Текст книги "Обнулённый. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Виктор Рэн

Соавторы: Макс Гато
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 28 страниц)

– Этому стенолазу тоже не повезло? Или кто часом спуститься помог?

– Упаси меня Корвус, дружище. – я примирительно выставил руки перед собой, демонстрируя ободранные ладони. – Я же не совсем рехнулся, чтобы убивать стенолазов, когда у вас за припасами ходка. Нашу люльку качнуло от взрыва, и этот малый свалился за борт. Сам чуть за ним не отправился. Но повезло…

Я состроил настолько невинное лицо, насколько мог. Не хватало еще, чтобы меня арестовали сразу по прибытию в Предел. Молодой покачал головой, а бородач недовольно цокнул языком.

– Да уж, теперь нам точно от капитана влетит по шее, – сказал он, покосившись в сторону одного из уцелевших подъемников. – По виду калач ты тёртый, не чета этим обалдуям. Как капитан наш подойдёт, потолкуй с ним, а?

– Дай в себя приду сперва, – ответил я и вновь взялся рукой за голову. – Об землю уж больно крепко ударило. А там и потолкуем, чего ж не потолковать.

– Добро, – кивнул бородач.

– Эй, Торп, подь сюды! – послышался голос от никак не гаснувших обломков.

– Тц, демоны меня раздери, – выругался бородач и развернулся. – Ещё свидимся, паря. Ты только не борщи. Капитан человек серьезный, прямо под бароном ходит.

Торп не стал прощаться и быстрым шагом двинулся к разбившемуся подъёмнику. Я немного постоял в тишине, пока молодой косился то на труп Кирка, то на меня. И решил, что это отличный повод улизнуть.

– Свидимся, – кивнул я молодому.

И как ни в чем не бывало повернулся и спокойно зашагал вдоль Стены. Воин пристально смотрел на меня, но говорить ничего не стал. Видимо, задавать вопросы было прерогативой Торпа. Вон и овражек совсем рядом, за которым можно будет скрыться. Торопиться сейчас нельзя, ой нель…

– Эу! – ударил мне в спину голос молодого воина, едва я отошёл на десяток шагов. – Везучий!

Он точно обращался ко мне. Я убрал руку от виска и остановился. И медленно повернулся. Торп был уже далеко, и молодой воин остался один. Парень щёлкнул пальцами, будто вспомнил что-то важное.

– Совсем забыл спросить, – громко произнёс он, его голос дрогнул. – Звать-то тебя как?

Молодой воин всматривался в моё лицо. И к концу вопроса он говорил уже заметно тише. А затем его лицо побледнело так, будто из него разом выкачали всю кровь.

Ваша репутация в Пределе (-9 999) оказывает воздействие на цель: Паника.

Зараза. Всё-таки узнал. В моём состоянии я не потяну сражение даже с одним солдатом, не то что с целой оравой местных воинов.

Я посмотрел прямо на паренька и медленно улыбнулся. Потом приложил палец к губам. И следом так же медленно провёл по горлу. Всем видом я дал ему понять: «Молчи или умрёшь».

Парень стоял не в силах пошевелиться. Его руки тряслись, губы дрожали, а колени ходили ходуном. Он смотрел на меня так, будто перед ним был не обнуленный изгой, а Гедеон собственной персоной. Я развернулся и зашагал в сторону оврага.

Шаг, второй, третий.

Я считал про себя. Если он выйдет из ступора сейчас и заорёт, у меня будет всего полминуты, не больше.

Седьмой, восьмой, девятый.

Нельзя показывать слабость. Я – Кассиан, рыцарь тридцать седьмого уровня, отправивший в Предел сотни преступников. Какой-то мальчишка с мечом для меня не угроза.

Тринадцать, четырнадцать, пятнадцать.

Вот он, овраг. Кусок земли, за которым начинается резкий спуск вниз, идущий по самому краю леса. Я сделал первый шаг по склону и только тогда позволил себе обернуться.

Молодой воин стоял на том же месте. Он смотрел на меня, и в его глазах всё ещё плескался ужас. А потом он дёрнулся, развернулся и, падая и спотыкаясь на каждом шагу, побежал к толпе.

– Твою ж… – обронил я и нырнул в овраг.

Недолго думая, я бросился в сторону деревьев. Едва я влетел в лес, как в спину ударили крики.

– Туда!

– Быстрее, уйдёт же!

Судя по голосам, за мной погналась не вся ватага, а всего лишь пара человек. Но этого количества хватит, чтобы меня прикончить. Поэтому я не оборачивался. Бежал так быстро, насколько хватало сил. Но уже через пару минут стало ясно, что сил было кот наплакал.

Ветки захлестали по лицу, оставляя на щеках кровавые полосы. Я споткнулся об корень и едва не рухнул, но вовремя спохватился и оттолкнулся рукой от земли, вспоров рыхлую почву пальцами. Ладонь обожгло, стёртая об канат кожа давала о себе знать. Демоново обнуление. Сейчас любой каторжник сильнее меня. А любой мальчишка, который гоняет кур по двору, еще и быстрее.

– Вижу след! Уходит левее!

Врёшь. Я специально прошёл по мху, чтобы спутать следы. И забирал я в противоположную сторону.

Сердце бешено билось, и я выскочил на перепутье. С одной стороны замаячил просвет, но двигаться туда нельзя. Там опушка. Меня увидят. С другой стороны бурелом. Я тут же побежал прямиком в завал из упавших друг на друга старых деревьев. Дыхание давно сбилось, и я жадно хватал воздух ртом.

– Дьявол, – коротко выругался я, когда одна из торчащих сухих веток впилась мне в плечо.

Доставать застрявший кусок дерева времени не было. Я летел дальше на адреналине и злости. Лёгкие горели огнём, а в районе почек пульсировала боль. Словно мне снова ударили мечом в бок и каждые несколько шагов клинок нарочно проворачивали.

Я пересёк бурелом, и только тогда за спиной зазвучали голоса:

– Демоны меня раздери…

– Да тут не пролезть!

Я бросил быстрый взгляд за спину. Никто из догонявших не был близко. И тут же влетел лбом в тяжёлую ветку, низко нависшую над землёй.

– Да…ять! – удар выбил из меня имперский диалект, и ругательство вылетело на родном русском языке.

Я с трудом удержался на ногах. Перед глазами заплясали яркие пятна, а лоб неприятно саднил. Но, судя по звукам, один из преследователей орал матом, застряв в буреломе. А другие перекрикивались ещё дальше и пока не поняли, куда я делся. Ноги понесли меня еще глубже, в самую густую часть леса.

Впереди блеснула вода. Ручей.

Я не раздумывая рванул к нему. Это был лучший способ сбить след. Я с разбегу влетел в мелкий ручей. Ноги по щиколотку обдало морозом, а сапоги тут же захлюпали. На мокрых камнях я чуть не упал. Но кое-как сохранил баланс, заплатив за это ударом колена о камень. Небольшая цена в гонке со смертью.

Лёгкие уже не просто горели, они отказывались работать. Ноги дрожали от напряжения, руки нещадно саднили. Но я стиснул зубы и продолжил бежать вглубь леса в полной темноте.

Голоса сзади стихали. Сначала я перестал слышать тех, кто застрял в буреломе. Потом затихли те, кто пытался идти по следу. В итоге до меня перестало доноситься даже редкое эхо.

Сил бежать больше не было. Но я продолжил идти вперёд. Мне хватило злости, чтобы ровно один раз запутать следы так, как когда-то давно меня учил Ронан. Тогда казалось, что самое страшное в мире – это строгий наставник и мозоли от меча.

Я остановился и прижался боком к толстому стволу. Сердце колотилось где-то в горле, грозя выпрыгнуть наружу. Я не позволил себе сползти вниз. Если расслаблюсь сейчас, то могу уже не встать.

Висящие на поясе чужие сапоги и меч казались неподъемными. Готов поклясться, что они тяжелее рыцарских лат, которые я однажды носил на турнире. Я вытёр заливающий глаза пот рукавом разодранной рубахи. На ней остались следы крови. То ли от порезов на руках, то ли от горящих царапин на лице.

– Вот… ведь… – задыхаясь, произнёс я.

Ещё день назад мой меч прошёл бы через эту толпу дилетантов, как нож сквозь масло. А сейчас я был рад, что удалось сбежать. Я закрыл глаза и прислушался. Тишина. Только ветер шумел в пожухлых кронах деревьев, да где-то далеко ухала ночная птица. Моё дыхание звучало в этой тишине громогласно.

Я открыл глаза и сделал шаг вперёд. Потом ещё один. И так, пока тело не начало двигаться на автомате.

Время перестало идти. Ноги двигались сами, механически перемещая тело через корни и кочки. Ноги начало ломить, рубашка промокла насквозь, и холодная ткань липла к телу. Каждый лишний грамм веса давал о себе знать. Надо идти дальше. Нельзя останавливаться.

Сколько я так брел… час, два?.. сказать не мог. Я оттолкнулся от случайного дерева на пути, чтобы дать своим затёкшим ногам хоть какой-то импульс. И наступил на очередную кочку, которую не заметил в кромешной темноте.

Нога заскользила и подвернулась. Я взмахнул руками, пытаясь удержать равновесие. И в этот момент что-то обжигающе горячее впилось мне прямо в голень.

Боль прострелила ногу от щиколотки до колена. Я услышал треск рвущейся кожи: то ли штанов, то ли своей. Инстинкты сработали быстрее мысли. Я отпрыгнул в сторону, насколько хватало сил, и на лету выхватил меч. Пальцы сомкнулись на рукояти, и через мгновение я уже стоял спиной к толстому стволу, выставив клинок перед собой.

От кочки раздался тихий злобный рык, удалившийся на пару шагов в сторону. Нечто дернулось и откатилось на пару саженей в сторону. Словно как и я, оно не ожидало, что кто-то потревожит его в глубокой ночи.

Штанина была разорвана. Из-под неё сочилась кровь. Не сильно, но царапины были глубокие.

Я вгляделся в темноту и попытался рассмотреть, с чем столкнулся. Ничего. Только смутные тени да шевелящиеся на ветру кусты. До меня в одночасье донёсся звук тяжёлого звериного дыхания и тихое поскуливание. А затем в темноте, ближе к земле, загорелось две точки красных глаз.

– Ну давай, – прошептал я, перехватывая меч поудобнее. – Подходи.

И тварь подошла. Да не просто подошла, а кубарем вылетела из темноты и в мгновение ока оказалась на расстоянии вытянутой руки. Я едва успел отшатнуться в сторону. В дерево влетела мелкая, серая, похожая на барсука тварь. Когти полоснули по коре там, где было моё бедро. Меня обдало щепками и резким порывом воздуха. Я ткнул мечом в монстра. Но удар вышел медленным и слабым. Лезвие лишь скользнуло по шкуре зверя.

Зверь взвизгнул и отскочил. Мы снова оказались друг напротив друга, но теперь разделённые стволом дерева.

Я потерял из вида светящиеся глаза монстра. Сквозь бьющий набатом шум в ушах с трудом разобрал шорох листвы и поломанных веток. Он обходит меня справа.

Я успел сделать шаг в сторону и замахнуться. Тут же когти полоснули меня по голени, раздирая кожу и мясо. Я рубанул сверху вниз наотмашь. Зверь завизжал, но вновь ловко скрылся в ночи.

Пришлось сосредоточиться на слухе и отступить ещё дальше за дерево. Я перехватил меч в левую руку. Рукоять стала совсем скользкой, а правая рука почти не разгибалась. Я потянулся за ножом и с трудом достал его из чехла после нескольких попыток.

– Что ты за тварь такая… – выдохнул я.

Монстр прыгнул в третий раз. Я попытался уйти с линии его полёта. Но нога подломилась – то ли царапины дали о себе знать, то ли мышцы окончательно свело.

Я упал на спину, больно ударился поясницей о корень. В этот же миг тварь нависла надо мной. Её когти пошли вниз, целя в горло.

Я выпустил меч из рук и дёрнулся изо всех сил. Когти прошили плечо и разорвали плоть до самой кости, вместе с застрявшей в коже деревяшкой из бурелома. Боль вспыхнула такая, что в глазах потемнело. Плоская клыкастая морда твари рычала совсем близко. Я зарычал в ответ и использовал навык «Гедеон»: резким движением вогнал нож прямо в глаз монстра.

Тварь заверещала и дёрнулась в сторону. Я вцепился в мягкую тушу рукой, выдернул нож и ударил в брюхо. Монстр полоснул меня по ключице. В глазах потемнело. Но я вытащил нож и воткнул его снова. И снова. И снова, пока тварь не затихла, придавив меня своим телом.

Я с трудом сбросил монстра с себя. Из ключицы, плеча и ног сочилась кровь. Пальцы сжались на рукояти ножа каменной хваткой. Боль и изнеможение били по телу отовсюду. Я лежал на спине, не в силах пошевелиться. И тяжело дышал, наполняя горящие лёгкие казавшимся ледяным воздухом.

Не знаю, сколько я так провалялся. В какой-то момент я рывком посадил себя и облокотился спиной на дерево, которое успело здорово меня защитить во время боя. Мне пришлось силой разгибать пальцы на правой руке, чтобы вынуть из них нож. Я облокотил затылок о шершавую кору.

Надо вставать. Надо перевязать раны и уходить отсюда, пока кровь не привлекла других тварей.

Я в несколько движений разорвал остатки рубахи на куски. Каждое движение давалось с трудом. Руки не слушались, пальцы путались. Сил делать полноценную перевязку у меня не было. Я засунул куски тряпок поменьше в разрезы на штанах, чтобы хоть как-то остановить кровь. Кое-как замотал глубокий порез на плече. На ключицу тряпок уже не хватило.

Я поднял глаза вверх.

– Дерьмо, – одними губами прошептал я.

Монстра не было. На месте, где лежала его тушка, остались уходящие в сторону алые пятна. Но самой твари там не было.

Я схватил нож неслушающимися пальцами. А затем, сквозь бьющие в висках удары сердца, разобрал ещё один звук: едва слышный протяжный хрип и хруст земли под когтями. Монстр не собирался нападать. Он тщетно старался уползти от меня. Его дыхание становилось реже, а когти перестали скрести землю. Я видел достаточно умирающих тварей, чтобы понять – этот уже не поднимется.

Внимание! Ветвь Развития не выбрана. Варианты обновлены в соответствии с предыдущими достижениями и нахождением в регионе «Предел».

Если бы у меня были силы, я бы подпрыгнул на месте от удивления. Вместо этого я внимательно слушал голос Системы и вчитывался в буквы. Только так я мог разобрать, о чём она толкует.

Перед глазами развернулся список, сопровождаемый мягким женским голосом:

Вам доступны следующие Ветви Развития:

Чистый Путь [Легендарный]

Ваши силы укрепляются через подвиги и защиту слабых. Основные характеристики: Воля, Сила.

Смех вышел хриплым и тут же отозвался болью в ребрах. Чистый путь в Пределе. Шутка, да и только.

Дорога Выживания [Обычный]

Вы получаете способности, направленные на сопротивление и усиление себя и союзников. Основные характеристики: Сила, Телосложение.

Тащить на себя мне пока некого. И выбираться из этой ямы придётся самому.

Путь Изгоя [Уникальный]

Ваш путь – это путь без правил, где каждый шаг куёт вашу собственную судьбу. Основные характеристики: определяются вашими действиями.

Путь, который определяется делом. Какая ирония. Совсем недавно я уже следовал по схожему пути.

Я шумно выдохнул воздух, опустошив все еще горящие лёгкие. Будь у меня выбор, я прошёл бы эту дорогу снова. Но уже с другой целью. И если Гедеон решил предать и изгнать меня… что ж, так тому и быть. Наши пути когда-нибудь обязательно пересекутся.

Ветвь Развития выбрана: Путь Изгоя. Для повышения необходимо выполнить три условия (просмотр ограничен). Вам доступны три стартовых навыка:

– «Коллекционер»: Вы способны забирать силу из сущности убитых врагов.

– «Уцелевший»: Когда ваше здоровье падает ниже критического уровня, вы получаете кратковременное усиление всех характеристик.

– «Пепел»: После убийства врага вокруг вас остаётся зона, ослабляющая других противников.

Меня прервал предсмертный хрип монстра рядом. Чёрт. Нужно торопиться.

Выбран навык: «Коллекционер».

Внимание! Вы убили: Камнегрыз (малый) , уровень 2. Получен опыт: 50 ед.

Сработал навык «Коллекционер».

Вы получили новую силу, собранную Коллекционером [1/1]: Рывок.

Меня пронзила дрожь. Я было принял её за озноб разгорячённого тела в стылом лесу. Но дрожь не прекращалась, и вслед за ней в голове вспыхнуло воспоминание: земля под лапами. Запах тёплой бегущей добычи. Мгновение, чтобы затаиться, напрячь мышцы и вжать когти в почву. А затем рывок, вместе с которым вокруг движется весь мир. Молниеносный и неудержимый. И ты летишь вперёд, вонзая когти в плоть.

Воспоминание длилось всего секунду. А потом исчезло, оставив после себя горькое послевкусие. Я моргнул. Посмотрел на свои руки. Потом туда, где в темноте погиб Камнегрыз.

– Спасибо, – одними губами прошептал я.

И попытался подняться. Ноги дрожали, руками пришлось хвататься за дерево. Не с первого раза, но я удержался. Плечо пульсировало болью, но после перевязки хотя бы кровь больше не лилась с меня градом. Я сделал полшага вперёд и с натугой подобрал с земли меч. У меня ушло несколько минут, чтобы вернуть его в ножны, а нож пристроить за пояс.

И всё же я был на ногах. С трудом, но стоял. В этом проклятом лесу, с мечом убитого стражника на поясе и первым навыком после обнуления.

Я сделал шаг вперёд. В глазах поплыло, ноги чуть снова не подкосились. Я устоял. И двинулся ещё чуть-чуть. А потом ещё, пока не начал медленно идти вперёд.

Никаких ориентиров уже не осталось. Я просто выбрал направление и следовал ему. Лес вокруг все сильнее опутывал меня, тьма над головой сгустилась. Я шёл до тех пор, пока в глазах вновь не потемнело и не замерцали огоньки. И только тогда я позволил себе остановиться, прислониться к холодному дереву и отдохнуть.

Я стоял без движения с четверть часа, или дольше. Пока голова не прояснилась хоть чуть-чуть. И всё же сколько я бы ни тёр глаза, пляшущие огоньки никак не хотели исчезать. Они мерцали совсем рядом, за деревьями, в поднимающейся от земли пелене тумана. Как бы мне их…

– Раф, раф!

Со стороны огоньков раздался выкрик монстра, и я на инстинктах подался в сторону и применил новый навык. Тело дёрнулось само, без моей команды, будто кто-то внутри нажал на спусковой крючок. Я оттолкнулся ногами от земли с такой силой, что подошвы сапогов проехали по мху и корням, когда тело выбросило вперёд. Ветки хлестнули по лицу, мир на секунду смазался. Через мгновение я был в нескольких саженях от места старта.

А потом земля ушла из-под ног. Я рухнул в траву, как подкошенный, даже не выставив руки. Лицо впечаталось во что-то мокрое и холодное, в нос ударил запах прелой листвы. Тело отказывалось двигаться. Я лежал в мокрой траве, не в силах пошевелиться. Но хотя бы наконец-то исчезли эти чёртовы огоньки.

А затем я вновь услышал выкрик монстра, уже ближе.

– Раф, уафф!

Демоны его раздери. Это был лай. Лай собаки, разносившийся по лесу. Я заставил себя повернуть голову туда, откуда он доносился. Никакого монстра там не было. Но был частокол. Аккуратный ряд из толстых бревён, заострённых сверху. И несколько огней чуть дальше по ходу частокола. Из-за которого и подавал голос пёс.

Я сел, опираясь на локти. Мир перед глазами поплыл, но я удержал фокус. Частокол был совсем рядом, саженях в десяти. Как только я его не заметил до «Рывка»?

За частоколом люди негромко и устало переговаривались между собой. Где-то скрипнула дверь. Я поднялся сначала на четвереньки, а затем во весь рост. Нужно было выбирать: рискнуть и выйти к людям или рискнуть и остаться в лесу. Если я останусь тут, то…

В кустах хрустнула ветка.

– Ты еще кто нахрен такой⁈ – рявкнул злой прокуренный голос из темноты.

Глава 3

Я замер. Рука сама дёрнулась к клинку на поясе. Я нащупал рукоять, но пальцы уже физически не хотели сжиматься. Даже вытащить меч из ножен сейчас было проблемой. А уж драться им и подавно.

– Михей, не ты ль часом⁈ – приблизился ко мне голос.

Из темноты донёсся хруст веток, тяжёлый шаг, затем из-за дерева появилась человеческая фигура. Сквозь заливающие глаза пот и кровь я разглядел в руках подошедшего человека топор. Он держал его внизу, параллельно земле.

Я отвел свободную руку в сторону, чтобы показать, что не собираюсь нападать. С трудом разжимавшиеся пальцы для виду оставил на рукояти клинка.

– Не Михей, – сказал я и попытался улыбнуться. – Я Кир. В лесу заплутал. На меня напали.

Говорить было тяжело из-за сбившегося дыхания. Наверное, и улыбка вышла не очень, ведь мужик только крепче сжал топор.

– Кир, значица, – недоверчиво протянул он. – И кто ж напал?

– Точно не знаю, – я мотнул головой и тут же пожалел об этом, когда перед глазами всё поплыло. – Тварь какая-то. Как барсук, но размером с собаку.

Мужик сделал ещё пару шагов мне навстречу и оказался под едва пробивающимися сквозь кроны лучами лунного света. На вид ему было зим сорок, и он кутался в потёртый мешковатый армяк.

– Зараза, – с досадой выдохнул мужик. – Камнегрызов только у ворот не хватает. Чьих будешь-то? Из Морвена охотник, али с менялами в Бракмур шёл?

– Не местный, – хрипло ответил я. – От Стены путь держал.

Мужик прищурился и несколько секунд всматривался в мою фигуру.

– И куда шел? – с подозрением протянул он.

– В Аббатство, – вспомнил я про один из немногих известных мне ориентиров в Пределе, – Но попал сюда. Заблудился.

Мужик здорово призадумался и какое-то время лишь слегка покачивал топором из стороны в сторону. Я видел, как его взгляд скользит по моему лицу, по разодранной одежде, по мечу на поясе. Немудрено, что он принял меня за охотника или охранника каравана. Вот только я уже с трудом держался на ногах и едва ли был в состоянии защитить даже себя.

– Ну и видок у тебя, – неожиданно выдохнул он. – Руку-то от клинка убери, мил человек. Я чай не тварь лесная и не бревно, чтоб меня рубить.

Сейчас мужик выглядел так, будто он больше опасался меня, чем я его. Поэтому я последовал совету и убрал пальцы с рукояти. Все равно нормально подхватить меч ими сегодня уже не выйдет. Так что если он нападет на меня с топором, придется отбиваться голыми руками.

– Ладно, пошли, – шмыгнул носом мужик. – Утром староста разберётся, что с тобой делать.

Похоже, нападать на меня он не хотел.

– Добро, – согласился я и двинулся вперёд.

Когда я поравнялся с мужиком, мои ноги предательски подогнулись, и я начал заваливаться вперёд.

– Ох ты ж! – буркнул он и подхватил меня под руку. – Тяжёлый какой, зараза. Идти хоть можешь?

– Могу, – прохрипел я, хотя сам был в этом не уверен.

– Да какое там можешь, – заворчал мужик и медленно зашагал вперёд, поддерживая меня. – Ты ж на ногах не стоишь.

Он сделал несколько шагов в сторону частокола. Оказалось, что огоньки перед глазами, которые я принял за переутомление, это два масляных фонаря на толстых столбах по бокам от ворот.

– Видел бы ты свою рожу, парень, – продолжал бурчать мужик, когда мы подошли к воротам. – Весь в крови и грязи, как черт из преисподней. Как доплутал только на своих двоих в такую даль?

– Кто бы говорил, – негромко произнес я. – Жить захочешь и не столько пройдёшь.

– Твоя правда, – не сдержал смешок мужик. – Меня Фрол величать.

Мы дошли до ворот минут за пять, хотя в нормальном состоянии я бы преодолел это расстояние за минуту. Мужик кряхтел, ворчал сквозь зубы, но помогал. У самых ворот нас встретил «монстр», которого я слышал из-за частокола: прямо за воротами стоял и скалил зубы старый серый лохматый пёс.

– Цыц, Волчок, – рявкнул мужик. – Не тронь.

Пёс недоверчиво покосился на меня, явно сбитый с толку запахом крови – как моей, так и монстра. Но послушал команду Фрола и отошёл в сторону. Фрол проскользнул через приоткрытые ворота, затем помог пролезть мне и мы попали внутрь.

– Ну-ка погодь, – остановился он.

Он отпустил меня и дёрнул приоткрытую створку ворот на себя, а затем закрыл их на засов. Вся конструкция выглядела крепко.

– Во, теперь как надо! – довольно проговорил он и скомандовал псу. – Волчок, охранять!

Серый пёс один раз тявкнул, неохотно последовал приказу и лёг у входа. Затем мы продолжили путь.

Я ожидал увидеть хоть какое-то движение внутри, но деревня спала. Похоже, голоса из-за частокола мне привиделись, а может это Фрол со скуки болтал с собакой. Мы прошли мимо нескольких домишек, обогнули сарай и колодец.

– В хату тебя не потащишь, да и замок сломан, – вслух размышлял Фрол. – Может, в сарае тебя пока устроить…

– Сарай сойдёт, – ответил я.

– Дык я вообще-то не с тобой, – огрызнулся он. – Куда положу, там и будешь ночевать.

Фрол еще недолго колебался, а потом потащил меня к одному из строений недалеко от колодца. Это оказался просторный сарай, сбитый из крепких деревянных досок, внутри которого пахло сеном. В углу сарая возились и постукивали копытами по доскам козы.

Фрол доволок меня до кучи сена в углу и бесхитростно бросил на пол.

– Слушай мой наказ, парень, – деловито заговорил Фрол. – Сам почем зря не бузи, да скотину не трожь. Ночи нынче холодные, так что я даю тебе этот… как его там… абанс.

Он немного исковеркал слово «аванс», которое мог услышать от проходивших через Хольц торговцев из Бракмура. Но сил поправлять его у меня не было. плечо пронзало острой болью, ноги ныли, но стог колючего сена сейчас казался мягче любой кровати с пуховой периной.

– Утром придёт староста, – произнёс Фрол и вышел на улицу. – Там и порешаем, что с тобой делать.

– Спасибо, – тихо сказал я, начиная проваливаться в сон.

Мужик замер на пороге. В темноте я не видел его лица, только силуэт на фоне звёздного неба.

– Ты только это, и правда не бузи, Кир, – снова наказал он. – Или тресну тебя по башке топором. А это тебе не с Камнегрызом бодаться.

Дверь закрылась. Лязгнул засов и я остался один в темноте. Не считая мирно отдыхающих коз. Я попытался устроиться поудобнее, но тело отказалось слушаться. Глаза закрылись сами. Первый раз за этот бесконечный день я почувствовал, что могу выдохнуть…

…Где-то в темноте скрипнула половица.

Сердце пропустило удар. Я распахнул глаза и рывком сел, но тело затекло и не слушалось. Пришлось подтягивать себя к стене. Я нашарил рукоять меча одеревеневшими пальцами и подогнул ноги, готовясь к рывку. Я вслушивался в тишину и ловил малейший шорох. Противник затаился совсем рядом, его тяжелое присутствие давило на меня.

А потом одна из коз повернула голову в мою сторону и вяло заблеяла. Я выдохнул. Сквозь пульсирующую боль в висках до меня донеслось, как рядом переступают копыта и кто-то мирно жуёт сено.

– Дьявол, – прошипел я, когда понял, где нахожусь.

Я потёр пальцами слегка опухшие веки и прислонился затылком к холодной стене. Всё это время я лежал на куче сена в сарае, где меня оставил Фрол. А рядом не было никакого врага, только козы.

Судя по тому, что солнце не пробивалось через щели в двери сарая, утро ещё не наступило. Я попытался пошевелить плечом и зашипел от боли. Куски ткани присохли к ранам, и каждое движение отдавало тупой болью. Что-то неудобно давило мне в бок. Сон не шёл. Я размял шею и пошарил ладонью по полу.

Сапоги. В бок давила пара крепких кожаных сапог. Не представляю, как они не сорвались со шнуровки за время сражения с Камнегрызом. За такое можно будет и поднять на них цену, когда решу их продать. Я отвязал шнуровку от пояса и бросил обувь в сторону двери. Улетела она недалеко и едва перевалилась через стог.

– Б-э-э-э, – одна из коз выразила явное недовольство шумным соседом.

Я снял с пояса подсумок Кирка, в который за всё это время так и не заглянул. Внутри нашлось огниво – тяжёлый брусок и кресало, завёрнутые в промасленную тряпицу, чтобы не ржавели. Несколько полосок сушёного мяса в обмотках ткани, от одного запаха которого живот свело спазмом. И несколько медных монет с профилем короля.

Я не стал их считать и вместо этого тут же набросился на мясо. Соль защипала ободранные пальцы, а потом и губы. Челюсти работали с трудом, жевать было больно, но организм требовал пищи, и я заставлял себя есть дальше.

Интересно, что сейчас делал Гедеон. С него сталось бы отправить людей мне вслед, чтобы убедиться, что Предел меня прикончит. Он ведь наверняка на это рассчитывал. А я в это время сидел в сарае, медленно жевал мясо и разговаривал с козами.

Вы находитесь в безопасной зоне. Восстановление здоровья ускорено.

Я усмехнулся, глядя на расплывающуюся перед глазами строку системного сообщения. Безопасная зона, как же. Запертый снаружи сарай в деревне, где меня никто не знает, и утром придёт староста, чтобы решать мою судьбу.

Я дожевал четвёртую полоску мяса и оставил ещё четыре на потом. Если те же сапоги я и смогу кому-нибудь продать, то на королевские медяки рассчитывать не приходится. В Пределе свои монеты, и для обмена придётся идти в Бракмур, где, по словам Фрола, обитают купцы.

Глаза вновь начали слипаться. Я боролся ещё несколько секунд, а затем сдался и провалился в тяжелый сон без сновидений.

– … с утра пораньше мне с бродягами возиться…

– Сам приволок, сам разбирайся, Фрол. Тебе перед Свеном ответ держать.

– … да я ж чего…

Меня разбудили приближающиеся к сараю голоса. А потом у самой двери шаги остановились, и Фрол громко произнёс:

– Подъём!

Я с трудом разлепил глаза. В щели сарая пробивался серый предрассветный свет. За пару часов, что я успел проспать с момента своего пробуждения, тело превратилось в сплошной синяк. Плечо ныло, а мышцы словно скручивались от напряжения при малейшем движении. Шея и спина ощутимо затекли от сна сидя.

– Живой там, нет? – постучал по двери Фрол, не дождавшись моего ответа.

– Живой, – отозвался я и не узнал собственный голос.

Он был низким, хриплым и сильно напоминал рык убитого мной ночью Камнегрыза.

Засов лязгнул, дверь открылась. Фрол немного постоял на пороге, а затем махнул рукой кому-то снаружи и зашел внутрь. У него под мышкой был свёрток, а за его спиной маячили ещё несколько человек, но я пока не мог их разглядеть из темноты сарая.

Тут из-за спины крестьянина протиснулась фигура крепкого мужика лет пятидесяти на вид, с сединой в волосах и цепкими глазами, в темной рубахе и плотном кожаном жилете. Он слегка прихрамывал. И сразу после входа чуть не споткнулся о пару сапог и с трудом удержал свою меховую шапку от падения.

– Твою ж… кто их только тут бросил… – выругался он. – Руки бы оторвал.

Я тактично промолчал. Седой мужичок поднял глаза и оглядел меня, на секунду остановив взгляд на рукояти меча. С интересом, но без особого дружелюбия. Судя по вчерашним словам Фрола, это вполне мог быть староста деревни.

– Живой, значит, – констатировал староста. – Вставай-ка давай, разговор имеется.

Я не стал спорить и заставил себя подняться. Пришлось облокотиться на сено, подогнуть ноги под себя и уже потом рывком встать. Мир в глазах завертелся и повсюду заплясали разноцветные мушки.

– Эка тебя угораздило, – покачал головой староста. – Но на ногах вроде держишься. Фрол говорит, он тебя на себе волок от чащи леса и до деревни. А я смотрю, ничего, вроде держишься.

– Привык, – ответил я хрипло. – Из леса до деревни сам почти дошёл.

Во рту оставался привкус крови и земли, но ночной перекус уже немного облегчил моё состояние. Осталось понять, не ухудшат ли мне его местные крестьяне.

– Привык он, как же, – хмыкнул один из мужиков за спиной старосты. – Зим-то тебе сколько, чтоб привыкать?

– Уже достаточно, – сухо ответил я.

– Поговори мне еще! – не сдерживался собеседник, которого я наконец смог разглядеть. Это был светловолосый мужик в синей рубахе с расписным воротом.

Староста махнул рукой, призывая к тишине. Судя по тому, что слушались его беспрекословно, это и вправду был староста.

– К чему ты привыкал, мы потом разберёмся, – сказал он. – Пока давай по порядку: кто таков, откуда будешь, куда шёл и чего в лесу делал?

– Сын наёмника, – не моргнув глазом ответил я. – Отец погиб, совсем худо стало. Я сорвался по пьяни, когда один индюк руки на девушку распустил. Влез с ним в драку, а он возьми да нажалуйся коменданту. Тот меня послал в Предел без суда и разбирательства.