Текст книги "Если б эльфы были пчелами... (СИ)"

Автор книги: Виктория Кравцова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 21 страниц)

Глава 10. Как правильно падать на чужие дубы

Лечу!.. Ветер свистит в крыльях и волосах, солнце сияет на снежно-белых облаках и таких же сверкающих вершинах гор, в разрывах пушистой небесной пены далеко внизу мелькают сочные зеленые луга, плодородные поля, тенистые рощи и звонкие реки. А вокруг простор, полная свобода… Несколько птиц проводили недоумевающим взглядом странную зверушку с телом невысокого эльфа и пчелиными крыльями. А мне хотелось кричать, смеяться и кувыркаться в этом свежем воздухе и таких мягких на вид облаках!

– Эге-ге-гей!!! – завопил я во всю мощь легких, вызвав панику среди пернатых, и рассмеялся, глядя на улепетывающих напуганных птах.

Жаль только, что направление полета изменить я не могу, поэтому соблазнительные пейзажи и мягчайшие облачные перины пролетают мимо моего пчелиного носа. Во всем виноват Тэльвир! Это он предложил наставнику придать мне магического ускорения для проверки дальности полета. Снарядили меня аптечкой, перекусом, водой, навесили маячок и дали такого воздушного пинка, что я полетел.

И как полетел! Сначала безвольным снарядом взмыл на невероятную высоту, кувыркаясь в воздухе и покрывая отборным матом воздушника, наставника и их дурацкие идеи. Я деревенщина неотесанная, мне – можно! Потом все же удалось выровняться, крыльями поймать поток воздуха и отдаться впечатлениям от полета, покуда хватит импульса вложенного магического заряда, по пути наслаждаясь открывающимися видами на горы гномов и карликов, и на земли зверолюдов – пусть и самые окраины.

Где мы с сокурсниками, собственно, оказались? День после того памятного построения и объявления меня и Ардаля в числе досрочных выпускников Академии сейчас вспоминается как в тумане. Нужно было подписать кипу бумаг, пройти осмотр у лекаря, собрать свои вещи и… Наверное, положено прощаться, но из друзей у меня здесь только Ардаль, а уезжаем мы вместе.

Я решил заглянуть к преподавателям, если найду их – все же, именно благодаря их усилиям я смог познать свои возможности и раскрыться, как метаморф. Хотя иногда становилось смешно от такого выверта судьбы: я уже и не обычный эльф, но и не маг – что-то совершенно другое, стоящее на отшибе эльфийской классификации.

Первым нашелся учитель Светлен – блондин поприветствовал меня с теплой улыбкой:

– А, Элранд, поздравляю! Твое мастерство, наконец-то, признали.

– Да, – я нервно улыбнулся в ответ и взъерошил волосы на затылке, спугнув задремавшую в них пчелу. – Как-то все слишком неожиданно вышло.

– Уверен, ты справишься со всеми трудностями. Я научил тебя слушать голоса других. Но теперь пришло время услышать свой собственный. Не забывай: когда ты рассыпаешься на тысячи пчел, у каждой – своя мысль, своя искра. И лишь ты – их сердце. Береги его. Лети вперед, будто в поисках нового цветка, и не возвращайся прежним, Пчелка.

Одарив меня на прощание проницательной зеленью глаз, светловолосый эльф отвернулся и отправился дальше куда-то по своим делам. А меня, задумавшегося над выданной мне очередной мудростью, нашел Аллори, как всегда, рявкнув в своей манере:

– Талонс, чего в облаках витаешь? В дорогу собрался? Пчел пересчитал и упаковал?

– П-пчел? – от неожиданности я заикаться начал. – А я могу их взять с собой?

– Конечно, дурья твоя башка! Во-первых, тут некому за ними присматривать. А во-вторых, это же твоя маленькая армия, нет? Жужжащая, всепроникающая и пахнущая медом. – Эльф осуждающе покачал головой. – Беги готовить своих питомцев к переезду, а я набросаю командиру военного лагеря, что это специальные боевые и дозорно-разведывательные отряды – новая секретная технология и все такое. Мы с Граммсом останемся в Академии – готовить следующий набор. Война ждать не будет.

Вот это новость! Прямо лучик света в этом туманном суматошном дне. Кажется, по Аллори и его неожиданным сюрпризам я буду очень скучать. Едва ли не прыгая от радости, крикнул «Спасибо, магистр!» и умчался во внутренний двор, созывать в ульи рои и готовить их переезду.

Пчелы были очень недовольны отрывом от работы, но пришлось надавить своей волей – солнце уже клонилось к горизонту, нужно было успеть правильно закрыть ульи так, чтобы пчелы не вылетели случайно и к ним не попало ничего постороннего.

Заглянув ко мне, Ардаль принялся помогать, как умел – все же аристократы мало приучены к физическому приземленному труду. Однако друг мой был на всю голову… То есть, очень нетипичным благородным эльфом, так что с удовольствием возился с закреплением ульев и помог мне погрузить их на пригнанную тележку, что стояла здесь еще со времен покупки ульев у местного пасечника.

Пчелы недовольно гудели внутри от тряски, и мне приходилось прикладывать уйму ментальных сил, чтобы утихомиривать сразу три больших семьи. В каждом улье живет около тридцати тысяч рабочих пчел, а еще трутни и матка. Огромные семьи, гордость нашей пасеки.

Эти пчелы не были частью моего Роя. Они жили своей жизнью, строили соты, собирали мед. Но я мог с ними общаться, направлять, просить о помощи. Магическая связь была слабее, чем с Роем, но достаточно крепкой, чтобы чувствовать их настроение. И не хотелось бы по прибытии в лагерь столкнуться с ордой разъяренных насекомых.

– Фух… – Ноктион вытер рукавом ученической мантии взопревший лоб. – Вроде пчелки сами по себе легкие, так чего ульи весят столько?

– Рамки с сотами полны меда, мы же не успели собрать, – пожал я плечами. – Так что прибудем на место со стратегическим сладких запасом.

– Ура, медовуха! – Обрадовался этот алкоголик, даже глаза загорелись от предвкушения.

– Тихо ты, еще Граммс услышит, – я хмыкнул в ответ и поволок тележку на главный двор, откуда на рассвете будет отправление всей нашей выпускной компании.

Там уже суетились другие счастливцы, стаскивая под сооруженный навес в выглядящую хаотичной кучу пожиток все прибывающие чемоданы, ящики и свертки. Ардаль уверенно потащил меня вместе с тележкой к тому краю, где лежали его вещи и сиротливо притулился мой дорожный мешок под охраной все того же роевника. Из его укромной темноты сердито жужжала на всех моя маленькая личная гвардия, что раньше обитала в спальне.

Кажется, я ничего не забыл, да и по сравнению с остальными в путь отправлюсь почти налегке, не считая тележки. Кто-то берет с собой целый гардероб запасных вещей, а у меня с собой пчелиные семьи с запасом меда – эта мысль заставила меня рассмеяться, а затем и Ноктиона, когда я пересказал ему эту шутку.

– Идем на ужин, мой медоносный друг, и затем – спать! Отправление на рассвете, а ты любишь дрыхнуть, будто в тебе живет медведь, а не трудолюбивая пчела!

Вопреки опасениям друга, проснулся я в тот день задолго до восхода солнца, ловя отголоски мутных и тревожных снов, что впервые за долгие изматывающие месяцы вновь посетили меня. Сердце колотилось, словно перепуганная птица в клетке, а в душе осел темный осадок, способный отравить самые яркие дни.

Хорошо, что времени было достаточно, так что под мерное сопение соседа я успел помедитировать, вглядываясь в светлеющий горизонт далеко за рекой. Внутренний взор же обратил глубоко к самому своему существу, ловя тонкие вибрации и гася очаги зарождающейся паники. Не время тревожиться, впереди еще множество всего неизведанного.

* * *

К моему удивлению, в военный лагерь нас отправляли порталом. Я-то уже представил вереницу лошадок, которые долгие дни тянут на себе караван с поклажей и выпускниками академии, ночевки в лесу, посиделки у костра…

А в итоге был только караван из нагруженных вещами эльфов, да огромная арка портала, в магических отблесках которого виднелась совсем иная местность: утоптанная площадка, палатки и деревянные хижины, навесы, закрывающие от непогоды приличный арсенал оружия. Виднеющийся кусочек неба казался пасмурным, отчего точка нашего прибытия представлялась суровым и хмурым местом, где, по всей видимости, нам предстоит пройти школу выживания. Засмотревшись на эту картину, я едва не упустил тот факт, что практически все уже прошли в арку, и, подхватив тележку с пчелами, проскочил последним.

К слову, через такой мощный портал я проходил впервые – учебные были совсем простые и не вызывали особой реакции. А в этот раз все мое пчелиное естество буквально дрожало и гудело от ощущения накатывающей энергии, сквозь тело то и дело проскакивали невидимые глазу молнии, а от обилия света магических конструктов в глазах рябило. В итоге вместе с тележкой я выскочил из портала в форме Пчелы, нервно дергая крыльями и оглядываясь вокруг фасеточными глазами.

– А это, я так понимаю, та самая секретная технология, о которой сообщил Аллори? – Раздался откуда-то сбоку хриплый бас, а пчелиное зрение уловило высокую широкоплечую фигуру в незнакомого мне кроя темном мундире, который украшали увитые рунными узорами наплечники, и дополненном такими же рунными перчатками. Интересно, это усилители для рукопашного боя?

За моей спиной с пробирающим треском закрылся портал, а взгляд, наконец, уловил лицо этого… Точно ли эльфа? Не будь у него характерных для нашей расы длинных ушей, выглядывающих из копны жестких на вид и черных, как смоль, волос, я бы решил, что передо мной скорее представитель орков, как раз обладателей таких грубых и широких черт лица. Казалось, сейчас он оскалится и на мощной нижней челюсти покажутся крупные клыки – предмет гордости степного народа.

Впечатление дополняла огромная серая нахохлившаяся птица на левом плече, что недовольно щурила сейчас желтые глаза и цеплялась за наплечник устрашающего вида когтями. Сова? Нет, кажется, все же филин. От неожиданности я распался. Не частично – полностью. Одно мгновение я был Пчелой, а в следующее – тысячами. Именно тысячами. Когда магистр Аллори впервые заставил меня пересчитать пчел в Рое, я чуть не свихнулся от попыток отследить каждую одновременно.

Но со временем научился чувствовать их общую массу. Сейчас во мне было около четырех с половиной тысяч пчел. Не больше. Каждая потерянная ощущалась как крошечный укол, поэтому я знал точно: мой максимум – четыре тысячи семьсот. Может, со временем станет больше, но пока что это мой предел.

Рассыпавшись, я заполнил пространство радиусом в добрых пятнадцать шагов. Можно было растянуться шире, но тогда связь слабела, а на сборку уходило больше времени. Опасно. Опомнившись, я силой воли вернул себе форму Пчелы и церемонно поклонился встречающему, стараясь незаметно подобрать упавшую на пыльную землю одежду:

– Элранд Талонс, к вашим услугам.

Пчелы в улье загудели, будто чувствуя мое волнение, несколько насекомых вылетело из роевника поближе ко мне, а эльф усмехнулся и махнул рукой, жестом командуя мне встать в строй.

– Раз все желающие послужить на благо Царства прибыли, – начал он, окидывая взглядом ряды. Нас было тридцать шесть выпускников. Плюс двадцать четыре эльфа, что уже обучались в лагере с прошлого набора. Итого – шестьдесят магов. Звучит внушительно, пока не представишь, что это всего два взвода.

В рядах раздалось недовольное бурчание:

– Как будто у нас был выбор…

– Мэлдор Сильнэйр, сегодня ночью в дозор, – мгновенно сориентировался наш, по всей видимости, командир, вызвав у говорливого водника обреченный стон. – А теперь продолжим. Ко мне обращаться не иначе, как командир Торнваль! С этого момента вы, зеленые ростки, поступаете под мое командование. Добро пожаловать в наш чудесный военный лагерь!

Он вновь картинно взмахнул рукой, обводя огражденную территорию в окружении тенистых деревьев.

– Здесь вы научитесь многим важным вещам. Например: как не поджечь собственные штаны, читая боевой огненный ритуал; как не утонуть в луже, если вы маг воды – да, бывало; как отличить боевой клич от истерического визга. И, пожалуйста, если вы маг природы – перестаньте пытаться разговаривать с каждым кустом. Он все равно отвечает не вам.

По ряду новичков прокатились нервные смешки, а Фаэльдрин Лаэннор – друид, имя которого как раз означало «тот, кто говорит с деревьями», густо покраснел. Командир тем временем продолжал вещать своим рычащим голосом, отмеряя шаги по пыльной поверхности земли.

– Наш распорядок простой: подъем до зари, тренировки до ночи, моральное выгорание – по настроению. Ваша задача – стать боевыми магами. Моя задача – сделать вид, будто я верю, что это возможно. Мы все играем свои роли, да?

Кажется, сейчас он умудрился посмотреть в глаза каждому из нас, и от этого по спине побежали зябкие мурашки.

– И еще! У нас в лагере есть три правила. Первое – не взрывать соседей. Даже если они храпят. Даже если громко и всю ночь. Второе – не спорить с наставником. Он все равно старше, опытнее и орет громче. Третье – не трогать моего боевого филина. Он нервный. Я тоже.

Филин, будто в подтверждение слов своего хозяина, шумно хлопнул крыльями и громко проникновенно угукнул под скрежет когтей о наплечник. Прониклись все.

– Ладно, ростки, шагом марш в казармы. Дружно, ровно, без паники. Я знаю, вы втайне надеетесь, что все будет легко и весело. И это правда! Будет весело. Легко – нет, забудьте. Но весело – гарантирую. Разойтись по палаткам. И, пожалуйста, постарайтесь не взорвать ничего важного… Хотя бы в первый день.

И вот, после такой вдохновляющей речи, оглушенных нас забрали в свои цепкие руки наставники. Их было двое: мастера Элвир Сайаннор и Эларин Ветролесь, и если бы не разные фамилии и специализации, я бы принял их за братьев – оба не очень высокие, но гибкие и быстрые, светлые глаза и волосы добавляли схожести. Сайаннор – маг воды, с меланхоличными, будто ленивыми движениями, забрал с собой магов земли, воды и природы, так что нас с Ардалем, к нашему великому разочарованию, разделили. Магам воздуха, молнии и огня, а также и мне достался в наставники Ветролесь – воздушник с хитрым прищуром и непривычной манерой речи, будто его слова не успевают за мыслями.

Жить всем предстояло в огромной палатке, рассчитанной сразу на двенадцать солдат – или рядовых, как назвал нас мастер Ветролесь. Часть спальных мест уже была занята, по всей видимости, теми, кто прибыл сюда гораздо раньше нас. В лагере я уже заметил эльфов, постарше нас, некоторые даже с застарелыми шрамами.

В целом, мне-то жилье вне душных зданий лучше: ближе к свежему воздуху, лесу и моим пчелкам, ульи с которыми я выставил у бревенчатого ограждения. А вот многие аристократы, что прибыли со мной, обреченно стонали. Да, это вам не комфортные комнаты в Академии, с мягкими постелями и остальными благами. Надеюсь, такую школу жизни проходят все военные маги, ведь в ином случае наша безопасность была бы обречена.

К слову, на фоне стенающих сокурсников Лаэрон Тэльвир и Кайлон Арденсар снова выгодно выделялись: споро распределив свои вещи у выбранных лежанок, они насели на наставника с вопросами о местных порядках и о том, что вообще нас всех ждет. А я застыл в раздумьях, окруженный своей жужжащей гвардией.

Стоило ли мне размещаться со всеми? Я приготовился к привычным косым взглядам и брезгливому отстранению, но… ничего подобного не последовало.

– Элранд Талонс, разведчик, – представил меня мастер Ветролесь остальным обитателям палатки, из старожилов. – Специализация – воздушная и наземная разведка через рой. Вопросы есть?

Один из магов земли, коренастый эльф с шрамом через бровь, окинул меня оценивающим взглядом:

– Пчелы жалят?

– Только врагов, – ответил я честно.

– Шумят?

– Стараюсь контролировать.

– Тогда без проблем, – маг кивнул и вернулся к проверке снаряжения.

Я растерянно моргнул. И это все? Ни шарахания в стороны, ни возмущенных воплей, ни требований убрать «эту жужжащую мерзость»?

Наставник, заметив мое удивление, усмехнулся:

– Военные маги, Талонс, оцениваются по боевой ценности, а не по изяществу способностей. Твой рой видит там, где слепы наши глаза, и проникает туда, куда не пройдет ни один лазутчик. Остальное – детали.

Он похлопал меня по плечу и добавил тише:

– Да и в академии, признаться, много изнеженных отпрысков, что боятся любой грязи под ногтями. Здесь такие долго не задерживаются.

Я медленно кивнул, чувствуя, как с души спадает привычный груз настороженности. Значит, дело было не во мне. Просто академисты – хрупкие аристократы, а военные – практики. И все же, на всякий случай, я попросил пчел держаться чуть поодаль от спальных мест соседей. Уважение уважением, но проверять чужое терпение на прочность не хотелось.

Я устроился на постели ближе к выходу, пристроив в районе подушки роевник – пчелы в нем мерно шуршали, но, получив от меня команду действовать свободно, начали, осторожно огибая любые преграды, по очереди вылетать на улицу – проводить разведку окружения. Мне же оставалось только прислушиваться к разговорам, из которых выяснилось, что сейчас нам покажут лагерь, выдадут новую форму, и проведут пробные испытания на физподготовку. Похоже, переживать и дергаться пока рано – нас не отправят сразу куда-нибудь в бой, как я опасался поначалу.

* * *

К моменту моего нежданного путешествия прошла уже неделя. И если остальных эльфов снова муштровали по уже отработанным методикам, у наставника я вызвал недоумение, смешанное с исследовательским азартом. «Великое Древо, еще один экспериментатор на мою голову!» – подумал я, вспоминая испытания, что устраивали мне в академии Аллори и Граммс. И даже не один: с мастером Ветролесом спелся на поприще магии воздуха Тэльвир и теперь они вдвоем придумывали мне новые испытания.

– У тебя такие прекрасные эластичные крылья! – Восторгался наставник, осматривая и ощупывая меня в полной трансформации Пчелы. – Они просто созданы для полетов!

Ну да, созданы… И потому меня запульнули в сторону гор в почти свободный полет! Почти – потому что магия должна работать минут двадцать-двадцать пять, как я понял из туманных объяснений наставника. И моей задачей было уловить момент, когда ее заряд закончится и постепенно снижаться, чтобы не упасть камнем с высоты птичьего полета.

Полет на самом деле длился минут двадцать – я успел это отследить по солнцу. За это время пролетел, наверное, добрых двадцать верст. Может, больше – скорость была безумная, ветер выл в ушах, а крылья лишь держали меня на курсе, не давая сорваться в штопор. Осталось понять, когда заончится сила, державшая меня в воздухе. И если не успею, то…

М-м-мать! То, собственно, я падаю. Спасите!

Моя скорость резко увеличилась, но по наклонной вниз, обзор перекрыли облака, от влажности которых тут же захотелось чихать, но я судорожно старался выровняться и отрегулировать движения растрепанных ветром крыльев так, чтобы они перешли в машущий полет. Облака закончились, резко стало светло и я смог увидеть быстро приближающуюся ко мне крону раскидистого дуба.

Поняв, что ничего хорошего это не сулит, сильнее заработал крыльями и смог все же перехватить управление полетом, но… Не успел и все же влетел в шуршащую зелень, врезался грудью в толстую ветку, да так и повис, ухватившись за нее руками. Повезло замедлить свою скорость, иначе бы не ушиб заработал, а как минимум – перелом ребер.

Но не будем о грустном. Повисев немного и успокоив бешено колотящееся сердце, я все же напряг свои многострадальные крылья и плавно спустился на зеленую траву, оглядываясь по сторонам. И куда же меня занесло?

Многострадальный дуб рос на удачной возвышенности, с которой открывался неплохой обзор. Места вокруг были сплошь незнакомые: горы остались вдалеке, а вокруг красовались зеленые, местами распаханные под поля холмы, да редкие рощицы, высоко в голубом небе носились и переливчато пели птицы, а в траве стрекотали кузнечики и деловито жужжали шмели и дикие пчелы. Тишь да благодать! Только где я?

Решив не терять времени зря, за раздумьями устроил привал, достав нехитрый перекус и фляжку с водой. Неспешно жуя хлеб с вяленым мясом, прикинул: военный лагерь находится почти на стыке земель всех рас – эльфов, гномов, орков и зверолюдов. Я уже явно не на родной земле, горы остались по правую руку, на степи окружение походит мало, следовательно – сейчас моя пятая точка сидит прямо на территории зверолюдов. А здесь миленько, хоть и лесов непривычно маловато. Ну, со зверолюдами у нас крепкий мир, если не сказать – дружба, так что даже патрулей мне можно не опасаться.

Еда закончилась до обидного быстро, поэтому дальнейший отдых я посвятил наблюдению за местными пчелами и попытками наладить контакт. Очень занятые насекомые от моего внимания сначала отмахивались, но парочку я все же смог заинтересовать и они зависли перед моими глазами, готовые к диалогу. Я очень хотел попробовать их завербовать, хотя бы на время своего пребывания здесь, но меня отвлек хриплый, будто лающий голос над головой:

– Гляди-ка, Тирри, это та самая птичка, что так быстро летела сверху вниз!

Медленно повернувшись и выставив перед собой открытые ладони, я встретился взглядом с оскаленной волчьей мордой и заискивающе улыбнулся:

– З-здрасте… Я Элранд.