Текст книги "Повелитель крыс. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Владислав Бобков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 33 (всего у книги 34 страниц)

Глава 33

Сверхтяжелый кран, словно гора, возвышался над трясущимся и шатающимся городом крыс. Даже несмотря на печальное состояние этого промышленного гиганта, он всё ещё выглядел надежнее и прекраснее, чем всё построенное крысолюдьми.

Одно лишь землетрясение от пробуждения крана заставило Карсдайк встать на грань падения.

Забавно, но хоть стоявший рядом с Одноглазым Крайс и старался продемонстрировать высокомерие и полный контроль над ситуацией, на самом деле ему тоже было до безумия страшно.

Дрожь земли под их ногами была так велика, что небоскрёб Одноглазого так сильно раскачивался из стороны в сторону, что Крайсу пришлось судорожно вцепиться в ограждение, чтобы не упасть.

А что было бы, не выдержи это здание такой встряски? Они бы вдвоем уже летели бы вниз, как и те неудачники из ближайшего небоскрёба.

Крайс покосился на обрушившееся здание неподалеку и тихо сглотнул. В этом и была опасность следования за слишком могущественным господином. Когда он делал «торжественный выход», был риск случайно его не пережить.

Однако, как бы сильно у него не тряслись сейчас лапы, от него требовалось сделать кое‑что ещё.

– Итак, господин Одноглазый, вы готовы выслушать‑принять дальнейшие указания? – одной лишь этой фразой Крайс, а через него Скарс, давал Одноглазому понять об изменившейся иерархии.

Всё ранее продемонстрированное высокомерие Одноглазого сползло вниз, словно спущенная с раба плетью шкура. Конечно, в глубине души вожака всё ещё теплилось неповиновение, но оно было мгновенно подавлено инстинктивном самосохранения.

– Конечно, я всегда был самым верным‑послушным другом Скарса. В конце концов, мы вышли‑выползли с ним из одних и тех же родильных ям! Может быть, мы даже потомство‑выводок одной и той же крысиной матери!

– Все мы родились из одних и тех же родильных ям, – сухо заметил Крайс. – Касательно же матери, не нам об этом болтать‑обсуждать. И впредь рекомендую‑советую обращаться к господину Скарсу как к «господину». Это понятно‑ясно?

– Да, ясно‑ясно. – Сцепил острые зубы Одноглазый, подавил ярость от унижения.

Кажется, за последние месяцы Крайс затаил изрядную обиду на Одноглазого и теперь наслаждался возможностью её излить наружу.

– Тогда вот первый приказ‑указание. Когда толстосумы‑торговцы Карсдайка соберут войска для обороны, сделай лишь вид помощи. Когда же верные нашему господину войска ударят их, твоя задача ударить в спину.

– Надо всех убить‑прикончить? Мы повторим то же самое, что и сделали‑сотворили с Крейзеном? – деловито поинтересовался Одноглазый, уже прикидывая, как вывозить ценности из гибнущего города, однако ответ Крайса был иным.

– Нет, Карсдайк нужен нашему господину‑повелителю абсолютно целым и сохранившим все свои промышленные мощности. Совет Карсдайка тоже не следует уничтожать‑убивать. Заставь их кровоточить‑дрожать. Пусть они почувствуют ужас‑страх, тогда с ними будет намного легче договариваться. Наш господин хочет, чтобы этот уровень стал плацдармом‑фундаментом, с которого мы начнём наш марш по уровням. Дальнейшие же подробности тебе расскажет Трасч.

– Он уже вернулся‑пришёл? Тогда Скар… господин Скарс тоже тут‑здесь? – Насторожился Одноглазый.

– Трасч только недавно вернулся в Карсдайк и теперь занят подготовкой‑организацией Собирателей трупов. Наш господин же ещё занят куда более важными‑серьезными делами в Центре управления уровнем.

Сказав всё, что от него требовалось, Крайс немедленно пошёл прочь, не желая тратить на Одноглазого и минуты своего личного времени. Кроме того, у Крайса тоже намечалось немало дел.

Будучи главным над производством техновоинов, ему следовало ускорить в несколько раз сам процесс. А чтобы это сделать, требовалось увеличить поставки материалов, в том числе и биологических.

Одноглазый же, понимая всю щекотливость своего положения, немедленно поспешил на нижние уровни города, где уже роились Собиратели трупов. Вонь их грязных, заражённых лохмотий раздражала Одноглазого, уже почти забывшего своё прошлое, однако, когда вожак дошел до местоположения Трасча, вонь показалась ему уже совершенно незначительной.

Если ранее ему по пути встречались изуродованные, но всё же крысы, то теперь подступы охраняли чрезвычайно уродливые остроухие твари. Эти сгорбленные, постоянно нюхающие воздух и дёрганные монстры чем‑то напоминали людей, но чрезвычайно сильно ушедших от своих далёких предков.

Одетые в шкуры и одежды, ещё более жалкие, чем у крыс, они тем не менее сжимали в руках копья, мечи и даже артефакты, изысканность которых была совершенно невероятной.

И, судя по их умелым движениям и хищным взглядам, они превосходно умели пользоваться этими вещами.

Как уже можно было догадаться, получив контроль над комплексом, Сергей встал перед дилеммой, что ему делать с оставшимися в живых потомками Корвиуна Джарласка. Развязанный древним эльфов ритуал методично охотился за связанными кровью существами, убивая и меняя любого, кому не повезло оказаться на пути кровавых щупалец.

Однако, выживая столетия в кровопролитных племенных войнах и неся в своих генах эльфийские корни Мрачноземья, эти мутанты не были слабаками. Да, большая часть молодняка, стариков и женщин погибла, но зато выжили самые сильные и опытные.

Эти мутанты прекрасно орудовали старым оружием и различными древними артефактами, вроде щитов, лазеров, бомб и ловушек.

Убивать их было бы настоящей растратой, плюс Сергей не хотел, чтобы история Корвиуна так бездарно закончилась. Возможно, сам Корвиун придерживался иного мнения, но Сергей считал, что эти мутанты всё равно были его потомками. И раз уж они сумели выжить, то получили шанс на дальнейшее будущее.

Когда управляемые Файвом, так назвал ИИ Сергей, окружили паникующих, но готовых сражаться до последнего мутанта, Файв холодно сообщил им, что новый повелитель предлагает им преклонить колени или сдохнуть.

Надо ли говорить, что оставшиеся племена, поражённые продемонстрированной властью, немедленно изъявили свою верность. Говорили они на изрядно деградировавшем эльфийском, поэтому Трасч их совершенно не понимал, но от него это и не требовалось.

Мутанты были назначены его элитной силой и охраной, с чем они прекрасно справились, уничтожая любых врагов по пути от Управляющего комплекса до Карсдайка.

При поддержке же нескольких отрядов големов путешествие Трасча обратно оказалось совершенно спокойным и будничным.

Но настоящее потрясение Одноглазого ждало дальше. Пройдя сквозь готовящихся к войне собирателей трупов и мутантов, он наконец вошёл в «логово» Трасча.

– Что‑что с тобой произошло⁈ Кто ты‑ты вообще такой⁈ Ты как‑то сожрал‑съел оригинального Трасча⁈ – шокировано закричал Одноглазый, смотря на сидящего и утомлённо разбирающего донесения писцов гиганта. Если раньше Трасч был обычным, небольшим рогатым серым крысолюдом, то теперь по размеру он даже обошёл Грома, угрожающе приближаясь к трём метрам. Узлы пропитанных чумой мышц невозможно было скрыть даже мешковатым плащом и шерстью. Более того, Сергей исправил вечную сгорбленность крыс, из‑за чего обновлённый Трасч стал выглядеть ещё выше.

Даже в сидячем положении он возвышался над Одноглазым, создавая поистине гнетущее впечатление. При этом крысиные шкурки с записями в руках обновлённого Трасча смотрелись столь маленькими, будто он взял в руки листочки для заметок.

Надо ли говорить, что обновленный вид Трасча стал именно тем «чудом», которое ждали последователи Скарса? Трасча знали многие, и его прекрасное преображение было мечтой большинства крыс Элизиума.

Вспышка эмоций Одноглазого вызвала у Трасча лишь привычный усталый вздох, так как он видел это уже слишком много раз, после чего он медленно отложил шкурки и помассировал глаза.

– Отвечая на твой вопрос‑вопрос, наш господин, во время обучения перед штурмом, получил кое‑какие знания‑навыки по улучшению своих божественных пророков. После того, как он победил‑захватил Искусственный разум, он дал каждому из нас это благословение.

Трасч неуверенно поднял огромную руку и сжал пальцы в массивный кулак. Кажется, он до сих пор никак не мог привыкнуть к изменившейся перспективе.

– Теперь каждый из нас зовётся «Сынами божьими», и мы стали намного сильнее‑могущественнее, чем раньше, благодаря божественной искре господина Скарса.

– Стой‑стой, г‑господин Скарс научился давать подобную силу всем⁈ А я могу её получить⁈ – жадно подался вперёд Одноглазый, но тут же вспомнил ещё одну часть слов Трасча. – И что ты сказал‑проговорил про божественность? – тон Одноглазого наполнился невольной насмешкой. – Камень‑скала упала вам всем на голову, и вы поверили, что он какой‑то там бог? Как Многохвостая мать?

– Возможно, ещё сильнее, – серьезный ответ Трасча заставил смех Одноглазого застрять в его глотке. – Сейчас это ещё не так, но господин Скарс набирается сил‑сил. Если он сумеет достичь могущества из своего прошлого‑раннего воплощения, то мы выбрали правильную сторону.

Одноглазый не знал, что сказать. Ему тоже безумно хотелось получить такое же тело, но страх перед возможной ценой и фанатиками Многохвостой матери его останавливал, из‑за чего он метался в разные стороны.

– Но пока‑сейчас это не важно, – Трасч серьезно взглянул на Одноглазого. – Крайс уже должен был теперь примерно рассказать план. Господин Скарс не хочет‑заинтересован в бессмысленной резне. Ты достаточно много знаешь, чтобы узнать и эту тайну‑секрет. Если господин сумеет добраться‑дойти до главной управляющей панели станции, расположенной‑находящейся в Верхнем городе, то Элизиум, или то, что от него осталось, станет полностью нашим. Но чтобы это произошло, нам нужно собрать‑захватить все имеющиеся силы, чтобы суметь прорваться наверх.

– Великие кланы никогда с этим не согласятся‑одобрят! Будет великая война‑бойня! – гулко сглотнул Одноглазый. Даже его жажда власти пасовала здесь, ведь задуманное Скарсом было слишком безумно. – Они раздавят‑убьют нас!

– Они попытаются‑попробуют, но провалятся, – мрачно улыбнулся Трасч, то сжимая, то разжимая огромный кулак. – Силы Великих кланов пока что и впрямь намного больше наших, но их проблема‑трудность в том, что они разрозненны и совершенно друг‑другу не доверяют, в то время как мы, ха, полностью едины.

– Великий клан Асид отправит против нас сотни тысяч солдат‑тварей. – смирившись, застонал Одноглазый.

– Нашему господину не помешает много материала для экспериментов.

– Асиду служит клан Ратт, лучших убийц Элизиума! Когда они придут‑прибегут, мы даже не узнаем, как умерли! – сдаваясь, всё же упорствовал Одноглазый.

– Какое совпадение, Искусственный разум Файв как раз получает‑забирает доступ ко всему уровню. Когда он закончит, здесь не будет ни единого места вне его взгляда‑глаз.

– Великий клан Шайз? Когда они узнают, что мы сумели подчинить саму Великую машину, то они обязательно захотят её забрать‑украсть! Говорят‑пищат, что их лучшие машины‑големы способны сражаться на равных даже с древними техно‑ужасами!

– Наш господин уже работает‑трудится над этим.

– Сколько в этих словах твоих слов, а сколько Скарса? – подозрительно глянул исподлобья Одноглазый, на что получил прямой взгляд Трасча.

– Это уже не важно. И это наш повелитель. Или ты думаешь, что теперь сумеешь избежать этой участи? – Одноглазый хранил молчание, ведь он уже понял, что бежать было уже поздно.

– А вообще, не делай такую морду‑морду, – фыркнул Трасч, немного развеивая жуткую атмосферу. – Вспомни, кем мы начинали и к чему мы пришли теперь. Чего ты достиг‑украл, если бы продолжал? Стал бы лишь очередным богатым‑жирным толстосумом наверху Карсдайка? Теперь же мы, если не умрём‑сдохнем, имеем шансы взлететь так высоко, о чём мы даже не могли и подумать!

Видя, что Одноглазый начал колебаться, Трасч мысленно довольно кивнул. Хоть Одноглазый ему и не нравился, он был прекрасным противовесом влиянию Теклуса. Последний после «окукливания» обзавёлся аж четырьмя лапами и был оставлен Скарсом изучать и осваивать магические технологии Файва. Ему в этом деле помогал и Гердам Кальванелиус.

По какой‑то причине их босс относился к старому магу с изрядной долей доброжелательности. Была ли причина в том, что тот был человеком? Хотя Трасч не заметил, чтобы это касалось других людей.

Так или иначе, оправившийся после потери лап Теклус получил бы огромное влияние среди Собирателей трупов благодаря своему новому облику. И Трасчу нужен был кто‑то, кто помешал бы ему безраздельно набирать власть!

* * *

Тем временем же Скарс старательно изучал Файва и оставшиеся с далёкого прошлого ресурсы и знания. Благодаря урокам Корвиуна Сергей уже узнал немало нового, благодаря чему немного обновил руны на амулете связи Лартании, улучшив пропускную способность связи.

Лартания со своей стороны сделала то же самое. В чём‑то драконица училась даже с ещё большим ожесточением, чем сам Скарс, ведь от этих знаний зависело, есть ли у неё шанс вернуть свой оригинальный облик.

Но не меньшей важностью для Ордынцева было ещё две вещи: оставшаяся у Файва армия големов и уровень его контроля над Пятым уровнем. И здесь были как хорошие новости, так и не очень.

– Ты хочешь сказать, что немалую часть всех твоих сил мы же сами и уничтожили? – пустым тоном уточнил Сергей, сидя перед главной консолью ИИ. Сам он уже вернулся к облику крысолюда, пусть и улучшенного. Теперь его тело по размеру было под стать полувеликану. Возможно, именно отсюда он взял вдохновение улучшить и своих подчинённых?

Сама концепция фиксированного вида для Сергея всё сильнее размывалась. Он всё чаще менял или исправлял небольшие черты своей морды, пытаясь подобрать нечто лучшее. В один день Кальванелиус чуть не получил сердечный приступ, когда столкнулся с таким же, как и он сам, человеком. Лишь когда прозвучал знакомый голос, он понял, кто это.

Сам же Ордынцев чувствовал болезненное стремление к изменению своего облика. Разумом он понимал, что это нездоровое стремление, но его сущность словно сходила с ума.

– Так и есть, – согласился ИИ. – Оставшиеся работоспособные боевые единицы составляют лишь пятнадцать процентов от штатного состава, – словно насладившись неприятными эмоциями управляющего им кожаного мешка, он продолжил. – Но должен указать, что часть из повреждённых единиц возможно восстановить благодаря ремонтным големам. По предварительным расчётам, возможно повысить число работоспособных единиц до тридцати четырёх процентов.

– Я подозреваю, что есть подвох, – вздохнул Сергей, уже осознав садистские привычки этого ИИ.

– Я не был запрограммирован находить «подвохи». Срок восстановления указанных девятнадцати процентов составляет четырнадцать лет, пять месяцев, шесть дней и…

– Хватит этих бессмысленных цифр! Как будто секунды что‑то решат! – оборвал наглую машину Сергей. – Почему так долго?

– Число ремонтных големов чрезвычайно мало…

– Что мешает их восстановлению?

– Нехватка материалов. Также их восстановление потребует дополнительного времени.

– Хм‑м‑м, имеются ли в твоей базе данных их чертежи? – Сергей задумчиво постучал себя по подбородку.

– База данных повреждена на шестьдесят семь процентов, но так как данная информация помечена как сверхважная, она сохранена.

– Проанализируй, могут ли нынешние маги и инженеры ускорить создание ремонтных големов, взяв на себя самые простейшие части процесса?

– Это… возможно… – с долгими паузами признал Файв, но теперь ИИ звучал почти оскорблённо. – Но качество получившейся продукции будет чрезвычайно низким! Это идёт против всех правил и стандартов!

– Это уже не важно, – ухмыльнулся Сергей, пока его глаза хитро сверкнули. – Сейчас нам требуется не надежность, а массовость!

Глава 34

Пришло спасение‑помощь, братья‑крысы! Бог отправил нам, простым смертным‑крысам, своего сына! Пророка, который поведёт нас! Он укажет‑наставит нас на истинный путь! Верьте в него! Умрите за него! Во славу Скарса Безумного! Во славу Собирателей трупов!

Тысячи отчаянных и тоскующих о чём‑то большем крыс стекались в указанные подземные шахты, куда призывали их прийти проповедники. У многих из них единственным имуществом были костяные ножи и жалкие набедренные повязки. У некоторых и вовсе не было еды, а в последний раз они принимали пищу несколько дней назад.

Если бы они не нашли, что поесть там, куда они шли, то всё вышло бы из‑под контроля очень быстро. Озверевшие от голода крысы принялись бы рвать друг друга, полностью теряя остатки разума.

Однако безумная надежда на спасение всё ещё держала их под контролем. Стоявшим вдоль туннелей мрачным фигурам собирателей трупов практически не приходилось вмешиваться. Тех, кто осмеливался создавать неприятности, разрывали сами же «паломники», заодно насыщая свои исхудавшие животы.

Местом для главной проповеди Трасч выбрал, что иронично, тот самый ангар, в котором раньше располагался гигантский кран, который теперь угрожающе нависал над всем Карсдайком.

Благодаря удаленному контролю, Сергей приказал автоматике слить часть ядовитых вод в специальные отводящие желоба, вследствие чего ангар вновь оказался относительно сухим. Тем не менее неприятный химический запах всё ещё раздражал усиленные рецепторы Трасча.

Сам рогатый крыс невероятно нервничал. Хоть снаружи он и превратился в «Халк»‑версию крысолюда, но внутри он так и остался трусливым и нерешительным магом. Вот только чего сам Трасч не замечал, так это того факта, что за все эти годы следования за Скарсом его грань страха заметно так сдвинулась. Теперь, даже стоя перед многотысячным морем жадных глаз и оскаленных пастей, он боялся даже не за свою жизнь, а за то, что провалит порученное ему поручение.

«Как жаль, что Грома здесь нет», – грустно подумал Трасч: «Эта гора мышц, ставшая ещё больше‑крупнее после возвышения, хоть и невероятно тупая‑глупая, но зато рядом с ней как‑то спокойнее…»

Прямо сейчас Гром был заодно занят, организовывая элитные силы Собирателей трупов и гвардию Скарса в готовое ударить в слабые места копье.

Но ангар уже почти оказался заполнен, и пора было начать «программу». Ради этого дела для Трасча подготовили высокую платформу, сделанную из кое‑как слепленных кусков мусора и дерева. Впрочем, благодаря торчавшим во все стороны шипам и копьям она выглядела внушительно, что и требовалось.

Трасч тихо постучал по прикрепленному к груди микрофону и услышал, как «колонки» по бокам ангара повторили стук. Он глубоко набрал воздух в огромные, похожие на меха лёгкие.

– БРАТЬЯ! – его громовой голос перекрыл шум всей многотысячной толпы, привлекая внимание только к нему одному. – Услышьте‑выслушайте же меня, ведь я есть голос того, кто сильнее и могущественнее нас настолько, что мы даже не можем себе представить‑вообразить! Я есть голос‑глас Бога изобретений и технологий! Голос того, кто в далеком прошлом уже правил‑управлял этим ныне погибающим миром!

Слова Трасча наполнились гневом, и на этот раз он был искренним.

– Веками глупцы‑дураки управляли нашим миром, ведя его лишь к упадку‑краху! Вместо того, чтобы жить в достатке‑богатстве, вы погибали от голода! Вместо вкусной еды‑мяса, вам давали помои‑грязь! Вместо дома‑логова, вы получили побои и кучу мусора!

Вот эти слова пришли куда больше по душе толпе, разжигая её ненависть. Трасч мог лишь качать головой, ведь большая часть этой речи была написана самим Скарсом. Откуда он мог так хорошо читать настроения толпы?

Теперь же, когда гнев был зажжён, надо было дать толпе цель, на кого его можно было выплеснуть.

По знаку Трасча десятки слуг с кряхтением потянули за верёвки, и на всеобщее обозрение были подняты тяжёлые кресты с привязанными к ним дёргающимися от паники крысами.

– Вы вообще знаете, кто за мной стоит‑следит⁈ Немедленно отпустите меня, и тогда я забуду о том, что вы сделали‑сотворили! – надрывались некоторые из них, но в шуме толпы их крики были совершенно неразличимы.

– Вот некоторые из тех, кто стоял за вашим голодом‑несчастьями! Именно их жадность‑подлость убивала вас! И сегодня под взглядом нашего Бога они познают его милость‑гнев!

В ту же секунду в расположенных под каждым из крестов чашах вспыхнуло горючее масло, облизывая завывающие тела. Столь жестокая расправа над теми, кого они уже записали в виновников всех своих бед, очень обрадовала крыс. Многие из них даже начали напирать на ограждения, но удары дубин и копий собирателей трупов быстро охладили их энтузиазм, оставив под ногами стонать сотни стонущих тел.

– Но кто‑то из вас может‑захочет спросить себя, чем же тогда мы отличаемся от этих тварей? Вдруг, получив власть‑влияние, мы превратимся в тех же самых угнетателей‑воров, как и те, что до нас⁈ Ответ прост‑прост! Мы будем делом доказывать, что мы лучше‑лучше их! И сейчас первое чудо‑благословение! Пусть к платформе выйдут‑приблизятся сотня тех, чьи тела оказались изуродованы‑изменены болезнями или мутациями! Те, чья плоть стала столь отвратительной‑мерзкой, что её не захотели бы съесть даже другие! Не бойтесь, братья‑друзья! Да по вере вашей придёт награда‑блестяшки!

Обычно бы никто из осторожных и трусливых крыс не осмелился бы быть первым, но Трасч уже подумал об этом, вот почему среди толпы уже было около двух десятков собирателей трупов, давно мечтающих о божественной благодати.

Услышав заветные слова, они что было мочи бросились к платформе, расталкивая и нападая на любого, кто мешал им пройти. Столь поразительное воодушевление заставило других крыс волноваться. Вдруг это и впрямь был шанс один на миллион? И сейчас кто‑то другой ухватился бы за него вместо них!

Стайный инстинкт заставил последовать и других крыс. Скоро собралось даже больше сотни кандидатов, но Трасч никого не выгнал.

Сейчас же наступала самая сложная часть.

– Господин, вы меня слышите‑видите? – неуверенно мысленно обратился Трасч внутрь себя, и хоть он уже чувствовал это раньше, но ответ Скарса всё ещё выбивал его из колеи.

– Конечно, мой верный Трасч. Я с большим интересом наблюдал за твоей речью. Признаюсь честно, ты делаешь большие успехи.

– Вы мне льстите, повелитель‑господин, – насмешливо над самим собой подумал Трасч. Голос Скарса и раньше отличался от обычных крыс, сейчас же он звучал и вовсе жутко, ведь Скарс не говорил обычными словами, он передавал образы напрямую в саму душу своего пророка. – Что мне нужно делать‑делать?

– Ничего, друг мой. Мы же уже это делали. Как когда‑то говорили, просто расслабься и получай удовольствие. – Вкрадчивый голос Скарса звучал чрезвычайно зловеще, но его слова наоборот успокоили Трасча, поэтому он позволил божественной воле спуститься в его тело.

Расположенная внутри него божественная искра вспыхнула новой силой и выпустила во все стороны щупальца, беря под контроль руки и часть энергетики рогатого мага.

Сойдя с платформы, Трасч подошёл прямо к нервно на него смотрящим мутантам и раненным крысам.

– Да познайте же вы свет‑благо нашего господина! И да уверуйте вы в него! – Массивные ладони Трасча легли на головы двум ближайшим крысам, и сразу же от них начало исходить яркое свечение.

Фактически, это самое свечение было всего лишь очень рассеянной магией гнили, но она выполняла главную цель – делала сцену более впечатляющей.

Тем временем же под управлением божественной искры Трасча Скарс выпустил тончайшие нити техночумы, проникающей в тела больных и изуродованных. Оценив фронт работ, он даже не пытался превращать их в обычных, здоровых крыс, ведь это противоречило самой основе культа Собирателей трупов.

Нет, под экзальтированными взглядами многотысячной толпы каждый из сотни благословенных менялся по‑своему. У некоторых выросли дополнительные конечности, другие обзавелись новыми глазами или раздвижными челюстями, а третьи прибавили в росте.

Но у всех было что‑то общее, их старые раны и болезни бесследно исчезли, благодаря чему каждый из сотни получил крепкое и могучее здоровье.

– Чудо‑чудо‑чудо! – шок прокатился по всем зрителям. Сидящий в центре управления Скарс удивленно замер. Он впервые почувствовал, как его божественность показала внезапный признак роста.

Кто бы мог подумать, но наличие искренне уверовавших последователей и впрямь усиливало мощь божества.

– И это ещё не всё‑всё! – когда низко кланяющиеся благословенные вернулись обратно в толпу, Трасч вновь завладел всеобщим вниманием. – Чудо исцеления – это первый дар‑подарок тем, кто назовёт его богом! Второе же чудо‑благословение – это плоть!

Пока он говорил, слуги сняли обгоревшие тела крыс и сложили их горкой перед Трасчем. От этих тел исходила ужасная вонь горелого мяса, но Трасча это давно перестало волновать.

– Как сказал наш господин‑повелитель, любая плоть есть священна! Мёртвая или живая, гнилая или сгоревшая – вся она принадлежит лишь Богу! И лишь он может решать, продолжать лишь ей жить‑существовать или умереть! Эти еретики посмели пойти против милости нашего Бога! Но даже в смерти они будут исполнять его волю!

Божественная власть Скарса вновь снизошла в реальный мир, используя Трасча как проводник его воли.

И под влиянием этой силы сгоревшая плоть начала трескаться и лопаться, выпуская наружу бесконечный поток новой, мясистой розовой плоти. Прошло несколько минут, и десятки тонн выросшего мяса подняли Трасча над всеми ними.

– Первым чудом‑подарком было исцеление, вторым же чудом станет искоренение голода‑нужды! Пока вы служите истинному богу, ваши желудки‑животы всегда будут полны! Так отведайте же божьей плоти, братья!

И толпа не подвела. Сотни ближайших крыс с безумным голодом в глазах кинулись вперёд. Напрыгнув на мясистую стену, они вогнали в неё свои когти и клыки, вырывая оттуда истекающие соком куски.

Наверх же к Трасчу поднялись одетые в чёрные балахоны собиратели трупов. Вооруженные длинными мясными ножами на длинных ручках, они отрезали куски и бросали их дальше в толпу, чтобы каждому хватило.

Трасч широко развёл свои гигантские руки, возвышаясь над кровавой сценой внизу.

– Вкушайте‑ешьте же, что есть было мочи, братья! К нам спустился бог! И о какой же славный это день!