Текст книги "Путь Благости (СИ)"

Автор книги: Юлия Галл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 32 страниц)

Глава 6

Леон Де Калиар

Отец ворвался в камеру словно демон. Алая аура подсвечивала его тело, говоря о полной боевой мощи, что он выпустил. Оглядев нас, удивлённо рыкнул при виде туши демона и коротко бросил тем, кто был за спиной:

– Целителей!

Несколько мужчин и женщин скользнули в камеру, осмотрели короля, меня и, убедившись, что мы целы, занялись остальными.

– Ваше величество, простите, что так поздно вмешались, – отец встал на одно колено.

– Если бы вы этого не сделали, я бы последовал за вашими детьми без сожаленья, – поднял его Ариан. – Спасибо, что не оставили нас.

– Королевский совет ждет вас для вручения короны.

– Так быстро?

– Герцог Мирослав предоставил данные о подделке последнего приказа короля. Ваши требования были признаны обоснованными. Так что нужно скорей пройти во дворец. Остальные, как только их осмотрят целители, проследуют за вами без промедлений.

– Герцог, что происходит на самом деле? – Ариану, как и мне, показалось слишком подозрительным желание отца скорей проводить нас во дворец.

– Регент бежал. Ниллардцы, прикрывая его отступление, выпускают демонов. Мы отбили дворец, но гарантировать вашу безопасность вне его пределов пока не можем. Нам не удается отследить портальные знаки их появления. Такое чувство, что печати призыва по всюду. Все силы скопились во дворце, там есть гарантия, что мы сможем вас защитить.

– Моя столица в опасности, а вы просите спрятаться! – Ариан рванул на выход, но я перехватил его.

– Позволь мне защитить столицу. В конце концов, у меня есть для этого всё, что нужно. Твоя задача – получить корону и навсегда изгнать Ниллардцев из нашей страны!

– Леон!

– Мы присмотрим за ним, – братья Чернокрылы, встали за моей спиной.

– Ты получаешь корону, мы защищаем столицу, – буркнул Седрик, вновь оттесняя Ариана к девушкам. – Позаботься об остальных, а мы позаботимся о горожанах.

– Я буду ждать вас в центральном зале, – отчеканил Ариан, и перед ним вспыхнул портал, открытый отцом.

– Дома башку тебе оторву, – пообещал отец как только король скрылся в портале. Проследив, как девушки под руки увели Миррана в переход, последовал за ними.

– Ну что, надерем задницу демонам?! – оскалился Риг. – Пока твоя голова ещё на плечах.

– С удовольствием!

Несколько портальных прыжков, и мы оказались у входа в башню, над городом поднимались столбы черного дыма, и один из них шел от дома Литэи. Рвануть туда было первой мыслью, но алые сполохи демонской силы на улице говорили что сначала надо уничтожить пожирателей душ.

– Мой господин, рад приветствовать вас на свободе. – Мой личный оруженосец, преклонил колено. И идея как защитить любимую без ущерба долга пришла в голову.

– Отправляйся в усадьбу Де Вайлет. Обеспечь безопасность Литэи.

– Её отец?

– Плевать на него. Девушка должна быть в безопасности – это главное. Если барон будет сопротивляться, связывайся со мной, но девушка не должна покинуть столицу. Я подойду и заберу вас, как только смогу.

– Слушаюсь, господин.,

А дальше началась мясорубка. Демоны вырывались с Алой Пустоши многочисленными порталами. Голодные, сильные, отчаянные, ведомые только одной жаждой убивать и разрушать. Обычные маги не сразу могли справиться с ними, и кровавые монстры успевали собрать немало душ, пока мы приходили на помощь. Это заставило требовать что бы рядом были портальщики, что могли открывать переходы в горячие точки и тем самым ускорять нашу помощь.

Дар Литэи наполнял меня неиссякаемой силой, а меч разил без пощады. Младшие демоны, только завидев меня, разворачивались и пытались сбежать. Демоны среднего звена пытались противостоять, но долго продержаться не могли.

Мы очищали город около суток, были вести, что и за стенами видели демонов, но подоспевшие отряды смогли удержать и уничтожить их. Только под утро я смог направить своего коня к усадьбе Де Вайлет. Седрик направился со мной.

– Все подозреваешь её в предательстве? – нахмурился я.

– Нас предали, этот факт ты не можешь отрицать.

– Нет.

– Тогда почему слова магистра тебя не убеждают, кто именно это сделал?

– Его фраза: «Литэю использовали не только мы». Наше общение не касалось короля и его планов. Она нужна была, что бы добраться до ее отца. Жуки слежения на ее платье единственный метод, что я себе позволял. Информация, которой владел Магистр, была более детальной. Например, связь Олесии и Ариана. Я не говорил об этом никому. Сама Литэя жила по жесткому расписанию, установленному её отцом, ей просто некогда было следить за нами.

– И все же, ты находил возможности с ней уединиться.

– Сэдрик, не переходи черту. Личная жизнь у каждого своя. Мои отношения с Литэей тебя не касаются. Она не входила в королевский круг. У нас с ней были личные мотивы для встреч.

– И все же тебя схватили когда ты потеряв голову рванул за ней. Ариан доверял тебе больше остальных. Она могла использовать таких же жуков...

– Доказательства! – рявкнул я, резко оборачиваясь к Седрику. Ярость, что Литэю обвиняют в предательстве невероятно разозлила. Хотелось свернуть парню шею навсегда заткнув поток грязных обвинений. Только понимание, что усталость и пережитый плен делают меня слишком нервным и восприимчивым, сдержало от резких движений. Выдохнув, добавил более спокойно. – Предоставь мне доказательства её предательства или замолчи навсегда. Потому что если я услышу еще одно обвинение, то пересчитаю твои зубы. Девушки не будут рады щербатому наследнику.

– Если я найду доказательства, то принесу их Ариану. – Недовольно заявил Седрик.

– Договорились.

Завидев ворота усадьбы, я спрыгнул с лошади, отер лицо, что мало помогло в моем внешнем виде, и толкнул калитку. Шан опустился на колено рядом с женским телом, накрытым простыней, и я замер. Огляделся, вглядываясь в постройки двора, смотря в темный проем полу сгоревшего дома. Я искал взглядом Литэю, игнорируя тело, которое сторожил мой оруженосец.

– Простите, мой господин, – Шан не двигался, – я пришел слишком поздно… Девушка погибла в пожаре. Её бабушка опознала тело.

Погибла? Одно слово парализовало, сковало все мышцы и сжала легкие. Седрик подошел к телу, откинул простыню открывая на обозрение, полуобгоревшее тело и неожиданно вид изуродованного тела принес облегчение. Это не она!

– Мне жаль, – тихо заметил Седрик.

– Жаль? – глухо переспросил я, не совсем понимая его фразы. Хотелось встряхнуть святошу, заявить что это не она, и чего жалеть?

– Кто здесь?! – шатаясь и опираясь на костыль, из утреннего сумрака к нам вышла пожилая женщина, морщины сжали ее лицо как старую картошку, на них виднелись следы сажи и слез.

– Перед вами благородные Леон Де Калиар и Седрик Мирославский госпожа, – подскочил к ней Шон, и так как я молчал, Седрик осторожно заявил.

– Соболезнуем вашей потере, госпожа. Мы хотели узнать, где и когда вы будете хоронить Литэю.

– Мы отдадим ее тело огню, пусть он завершит начатое, – глухо ответила женщина.

– Если нужна будет помощь…

– Мы справимся. Спасибо, господин Мирослав, за ваше предложение, но мы не хотим обременять чужих людей своим горем.

Чужих людей? Бред происходящего сводил меня с ума. Как они хотят похоронить Литэю если это не она! Почему все упорно считают её мертвой и это тело...

– В каком храме вы проведете кремацию? – услышал я Седрика.

– В Белой гавани.

– Хорошо. Вам нужна помощь? Барон Де Вайлет…

– Он сбежал, так сообщили слуги. Мы пока не знаем, что будет дальше, господин. Позвольте пока просто похоронить нашу девочку.

От этих слов меня начинало колотить, все внутри клокотало и хотелось начать все крушить вокруг, орать и доказывать что этот труп не Литэя. Из последних сил взяв себя в руки я произнес:

– Госпожа … – Я запнулся. Литэя говорила, что родители отца погибли давно, и с ними жила ее бабушка по материнской линии, но никогда не говорила, как именно её зовут.

– Сирения Лиран, – подсказала госпожа, осознав мою заминку.

– Если будет нужна помощь, отправьте послание в замок герцога Де Калиар для Леона. Я помогу всем, чем смогу.

– Благодарю вас, господин Де Калиар.

Задерживаться я не стал. Хотел покинуть это место и осознать происходящее. Я схожу с ума и отрицаю очевидное? Получается, Литэя умерла? Или все же моё внутреннее чувство меня не подводит и все происходящее злой и хорошо разыгранный фарс. Но зачем? Кому понадобилось хоронить Литэю? Для чего?!

Распорядившись, чтобы госпожу осмотрели целители, развернулся на выход. Взгляд серых глаз устремился мне в спину, и, резко оглянувшись, я увидел мальчика. Ной. Не признать родного брата Литэи в этом ребенке было невозможно, тот же цвет глаз, волос. Он внимательно следил за мной из-за дерева, но выходить не спешил. Желание заговорить с ним стало нестерпимым. Словно он мог все разъяснить мне и успокоить воспаленный ум, но не успел я сделать и шага, как ко мне бросился встревоженный человек отца.

– Господин, ваш отец ждет вас. Это срочно.

Только его искренне взволнованный вид, помог сдержаться и коротко бросить:

– Иду…

Отвернувшись, я покинул усадьбу, но странное чувство не давало покоя. Что-то внутри тревожно ерзало, но я не мог понять, что это. Горе по утрате Литэи? Но, сжавшись, сердце все так же отказывалось принять ее смерть. Только сев в седло, я понял, что меня насторожило. Во взгляде мальчика не было страдания! Настороженность, недоверчивость – да, но он не оплакивал свою сестру, и это было странно. Сама Литэя была очень привязана к брату и говорила, что он ее «хвостик». И вот получается «хвостик» потерялся, но, как и я не осознает потери?

– Господин, – поторопил меня один из воинов, – надо поторапливаться, ваш брат при смерти.

Вот слова о близкой смерти брата меня взволновали моментом. Вся магия в теле словно подсказывала что вот это уже не фальшивка и Рагнар действительно готов покинуть этот мир. Пришпорив коня я направился во дворец, оставляя двор Де Вайлетов с чувством какой-то неправильности.

Меня провели в королевский дворец. Везде виднелись следы сражений с демонами. На стенах, лестницах, дворцовом убранстве виднелись следы копоти, скверны в виде сгустков липкой жижи и глубоких трещин и царапин, что оставляли жители тьмы, врываясь в наш мир. Тела демонов убрали, а всех раненых разместили в приемных залах и кабинетах. Рядом с ними сновали храмовники, целители. Раздавались стоны и проклятья, посылаемые в основном ниллардцам и регенту, что позволил этой нечисти проникнуть на наши земли.

Оглядевшись, Седрик махнул мне рукой и направился к целителям. Род Мирославских славился белой магией, так что его сила здесь нужнее, чем на поле брани. Я же, видя количество раненых, поспешил к брату. Неприятное предчувствие сжимало сердце. Брат был наследником нашего рода, отец предполагал, что против него Ниллард замышляет заговор, но то, что они провернут это во время переворота, злило до искр в глазах.

Тело брата уложили на стол, дорогая инкрустация была залита черной слизью, что капала в подставленные ведра. И её было много, слишком много. Мастер Тревор и его помощники работали вместе с храмовниками, они пытались все вместе очистить тело брата, но слизь, как ласковый кот, приникла к груди Рагнара и только пузырилась, растекалась и оставлять жертву не собиралась.

– Как? – от увиденного я едва мог говорить. Брат всегда был примером для меня, сильный, уверенный в себе воин.

– Старший демон, – прошептала мама, касаясь моего лица. – С тобой все хорошо?

– Да, мам, я цел.

Черная слизь поглощала моего брата, выжигала его кожу, мышцы, как пиявка тянулась к силовым потокам магии и издавала чмокающие звуки, от которых накатывала тошнота. Отец, посеревший от горя, стоял рядом с братом, гладя его по голове, шептал, что он рядом и не оставит его. Брат был бледен от боли и продолжал сопротивляться, но всем было понятно и так – такие повреждения непреодолимы, и все попытки очистить его тело только продлевают агонию.

Мне хотелось взвыть от бессилия, никто не представлял, что возвращение короны могло обернуться таким кошмаром. Демоны, проклятья, смерть родных. Я настолько погрузился в свое горе, что не сразу обратил внимание на свой новый меч. На него ткнул пальцем один из храмовников, что кружил над братом. Клинок, чуть видимый из незакрытых ножен, сверкал и искрился. Удивлённый таким поведением оружия, я достал меч, демонстрируя лезвие, покрытое священными письменами.

– Откуда ваш меч? – прошептал пораженный храмовник.

– Я получил его в дар. Это все, что я знаю и могу сказать.

– Подойдите ближе, если это то, что я думаю, он – единственная надежда вашего брата выжить.

– О чем вы? – отец поднял на меня тяжелый взгляд, посмотрел на меч, на служителя.

– Поднесите меч прямо к ранению и держите столько времени, пока можете его удержать, – велел храмовник, игнорируя вопрос отца. Помня силу меча, я не стал медлить и, подняв его над телом брата, замер. А вот темная слизь на теле, наоборот, вздыбилась и попыталась уйти вглубь тела.

– Удерживайте скверну! – рявкнул храмовник, и целители усилили свою работу.

Тьма на теле брата заметалась. Мой меч словно выжигал ее, с каждой минутой она уменьшалась, вонючим паром стекая в уже практически полные ведра. Брат не выдержал и закричал. Отец всем весом навалился на его плечи, а слизь атаковала мою руку, вот только свет от меча словно создал вокруг моего тела защиту, и слизь стала испаряться в несколько раз быстрее.

Десять минут, и тело брата очистилось от скверны, открывая выжженное тело, но с этим целители уже могли работать самостоятельно. Брата усыпили, а я отступил. Только на голом упрямстве вложил меч в ножны и, отдав этому движению все силы, рухнул на колени. Мой брат спасен. Голова кружилась, силы стремительно оставляли меня.

– Пей, – тихий голос матери заставил повиноваться, к моим губам приставили чашу, и горло наполнило теплое варево, что словно опустошило меня окончательно, и я повалился на бок.

– Что с ним? – отец успел подхватить меня до того, как я коснулся пола головой.

Рядом со мной присел храмовник, что заметил мой меч. Теперь, находясь от меня на расстоянии вытянутой руки, я понял, что это старик, его кожа странно подсвечивалась изнутри, стирая возраст.

– Все хорошо, герцог, ваши дети в порядке. Одновременное употребление света и тени отнимает много сил. Леону нужен отдых. Уложите его спать. Меч лучше оставить рядом, без защиты трогать его не советую, у священных вещей только один хозяин.

– Священных? – этот вопрос мы с отцом задали одновременно, но усталость поглотила моё сознание, и ответа я не услышал.

Глава 7

Сирения Лиран

«Белая гавань» был одним из лучших храмов Света. Здесь всегда горел огонь, был дежурный настоятель, и кремационная камера работала бесперебойно. Мы подкатили тело к длинной очереди и молча встали последними. За прошедшие сутки в столице погибло слишком много людей, и в очереди не смотрели, кто именно прибыл на кремацию. Знатный вельможа или простой горожанин. Перед смертью и храмом Света, все были равны.

Многих горожан пожрали демоны, оставив на телах скверну, а такое уничтожалось только священным огнем, иначе тело подвергнется мутации и обернется в нечисть. И хотя тело, что мы привезли, было чистым, но именно священный огонь мог скрыть предсмертные метаморфозы тела, раз и навсегда подтверждаая смерть Литэи.

Несмотря на долгое ожидание, Ной не жаловался. Он вообще последнее время предпочитал молчать. Отвечал односложно, и порой, я ловила на себе его настороженный, хмурый взгляд. Внук не доверял мне, а я не находила в себе сил и слов на откровенный разговор. Не удержавшись, погладила мальчика по голове. Сколько всего на него обрушилось за последние сутки.

Мы разместились в небольшом домике, где раньше жила прислуга. Ухаживали за Луной. Ранение дочери оказалось серьезней, чем я думала, и она тихо лежала под действием настоя. Мы поили её и скармливали фрукты, что смогли найти в разоренном доме. Я боялась, что после ухода воина, наш дом снова подвергнется разграблению, но, выйдя за ворота, увидела знак герцога Де Калиара. Получить защиту высшего дома было особой привилегией. Даже отъявленный мерзавец лишний раз подумает прежде, чем причинить нам вред. Но с чего такое расположение я не знала. Мне было тревожно, что малыш Литэи связан с ним, и это не радовало. Слишком много силы и родовой связи у домов старшей аристократии. Такое не спрячешь, ни скроешь, а, значит, увеличивало угрозу разоблачения, и потому я решилась поторопиться с похоронами. У них не должно быть и мысли о поисках моей внучки.

Утром в дом вернулась старая служанка, которая осталась без крова. Она помогла мне омыть, переодеть и скрыть маской мертвое лицо. Прикасаться к телу Марлен мне не хотелось, но мысль, что я хороню Литэю, сделала свое решающее дело, и я вс же приготовилась к похоронам. Нашла трудягу, что на тележке согласился отвести тело к храму. Старая служанка осталась присматривать за Луной, а Ной отправился со мной, и вот, наконец, наступила наша очередь.

– Впишите имя умершей, госпожа, – храмовник протянул мне стек для записи и, не раздумывая, я вписала туда имя внучки. Тело подхватили два молодых служителя и положили на каменную плиту. Трудяга, получив свою плату быстро ушел, а я, оплатив пошлину, заказала еще молитву для светлого пути. Тело объяло огнем, и в полной тишине мы наблюдали, как оно окончательно сгорает.

– Будете ли вы хоронить прах? – спросил храмовник.

– Нет, она в наших сердцах, там нет места для праха, – опершись на плечо внука, так как от долгого ожидания в очереди у меня опять разболелся поврежденный бок, мы двинулись к дому.

– Отец вернется? – неожиданно спросил Ной.

– Только не в нашу жизнь, – тихо ответила я.

– Обещаешь?

– Клянусь, – я понимала, что это идеальный момент поговорить с Ноем, но неожиданно мальчик очень серьезно посмотрел на меня.

– Я знаю, что ты соврала насчет смерти сестры.

Сердце ёкнуло в груди. Внук с момента пробуждения своего дара часто демонстрировал возможность предвидения, и я поняла, что мне нельзя сейчас ему врать. Иначе я потеряю его. Его доверие.

– Порой обстоятельства делают выбор за нас. Литэя должна покинуть нас, и проще для всех считать её мертвой. Её путь только начинается. Сможет ли он повернуться в нашу сторону, мне не известно. Одно я знаю точно, она любит нас, и эта разлука вышла по моей вине… Не вини сестру это всё я...

– Ты можешь все исправить?

– Только не в этот раз. Её будущее предначертано, но это не значит, что наше закончено. Ной, я обещаю, мы проживем не плохую жизнь. Ты пойдешь в школу, какую сам захочешь…, – внук покачал головой.

– Тот воин, что приходил, скоро заберет меня и даст мне работу. Я буду помогать вам. Все будет хорошо.

– Почему? Почему он помогает нам?

– Из-за сестры, он тоже будет ждать ее возвращения.

– Нет, – испугалась я, – он не должен думать, что она жива! Литэя должна умереть для всех!

– Она не умрет для него никогда, – покосился на меня Ной, словно я говорю какие-то глупости. – Они связаны больше чем ты думаешь, так что, пожалуйста, не пытайся это изменить. Иначе…

– Иначе?

– Иначе сестра никогда не вернётся.

– Хорошо.

Сил на возражения не было, и остаток пути мы продолжили молча. Леон Де Калиар. Сын старшей аристократии. Если Литэя родит, он это почувствует, и отправиться на поиски ребенка, если это произойдет, он может найти убежище и тогда род Алирантов раскроют и наша семья будет обречена...

Все мои страхи и эмоции за свой бывший род неожиданно отступили и сердце наполнилось душевной болью. Я отказалась от рода, отказалась быть одной из Алирантов. Теперь каждый день я буду забывать про них все больше и больше. Уже сейчас я не помню, где находится убежище, как звали моих дальних предков...

Рабочие и солдаты наводили порядок на улицах. Над королевским замком поднимали флаги, и везде слышались разговоры о коронации. Меня сильно подмывало спросить у Ноя, что он видит в будущем. Но на юге сгущались тучи, и в сердце поселилась тревога. Вступление короля на престол не означало мир в стране, и чем нам обернется смена власти, предсказать было сложно. Даже Ною.

Литэя Де Вайлет

Я сидела за столом и читала, но взгляд голубых глаз просто сверлил меня. Леон появлялся в библиотеке, и, даже не видя его, сердце пускалось в пляс и гнало кровь к щекам. Тело помнило теплоту его рук, когда он поймал меня у книжных стеллажей, но, когда он садился за соседний стол и сверлил меня взглядом, становилось трудно дышать, и жар расплывался по телу. Это было ненормально, аномально, и я пыталась найти этому логическое объяснение.

– Ты не найдешь здесь ответов, – тихий смешок над ухом жаркой волной прокатился по телу. – Флориан Светлый первым предположил взаимосвязь не только тел, но и магических потоков людей. Мужчины становились в таких случаях побратимами, женщины кровными сестрами, увеличивая свои способности. Наш случай описан на семьдесят восьмой странице, но не советую начинать чтение с середины.

Он положил книгу поверх моих рукописей и ушел, а кожа продолжала пылать, словно мою кровь вскипятили. Разумеется, я не стала читать с начала, а сразу перелистнула на указанную страницу. Описание ритуала слияния я пропустила, уставившись на откровенный рисунок сплетенных тел. Захлопнув книгу, вскочила, от смущения хотелось бежать, спрятаться, но, осознав, что библиотекари увидят такую книгу среди моих, задержало меня и подбило на неосмотрительный шаг. Сунув книгу в портальный карман, я побежала на занятия. Вот только, выходя из библиотеки, увидела Леона в компании Его Величества и остальных старшекурсников. Они о чем-то смеялись, болтали, но его взгляд был прикован именно ко мне. Он проник в самую душу, и подсмотренная картинка в книге ожила, я физически ощутила его кожу, что прикасается к моей, его руки, скользящие по телу и выписывающие руны.

– Моя…

Голос Леона заставил меня вздрогнуть и открыть глаза. Была ночь, все, что смогла понять – мое тело прибило к берегу. В животе разливался жар, а руки и ноги окоченели. Из-за такой разницы в температуре меня лихорадило, и пришлось приложить немало сил, чтобы повернуться и встать на колени. Браслет на запястье засветился, выхватывая из темноты несколько тел, что прибило к берегу вместе со мной.

Мой желудок не выдержал, я едва успела наклониться, как меня стошнило одной желчью, и, подобрав влажные юбки, я стала отползать подальше. В некоторых книгах, где герои попадали в тяжелые обстоятельства, они обыскивали мертвецов, попадающихся у них на пути. Мне же хотелось отползти подальше, и, чем дальше будут тела, тем дальше будет от меня смерть. Искать выгоду в чужой гибели я не могла.

Одежда цеплялась за кустарник, руки то и дело натыкались на камни и корни. Меня трясло, голова кружилась, а я продолжала упорно отползать. Мне казалось, я тащила свое бренное тело от воды всю ночь, но, когда утром я открыла глаза, обнаружила себя в гуще кустарника, что рос недалеко от берега. Измазанная с головы до ног илом я скрючилась в позе эмбриона, рядом плескалась вода и слышались голоса людей.

Первоначальный порыв позвать на помощь замер на губах. Ветер принес слова, что заставили меня сжаться еще сильнее. Это были мародеры. Они сдирали с трупов не только драгоценности, но и одежду. Обсуждали, что, если кто-то выжил, проще добить, чем выхаживать, и советовали друг другу, как правильней бить, чтобы не запачкать одежду. Как они не обнаружили меня, я не знала. Анализируя мой отход от берега, мне казалось, я оставила за собой значительный след, но мужчины ходили мимо и даже не всматривались в кустарник, где я спряталась.

Они уже собирались уходить, как воздух вокруг дрогнул от открытого перехода, и на берег ступил демон. Я уже ждала крики ужаса и стоны погибающих людей, как раздался деловитый голос одного из мародеров.

– Простите, малентау, порадовать пока нечем. Мы нашли ее лошадь, но самой девушки пока нет.

– Меня устроит, если даже просто её следы найдете, – новый голос заставил меня вздрогнуть и задержать дыхание. Я слышала его один раз, но, кажется, запомнила на всю жизнь. Даже не видя говорящих, я так и представила огромного демона, а рядом с ним Ниллардца. Высокого, хладнокровного…

– Было бы проще, если бы у нас была ее кровь.

– Ее кровь я достать не смог, но достану кровь её отца. Продолжайте поиски, она не могла раствориться.

– Да, малентау. Сделаем все возможное.

Малентау называли верховных жрецов храма Тьмы, и то, что человек, приходивший к нам, был им, оглушило меня. Если меня найдут, я буду мечтать о смерти, а мой ребёнок послужит материалом для строительства нового демона. Я вжалась в землю, в тот момент я даже думать боялась. Испугалась, что это могут уловить и обнаружить мое убежище. Но прошел час, второй, кроме многоголосой песни насекомых все было спокойно. Мародеры ушли вниз по течению, демон и его хозяин ушли обратным переходом, а я все так же боялась пошевелиться.

Браслет сжал мою руку, и на его поверхности появилась стрела, как в компасе, указывая направление. Родовой артефакт пытался наладить со мной связь, но я не знала, как это лучше сделать. Напуганная вниманием малентау, я боялась выползать из кустов, но браслет снова сжал запястье, и стрелка стала больше.

– А если меня схватят? – тихо прошептала я. Все родовые артефакты были настроены на защиту своих носителей. Стрелка пропала. На ее месте возник прямоугольник, что вырос до размера альбомного листа, и на нем появились очертания реки, тел у берега, кустов, и даже я, сжавшаяся в их глубинах. Стрелка вновь появилась, показывая путь из кустов и направление в лес. Вот только между кустами и лесом было открытое пространство, и выползать не хотелось.

Карта расширилась, и появились мародеры, они все еще спускались по течению. Видимо, так мне пытались сообщить, что пока я в безопасности и надо двигаться, затем карта исчезла, освобождая место компасной стрелке.

– Ты же меня предупредишь об опасности? – тихо спросила я. Стрелка мигнула и, вытянувшись, стала указывать направление.

Не могу сказать, что я быстро вскочила и направилась в лес. Я потратила около часа, выбираясь из зарослей, удивляясь, как вообще смогла в них забраться, и уже не удивляясь, что меня там никто не нашел. Открытое пространство, нервировало, и я старалась идти быстро, но мокрые, грязные юбки затрудняли движение. Помня об оставленных следах, я побоялась снять хоть что-либо и старалась осторожно ступать среди травы.

Чтобы отвлечься и перестать думать о еде и отдыхе, я попыталась вспомнить, как мобилизовать свои силы. Несмотря на слабость, меня хватило на горькую усмешку. В голове зазвучали советы от Леона. Выровнять дыхание, пройтись мысленно по всем силовым потокам, постараться сосредоточить силу на кончиках пальцев и прогнать ее обратно к сердцу. Сколько еще времени этот человек будет в моей голове и жизни? Коснувшись своего живота, покачала головой: «Всегда».

Род Де Калиар славился своей невероятной связью. Родители чувствовали детей, дети родителей, сестер и братьев. Глава рода мог отследить всех и понять, кому нужна помощь. И когда родится мой малыш, Леон тоже почувствует его появление, но поймет ли, что произошло?

Время потеряло свой бег, я то пыталась прогнать свои внутренние потоки силы, то начинала озираться в страхе, боясь, что меня обнаружили. Бабушка сказала идти на север. Три дня, и меня найдут. Кто и как, я могла только предполагать. Поисковики по крови были лучшими ориентирами. Так что, если бабушка передаст им каплю своей крови, найти меня смогут быстро. Но кто? Кто рискнет встать против моего отца и тех, кто покровительствует ему?

Закрыв глаза, поняла, что уже способна создать магический компас, и порадовалась, что браслет показывает верное направление. Но радость была не долгой, войдя в лес, поняла, что я по-прежнему мокрая, уставшая и опыта выживания у меня в таких дебрях немного. Попыталась себя взбодрить тем, что отлично разбираюсь в травах и могу отличить чистое растение от проклятого. А еще… у меня были воспоминания о Леоне. Вот кто, по-моему, мог выжить везде где угодно.

Он часто рассказывал, как они с братом путешествовали, как дядя учил его разводить костер, как определять чистую воду от отравленной. Он говорил об обычных вещах в своей семье, а я понимала, что завидую ему, завидую его семейным ценностям, отношениям. Надеялась, что смогу вырваться из своего дома и уйти к нему… Но не получилось…

Прошлое заскреблось в сердце, защипало в глазах, и, недовольно дернув головой, я подняла подбородок к верху. Я не буду плакать над этим. Я сильнее обстоятельств, Леон никогда не давал мне никаких обещаний. Так что вся моя боль и обида – только от своих собственных фантазий. Мне надо продержаться три дня и сохранить своего малыша. Уберечь его чистую душу от Тьмы и её демонов. Неужели я не могу сделать такой малости?