![](/files/books/160/oblozhka-knigi-026-si-373456.jpg)
Текст книги "026 (СИ)"
Автор книги: Влад Свон
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 26 (всего у книги 30 страниц)
Глава 45
В нескольких шагах от Двадцать Шестого, Масляный внезапно остановился, огляделся вокруг и уставился на противника. Он присел, зачерпнул пепел в ладонь и медленно разжал ее, выпуская серую, полужидкую струйку грязи обратно на землю. Затем робот встал и принялся шаркать ступней по выжженной поверхности, разбрасывая черные клочки по сторонам. Движения машины и звуки дождя создавали атмосферу непонятного сумасшествия. Двадцать Шестой наблюдал за барыгой и не мог понять, что он пытается этим показать. Не выдержав бреда перед собой, солдат спросил:
– Что ты делаешь?
Масляный резко замер в причудливой позе: одна нога на носке, а вторая оттопырена назад так, что робот стал похож на угол в девяносто градусов.
– Я думал все очевидно, – Масляный вернулся в прямоходящую позу, и скрестил руки на груди. – Вызываю в тебе ощущение вины, конечно же. Посмотрите, новоявленный командир, повел в бой взвод, который был стерт начисто. Только черно-коричневая грязь напоминает о том, что пару минут назад, здесь топтались псы правителя.
Двадцать Шестой никак не отреагировал на речь, и Масляный посмеялся.
– Вот как? Плевать? – спросил он.
– Нет, но я не могу позволить себе поддаться искусственным чувствам перед лицом врага. Я знаю, чего ты добиваешься? Хочешь выбить меня из колеи зная, насколько я подвержен «зависанию». Или же наоборот, хочешь склонить меня к необдуманному действию, как вышло с Двадцать Восьмым. Но ничего не выйдет, Масляный, не сегодня и никогда более.
– Взрослеешь.
– Умнею, – твердо заявил Двадцать Шестой, и подумал про себя: «У меня есть внутренний голос, который всегда поможет справиться с проблемой, если я поддамся таким жалким выпадам».
От подобной мысли, Тэс не удержалась и тихо ахнула.
– Раз уж ты слушаешь, Тэс, мне нужна твоя помощь, – произнес робот про себя.
– Ммм, да?
– Масляный – довольно серьезный соперник, несмотря на то, каким идиотом он прикидывается. Думаю, это понятно, особенно после того, что он сделал с ЭКСом.
– Я и без этой сцены все прекрасно понимаю, не дура.
– Но дело не в этом. Думаю, первый мой бой с барыгой, ты прекрасно помнишь. Как никак, я выжил лишь благодаря тебе. Не знаю, что произошло в тот день, но твое прикосновение наполнило меня энергией, и я смог нанести критический удар Масляному, несмотря на то, что он легко контролирует свое тело из наномашин, и не дает причинить себе вреда.
– Угу, и?
– Ты издеваешься?!
– Нет, – хмыкнула Тэс, – ну, может чуть-чуть. Ладно, в общем, хочешь, чтобы я снова провернула подобный трюк?
– У меня нет без него шансов. Масляный настроен серьезно, и не сбежит, как в прошлый раз. Территорию склада покинет только один, и, вполне возможно, что это могу быть не я.
– Будь увереннее, Виво. Мы справимся, – послышался щелчок, и в мыслях Двадцать Шестого зазвучала знакомая мелодия.
– Нет, ты в полной мере издеваешься надо мной! Выключи песню!
– Но это ведь “Eyeof the tiger”! Самое то! – Тэс материализовалась перед Двадцать Шестым и начала боксировать.
Робот смотрел на нее и не смог сказать ничего, кроме затяжного вздоха. За голограммой девочки, он увидел, что Масляный медленно шагает к нему. Тело барыги словно ожило: по конечностям и корпусу забегали еле видимые волны; наномашины активированы, находятся под полным контролем, и готовы помочь хозяину победить. Когда Масляный достиг Тэс, девочка рассыпалась на синие кристаллики, и воздухе послышался ее голос: «Мы справимся, Виво».
«Я верю», – ответил ей вслух Двадцать Шестой.
– Знаешь во что верю я, ТиЭс? – вдруг спросил Масляный. – Что за тобой должок! – он выдернул стальную пластину из живота, оголив дыру, размером с крупный арбуз, и швырнул ее в противника.
Бросок послужил своеобразным гонгом к началу поединка.
Двадцать Шестой отбил железяку. Слова Тэс эхом звучали где-то в дали, и робот уверенно шагнул на встречу Масляному, замахнувшись со всей силы. Удар настиг противника в голову, и к удивлению солдата, кулак не провалился сквозь наномашины, а звонко попал в цель. Барыга пошатнулся, панически хватаясь за маску. Помощники не сработали должным образом, и он ожидал, что его лицо развалится на мелкие кусочки, как некогда рассыпался живот. Но ничего не произошло, наномашины целы и продолжают циркулировать, создавать форму, служат хозяину, как и прежде. Тогда почему они пропустили удар?
Масляный пошел на рисковый шаг и решил попробовать другой метод ведения боя. Когда кулак Двадцать Шестого устремился в очередную часть тела барыги, робот поймал его и пнул противника в ногу, отчего тот рухнул на колено. Масляный напряг шестеренки, схватил Двадцать Шестого за голову, и с размаха бахнул коленом ему в маску. Солдат упал в грязь, и Масляный отбежал чуть подальше, увеличил дистанцию между ними. Когда Двадцать Шестой поднялся, небо разрезала молния и послышался гром, после которого у робота внезапно активизировался щит. Он посмотрел на Масляного и увидел, что барыга держит в руках пистолет, из дула которого тонкой струйкой плыл дымок. Недолго думая, Двадцать Шестой достал из бедренного отсека оружие, и произвел ответную череду выстрелов. Пули прошли насквозь, оставив после себя зияющие дыры в теле врага. Барыга рассмеялся, когда дотронулся до раны.
– Что смешного?! – крикнул Двадцать Шестой.
– Ты жалеешь меня, ТиЭс, не так ли?
– Что?
– Я думал, что мои наномашины отказали, перестали слушаться, когда ты смог нанести мне удар. Вот только я ожидал, что все, конец, начну рассыпаться, как в прошлый раз, однако, ничего не произошло. И тогда, пришла идея проверить другой вид атаки – огнестрельный. И, о чудо! Оказалось, что все в порядке. Мои малыши исправны, и дело тут кроется в тебе. Безусловно, что ты сражаешься с помощью неизвестной мне технологии, как в клубе, вот только сила гораздо меньше. Почему? У тебя появился шанс закончить все за мгновение, но ты растягиваешь бой добровольно. Или нет? Что это: незнание, как пользоваться своей силой или же просто наслаждение поединком? Я склонен считать, что дело тут во втором варианте, ведь ты, Двадцать Шестой, убийца! И как добропорядочный убийца, ты получаешь огромное удовольствие издеваясь над жертвой, которая слабее тебя!
– Я не такой.
– Врешь.
– Нет!
– Тогда докажи мне! Нанеси смертоносный удар! Уничтожь врага, как подобает войну, а не трусу! Подари слабаку достойную смерть, а не издевательство!
Двадцать Шестой сжал кулак, и энергия заструилась в нем. Пластины в районе лопаток приоткрылись, и оттуда произошел выброс волн, искажающих пространство. Словно им управлял кто-то другой, Двадцать Шестой бросился на Масляного, не видя ничего, кроме него. Он целился в голову. Один удар и барыге конец. Автоматически включился Гиперинфос, и время застыло. Рука медленно неслась навстречу цели, разбивая капли костяшками блестящей конечности. Еще секунда и победа будет за ним. Мгновение и войне придет конец.
Масляный хмыкнул, и резко пригнулся, уклонившись от атаки. Он оказался позади Двадцать Шестого, который по инерции не мог остановиться. Тело двигалось вперед, и, когда солдат попытался развернуться, то услышал протяжный скрежет, донесшийся от его плеча и до самой поясницы. Изображение мигом засбоило, картинка окружения поплыла, и перед глазами замерцало большое, красное окно с надписью: «Критический урон. Угроза отключения системы». Двадцать Шестой рухнул лицом вниз, и не мог пошевелиться.
– Поумнел, говоришь? – рассмеялся Масляный, прикоснувшись к разрезу поверженной машины рукой-лезвием. – Что-то незаметно. Как легко вами манипулировать. И почему Отряд Лидера – это сборище идиотов? Сперва один повелся на мое нытье, теперь ты поверил в то, что я за благородство в бою. Серьезно, Ти, нет, СЕРЬЕЗНО?! Разочарование, сплошное разочарование. Самое смешное, что ты умудрился включить Гиперинфос, чтобы уж точно сразить меня, но, видимо, позабыл, что в той же «Шальной Шестерне», подобный прием не сработал. Глупо, очень глупо.
– Прости, Виво! Прости меня, пожалуйста! Ты ведь знаешь, что я не успеваю за тобой, когда включается режим скоростной обработки информации! – плакала появившаяся перед Двадцать Шестым, Тэс. Девочка упала на колени, и обхватила робота за голову. – Прости! Прости! Прости!
– Хватит, Тэс…Сам…вин…вин…виноват…, – голос прерывался, наполнялся статикой, сообщение об ошибке теперь не мигало, а уверенно затмевало собой все окружение.
«Неужели так все и закончится?»
– НЕТ! – ответила Тэс, резко вскочив. – Я починю тебя! Как тогда, помнишь?!
– Регене…рац…ия…Д-д-да-аа-аа
– Я могу, Виво! Могу залатать твои раны! Мне лишь нужно немного времени!
– Его н-н-не-е-ет, Т-т-тэс…Скор…скор…о…тключу…у…усь…
– Не смей! Я быстро! Все исправлю!
Двадцать Шестой закрыл глаза, ничего не ожидая от Тэс. Он был благодарен девочке за помощь, которую она пыталась оказать, но уже слишком поздно. Робот чувствовал, как вода от дождя, медленно просачивается сквозь рану, лишь усугубляя положение его дел.
Масляный разочарованно глянул на своего врага, и надавил лезвием, вонзив его глубже в разрез так, что кончик ножа коснулся земли. Глаза Двадцать Шестого невольно открылись, и он издал истошный, протяженный, наполненный электричеством, крик, за которым последовал женский визг и плач.
– Вот и все, ТиЭс. Конец игры, – произнес Масляный, не вытаскивая оружия из Двадцать Шестого. – Знай, ты был моим лучшим покупателем. Мне даже будет тебя не хватать.
Барыга напряг руку и готовился дернуть ей в сторону, чтобы рассечь жертву пополам, как вдруг нечто вибрирующее на довольно низких частотах впилось в его тело. Он посмотрел вниз и увидел в своей груди синий металл.
– Какого…?
Лезвие медленно ползло вниз, рассекая Масляного на две части. Когда меч достиг дыры в животе, барыга отскочил вперед, перепрыгнув через Двадцать Шестого, и выставил перед собой оружие, но позади было пусто.
– Кто ты?! Покажись, черт возьми!
Ответа не последовало.
– Выходи и сражайся, трус! Прояви уважение к противнику!
За глухим шумом дождя, послышался тихий смех.
– Уважение? Честь? Тебе не знакомы такие понятие, кусок жирного дерьма.
– Покажись! – Масляный оглядывался вокруг себя, но усилившийся ливень, не позволял ему разглядеть и души, даже тело Двадцать Шестого было еле заметно. Ситуацию усугубила дымовая шашка, которая разорвалась прямо у его ног.
Из тумана послышался голос:
– Я – тень. Дым в твоих глаза. Я – призрак, затаившийся в ночи.
Масляный услышал легкие шлепки, которые направлялись к нему. Затем он увидел синий блеск, который метнулся в его сторону и полоснул ровно по центру живота. Верхняя часть туловища барыги упала на землю. Руки задергались, старались ухватиться за вторую половину тела, чтобы соединить с упавшей. Снова мерцание, и кисти шмякнулись в лужу. Невидимое лезвие блестело перед его глазами, и рубило на мелкие кусочки то, что раньше казалось роботом. Масляный завизжал, поддавшись страху, или тому, что он под ним понимал. Некто или нечто, уничтожало его, не давало восстановиться. В глубине своего разума, барыга понимал, что все равно соберет свое тело в единое целое, но ощущение беспомощности не давало ему рассуждать спокойно. И когда осознание себя, как живого существа исчезло, когда больше не существовало такого понятия, как «Тело», атака прекратилась, словно ее и не было вовсе. На выжженной, черной земле, остались лежать частички робота, когда-то именуемого Масляным. Наномашин не устроил такой расклад, и они приступили к делу, начали собираться воедино.
Увидев, что регенерация началась, невидимка оставил расчлененного врага и вернулся к Двадцать Шестому. Робот все еще был в сознании, и кое-как разглядел того, кто к нему подошел. Он узнал свой меч, который выронил, когда на склад обрушился щит. Он так же узнал и того, кто держал это оружие в зубах. Пальцы дернулись, стараясь дотронуться до спасителя, но аккуратное касание лапы остановило его попытку.
– Лежи спокойно, Ти. Я выиграл немного времени, – произнес Спайк, сел спиной к хозяину и устремил взгляд в сторону, где лежал Масляный. – Ты под моей защитой. Я не дам этому ублюдку и пальцем тебя тронуть. Так что поторопись, Тэс…или, как там тебя.
– Он знает меня? – удивилась девочка.
– Я говорил ему про тебя…, – ответил Двадцать Шестой мысленно, говорить в слух он уже не мог.
– Ладно, не важно. Нужно привести тебя в порядок.
– Регенерируй меня, как тогда, когда залечила мои ранения после боя с Масляным.
– Все не так просто, Виво. Это не регенерация, а простое, как бы сказать, «растягивание» имеющегося материала. То есть, ты не восстанавливаешься, как человек, которого лечат клетки собственного организма. Твое тело и есть источник, ресурс, который идет в расход на затягивание ран. И если в прошлый раз пробоина была небольшая, и в расход ушло немного, то теперь все довольно плачевно. Может не выйти.
– Как же ты планировала…
– Двадцать Восьмой.
– Что?
– Твой подчиненный. Я использую его останки, чтобы восстановить тебя.
– Это неправильно!
– Правильно будет оставить тебя подыхать?! – крикнула Тэс. – У нас мало времени. Не знаю, сколько нам подарил твой песик, но необходимо спешить. Ты можешь попросить его, чтобы он принес хотя бы голову?
– Я не могу говорить вслух. Энергии не хватает. Оповестительная табличка мигает так яростно, что, боюсь, стоит мне произнести слово, и все просто потухнет за секунду.
– У меня есть один вариант. Пес знает азбуку Морзе?
– Не уверен.
– Значит сейчас проверим. Лежи спокойно, – приказала Тэс и дотронулась до Двадцать Шестого.
Робот ощутил поток энергии, хлынувший струей по каждой частичке тела: по шестерням, шлангам, клапанам. Плыл, но не задерживался, не накапливался. Его цель была иная. Двадцать Шестой ощущал движение потока, словно видел со стороны золотистую линию, которая огибала препятствия и стремилась к месту назначения, словно обладала разумом. Она настигла спинных пластин и вырвалась коротким пшиком. На звук отреагировал Спайк, резко повернувшись на его источник. Пес смотрел, как из тела его хозяина вырывается пар и не мог понять, что происходит. Короткий, длинный, длинный, короткий. Тишина. Затем снова короткий и длинный шум. Звук не прекращался до тех пор, пока Спайк наконец не заметил закономерность сигналов. Точка, тире, тире, точка. Пробел. Точка, тире, точка. Пес узнал азбуку Морзе и, немного удивившись, что хозяин решил общаться с ним таким образом, начал расшифровывать код.
– При-не-си. Го-ло-ву. Сол-да-та. Ря-дом, – прочитал Спайк и замотал мордой, выискивая нужный предмет.
Поблизости, насколько это позволяло зрение из-за плотной стены дождя, разглядеть ничего не удалось. Пес включил сканер и проверил периметр вокруг себя. Аппарат запищал, обнаружив искомое. Погибший лежал в нескольких метрах от Масляного, и Спайк сразу же помчал к месту. Найти голову оказалось не трудно, и пес помчал обратно, но резко остановился. Его внимание привлекло движение и скрежет, сопровождаемый тяжелым мычанием. Масляный почти собрался воедино. Спайк видел, как ходят ноги барыги, ползает корпус, руки собирают частички, разбросанные рядом и услужливо предлагают их останкам покрупнее. Те, в свою очередь, принимают дар и вставляют в себя. Организм становится крупнее, целостнее. Времени осталось мало, и Спайк поспешил вернуться к Двадцать Шестому.
Робот бросил добычу рядом с хозяином, и напрягся всем телом, повернувшись в сторону врага.
– Он почти восстановился, – предупредил Спайк.
– Так, Виво, слушай меня внимательно, – начала Тэс, – сейчас ты отключишься. Это необходимо, чтобы процесс прошел максимально гладко, в противном случае, твоя система попросту не выдержит.
– Будет настолько больно? – пошутил про себя Двадцать Шестой.
– Здесь играет роль чужеродность. Думаю, для тебя не секрет, что все детали, которые используют машины для замены устаревших – стоковые, нулевые, без чьего-либо кода. Поэтому, когда владелец вставляет условную шестеренку в нужное отверстие, она становится его собственной, и больше никто не может ее использовать, кроме хозяина, так как она «пропитана» его особым кодом. Это все равно, что группа крови, только у машин. Поэтому, используя материал Двадцать Восьмого, мне придется произвести нечто вроде дезинфекции. Когда его материал попадет внутрь, система начнет бороться, отторгать чужеродный код. Твой организм слаб, не выдержит подобной борьбы, и попросту произойдет перегрузка. Это чревато тем, что ты можешь сгореть изнутри. Тебя придется отключить, чтобы ничего из вышесказанного не произошло. Борьбой займусь я.
– Хорошо, но, как тогда ты будешь…, – питание отключилось, но Тэс продолжила стоять, как ни в чем не бывало.
Девочка спокойна подошла к голове робота и села рядом. Из ее спины расправились крылья, и она поцеловала Двадцать Шестого в макушку. Подобная последовательность должна была привести к отделению разума от тела, однако произошло нечто иное. Затылок солдата с треском раскрылся, обнажив золотую сферу, лучи которой были настолько яркие, что даже несмотря на сильный ливень, обычный прохожий мог бы их увидать. Тэс выпрямилась и расправила руки. «Солнце» медленно выплыло за пределы черепной коробки и застыло на уровне глаз «ангела». Несмотря на то, что сфера прекратила свой полет, было заметно, как она стремиться дальше ввысь, однако провода, которые привязывали ее к телу, не позволяли улететь дальше.
Яркость свечения привлекла Спайка, и он обернулся посмотреть, что же происходит. Увидев непонятную сцену, пес замер на месте, невольно разинув пасть.
Тэс выставила перед собой ладони так, что сфера оказалась в «рамке» из пальцев; затем, девочка произвела движение руками, и теперь «солнце» будто находилось в рамках. Началась вибрация, вслед за которой в воздух вознеслась голова Двадцать Восьмого. Поравнявшись с золотым шаром, голова взорвалась, но детали не разлетелись в стороны, напротив, они зависли в пространстве, как в невесомости. Частички закружились, стали измельчаться на более мелкие до тех пор, пока не превратились в пыль. Получившийся продукт, под действием невидимого сжатия, сформировал новый шар серого цвета. Тэс шевельнула пальцами по направлению к себе, и шар подчинился ей, влетел в золотую сферу. Спустя секунду, «солнце» выпустило из себя уже два шара: черный и белый. Черный мгновенно рассыпался в труху, в то время, как белый полетел к телу Двадцать Шестого.
Он коснулся раны робота, и заполнил собой, растекся по пробоине светящимся клеем. Жидкость переливалась, двигалась, булькала, проникала вглубь организма и залечивала разрыв, соединяла воедино то, что было оторвано. Спайку даже показалось, что вещество живое, и отдает все свое естество, лишь бы «пациент» смог выжить. Когда пробоина была заполнена до краев и жидкость перестала шевелиться, Тэс снова сделала жест «рамки» и из золотой черепной сферы блеснул свет настолько ослепительный, что Спайку пришлось отвернуться. Когда свечение прекратилось, и пес смог посмотреть на Двадцать Шестого, он обнаружил, что раны на теле хозяина больше нет. Робот выглядел, как новый.
Тэс медленно опустила руки, и вслед за ней, шар так же начал движение вниз, плавно вернулся в черепушку, и скрылся за закрывшимся затылком. Девочка поцеловала Двадцать Шестого и ее крылья рассыпались на синюю стружку, аккуратно падавшую на тело машины.
– Что за чертовщина тут произошла? – вырвалось из динамиков Спайка, и вслед за его словами, зажглись глаза Двадцать Шестого.
Робот медленно поднялся и сел на колени. Оповещение о повреждении пропало, а автоматическое сканирование системы на ошибки при запуске, не выдало никаких предупреждений. Все было в порядке и в рабочем состоянии.
– Это какое-то чудо, – произнес Двадцать Шестой. – Как? Тэс?
– Прости, Виво. На вопросы отвечу чуть позже, – слабым, почти сонным голосом, ответила девочка. – Я вздремну немного, если позволишь.
– Да, кончено, отдыхай, – солдат изобразил пиксельную улыбку, и образ Тэс распался перед ним.
Двадцать Шестой встал на ноги, до сих пор не веря, что уверенно стоит на земле. Он посмотрел на свои руки, сжал кулаки, и ощутил поток энергии, циркулирующий по телу. Несколько минут назад, он лежал при смерти, на грани отключения, не мог потратить и каплю сил даже на слово, а теперь готов работать сутками без перерыва, патрулировать улицы, искать нарушителей, вести бои с толпами врагов, да еще и на себя энергии останется.
– Как ты, Ти? – обеспокоенно спросил Спайк.
– Лучше и быть не может.
– Это хорошо, – на маске пса пробежала цифровая слезинка.
– Как ты тут оказался, дружочек? – Двадцать Шестой сел возле Спайка и погладил его по голове.
– Услышал твой призыв.
– Я ведь…
– Да, ты сразу же прервал вещание, якобы оговорился, но я не смог пропустить его мимо ушей. Стоял в стороне, наблюдал, пока ваша операция не вышла из-под контроля.
– Спасибо, Спайк, и прос…
– Забудь, – перебил хозяина пес. – Было и прошло. Я не в обиде, просто вспылил, сорвался, но все в порядке, правда.
– Я все еще должен тебе разговор.
– Да, хорошо, что не забыл, – Спайк завилял хвостом, и резко добавил, вспомнив, что они в центре сражения: – Больше не теряй, а то вдруг на моем месте окажется враг, – и протянул Двадцать Шестому его меч.
– Повезло, что это оказался ты, а не кто-то другой, – посмеялся робот, принял оружие из лап товарища, и встал, готовясь к бою. – Внимание, Спайк, Масляный на подходе.