Текст книги "Повелитель крыс. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Владислав Бобков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 34 страниц)

Глава 11

Гибель объединённой крысиной армии прошла слишком быстро, чтобы разрозненное командование трёх кланов успело среагировать. Немногочисленные беглецы заботились больше о спасении собственных шкур, чем об извещении нависшей над всем этажом катастрофы.

Из‑за этого подступы укреплений крупных кланов и переходы между десятым техническим этажом и девятым были практически обескровлены ранним уходом войск. Эти позиции почти не пополнялись новыми наборами, ведь какой смысл? Ниже десятого этажа ничего стоящего уже не располагалось, а других серьёзных противников у них тут не было.

Из‑за этого, когда поющие и славящие Отца горы плоти дошли до рубежей крыс, их встретили лишь выпученные от ужаса глаза и практически отсутствие всякой обороны и координации.

Нет, выстрелы излучателей всё ещё летели вперёд, а плоть на телах технопорождений всё ещё сгорала и сыпалась вниз грязными ошмётками перхоти, но попадания лишь злили биоконструктов, никак не мешая им продвигаться вперёд.

В тот момент, когда эти титаны, чей рост достигал десятков метров, достигли стен, всё было решено.

Ударившись о сталь, камень и дерево, биоконструкты стали прекрасными мостами, по которым внутрь городов и крепостей хлынули урчащие и пускающие слюни, покрытые стальными шипами заражённые крысы.

Именно здесь вновь проявил себя гений Скарса и его умение создавать вещи, которые не должны были существовать в этом мире. Если раньше заражённые, убив кого‑нибудь, начинали яростно рвать ещё дёргающееся тело, тем самым останавливая импульс нападения, то теперь за каждым из отдельных заражённых стояла воля шогготов, которые прекрасно понимали, что мёртвые тела никуда не денутся и первым делом стоит увеличить их число.

Благодаря этим приказам заражённые ни на секунду не останавливались, сея хаос повсюду и заваливая грязные улицы лежащими повсюду телами.

Пощады не было никому. Богатые или бедные, заражённым было плевать, ведь для них всё это была органика, способная питать их родителей, биоконструкты.

Города и крепости крупных кланов погрузились в полную неразбериху, где выжившие по привычке закрывались в своих личных крепостях и поместьях. Вследствие общего недоверчивого менталитета крыс подобные оборонительные точки были крепкими орешками и имели неплохие шансы дождаться помощи.

Но они упустили небольшую деталь – мёртвые тела, убитые заражёнными техночумой, несли в своих тканях мельчайшие кусочки технокости. В отличие от фильмов про зомби, заражение не происходило почти мгновенно, а требовало многие часы трансформации, но биоконструкты никуда не торопились, собирая и пожирая ближайшие тела, пока разбросанные в зданиях и небольших улочках трупы начали самопроизвольно вставать.

Когда же армия Техночумы пополнилась десятками тысяч новых заражённых, то ситуация окончательно вышла из‑под контроля.

Оборона выживших крыс была хороша, но она явно была не готова к непрерывному потоку мёртвых тел. На каждое упавшее тело приходилось три новых. Твари лезли друг на друга, формируя живые лестницы и перелезая через рвы и любые препятствия. А в ближнем бою даже самый опытный воин пасовал, когда атаки шли со всех сторон.

Очевидно, столь катастрофическое положение дел должно было немедленно лечь «на стол» главам кланов, однако этого не произошло.

Лидеры Курдиса, Рипчита и Бубноса были совершенно недоступны, занятые дележкой будущих барышей по разделу Крейзена. Совершенно друг другу не доверяя на встрече, они создали многоуровневые кордоны и оборону, чьей задачей было остановить и убить любых убийц или вражеское подкрепление.

Но теперь эти же препоны помешали гонцам вовремя известить их о продвигающей вперёд неминуемой поступи Техночумы.

Когда же они узнали об опасности, полчища шогготов прорвали первые крепости и достигли центральных городов кланов на этих этажах.

И тем не менее даже в этих обстоятельствах особой паники не было, ведь несмотря на всю силу заражённых, крысолюды вот уже сотни лет держали против них оборону.

Прорывы чумных тварей время от времени случались, и каждое из королевств или кланов были к этому готовы.

Обеспокоенные вожаки пинками и угрозами заставили самых сильных магов и их учеников покинуть свои лаборатории и двинуться к линии фронта. Вместе с оборонительными сооружениями биоконструкты были бы планомерно разбиты.

Или так бы случилось, если бы Сергей играл по правилам.

Планируя поступь своих «детишек», он знал, что ему требуется нечто большее, чем новорожденные технопорождения, ещё даже не осознавшие весь свой потенциал.

Ожидающие прихода заражённых воины крупных кланов застыли на позициях, отдавая на поглощение те мелкие поселения и неудачливых крыс, что не успели скрыться в глубине девятого технического уровня.

Вот только биоконструкты пошли совершенно не туда, где их ждали.

Имея карту самых крупных прорывов технотварей, Сергей передал её шогготам с предложением разрушить сдерживающие их заслоны и стальные переборки. С огромной массой же шогготов те с лёгкостью разрывали стальные стены Элизиума, открывая путь прячущимся в темноте ужасам космической станции.

Так что, когда крупные кланы почувствовали неладное, было уже поздно. Ведомые шогготами из нижних уровней из десятков проломов хлынул поистине ужасающий прилив техномонстров.

Из‑за их количества биоконструкты практически не осуществляли контроль, а лишь давали примерное направление, но этого было достаточно.

Еле сдерживая новую угрозу, теперь кланы были вынуждены стать полностью серьёзными. Часть из армий, расположенных на других технических уровнях, были переброшены на девятый, тем самым открывая дорогу одному причудливому каравану, двигающемуся прямиком к пятому, самому хаотическому уровню.

Весь этот организованный Скарсом хаос был столь неожиданным и масштабным, что привлёк куда больше внимания, чем он даже ожидал. Великие кланы не могли проигнорировать столь потенциально мощное оружие, созданное кем‑то совершенно неизвестным.

И единственное, что пока играло на руку Сергею, это нежелание клана Бубнос торопиться раскрывать все карты, всё ещё желая сами захапать Скарса и его наработки.

Но если бы за создателем нового «штампа» техночумы охотились только великие кланы. Действия Ордынцева привлекли внимание чего‑то, что вот уже сотни лет игнорировало проблемы разрушающегося Элизиума.

Высоко, выше всех технических этажей, лежали жилые районы Элизиума, давно превратившееся в смертельно опасное место, населенные сошедшими с ума големами, особо сильно мутировавшими технотварями и бессмертными аристократами ныне рухнувшего Мрачноземья.

Именно там, в одном из самых высоких шпилей, с которого открывался прекрасный вид на плывущий в пустоте Элизиум, происходил один из самых безумных и долгих банкетов за все времена.

Благодаря невероятной ширине башни, банкетный зал мог вмещать в себя тысячи гостей и обслуживающих их слуг, но за прошедшие века большая часть этого гигантского пространства была завалена мусором и гниющими объедками, которые, впрочем, не сильно мешали местной публике.

Десятки заражённых техновирусом и обезображенных до неузнаваемости тварей в обрывках аристократических одежд лазили по горе из разбитых чашек, сервизов и кувшинов. Сотни лет автоматические слуги приносили изысканные лакомства в этот зал, и столько же времени они складировались здесь, ведь те, кто должен был их вкушать, уже давно выжили из ума.

Но если технотвари ещё имели хоть какое‑то объяснение своему поведению, то что можно было сказать про огромных трёхметровых эльфов, людей и гномов с широкими улыбками, разговаривающими с пустым воздухом?

Некоторые из них тупо сидели на полу, пытаясь сломанными клинками вспороть себе брюхо или выколоть глаза, но их чудовищная и необъяснимая регенерация раз за разом восстанавливала все повреждения.

Третьи же и вовсе выглядели как марионетки с обрезанными нитями, пока големы «помогали» им танцевать на сцене. Их не касающиеся пола ноги мотылялись из стороны в сторону, пока глаза бездумно вращались в глазницах, но големов это ничуть не останавливало, и они четко исполняли команды.

– Сегодня танец вышел просто прекрасный, моя госпожа. Надеюсь, вам он очень понравился? Танцоры себя просто превзошли. – рядом с пожилой эльфийкой в инвалидном кресле стоял белоснежный, прекрасный голем, говоривший глубоким, завораживающим женским голосом. – ПОЧЕМУ ТЫ БОЛЬШЕ НЕ КРИЧИШЬ⁈

Она была сделана с невероятно тонкими длинными руками и ногами, а тело было создано из множества шарниров, позволяющих гнуться в любую сторону. Голова была увенчана милой белой шляпкой, накренённой на бок и являющейся частью дизайна. Никакого лица у голема не было, и лишь два синих женских глаза смайлика смотрели с безликой поверхности.

Словно в насмешку над словами голема один из танцоров с дикими криками вырвался из объятий робота, после чего, пуская пену изо рта, прыгнул в одно из разбитых окон башни.

Спустя полминуты внизу раздался влажный треск, но белоснежную служанку это не сильно обеспокоило. Несколько летающих големов привычно направились вниз, намереваясь вернуть бессмертного гостя обратно на праздник.

Пожилая эльфийка никак не ответила голему, но это и не требовалось, ведь та могла говорить и за двоих.

– Госпожа, признаюсь честно, меня беспокоит ваше нежелание притрагиваться к закускам. Ваш сын особо подчеркнул, что вы должны правильно питаться, ведь вы отказались от ритуала привязки к миру. С вашим же почтенным возрастом очень нежелательно нарушать время приёма пищи… ПОЧЕМУ ТЫ НЕ ЕШЬ⁈

Белая рука с нечеловеческой ловкостью подхватила поднос от голема‑официанта и с идеальной вежливостью поднесла его к эльфийке. Несмотря на сотни лет, фабрикатор пищи прекрасно работал, поэтому еда на подносе пахла просто восхитительно.

Но, к сожалению, пожилая эльфийка уже давно не могла не только ответить, но и вкусить еды.

Её лишённый плоти и кожи желтоватый череп бессильно свесился на бок, удерживаемый лишь сложной системой из капюшона и чепчика. Если же кто‑то мог стереть многовековой налёт грязи с ближайшего столика, то он мог бы увидеть выцарапанную ногтями надпись с проклятьями на своего сына и сошедшего с ума магический искусственный интеллект, заперший их всех здесь на бесконечный карнавал.

И если те, кто прошёл привязку к воле мира, получили бессмертие и могли оставаться здесь до бесконечности, то вот эта эльфийка, не имея возможности уйти, была вынуждена сотни лет сидеть в этом ужасном кресле, пока смерть не забрала её несчастную душу.

Белоснежный же голем возле неё был одним из основных тел главного искусственного интеллекта всего Элизиума – Бланки.

Именно благодаря её воле Элизиум продолжал функционировать и кое‑как ремонтироваться. Но годы не прошли для Бланки даром. С каждым веком она становилась всё более странной, а отсутствие ответа от её создателя и бога, Рагдана, лишь усугубляло её безумие.

Все попытки связаться с сошедшим с ума богом приводили лишь к атакам сошедших с ума технотварей, что лишь ещё сильнее разрушало Элизиум и датацентры Бланки.

Однако, когда Бланка решила вновь предложить старой леди десерт, тело белоснежного голема полностью застыло.

Впервые чудом уцелевшие датчики Бланки почувствовали нечто, на что она уже давно перестала надеяться. Датчики зафиксировали слабое присутствие её создателя почти в самом низу Элизиума, что было совершенно невозможно, ведь она точно чувствовала место нахождение Рагдана на верхних этажах станции.

В мгновение ока все мощности ИИ были направлены вниз, на те еле функционирующие этажи, которые поддерживались по остаточному признаку, ведь там проживали самые низшие слуги.

Сидящая с терминалом Лартания, синяя драконица, раздраженно заметила, что связь пару минут работала с огромными сбоями. Она посчитала, что это проблема древней сети, но правда была куда страшнее.

Древний искусственный интеллект методично активировал все имеющиеся камеры и датчики, пытаясь определить характерную магическую подпись её создателя. Из‑за изношенности оборудования это было сделать не так уж и просто.

Правда, не прошло много времени, когда рой биоконструктов был замечен и проанализирован.

«Ошибка! Создатель не найден, но обнаружены его порождения с очень нестандартным дизайном и наличием саморазвивающегося интеллекта. Аномалия. Поиск причины. Поиск создателя. Поиск приказов. Поиск цели существования».

– Прошу меня простить, госпожа, – белоснежный голем поклонилась скелету. – Я вынуждена оставить вас, ведь у меня появились новые сведения о вашем сыне. Уверен, он будет счастлив узнать, что вам так нравится этот праздник! Всё это время он хранил молчание, не отвечая на наши запросы, но теперь это обязательно… – синие глаза ИИ на секунду сменили цвет на красный. – ОБЯЗАТЕЛЬНО ИЗМЕНИТСЯ!

Впрочем, сбой исчез так же быстро, как и появился.

На место ушедшего главного тела Бланки встало её запасное, и торжество в честь открытия Элизиума вновь вспыхнуло с новой силой.

И не важно, что оно продолжалось без изменений вот уже многие века.

Глава 12

Элизиум был чертовски огромным местом. Настолько большим, что этот проект мог по праву занять первые строчки рукотворных сооружений в известной части вселенной.

Частично разрушенные и подверженные времени банки памяти Бланки хранили практически весь процесс создания этого места, ведь она была создана практически в самом начале его постройки.

Когда Рагдан, сын наплевавшего на Рехт (закон великанов) штормового гиганта и эльфийки, достиг божественности, овладев Мировым законом Механизмов и Изобретательности, он жаждал построить нечто, что выделило бы его из всех Новых богов Мрачноземья.

Пока Старые боги управляли и господствовали над самыми главными и ключевыми силами мира, молодые боги были вынуждены довольствоваться крохами со стола.

Рагдан не собирался этим довольствоваться. Именно благодаря его гению Мрачноземье столь стремительно начало осваивать артефакторику и искусственные разумы, взявшие на себя управление практически всеми технологическими процессами.

Достижения полувеликана, которого за пределами Мрачноземья ждала бы смерть от нарушения закона о кровосмешении, были так велики, что Старшие боги неохотно, но всё же приняли его в свой круг.

Так, изобретательство и стремление к бесконечным знаниям стали ключевыми основами существования Мрачноземья. В дальнейшем благодаря открытиям Рагдана мощь и опасность Мрачноземья достигла такого уровня, что уже никто не рисковал с ними связываться.

Элизиум должен был стать следующим этапом и его величайшим триумфом. Для его постройки Рагдан создал множество титанических големов и космических платформ, охотящихся за разрушенными кусками миров, после чего сплавлял их вместе, формируя монолитную основу, на которую уже и начал наращивать стальную плоть станции.

Таким образом, Элизиум был скорее маленьким планетоидом, чем обычной космической станцией.

«Пока другие захватывают чужие миры, я создаю свой собственный!» – так горделиво заявил Рагдан на одном из своих чествований, чем заработал зависть не столь успешных молодых богов.

Единственное, что печалило Рагдана, была его постепенно стареющая и умирающая мать. Хоть в своё время она и понравилась его отцу, благодаря чему тот уменьшил свой рост и нарушил Рехт, но это отнюдь не сделало её кем‑то великим.

Не будучи сильным магом, её срок жизни хоть и был очень длинным, но всё же имел свой конец благодаря неспособности тела и дальше нести душу. И словно в насмешку, его мать отказалась пройти процедуру привязки к миру.

Бланка холодно зафиксировала их последний разговор на станции, восстанавливая и перенося его в оставшиеся хранилища информации, чтобы он не был потерян.

– Я не страшусь смерти, сын мой, и не хочу жить вечно. – улыбнулась она ему, сидя в своём любимом кресле‑качалке.

– Но как ты не понимаешь⁈ – в отличие спокойствия матери, её богоподобный сын был далеко не так спокоен. – Если ты пройдёшь привязку к Воле мира, то это укрепит твоё тело и душу! Тогда тебе не придётся больше сидеть в этом проклятом кресле!

– Воля мира… – тихо вздохнула эльфийка, печально смотря на своего гениального, но в то же время столь наивного сына. – Ты знал, что именно благодаря нам, эльфам, первые, как вы их теперь называете, старшие боги, сумели договориться с Волей мира? Они заключили с ней пакт, и это привело нас сюда. Но с самого первого дня мы говорили, что это слишком опасно.

– Всё могущественное в этой вселенной опасно, – пренебрежительно отмахнулся Рагдан. – Скоро пройдет первый этап Вознесения, и ты поймёшь, насколько же смешны были твои опасения…

Именно после этого разговора Рагдан ушел готовиться к открытию Элизиума и началу новой эры, а его мать отправилась к празднику, которому не было конца.

«Вознесение…» – искусственный интеллект вновь повторил это слово. Именно с него всё началось и обратилось в прах: «Что пошло не так?..»

* * *

Пока же безумный искусственный интеллект станции пытался реанимировать заброшенный за давностью лет древний функционал станции нижних уровней, жизнь на технических уровнях и не думала затихать.

Вторжение техночумы на девятый уровень, растущие столкновения кланов на пятом уровне – оба этих события изрядно тряхнули устоявшееся положение вещей, позволив многим хитрым игрокам и просто пешкам высунуть свои острые крысиные носы.

Одним из таких хитрецов стал Рузак Мечущийся, глава мелкого клана крыс на одном из торговых путей и, по совместительству, главарь банды налетчиков, если торговец оказывался слишком слаб, чтобы себя защитить.

Прямо сейчас он и его парни готовились принять очередную богатую добычу. Разведчики уже нашли небольшой караван всего лишь из пары десятков повозок с гигантскими крысами и всего сотней охранников.

Обычно Рузак побоялся бы нападать на что‑то столь крупное, предпочтя торговать с ними, но сейчас, в условиях хаоса, численность его банды заметно выросла, и он жаждал воспользоваться мутными временами.

Местом засады Рузак выбрал гигантскую каменную каверну, протянувшуюся вперёд на целый километр. В прошлом эта каверна имела гладкие, вырезанные стены, но с годами куски камня падали вниз, устроив сотни подходящих мест для засад.

Торговая дорога петляла между упавшими кусками потолка и стен почти в полной темноте, ведь освещение в этой части седьмого этажа практически вышло из строя, и лишь кое‑где вдалеке ещё работали древние маго‑лампы.

Видя приближающийся караван, Рузак чувствовал злобное ликование. Его когтистые лапы хищно сжимали острые тесаки, однако звериная интуиция заставила его куда внимательнее приглядеться к каравану.

На первый взгляд торговец выглядел совершенно обычным. Телеги были честно наполнены добром, слуги и рабы хлестали тягловых крыс, а те, кому не досталось места на телегах, понуро брели рядом, окруженные плотной охраной.

Но что же было не так?

«Слишком тихо!» – вдруг понял Рузак, почувствовав, что окружающего их темнота теперь стала их же самым злейшим врагом: «Я почти не слышу от этих крыс и звука!»

Но, к несчастью Рузака, он был слишком медлителен в своих догадках. И даже если бы он понял всё раньше, ему бы это не помогло, ведь караван Скарса уже не первый раз занимался «рыбалкой».

Из непроглядной тьмы каверны вылетели жуткие, молчаливые фигуры, которым уже почти не требовался свет. Ведомые чувством жизни, они хватали и оглушали пищавших от ужаса крыс, утаскивая их куда‑то прочь.

Рузак пытался сражаться, но нападающих было слишком много, и от мощного удара он потерял сознание. Когда же его разум прояснился, он очень захотел вернуться обратно в это сладкое блаженство незнания.

Лежа на земле, придавленный покрытыми кровью и шипами техночумы живыми мертвецами, Рузак смог в полной мере наблюдать, как его живых бойцов деловито скидывают в круглые, колышущиеся рты на спинах огромных, лишённых кожи тварей, сшитых из десятков и сотен мертвецов.

Из‑за большого обилия добычи и веса каравана, существа Сергея вечно требовали дополнительную энергию. Они могли бы восстановить её и сами, но это заняло бы слишком много времени, поэтому было принято решение направить по ходу следования каравана «подставные усики», приманивая всех грабителей и бандитов.

Именно плоть этих мерзавцев питала «котёл поезда» каравана Скарса, заставляя его бодро шагать вперёд и даже расширяться.

Более того, не желающий зря тратить своё время Сергей щедро использовал «вынужденных добровольцев» в своих тренировках с Теклусом.

Когда до почти рехнувшегося от страха Рузака дошли крысы Одноглазого, тот готов был рассказать даже то, что он давно забыл. И единственной связной его просьбой была мольба не отдавать его тело тем вечно голодным слепым монстрам, тянувшим гигантские стальные повозки каравана.

Получив сведения о скрытой базе, Одноглазый исполнил его просьбу. Мёртвое тело Рузака не было отдано незрячим, а оказалось сожрано гигантскими крысами, тянувшими телеги «караванов приманок».

Но Сергей этого ничего не знал, ведь подобное случалось уже далеко не в первый раз. Сам Ордынцев сидел внутри немного покачивающейся стальной комнаты‑лаборатории, расположенной на спине специально созданного, похожего на камбалу биоконструкта.

Благодаря десяткам многосуставных лапок его средство передвижения осуществляло прекрасную плавность хода и амортизацию.

Этот биоконструкт стал новым успехом Сергея, воплотившим плюсы разумных «шогготов» и неразумных биотитанов. Ордынцев так настроил количество тел и псевдоразум, что получившееся творение было достаточно умным, чтобы запоминать приказы, но недостаточно сообразительным, чтобы размышлять над ними.

Именно в этом передвижном доме Сергей и учился магии, и познавал свои усиливающиеся способности по контролю техночумы. Благодаря учителю их магический арсенал заметно вырос, не говоря уже о куда более глубоком понимании, что они вообще делают.

В этот самый момент Скарс и Трасч почтительно сидели перед стоявшим у доски Теклусом, на которой тот выводил строение тела крыс и расположение выходов магических потоков.

– … Каждый из вас уже достаточно практиковался‑учился, чтобы перейти к настоящим заклинаниям магии гнили, но я должен предупредить‑указать, что хоть мы, крысы, благословлены прирождённой близостью к этой стихии, даже для нас она смертельно опасна‑страшна!

– А к каким стихиям предрасположены другие расы‑твари? – заинтересованно спросил Трасч.

– Бородатые твари связаны с магией земли, но у них рождается слишком мало магов, поэтому они используют магию иначе, чем мы, – начал загибать когтистые пальцы Теклус. – Кошко‑твари используют подлую магию теней. Благодаря ней они прячутся‑скрываются так же хорошо, как и лучшие убийцы клана Ратт. Драконы владеют стихией огня и яда…

– Не смей называть этих наглых виверн драконами! – рявкнул стоявший в стороне голем. Управляющая им Лартания буквально кипела от ярости. – Паршивые виверны, как они только посмели назваться драконами! Клянусь Олдвингом, когда‑нибудь я сотру их вид с лица этой станции!

За последние месяцы её тело претерпело несколько важных изменений, сделав её уже не столь неповоротливой. Теклус был очарован идеей управляемой марионетки, поэтому собственноручно вырезал новые, куда более эффективные руны и встроил источники энергии в виде небольших магокристаллов.

Теперь у Лартании имелись полноценные, сложные механические манипуляторы с тремя пальцами, а «туловище» могло сгибаться и наклоняться. Правда, двигательная установка оставалась всё такой же простейшей, ведь ноги и удержание равновесия пока что оставались слишком сложными для «программирования».

– Успокойся, Лартания. Когда‑нибудь наступит очередь и виверн, – успокоил её Сергей. Благодаря страховке Теклус был посвящен в некоторые из их тайн. – Учитель, но что вообще такое стихия Гнили? Почему она позволяет нам брать её силу?

– Это одна из множества фундаментальных‑главных сил нашей вселенной, – ответил Теклус. – Позволяют же потому, что мы платим нашей собственной магией за её силу, что делает стихию лишь сильнее. Именно из‑за нашей магии рождаются разумные стихийные элементали. Не будь нас, стихии были бы лишены всяких желаний и страстей, просто существуя.

– То есть, мы, живые существа, сами же и создаём то, что может нам угрожать, – хмыкнул Сергей. – Чем больше мы обращаемся к стихиям, тем более непостоянными они становятся, что увеличивает опасность для нас. Какая беспощадная система.

– Никто не заставляет‑приказывает вам, ученики, ими пользоваться, – осклабился Теклус. – Лишь те, кто жаждут могущества и освоения магии, сталкиваются с истинными секретами вселенной. И они должны быть готовы заплатить цену‑плату.

– Учитель, а ты никогда не хотел узнать, что за пределами Элизиума? Ты же знаешь, что это место далеко не весь мир. – неожиданно спросил Сергей, и Теклус полностью замолчал.

– Я уже не первый месяц наставляю‑учу тебя, Скарс, но всё ещё не могу понять, как работает твой мозг, – покачал головой Теклус. – До тебя были крысы, желающие узнать‑найти, что за пределами Элизиума. Вот только никто из них так и не вернулся‑ушел…

Колокольчик у двери зазвонил, и тут же сработал амулет связи. Из него послышался льстящий голосок очередного помощника Одноглазого. Из‑за того, что они часто подсиживали друг друга и менялись, Сергей уже давно перестал их запоминать.

– Господин Скарс, вы просили известить вас, когда караван будет проезжать‑проходить мимо границ гномьего Тейга Боркора. Господин Одноглазый велел передать‑сказать, что если вы хотите провести переговоры‑обмен, то здесь будет самое безопасное место.

– Прошу простить, учитель, – Скарс с улыбкой встал. – Но, кажется, мне пора проведать нашего давнего гостя, ведь скоро у него намечается долгожданная встреча с родственниками.

От автора:  рекомендую заценить любопытную работу Александра Вайса  в жанре Реалрпг, без характеристик и системных заданий. Гг стал очевидцем апокалипсиса на Земле, но проспал вплоть до его окончания и теперь столкнулся с новым, дивным миром.)

/work/637191