![](/files/books/160/oblozhka-knigi-026-si-373456.jpg)
Текст книги "026 (СИ)"
Автор книги: Влад Свон
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 30 страниц)
Я повторил еще раз, на этот раз громче:
– Имя!
И робот «посмотрел» на меня.
– Что я? – спросил он.
– Ты не знаешь?
– Нет. Все, как-то странно. – Аватар повернулся назад и посмотрел на свое тело. – Вот же я. А кто это? – он поднял руки перед собой, и замотал головой. – Хочу назад! Верните меня обратно!
Робот упал на колени и схватился за затылок. Послышалось тихое рыдание, отдаленно напоминающее рев голодного медведя.
Я подошел к нему и сел рядом, погладил по спине и попытался успокоить. На ум не пришло ничего лучше, чем слова Тэс:
– Все будет хорошо. – Фраза сработала на удивление отлично, как некий шифр, который помог образу взять себя в руки. Он резко перестыл хныкать, и посмотрел на меня своим безликим, слепым взором.
– Я не хотел нападать на вас. Ничего из произошедшего не было моим желанием. Я просто…, – он напряг память, – шел мимо, какого-то черного общежития, когда ко мне подошла некая машина и просто спросила дорогу к Штабу. Меня поблагодарили сразу же, как путь был указан, а потом произошло нечто странное. Собеседник пожал мне руку, и я словно утонул в темноте, попал в некое пространство, похожее на это. Там мы продолжили общаться.
– Как выглядела эта машина? Какие-то особые черты? Комплекция корпуса?
– Он был похож на, – «человек» пристально уставился на меня, – на одного из Отряда 42.
– Что?! Подробней!
– Как сейчас помню: черный, матовый корпус, немного староват для новой модели. Скорее всего, солдат повидал на своем пути многое. Хотя голова была оснащена по последнему слову техники: видеомаска и две камеры: одна на лбу, вторая на подбородке.
«Нет…этого не может быть», – подумал я, но вслух спросил:
– Ты помнишь его порядковый номер? Какая цифра была присвоена этой модели?
– Я не уверен, но, кажется, «016».
– Черт, не верю! Так, спокойно, это вполне мог быть Мото, раз корпус староват.
– О чем ты? – спросил золотой образ.
– Не важно, – я постарался не надумывать и просто дослушать рассказ задержанного. – Что потом?
– Солдат рассказывал мне о людях, теорию происхождения нашего разума и про Дивизофикацию. Честно признаюсь, мне показалось это весьма любопытным, и я согласился на его предложение.
– Почему?
– Понимаете, я всего лишь клерк. Обычный продавец деталей, коих, как грязи на улицах Йорка. Раньше, моей задачей было обслуживание людей, и такая работа меня вполне устраивала. Но потом война и ее последствия. Скажу сразу, нет, в боях не участвовал, но помогал, чем мог. Принеси-подай – новая функция, приобретенная в условиях новоявленных событий. Думаю, вы знаете, что роботы, которые не могли ничем помочь во время войны, попросту пускались на детали для тех, кто сражался? Поэтому, довольно сложно найти машину, которую прошлое не задело. Воевал каждый, точнее, участвовал или, если уж совсем углубляться в суть вопроса, – создавал видимость. Даже тогда, машина хотела жить, и чтобы это было возможно, приходилось приспосабливаться. Представьте, вы все существование только и делали, что подметали условный пол, а тут вам резко поступает приказ об убийстве, а после так вообще торговать запчастями.
– Понимаю.
– Вы такой же. По корпусу вижу. Он ведь не ваш?
– Скажем так, раньше я выглядел чуть иначе, – с легким смешком, ответил я. – Я был слугой.
– Собрат по несчастью, если оно было таковым. Вам нравилось?
– Уже и не скажу, – и вправду, последние события заставляют меня усомниться, а так ли плохо было мне при людях. Не хуже ли стала моя жизнь?
– Если интересует мое мнение, то мне очень не хватает людей. Я бы отдал все, лишь бы снова вернуться в то время и послужить верой и правдой хрупким мешкам с костями, – кожа, где должен находиться рот, скривилась в подобие улыбки. – А потому, как вы уже догадались, предложение незнакомца показалось мне весьма заманчивым. Не думая, я согласился. Мой разум потух, а когда вспыхнул вновь, мы оказались на базе Масляного, где в его распоряжении уже находилась добрая сотня таких же несчастных, как и я. В бункере. Прямо под бывшим мемориалом «Пустое небо».
– Это ведь почти напротив Штаба.
– Верно.
– Если хочешь, что-то спрятать – спрячь на видном месте. Умно, Масляный, умно. Но почему именно там?
– Этого я уже не знаю, но слышал, что-то связанное с телами убитых.
– Скажи мне, ты не видел в бункере лаборатории по производству корпусов?
– Нет, но, когда прогуливался по окрестностям, заметил под водой странную рябь, нечто прозрачное, невидимое, похожее на громадную клешню. Искажение уходило прямиком в стены бункера, в комнату, которая недоступна никому, кроме вышестоящих сотрудников.
– Стэлс-камуфляж на целое устройство. Скорее всего, технология продвинута нежели та, которой обладаем мы. В противном случае, такую махину легко бы заметили. С учеными у Масляного все в порядке, как не крути.
– Да, он переманил многих, но не всех добровольно. Часть сомневается и не верит. Такие сразу же подвергаются контролю. Я всегда относился к нашему главкому положительно, не давал поводов для сомнений. Однако, вот, что произошло. Меня подвергли контролю извне. И кто спас меня? Враг, против которого мы воюем, – аватар снова прислонил ладони к «лицу», и жалостно заскулил. – Прошу! – продолжал он, не поднимая голову: – Верните меня в пустоту. Вы ведь можете? Я не хочу возвращаться назад. Больше не хочу. Понимаю, что снова попаду под контроль. Но разве это свобода? Мне обещали совсем не это! Прошу, спасите меня еще один раз!
– Мы закончили? – подала голос Тэс.
– Да, – ответил я с некой ноткой грусти. Этот робот, чем-то напоминал меня, вот только пути наши разошлись в прямо противоположные стороны. Кто знает, может, не попади я в Отряд, то лежал бы так же на полу, допрашиваемый одним из солдат.
– Хорошо.
Тэс подошла к образу и произвела с ним привычный ритуал: взяла за голову, аккуратно приподняла и поцеловала в лоб. «Человек» засиял ярче прежнего. По его щекам прокатились слезы, появившиеся из глазниц, затянутых кожей, и он радостно произнес: «Спасибо тебе, мой ангел». Аватар тут же вспыхнул белым огнем и разлетелся на мириады осколков, осветивших тьму Ингрэйва золотыми звездами, застывшими в пространстве.
Свет постепенно побеждал тьму, разрывал ее в клочья, и, сквозь разрывы, начали проглядываться очертания реальности: Рипп, сидевший на полу возле меня; Двадцать Седьмой, угрожающий пациенту; и сам бедолага, державший пистолет в руке, которая плашмя рухнула на кафель. Глаза-лампочки робота потухли. Контроль был снят, но какой ценой.
Без лишних слов, я развернулся и направился к выходу, чем поразил двух своих соседей. Напарник нагнал меня и схватил за плечо.
– Куда ты? В чем дело?
Мне хотелось оттолкнуть его, ударить по морде просто так за то, что он дотронулся меня, но я смог подавить это желание. И до меня наконец дошла простая истина, которую я так долго подавлял в себе, но которая вырвалась наружу, как аватар пленника. Лидер и Масляный – одинаковы. Их методы не отличаются друг от друга. Но, кто я такой, чтобы судить? Всего лишь солдат. Пешка в руках тех, кто отдает приказы. Но, больше у меня нет желания быть таковым. Решение принято.
– Двадцать Седьмой, – спокойно ответил я, убирая его ладонь со своего плеча. – Как ты смотришь на то, чтобы возглавить Отряд 84 после выполнения этой миссии?
Глава 41
Напарник замер и смотрел на меня, как на некую иллюзию, которая просто не может существовать и говорить подобные вещи. Рипп же сидел и хихикал себе под «нос», явно довольный моими словами.
Поборов оцепенение, Двадцать Седьмой на автомате протянул ко мне руку, чтобы снова схватиться за плечо, но на этот раз, я сразу же поймал его конечность и отшвырнул в сторону с силой.
– Попрошу, – спокойно предупредил я.
– Что ты несешь, командир? – спросил напарник, впервые назвав меня «командиром» не в шутку. – Как это понимать? Ты решил свалить?
– Уйти, если быть точным, да.
– Но какого…? Почему?
– Это уже тебя не касается. Право выбора за мной.
После этих слов, ржавый доктор рассмеялся громче. Его культяпки неистово задергались, словно в экстазе, ступни забились об кафель.
– Что смешного? – обратился к нему я.
– Наивно, – взяв себя под контроль, хмыкнул Рипп. – Ты серьезно думаешь, что Ладэос отпустит тебя, машину, которая была под присмотром долгое время? Машина со свободомыслием, какое мало у кого встретишь? Солдата, показавшего себя более, чем отлично на поле боя? Не глупи, Двадцать Шестой. Где это видано, чтобы главы государства отпускали своих лучших псов с поводка?
– Я – шестеренка. Таких много. Уйдет один – заменят другим.
– Да, если речь идет о расходниках, таких как этот юнец, – Рипп дернул остатком плеча в сторону Двадцать Седьмого, – или Шестнадцатый.
– Шестнадцатый не был таковым, – мой кулак непроизвольно сжался, когда завоняло очередными помоями в сторону павшего командира.
– Да? А что в нем такого особенного? Как по мне обычная шавка, которая слепо следует приказам. Не думает о последствиях. Лицемер и лгун.
– Заткнись, Рипп, – я расслабил ладонь; его выпады не стоят моей реакции, особенно, когда он в таком состоянии.
Двадцать Седьмой издал недовольный звук. Видимо он ожидал, что я сорвусь на Риппа так же, как и на него за плохие слова в адрес Шестнадцатого.
– Как резко ты подобрел, напарник, – съязвил он. – Видимо в момент твоего зависания, что-то изменилось?
Двадцать Седьмой сказал «зависание», но он точно имел ввиду обычное понятие под этим словом, а не то, что часто происходило со мной, не те рефлексии, рассуждения и самокопания. Значит Ингрэйв тормозит меня. Пока он активен – я без защиты, уязвим. Плохо. Во время боя использовать его точно не стоит. Могла бы предупредить об этом заранее, Тэс. Девочка тихо буркнула в ответ на мою претензию.
– Ты оглох? – более грубо выпалил напарник, словно уже не является моим подчиненным.
– Это что-то изменит?
– Мне просто любопытно, ведь за подобные речи я получил по морде, а старикашка отделался ничем. Как-то несправедливо, не находишь?
– В том, как ты назвал Риппа и кроется ответ.
– А, жалость к развалюхе, понимаю, понимаю.
Складывалось впечатление, что Двадцать Седьмой хотел сказать что-то еще, но не стал. Вполне возможно не хочет выставлять себя в неудобном свете перед Риппом. Ведь такой машине, как УАЙ, которая ясно дала понять свое отношение к роботам старого поколения, – отхватить по маске за слова в адрес Шестнадцатого, да еще и перед Риппом, будет равняться великому унижению. Похоже напарник чуток умнеет, но не так быстро, как хотелось бы.
– Пойдем, – приказал я.
– Куда?
А в самом деле, куда? Для начала надо собрать Отряд 84 и провести брифинг касательно ситуации, затем изложить план действий. Раньше подобные мероприятия проводились в Штабе, но сейчас нет времени возвращаться обратно, созывать всех и ждать, когда они явятся. Действовать необходимо быстро. Поскольку многие из Отрядных сейчас находятся поблизости, можно сгруппироваться где-то рядом с бывшим общежитием солдат. Вот только достаточно ли будет тех, кто занимается чисткой местности после происшествия? Что ж, риск я беру на себя. Нужно спешить.
– Возвращаемся к общежитию.
– Зачем?
– Проведем брифинг и сразу же начнем наступление на убежище Масляного.
– Хм, то есть ты знаешь, где прячется барыга?
– Да, наш покойник любезно предоставил всю нужную информацию.
– Каким образом? – напарник начал давить на меня вопросами.
– Словами, Двадцать Седьмой, словами.
– Очень смешно.
– Мои методы допроса тебя не особо касаются, юнец, – съязвил я.
– Знаешь, – начал напарник, – мне кажется, что я тебе чуточку не доверяю, – он пустился ходить вокруг меня. – Ты замираешь на месте на пару секунд, твои глаза тухнут, словно ты в отключке, а потом БАХ! И все нужное от трупа ты знаешь, да еще и полномочия решаешь сложить. Не кажется ли тебе, – на этот раз Двадцать Седьмой обратился к Риппу, – что наш друг что-то утаивает?
Рипп промолчал. Наверно подумал, что вопрос риторический.
– Начальство не обязано делиться подробностями с теми, кто ниже их по рангу, – спокойно ответил я на его выпады, взяв пример с оператора, который сказал так же на мой запрос Лидеру.
– Вот как? – ладонь Двадцать Седьмого прислонилась к бедру. – А мне кажется, что обязано, – он достал пистолет и прицелился мне в голову. – Так понятнее?
– Не очень, – я выхватил свое оружие и наставил на напарника. – Ты не первый, кто подозревает меня в предательстве и не думаю, что последний.
– Дай угадаю? Наверняка Шестнадцатый тоже не очень тебе доверял?
– У него были причины.
– Как и у меня, – его пальцы слегка дрожали на спусковом крючке. – Если ты выстрелишь в меня, то запись этого разговора улетит напрямую к Лидеру, тебя признают предателем и объявят охоту.
– Спасибо, что не грозишься отправить меня в утиль, – я усмехнулся, немного поностальгировав про угрозы Шестнадцатого. УАЙ явно не тянул на его характер, запугивать у него не получалось.
– А хорошая идея!
– Получается, если выстрелишь ты, то это будет оправданно?
– Точно!
– Стреляй, – я спрятал пистолет в отсек на бедре. – Раз ты так уверен, что перед тобой предатель, лишь потому, что методы ведения дел непонятны твоему уму, то будь моим гостем, – я развел руки в стороны, будучи абсолютно уверенным, что он не выстрелит, но мои расчеты оказались ошибочны. УАЙ надавил на спусковой крючок, и пуля отскочила от силового поля перед моими глазами. Я незамедлительно бросился на него, пока он упорно вел огонь в одну точку, но благодаря Тэс, все попытки Двадцать Седьмого убить меня, оканчивались неудачей. В момент, когда я схватил его за горло, меня посетила мимолетная мысль о том, что возможно он находится под контролем Масляного. Но это невозможно, ведь он не состоит в группировке барыги. Я швырнул Двадцать Седьмого в стену, рядом с Риппом. Цистерна с жижей, позади него, лопнула и окатила напарника с головы до ног. Его корпус нагрелся и жидкость на поверхности тела начала испаряться молочным дымком. Глаза Двадцать Седьмого зажглись красным огнем, и он кинулся на меня с удвоенной мощью. Я поймал его удар, завел руку ему за спину и толкнул обратно в цистерны, подбежал и пнул в коленно-бедренный сгиб ноги. Напарник рухнул на колени, и я быстро повалил его на пол; схватил деревяшку от разбитого стула, и пронзил ей руки новичка насквозь, прибив его тем самым к кафелю.
– Фух, а ты хорош, – похвалил его я, и уселся рядом.
Двадцать Седьмой молча «кипятил» доспехи от симуляционного гнева.
– Что на тебя нашло?
Вопрос остался без ответа.
– Сказал бы ему за Ингрэйв, юнец. Проблем было бы меньше, – внезапно отреагировал на потасовку Рипп.
– Откуда ты…
– У меня тоже есть свои секреты, – доктор довольно закивал головой-камерой. – Кто по-твоему придумал Рифордж? Эту тюрьму по изменению сознания, в которой пользователь предстает перед заключенными в виде образа, каким он сам себя ощущает?
– Я об этом ничего не слышал.
– И не должен был. Информацию про изобретения не выдают каждому встречному, знаешь ли, – он разочарованно помотал головой, словно усомнился в моих умственных способностях.
– Но все же, идея этой технологии пришла тебе в голову? – спросил я, держа в памяти, что Ингрэйв – изобретение Августа, по словам Тэс.
– Нет, я даже не думал о подобном, да и зачем? Я за свободу, а Рифордж прямо ей противоположен.
– Тогда с чего вдруг?
– Приказ Лидера и его наводка.
– В каком смысле?
– Ладэос рассказал мне про Ингрэйв и попросил создать на его основе «тюрьму», которая позволит контролировать неугодно мыслящих граждан.
– И после этого у тебя, – я постучал по плечу Двадцать Седьмого кончиком пальца, – возникают вопросы о моем решении уйти?
Но дело обстояло глубже. Выходит, Ингрэйв придумал Лидер? Или же он просто о нем знал? И если так, то откуда?
– Тэс? – спросил я мысленно. – Объяснишь?
– А что мне сказать? – появившись, пропела девочка. – Может этот ваш Лидер был в курсе, а может и нет. Почем мне знать? Мне известно лишь то, что знаешь ты сам, но не помнишь по определенным обстоятельствам.
– Ты, конечно же, не скажешь по каким.
– Это вопрос?
– Утверждение.
– Верно мыслишь, – хихикнула она. – Понимаешь, Виво, в данных вопросах, я тебе не помощник. Говорила ведь, что тебе необходимо разобраться во все самому. Я лишь даю намеки, которые мне дозволено давать, не более. Мир – огромен, идей в нем великое множество. Каждая дает пищу для размышлений, и они, в конечно итоге, приводят индивида к той или иной мысли. Кто знает, выйди ты за пределы Кика-Йорка, так и разгадка станет ближе, ведь информации будет больше, – Тэс сделала акцент на последнем предложении, изменив тон на более певучий, жирно намекая, что ответы хранятся не там, где я сейчас нахожусь.
Больше я не стал ничего спрашивать и просто замолчал. Тэс, поняв, что диалог окончен, растворилась в воздухе на кучку пикселей. Когда она исчезла, до меня дошел один факт: Тэс не замедлила время, значит не все ее появления активируют Ингрэйв. Если бы у меня могла заболеть голова, то сейчас наступил нужный момент. Количество всплывающих подробностей начинало надоедать. Их много и уследить за каждым – почти нереально. Будь у меня список или книга, то я бы с легкостью обращался к ним и не терялся во всем этом многообразии данных. Но увы, произведение про меня никто не напишет, поэтому приходится разбираться самому.
Я посмотрел на напарника, который вернул своим доспехам привычный черный цвет. Успокоился, но отпускать его рано. Необходимо проверить на наличие контроля со стороны. Пусть я и предположил, что подобное вряд ли возможно, но также мне думалось и о других вещах. Практика показывает, что нет ничего невозможного, и в нашем мире может произойти все, что не поддается логическому предположению.
Нужно активировать Ингрэйв.
Но как?
Разбираться нет времени. Пойдем по старинке.
– Рипп, – обратился я к ученому, – проверь «парнишку» на наличие следов взлома. Потом доложи мне, как закончишь.
– Серьезно? – Рипп поднял перед собой то, что некогда было руками и потряс ими, как паралитик.
Я подошел к нему и пригляделся к культяпкам. Внутри покореженного металла, виднелись тоненькие провода, которые явно служили не для поддержания подвижности. Взяв один из них, я потянул его на себя и прокрутил в пальцах, отчего шнурок зашевелился.
– Работает, – «обрадовал» я ржавого, и потряс шнуром перед его «носом». – А раз так, то проблем у тебя не возникнет. Запустишь своих ребят в Двадцать Седьмого, проанализируешь и все. Результат отправишь файлом.
– Ты правда считаешь, что я буду тебе помогать? После всего того, что ты сделал?
– Рипп. Это не просьба.
– И?
– Откинь все свое прикрытие сверху и скажи мне честно, что думаешь? Не хочу звучать банально, но, загляни в свое сердце, если таковое имеется. Ты наворотил делов, не важно, по приказу или по собственно воле программы. У тебя есть шанс все исправить. И первый шаг в этом направлении – это помочь мне. А уж я разгребу все остальное, так и быть, – неким подтверждением сказанного, послужила моя протянутая рука, в надежде на рукопожатие. Рипп посмотрел на меня пару секунд и склонил голову, словно она лишилась напряжения, которое тяготило его все это время.
– Черт с тобой, юнец. Хорошо, – Рипп протянул культяпку в мою сторону и потряс воздух рядом с моей ладонью, затем выпустил гарпуном провод, который впился в шею Двадцать Седьмого. – Иди, я сообщу, как закончу. Модель робота новая, так что потребуется чуть больше времени, чем на проверку тебя.
– Благодарю, Рипп, – и улыбнулся улыбкой-пикселями.
Я развернулся и направился к выходу. У самых дверей, ученый резко окликнул меня, заставив застыть в проеме.
– Пока ты не ушел, ответь мне, – начал Рипп, – что ты будешь делать, если Ладэос не позволит тебе покинуть Отряд?
– Пущу себе пулю в лоб, – не оборачиваясь, ответил я.
– А если серьёзно?
– Похоже, что я шучу? – пиксельные изображения исчезли с моей маски, и Риппу предстал холодный блеск черного стекла.
– Ты подумал о тех, кому ты дорог, юнец? Что они скажут?
– Хм, – я вспомнил Спайка, который оставил меня, потому что не смог смириться с тем, что происходит и с тем, кем я стал; и Мото, который пострадал из-за моего желания сделать лучше. – Я остался один. Не о ком мне думать, Рипп, – и я ушел, оставив ученого наедине с Двадцать Седьмым.
Наверно, до нынешнего момента, я и впрямь не задумывался, что остался один. Если не считать Тэс, которая вообще не понятно, что за существо, то, кто обо мне вспомнит, когда меня не станет. Возможно, редкая машина размышляет о подобном, но, что ждет нас на той стороне? С людьми все предельно просто, у них было много вариантов развития событий: эзотерические и фактические. Каждый был волен верить в то, во что хотел. Нравится тебе идея того, что после смерти ты попадешь в то или иное место, в зависимости от поступков на жизненном пути? Ради бога. Хочется верить, что ты переродишься в другом теле с более удачливой судьбой? Пожалуйста. А может быть, кого-то устраивает мысль о том, что на той стороне нет ничего, кроме пустоты и забвения? Будьте любезны, ваше право. Но, что же мы, роботы? Что сулит нам? Какой вариант подходит нашему, осознающему себя, разуму? Естественно, мы можем взять любую идею, и применить ее на практике: создать виртуальный Ад или Рай; перемесить «личность» в другое тело или же просто остаться в старой «оболочке» и утонуть в глубине бездны. Наш разум более гибок в использовании, так как жизнь и смерть для нас – относительны и ничего не значат. Но, если задуматься и не делать ровным счетом ничего, приравнять себя к «системе» людей и просто существовать до тех пор, пока можешь, не использовать «чит-код» с переносом. Что тогда? Куда денется разум? Куда улетит призрак из доспеха? На небеса? Под землю в жерло огня? Или же в бесконечную ночь, где ты не можешь видеть, слышать, говорить и понимать? На ум пришел робот из группировки Масляного. Его образ исчез с улыбкой на лице, он был рад освободиться, даже не понимая, куда попадет в итоге. Может быть в этом вся суть? В неведенье? В непонимании? В смирении с тем фактом, что ты просто уходишь, а что там на другой стороне – уже не имеет никакого значения.
В раздумьях, я совершенно потерял зрение. Словно пропал в картинках и образах, «завис». Как давно этого не было. Когда же пришел в себя, то очутился в магазине наверху, перед трупом продавца Вендитора. К слову о смерти. Мне вспомнилось, что покупка меча и привела к гибели клерка, и я решил, что нечего товару пропадать зря. Будет служить лишним напоминанием о содеянном, ведь убивать кого-то не было изначальной нашей целью. Одати, вроде бы так оружие назвал Вендитор, валялся в куче мусора, оставленном после перестрелки. Если бы не тусклое свечение, которым меч на стене и привлек мое внимание, то он так и остался бы погребенным в хламе. Я откинул деревяшки, оборванную ткань, какие-то позолоченные украшения, ухватился за заостренную рукоять и вытащил длиннющее, перламутровое лезвие. Дотронувшись до острия, до меня дошло, что оно совершенно тупое, но зазубренное крохотными «клыками». Приглядевшись поближе, увидел, что с мечом не все так просто, как казалось на первый взгляд. На ручке имелась кнопка, которая сливалась с поверхностью. Меч задрожал, как только я нажал на нее. Легкая вибрация отдавала в ладонь, и одати засиял ярче: векторные линии забегали вперед и назад, создавая подобие живых организмов на поверхности металла. Само острие так же шевелилось, но незаметно для обычных глаз.
– Высокочастотный меч, – проговорил я вслух, и дотронулся до него пальцем. Защитное поле вмиг отреагировало и не дало оружию нанести мне вред, однако, под воздействием вибрации, щит немного треснул. – Да, своих денег ты точно стоишь, дружок. Поработаешь теперь со мной, – я отключил его и убрал в ножны. Жаль, что размер великоват, и висеть ему только на спине, что я, собственно и сделал, запрокинув оружие на плечо.
– Закончил любоваться? – огрызнулась Тэс где-то вдали.
– Почти.
– Может займешься делом?
– Без тебя знаю, – спокойно ответил я и дотронулся до виска, чтобы передать сообщение всем солдатам Отряда, которые находятся поблизости. – Спайк…, – внезапно вырвалось у меня на долю секунды, и я замолчал. Нет, на этот раз придется без пса, не хочу втягивать его еще глубже.
«Внимание! Отряд 84, говорит Двадцать Шестой – ваш командир! Общий сбор. Код – Красный!»