Текст книги "Сердце потерянное в горах (СИ)"

Автор книги: Анна Сарк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 27 страниц)

Глава 25

Лилит

Я вяло ковыряюсь вилкой в салате, Чайка куда-то ушла, оставив меня одну. Мне она нравится, но я предпочитаю думать в одиночестве, так никто не мешает мне злиться на себя. Я всё еще не нашла отсюда выход и не уверена, что он вообще есть.

Меня словно разрезали на куски и раскидали по незнакомой местности и теперь, я не знаю, как собрать себя заново.

Я вообще стала туго соображать, оказавшись в «Ковчеге».

Здесь все подчиняются одному распорядку. Ранний подъем. Завтрак. Обед. На прогулку выводят сразу после завтрака. Обязательно парами. Мы ходим вокруг большой спортивной площадки, как стадо овец.

Мне удалось разглядеть пять высоких сторожевых башен около главных ворот. По периметру натянута колючая проволока, похожая на ажурный воротничок какой-нибудь старушки. Не удивлюсь, если по забору пускают ток.

Я обвожу взглядом столовую. Все это время я ищу глазами Самару, пару раз я принимала ее за других, и моя надежда разбивалась снова и снова.

Сестры здесь нет.

От досады я швыряю вилку в тарелку и тру лоб кончиками пальцев. В висках стучит боль.

– Ты слишком мало ешь, – обращается ко мне доктор Полк, я узнаю ее мягкий голос и поднимаю голову. Что она здесь забыла? – Я могу присесть?

Я подавляю удрученный вздох и настороженно киваю.

Слышу, как за столиками постепенно смолкают разговоры и в столовой повисает тяжелая тишина. Доктор Полк невозмутимо присаживается напротив меня, не обратив на это никакого внимание.

– Хорошее место, – резюмирует она.

– Я тоже так думаю, – отрывисто отвечаю я, не собираясь с ней любезничать, – Мне просто разрешили здесь сидеть, – надеюсь, она поймет намек и уйдет.

– Сбалансированное питание поможет тебе набрать вес, – продолжает доктор Полк, проигнорировав мой тяжелый взгляд.

– Ты за этим пришла? – мои брови взлетают вверх. – Прочитать мне лекцию о правильном питании?

– Не только, – говорит доктор Полк, разглаживая несуществующие складки на своем белоснежном идеальном костюме. – Я решила лично проверить, как ты здесь устроилась.

Это что, шутка такая? Или у нее заклинило что-то в мозгу?

– Как в первоклассном отеле, – я встречаюсь с ее голубыми проницательными глазами.

Нам обеим становится смешно. Но я прикусываю щеку изнутри, чтобы не рассмеяться в ответ.

Я не должна забывать, кто передо мной.

– У тебя замечательное чувство юмора, – улыбается доктор Полк.

Я равнодушно пожимаю плечами, смотрю, как с ее лица медленно сползает улыбка. Она нервным жестом убирает со лба густую челку. Несколько минут мы просто молчим. Я отворачиваюсь к окну и слежу, как капли дождя собираются в прозрачные ручейки. Стекло запотевает от моего дыхания, покрываясь белёсым налетом.

– Ты не в тюрьме.

Я ощущаю, как невидимая рука с силой сжимает мой желудок и я морщусь от резкой боли.

– А что, новый уютный дом, где все счастливы? – хмуро интересуюсь я.

Дождь превращается в ливень и становится понятно, придется сидеть в своей комнате целый день.

– Может быть, – в ее голосе я слышу извинения, словно это как-то мне поможет.

Как-то исправит всё это. Вернет мне Самару.

– Тогда я могу уйти отсюда в любой момент? – с наигранным равнодушием спрашиваю я, и поворачиваюсь к ней, – Или мне нужно ждать, когда назовут мой номер? – я изо всех сил стараюсь справиться с ураганом эмоций.

– Всё… Не так просто, – спустя минуту отвечает доктор Полк и меня пронзает разочарование.

На что я надеялась? Что она поможет мне сбежать отсюда? Что она не такая, как другие?

– Всё проще, чем кажется, – я проглатываю свою злость вместе с горечью и киваю в сторону выхода, – Но не для таких, как мы, – я снова вспоминаю сестру и мне сдавливает грудь.

Что она делает сейчас? Заботится ли кто-нибудь о ней? Увижу ли я ее еще раз?

– Ты права, – говорит доктор Полк, вокруг ее рта отчетливее проступают морщины. – Этого требует регламент.

– Его придумали перворожденные, – зло кидаю я, сосущая пустота внутри, как голод, и я не смогу ее заполнить. Не смогу утолить, пока я здесь. – Не боитесь подхватить от меня заразу?

– Ты не больна.

Мои глаза сами собой наполняются слезами. Я просто не знаю, что мне делать. Я не знаю. Впервые в жизни я близка к тому, чтобы сдаться.

– Как тебя зовут? – доктор Полк наклоняется ко мне ближе. Дрожь пробегает от шеи, вниз по позвоночнику.

– У меня нет имени, – я подозрительно кошусь на стражников, мирно стоящих поблизости.

–Прости, – на ее лбу пролегают несколько горизонтальных линий.

– Лилит, – неохотно говорю я. – Ко мне обращаются Лилит.

– Лилит… – повторяет доктор Полк. – Красивое имя.

– Вы знаете, кто такие демоны? – я в упор смотрю на нее.

– Нет.

– Падшие ангелы, – отвечаю я, следя за выражением ее лица, – Они не захотели поклоняться богу и следовать его заповедям.

Доктор полк явно чувствует себя неуютно.

– Ты… – она запинается, – Ты читала христианское учение?

– Да, – с вызовом скидываю подбородок. – Вы убьете меня за это?

Я хочу спросить, кто такие химеры.

Узники? Или за этим скрывается что-то более страшное?

Доктор Полк протягивает свою руку и касается моей. Ее голубые глаза с едва уловимым оттенком грозового неба.

– Нет, – она сжимает пальцы сильнее, что это угроза или предупреждение?– Тебе нужно научиться скрывать свой ум, иначе, твое пребывание здесь превратится в кошмар, – ее слова возвращают меня в реальный мир.

Доктор Полк быстро убирает свою руку и выглядит отстраненной. Прямо к нам направляются двое стражников. Их грубые сапоги угрожающе стучат по кафелю. У каждого из них на поясе кобура с оружием. Они остановились напротив меня и мой пульс ускоряется.

В столовой тихо, я слышу, как за окном льет дождь.

– Шестьдесят шестая, встать! – громко гаркает стражник, будто я вдруг оглохла. Холод пробирает меня до костей, я медленно поднимаюсь с места. Беру в руки свой поднос, намереваясь его вернуть.

– Оставь здесь.

– Я не получала уведомление, что он сегодня приезжает, – доктор Полк скрещивает руки на груди. То, как она произносит слово «он», заставляет меня занервничать еще сильнее.

– Ее вызывают на допрос, – ровно отвечает стражник, у него на рукаве золотая повязка, я не знаю, что это значит, наверняка, знак какого-то отличия.

– На каком основании? – резко интересуется доктор Полк, притягивая удивленные взгляды других измененных. Предупреждение в ее взгляде заставляет стражника беспокойно перебирать пальцами.

Кто она такая?

По всему моему телу бегут мурашки.

– Вам лучше поговорить с департаментом, – наконец, бормочет он и сильной рукой хватает меня за плечо, – Без глупостей, – стражник толкает меня вперед и я автоматически переставляю ноги.

Доктор Полк растеряно следит за мной, покусывая губы, когда я прохожу мимо. Я замечаю страх в ее глазах, хотя она и пытается его скрыть. Наверное, она боится, что я расскажу им о нашем разговоре.

Может быть, я так и сделаю.

Мы выходим из столовой, и попадаем в уже знакомый мне коридор, но поворачиваем налево. В этой части здания я еще не была. Кафельный пол сменяют бетонные плиты и мои босые ноги мерзнут. Здесь явно не работает отопление. Но зато на потолке и стенах висят квадратные лампы, ярко освещающие всё вокруг.

Если бы еще было на что смотреть.

Меня подводят к двери, выкрашенной в серый цвет и нажимают на звонок. Я почти не дышу. Что-то щелкает за ней и дверь отъезжает в сторону. Меня толкают вперед и я оказываюсь внутри. Я осматриваю комнату.

Письменный стол, с аккуратно разложенными папками. Два стула и шкаф. Но мое внимание притягивает высокий крепкий мужчина, стоящий ко мне спиной.

– Вот мы и встретились, – произносит он, почему-то его голос кажется мне смутно знакомым. Мужчина поворачивается ко мне и я замираю на месте.

Капитан.

Перед моими глазами начинает темнеть.

Короткое мгновение, я не могу больше ни на чем сосредоточится. Только его безжалостные глаза. С трудом, мне все-таки удается взять себя в руки.

– Я уже не надеялась, – очаровательно улыбаюсь. На его губах появляется знакомая мне усмешка, и в груди что-то ухает.

– Присаживайся, – капитан властно указывает на один из стульев, на его красивом лице невозмутимое выражение, – Нам нужно поговорить, – он подходит к столу и я почти падаю на стул, боясь, что мои ноги просто не выдержат вес тела.

– Какие-то проблемы? – невозмутимо интересуюсь я.

– Сейчас и узнаем.

Я не могу даже пошевелиться от напряжения.

– Не тяни, выкладывай.

– Двое вышли за стену, один вернулся обратно, другой исчез, – остановившейся взгляд капитана перемещается на меня, он нервно сжимает и разжимает кулак, – Как тебе такая загадка?

– Я не умею считать, – заставляю себя расслабленно пожать плечами, и вернуть себе контроль над собственными конечностями, – Предположу, что вы его просто не заметили, ну или у него плащ невидимка…

– Закрой свой поганый рот! – капитан хлопает кулаком по столу, его пустое лицо смотрит на меня и… на мгновение, короткое мгновение, я теряю точку опоры.

– Тогда я не смогу говорить, – резонно замечаю я и он сжимает челюсти, – Знаешь, а ты настоящий патриот, – я откидываюсь на жесткую спинку стула, и притворяюсь спокойной, – Наверное, в раннем детстве, ты отрывал у бабочек крылышки, прежде чем поступить на службу, – позвоночником я чувствую холод металла и выступающие из под него гвозди, впивающиеся в кожу.

Капитан ничего не говорит. Он берет одну из папок. Мой пульс ускоряется. Едкий пот выступает на спине. Подмышками. Под волосами.

– Или ты убил собственную собаку, чтобы доказать свою верность корпорации? – я не перестаю следить за каждым его движением.

Вот капитан раскрывает папку. Просматривает какие-то бумаги. Я слышу, как они шелестели между его пальцами. Бросает на меня мимолетный взгляд и опять опускает глаза в папку. Когда капитан находит нужное, на его лбу начинает биться голубая венка. Я бы не заметила этого, если бы всё это время не всматривалась в его лицо с такой напряженностью.

Он направляется ко мне и останавливается в нескольких сантиметров от моего стула. Мне приходится запрокинуть голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

– Узнаешь? – капитан протягивает мне листок и я вынуждена его взять.

Портрет отступника. Парень. Лет двадцати трех. С длинными волосами. Глазами похожими на блюдца. И мягкими чертами лица.

Но я всё равно узнаю его.

У меня перехватывает дыхание, кажется, в комнате не остается воздуха.

– Я в детстве рисовала лучше, – хриплю я, – Понятия не имею, кто это, – уже громче добавляю я, и комкаю листок в ладонях, он становится влажным от пота.

Вряд ли мои слова убеждают капитана.

– Место рождение: зона 44, – ровно читает он, – Номер: 99, – капитан бросает на меня выразительный взгляд. – Все правильно?

Я шумно вздыхаю, прежде, чем ответить.

– Нет, – кидаю скомканный шарик на пол и нагло гляжу на капитана. – Слишком расплывчатое описание, но ему явно не повезло в жизни.

Он резко закрывает папку и швыряет ее на стол. Я сглатываю.

– Мне очень не хочется делать тебе больно, – капитан подходит ко мне, его фигура поглощает собой всё пространство, и он склоняется надо мной. – Но моя работа искать отступников.

От сильного удара по лицу, я опрокидываюсь на пол, ударяясь затылком о твердый пол. Стул с грохотом отлетает в сторону, когда капитан хватает меня за волосы и тянет за собой. В ушах звенит и перед глазами всё плывет Боль в скуле просто невыносимая.

Он выволакивает меня в коридор, под удивленные взгляды стражников, тащит меня по коридорам. Ощущение, что с меня на живую снимают скальп. Я пытаюсь двинуть его ногой, но из-за боли, у меня получается только вяло размахивать рукой.

Капитан с силой швыряет меня в холодную комнату, словно я вешу не больше папки. Несколько метров я лечу в воздухе, а потом врезаюсь в стену. Рука взрывается от боли. Я неподвижно лежу на полу и смотрю на его ботинки. Они приближаются ко мне и останавливаются.

– Не хочешь осмотреться?

Я заставляю себя сесть и недоуменно смотрю на металлический стол. На нем виднеются следы крови.

– Может быть, ты будешь следующей, – безжалостно говорит капитан, и я едва не лишаюсь сознания.

Смотрю на части тела, что кучей лежат на подносе, и едва сдерживаю крик.

Глава 26

Макс

– Что? – у измененного дергается лицо, как у голограммы во время дождя, – Что ты только что сказал, повтори! – скрипучим голосом приказывает он, с силой сжимая моё запястье.

С силой, которой я от него не ожидал.

– Отпусти, – спокойно прошу я, и ему приходится разжать руку. В беспилотнике повисает гнетущая тишина. Тлеющая сигарета обжигает мне пальцы, я не спеша выбрасываю окурок в пепельницу и выключаю печку, – Всех перевезли в «Ковчег», – мою грудную клетку словно набивают стекловатой и каждое слово приходится выталкивать из горла.

– Нет, – гибрид качает головой. – Не может быть!

– Мы найдем способ отправить тебя к друзьям…

– Ты и вправду такой тупой? – отступник вскидывает на меня невероятно черные, без единого вкрапления цвета в радужке глаза, – Вы избавляетесь от голодных безработных, сжигая целые зоны.

Во рту у меня какой-то гадкий привкус. Ноздри ощущают запах дыма.

– Выбирай выражение, – я стараюсь говорить ровно, но во мне просыпается уже знакомая мне злость, – Никто не сжигает заживо людей.

– Людей? – переспрашивает измененный, – Теперь я стал человеком?

Мое сердце начинает биться сильнее.

– Хотя, что такой как ты, может знать о реальной жизни? – кривится он, – Вместе со своими идеальными друзьями? – гибрид бросает взгляд поверх моего плеча, будто хочет обхватить взглядом Небеса, – Для вас это не больше, чем игра и возможность разбавить скуку.

– Игра?! – не верю своим ушам, после того, что мы сделали для него, когда так рисковал, – У меня есть другие менее опасные способы поднять себе адреналин.

– Может быть тебя и не погладят по головке, – соглашается отступник, небрежно пожимая плечами, – Но высокое положение тебя спасет, – задерживает взгляд на моём костюме, – Но не нас.

– Система заботится о безопасности миров, – бесстрастно повторяю я, но он прав, меня не казнят. Будет огромный скандал. Возможно меня лишат привилегий. Но я буду жив.

– Тогда почему корпорация скрывает «Ковчег»? – не без иронии спрашивает гибрид, если он хочет меня вывести из себя, то ему это удается, – Ты знаешь, где он и что там творят?

Неприятный холодок поднимается по позвоночнику и я крепче сжимаю челюсти.

– У меня нет доступа…

– Разумеется, – закатывает глаза измененный, и я замолкаю, – В чем секрет долголетия перворожденных?

Я недоуменно хмурюсь.

– Дело в «Золотой крови»…

– «Золотая кровь», – повторяет он. – Купол контролирует вас, вскармливая слезливую сказку о вашей исключительности, – измененный устало закрывает веки, – Не слишком ли много секретов вокруг нее.

Я настороженно наблюдаю за ним в зеркало дальнего вида. Его кожа приобретает сероватый оттенок и ручейки пота стекают по лицу. Он тяжело дышит.

– Я еще не сдох, – бормочет гибрид, открывая глаза и мы встречаемся взглядами, – Хотя сделал бы департаменту большое одолжение, откинув ноги ещё в клубе, – невеселая улыбка касается его губ.

Он прав, если бы он умер, у нас не было бы проблем. Я запускаю ладонь в спутанные волосы, и моя рука почему-то дрожит.

– Я начинаю осознавать всю иронию, – издевательски продолжает измененный, – Ты не хрена не знаешь…

Позади нас раздается резкий гудок клаксона, и я не успеваю спросить, что он, мать твою, имеет в виду.

– Кто это? – гибрид со страхом оборачивается назад и с его губ срывается стон, – Стражники?

Не смотря на всю браваду, он боится попасть к ним в руки.

– Не уверен, – внутри всё переворачивается, – Не высовывайся, – предупреждаю я и выхожу на улицу.

Вряд ли кто-нибудь из патруля смог бы себе позволить такой роскошный беспилотник, его дизайн напоминает каплю с закругленным хвостом и небольшими тонкими фарами впереди. Я сердито стучу костяшками пальцев по лобовому стеклу, замечая внутри знакомое лицо. Дверь распахивается и я отхожу в сторону.

– Как ты меня нашла? – спрашиваю я, как только Эмма выбирается из салона.

Она не спешит отвечать, медленно поправляет темно-синий берет. Я скрещиваю руки на груди.

– Ты за мной следишь? – небрежно облокачиваюсь о капот, скрывая свою нервозность.

– Мне не нужно за тобой следить, чтобы знать, где ты, – Эмма машет передо мной телефоном, – Объяснится не хочешь? – она ждет от меня какого-нибудь комментария, но я просто пожимаю плечами.

– Нет.

– Ладно, я выясню сама, – тонкие шпильки ее лаковых туфель громко стучат по асфальту.

Эмма прямиком направляется к украденному беспилотнику.

Дерьмо.

Я спешу за ней.

– Там кто-то есть, раз ты так напрягся, – она заглядывает в затонировованное окно, сложив руки лодочкой, – Из-за неё ты бросил меня одну? – Эмма выпрямляется и недоверчиво глазеет на меня, словно у меня вырастает парочка рогов.

– Не строй из себя оскорбленную жену, – говорю я, поглядывая в сторону магазина, и смотрю на часы. Еще немного и стражники действительно будут здесь. Когда сообщат об угоне, сложить два и два не составит труда.

Совершенные никогда не нарушают закон. Придерживаются правил системы. Соблюдают порядок.

– Тебе лучше сесть в свой игрушечный беспилотник и убраться отсюда, – я хочу добавить это ради твоего же блага, но не могу, – Встретимся у меня, – хватаю Эмму за плечи, разворачиваю ее к беспилотнику и слегка хлопаю по упругой попке, – Адрес ты, наверное, тоже пробила.

– Да ну? – она стряхивает с себя мои руки и поворачивается ко мне, – От меня не так легко избавиться, Макс, – ее глаза полыхают гневом, наверняка, она хочет прожечь меня взглядом. Меня и того, кто сидит внутри.

– Тебя очень удивит тот, кто там сидит, – предупреждаю я и вздыхаю, понимая, что Эмма никуда не уедет.

– Я решу сама, – еще секунду и она врежет мне по яйцам.

Я развожу руками, сдаваясь и Эмма рывком открывает заднюю дверь.

Измененный приветливо машет ей рукой. Я бросаю в его сторону яростный взгляд. Если он и дальше будет вести себя так вызывающе, я сам сдам его департаменту.

– Только не кричи, – прошу я Эмму, которая не сводит глаз с татуировки на запястье гибрида, – Я не буду говорить, что это не то, что ты подумала. Именно то.

– Пожалуй, ты был прав, – она приходит в себя и с грохотом закрывает дверь,– Я не хочу знать, чем ты занимаешься и почему отступник скрывается в твоем беспилотнике.

– Он не мой.

Эмма прищуривается, оборачиваясь ко мне.

– Ты и вправду сумасшедший.

Я ничего не от отвечаю, потому что мое внимание привлекает компания знакомых парней. Они выходят из магазина фирменной обуви, высокий худощавый парень замечает меня и направляется в нашу сторону.

– Стас… – зрачки Эммы расширяются, она приоткрывает рот, чтобы еще что-то сказать, но не произносит ни слова.

– Москвин, дружище, я так и думал, что это ты, – он одаривает нас хищной улыбкой, блеснувшей из-под блестящих от масла усов, – Могу вас поздравить? – Стас протягивает мне правую руку в знак приветствия, в другой он держит кожаный портфель.

Я боюсь, что отступник решит выйти или сделает еще какую-нибудь глупость, но сохраняю невозмутимое выражение на лице.

– Ага, – я притворяюсь, что тоже рад его видеть, – Какими судьбами ты в этой части города? – я пожимаю его влажную ладонь.

Стас работает секретарем в следственном комитете и в данной ситуации, это равносильно пойти к нему с повинной и сдаться. Я знаю, как он жаждет повышения и сделает всё, чтобы его добиться. В школьные годы он из кожи лез, чтобы выделиться.

– Я приписан к третьему сектору и мне приходится мотаться из одного конца города в другой, – жалуется Стас, не стесняясь раздевать Эмму похотливым взглядом, – Я проверяю лицензии на торговлю, – решает объяснится он.

Я закрываю жену собой.

– Ты можешь повторно сдать экзамен и сменить должность. Советом это не возбраняется, – я напоминаю ему, с кем он разговаривает.

– Конечно, – в бледных глазах Стаса мелькает злость, – А вы решили позавтракать? Я могу составить вам компанию… – он не собирается уходить и атмосфера сгущается.

– У нас заглох беспилотник, – весело говорит Эмма у меня из-за спины, – Представляешь, такой дорогой и совсем не хочет ехать, – она глупо хихикает, – Мы ждём эвакуатор, правда, милый?

– Да, с минуту на минуту, – я оборачиваюсь к ней и целую в кончик носа, – Ты же знаешь, как они работают, – делаю вид, что крайне раздражен, надеюсь, что он поймет намек и уйдет.

– Да, – Стас задумчиво поглаживает свои мерзкие усики, – Я на вашем месте был бы осторожнее, недалеко отсюда был замечен отступник, – он смотрит на украденный беспилотник. С подозрением. Или мне только так кажется.

– Что?! – испуганно восклицает Эмма, и хватает меня за руку,– Почему не было сделано объявление? – она надувает губы, показывая, как на самом деле, возмущена, – Мой отец знает?

– Сенат не вмешивается в дела департамента, – сухо отвечает Стас, брови Эммы взлетают вверх,– Это дело под особым контролем, – зачем-то добавляет он и я настораживаюсь.

– С чего бы? – с ледяным спокойствием спрашиваю я и неосознанно притягиваю Эмму к себе.

– Не могу сказать, – Стас сокрушенно вздыхает, – Я и так сказал вам больше, чем следовало, – он кидает еще один непонятный взгляд в сторону беспилотника,– Надеюсь, эвакуатор скоро приедет, – Стас салютует мне и переходит дорогу, скрываясь за поворотом.

– Ты думаешь, он что-то заметил? – Эмма поднимает голову и заглядывает мне в глаза, – Ты так думаешь, – уверенно заключает она, я ничего не отвечаю.

Наконец, Вэй выходит из магазина, она почти бежит и пакеты в ее руках угрожающе раскачиваются. Мышцы моей спины и шеи сковывает напряжение.

– Через несколько часов выйдет репортаж, – скороговоркой произносит Вэй, закидывая пакеты в багажник беспилотника, – И его портрет будет повсюду, – она смотрит только на меня, сознательно игнорируя Эмму.

Отличные новости. Просто отличные.

Я провожу рукой по волосам.

Если отступника схватят, то будут допрашивать с особой жестокостью и как долго он сможет сопротивляться боли? И будет ли вообще? Прежде, чем расколется и назовет наши имена.

– Значит, я могу вам пригодиться, – Эмма одаривает нас снисходительным взглядом, – Но для начала найдем местечко поспокойнее.