Текст книги "Неидеальная любовь (СИ)"
Автор книги: Юлия Созонова (Васюкова)
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 62 страниц)
– Ты другого способа сказать, что не умеешь с ножом обращаться не нашёл, да?
– Слушай, это ты виновата! – Обиженно буркнул Волков. – Я пытаюсь вспомнить, что было вчера, и отделаться от навязчивых мыслей по поводу твоей персоны!
– Если моя персона тебе мешает, я запросто могу удалиться. Тем более, что хочу нормально выспаться, принять ванную и поесть! – Сердито буркнула девушка, отпихнув его в сторону ударом локтя в живот. Охнув от неожиданности, Алексей отшатнулся, одновременно с этим схватившись другой рукой за плечо девушки.
Послышался треск рвущейся ткани, возмущённый вопль Юльки, переросший в оглушительный визг, и они оба рухнули на пол. Волков при этом так приложился головой о подоконник, что сознание на какое-то время изрядно помутилось.
Правда, нет худа без добра. Алексей вспомнил всё, что происходило вечером, а затем и ночью, вплоть до того, что он уснул на диване в одиночестве, после того, как эта поганка смылась куда-то, прервав дурманящий поцелуй.
Ложь девушки по данному поводу не вызвала привычного раздражения на такие поступки со сторону представительниц слабого пола. Зато появилось желание сделать такой удачно организованный вымысел реальностью, поэтому как только в глазах прояснилось и он смог различить рассерженное лицо Соколовой перед собой, Волков тут же воспользовался моментном, потянув её поближе и впившись в её губы жёстким поцелуем.
Как показала практика, память его не подвела: целовать Соколову оказалось так же терпко, горько и сладко одновременно, как и ночью в клубе. Только сейчас на неё было гораздо меньше одежды и его свободная рука легко проскользнула под тонкую ткань футболки, пройдясь кончиками пальцев по обнажённой спине, очертив линию позвоночника. Юля резко втянула воздух через рот. Упёршись ладонями ему в грудь, она попыталась отстраниться, но Алексей лишь сильнее сжал рукой её затылок, удерживая на месте.
– Ты хотел есть, – шёпотом проинформировала его Соколова, стараясь выровнять дыхание.
– Сейчас меня интересует кое-что более занятное. К тому же, у тебя на губах были крошки сыра, – и, словно в доказательство, он дотянулся до её рта и лизнул кончиком языка припухшие губы. – Ммм, довольно вкусно.
– Отпусти, – слабо пискнула Юлька, но её просьба была полностью проигнорирована.
Что бы встать, ему пришлось совершить довольно сложный манёвр, подмяв под себя, вяло сопротивляющееся женское тело, и едва не врезавшись повторно затылком в подоконник. Но преимущества такой позы неоспоримо перевешивали предыдущее положение: теперь можно либо продолжить начатое на кухне, в узком пространстве и на глазах у крысы, или же утащить свою добычу в спальню, где осуществить смелые фантазии, что снились ему всю ночь и преследовали большую часть времени, после пробуждения.
Пока Волков раздумывал над тем, какой из вариантов выбрать, Юля тихой сапой попыталась выбраться из-под него, медленно и осторожно отползая в сторону. Вполне возможно, будь это другая девушка, иная ситуация и противоположное настроение, то подобный фортель мог пройти совершенно нормально и он спокойно отпустил бы свою жертву.
Но…
Алексей хищно улыбнулся. Назвать эту заразу жертвой, язык не поворачивался, зато он (язык) был очень даже не против поиграть с данным представителем слабого пола в какие-нибудь интересные, преимущественно постельные, игры. Соколова была не так уж и не права, когда говорила о его сходстве с древними предками. Только вряд ли предполагала, что утащенной в пещеру предстоит стать именно ей!
Подождав, пока девушка выскользнет из-под его руки и отползёт к столу, он медленно поднялся, многообещающе улыбаясь. Соколова глупой никогда не была, поэтому оценила ситуацию достаточно правильно – рванула со всех ног из кухни в коридор. Только убежать далеко у неё не получилось, Алексей бросился следом и ловко перехватил пытавшуюся закрыться в ванной Соколову за талию, оттаскивая от спасительного места. Та извивалась в его хватке как змея и даже умудрилась укусить за подбородок, после чего он рефлекторно выпустил её из рук, схватившись за пострадавшее место. Юлька упала на пол, по всей видимости, ударившись плечом об открытую дверь, и зло выругалась.
– Не будешь кусаться, – резонно заметил Волков, неосмотрительно оказавшись в непосредственной близости от этой лживой особы. Хотя, скорее тут уместно определение особы со странным чувством юмора. Не каждая догадается устроить именно такой розыгрыш, проснувшись по утру в объятиях обнажённого парня.
Соколова какое-то время молча открывала и закрывала рот, словно пытаясь что-то сказать, а потом зло шикнула на него и со всей дури ударила ногой под колено. Не смотря на разницу в силе, весе и прочем, ей довольно успешно удалось свалить Алексея на пол и забраться ему на спину, локтём прижимая его шею к полу и не давая повернуть голову.
Они молча боролись, с переменным успехом, и никто не услышал, как повернулся ключ в замке и открылась дверь. Резкий хлопок так же нисколько не привлёк внимание даже осторожного парня, прислушивающегося к каждому звуку исходящему от девушки. Навредить ей всерьёз он не хотел, разве что отшлёпать только.
Юлия.
Не знаю, как это вышло, но я точно знала, что мою ложь благополучно раскрыли. Но не обиделись, что удивляло, а предпочли продолжить игру или же осуществить мои так сказать предложения, хотя не припомню, что бы озвучивала их вслух.
Плечо нещадно болело, после встречи с дверью. Но это нисколько не мешало мне продолжать восседать на пояснице парня, пресекая все его осторожные попытки поменять нас местами. Далеко не факт, что он точно так же устроился бы на мне сверху, я предполагаю, что у Волкова достаточно обширный опыт и фантазия далеко не мелкая, так что он обязательно что-нибудь придумал бы. Вот только выяснять пока что, какие именно задумки он осуществит, я не собиралась.
От раздумий на тему, как теперь выбрать из этого дома, меня отвлёк полурык-полувсхлип и звук бьющегося стекла. А затем меня чувствительно приложили по затылку дамской сумочкой.
– Вообще-то, так можно и убить. Случайно, – поморщившись, потёрла пострадавшую часть тела и соизволила посмотреть, от кого же мне так мило прилетело.
В следующее мгновение мне врезали той же сумочкой только уже по лицу.
– Ты тварь! Подстилка! Шлюха! – Вопила во всю глотку, голосом раненного бегемота, Анька Здобнякова, размахивая аксессуаром как орудием возмездия. – Да как ты посмела переспать с моим парнем?!
– На нём есть клеймо? – Медленно протянула, ощупывая начавшую распухать щёку. Вот чёрт, похоже завтра там будет милый синяк! Надеюсь, хоть не с оттиском эмблемы бренда на коже? А то слишком много вопросов возникнет, на которые я не смогу ответить.
– А ты?! Как ты с ней… Как ты мог?! – Теперь уже Волкову прилетело незабываемой сумочкой. Блин, я конечно, понимаю, что в этой штуке опытная женщина может спрятать ПЗРК (переносной зенитно-ракетный комплекс) и ни одна ищейка его там не обнаружит, но что-то сомневаюсь, что Анна увлекается оружием. Во всяком случае, таким. Тогда что ж она, вашу ж маму, туда засунула?!
– Прекрати! – Тихо, но весьма весомо, с нотками угрозы в голосе бросил Алексей, поднявшись с пола и перехватив занесённую для ещё одного удара руку гостьи. – Я оставил тебе ключи вовсе не для того, что бы ты приходила сюда, когда тебе вздумается!
– Но я… Мы… Я думала, мы вместе! – Взвизгнула Аня, попытавшись теперь уже носком сапога заехать по моей ноге, но я вовремя заметила это и убрала конечности с траектории удара. – Тварь!
– Аня! – Алексей повысил голос. – Ты моя секретарша и лишь иногда любовница. Ничего больше.
– Да ты… Как ты… Сукин сын! – Всхлипнув, Аня вырвалась из его хватки и выскочила из квартиры, громко хлопнув дверью. Мы с Алексеем остались наедине, снова.
Я сидела, закусив губу и держась за щёку, старательно при этом сдерживая рвущийся наружу смех. Что именно меня так развеселило – не знаю. У меня всегда была странная реакция на происходящее в реальности.
– Тебе не стоило так с ней разговаривать, – успокоив неуместное веселье, посмотрела на замершего напротив меня Волкова. Он прислонился спиной к стене, опустив голову и сунув руки в карманы. Вся его поза выдавала напряжение и злость, а ещё усталость. За свою жизнь научилась распознавать кое-какие признаки оной.
– Почему ты такая спокойная? – Помолчав, поинтересовался Алексей, не плодимая на меня глаз. – Ты на самом деле такая бесчувственная, как о тебе говорят?
– Говорят? – Повторила я последнее слово, недоумённо пожав плечами. – Пусть говорят. В конечном счёте, это ничего не меняет. Те, кто мне близок, знают какая я настоящая.
– Круто, – хмыкнул парень. – А для остальных ты слишком спокойная холодная стерва… Мда… А зачем ты разыграла всю эту комедию сегодня?
– Какая теперь разница? Ты же не повёлся, – медленно встала и пошла в зал, собираясь переодеться в свои вещи и уйти наконец-то домой. Как обычно, после яркого всплеска эмоций, в душе поселилась апатия и пустота, словно из меня эту самую душу вынули, оставив лишь пустую оболочку.
Устало вздохнув, быстро оделась, найдя, к своему удивлению, вещи без особых трудностей. Алексей остался в коридоре, предоставив мне возможность спокойно привести себя в порядок.
Фыркнула. Спокойно. Ага, как же. Если в душе царила тишина и апатия, то руки тряслись так, как будто я только что едва избежала эшафота. Радовало в этой ситуации только одно: в таком состоянии я воспринимала мир как спектакль, действительно чувствуя всё происходящая, как сквозь ватное одеяло. Определение «холодная стерва» подходит мне как нельзя лучше.
Глубоко вздохнув, на мгновение прикрыла глаза. Как это не удивительно, но этот день мне понравился. Несмотря на все падения, подколы и прочие прелести жизни, включая удар сумочкой по лицу. Жаль, что ничего после этого не измениться.
А впрочем…
– Волков, – позвала, стоя посреди зала с закрытыми глазами.
– Что? – Раздался спокойный голос позади меня и прохладные пальцы коснулись моего плеча. Подпрыгнув от неожиданности, резко развернулась и укоризненно на него посмотрела. Алексей пожал плечами и повторил свой вопрос. – Что?
– Отдай мне Томарку, – выпалила, пока не передумала и не смылась с его глаз, засунув всё, что сегодня произошло подальше в архив воспоминаний. – Иначе она у тебя просто загнётся. Насколько я знаю Здобняков, она подкармливать малышку не будет.
– Соколова, у тебя совесть есть? – Зло прищурился Алексей. – Собралась? Давай, выматывайся. Я устал.
– О, понятно, – хмыкнув, старательно изобразила на лице вежливую улыбку. – Такси вызови, умник. Я ж без понятия, как добраться домой.
– Могу подвезти и даже обещаю выдать благословляющий пинок.
– Благодарю. У тебя есть деньги на взятки гаишникам?
– Это ещё зачем?
– Ну, ты же когда злишься, забываешь о том, что тормоза придумали не трусы, а люди, желающие выжить!
– Я смотрю, ты успела хорошо меня изучить! Нанимала частного детектива?! – Вскипел парень, пнув валяющийся на полу альбом.
– Просто один раз проехалась с тобой в машине, – выпалила и чеканя шаг прошла мимо него в коридор. Усевшись на пуфик, стана натягивать сапоги, раздумывая о том, что бы такого себе дома приготовить, что бы и настроение поднять и не убить всякого, кто додумается позвонить мне вечером.
Когда я уже надевала дублёнку, Алексей соизволил появиться и протянул мне мою же сумочку. Мдя, так бы и ушла без телефона, ключей и прочих мелочей, включая любимую флэшку, плеер и неизменную пачку жвачки. Конечно же, мятной, только она способна примирить меня с этим миром.
– Я вызвал машину. Подъедет через пять минут, – он говорил так, словно ещё чуть-чуть и меня чем-нибудь огреют. Хороший способ отвадить гостей и прогнать нежеланных визитёров. Хотя…
Мимолётного взгляда, брошенного вниз, хватило, что бы слегка смутиться и, возможно, я бы даже покраснела, если бы в своё время не научилась хорошо прятать эмоции, за вежливой улыбкой Наверное, это тоже способствовало укреплению всеобщей веры в мою якобы существующую стервозность.
Это я к чему? К тому, что, возможно, Волков был таким агрессивным по причине возбуждения, а все кандидатуры на удовлетворение его желания разбежались. Правда, есть у меня подозрение, что стоит ему только щёлкнуть пальцами, как Анечка прибежит обратно. Знаю, не хорошо так думать о человеке, но… Что-то подсказывало мне, что ради милости этого мужчины, она простит ему даже собственное убийство. Очень надеюсь, что до этого не дойдёт, но на всякий случай заранее продумаю, что одену на её похороны, и какие слова буду говорить.
– Благодарю, – величественно кивнула и усмехнулась. – Приятный был день.
– Не могу не согласиться. В некотором смысле, даже очень приятный, – хмыкнул Алексей, прислонившись плечом к стене. – Может, повторим?
– Что бы я ещё раз получила по лицу сумочкой? Нет уж, этот экстрим не по мне, – усмехнулась и покачала головой. – Мой тебе совет, прежде чем о чём-то с ней разговаривать, после сегодняшнего, проверь, что она носит в этом долбанном аксессуаре.
Махнув рукой, пнула дверь и выскочила на лестничную площадку. В голове царил коктейль из всевозможных мыслей, а ещё полное ощущение абсурдности происходящего. Как хорошо, что стило мне выскочить из подъезда, как я увидела подъезжающее к дому такси.
Усевшись на заднее сиденье, назвала водителю адрес, и только после этого смогла хоть чуть-чуть, но расслабиться. На душе по-прежнему царила апатия, и даже первые отголоски депрессии, которая мне сейчас была нужна, как мёртвому припарки.
Покачав головой, открыла сумочку и расхохоталась. Из недр небольшого предмета на меня смотрели знакомые красные глазки. Чувствую, Волков меня всё-таки убьёт… Если доберётся.
7
Радар: Клингер, Хочешь сделать ставку?
Клингер: Единственное, что я хочу сделать – так это убраться из армии.
Радар: Тогда, продолжай носить платья.
Клингер: Они не увольняют меня. Только свистят вдогонку.
Сериал «M*A*S*H» сезон 1, серия.20 «Игра „Армия – ВМФ“»
Неделя началась для меня в среду. И то, не самым приятным образом. Мой мирный сладкий, почти здоровый сон прервали нагло и совершенно бесцеремонно: содрали с головы одеяло и не сильно ткнули кулаком под рёбра. Единственным смертником, который мог отважиться на такую побудку, являлась Павлова, чью рассерженную светящуюся любопытством физиономию я и увидела, когда смогла разлепить глаза и прохрипеть наигранно бодрым тоном:
– И кому тут жить надоело?!
– Проснись и пой! Ты обещала со мной встретиться и сходить в пиццерию! А зная твою манеру увиливать от моих расспросов… В общем, я решила прийти и собрать тебя! Чтобы ты не дай бог себе какое-нибудь срочное дело не нашла. В другом городе, – Женя мило улыбалась, но отчего-то в душе было жуткое подозрение, что это меня так задобрить пытаются. Ввести в расслабленное состояние и совершить зверский допрос с применением пыток. Ну это как минимум. Как максимум, меня просто разведут на признание в чём угодно, в том числе и в продолжительной интимной связи с неким господином Волковым…
О боже. Зачем я про него вспомнила?! Только мыслей об этом филантропе мне и не хватало! На несчастную больную голову, пополам с подругой, не прошедшей простудой и кучей воспоминаний!
– Жень, мне плохо. Ты что, не видишь? Тут лежит практически труп! Хочешь сказать, что сможешь переступить свои моральные принципы и заняться мародёрством?! – Простонала, попытавшись отобрать одеяло и спихнуть занявших половину дивана Фёдора и Тамару. Вообще, это удивительно, но крыса и кот хорошо ужились друг с другом, здраво рассудив, что вдвоём как-то сподручнее выманивать у меня лишнюю порцию корма. Правда, Томке пришлось пару раз прикусить коту хвост, что бы отстоять свои права, но Феде было как-то пофиг на неё, так что теперь мы все втроём спали на диване, а Павлова активно скакала по комнате, слившись у меня перед глазами в одно сплошное, слишком яркое пятно.
– Вставай, вставай, вставай! – Как заведённая повторяла Павлова, схватив меня за ногу и насильно стаскивая с дивана. Мне не помогло даже то, что я схватилась за подлокотник и попыталась удержаться на относительно мягкой, удобной горизонтальной поверхности. Однако… Против лома нет приёма, а в моём случае, даже он вряд ли смог бы помочь.
– Ладно, я уже встала, – обречённо простонала, оказавшись задом на ковре. Глубоко вздохнув, досчитала до пяти и обратно, почесала подставленное пузо кота и медленно поднялась, с трудом, но всё же сфокусировав взгляд на окружающей меня обстановке. Увидев, во что превратилась комната за два дня моего валяния в постели, по причине банальной простуды (за что для Жени и Виталика я выпишу отдельный счёт и не приму другую какую-то форму оплаты, кроме наличных!), мне захотелось провалить к соседям снизу. Во всяком случае, если верить достоверным источникам, там проживает милая семья с двумя детьми. Они наверняка меня приютят или даже спрячут на время. А пока я буду у них хорониться, Павлова переключится на кого-нибудь другого. – Ну ё-моё… Я же это не разгребу теперь!
– Что именно? – Полюбопытствовала Евгения, кинув в меня старыми джинсами, дранными и растянутыми. Седом полетела футболка и заколка, врезавшаяся мне в лоб. На мой обиженный вопль, Павлова пожала плечами и состроила выражение лица, типа сама виновата.
– Я тебя убью, расчленю и закопаю. И никто ничего не докажет! – Сердито буркнула, стягивая пижаму и бросая её точно и метко прямо на крышку ноутбука, стоящего на столе. Быстро нацепив бельё, сунула ноги в джинсы и одела футболку. Показав подруге кулак, потому как она с чего-то начала хихикать, собрала волосы на затылке и шатающейся походкой направилась в ванную. Терпеть не могу ходить с неумытой рожей и не чищеными зубами. И наплевать мне, что уже практически двенадцать дня!
Спустя пять минут меня усадили за стол на кухне и, загадочно улыбаясь, поставили передо мной большую кружку кофе. Вот знает же, что я его ненавижу! И пью только в очень крайних случаях. Но, видимо, это мне так мстят… Ну-ну.
– Слушай, ты чем в выходные занималась, а? – Усевшись напротив меня, поинтересовалась Женя, откинувшись спиной на стену и сложив руки на груди.
– Да ничем, – пожала плечами и, обхватив ладонями чашку, подула на горячий напиток. – После клуба, поехала домой и отрубилась. Видимо продуло по пути, вот и слегла с простудой.
– Да ну? А засос на ключице и спине откуда? – Евгения хохотнула, рассматривая моё слегка удивлённое лицо. – Ой, только не надо мне такие невинные глазки строить, а?
– Я не строю! – Фыркнула и пожала плечам, старательно сохраняя на лице спокойное выражение, которое означает, что я существо невинное, ни к чему не причастное и нигде не замеченное в порочащих связях! Не то, чтобы не была… Просто не поймана. – Ты просто не поверишь, если я расскажу.
– Ты сначала изложи свою историю, а я уже решу: верить в неё или нет, – хмыкнула Евгения, отпивая чай (зараза белобрысая!) из маленькой чашки.
– Ну вот представь. Сижу я, значит на стуле возле бара, – начала на ходу сочинять, умоляя про себя все вариации бога в нашем мире, что бы моё враньё звучало очень даже убедительно, хотя сама ни во что уже не верила. Особенно после того, как побывала на квартире у Волкова.
– Захватывающее начало, – прокомментировала подруга.
– Не перебивай меня! – Резче, чем следовало, одёрнула её и продолжила сочинять. – Сижу я, пью. Даже, вроде, наслаждаюсь немного. Меня никто не трогает, не касается… – Фантазия начала иссякать, подавая какие-то скудные ошмётки, вместо нужного потока вымышленных образов и силуэтов. – Я даже наслаждаюсь тем, что сижу в ночном клубе, пусть и не первого класса. А потом…
– Тебя схватили двое сексуальных маньяков, да? – С блеском в глазах поинтересовалась Женька, наклонившись вперёд и поставив локти на стол. – Или два наших одноклассника воспылали к тебе неземной любовью? Ой нет, дай угадаю! Это был один! Но самый-самый! У него ещё белый конь припаркованный возле клуба стоял, да?
– Я не поняла, ты что, в сексуальных маньяках разбираться начала? Это с какого же года и перепуга, ась? – Прищурилась, стянув из вазочки, стоящей на окне, конфетку. Она оказалась ириской, причём не первой свежести, поэтому пришлось, сначала её рассасывать, что бы хоть как-то прожевать. У меня зубы хоть и относительно здоровые, но всё же не железные.
– Не увиливай, – сладко улыбнулась змея, рассматривая меня как микроба под микроскопом. – И не уводи меня от темы нашей беседы. Мы обсуждаем твои ночные приключения, а не мои.
– Я не увиливаю, я думаю, как рассказать и при этом не ляпнуть чего-нибудь. Лишнего, – буркнула себе под нос и продолжила вдохновенно врать. – Так вот. И только я решила, что ничто уже не испортит эту благословенную ночь, как какая та сука врезала мне по спине своей косметичкой! А в неё, наверняка, как минимум «Игла» находилась!
– Игла? – Переспросила Евгения.
– Долго объяснять, потом погуглишь, – живо откликнулась, решив, что не стоит пока что читать лекцию на тему оружия, стоявшего на вооружении в нашей чудесной армии. – Но, в конечном счете, эта зараза сначала попала мне по спине, а потом в грудь заехала. Отсюда эти синяки. Понятно?
– Понятно, – протянула Евгения, прищурившись и угрожающе постукивая ногтями по столу. – А теперь сложи сарказм, ехидство, чёрный юмор и знания по части вооружения армии Российской Федерации в сумку, и выкладывай всё, что было в субботу ночью и в воскресенье! А ещё передай мне, пожалуйста, вилку, лапшу с ушей снимать буду!
– Кушать хочешь? – Мило улыбнулась и протянула требуемое. Получила злой и обиженный взгляд, хихикнула и склонила голову набок. – Жень, ну с чего ты взяла, что я вру?
– С того, что тебя не было дома! Я звонила, телефон выключен. Я пришла, двери мне никто не открыл! Пришлось в срочном порядке врать твоей соседке, что ты забыла дома важные бумаги и отправила меня за ними! Видела бы ты, как при этом на меня поглядывал участковый! – Подруга вскочила и стала наматывать круги по кухне. Учитывая, что она была не очень-то большой, выходило как вращение юлы на одном месте. Добавьте махи руками, как будто она борется с ветряными мельницами и, в принципе, получите ту самую картинку, которую я видела именно сейчас. Про рассказ о том, что же её, бедной и несчастной, пришлось пережить, я лучше промолчу. – Он, кстати, такой симпатяшка! Не знаешь, как ему позвонить? У тебя, случаем, нет его телефона?
– Всё просто, Жень, – хмыкнула и погладила кота, принёсшего мне в зубах Томарку. Не знаю, каким именно способом они договаривались, но крыса была в целости и сохранности. – Набери «02» и спроси участкового. Чего сложного?
– Издеваешься, что ли? – Прищурилась Женька, недовольно поджав губы. Слава богу, что она догадалась сесть обратно на табуретку, а то у меня явно намечалась морская болезнь, без путешествия по воде.
– Да ладно! Как будто тебе в первый раз! Кто это не так давно умудрился пойти погулять и забрести позвонить в отделение полиции, а? – Поддела подругу, встав и подойдя к холодильнику. Тамара устроилась на моём плече, блаженно покусывая мою серёжку. Надеюсь, что она выживет после этого. В смысле, серёжка, а не крыса, потому как последняя может есть всё, что не приколочено, а что приколочено, отдирает и всё равно ест.
Открыв дверцу, убедилась, что кто-то успел сжевать половину имеющихся продуктов, в том числе и борщ. Кастрюля сиротливо стояла на середине средней полки, сверкая своей пустотой и остатками капусты с картошкой. Вопрос «кто всё съел» не ставится, ибо Женька сама лично только что призналась, что побывала в моей квартире. Эта блондинка периодически походит на саранчу, сметающую всё на своём пути, в том числе даже не совсем сочетаемые и не очень-то съедобные продукты.
– Жень, кажется, я просила не сметать всё с полок моего холодильника, – глубоко вздохнула и покосилась на Павлову, уже что-то жующие. – Так, что ты опять нашла?
– Не увиливай, пожалуйста, от ответа, ладно? – Женя умоляюще на меня посмотрела. – Где ты была и что у тебя с Волковым?
– Да ничего у меня с ним нет! – Раздосадовано взвыла, с силой захлопнув дверцу и услышав сдавленный мявк. Следом в босую ногу впились острые когти, заставив взвыть уже меня, так как это было, мягко говоря, неприятно. – Твою дивизию! Жень, ну как мне тебе объяснить, что не с Волковым я была! Ну подумаешь, я с ним целовалась в клубе, дальше что?! Между прочим, это было на спор!
Наступила напряжённая тишина, явственно позволив ощутить мне, что я крупно попала, умудрившись проговориться про поцелуй с Волковым.
– Упс, – промямлила, медленно поворачиваясь и стараясь не поднимать взгляд на молчащую подругу.
– И с кем же у тебя был такой любопытный спор? – Вкрадчиво поинтересовалась та, зловеще постукивая ногтями по столу.
– Да так… – Уклончиво ответила. – Я просто хотела заставить Пашку ревновать.
– Пашку? – Тут же переключилась на нового парня, мелькнувшего в моей речи, Павлова, вопросительно посмотрев на меня. Я же облегчённо вздохнула и возблагодарила бога за то, что Димыч познакомил меня с этим субъектом. Конечно он младше меня на год и серьёзности в отношениях от него добиваться лет десять надо, по моим прикидками… Но хоть что-то, лучше, чем сидеть и рассуждать об Алексее. К тому же, мне не улыбается посвящать Женьку во все подробности своей личной жизни. Особенно, когда их и нет, в общем-то. Ну не рассказывать же о том, как я пыталась обмануть Волкова в том, что он провёл со мной ночь, как после этого мы боролись, целовались и совершали прочие глупости!
– Ну да. Павел Черников, друг моего брата, – стараясь сохранить на лице любезную улыбку, пояснила я, подойдя к кухонному шкафчику и вытащив оттуда заначку С появлением младшей сестры, выработалась привычка всякие вкусности прятать частями по укромным уголкам. К сожалению, у Полины был просто уникальный нюх на секретики, поэтому единственным, что выжило после последнего захода мелкой – это грамм триста арахиса в шоколаде. Эх, надо придумывать новые места или же купить сейф. На всякий пожарный.
– И почему я о нём в первый раз слышу? – Подозрительно нахмурилась Женя. Вот же… Фома неверующий!
– Потому что слышать там пока ещё не о чем, – пожала плечами, прислушиваясь к настойчивой трели телефона, причём не моего, судя по мелодии. – Жень, там, по ходу, тебе названивают.
– Да? – Павлова на минуту замолкла, а потом стартанула на третьей космической, дав мне возможность перевести дух и нервно сжевать остатки арахиса, потому как организм требовал компенсацию морального ущерба, после общения с подругой. Точнее, после начала общения с подругой. Кажется, меня обещались вытащить в пиццерию, если я не ошибаюсь.
– Тамар, ну хоть ты мне скажи, за что я её люблю? – Страдальчески вздохнув, поинтересовалась у крысы и посмотрела на пострадавшую конечность. Поморщилась. Конечно же, она оказалась залита кровью из царапин. Кот у меня на редкость когтистый и мстительный, в некотором плане.
Обиженно посмотрев на упомянутое животное, косившее на меня с подоконника жёлтым глазом и строившего недовольно-оскорблённую мину на усатой морде, ещё раз выдала душераздирающий вздох и поплелась в ванную, намереваясь обработать «боевые» ранения.
Стоило выйти в коридор и попытаться проскользнуть в нужное помещение, минуя застывшую статуей подругу, как меня тут же схватили за локоть, остановив на полпути и зловещим шёпотом потребовали дождаться окончания разговора, что бы тут же вернуться к собеседнику и елейным голосом пропеть:
– Алёш, она тут рядом со мной стоит, дать ей трубочку? – После чего мне под нос сунули сенсорный телефон, очень любимый Женькой и бережно ею же оберегаемый.
Я посмотрела на него так, словно это был ядерная бомба, но взяла и даже поднесла к уху, хмуро рассматривая кровоточащие царапины:
– Ну? – А доброты во мне всегда не было, это подмечено всеми знакомыми.
– Что ну, Соколова? – Насмешливо поинтересовался Волков, от чего я едва не выронила телефон, что бы с диким воплем спрятаться в ближайшем зактутке. Правда, тогда я бы не отделалась походом в пиццерию и подробным описанием наших якобы «существующих» отношения с Павлом. Да простит меня его невеста!
Кстати, а она у него вообще есть?! А то, вдруг нет, тогда я на свою голову такую беду навлекла… Я же с ним действительно целовалась.
– Чего тебе надо от меня, старче? – В тон ему ответила, отодвинув Женьку в сторону и таки попав в ванную, закрыв за собой дверь на щеколду и включив воду. Мало кто знает, что Женечка обладает очень чутким слухом, поэтому лишние предосторожности не помешают. Согласна, с лучшей подругой так не поступают… Но имею я право, в конце-то концов, на хоть что-то личное? А то она и так в каждое дело нос суёт.
– А ты не догадываешься, да? – Мягко протянул Волков, от чего у меня по спине пробежал табун мурашек. – Ты помнишь, что было в воскресение?
– Не-а, – хихикнула, устроившись на краю ванной и упёршись ногами в стиральную машинку. – У меня алкогольная амнезия. А что было в воскресенье?
– Жаль, что ты далеко, иначе я бы тебе напомнил… Что же было в этот весьма знаменательный день. Если хочешь, назови свой адрес и тогда тебя уже ничто не спасёт, – вкрадчивые интонации его голоса вызывали у меня дрожь… От смеха. Боже, зачем я не так давно смотрела очередной шедевр американского кинопроката?! Жаль, правда, не могу вспомнить, что именно. Хотя…
Кажется, там было что-то связанное с сексом. Секс по договорённости? По согласию? Нет, не то… По жизни?
– Эй, ты уснула там что ли? – С небольшой тревогой в голосе, позвал меня Алексей, выводя из задумчивости. – Твоя подруга рядом и ты не хочешь отвечать?
– Ой, точно! Секс по дружбе! – Хлопнула себя по лбу, вспомнив-таки название фильма. Он смешной был, мне понравился. Но полная белиберда, если честно.
На том конце провода повисла зловещая тишина. У меня возникло ощущение, что он либо получил сердечный приступ (с какого только перепугу-то?), либо раздумывает где меня искать. А я что, виновата, что ли, что название всплыло само по себе и легло на язык?
– Э-э-э-э-э… – Наконец-то раздалось из телефона, и Волков тихо спросил. – Ты там с кем?
– С Женькой, – улыбнулась про себя, сообразив, что одноклассник явно что-то не то подумал. Возникает только вопрос, что? – Представляешь, из-за неё у меня теперь совершенно пустой холодильник. Мышь в нём конкретно так повесилась. Даже хуже, чем у тебя. Никогда не догадаешься, что у такой худышки просто волчий аппетит, из-за которого мне придётся снова тащиться в магазин и варить что-то более съедобное, чем третьесортные пельмени, на которые даже всеядная Павлова не покусилась…
