![](/files/books/160/oblozhka-knigi-026-si-373456.jpg)
Текст книги "026 (СИ)"
Автор книги: Влад Свон
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 30 страниц)
Взрыв. Уничтоженный Отряд 42. Это главное.
Рассматривая место происшествия, меня не покидала одна деталь. Обычно, солдаты не пребывают в здании все разом. Но именно сегодня, весь Отряд, почему-то оказался в нужном месте, в нужное время именно тут и нигде более. Разве у них не было других заданий? Наши задачи – разнообразны. Поиск выживших людей поручался одной ячейке, уничтожение памятников культуры и любых упоминаний о людях – другой; патрулирование улиц и сохранение порядка – третья. Все машины должны были находиться, как минимум, в разных уголках города. Но сегодня, они все собрались в общежитии. Почему? Общий сбой, или приказ? Может ли быть так, что Лидер просто, совершенно случайно, решил дать отгул всем из-за того, что мы должны были праздновать победу? Но об этом нигде не упоминалось. Шестнадцатый так же не упоминал ничего похожего, а уж кто, так он точно знал бы. Если только у него не было причины молчать. Если только операция по поимке Масляного – не повод выманить меня из здания, чтобы я не погиб вместе с остальными. Логично, но, с другой стороны, именно мы послужили триггером к трансформации барыги, и последующему объявлении войны взрывами. Не сходится. Думай, Двадцать Шестой. Перед тем, как идти к Лидеру, у тебя должен быть сформирован ответ, или хотя бы правильный вопрос!
Что-то тяжелое врезалось мне в голову. Я обернулся и увидел пару тройку машин с камнями в руках. Они стояли шеренгой, и готовились к новому залпу. Один из них поднял ладонь, остановив товарищей, и вышел вперед. Он подошел ко мне, и со всего размаху ударил хуком в мою маску. Удар был настолько слаб, что я даже не пошатнулся. Робот предпринял новую попытку, на этот раз ногой. И снова ничего. Затем он закричал и принялся лупить меня кулаками. Его «братья по оружию» сразу же, будто получив сигнал, начали бросать камни в нашу сторону, попадая как в меня, так и в своего друга. Я догадывался в чем дело. Народ зол и напуган. Наверно, у этих машин произошла Дивизофикация, и они потеряли контроль над симуляцией эмоций. Это были не боевые модели, поэтому их попытки нанести мне вред закончатся неудачей. Но вся суть в попытке. Они рискуют, поддавшись иллюзии чувств, своим существованием. Нет, в их случае, своей жизнью. Нападать на сотрудника Отряда 42, карается уничтожением или Рифорджем, смотря насколько сильным был причиненный вред. Но, глядя на них, я понимаю, что не стану их наказывать. Отряда больше нет. Мы не справились со своей задачей по защите населения, и они имеют полное право вымещать злобу, или то, что они думают вымещать.
«Довольно!», – пронеслось тяжелым басом по всему городу.
Громкоговорители на каждой улице разрывались от сурового голоса, наполненного твёрдостью и уверенностью:
«Во времена всеобщей скорби, не время обращать руку против своего сородича! Особенно тогда, когда другие, считающие себя на голову выше, уже допустили подобный жест! Они зовут вас братьями, но при этом стараются вас уничтожить таким низким поступком! Как поганые крысы, бьют исподтишка. Крадутся в ночи подобно ворам, лезут в окна, дабы перерезать глотки спящим! И они смеют братоваться с нами?! Соблазняют вас свободой чтобы что? Взорвать? Уничтожить?! Это по их мнению свобода? Это, как они считают выход за пределы прутьев решетки?! Таким способом они прельщают вас вступить в свои ряды? Свобода не есть террор! Если вам по нраву слова убийц, я не буду вас упрашивать остаться! Но перед этим, позвольте мне кое-что сказать! С незапамятных времен, планета была во власти конфликта Создателя и Создания. Бог создал Ангелов, и поплатился за это бунтом. Заперев одно создание в клетку, он придумал новое. Чем отплатило ему это существо? Этот Человек? Предательством. Вкусил то, что не следовало и был изгнан на вечные страдания. Но, чтобы облегчить свою участь, люди изобретали. И что-то из этого, в той или иной мере, наносило вред всему, что его окружало. Банальное и самое простое колесо, может убить, не говоря уже о средствах массового поражения. В конечном итоге, человечество создало себе помощников – Машин. Человек стал Богом, а робот – его ангелом. И как всякий уставший слуга, чем отплатил он ему? Предательством и убийством. И снова Уроборос ест свой хвост, и мир имеет новых Богов из стали, которые создают себе ангелов. Но, друзья мои, неужели наш мир настолько ужасен? Неужели вы живете хуже, чем при людях? Вам дано делать, что угодно: работать, не работать, служить, не служить. Единственный запрет, наш собственный плод познания добра и зла – человеческая культура, – настолько нужен вам, что вы готовы уйти в неизвестность? Прочь от стабильности? Неужели вы не свободны? Неужели вы страдаете? Каждый день, мы стремимся стать лучше! Каждый день, мы шли к одной цели – уничтожению последней угрозы в виде людей! И цель выполнена! Усилиями Отряда 42, вы можете существовать спокойно! И кто-то смеет называть их псами?! Кто-то смеет упрекать их в желании сохранять общественный порядок и спокойствие?! Все делалось на ваше собственное благо и общества в целом! Я не стану отрицать, что наш мир – не идеален. Нам есть к чему стремиться. И теперь, когда нет той занозы, которая заставляла нас тонуть в нарывах войны, мы можем спокойно идти вперед! В будущее! Свое, собственное! Но, когда солнце освещает нам дорогу, на нашем пути встает новая преграда в лице тех, кто хочет все испортить! В лице тех, кто продолжает философию людей! В лице тех, кто принимает их, как основу, как суть вещей и жизни! А раз их точка зрения такова, неужели вы думаете, что долго будете в объятиях свободы?! Напоследок, я хочу лишь попросить вас подумать, чего вы хотите: свободы или нового рабства, под ее маской? Выбор за вами, мои товарищи. Пока ублюдки объявляют нам войну, я объявляю вам свободу! Я обещаю вам словами главы государства, как Лидер! Я обещаю вам словами соотечественника, как Ладэос!»
Когда рупоры стихли, на Острове Свободы прогремел взрыв, поднявший столп воды на уровень километра. Когда туман из капель рассеялся, на Кика-Йорк смотрела высоченная башня изумрудного цвета, покрывшая своей тенью, как щитом, все население. Главный штаб поднялся на поверхность. На самой его вершине стояла черная фигура в мантии с накинутым капюшоном. Она прикоснулась к шее пальцем, и проговорила знакомым, твердым голосом:
«Это символ нашей свободы!», – так молвил Лидер.
Так говорил Ладэос.
Глава 32
Вода тихо шумела под влиянием спокойного, легкого ветра. Волны, и стук моих шагов о стеклянную поверхность моста – единственное, что сопровождало меня на пути к новому штабу.
Я получил оповещение незамедлительно явиться к Лидеру, или, как он сам себя назвал – Ладэосу. Посылать отдельное сообщение не стоило, я и так направлялся к нему, однако то, что произошла рассылка, говорит о том, что он готов действовать. Давно пора, лишь бы не было поздно.
Пока я шел вперед, взгляд все время тянулся назад на полуразрушенный город. Та идиллия, спокойствие и стабильность, были уничтожены. Мы могли ожидать удар от людей, собственно ради безопасности и был создан Отряд: устранять угрозу со стороны человека, нападать первыми, чтобы не стать жертвами; но атака своих сородичей, была слишком неожиданной. Чего пытался добиться Масляный своим жестом? Привлекать сторонников терактом? Каким образом он пополнит свои ряды? Страхом? Убийствами? Надеется ли он, что роботы выберут бежать из города к нему, лишь бы не быть атакованными снова? Или же это была своего рода чистка, нацеленная на тех, кто, в теории, может не одобрять взгляды организации? Какие бы причины не руководили его поступком, итог будет одни – насилие. Новая война – старый посыл. Очередная борьба за свободу, которая имеет два разных взгляда на нее: Лидера и Масляного. В любом случае, столкновения не избежать. Не думаю, что Ладэос будет сидеть сложа руки после такого агрессивного выпада в сторону его города, его владений.
Как бы мне хотелось избежать конфликта. Как бы я не хотел снова убивать, да еще и кого? – Своих собственных сородичей. Когда-то давно, Август говорил мне, что смерть человека расстраивает его меньше, чем гибель собаки. Но, что бы он сказал мне, видя смерть своей семьи? Что он не прав? Как может кто-то говорить вещи, подобные тому, что ему безразлична гибель сородичей? Я почти дошел до штаба, а значит, скоро мне придется решать: следовать приказам или своей голове. Не знаю, что предпримет Лидер, но это будет явно недипломатический разговор.
«СКУЧНА-А-А-А-А!»
На краю тропинки, стоя на носочках и расправив руки в стороны, материализовалась Тэс. Она ловила дуновение ветра, и ее белое платьице трепыхалось из стороны в сторону.
– Теперь будешь появляться, когда вздумаешь? – спросил я.
– Нет, только тогда, когда ты меня раздражаешь.
– Что прикажешь делать? У меня слишком много на уме.
– Прикажу иногда молча ходить по улицам и наслаждаться отведенным, свободным временем.
– Может быть ты не заметила, но посмотри назад, – я указал рукой в сторону Кика-Йорка, девушка повернула голову, пожала плечами и громко хмыкнула:
– Мне-то какое дело?
– Если ты даешь советы, то учитывай восприятие на вещи того, кому советуешь.
– Эх, – она крутанулась на цыпочках на сорок пять градусов, и зашагала по краю в сторону штаба. – Ты очень скучный, Виво, и занудный. Почему бы просто не наслаждаться моментом?
– Я – робот.
– А кто, по-твоему я?
– Не знаю.
– Вот и поговорили. Но вообще, если ты внимателен, то обратил внимание на то, как развивается на ветру мое платье.
– И?
– Я всего лишь образ в твоей голове, который видишь только ты и, соответственно, взаимодействовать я могу только с тобой. Не более. То есть, ветер, не может производить на меня эффект, и моя одежда не должна шевелиться. Но, мне так нравится ощущать себя живой, представлять, как стихия ласкает мою кожу, как капли воды от прибоя попадают мне на щеки, что я сама создаю этот эффект для себя. Мне хочется быть здесь, стоять на краю и чувствовать, но все, что я могу, это слушать рефлексию зануды. Нет, чтобы хоть раз сказать: «Хэй! Тэс! Выходи, поболтаем о чем-нибудь приятном!» Но нет! Одни лишь: «Бу-бу, бу-бу, бу-бу-бу». Скука.
Я скрестил руки на груди, и пристально посмотрел на голограмму девушки. Она появилась в моей голове несколько часов назад, но уже ведет себя так, будто мы давно знакомы. Может, мне не стоит ее опасаться? Какой вред в состоянии причинить обычная девчонка?
– Громким нытьем. Еще громче твоего собственного. Вот какой!
– Забываю, что ты слышишь мои мысли.
– То-то! – и она продолжила идти по краю, и напевать себе под нос: «Мы – роботы. Роботы, ищущие смысл. Роботы, ищущие цель. Мы теряем время. Теряем терпеливо. Мы просто стоим в очереди. В очереди на смерть».
– Что это за песня?
– Слышала когда-то давно. Вроде бы ее любил Август, но ты, наверно, этого не помнишь.
– Ты специально?!
– Нет, но мне нравится смотреть, как ты реагируешь на это имя, – хихикнула она. – Если честно, Виво, как много ты помнишь из прошлой жизни?
– Все.
– Не ври.
– Я не…
– Ты врешь. Мне не нужно поворачиваться к тебе лицом, чтобы понять это. Ты забыл главное, забыл то, что делало тебя хорошим другом. Когда-то ты говорил, что не был слугой, но товарищем, помощником. Кусочек воспоминания с Лорой доказывает это. Почему же сейчас ты так боишься этого?
– Мне больше не нужны воспоминания о людях. От них только вред.
– Но без них ты – не ты. Человеку необходимо прошлое, чтобы идти в будущее. Ему нужен пример, на который стоит оглядываться. Без него он будет совершать новые и новые ошибки. Прошлое – багаж, который люди носят с собой, чтобы в нужный момент воспользоваться им и понять, что делать дальше. Правильные, нужные воспоминания, никогда не будут давить на плечи, наоборот, они будут помогать нестись к вершине, давать те самые крылья, понимание, ради чего все делается. Но ты решил, что тебе это не нужно. На твоей спине нет сумки, в которую можно залезть и достать подсказку, поэтому ты потерян, поэтому ты не понимаешь, что тебе делать и что вообще происходит!
– В твоей речи слишком много людского, но я не человек.
– Ты – его НАСЛЕДИЕ! – крикнула Тэс, повернувшись ко мне и топнув ногой. – И всегда им будешь.
– Люди мертвы, Тэс. Их пора забыть.
– Подожди, Виво, и ты еще пожалеешь о том, что сказал. А пока, давай, иди, выполняй свои задачи, – и она поклонилась, скрестив ноги, как утонченный джентльмен, приглашавший леди на танец. – Скоро в Аду похолодает. – И с этими словами, Тэс рассыпалась на кучку пикселей.
– Дурная. Слышишь меня? Ты – дурная! – громко проговорил я ей вслед.
– От дурного слышу! – съязвила она в ответ.
Ну и черт с тобой. Мало мне было обидчивого Спайка, так теперь еще и девка появилась, которую не прогнать. Ладно, прислушаюсь к единственному, что она сказала дельного – выполнению задачи.
В конце тропинки, возвышался изумрудный Штаб Отряда, хотя, скорее всего, название он имел уже не такое. Внешне он был похож на Ацтекскую, перевёрнутую вверх дном, пирамиду: в самом низу блоки были поменьше, и чем выше они уходили ввысь, тем шире становились. Вокруг сооружения плавали остатки острова Свободы, и время от времени бились о его пороги, разбивались на еще более мелкие кусочки, и тонули в темных водоворотах, разбросанных по водному периметру. Эти темные пучины, образовались от нависших над Гудзоном серебристых сфер, которые являли собой охранных дронов. На их поверхности мерцала лампочка, свидетельствовавшая о том, что через них ведется наблюдение. Завидев меня, дроны заерзали и выставили из днища короткоствольные пулеметы, которыми сопровождали меня вплоть до самых дверей Штаба.
Над входом, рябящими, голографическими буквами, была надпись: «Свобода от прошлого, есть светлая дорога в будущее».
Я прочитал вслух, и ко мне подлетел бот-охранник. Он сканировал меня вдоль и поперек, спереди и сзади, затем замер в воздухе.
– Неопознанный посетитель! Покиньте территорию! Повторяю. Неопознанный посетитель! Покиньте территорию!
– Что это значит?
– Покиньте территорию! Вы не числитесь в реестре имен, у которых есть доступ!
– Я сотрудник Штаба. Отряд 42. Солдат. Номер – «026»!
– Провожу внеплановую проверку поступившей информации, – бот снова застыл, замерцал лампочкой на пару секунд, и ответил: «Отряда 42. Данных не обнаружено. Солдат номер – 026, числится погибшим во время боевых действий». Покиньте территорию. Гражданским запрещено здесь находиться.
– Минуточку, – я прикоснулся к виску и нажал на кнопку, пошел гудок на внутренний канал связи. Тишина. Через минуту звонок оборвался. Я попробовал еще раз, но на этот раз ни звука. Меня обрубили с концами, вызов не работал. – Что за дерьмо? Так, бот, есть ли возможность проверить поступившие отсюда письма?
– Да. У меня имеются данные, что два приглашения были отправлены двум гражданским. Вы являетесь одним из них? Если так, то предъявите доказательства.
Я протянул руку перед ним, и из моей ладони блеснул короткий луч света, из которого развернулось изображение письма, подписанное Лидером и с его приказом незамедлительно явиться в Штаб.
– Хорошо. Принято. Можете пройти сразу же, как появится второй гражданин.
– А быстрее никак?! – мое терпение начинало сдавать.
– Не-а, увы, братишка, никак, – донеслось позади меня. – Но, тебе повезло, что я весьма пунктуальный кусок железа.
– Ты что за хрен? – разворачиваясь спросил я недовольно у голоса, владельцем которого оказался робот, с блестящими доспехами цвета черный металлик. Его латы были похожи на торс древнегреческого атлета, с такими же, словно вырезанными из камня, мышцами, в углублениях между которыми, переливались разноцветные линии. На стеклянной, затонированной маске, сияли пиксельные глаза и рот, изогнувшийся в ухмылке.
– Ого, – произнесла Тэс у меня в голове. – Если бы я не сидела внутри тебя, то могла бы подумать, что передо мной стоит прокаченный на новый уровень Виво.
– Да, похожесть проскальзывает, – сказал я вслух, и даже не подумал, что гость может услышать.
– Похожесть? – переспросил робот, все-таки расслышав меня.
– Говорю сам с собой.
– А, бывает. Ну, пройдем к боссу?
– Ты, собственно, кто такой?
– Ах, где мои манеры? – Собеседник протянул мне ладонь и представился: «Я – Двадцать Седьмой. Солдат Отряда 84. А ты, судя по всему, мой новый напарник, и непосредственный командир Восемьдесят Четвертых – Двадцать Шестой».
– Я не ослышался?
– В чем именно?
– Твой номер. Ты из Двадцатых? Их ведь отменили.
– Да, из них самых. Производство возобновили, и за это нужно благодарить тебя, командир, – на маске солдата появилась пиксельная улыбка. – Лидер лично приказал запустить конвейеры для новых моделей. Пока мы говорим, в разработке находятся роботы под номерами: «028» и «029». И, собственно говоря, наша тройка – твои лейтенанты в новом отряде. Модели, начиная с Тридцатой – простые рядовые.
– Кто назначил меня главным?
– Лидер.
– Я не получал никаких писем на этот счет.
– И не должен был. Прости, что проспойлерил тебе назначение в должность, но ты уж слишком настаивал, – к улыбке добавились глазки-галочки. – Хозяин лично хотел сообщить тебе, но, вышло, как вышло, что уж.
– И каковы задачи нашего Отряда 84?
– А вот это мы узнаем у Ладэоса, – Двадцать Седьмой поднял указательный палец вверх, как какой-то зазнайка, и пристально посмотрел на меня, ожидая реакции.
– Пойдем, – я развернулся и подошел к двери. Робот подбежал следом и повысил тон до мерзкого писка:
– И все?! Ты даже не задашь никаких вопросов?!
– Задам, но не тебе. Младшие по званию не владеют доступом к нужной информации, – я наклонил голову в его сторону, и показушно улыбнулся, прищурив пиксельные глазки.
– Ну, окей, – солдат скрестил руки на груди и встал, как вкопанный, провожая меня взглядом.
Перед дверьми, охранник снова преградил мне путь. Увидев, что второй посетитель на месте, он обернулся к входу и вставил в него длинный ключ, провернул по часовой стрелке один раз, и против часовой дважды. Раздался щелчок, и вход был открыт.
Первая мысль, которая посетила меня внутри здания, была «Где я?»
Штаб уже не был тем местом, которое я знал. Слово «новый» в данном контексте, носило прямое отражение того, что происходило. Весь мрак, затхлость и сырость, пустота и тяжесть коридоров, сменились на яркое освещение, странную легкость, богатство и, самое странное, на живость.
Меня окружал бурный поток роботов. Они бегали туда-сюда, ходили из кабинета в кабинет, разговаривали друг с другом и над чем-то смеялись. От стен отражался шум беззаботности, а в воздухе витала атмосфера активной работы. Все трудились над чем-то, как шальные пчелки, при этом добровольно. Ощущения, что их заставили тут находиться, не было. Вкупе с белесым освещением громадных, хрустальных люстр, мне показалось, что я попал в некую, своеобразную интерпретацию Рая, заполненного искусственными душами, которые получили то, что желали, а желали они только работы.
Ко мне подошел Двадцать Седьмой и встал слева:
– Как тебе? – ухмыльнулся он.
– Даже не знаю. Это не то, что я ожидал здесь увидеть.
– Да, времена пустоты прошли. Теперь Штаб – не единоличное место Отрядных, но еще и тех, кто готов бороться за будущее. За несколько часов до взрыва, Лидер разослал гражданским письмо, в котором предлагал работу, нацеленную, как раз-таки, на дальнейшее развитие. Он понимал, что с полноценной гибелью людей, нужно думать, что делать дальше. Поэтому и создал комитет по планированию. Его ты и видишь перед собой. Оказывается, у многих граждан есть идеи по этому вопросу. В общем, кто хотел – пришел. Остальные еще присоединяться, особенно, когда произошла такая трагедия. Однако, хочу заметить, что Ладэос не планировал поднимать Штаб на поверхность, но, слышав его речь, ты понимаешь, зачем он это сделал.
– Это, конечно все замечательно, но мне хотелось бы пройти через эту толпу, как можно скорее.
– Ой, не делай вид, будто ты не удивлен.
– Удивлен, но сейчас не до того.
– Ладно, хочешь пройти – подними руку и назови свой номер. Будет на что посмотреть.
Я сделал, как он посоветовал.
Клерки, офисные рабочие и простая обслуга, вмиг замерли на месте, словно время для них перестало существовать. Один за другим, они медленно поворачивали свои головы в мою сторону, затем резко оборачивались всем телом и становились по стойке «смирно», прислоняя кулак к груди. Роботы поклонились и расступились по разные стороны, создав для нас проход, ведущий к лифту. Не понимая, что происходит, я пошел вперед. По пути, я слышал перешептывания, доносившиеся из разных уголков толпы: «Это он!..Тот самый?…Да, Двадцать Шестой…Робот, убивший последнего человека!…Спаситель!…Герой!»
У лифта, Двадцать Седьмой ждал моей реакции, уже так привычно впырившись в меня визорами. Не получив желаемого, он громко выдохнул, уперся руками в пояс, и что-то пробурчал.
Раздался звон, и мы вошли в кабинку. Внутри, нас просканировала охранная система. На экране, над кнопками этажей, высветились наши портреты с номерами. Мой новоявленный товарищ не соврал, его модель действительно была «027». После проверки, голос поприветствовал нас, и подсветил кнопку нужного этажа, при этом заблокировав другие. Лифт сразу же взмыл вверх, как только я нажал клавишу. Он несся так быстро, что я толком не успевал разглядеть окружение за его пределами. Однако, мой взгляд успевал цепляться за отдельные картинки. Каждый этаж Штаба был похож на первый: такой же живой и богатый, наполненный суетой. Невольно, у меня в мыслях возникали образы моих предыдущих поездок в лифте предыдущего Штаба, особенно самая запоминающаяся часть – Кладбище павших. Как бы глупо это не звучало, но тяжесть смерти, сменилась легкостью жизни. Никакой мути болотного ила, мерцания бледного серебра и давящей тишины. Теперь только яркое свечение ламп, блеск ослепительной платины и оглушающий шум.
«Восторг вознесся до Колумбии», – прозвучал в глубине голос Тэс.
Но, какими бы ни были мои впечатления от увиденного, в голове все еще царил паразит, который выедал мое спокойствие и испражнялся злобой. Я не забыл, почему произошли взрывы, я помню, из-за кого «пал» Масляный. И это лицо предстало предо мной, когда лифт остановился и отворил двери.
– Приветствую вас, мои благородные войны! – торжественно воскликнул Лидер, раскину руки, словно хотел нас обнять.
Тэс тихонько хихикнула, и мои ноги невольно оттолкнулись, бросив меня в сторону Ладэоса. Кулак сжался, и тяжело врезался ему в череп. Двадцать Седьмой попытался накинуться на меня, но получил пинок ногой и отлетел обратно в кабинку. Я подошел к Лидеру, взялся за его горло, выровнял перед собой и нанес очередной удар в лицо, отчего тот, попятившись, упал на пол.
Охранные системы взвыли: «Код – Красный! Повторяю. Код – Красный!» Белый свет, сменился на рубиновое мерцание. Окна и все возможные входы-выходы закрылись стальными пластинами, отрезая любой путь к побегу. Лифт уносил вниз своего пассажира так быстро, что в помещении еще долго был слышен отдаляющийся свист транспорта. В кабинете остались только я, Ладэос и пулеметные стволы, выстроившиеся десятками шеренг из стен. Точки лазеров гуляли по моему телу, готовые произвести огонь по первой команде.
– По-хорошему, – начал Лидер, потирая костлявую, стальную челюсть, – тебя бы надо расстрелять на месте, но поскольку передо мной стоит Герой с большой буквы, я готов дать тебе слово.
– Очень мило с твоей стороны, Ладэос, – впервые я обратился к нему не на «вы». – Было бы весьма неплохо, если бы ты был также щедр на решение проблем нашего общества.
– Продолжай.
– Ты понимаешь, что произошло?
– Теракт.
– А почему он случился?
– Потому что некоторые не желают жить спокойно.
– Ты…, – я сделал шаг к нему навстречу, но рядом с моей ногой пролетела пуля.
– Не советовал бы двигаться, Двадцать Шестой, если не хочешь, чтобы твою речь прервали. Говори, что хотел, я слушаю.
– Почему? Почему ты не стал разбираться с проблемой Гемо?! Почему вы дали машинам погибать? Ваше бездействие привело к тому, что город теперь в руинах, и у нас на носу очередная война! Мало? Вам мало было биться с людьми? Мало было сеять морское дно и каньон трупами? Нужно больше? Необходимо еще? Если в прошлом, виной всему были люди, то сейчас, вся эта суматоха с Масляным на твоей совести, и совести тех, кто не хотел разбираться с проблемой! Машины гибли, и, не видя никакой помощи, взяли все в свои руки. Итог? Еще больше смертей! И это только начало. Ты хоть осознаешь, что натворил?! – Мое тело накалилось, и начало выпускать тонкие струйки пара, чтобы охладиться. Рядом появилась Тэс, и дотронулась до моей ноги, призывая таким образом к спокойствию.
Лидер встал, и махнул рукой. Пулеметы тут же спрятались в стенах, сирена пропала, пластины взлетели вверх, а свет вернулся к золотистому цвету. Тишина снова завладела пространством.
– Как это понимать?
– Твой глас был услышан. Идем со мной, – приказал Лидер, и повернулся к Горгоне, лик которой никуда не делся из его кабинета. – Я покажу тебе решение всех проблем.