Текст книги "Неидеальная любовь (СИ)"
Автор книги: Юлия Созонова (Васюкова)
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 62 страниц)
– Рад с вами познакомиться, – медленно протянул Максим, присев на корточки и прищурившись так, что троица вздрогнула. Он умел смотреть на противника так, что даже если он превышал его по силе, то всё равно испытывал страх. – Всегда мечтал увидеть тех ебанутых на голову, кто решиться перебежать дорогу Волкову. И как оказывается, мечты сбываются, мать их за ногу.
Они что-то промычали, но кляпы не давали возможности разобрать слова, да он и не хотел этого. Ему больше нравилось говорить вот так, нагнетая обстановку.
– Не думаю, что вы придумали подобный ход, Ванечка и Дюшечка, – ласково улыбнулся Краснов, прикрыв глаза и наслаждаясь своей властью над ними. – Судя по той информации, что удалось раздобыть, ваши мозги не способны на подобную извращённую месть. А вот Анечка, что так любезно отдана мне на растерзание, вполне могла. И даже сделала. За что очень скоро расплатиться, причём по сравнению с ней, вам очень повезло. А вот этой малышке, – он кивнул головой, в сторону замершей на месте готессы, – стоило бы оказаться рядом с Анечкой, но, к сожалению, она всего лишь исполнитель. Не лишённый фантазии, но безынициативный, по сути.
Троица что-то промычала, но у Максима сработал сигнал на телефоне. Вытащив его, он прочитал сообщение, отправленное с незнакомого номера, но подписанное Волковым и вздохнул. Снова не удастся поиздеваться морально над подходящими жертвами, а жаль. Это было бы очень забавно.
– Что ж, увы, но время, отведённое нам, истекло. Сейчас сюда придёт тот, кто с вами будет разговаривать совсем не так вежливо и ласково, как я или доставивший вас человек, – улыбка была широкой и делала его похожим на кота, съевшего хозяйскую сметану тайком. – Я бы пожелал вам удачи… Но мои гуманистические убеждения сейчас крепко и сладко спят.
Встав, он вышел из кабинета, собираясь встретить своего друга внизу и провести до места встречи с этими тихушниками. Что бы увидеть их лица в этот момент, он был согласен терпеть всё что угодно. Даже явление какого-нибудь придурка, решившего подраться с ним или просто поскандалить.
Спустившись вниз, к стойке охранника офисного здания, Максим опёрся на стойку, задумчиво рассматривая посетителей, входящих и выходящих из здания.
Алексей.
После того, как он покинул её квартиру, Алексей отправился к себе, что бы переодеться и привести себя в порядок. Быстро приняв душ и выпив чашку кофе, который показался почему-то весьма посредственным, Волков переоделся, натянув чёрные джинсы и тёмно-синюю водолазку под горло. Сверху накинул вельветовый пиджак, того же, чёрного цвета. Осмотрев себя, пришёл к выводу, что выглядит очень даже достойно и вполне не стыдно показаться на глаза девушке.
Осознав последнюю мысль, он замер, смотря на своё отражение с открытым ртом. Когда это для него стало настолько важно её мнение? Ладно, в поступках, не хотелось мордой в грязь ударить. Но во внешности?
Вздохнув и покачав головой, он прихватил бумажник, ключи и телефон, проверил наличие сигарет и накинув сверху короткую дублёнку, снова вышел из квартиры, намереваясь как можно быстрее добраться до Юли и хотя бы коснуться её. В идеале, конечно, ему хотелось её поцеловать. Да так, что бы забыть о предстоящем разговоре с бывшими одноклассниками и заняться чем-нибудь поинтереснее. Но с нею подобный номер не пройдёт, скорее всего.
Хотя кто ему мешает попробовать?
Увлёкшись собственными мыслями, Волков не заметил, как оказался на улице. Глубоко вздохнув, он осмотрелся вокруг, мимоходом отметив, что мир вдруг перестал быть мрачным и поганым. Покачав головой, сел в машину и резко нажал на газ, направляясь по уже знакомому и такому родному адресу. Алексей надеялся, что его встретят хотя бы улыбкой, а не сковородкой в лоб, что вполне может быть.
Добрался до нужного места без проблем, пробок не было, а если и были, то явно встречались у кого угодно, но только не у него на пути.
Поставив машину около подъезда, Алексей проделал операцию, ставшую уже привычной и такой обыденной: поставил машину на сигнализацию и прошёл к подъезду, на ходу вытаскивая из кармана сигареты и зажигалку. Перед тем как подняться к Юле, нужно покурить и чуть-чуть привести нервы в порядок. А то кто его теперь знает, наброситься ещё на бедную и беззащитную девушку и никуда они уже не поедут!
Недовольно поморщился. Если б на карту было поставлено что-то другое, а не возможность завоевать её доверие, то Алексей, не раздумывая, остался бы в её квартире и не выпускал бы девушку из постели и своих объятий.
Правда, потом он получил бы много каких обвинений или ещё чего интересного узнал бы о себе и своей родне.
Набрав номер квартиры, дождался ответа и сказав короткое «Я», вошёл внутрь, чувствуя нетерпение, бурлящее внутри и требующее оказаться на месте как можно быстрее.
Юлька встретила его на пороге. Взгляд у неё был слегка шальной, а в воздухе коридора витал аромат кофе и пиццы. Хихикнув, девушка встала на цыпочки, чмокнула его в щёку и прошла внутрь. Попросив закрыть за собой дверь.
Удивлённо проводив её взглядом, Волков вошёл, закрыв дверь, и только теперь заметил, что в прихожей стояли лишние сапоги, на вешалке висит шубка, из кухни слышится звонкий смех. Вывод напрашивался только один: у Юли гости. А кто к ней мог прийти в такой ситуации?
– Волков, вот и ты, шалун эдакий, – поморщившись, Алексей поднял взгляд и ласково улыбнулся стоящей на пороге кухни Павловой, смотревшей на него лаковым и нежным взором…
Патологоанатома, готовящегося к вскрытию. Откуда взялось подобное сравнение, нельзя сказать, но почему-то он считал его абсолютно точным.
– Женя, заигрывать будешь со своими кавалерами. А сейчас тебе надо срочно вернуться домой. Кажется, ты собиралась заняться сортировкой календариков, – голос Соколовой звучал настолько знакомо и привычно, что оставалось только удивляться, что утром она говорила неуверенно, осторожно и даже нежно.
– Ой, ну подумаешь, сделала комплимент твоему парню… Чего сразу в позу вставать? – Возвела глаза к потолку Евгения и нетвёрдой походкой направилась к двери, намереваясь, по всей видимости, одеться и покинуть сиё гостеприимное жилище. Проходя мимо него, она послала Алексею воздушный поцелуй и едва не рухнула, наклонившись, что бы натянуть сапоги. – От бляха муха…
– Павлова! Если ты ещё хоть слова в этом направлении скажешь, я тебе язык с мылом вымою! – с кухни донёсся грозный рык. Женька икнула, приложила палец к губам, произнесла тихо «ш-ш-ш-ш-ш» и в рекордные сроки оделась, после чего хлопнула дверью. Лёша решил про себя надеяться, что она нормально доберётся до дома. Во всяком случае, без особых приключений.
– Ты зайдёшь или так и будешь пялиться на закрытую дверь? – Раздался насмешливый вопрос за его спиной. Волков резко развернулся, что бы тут же попасть в руки Юльки. Точнее она просто оказалась очень близко и обхватила руками его за шею. – Не боись. Она до дома точно дойдёт. А вот что будет с теми, кто ей на пути попадётся…
– И откуда ты знаешь, о чём я думаю? – Вздохнув, поинтересовался Алексей, коснувшись губами её виска.
– Лицо у тебя довольно выразительное в некоторых случаях, – усмехнулась девушка и разжала объятия, отступая в сторону и кивая головой на дверь в комнату. – Подождёшь? Я сейчас быстро переоденусь и мы поедем.
– Может, останешься? – Конечно, она не согласится. Это было понятно с самого начала, однако попробовать никто не запрещал. – Я сам с ними справлюсь. К тому же, я уверен, что люди Макса и так хорошо пообщались с нашими друзьями.
– Если таким способом ты надеешься меня отговорить, то попытка не засчитана, – фыркнув, Юля развернулась и зашла в спальню. – Я быстро.
– Сильно не торопись. У нас времени хватает, – обречённо произнёс Волков, прислонившись плечом к стене и приготовившись ждать столько, сколько потребуется. Насколько он знал женщин, одеваться они могут очень долго, не смотря на то, сколько времени им отвели на это.
Спустя пять минут ему пришлось признать, что в некоторых случаях даже он ошибается. Соколова стояла перед ним полностью одетая и совершенно готовая к тому, что им предстояла. Точнее, она так думала, а разубеждать её никто не собирался.
– Быстро, – удивлённо отметил Алексей, пропуская её к вешалке и наблюдая за тем, как она обувается.
– Я вообще-то всегда одеваюсь минут за пять. Редко когда за десять, – пожала плечами Соколова, застёгивая сапог и выпрямившись. Потянувшись, она провела рукой по волосам, с неудовольствием отметив, что они спутанные и нуждаются в общении с расчёской. – Чёрт. Явно напоминаю использованную метёлку для пыли. Не подашь массажку?
– Если ты и напоминаешь метёлку, то только мою, – улыбнувшись, он взял в руки требуемое и развернул её так, что бы Юля оказалась стоящей к нему спиной. Она нехотя подчинилась и вздрогнула, когда почувствовала, что Алексей начал расчёсывать и распутывать пряди. – Почему ты не отращиваешь волосы?
– Мне не идут длинные, – пожала плечами Соколова, расслабившись и позволив ему делать то, что хочется. – Да и так ухаживать проще.
– А мне нравилось, когда у тебя была стрижка до середины спины, – и пальцем провёл по позвоночнику сквозь тёплую водолазку, остановившись на той отметки, которую он для себя определил. Закончив приводить в порядок причёску девушки, он положил расчёску на место и снял с вешалки дублёнку.
– А мне нет, – пожала плечами Юля и послушно сунула руки в рукава шкурки, повернувшись к нему лицом и давая возможность не только поправить одежду, но и застегнуть её. Его очень радовало то, что она не сопротивляется его заботе. Шапку Алексей не стал искать, в машине она не замерзнёт, а гулять по улице они не собираются. – Ты прям как мамочка… Заботиться не о ком?
– Не язви, – улыбнулся и провёл кончиком пальца по её носу, после чего подтолкнул к выходу из квартиры. – Что здесь делала Павлова?
– Промывала мне мозги, – сморщила нос девушка и фыркнула. – В итоге, она выпила остатки ликёра, на голодный желудок. Организм у неё хоть и тренированный, но она видимо где-то ещё до прихода ко мне приняла на грудь. В общем… Результат ты видел.
– И до чего договорились? – Ключи от её квартиры снова по какой-то причине оказались у него в руках, Алексей даже не особо удивился данному факту. Просто закрыл дверь и сунул связку к себе в карман, после чего зашагал следом за уже начавшей спускаться Юлькой.
– Хм… Я тебе потом как-нибудь скажу, ладно? – Она оглянулась, очаровательно улыбнулась и стремительно сбежала вниз.
Фыркнув, Волков последовал за ней, правда, особо не торопясь. В душе он всё ещё сопротивлялся её идее присутствовать при разговоре, так что оттягивал момент приезда в офис как мог. Хоть и понимал всю безнадёжность подобной идеи.
Снова, в который уже раз за день, оказавшись на свежем воздухе, с минуту искал взглядом девушку и облегчённо выдохнул, увидев её рядом со своей машиной. Она щурилась и смотрела на окружающий пейзаж, изредка ёжась от холода. Такая забавная, когда вжимает голову в плечи. На воробья похожа. Только что клюв и когти явно побольше будут, потому что огрызаться может куда серьёзнее, чем маленькая коричневого цвета птичка.
– Я заставил тебя ждать? – Растягивая слова, поинтересовался, подойдя к ней и обняв за талию, преодолевая вялое сопротивление. Юля кривилась, состроила обиженное лицо и легонько шлёпнула его по рукам. – Ну что ты, солнышко?
– В лоб сейчас получишь. Если я смогу добраться до чего-то тяжелее, чем мой кулак, – буркнула смутившись Соколова и поджала губы, услышав его смех. – Волков, отпусти меня!
– Отпущу, – кивнув головой, он легонько поцеловав её в щёку, одновременно нажав кнопку сигнализации. – Но метров на пять от себя, не дальше.
– Зараза, – фыркнула девушка и вздохнула посвободнее, когда он выпустил её из объятий. – Вот что ты руки при себе держать никак не можешь, а?
– Хм, может всё дело в тебе? – Он сделал вид, что всерьёз задумался над подобной возможностью. Обойдя машину, Алексей уселся на место водителя и иронично изогнул бровь, в ожидании посмотрев на неё из машины. – Ты сядешь или пешком отправишься?
– Нет, подожду старичка в красной шубе, с белой бородой и санями, запряжёнными невидимыми лошадками, – передёрнув плечами, она открыла дверцу и забралась внутрь, обиженно поджав губы.
– Ты когда злишься, такой интригующей становишься, – улыбнулся Волков, заводя мотор и трогаясь с места. Девушка промолчала, решив игнорировать его замечание.
Про себя пообещав ещё раз, в более спокойной обстановке, проверить её реакцию на эту фразу, он выехал на дорогу и влился в поток машин, не спешно двигающихся по городу, уже повергнутому первым признакам надвигающегося вечера. Зимой темнеет рано, даже не смотря на то, что времени всего три часа доходит.
Следя за светофорами, он вспомнил, что нужно было сообщить Максу, когда они отправятся в офис. Вытащив телефон из кармана, заметил, что он разряжен и чертыхнулся. Как всегда не вовремя! А Краснову нужно скинуть хотя бы сообщение!
Искоса посмотрел на свою девушку. Ну да, теперь-то можно с чистой совестью так её называть. Правда, пока что про себя, потому как если услышит, обязательно что-нибудь скажет по этому поводу. И не факт, что это что-то будет лицеприятным для него.
– Юль? – Красный сигнал светофора появился как нельзя кстати, позволив остановиться и посмотреть на Соколову, увлечённо рассматривающую что-то на улице.
– Что? – Бросив на него мимолётный взгляд, она вернулась к созерцанию пейзажа за окном.
– У тебя телефон с собой? – Поток машин тронулся с места и Волков был вынужден вернуть своё внимание дороге. – Не могла бы одолжить? Ненадолго.
– Я надеюсь, ты не собираешься обзванивать всех своих любовниц, с намерением предупредить заранее, что бы они не повторялись в своих идеях? – Насмешливо протянула Юлька, но телефон вложила ему в протянутую ладонь. Алексей усмехнулся. Видимо привычка, вторая натура. Язвит она просто потому, что иначе уже не может. Ну почти не может.
Перед мысленным взором появился образ спокойной, мягкой, домашней Юли, какой она была ещё сегодня утром. Она может быть слабой. Даже не так, она слабая и нуждается в защите. Почему бы ему не быть тем, кто защитит её?
Открыв раскладушку, зашёл в меню и быстро набрал короткое сообщение, не забыв подписаться, после чего отправил его на номер, который давно и прочно врезался в память. Ответа, конечно же, не было, но этого и стоило ждать. Макс редко кому пишет сообщения. Можно сказать, что он и понятия не имеет о такой функции мобильного телефона. Хотя, скорее всего, он просто не видит смысла в её использовании.
– Спасибо, – тепло улыбнувшись девушке, положил телефон к себе в карман.
– Ты просил его ненадолго, – задумчиво протянула Юля. – А сам засунул его к себе в карман. Назревает вполне закономерный вопрос, а зачем?
– Вдруг тебе опять будет звонить тот хмырь из кафе? Или тот очаровательный блондинчик, что был в твоей квартире? – Только закончив фразу, он уже был готов побиться головой об руль. И дело вовсе не в том, какие это были вопросы. Основная проблема заключалась в ревностных нотках, сквозивших в его голосе. И можно было только мечтать о том, что Соколова их не заметила.
– Блондинчик мне звонить пока не будет, это точно, – после пятиминутного молчания, откликнулась девушка. – Ему нужно около суток, что бы заставить себя поднять трубку и извиниться. Ну или хотя бы просто позвонить. А Влад… маловероятно, что он будет звонить. Скорее, он попытается лично со мной встретиться.
Она замолчала, а Алексей тихо радовался, что ревность Юля всё-таки не распознала. Да и до нужного им места они уже добрались.
Соколова вышла из машины до того, как он заглушил мотор, и теперь стояла на тротуаре, ожидая его. Вздохнув, вышел следом, поставил машину на сигнализацию, взял девушку под руку и направился ко входу в офис. Приподнявшись на цыпочки, эта маленькая зараза, возле самой стеклянной двери дотянулась до его уха и тихо прошептала:
– И ревность тебе вовсе не к лицу. К тому же, я бы выбрала кого-то более интересного, если бы хотела заставить тебя ревновать!
Волков готов был поклясться, что у него от смущения и гнева заалели уши. Одно дело самому себе признаваться в том, что ревнуешь девушку, и совсем другое получить от неё вот такое вот заявление. За которое она точно ещё поплатиться!
Правда, месть пришлось отложить, потому как Соколова уже проскользнула внутрь и теперь с интересом рассматривала окружающую обстановку. И, возможно, он бы дал ей шанс осмотреться, вот только к ней начал подходить Макс, с весьма недвусмысленной улыбкой.
Алексей впервые в жизни задумался о том, насколько ценна их дружба.
13
Искать добро не там – не тяжкий грех,
А не искать – грешно, да не накладно.
Пастух теперь уже не мыслит стадно.
Все чаще слышу я вселенский смех.
Группа «БекХан» – Мой город
Максим.
Он ждал уже довольно давно, но всё равно умудрился пропустить их появление. Как-то не вязался образ, сложившийся после полученной им информации с той девушкой, что оставила смущённого Волкова за дверью и теперь во все глаза с интересом рассматривала окружающую обстановку. Юлия Соколова оказалась среднего роста, достаточно миловидна, можно даже сказать симпатична и…
Непосредственна. Да, пожалуй, это самое лучшее определение. Казалось, что в ней бьёт какой-то источник невероятной энергии, потому как даже стоя на месте, складывалось впечатление, что девушка движется. Странно, конечно, но факт есть факт.
Максим оттолкнулся от стойки и решительным шагом направился в сторону гостьи. Волов не предупредил, что приедет не один, но почему-то Краснов подсознательно ожидал её приезда. Не возможно было точно определить почему, но ему казалось, что такая девушка не будет оставаться безучастной к тому, что происходит.
– Юлия, я полагаю? – Нацепив на лицо самую дружелюбную улыбку, коснулся её плеча, заставив девушку невольно вздрогнуть и обернуться. После чего ловить ртом воздух пришлось уже самому Максиму.
На фотографии она показалась ему обычной серой мышью. Забитой девочкой, которую кто-то решил взять под своё крыло. Но эти глаза… Краснов готов был поклясться, что этот взгляд мог принадлежать кому угодно, но точно не слабой и беззащитной малышке, образ коей он уже нарисовал в своих мыслях.
– Мы знакомы? – Девушка иронично вскинула брови, мимоходом заправив прядь волос за ухо.
– Можно сказать и так. Краснов Максим, – чуть склонил голову, довольно быстро справившись с удивлением и взяв себя в руки. Снова посмотрев на неё, он ласково улыбнулся девушке и протянул руку. – Могу проводить вас, если позволите.
– Я бы с удовольствием разрешила вам это сделать, – медленно протянула девушка, чуть усмехнувшись и покачав головой. – Но что-то мне подсказывает, что мой спутник будет не очень доволен таким положением вещей.
– Может, мы от него сбежим?
Юлия сделала вид, что всерьёз задумалась над подобным предложением, но спустя пару минут, с сожалением покачала головой:
– Увы. Кажется, он присвоил себе ключи от моей квартиры и мой бедный, несчастный телефон.
– Какой нехороший молодой человек, – Краснов с трудом сдерживал рвущийся наружу смех. Девушка оказалась весьма интересной особой, хоть и совершенно не подходящей Волкову, по его мнению.
– И не говорите, – она возвела глаза к потолку и собралась что-то ещё добавить, но тут вышеупомянутый «молодой человек» решил напомнить всем и сразу, чья она девушка.
– Жаль вас прерывать, вы так мило беседуете, – Алексей говорил зло и отрывисто, взяв Юлию за руку и сжав пальцы так, что та страдальчески поморщилась, бросив на Максима взгляд, прямо таки вопивший на всю громкость «Ну а я о чём?!». – Но не кажется ли вам, мои дорогие голубки, что пора бы заняться тем, для чего мы, собственно, здесь и собрались.
– Ревность тебя не красит. Определённо, – пробормотала Соколова и резво дёрнула руку, вырвав пальцы из его хватки. – Возьми себя в руки, всё-таки устраивать сцены на людях прерогатива слабого пола!
– Юлька, – тихо прошипел Волков, взяв её под локоть, но теперь уже действуя мягче и даже осторожнее. Максим тихо посмеивался, наблюдая за этой парочкой. – Тебя и на минуту одну оставить нельзя! Сразу же поклонниками обзаводишься!
– По-моему у кого-то крыша окончательно ушла в путешествие, – фыркнула Соколова, искоса посмотрев на Краснова. – У нас был стандартный обмен любезностями, не более. А если ты и дальше будешь себя так вести, то, ни о каком доверии не может быть и речи!
К удивлению Максима после этих слов Алексей почти сразу же успокоился. Точнее не так, он заставил себя успокоиться и нежно обнять девушку за талию, ведя по коридору офиса в сторону своего кабинета. Оставалось только удивляться такому поведению в отношении одной из многих, в череде любовниц Волкова.
Юлия.
Мы шли по ярко освещённым коридорам, храня обоюдное молчание. Максим, оказавшийся нескладным, высоким блондином, с бесстрастными зелёными глазами, смотрел на нас с лёгкой полуулыбкой, бросая на меня оценивающие взгляды, время от времени. Я кожей ощущала его снисходительное отношение к собственной персоне, но старательно игнорировала это. В кои-то веки пригодилось умение сохранять спокойное выражение лица, возвращая периодически точную копию его улыбки самому Краснову.
Усмехнулась. Можно было бы сказать, что он мне не нравиться, но это оказалось бы ложью. Максим умел расположить к себе людей. То, что он к ним чувствовал на самом деле, оставалось загадкой, однако не сомневаюсь, что это точно не мешает ему работать.
Правда, не смотря на то, что он вёл себя со мной очень вежливо и даже с оттенком доброты… Я ему не верю. И вряд ли буду завязывать какие-то близкие отношения.
Мы подошли к тёмной двери. Алексей, не выпускавший меня из своей хватки, открыл её и пропустил меня вперёд, заходя следом. Обстановка приёмной оказалась такой же, как и в любом другом офисе. Обычно, любой кабинет несёт в себе отпечаток личности своего владельца. Но то ли Анька не особо утруждала себя организацией какого-либо уюта, то ли по внутренним правилам это было запрещено, не знаю. Но всё, что здесь находилось, казалось холодным и безликим, вызывая скорее желание побыстрее отсюда слинять.
Тихо вздохнула и внимательно посмотрела на сопровождающих меня мужчин. Оба они выглядели непривычно далёкими, отчуждёнными и опасными. Ну да, это ты девочка не в хор мальчиков-зайчиков вляпалась, так что, терпи!
– Там? – Холодно поинтересовался Алексей, снова взяв меня за руку и сжав мне пальцы. Хорошо хоть, в этот раз не со всей дури. Уже плюс, что не говори.
– Вся троица, – Краснов улыбнулся, но эта улыбка вышла мстительной и злой. А ещё изрядно самодовольной. – Готесса и два птенчика. Птичка другого полёта ждёт своего часа, что бы попасть на птицефабрику.
– Я надеюсь, ребята работали надёжные? – Прищурившись, мой парень (знаю, официально мы ещё не встречаемся, но как его ещё назвать?), требовательно посмотрел на своего друга.
– Обижаешь, – фыркнул Максим и направился к выходу из приёмной. – Если что, зови нашу местную охрану. Они, конечно, бойцам Адмирала проигрывают по многим пораметрам, но усмирить этих уродов смогут. Удачи.
– Спасибо, – кивнул Волков и собрался, было, уже зайти в свой рабочий кабинет, как вдруг замер и снова посмотрел на Краснова. – Она моя.
– Как скажешь, – хмыкнул тот и скрылся в коридоре, плотно прикрыв за собой дверь. Я же укоризненно посмотрела на парня и покачала головой.
– Я ему не интересна, – вздохнув, произнесла, не смотря на Алексея. – К тому же… Я ему не верю.
– Мне ты тоже не веришь, – мне показалось, или в его голосе слышится упрёк?
– Возможно. Но ты не вызываешь желания спрятаться в надёжном месте, – возразила, упрямо поджав губы.
Волков молчал минуты две, после чего осторожно коснулся пальцами моего подбородка, заставляя поднять голову.
– Прости, – он прошептал это одними губами, однако выражение лица не изменилось, да и взгляд оставался всё таким же злым, напоминая волчий. Впервые задумываюсь над тем, что порой фамилии очень подходят их владельцу.
– Забудь, – вздохнула и кивком головы указала на вход в его кабинет. – Идём?
– Как скажешь, – он хищно улыбнулся и резко дёрнул на себя несчастную дверь, после чего зашёл сам, предварительно снова пропустив меня вперёд.
На нас уставились три пары глаз. В них была злость, обида, ненависть и осуждение. И ни грамма раскаянья или хотя бы понимания того, какие необратимые последствия могли вызвать эти материалы, что они сделали.
Я улыбнулась, приветливо и даже с долей насмешки. В моей душе не появилось ни жалости, ни сожалений, ни грусти. Ничего. Такое ощущение внутренней пустоты возникает, обычно, когда смотришь на тех, кого уже и за человека не считаешь.
– Ну, здравствуйте, мои дорогие, – ласковый взгляд, по-прежнему улыбка на губах и твёрдые шаги в сторону рабочего стола Волкова, сейчас являющегося для меня неким своеобразным островком покоя.
Алексей шёл следом, периодически, словно случайно касаясь пальцами моей руки. Такая тактика оказалась весьма эффективной, держать себя в руках получалось достаточно хорошо.
Впрочем… Всё ещё впереди, не так ли?
Добравшись до мебели, хотела, было, усесться на край стола, но Волков, с присущим ему тактом (не спрашивая моего мнения и не особо интересуясь мнением окружающих), за руку довёл меня до своего кресла и усадил в него. Сам же вновь обошёл стол и устроился на его краю, частично закрыв мне обзор. Правда, возмущаться не стала, просто оттолкнулась ногами от пола и чуть сдвинулась в сторону, что бы видеть всё происходящее.
Ольга, Ваня и Андрей выглядели помятыми, а парни так ещё и избитыми, что не мешало им сверлить даже не нас, а конкретно меня злыми взглядами.
– Как здорово, что вы решили с нами встретиться, – после минутного молчания, показавшегося вечностью, медленно, практически нежно протянул Алексей. Вытащив из подставки, стоящей на столе, ручку и начав вертеть её в руках. Если я не ошибаюсь, то сейчас он старается себя успокоить и настроить на относительно мирный лад. Относительно, потому как, ручка в его пальцах так и мелькает, выдавая бушующую внутри злость. – Правда, ваше приглашение было слегка… Необычным?
– Ты трахаешься с этой сучкой? – Выплюнула готесса, придя в себя и сообразив, что ей ничего не угрожает. Пока что. – Все вы, мужики, озабоченные кобели, сбегающие при виде новой, более симпатичной подстилки!
– Оль, солнце, если тобой пользовались, а потом выкинули, в первую очередь причину надо искать в себе, а не в мировой несправедливости, – неприятно усмехнулся Алексей. По моей спине пробежала толпа мурашек, но я промолчала, решив, что пока не имеет смысла влезать в этот высокоинтеллектуальный разговор на тему кто и с кем трахался и как долго это продолжалось. Кстати, никогда не думала, что Ольга будет употреблять такие выражение, но не особо-то удивилась. В этой жизни всякое возможно.
– Причём тут я?! – Взвизгнула Шумалина. Подозреваю, что если бы не наручники, то на одну весьма язвительную особу в этом мире могло бы стать меньше. – Да ты в курсе, что она переспала с мужем своей подруги, как нефиг делать? Ты знаешь, какая она тварь и сволочь, а? Она же всех нас перессорила, вместе со своей ёбнутой подругой! Ты…
– Заткнись, – в голосе Волкова сквозил ледяной холод и такая тихая и спокойная злость, что даже я бы замолчала. Но…
От услышанной информации внутри засвербело от сдерживаемого веселья, и как бы я не старалась, удержаться не было никаких сил. Смех вырвался наружу тихим хихиканьем, которое спустя пару мгновений переросло в громкий хохот. Закрыв глаза и откинувшись головой на спинку кресла, я смеялась до слёз, чувствуя, как солёные капли стекают по щекам. Ещё никогда мне не было так одновременно больно и забавно.
Больно?
Резко замолчала, прислушиваясь к собственным ощущениям и чувствам. Нет, меня вовсе не оскорбили или задели слова Ольги, и не такой бред приходилось про себя слышать. Однако, что-то царапало в душе, заставляя нахмуриться и отвернуться к окну, изучая пейзаж за стеклом.
Чёрт, мне же ведь не приятно вовсе не от того, что Волков услышал мои слова, да? Его мнение по-прежнему для меня имеет несущественное значение, не так ли?
Или всё же имеет?
– Ты же видишь, она сбрендила! Какого хера она ржала как стадо лошадей, а? – Продолжала вещать готесса, разрезая повисшую тишину своим визгливым тоном, похожим на голос прожжённой истерички. – Что я такого смешного сказала?
– Оль, я, конечно, знала, что у тебя мозг работает не так, как у нормальных людей, но не до такой же степени, – усмехнулась и отодвинула размышления про то, важно мне, какой меня видит Волков или не важно, как можно дальше и постаралась забыть про них. Хотя бы на этот день. Встав с кресла, не спеша обошла стол с другой стороны, чтобы не столкнуться с Алексеем, и подошла к замершей на стуле девушке. Странно, но в этот момент я её воспринимала, как предмет мебели, не больше. У меня даже не получилось на неё разозлиться. Ну что толку ругаться с тумбочкой, если она ничего не извлечёт из этого урока, а ты только зря потеряешь время, да собственные нервы.
– Не подходи ко мне! – Пискнула Шумалина и попыталась сжаться в комок, но наручники явно препятствовали подобному шагу. Кстати, а почему ребята молчат?
Мимолётный взгляд в сторону и на моих губах появилась понимающая улыбка, как зеркало отразившая самодовольную ухмылку Волкова, наблюдавшего за мной с интересом и любопытством. Во рту у каждого их «гостей» был кляп. Только Олечке удалось его вытащить, вот она никак и не может снова заткнуться. Что ж… Наш долг помочь ближнему своему, ведь так? Пусть даже помощь сводиться к простой просьбе замолчать, желательно надолго.
Присев перед ней на корточки, благо штаны позволяли подобный трюк проводить, осторожно коснулась пальцами её подбородка, заставляя открыть глаза и смотреть прямо на меня. Олечка очень удивилась. В глазах отражалось недоумение и яростная работа мысли. Вздохнув, потрепала бывшую одноклассницу по щеке, выпрямилась и от всей своей широкой души ударила её, сильно при этом размахнувшись.
Возможно, мне стоило её пожалеть. Судя по синякам, девочке и так не слабо досталось. Но когда дело касается моих родных и близких мне людей, у меня отшибает не только инстинкт самосохранения, но и жалость с сочувствием, а так же любые человеческие качества, что могут способствовать пропаганде гуманистических идей. Поэтому удар вышел сильным, да ещё и не ладонью, а кулаком, так как пальцы самопроизвольно сжались. Что бы расслабить руку пришлось прилагать некоторые усилия.
Голова Ольги дёрнулась в сторону. Костяшки пальцев попали точно по скуле, проехавшись до носа и губ. На её счастье, я никогда не ставила перед собой цель кого-то травмировать, если случалось отвешивать вот такие удары. Но нос мне разбить удалось, как и губу. Ну ещё и синяк явно не маленький будет, в дополнение к уже имеющейся коллекции.
