Текст добавлен: 22 октября 2019, 22:00

Текст книги "От ненависти до ненависти, или Истеричка и Чудовище (СИ)"


Автор книги: Elle me deteste




Жанры:

   

Слеш

,


сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 29 страниц)

========== 01. Мечты любого омеги… сбываются! Даже если он этого не хочет ==========

Снег кружился хлопьями, искрясь и придавая волшебства морозному утру. Вдали, у самого края земли, синевато-фиолетовым цветом занимался рассвет, неспешно и лениво отгоняя ночную тьму. Принц Джей положил руки на плечи младшего брата, слегка притянул его к себе и закутал от холода полами своего тяжелого мехового плаща. Он не замечал, как сильно сжимал пальцами его шубу, но чутко улавливал, как брат дрожал. Леррой рос слабым и чахлым ребенком, слишком часто и сильно болел. В свои семь он был чересчур низок, а если избавить ото всех этих бесконечных слоев одежды и густых мехов, стало бы видно, что он необычайно худой, а сквозь тонкую кожу просвечиваются синеватые вены и выпирают острые кости. Ему совсем не следовало выходить в мороз на улицу, но в последнее время для Лерроя это превратилось в ритуал, как и для Джея.

Братья молчали, глядя вниз с дозорной башни. Даже отсюда на снегу были отлично различимы пятна крови и темные неподвижные фигуры павших воинов. Но еще отчетливее – яркие и пестрые, непривычные для местных южные знамена и вражеский лагерь, раскинувшийся, кажется, до самого горизонта. Все это стало ночным кошмаром, вдруг ожившим и не покидающим даже днем. Не приходилось произносить вслух очевидных вещей. И так понятно – битва проиграна, крепость пала, а им грозит из господ превратиться в пленников. Джей чувствовал, как дрожь в плечах у брата нарастает, и упрямо убеждал себя, что Леррой попросту замерз. Вовсе не страх колотит его, а холод. Он безрассудно пытался приписать семилетке храбрость воина, которой и сам не обладал.

Тяжелые и быстрые шаги, донесшиеся до них с лестницы, заставили Джея очнуться от отчаянного оцепенения. На мгновение это состояние показалось короткой смертью, когда они с братом обратились ледяными статуями. И он готов был согласиться – так даже лучше, чем-то, что они имели в реальности. Малодушно хотелось проснуться в теплой постели, погладить пальцами мягкие густые меха и со вздохом облегчения осознать, что события последних дней – все-таки дурной сон.

Мимолетный панический страх не проявился на лице Джея, но холодной волной прокатился вдоль позвоночника и ударил по затылку. К счастью, к ним поднялся не один из южан, чтобы схватить или сбросить с башни.

– Джей! Хорошо, что вы оба здесь! – Грэйв решительно подошел к братьям и резко сплюнул под ноги скопившуюся во рту кровь. Это был крупный альфа, напоминающий медведя, с поседевшей бородой и свежей жуткой раной, рассекающей половину лица. Из нее сочилась темная, почти черная кровь и густыми каплями падала на меховой воротник. Леррой рвано вздохнул при виде этого и спрятал лицо в плаще старшего брата. Грэйв был главой королевской стражи и одним из лучших бойцов среди северян. В левой руке он все еще сжимал меч, широкий клинок которого отнял сегодня не одну жизнь. – Вам нужно уходить. Поторопимся!

– Куда? – Джей не сдвинулся с места, только крепче прижал Лерроя. Сердце забилось чаще, тревожнее. Но показать свой испуг он не имел права. Много дней он готовил себя к худшему раскладу, который теперь случился. Нужно лишь перенести все с достоинством. Нельзя опозориться, нельзя проявить слабость. Жаль, что в действительности это сложнее, чем в воображении. Реальность вообще оказалась не столь простой и радостной, как он предполагал всего пару лет назад.

– Лучший вариант сейчас – Крепость Тысячи Воинов. Лорд Мангус вас укроет и ни за что не даст в обиду. Оттуда, в самом худшем случае, можно будет уйти дальше на Север, куда эти теплолюбивые твари точно не сунутся, – быстро ответил Грэйв и нетерпеливо взял Джея за локоть, дернул в сторону лестницы. Ни желания, ни времени на церемонии и проявление должного почтения у него не было. Давняя служба и близкая дружба с королевской семьей позволяла ему еще и не так трясти принца, если требовалось. – Ну что ты стоишь как вкопанный? У нас мало времени! Пока эти гнилые собаки рыскают по крепости, у нас есть шанс проскочить по тайным переходам.

Джей поморщился и резко вырвал локоть из захвата Грэйва, задвинул брата себе за спину, словно ограждая от опасности. Лорд Мангус – безбашенный дикарь, живущий по собственным странным законам и правилам, не признающий ничьей власти над собой после смерти короля Рейгана. Первое, что он сделает, получив в распоряжение Джея, – повяжет на обеденном столе в присутствии десятка приближенных и друзей. А после, уж конечно, не даст в обиду. Вот чего Джей точно не хотел, так это попасть к нему в руки и стать одним из многочисленных мужей и наложников, которых позволяли себе заводить эти варвары.

– С чего это ты взял, что мы собираемся убегать? – резко спросил он, вздернув подбородок и без страха глядя в глаза Грейву. Тот возвышался над ним почти на две головы, и чувствовать себя с ним на равных было проблематично.

– Из соображений здравого смысла! – эмоционально рыкнул Грэйв. Он сердито окинул мальчишку взглядом и с трудом сдержался от того, чтобы отвесить ему затрещину. Все в крепости отлично знали – Ледяной Господин не обидел их принца умом, подарил привлекательную наружность, но при этом вместо кротости и мягкости, которые несомненно украсили бы любого омегу, наделил поистине ослиным упрямством и порой непозволительной для северянина горячностью. Грэйв не сомневался – во всем виновата южная кровь его анатэ* Диаса. Не могла же она просто так взять и исчезнуть. И вот пожалуйста! – Или ты хочешь быть трофеем захватчиков? Напомнить, как они с тобой обойдутся?

– Вряд ли хуже, чем лорд Мангус, – едко ответил Джей. Он не собирался слушать красочные подробности, как захватчики разграбят город и изнасилуют омег. – Где анатэ?

– В тронном зале. Он с вами не поедет…

– Мы тоже никуда не поедем, Грэйв. Выбрось эту мысль. Я и Леррой не будем прятаться по темным углам, как трусливые крысы.

– Но ведь… они не могут… – вдруг подал голос брат. Он был совсем тихим и слабым, едва различимым после грозного рычания Грэйва и дерзких, звенящих, как ледяная сталь, выпадов Джея. – Разве по чести причинять вред королевской семье?

Грэйв прикусил язык, сам себе запрещая говорить жестокую правду, которую Леррой пока не в силах понять. Джей присел на корточки перед братом и взял его замерзшие ладони в свои, поднес ко рту и подышал, стараясь хоть немного согреть.

– Я никому не позволю причинить тебе вред, мой король. Никогда, – искренне пообещал он.

****

Было нечто жуткое и безысходное в том, что Джею и Леррою в сопровождении Грейва пришлось пройти по коридору в тронный зал сквозь строй разгоряченных, агрессивных южан. Не укладывалось в голове, как чужаки могли заполонить родные, с детства знакомые стены, которые казались вечными и безопасными. Пару недель назад это показалось бы глупой шуткой и ничуть не встревожило бы Джея, скорее рассмешило. А вот теперь он испугался не на шутку. Вполне очевидное развитие дальнейших событий и безысходность породили в его душе темный ужас и отчаяние. Легкое, совсем не греющее обмундирование южан обагрилось кровью северных солдат. Тех, кого Джей хорошо знал, к кому был привязан и доверял. Они мертвы, а шутка превратилась в чудовищную реальность. Враги провожали их насмешливыми взглядами, грубыми перешептываниями, а порой и смехом. Но никто не пытался напасть. Значит, такого приказа не было. Пока.

Джею пришлось собрать в кулак все самообладание и выдержку. Каждый шаг давался с трудом, и только мысль, что семилетнему Леррою еще сложнее и страшнее, придавала сил. Джей – старший и должен поддержать брата, показать своим примером, как следует себя вести, а не напугать сильнее. Но негодование и трепет боролись между собой, в попытке захватить разум и тело Джея. Того и гляди – заключат мировую и нападут двумя фронтами. Он ощущал покалывание в пальцах и неестественную немоту на губах. Если раньше на его плечах лежал груз ответственности, сам по себе почти непосильный, то теперь навалилось и чувство вины. Кто, как не он, виноват в падении крепости, смерти сотен солдат и унижении, которое придется испытать всем, и в том числе – младшему брату и анатэ?

После гибели отца наследником трона был Леррой, как альфа. Но он мал, слаб и неопытен, всего лишь ребенок. Управлять целым королевством ему не по плечу. А анатэ, хоть и являлся официальным регентом, тяжело и очень болезненно переживал свою утрату – смерть супруга. Только несколько месяцев назад он стал появляться из своих покоев, чтобы принять участие в общих трапезах или приемах. Джей знал, Диас все еще не оправился полностью, он был молчаливым, никогда больше не улыбался и словно пребывал в полусонном состоянии. Ничто вокруг не интересовало его, лишь собственные тяжелые и безутешные мысли.

Куда больше поддержки эти два года Джей получал от лордов. Поначалу те пытались давить и управлять им, но скоро признали бесполезность таких действий, ругали на чем свет стоит его упрямство, но любили своего принца-омегу, и время от времени возникали разговоры, чтобы именно он принял трон короля, а не слабосильный малолетка Леррой.

Отец говорил, что правитель познается в тяжелые времена. Управлять государством, когда все хорошо, – не так уж и сложно. И вот теперь всем и каждому должно быть понятно – Джей не подходит на столь высокий и ответственный пост. Это его глупые, незрелые приказы привели к подобному раскладу. Он был недостаточно тверд и решителен, он был недостаточно альфа. Он виноват!

Анатэ сидел на своем обычном месте – по левую руку от величественного королевского трона. Всего мгновение помедлив у двери, Джей посмотрел на него и ощутил прилив сил и уверенности. Диас выглядел так, словно перед ним не чудовищные захватчики, вероломные убийцы, смертельная угроза ему и его сыновьям – а никчемные послы, которых он за свою жизнь повидал бесконечное множество.

Диас носил только черное, и единственным дозволенным в его положении украшением была корона из светлой, до зеркального блеска начищенной стали. Густые волосы цвета переспелой вишни были собраны в тугую толстую косу и переброшены через левое плечо. Человек, знакомый с местными обычаями, легко мог определить, что таким образом заплетаются только вдовцы. Однако то, что король Рейган мертв, захватчикам и так прекрасно известно. Ведь при его жизни они не решились бы напасть. А сейчас – кто их противники? Двое омег и семилетка.

Джей подавил рваный вздох, который с потрохами выдал бы и его страх, и сомнения, и отчаяние. Он повыше вздернул подбородок, стараясь повторить спокойное и величественное выражение лица анатэ. Может, Диас и боялся, но со стороны казалось, будто он скучал. Черные глаза, которые унаследовали от него и Джей и Леррой, разглядывали южан без особого интереса. Руки в перчатках сложены на животе в привычном жесте, позволяющем сохранять идеально прямую осанку.

Леррой не сел на свой трон. Он подошел к Диасу, прижался к его плечу. Лишь самые крохи отваги, оставшиеся у него, помешали ему забраться к анатэ на колени и спрятать лицо в густых богатых мехах. Лерой очень старался храбриться, но едва не плакал. Он до жути боялся южан, каждого из них. И особенно – главнокомандующего, который стоял сейчас напротив: с окровавленным мечом, с явной жаждой жестокости и убийств, застывшей на насмешливом лице. Страшно подумать, скольких верных и хороших солдат этот демон убил сегодня, и что собирается сделать с ними.

Джей не стал одергивать брата, говорить ему занять положенное место и вести себя пристойно. Он сделал вид, будто все в порядке. Леррой – король, где хочет, там и стоит. А свои усмешки пусть южане засунут поглубже в задницы. Посмотрел бы Джей на них, окажись эти храбрецы в том же положении. К тому же, брат выглядел жалко и нелепо, крохотный, едва заметный на величественном троне их покойного отца. Джей неторопливо опустился в кресло справа от трона и лишь мельком посмотрел на главнокомандующего. Тот вызывал в нем не меньше ужаса, чем в младшем брате. Жестокий образ был к тому же подпитан множеством кошмарных слухов и пересудов, которых за последние недели принц наслушался вдоволь.

Джей пробежался взглядом по другим южанам. Трое воинов и пара советников. Судя по всему, у них все же были условия для более или менее мирного завершения. Мирного… Джей крепче сцепил зубы, размышляя над тем, что не в их положении отказываться, что бы им сейчас ни предложили. Стоит проявить норов и попытки к сопротивлению – и их попросту убьют. Лерроя сразу, а его и анатэ сперва бросят на потеху солдатам. Представить в таком виде Диаса казалось еще страшнее, чем самого себя.

– Ваша милость, – спокойно, без малейшей издевки проговорил один из южных советников и слегка кивнул, заменяя этим поклон. И впрямь, не кланяться же победителю парочке омег или альфе-малышу, пугливо прижавшемуся к своему анатэ. – Перед вами главнокомандующий армией Южного королевства – Штефан Непобежденный, – он почтенно указал на демона, который даже не думал скрывать самодовольной, плотоядной улыбки. По его лицу было заметно, что без причины он не может просто расправиться с королевской семьей. Но вот если они начнут сопротивляться и бунтовать… И главнокомандующий нетерпеливо ждал, когда же они дадут ему повод… – Ваша крепость захвачена. Ваша армия разбита. И наши люди готовы пойти еще дальше, – коротко обрисовал ситуацию советник.

«Чудовище», – с ненавистью подумал Джей, украдкой рассматривая главнокомандующего и едва сдерживаясь от того, чтобы поморщиться с отвращением. Он не мог сейчас ясно оценить его внешность. Весь образ представлял собой опасность и жестокость, а было ли у изверга лицо – не имело никакого значения, пока он держал в руке меч, которым мог перерубить Лерроя напополам.

– Уверен, всем нам не интересны эти церемонии, Томаш, – холодно и тихо проговорил Диас. Он знал советника лично еще с тех пор, когда Рейган был жив, а Томаш служил не Штефану, а адмиралу Эммериху Яростному, и обращался к нему просто и легко, словно речь шла не о захвате крепости и не о их жизнях. В выговоре анатэ сохранился южный акцент, который так любил отец, но сейчас он стал чуть более явным, чем обычно, будто Диас собирался заговорить на южном диалекте. – Что мешает нам сразу перейти к делу? – он легко погладил Лерроя по спине и мягко улыбнулся ему.

Джей был благодарен анатэ, что тот взял на себя ответственность вести переговоры, а не предоставил это ему. Джей не сомневался, стоит только заговорить – голос станет срываться на шипение, проявить в речи должного смирения и покорности он не сможет, позволит себе опасные дерзости и грубые высказывания, которые, возможно, будут стоить им всем жизни.

Диас же даже в сложившихся обстоятельствах сохранял достоинство и оставался королем. Он не был волен выбирать тему для беседы, но мог по крайней мере управлять тем, как она станет протекать. Джей хотел быть таким же стойким и уравновешенным, как анатэ. Но в данный момент единственное, почему он не вскакивал с места и не начинал кричать и обвинять южан и проклинать их на чем свет стоит, было присутствие Диаса и Лерроя.

Томаш лишь коротко кивнул и без паузы продолжил:

– Его Величество Король Юга Эстаапен Великий милостив. Он согласен не уничтожать ваш народ и не разграблять королевство. Более того, он готов сохранить жизни и достоинство вам, – он выделил тоном «вам», рассчитывая, что все поймут значение. – Но, разумеется, взамен он требует полную покорность, признание его владычества и смену власти, – Томаш сделал паузу, позволяя принять и осмыслить сказанное.

Джей покосился на анатэ, желая понять, что он сейчас чувствует, и как ему самому себя вести. Сохранять самообладание становилось сложнее. Он не понимал, о каком достоинстве может идти речь при таких условиях. Диас не повел и бровью, так же спокойно глядя на южан и слегка поглаживая Лерроя по спине.

– В качестве гарантий Его Величество предлагает провести брачную церемонию, – продолжил Томаш. – В королевской семье нет настолько юных омег для принца Лерроя, чтобы можно было сохранить вашу семью вместе, здесь. Но если вы примите эти условия, то мы предоставим принцу Джею достойную жизнь на нашем доброжелательном Юге.

Джей прикрыл глаза и постарался успокоить сердцебиение. Ноготь на указательном пальце правой руки сломался о жесткий подлокотник. Нельзя сказать, что такое предложение стало неожиданностью. Скорее, он ждал его с тех пор, как понял, что южане готовы выдвинуть условия. Никакой романтики в этом, разумеется, и близко не было. Только политический расчет. Для Диаса и его сыновей это означало жизнь, а южан лишало необходимости тащиться дальше вглубь Севера, захватывая крепости с боем одну за другой. Убийство королевской семьи ничего им не даст, кроме ожесточения народа. Гордые северяне точно не признают владычества захватчиков и будут бороться до последнего солдата, способного держать оружие. Если же принц выйдет за южанина – все чин по чину. И произошедшее – не завоевание вовсе, а слияние.

– По древним северным законам принц Джей не может выйти замуж за альфу ниже себя по положению, – сердито проворчал Грэйв, хотя его вообще никто не спрашивал. Но старый вояка категорически не одобрял такой расклад. Как же так? Отдать Джея этим варварам? Одного отпустить на Юг? Доброжелательный он, как же! Рассчитывать на то, что к мальчишке там будут относиться подобающе, не приходилось. Хорошо, если не станут насиловать и держать взаперти целыми днями.

– Нам это известно, – просто кивнул Томаш.

– Насколько я знаю, единственный брат короля Эстаапена, оставшийся на данный момент в живых, это… Штефан Непобежденный, – проговорил Диас и перевел взгляд, впервые излучающий какую-то эмоцию, на главнокомандующего.

________________________________________________________________________________________

Анатэ* – родитель-омега.

Комментарий к 01. Мечты любого омеги… сбываются! Даже если он этого не хочет

– Кто такой Ледяной Господин? – Стево чуть склонил голову и заговорил едва слышно, одними губами.

– Местный божок. Как бы пародия на Огненного Хозяина, – Томаш покачал головой и закатил глаза.

Стево вздохнул с облегчением:

– А… я уж было подумал, они покойного короля в глыбу льда закатали…

========== 02. Удивительное путешествие и надгрызенное яблоко ==========

В покоях Диаса всегда спокойно и безопасно. Или, во всяком случае, именно так здесь чувствовали себя его сыновья. В воздухе витал терпкий дымок от табака, который анатэ любил курить, а от разгоревшегося камина исходило приятное тепло. Если закрыть глаза и отбросить воспоминания, можно было представить, что все хорошо. Как прежде. Сейчас откроется дверь, на пороге появится король Рейган: с грозным рыком подхватит Джея и Лерроя, с притворным гневом и негодованием спросит, как эти негодные мальчишки посмели потревожить его бесценного супруга. А затем с хохотом выставит их обоих в коридор, чтобы остаться с Диасом наедине.

Джей резко помотал головой, отгоняя приятные мысли, которые уже никогда не смогут стать реальностью. Он не сможет больше вернуться в детство, где был так счастлив. А его отец не воскреснет, чтобы уничтожить всех врагов и защитить Диаса и сыновей от любой опасности. Сквозь узкую бойницу Джей смотрел на лагерь южан и молился, чтобы ночная вьюга забрала их жизни. И, в первую очередь, выбила дух из его ненаглядного будущего супруга. В свете новых событий, все больше размышляя о своей участи, Джей уже не был так категоричен в отношении лорда Мангуса: да, тот дикарь, и нравы у их семейки странные, но, по крайней мере, он не захватывал Север, а являлся его подданным.

– Ты уверен, что вы будете в безопасности, когда останетесь здесь одни? – Джей отвернулся от окна и посмотрел на анатэ. Тревога за них с братом не покидала его сердце и разум. Он считал себя виноватым и ответственным за все случившееся, думал, что должен защищать их. А кто будет делать это, когда он отправится на Юг вместе с чудовищем?

Диас сидел на своей кровати, лениво перебирая волосы спящего у него на коленях Лерроя одной рукой. В другой он держал длинный мундштук, такой же привычный для его образа, как и умиротворенно-уверенное выражение лица. Брат свернулся клубочком и казался от этого еще меньше и беззащитнее. Его глаза покраснели и распухли от слез, он тихо всхлипывал во сне.

– Не стоит тебе переживать о нас, – Диас затянулся, а после выдохнул целое облако белесого клубистого дыма. – Это вовсе не мы будем одни.

– Ты говорил, на Юге все не так, как здесь, – припомнил Джей. Анатэ рассказывал ему так много о своей родине, столько интересного и разнообразного, что сейчас он решительно ничего из этого не мог воскресить в памяти. Единственное, что никак не покидало голову, это мысль, что Диас вышел замуж за Рейгана, когда был даже младше, чем он. В семнадцать анатэ уже нянчился с годовалым Джеем. – Что мне делать? Как себя там вести? – Джей отчаянно нуждался в советах и поддержке Диаса.

– Главное, постарайся не влюбиться в него без памяти, – ответил анатэ. – И никому не верь.

Джей резко ощетинился и сморщил нос. Вести себя так с Диасом было, разумеется, непозволительно. Но как он вообще мог сказать что-то подобное! Джей никогда никогда никогда не сможет полюбить это чудовище! Мерзавца, который воспользовался смертью короля и напал на них! О чем анатэ думает, когда говорит такие вещи? Неужели он считает Джея одним из тех тупоголовых омег, кто только и может, что таскаться за альфами и во всем им потакать и подчиняться?

– Он мой враг! – воскликнул Джей и в сердцах швырнул оконный валик, призванный защищать комнату от сквозняков, в камин. Пламя жадно обхватило подарок и принялось уничтожать ткань и набивку, распространяя прогорклый запах. – Ничего, кроме ненависти, я к нему не чувствую! Если бы я только мог, то убил бы его! – с жаром заявил он.

– Хорошо, если так, – кивнул Диас.

Леррой пошевелился и тихо захныкал во сне. Анатэ нежно погладил его по щеке и замурлыкал, стараясь успокоить. Джей собирался продолжить свою гневную речь, заявить, что презирает всех южан, желает им смерти и не прочь, если холод и стужа заберет их жизни. Но вовремя остановился.

Диас тоже был южанином. Самым настоящим: со смуглой горячей кожей, непривычным для северян красным оттенком густых волос, черными глазами. Его холодность и спокойствие были выработаны годами, навязаны положением, но никак не являлись врожденными. Если говорить откровенно, то как Джей крепился и старался не выдать свой страх, чтобы не расстроить и не напугать брата и анатэ, так и сам Диас оставался сильным только ради сыновей. Его настоящие эмоции были далеки от тех, которые он показывал. Но кроме него были и другие нормальные южане. Их нянька, старый лекарь, который не раз спасал Леррою жизнь, принц Барток…

Джей тяжело вздохнул. Как же несправедливо, что столько людей, кто должен был жить, теперь мертвы, а те, кому неплохо бы умереть, здравствовали.

– Я постараюсь сделать что-нибудь, чтобы изменить положение, – сказал Диас.

– У тебя есть идеи? Но как? – Джей бессильно опустился на пол у кровати анатэ и посмотрел на него снизу-вверх. Казалось, сложная ситуация и крайняя нужда возрождали прежнего Диаса, способного найти выход из любого тупика. – Нам нечего противопоставить южанам! У них огромная армия, куча продовольствия, оружия. А у нас? Север никогда ни с кем не воевал. Наши альфы не умеют толком сражаться. А теперь они еще и подавлены этим поражением…

– Я с самого начала говорил и тебе, и лордам, что Южного короля не победить одной гордостью и упрямством, – вздохнул Диас. Он знал это не потому, что был лично знаком с Эстаапеном Великим, а потому что отлично понимал натуру южан. – Но ведь ты – сын своего отца, тебя было не переубедить.

Джей угрюмо промолчал. Он и сам знал, что виноват, а подтверждение из уст анатэ только больнее било по и без того ноющей ране в душе. Но он стерпел. Потому что заслужил.

– Мы подождем зимы и долгой ночи, – слегка понизив голос сказал Диас.

****

Удивительно, как умела погода не соответствовать внутреннему состоянию простых смертных. Если собрать настроение всех северян, живущих в покоренной крепости, получилась бы настоящая суровая буря! Снег холодными колючками впивался бы в открытые участки кожи южан, жалил их и оставлял следы, а холод проникал под кожу, леденил кости и сковывал мышцы. Вместо этого на небе не было ни облачка, оттуда ярко светило солнце.

Джей с отвращением посмотрел на крытую карету, куда ему предложили сесть, и помедлил. Нет, она была ничего, вполне крепкая, ничуть не перекошенная, даже украшенная резьбой, а внутри было достаточно места, чтобы разместиться с комфортом. Слуги утеплили ее, даже ночами Джей не замерзнет. Но…

– Я думал, что поеду верхом, – недовольно обратился Джей к Грэйву, покрепче вцепившись в поводья своего пушистого северного коня, на случай, если кто-то захочет сдернуть его на землю.

С анатэ и братом Джей попрощался в замке, но старикан наотрез отказался отпустить Джея к южному войску в одиночку. Он и вовсе рвался поехать вместе с ним на Юг. Томаш заметил, что нет ничего страшного, если Джей захочет взять с собой немногочисленную свиту. На слове «немногочисленную», советник умело сделал ударение. Джей начинал привыкать к этой дипломатично-настойчивой манере общения Томаша. По крайней мере, он не внушал такого страха и раздражения, как будущий супруг.

– Омеги не ездят верхом, Джей. Тем более, в войске, – процедил сквозь зубы Грэйв. – Кто позволит тебе ехать наравне с альфами? Абсурд!

Он враждебно следил за чужаками, готовый, в случае чего, порубить еще с десяток. Ему дай только повод. И как он только смел ругать Джея за горячность?

– На Западе все ездят верхом, – проворчал Джей. Он видел, что к ним направляется Томаш и чудовище, но спешиваться не собирался. С ними был еще кто-то третий – наполовину скрюченный старикашка, едва способный передвигаться, закутанный в меха и утопающий по колено в снегу.

– И много ты здесь видишь западников? – резонно уточнил Грэйв. Джей знал: этот человек последний, кто одобряет происходящее. Он был убежден, что Грэйва коробит мысль, что Джею придется лечь под южанина, да еще и вот так, в виде военного трофея. Но одновременно с этим, он был альфой, с обычными стереотипами и мнением о устройстве жизни. И потому, раз уж Джей не бунтовал, не плакал с горя и не умолял спасти его от страшной участи, то должен был делать то, что и положено омеге, а именно – подчиняться. – Не будь упрямым бараном, Джей. Получится очень глупо, если он прирежет тебя сейчас, потому что ты не захотел ехать в повозке. Ты же понимаешь, что тогда все договоренности насмарку – и Леррою с Диасом будет грозить смертельная опасность.

Слова Грэйва возродили в Джее беспокойство и он, засунув гордость поглубже, спрыгнул с коня. Как раз вовремя: южане подошли достаточно близко, чтобы оставаться верхом стало невежливо.

– Твой советник сказал, что жизнь и достоинство моих анатэ и брата в безопасности, – быстро заговорил Джей, впервые обращаясь напрямую к будущему мужу. От волнения он совсем забыл о неком вступлении в свою речь. Что-то вроде приветствия или пары подготовительных фраз перед основной темой были бы определенно не лишними. Но Джей слишком разнервничался, чтобы вспомнить об этом в нужный момент, а не тогда, когда уже поздно. Потому он просто продолжил: – А ты сам даешь слово чести, что это так?

Штефан был гораздо выше него, на лице, как и при прошлой их встрече, красовалась все та же кровожадная ублюдская усмешка. Он смотрел на Джея не то чтобы с презрением, но как победитель на побежденного. Страшно представить, какими… волнующими… будут их супружеские отношения.

– Надо же, как мило! Еще не обручились, а он уже называет своего альфу на «ты» и сомневается в его обещаниях, – загоготал один из южных воинов, который подошел к ним поближе и с улыбкой прислушивался к происходящему.

Томаш тяжело вздохнул и был готов разрядить в миг возросшее напряжение, но главнокомандующий предупреждающе поднял руку, и советник остановился, еще не начав.

– Тевье, любезный, ты великолепный лучник, отличный боец и мой ближайший друг. Но если ты будешь 扯鸡巴蛋 на моего жениха, то я собственноручно 撕掉 тебе башку, – примерно так Джей понял южную речь Штефана, которую раньше ему приходилось слышать только от учителей.

Томаш слегка покачал головой, отчасти подтверждая догадки Джея, что непереводимые слова являлись грязными ругательствами. Но раз уж советник промолчал, значит, от главнокомандующего можно ожидать и худшей реакции.

Штефан проговорил все это на выдохе, даже не поворачиваясь к воину, а продолжая сверлить взглядом Джея. Тот тоже не отворачивался, хотя мог бы поклясться, что Грэйв как никогда громко думает: «Опусти глаза, кусок ты настырного кретина! Не нарывайся!». Но Джей хотел нарываться! Хотел плюнуть в эту наглую надменную рожу! Хотел ударить женишка под дых! Показать ему сразу, что он не милый и нежный омежка, к каким все альфы привыкли.

– Принц Джей, позвольте я представлю вам нового наместника на Севере… – перешел Штефан на северный язык. К нему тут же подошел тот самый сгорбленный старикашка с множеством темных пятен на морщинистом лице и почтенно склонил голову. Джей мгновенно заключил, что в их суровых холодных условиях этот слабак не доживет даже до зимы. – Это Иштван Наблюдатель. Какой там у тебя титул?.. А, неважно. В общем, это мудрый и справедливый человек. Именно он посоветовал Его-Величеству-ну-и-так-далее-короче-Эсте не громить ваше королевство окончательно, а устроить своеобразный союз. Я со спокойной душой оставляю на него эту вашу крепость, потому что уверен, он будет править… как там?.. мудро, честно и прочее-прочее. И, разумеется, в его обязанности входит защита интересов… кто они мне там будут? – он по привычке повернулся к Томашу.

– Деверь и тесть-анатэ, – подсказал тот.

– Да. Именно. Так что все вопросы – к Иштвану, – положа руку на сердце, произнес главнокомандующий, все так же усмехаясь.

– Принц Джей, я клянусь честью, что никто в этом королевстве не будет убит, если только не станет подстрекать бунты и предавать интересы объединенного государства, – бархатным баритоном, который совсем не ожидаешь от такого старикана, произнес Иштван. – Не стану отрицать, что у некоторых в Южном Королевстве была мысль избавиться от потенциального соперника, но я смог их переубедить в необходимости такого жестокого кровопролития. И сразу добавлю, что королю-анатэ так же не грозит ничего, вплоть до ухудшения его условий.

– Если вас устроил такой ответ, мой любезный будущий супруг, то извольте…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю